Текст книги "Не время для волшебства (СИ)"

Автор книги: Шинара Ши

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 18 страниц)

Глава 15. Лазутчик

Сладко потянувшись, Вивьен с ленцой приоткрыла глаза, затем перекатилась на бок и подперла голову ладонью, наблюдая за своим компаньоном, который, устроившись на подоконнике, наблюдал за чем-то на улице.

Оникс раздраженно дернул хвостом и, почувствовав, что за ним наблюдают, обернулся, всем своим видом выражая неудовольствие.

– Помнится, мы говорили о скрытности и незаметности, – сварливо произнес он, не сводя желтых глаз с женщины в постели.

Вивьен капризно надула губки, убрав за ухо смоляную прядь длинных, растрёпанных после сна волос. От этого простого движения ворот ночной сорочки съехал, обнажив белое округлое плечо, однако женщина не обратила на это внимания, продолжая выслушивать кошачью отповедь.

– Ты привлекаешь к нам слишком много внимания! Ещё утро, а к постоялому двору уже толпы мужиков прутся, кто с цветами, а кто просто поглазеть. А твоя выходка с близнецами? Одного было бы достаточно для нас обоих, но нет, тебе подавай двоих. Зачем, скажи на милость? – кошачьи глаза гневно засверкали.

Женщина хихикнула и перекатилась на живот, свесив с кровати длинные руки. Воспоминания о мальчишках-близнецах до сих пор пробуждали ощущение сытого удовлетворения, жаль, зануда Оникс не позволил закончить начатое. В голову пришла мысль вернуться к этим милым крошкам и...

– Вивьен! – рыкнул Оникс, спрыгнув с подоконника, и приблизился к задумавшейся женщине. – Какие бы мысли не пришли в твою голову, забудь, этому не бывать.

– Какой же ты зануда и ханжа, – вздохнула Ви и, сев в постели, спустила на пол босые ноги. – Можно подумать, ты не питался от тех крошек. – Подняв руки, она потянулась, разминая скованные мышцы.

Кот дернул ухом и уселся напротив своей спутницы, не сводя с нее немигающего взгляда. Вивьен была права, он действительно не удержался и подпитался от близнецов, но взял всего немного, предпочитая не привлекать внимания и охотиться на мелкую живность, до тех пор, пока они не покинут этот небольшой город и не окажутся в столице, где их проделки не будут так бросаться в глаза.

– О тебе и твоих ночных проделках говорит весь город, – холодно сообщил он, запрыгивая в кресло.

– Прям о моих проделках? – уточнила она, скинув ночную сорочку и надевая платье из тёмно-бордового бархата через голову.

– О внезапной и странной болезни близнецов, – нехотя уточнил Оникс, отведя взгляд в сторону, провокационная манера спутницы его изрядно раздражала.

– Откуда знаешь? – она обернулась через плечо, затягивая шнуровку на груди.

– Я спустился вниз и послушал, что говорят люди.

Вивьен затянула платье и, взяв расческу в руку, принялась приводить в порядок волосы, заинтересованно глядя на своего хвостатого собеседника. Кот тяжело вздохнул и продолжил свой рассказ.

– Люди только и говорят о твоей сногсшибательной внешности, да о странной болезни близнецов. Последнее, что я слышал, лекарь обратился к нашей новой знакомой за помощью, и, вроде как, пацанам немного полегчало. По крайней мере, прогноз у лекаря вполне оптимистичный.

Женщина задумчиво провела расческой по длинной пряди, ощутив укол гнева от того, что кто-то сумел обратить сделанное ею. Постучав расческой по раскрытой ладони, она твердо решила снова наведаться к близнецам, и уже никакой Оникс не остановит ее от завершения начатого. Глаза женщины хищно сощурились, а черты лица заострились, выдавая ее мысли.

Оникс выгнул спину, прижав уши к голове, и утробно зарычал, Ви, не глядя, бросила в него расческу, прерывая концерт.

– Не истери, – приказала она. – Сейчас спустимся вниз, и я велю принести тебе яиц, надеюсь, после этого твое настроение улучшится.

– Я думаю, нам надо уезжать отсюда и отправляться в столицу, где мы сможем затеряться, – Оникс пригладил шерсть и обвил лапы хвостом.

– А я думаю, что нам нужно остаться здесь и обзавестись полезными знакомствами. – Она взялась за дверную ручку и бросила через плечо. – И, может быть, даже навестить ту рыжую малышку, что спасает моих жертв.

