Текст книги "Не время для волшебства (СИ)"

Автор книги: Шинара Ши

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 18 страниц)

Глава 9. Болтун и Обольститель

Как и обещала, Ива неделю, обучала Люсию кулинарным премудростям, хотя сама никогда не была особо искушена в этом деле. В ковене, провинившуюся молодую ведьму, которую готовили к службе во дворце, отправляли на кухню только в качестве наказания, но учитывая, что Ива частенько попадала в немилость верховной ведьме, готовить ей удалось научиться более или менее сносно. Во дворце навыки готовки ей вообще не требовались и постепенно подстерлись из памяти, а потому удавались лишь самые простые и быстрые блюда. Им с Шу этих знаний вполне хватало, а Горм, как оказалось, вообще мог съесть все, что удавалось прожевать. И даже немножечко то, что прожевать было невозможно, о чем свидетельствовала изуродованная кочерга.

Так что во время обучения новой знакомой Иву, как истинную ведьму, спасала поваренная книга, где, как и в случае с зельями, было написано чего, сколько и когда класть в кастрюлю. По истечении недели и бессчетного количества изведенных продуктов, Ива, с легким сердцем, отпустила свою ученицу в свободное плаванье, подарив на прощанье поваренную книгу и взяв с той обещание, не экспериментировать на кухне.

Шу искренне порадовался, что кулинарные курсы, наконец-то, закончились и кухня перестала быть похожа на поле боя и лабораторию свихнувшегося алхимика, где что-то все время булькало, шипело и подозрительно воняло. Девушка подозревала, что ее подопечные заключили пари, выживет Том после кулинарных потуг Люсии или нет, но спрашивать не стала. Каждый развлекается, как может.

Так незаметно прошло время и весна сменилась летом, принесшим с собой не только дневную жару и теплые ночи, но и начало летнего сезона. В город постепенно потянулись слуги из резиденций за садами: повара, лакеи, горничные, егеря и прочая челядь.

Базарная площадь оживилась. Новые лица, свежие новости. Городок за бурлил в предвкушении светских событий, а торговцы в предвкушении потирали ладони и готовились к неплохой прибыли.

Ива с удовольствием поддалась всеобщей оживленности, обсуждая с Еленой предстоящие события нового летнего сезона. Шу с каждым днем становился все мрачнее и ворчливее, напоминая подруге, что вообще-то они скрываются и ей бы не мешало, быть осмотрительнее, а лучше вообще закрыть лавку на время. Девушка ласково гладила зверька и убеждала, что все будет хорошо. Горм, в своей недовольной манере, поддерживал ласку в его мрачных предчувствиях.

–Шу, не переживай, – мягко увещевала она приятеля, – я редко бывала на светских мероприятиях, меня мало кто помнит в лицо. Тем более, что сейчас я далека от образа императорской ведьмы. – Она расправила складки нежно-сиреневого платья, с изящным кружевом по лифу, рукавам и подолу, подарок Люсии в благодарность за обучение. – Ни прически, ни макияжа, ни украшений. Сейчас для придворных я всего лишь безликая травница-простолюдинка. Да и приезжают сюда, лишь замшелые старухи, которые последний раз при дворе были во времена Матильды Вестрен.

–Хотя бы просто постарайся не попадаться никому на глаза, – сдался Шу, – не шляйся по городу и не привлекай к себе внимание. Я прошу тебя!

Девушка чмокнула зверька в нос и пообещала быть осторожной, чем совершенно не убедила своего подопечного.

Очередной день катился к закату и Ива, устроившись за столом в лавке, наслаждалась заслуженным отдыхом. День выдался суматошным. Слухи о том, что в лавке травницы можно приобрести не только целебные растения, но разные, подчас экзотические, добавки для чая. Эта молва, да новизна заведения для прибывающих жителей резиденций, привлекла к порогу Ивы нескончаемый поток посетителей. Весь день девушка что-то взвешивала, что-то смешивала, рассказывала о тех или иных свойствах трав. От непривычного количества посетителей Ива совсем выбилась из сил и чувствовала себя совершенно разбитой.