– Вивьен, это плохо кончится, – предостерег Оникс, но женщина, не оборачиваясь, скрылась за дверью.

Тяжело вздохнув и проклиная колдуна, привязавшего его к этой безрассудной вампирше, баянг Оникс поспешил следом за Вивьен, чтобы получить причитающуюся ему порцию пищи.

После того памятного вечера с зельем, Лилиэн Моро страдала от утренней тошноты. Страдала и тихо улыбалась, старательно скрывая ото всех свое недомогание. Покорно склоняясь над фаянсовым тазиком для умывания, она мечтала, что через некоторое время возьмет на руки дочурку или сынишку, скрашивая этими мыслями неприятные утренние минуты. Позднее, она, стоя перед зеркалом, поглаживала ладонью гладкую кожу живота и тихо нашептывала нерожденному малышу о том, как сильно его любит и ждет.

Граф Моро, словно что-то чувствуя, а может, просто заметив, как зеленеет супруга от запаха рыбы, стал внимательным и чрезмерно заботливым.

Казалось, даже ягуар, поддавшись всеобщему благодушию, перестал пакостить и обрел спокойствие. Прекратив уничтожать розы, он переключил свое внимание на огромный джутовый шар, приобретенный графом, и с упоением гонял его по обустроенному в саду вольеру.

Спустившись к завтраку в малую гостиную, Лилиэн со счастливой улыбкой протянула руки к мужу, который, заключив ее в объятия, нежно поцеловал ее в макушку. Женщина сладко зажмурилась, краем уха услышав, как из распахнутого окна донесся довольный рык их питомца. Этот звук вызвал у супругов улыбку, расцветшую на их губах одновременно.

– Какие планы на день, дорогая? – поинтересовался Вильгельм, пододвигая супруге стул.

– Хочу выбраться в город и навестить травницу Иву, – с таинственной улыбкой ответила она, расправляя на коленях вышитую льняную салфетку.

Граф хмыкнул, вспомнив, как они со смехом признались друг другу в использовании зелья, пузырьки с остатками которого были выставлены в витрину с семейными реликвиями рода Моро, что занимала почетное место в парадной гостиной.

– Передавайте ей от меня привет, – откликнулся мужчина, усаживаясь за стол. – Надеюсь, ты не за очередным возбуждающим зельем идешь? – усмехнулся он. – Мы вроде и без него неплохо справляемся, – он многозначительно посмотрел на жену, покрывшуюся нежным румянцем.

– Нет, – она покачала головой, аккуратно разрезая пышный омлет на кусочки. – Я думала приобрести у нее травяной чай, если ты не против.

– Скупи хоть всю лавку, я слова не скажу, – пообещал он, откусив кусочек тоста.

Так за мирной беседой, прерываемой изредка смехом и шумом резвящегося ягуара за окном, прошел завтрак. Заботливо заправив за ухо прядь, выбившуюся из сложной прически супруги, и поцеловав ее в губы, граф Моро пообещал вернуться к ужину и отбыл по делам. Лилиэн, с трепетом в груди, который испытывала в самом начале их романа, помахала ему рукой на прощанье и отправилась собираться на прогулку, продолжая лелеять в душе планы о том, как она расскажет мужу долгожданную новость.

Несмотря на то, что внешне беременность себя никак не проявляла, графиня решительно отказалась от ношения корсетов, так что, надев свободную белую блузу и легкую шелковую юбку зеленого цвета, она почувствовала себя неожиданно легкой, воздушной и несколько беззащитной. Покрутившись перед зеркалом, она решила, что шелковый жилет в тон юбке, расшитый бисером, будет очень кстати. Ещё раз придирчиво оглядев свой наряд, Лилиэн осталась довольна и, улыбнувшись своему отражению, подхватила простую соломенную шляпку, оставленную горничной на трюмо, поспешила вниз.

– Прикажете подать экипаж? – осведомился старый дворецкий, пряча в пышных усах улыбку. От его внимательного взгляда не укрылось, как светится в последнее время госпожа, а жизненный опыт и многочисленные дети с внуками подсказывали причину этой перемены.

– Спасибо, Томас, но я, пожалуй, пройдусь пешком. Тем более, что погода сегодня чудесная, – улыбнулась женщина. Дворецкий в ответ почтительно склонил голову. – Есть ли какие-то новости в городе? – поинтересовалась она, надевая шляпку перед большим зеркалом у входной двери.