Откинувшись на спинку стула, девушка с наслаждением вытянула ноги, вспоминая, тот первый день, когда они с Шу распаковывали вещи. Тогда она тоже валилась с ног от усталости, но это был их первый шаг к независимой жизни и усталость была скорее приятной, чем изматывающей. Казалось, с того дня пошла целая вечность, время просочилось, словно песок сквозь пальцы.

На столе дымилась чашка какао, которую она сварила на последних крохах своих сил. Сладкий аромат напитка легко щекотал ноздри, почему-то навевая мысли о празднике Серебряной Зимы, когда повсеместно провожали старый год и встречали новый. Наверное, это был единственный праздник, кроме оккультных, который праздновался ковеном, и единственный день, когда на кухне варили какао. В детстве Ива с нетерпением ждала этот день послабления суровой дисциплины.

Во дворце, к огромному разочарованию императорской ведьмы, какао не варили, предпочитая приторный пунш, ароматный глинтвейн или слащавый грог. Она ничего не имела против этих напитков, но праздник у нее все равно ассоциировался с какао.

Так что, после трудного, но довольно прибыльного дня, Ива решила побаловать себя и приятелей напитком из детства.

–Горм, ты какао будешь? – спросила она, наливая напиток в блюдце для Шу.

–Гадство, – скривилась голова на полке, – ром лучше.

Ива фыркнула и отпила из своей чашки, немного посмаковала напиток и добавила ложку сахара. Орг еще больше скривился и закатив глаза с омерзительным чавкающим звуком вывалил язык.

–Пиздец кишкам, – резюмировал он, втянув язык.

–Чего это? – поинтересовался скептически Шу, оторвавшись от блюдца с напитком.

–Склеятся, – веско пояснил Горм и издал протяжный пукающий звук, шлепая губами.

–Достаточно, мы поняли, что ты имеешь ввиду, – усмехнулась Ива, осознав, что уже как-то привыкла к грубоватой и рубленной манере общения их бестелого приятеля. – Поделись-ка, о, великий шаман, своей мудростью, – насмешливо проговорила она, – тебя же за этим мне подарили.

–От сладкого жопа растет, – мрачно изрек Горм.

–Воистину, мудрое наблюдение, – засмеялся Шу. – Может тебе все же налить чашечку, вдруг что и вырастет? – предложил он, слизывая с кончика носа каплю какао. – Будешь у нас головожопый, почти, как моллюск.

Горм клацнул зубами и, дико вращая глазами, зарычал, ласка показал язык и демонстративно принялся лакать какао из своего блюдца. Ива покачала головой и улыбнулась, в мягком свете магических светильников, привычная перепалка этих двоих звучала еще более буднично и, в какой-то степени, даже уютно. Девушка закрыла глаза вполуха прислушиваясь к рычанию огра и лаканию, сидящего на столе зверька.

Бронзовый колокольчик загадочно звякнул, уведомляя о прибытии позднего гостя. Высокая фигура в темном плаще, с глубоко надвинутым на глаза капюшоном, тенью скользнула в помещение, плотно притворив за собой дверь.

–Госпожа травница, мой визит должен остаться в секрете, – безапелляционно сообщил гость, опуская капюшон на плечи.

Шу тихо икнул и медленно ретировался куда-то за сахарницу, стараясь стать как можно незаметнее. Горм на полке озадаченно нахмурился, но комментариев воздержался, настороженно наблюдая за поздним гостем. Ива, спешно вскочила на ноги и склонилась в почтительном реверансе, стараясь немного выиграть времени, чтобы определиться с дальнейшими действиями.

Граф Вильгельм Моро был не частым гостем при императорском дворе, больше путешествуя по стране и за ее пределами в качестве представителя короны по вопросам торговли. Но в свои редкие визиты он присутствовал на всех совещаниях и мероприятиях, на которых присутствие императорской ведьмы, было обязательным. Однако, даже в таких случаях, граф держался отстраненно, словно витал в своих мыслях, едва замечая происходящее. Запомнил ли он внешность той, что обычно стояла незаметной тенью слева от трона? Или императорская ведьма была для него всего лишь одним из атрибутов дворцового декора, вроде стягов с гербами? Ответа на этот вопрос Ива не знала, а потому незаметно потерла большим пальцем об указательный, магические светильники слегка потускнели, погружая лавку в интимный полумрак.

–Конечно, ваша светлость, как пожелаете, – она слегка склонила голову и выпрямилась, стараясь держать лицо в тени. – Ваш визит честь для меня. Чем могу помочь?

Вильгельм Моро вежливо улыбнулся, пригладил каштановые волосы, взъерошенные капюшоном и жестом указал на стул, спрашивая разрешения присесть.

–Прошу прощения, присаживайтесь, – спохватилась Ива и дождавшись, когда гость устроится на своем месте, вернулась на своё место.

–Не поздно ли для кофе, госпожа травница? – поинтересовался он указав взглядом на кофейник, стоящий на столе, а затем взял в руки чашку Ивы и слегка втянул воздух принюхиваясь. – Ммммм, напиток Серебряной Зимы, – он улыбнулся по-мальчишечьи открыто, отбросив в сторону маску высокомерной холодности, которую Ива постоянно видела при дворе.

–Не желаете чашечку? – предложила она и дождавшись утвердительного кивка, направилась на кухню за чистой посудой. Шу пользуясь случаем соскользнул со стола и перебрался на полку к Горму, затаившемуся в тени.

Граф медленно смаковал напиток, Ива молча сидела рядом, не торопя его и не задавая вопросов. Допив последний глоток, мужчина задумчиво покрутил пустую чашку в длинных пальцах, наблюдая, как гуща медленно перетекает по стенкам.

–Знаете, я и сам не знаю, зачем решил сюда прийти, – наконец проговорил он. – Наверное, за чудом? О вас столько фантастических рассказов ходит по городу. – Вильгельм вопросительно посмотрел на молчащую травницу и со стуком поставил чашку на стол. – Думаю, я зря отрываю вас от заслуженного отдыха, – он собрался подняться чтобы уйти, но что-то в его голосе и взгляде заставило сердце девушки дрогнуть и она поспешила его остановить.

–Иногда, ваша светлость, чудеса ждут нас там, где мы не ожидаем их встретить, – мягко сказала она и взяв в руки кофейник, разлила напиток по чашкам. – Как например, какао в разгар летнего сезона.

Граф помедлил и устало опустился на стул, пододвинув к себе наполненную чашку. Молча побарабанил пальцами по столу, собираясь с мыслями. Девушка досыпала ложку сахара в свою кружку и пододвинула сахарницу гостю, тот последовал примеру хозяйки и некоторое время в лавке был слышен лишь звон ложки о фарфор.

Сделав несколько глотков, Ива отставила свою чашку и сплетя пальцы, поставила руки домиком на столешницу, стараясь не слишком навязчиво наблюдать за своим гостем. Темные круги, залегшие по глазами, усталый и измученный взгляд. С каждым глотком какао его плечи слегка ссутуливались, словно по мере расслабления на него наваливались все тяготы мира, придавливая к земле. Чувствовалось, что сидящий перед травницей человек смертельно устал и почти доведен до отчаяния.