– Фрегат «Верный» причалил в порту, доставив единственного пассажира, некую леди Вивьен. Говорят, данная особа обладает необычайно примечательной внешностью, – с холодным достоинством произнес он, стоя за спиной у хозяйки.

– Хм, надо же, – без особого интереса отозвалась Лилиэн, поправляя прическу, примятую шляпкой.

– Ещё близнецы из рыбачьего района заболели некой странной болезнью, – заметив перемену во взгляде своей хозяйки, Томас поспешил уточнить. – Сейчас им уже лучше, господин Мос очень своевременно обратился к местной травнице, и ее снадобье оказало весьма чудодейственный эффект.

Лилиэн не смогла сдержать легкую улыбку, мимолетно скользнувшую по губам, и подумала: «Кто бы сомневался. Ива прям хранитель нашего города».

– Подождите, это те маленькие разбойники, что кидали кисоньке рыбу через забор, а потом весь сад был усеян рыбьими головами и вонял тухлятиной? – припомнила графиня, бросив на дворецкого короткий взгляд через плечо, мужчина молча кивнул. Лилиэн улыбнулась, вспоминая эту проделку близнецов, хотя в тот день ей было совершенно не до смеха. – Отправь кого-нибудь узнать, не нужна ли семье помощь, болеющие дети – это всегда большие траты, хотя, скорее всего, госпожа Ива не взяла с них и медяка.

– Достойная молодая леди, – ровным голосом обозначил свою точку зрения дворецкий, подозревающий, что оттепель в отношениях хозяев – дело рук этой самой травницы.

Графиня удивленно вскинула брови, в первый раз услышав, как их дворецкий, ярый поборник протокола и традиций, высказал свое мнение без прямого вопроса. Затем мягко похлопала его ладонью по предплечью, выражая свое одобрение, и, отдав распоряжения относительно ужина, вышла на улицу.

Постояв немного на просторном крыльце особняка, с которого было хорошо видно развалившегося на бортике фонтана кисоньку, Лилиэн легко сбежала по ступенькам вниз и по широкой аллее вышла к фруктовым садам, которые встретили ее приятной прохладой и резной тенью, отбрасываемой пышной листвой. Неспешно шагая по дорожке, искусно имитирующей естественную тропинку, но являвшейся, по сути, результатом ежедневного труда садовников, она позволила себе, отринув приличия, негромко напевать фривольную песенку о пастушке и лесной фее, вскружившей ему голову, но очень далекой от человеческого понятия о любви. Мурлыкая себе под нос: «Закрутила, завела, но в итоге не дала», графиня совершенно не глядела себе под ноги, за что и поплатилась.

Гибкая тень, появившаяся внезапно на тропинке, бросилась под ноги зазевавшейся графине, которая запнулась и, вскрикнув от неожиданности что-то неразборчивое, повалилась вперед, едва успев выставить перед собой руки.

– Что за... – начала было она, но, разглядев сжавшегося в комок черного кота, смягчилась и, встав на колени, протянула к нему перепачканную пылью ладонь. – Бедный котик, прости, я тебя совсем не видела.

Кот поднял уши торчком и, вытянув длинную мордочку в сторону графини, понюхал пальцы.

– Р-мя, – сообщил он с жалобными интонациями, отпрянув и вновь сжавшись в несчастный комок.

– Иди сюда, маленький, – проворковала она, осторожно подбираясь к животному. – Иди, я тебя пожалею.

Кот настороженно дернул ухом, но не убежал, однако и попыток приблизиться к женщине не делал, наблюдая за тем, как та, совершенно не заботясь о состоянии своей юбки, приближается к нему, стоя на четвереньках.

Приблизившись на достаточное расстояние, Лилиэн осторожно погладила лоснящуюся шерстку зверя, воркуя что-то утешительное. Кот зажмурил свои удивительно яркие желтые глаза и боднул лбом подставленную ладонь. Убедившись, что мир восстановлен, женщина встала на ноги, отряхнула юбку от пыли и прилипшей к ткани листве и мелкого мусора, затем поправила шляпку и прическу. Кот, тем временем, громко мурлыча, терся о ее ноги.

– Как же ты сюда попал, бедняжка? Где твои хозяева? – спросила она, беря его на руки. Как и следовало ожидать, кот на ее вопросы не ответил.