–Когда я встретил Лилиэн, то был поражен, – медленно начал он. – В ней было столько легкости, столько жизни. Один взгляд и я пропал! Мне хотелось баловать ее, защищать от всего мира и дарить свою любовь. Думаю, эти чувства были взаимны, по крайней мере, именно так я их ощущал. Но по мере того, как наш брак столкнулся с суровой реальностью, чувства изменились. Она стала более капризной, своенравной, а я перестал хотеть возвращаться домой, предпочитая все больше находиться в поездках. С одной стороны, я избегал ее, с другой стороны – испытывал тяжелое чувство вины, за то, что бросил ее. Чтобы хоть как-то притупить это грызущее изнутри чувство, я подарил ей котенка ягуара. – мужчина скривился и отодвинул кружку в сторону. – Видят боги, это была моя ошибка! Эта проклятая тварь сначала захватила все ее мысли, а теперь стала нашей постоянной темой для ссор. Лилиэн не хочет видеть, что ее «кисонька» стал опасным! Она даже простила ему свою любимую Чичи, хотя мне не позволялось даже повысить голос на эту собаку.

–Может ваша жена просто очень любит животных? – осторожно спросила Ива.

–И совсем не любит своего мужа? – горько усмехнулся граф. – Я хочу избавиться от этой мерзкой твари, пока она не наделала бед, за которые придется отвечать мне или моей жене.

Последние слова мужчины повисли в звенящей тишине. Ива медленно расплела пальцы и положила ладони на стол, задумчиво побарабанила пальцами по столешнице, не зная, что ответить.

–Только не говорите, что пришли ко мне за ядом, – наконец проговорила она. – Как бы то ни было, я не хочу быть причастна к гибели животного, ни при каких условиях. – твердо закончила она, слегка нахмурившись.

Глаза графа Моро слегка расширились, губы дрогнули, наметив едва заметную улыбку. На мгновение он замер, что-то обдумывая, а затем громко рассмеялся.

–Ну, и бурная фантазия у вас, госпожа травница, – произнес он сквозь смех. – Если бы я принял столь кардинальное решение, то не стал бы взваливать его на женские плечи. Может быть есть средство, сделать животное более спокойным? Или средство, чтобы моя жена, наконец, прислушалась к голосу разума и позволила его передать в императорский заповедник?

Травница с облегчением выдохнула, по крайней мере, смертоубийство ягуара графом не планируется.

–Вы хотите средство, чтобы договориться с женой? – поинтересовалась она и получив утвердительны кивок, задумалась. – Вас оставлю ненадолго, мне нужно посмотреть в книгах, чем я смогу вам помочь.

Неспешно поднявшись из-за стола она подошла к шкафу, где затаились ее помощники. По пути она вспоминала, что слышала при дворе об этой паре. Говорили, что столь бурный роман, закончившийся пышной свадьбой, должен привести к скорому появлению наследников. Время шло, но напророченное пополнение семьи так и не произошло. По двору поползли злорадные шепотки, что граф предпочитает седло своей супруге, а та, в свою очередь, променяла мужа на животное.

Супруги действительно очень много времени проводили порознь, особенно, после истории с болонкой и дворецким. Видимо, графиня так и не простила мужу угрозу пристрелить ее питомца. Граф же предпочел не продолжать выяснение отношений и ушел с головой в свои обязанности при дворе, изматывая себе бесконечными делами.

–Что скажете? – прошептала Ива, с задумчивым видом листая первую попавшуюся книгу, радуясь, что полумрак не позволит графу прочитать название книги «Лечение геморроя слезами девственниц» или, как метко подметил Шу: «Сядь – поплачь и все пройдет».

–В семейной жизни важен хороший ху...– глубокомысленно начал Горм шепотом.

–Художественный вкус, – также тихо вставил Шу.

–Иначе отпадает желание тра...– продолжил рассуждать огр.

–Тратить деньги на обставление спальни, – снова вклинился ласка, – а отвратительный интерьер плохо влияет на супружеские отношения.

–Художественный вкус, значит, – задумчиво пробормотала себе под нос травница и громко захлопнула книгу, поставив ее на место. – Да вы у меня прям эксперты в семейных делах.

–Так не первый день живем на свете, – развел лапами Шу, – а Горм у нас вообще голова! – огр недовольно заворчал в полумраке полки, Ива бросила на него предостерегающий взгляд.