Пожав плечами, Лилиэн с котом на руках продолжила свой путь, твердо решив найти хозяев несчастного животного, а если не выйдет – оставить его у себя. Прикинув реакцию Вильгельма, она решила, что на крайний случай разыграет карту беременности, ведь, как известно, дамам в положении не отказывают.

Так, довольная собой, она, пребывая в приподнятом расположении духа, и без новых приключений добралась до лавки травницы.

Услышав звон дверного колокольчика, Ива обернулась и, увидев графиню Моро, одарила ее искренней улыбкой и, отложив в сторону пестик со ступкой, в которой растирала сушеный корень мандрагоры, сделала шаг навстречу и замерла, встретившись со взглядом желтых глаз. Улыбка застыла на лице девушки, а затем и вовсе исчезла, уступив место настороженно-тревожному выражению лица.

– Что случилось, Ива? Я не вовремя? – удивилась внезапной перемене графиня.

– А, нет, Лилиэн, что вы. Просто вдохнула пыль от мандрагоры, вот и... – растерянно пробормотала травница, вытирая руки о передник. – Откуда у вас этот кот?

– Этот? – графиня почесала животное между ушей, на что тот блаженно зажмурился, огласив лавку звучным мурчанием. – Запнулась об него, когда шла через фруктовые сады. Хочу найти его хозяев, сомневаюсь, что он бездомный.

Ива кивнула, не сводя напряженного взгляда с кота, продолжавшего демонстрировать удовольствие от ласки женщины.

– Это кот леди Вивьен. Я видела его в порту, когда она сходила с «Верного».

– Да? Замечательно! Я с удовольствием верну ей питомца. – обрадовалась женщина и, заглянув коту в глаза, проворковала. – Хозяйка наверняка себе места не находит, а ты, негодник, по садам гуляешь.

– Действительно, не находит, – задумчиво произнесла Ива. – Давайте я сама отнесу его леди Вивьен или попрошу кого-нибудь из уличных мальчишек отнести записку в «Сытого ежа».

Лилиэн кивнула, а кот, явно удовлетворенный таким развитием событий, боднул ее лбом в подбородок и вывернулся из рук. Шлепнувшись на пол, он с наслаждением потянулся, зевнул и отправился бродить по лавке, демонстративно игнорируя обеих женщин. Проследив за ним взглядом, полным умиления, графиня взяла травницу за руки и с лукавой улыбкой произнесла:

– Кажется, дорогая Ива, ваше зелье имело побочный эффект, о котором вы меня не предупредили.

Ива озадаченно нахмурилась, не совсем понимая, о чем идет речь, а Лилиэн, довольная произведенным эффектом, хихикнула, словно нашкодившая девчонка, и продолжила:

– Так что теперь мне срочно нужна ваша помощь, иначе эта утренняя тошнота доведет меня до отчаяния!

– Тошнота? – растерянно повторила Ива, собеседница кивнула, наблюдая, как меняется выражение лица девушки, по мере того как до нее доходит смысл сказанного. – Лилиэн, я вас поздравляю! От всей души!

Травница порывисто обняла сияющую от счастья женщину, выбросив из головы кота, снующего по лавке.

Пока женщины обсуждали клюквенный морс с лимоном, чай из мяты с ромашкой и прочие способы справиться с неприятными симптомами, сопровождавшими радостную новость, кот медленно обошел комнату.

Заглянув в самые невзрачные углы, Оникс обратил свое внимание на полку книжного шкафа, где совершенно неожиданно обнаружил голову огра, смердившую магией, сходной с некромантией. Эта находка оказалась столь неожиданной, что он потерял бдительность и, поддавшись любопытству, решил изучить ее поближе. Привстав на задние лапы, он попытался дотянуться до своей находки, но был вынужден отступить, когда перед его носом клацнули острые зубы. Склонив голову на бок, кот недобро сощурил глаза и сделал пару шагов назад, ласка же, наоборот, выбрался из своего укрытия, недвусмысленно ощерив зубы. Оникс, хлеща себя хвостом по бокам, принюхался, пытаясь определить, с кем имеет дело, противник, тем временем, медленно крался в его сторону.

– Ты не говорила, что у тебя есть питомец, – произнес женский голос, и Оникс почувствовал, как его лапы отрываются от пола.

«Хватит уже меня таскать, я тебе не плюшевый медведь!» – раздраженно подумал он, повиснув в женских руках, с неимоверным усилием сдерживая порыв вцепиться в пальцы зубами или хотя бы оцарапать.