– Ваша светлость, кажется, у меня есть идея, как решить вашу проблему, – громко сообщила она, поворачиваясь к своему гостю.

–Неужели? – недоверчиво откликнулся Моро, которому все время казалось, что хозяйка лавки с кем-то беседует, стоя у книжного стеллажа. В какой-то момент он вроде что-то расслышал про спальню и семейную жизнь, но списал это на слуховые галлюцинации от усталости, ведь кроме него и травницы в лавке никого больше не было и оба в этот момент молчали.

–Есть способ, который можно попробовать, но я не могу гарантировать, что он сработает, – пояснила она, подошла к стойке и выдвинула ящик в поисках ножниц, слегка склонившись вперед. – Плюс, вы должны понимать, что это не совсем честный, по отношению к вашей супруге, метод. Она не должна будет знать ни о том, что я вам это зелье дала, ни о том, что вы его использовали.

Ива выпрямилась и зловеще щелкнула ножницами, светильники мигнули на секунду погрузив комнату во тьму. Шу, воспользовавшись моментом, пробежал по полке цокая когтями по дереву, казалось, что от сомна теней отделилась одна, более темная, и зажила своей жизнью. Граф зябко повел плечами, чувствуя, как по спине и шее пробежали мурашки.

–Вот же...– тихо произнес Вильгельм, помассировав переносицу двумя пальцами чтобы избавиться от наваждения.

–Курва? – подсказал из темноты Горм своё любимое слово вкрадчивым шепотом

–Действительно, курва, – соглашаясь, пробормотал себе под нос, граф, ощущая себя полностью дезориентированным. Затем слегка расстегнул ворот камзола, чувствуя, как тот начинает его душить, покрутил шеей, разминая скованные напряжением мышцы.

Ива исподтишка погрозила кулаком своим подручным, развели тут мистику. «Переигрываете, паразиты», – подумала она и в этот момент светильники вернулись в свое исходное состояние, вновь наполнив лавку мягким уютным светом, оставив легкий полумрак, бросавший тени на черты девушки. Зловещая атмосфера развеялась по мановению руки, перед графом стояла всего лишь девушка с ножницами.

–Все в порядке, ваша светлость? – участливо спросила травница у слегка побледневшего мужчины, тот лишь кивнул. А затем постарался скрыть растерянность и смущение, вызванные недавней вспышкой беспричинного страха, придав лицу наиболее равнодушное выражение. «Привидится же такое. Мне, однозначно, нужен отдых», – решил он и откашлявшись произнес:

–Меня вполне устраивают ваши условия, госпожа травница. Я готов на любые условия и цена меня не волнует, – мужчина наконец взял себя в руки и расправил плечи, однако, чувство усталости и напряжения никуда не делось.

–Хорошо, – девушка направилась в сторону своего гостя, – для зелья мне нужна частичка вашего тела. – в глазах гостя мелькнула тревога, а тело слегка напряглось, словно он готовился отразить атаку, и Ива поспешила пояснить. – Пряди волос вполне достаточно

Граф с едва заметным облегчением выдохнул, проклиная свою нервозность и беспричинный страх. Разве может эта миловидная рыжеволосая девушка нести хоть какую-то угрозу, даже с этими игрушечными ножницами в руках? Он был однозначно уверен, что она абсолютно безобидна, вот только что-то его смущало. Да еще это смутное ощущение узнавания, словно он когда-то уже видел эту девушку. Это чувство раздражало и не давало покоя, мешая сосредоточиться, чем еще больше сбивало с толку. Моро устало провел рукой по лицу, пытаясь стереть преследовавшее его наваждение.