– Да как-то к слову не приходилось, – пожала плечами Ива, снимая с полки сердитого Шу, рвущегося в бой с нарушителем спокойствия.

Ласка продолжал щерить зубы в сторону кота, который, в свою очередь, одаривал маленького хищника взглядами, полными холодного презрения, изредка подергивая кончиком хвоста.

– Может быть, мне стоит отнести его хозяйке самой, – с сомнением произнесла Лилиэн, наблюдая за дистанционной баталией между двумя зверями. – Неровен час сцепятся и разнесут тебе всю лавку.

– Ничего, я справлюсь, – заверила графиню Ива, усаживая Шу на один из магических светильников, свисавших с потолка.

Погрозив пальцем ласке и сопроводив это суровым взглядом, она взяла из рук Лилиэн кота, который внезапно умерил свой боевой пыл и замер в руках травницы, сверкая желтыми глазами.

– Я смотрю, у тебя особый подход к животным, – одобрила Лилиэн, наблюдая за утихомирившимся зверем.

«Конечно, особый, – подумал Оникс, ощущая внезапное онемение во всем теле. – Она меня парализующим заклятьем шарахнула!».

Ива, как ни в чем не бывало, перехватила кота поудобнее, а затем аккуратно сгрузила его на подоконнике, незаметно придав ему более или менее естественную позу. Оникс попытался дернуть хвостом, но, потерпев неудачу, вперил в хозяйку лавки гневный, как ему казалось, взгляд.

– Хороший котик, – проворковала Ива, – Полежи, отдохни, а потом я отнесу тебя к хозяйке.

Глядя в смеющиеся глаза девушки, кот был готов завыть от отчаяния, но не смог даже моргнуть, чтобы скрыть этот досадный факт от умиляющейся графини, Ива развернула Оникса мордой к оконному стеклу, и теперь он был вынужден созерцать будничную жизнь базарной площади. Продолжая мысленно скрипеть зубами, Оникс оставил попытки сбросить оказавшееся довольно сильным заклятье, и сосредоточился на разговорах, которые вели травница и ее гостья.

С четверть часа собеседницы продолжали обсуждать различные средства от утренней тошноты, чем изрядно утомили вынужденного их слушать Оникса, а затем, еще раз заверив, что передаст кота хозяйке, Ива проводила графиню, снабдив кучей кулечков и пакетиков.

– Ну, теперь поговорим? – поинтересовалась Ива, закрывая дверь лавки.

«Очень смешно», – подумал парализованный кот, созерцая, как мельник пытается сдвинуть с места заупрямившуюся кобылу, а та, игнорируя его попытки, увлеченно охотится на кошачий хвост, опрометчиво свешенный с забора его владельцем.

Ива подняла кошачье тело с подоконника и пристроила на столе, затем провела по его морде ладонью, частично снимая заклятье.

– Мяяяяя! – с наслаждением заголосил Оникс на всю лавку.

– Не придуривайся, уверена, ты отлично владеешь человеческой речью, – оборвала концерт Ива, усаживаясь напротив.

– Ну, говорю, – согласился кот, краем глаза наблюдая, как ласка соскользнул со светильника и направляется к столу. – Но это не отменяет того факта, что ты живодерка и мучаешь несчастную, безвинную скотинку.

Кот набрал полные легкие воздуха и собрался было заорать вновь, но тихий смешок прервал его, заставив обратить внимание на девушку.

– Безвинную? А близнецы? Твоих рук дело? – в голосе травницы послышались угрожающие нотки, а глаза как-то нехорошо сузились.

Оникс выдохнул и отвел взгляд, с удивлением осознав, что может двигать ушами и глазами, похоже, частичное снятие ослабило структуру заклинания, что вселило в него надежду на скорое освобождение.

– Не совсем, – уклончиво ответил он.

– Вивьен, – скорее утверждая, чем спрашивая, произнесла Ива. Оникс предпочел никак не комментировать эту вполне очевидную информацию.

Шу, взобравшись на стол, обошел парализованного кота кругом, принюхиваясь и озадаченно дергая носом.

– Что ты такое? – наконец поинтересовался ласка.