Ива приблизилась к гостю и аккуратно состригла прядь на виске, не особо заботясь будет ли заметно выстриженное место. «Ничего, графский цирюльник подправит», – она отнесла свой трофей к стойке и положила на кусочек пергамента. Следом из недр шкафа была извлечена маленькая горелка и котелок, в который после некоторых раздумий она, к огромному удивлению и отвращению графа, вылила воду из вазы со словами: «Все равно менять придется». Заметив, как ее гостя передернуло от увиденного, она решила не уточнять, что в оригинальном рецепте это зелье варится на болотной воде.

Пока вода в котелке закипала, Ива прошлась вдоль полок, подбирая остальные ингридиенты: полынь, женьшень, чертополох, соловьиные язычки и еще кучу других пузырьков, баночек и мешочков, большая часть названий которых, написанных на этикетках, были Вильгельму не знакомы. В уголке сознания мужчины шевельнулся червячок сомнения, как бы не травануть жену ненароком.

Травница тем временем добавляла в кипящую то один ингридиент, то другой от чего в лавке клубился не слишком приятный запашок. Особенно, когда она кинула в варево щедрую горсть полыни, а затем перемешав, подумала и добавила еще. Запашок превратился в удушливую вонь. Девушка удовлетворенно кивнула и кинула волосы в котелок, на поверхности жижи всплыл огромный пузырь и противным чавканьем лопнул. Граф от омерзения поморщился.

–Это точно безопасно? У меня нет цели остаться вдовцом, – наконец не выдержал он.

–Максимум, желчь может пойти или паразитов каких потравит, – равнодушно пожала плечами Ива, помешивая варево.

–Графине это только на пользу, характер смирнее станет, – хихикнул Шу, устроившись на полке за спиной подруги, травница бросила короткий укоризненный взгляд на ласку.

«Опять мерещится», – подумал Вильгельм, которому послышался ехидный голос из темноты, а в клубах пара ему померещился маленький юркий зверек, сидящий на одной из полок. Стоило ему моргнуть и зверек исчез.

Котелок исторг очередную порцию вони и граф, забыв о приличиях зажал нос пальцами и с трудом прогундел:

–Дать тайком? Вы шутите? Я не уверен, что смогу и силой влить в нее ваше варево, сохранив хотя бы свой обед внутри, не говоря о чувстве собственного достоинства.

–Надеюсь, ваша супруга любит какао? – поинтересовалась травница, а затем повелительно протянула руку в сторону чашек на столе, мужчине пришлось повиноваться и, превозмогая тошноту, передал необходимое.

Ива благодарно кивнула и вылила содержимое чашки в котел, невыносимая вонь рассеялась и сменилась запахом напитка Серебряной Зимы. Травница тщательно перемешала свое зелье, постепенно ставшее прозрачным. Затем достала из ящика несколько стеклянных пузырьков и осторожно наполнила их из котла, закупорила крышкой и вернувшись к столу поставила его перед графом.

–Итак, вам необходимо добавить не больше пары капель за один раз в любой напиток жены. Сделать это нужно наедине, без слуг и без гостей. У него очень сильный эффект, поэтому, не переборщите.

–А какой у него эффект? Как я пойму, что оно сработало? – мужчина облизнул пересохшие вдруг губы и почувствовал, как дрожат кончики пальцев, когда он протянул руку к заветному пузырьку.

–Уверяю вас, вы поймете, – загадочно и лукаво ответила травница, пододвинув флакон к Вильгельму.

–А цена? – он осторожно зажал пузырек в ладони.

–Покровительство. Помощь. – она откинула на спину тугую косу и села на свое место. – Возможно, однажды, мне придётся обратиться к вам и вы не отвернетесь от нужды простой травницы.

Граф Моро посмотрел на сидящую напротив девушку, затем на пузырек лежащий у него на ладони. Сказанное прозвучало весьма туманно и загадочно, но он чувствовал, что не может отступить.

–Договорились, я помогу вам в любой просьбе, если она в рамках закона империи, – ответил он, сомкнув пальцы на вожделенном зелье. – Мне нужно как-то подтвердить наш договор.