–Баянг, – Оникс растянул губы в подобие улыбки, демонстрируя острые клыки. – Демон-вампир, – пояснил он, увидев, что травница и ее питомец смотрят на него непонимающе. – Призван колдуном, привязан магией к хозяину. Говорю же, скотинка безвиная-а-а-а, доля моя горькая-а-а-а, что прикажут, то и делаю-у-у-у, – заблажил он.

Ива гневно стукнула кулаком по столу, заставив замолкнуть разоравшегося кота и отскочить в сторону опешившего Шу.

– Прекрати придуриваться! – рявкнула она. – Что вы забыли в Мирном?

– Ничего. – равнодушно ответил Оникс, перестав валять дурака. – Стечение обстоятельств. На «Верном» закончились яйца и крысы, да еще вода так некстати то ли стухла, то ли кончилась.

– Яйца и крысы? – переспросила она.

– Угу, – отозвался тот, чувствуя, как постепенно расслабляются скованные заклятьем мышцы. – Обычная плата за труд такого, как я, яйца. Куриные, перепелиные.

Оникс незаметно пошевелил кончиком хвоста и попробовал выпустить когти и, удостоверившись, что то и другое ему удалось, расслабился, выжидая удачный момент.

Бронзовый колокольчик приветственно звякнул, встречая нежданного гостя, и радостный голос Елены, распахнувшей дверь, сообщил:

– Ива, милая, мальчишки Энни пришли в себя!

Кот не заставил себя ждать. Стряхнув, словно лоскут паутины, остатки заклятия, он молнией соскочил со стола и метнулся к двери. Ива вскочила и попыталась поймать беглеца, но руки схватили лишь пустоту.

– Держи его! – только и успела крикнуть она подруге, но кот, проскочив между ней и косяком, оказался на улице и вскоре скрылся из виду. Ива устало опустилась на стул, ссутулилась и закрыла глаза ладонью.

– Я не вовремя? – растерянно спросила Елена, закрыв за собой дверь и приблизившись к подруге, положив ей ладонь на плечо.

– Нет, все в порядке, – подавив досаду, девушка убрала ладонь от лица и нашла в себе силы улыбнуться. – Просто мы только что упустили лазутчика.

Оникс, вполне довольный собой, немного побродил по базарной площади. Развлечения ради погонял дворового барбоса, имевшего наглость кинуться на него, затем своровал несколько яиц в пекарне и, посмотрев на клонящееся к закату солнце, отправился обратно на постоялый двор.

– Удачно? – без лишних церемоний поинтересовалась черноволосая женщина, сидя за небольшим столиком в номере, без особого интереса ковырявшая пирожное, доставленное ей в комнату по поручению какого-то поклонника.

Оникс, под нетерпеливым взглядом женщины, бесшумно запрыгнул на подоконник и демонстративно зевнул, а затем, с явным удовольствием, принялся вылизывать лапу.

– Ну, кое-что удалось, – с ленцой сообщил он, выпуская и втягивая когти. – Познакомился с графиней Моро и даже выяснил, что она в положении.

Женщина плотоядно улыбнулась и скользнула языком, ставшим каким-то уж неестественно длинным, по алым губам. В темных глазах зажегся голодный, алчный огонек, который, по мнению Оникса, рано или поздно ее погубит, что его совершенно не огорчит.

– Повидался с местной травницей, которая оказалась ведьмой и приложила меня парализующим заклинанием. Компания у нее, кстати, весьма любопытная. Голова огра, от которой фонит некромантией, и ласка, судя по всему, дух-защитник, по типу домового. – Об учиненном допросе он решил промолчать, заметив, как меняется настроение его собеседницы.

После слов о парализующем заклятье Вивьен, казалось, перестала слушать. Глаза ее гневно сощурились, и она поднялась на ноги и оперлась руками в столешницу. Жалости к коту, подвергшемуся воздействию неприятного заклятья, она не испытывала, но тот факт, что кто-то посмел покуситься на ее собственность... Этого она оставить просто так не могла и воспринимала данную ситуацию как личный вызов.

– Что ж, думаю, я имею полное право сполна ответить на нанесенное оскорбление, – холодно произнесла она, выпрямляя спину. – Чувствую, сегодня ночью мы славно поохотимся, – женщина ухмыльнулась, глядя на скрывающееся за горизонтом солнце.

Оникс, переведя взгляд с заходящего солнца на свою госпожу, почему-то подумал, что сбежать от рыжей ведьмы-травницы было не такой уж хорошей идеей, а парализующее заклятье вполне можно было потерпеть.