–Нет, вашего слова мне будет вполне достаточно, – она любезно улыбнулась, вновь пробудив в Вильгельме искру узнавания. «Кого же она мне напоминает?» – задался вопросом он, поднимаясь из-за стола.

Хозяйка лавки с загадочной улыбкой наблюдала за тем, как он застегивает ворот камзола и набрасывает на плечи плащ. Казалось, она знала что-то ему неведомое и это что-то казалось ей забавным, однако, она не спешила делиться этой шуткой.

Попрощавшись с ней у порога, граф Моро оглянулся и на секунду ему показалось, что на полее ему весело машет лапой какой-то рыжий зверек, а в сумрачном углу книжного шкафа блик фонаря высветил внушительные клыки.

–Всего хорошего, ваша светлость, – попрощалась Ива, закрывая дверь.

–Всего хорошего, госпожа травница, – рассеяно отозвался он и побрел в сторону садов. «Что за странное место, эта лавка?» – подумал Вильгельм, продвигаясь по пустынным улицам города.

Закрыв за гостем дверь, Ива мурлыкая себе под нос незатейливую песенку, убрала со стола кофейник с чашками, ополоснув их на кухне от остатков какао. Расставила по местам ингридиенты для зелья и убрала горелку.

–Слушай, а что ты ему дала? – поинтересовался Шу, когда подруга насухо вытирала котелок, чтобы спрятать в шкаф.

–Смесь зелий «Болтун» и «Обольститель», – беззаботно отозвалась она, убирая влажными пальцами челку с глаз, Шу удивленно округлил глаза.

–Тебе не кажется, что это двойные стандарты, Ива? Люсии ты приворотное зелье не дала, сославшись на безнравственность, а графу вот так запросто «Обольстителя» сварила.

–Во-первых, они женаты, – ответила Ива, убирая котелок на место и вытирая стойку влажной тряпицей.

–Ну, да, опоить жену гораздо более нравственный поступок, – хмыкнул Шу, усевшись на полке.

–Бабу надо держать в кулаке, – прорычал Горм со своего места очередную великую огрскую мудрость.

–Видимо, поэтому от тебя только одна голова и осталась, – отозвался Шу, точа когти о деревянную полку. Огр в ответ раздраженно заворчал и закатил глаза, мысленно призывая немыслимые кары на голову проклятого духа, с которым вынужден делить кров.

–Во-вторых, это всего лишь мощный афродизиак, он всего лишь усилит то, что у графини есть к мужу. Ну, а если там уже ничего нет, то и усиливать нечего будет. Тут-то и понадобится «Болтун», она наконец выскажет все, что думает и они выяснят отношения.

–Гениально! – восхитился ласка. – А зачем тебе так много этого зелья?

Ива пожала плечам и меланхолично посмотрела на гаснущие за окном огни города. Провела тонкими пальцами по пузырькам с зельями и аккуратно убрала их в запирающийся шкаф.

–Знаешь, Шу, мне никогда не давались предсказания, но сейчас, я почему-то чувствую, что это зелье мне еще пригодится.

Девушка заперла двери, задернула плотные шторы на окнах и погасив магические светильники, поднялась наверх, в спальню.

Городок медленно отошел ко сну. Заснула рыжая травница, подсунув ладошку под щеку. Заснул чутким сном ее хвостатый приятель, свернувшись клубком на подушке. Захрапела, порыкивая, на полке голова огра.

Заснули слуги в резиденции Моро. Неугомонный ягуар растянулся на каменном бортике фонтана, вытянув длинные лапы и изредка подергивая хвостом. Всплакнув над погибшими розами, забылась в тревожном сне графиня, чувствуя холод от пустой половины кровати.

Лишь Вильгельм Моро не спал этой ночью. Сидя в своем кабинете, он мрачно пил виски и смотрел на пузырек с зельм, загадочно поблескивающем в свете одинокой свечи. «Завтра. Я сделаю это завтра», – наконец решил он и откинув голову на высокую спинку кресла и закрыл глаза.