Текст книги "На краю Земли (СИ)"

Автор книги: Сергей Хардин

Соавторы: Сергей Измайлов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 21 страниц)

На краю Земли

Глава 1

– Ваше сиятельство, вы живы? – прокричал мне кто-то чуть ли не в ухо. Голос был совершенно незнакомым. – Вставайте, ваше сиятельство, без вас пропадём!

Что за ерунда? Какое ещё сиятельство? Почему мне не дают поспать? И почему так раскалывается голова? Мозг судорожно пытался сообразить, что происходит, так и не открывая глаз.

Утробный рык неизвестного чудища, находившегося где-то совсем близко, заставил меня распахнуть глаза и резко сесть.

Мир качнулся. В первое мгновение я вообще ничего не понял. В нос ударил густой запах крови, пота и прелой листвы, рядом кто-то орал, звенело железо, испуганно ржали лошади. А потом зрение окончательно прояснилось, и я застыл с открытым ртом.

Вокруг меня кипел настоящий бой. Полтора десятка людей в железных доспехах яростно отбивались от лезущих со всех сторон неестественно крупных диких зверей. В центре круга обороняющихся стояли три подводы с обезумевшими от страха лошадьми, видимо, их и защищали.

Нападавшие твари походили на волков-переростков метра полтора в холке, но самую большую проблему составлял медведь-мутант, намного крупнее обычного бурого. Точнее, это было что-то среднее между медведем и самой уродливой гориллой на свете, покрытое густым чёрным мехом с грязно-бурыми подпалинами.

– Ваше сиятельство, зарубите эту нечисть, мы не сдюжим! – крикнул мне здоровяк в доспехах, в последний момент увернувшись от могучей когтистой лапы.

Он тут же рубанул зверя внушительным мечом, однако клинок лишь скользнул по лапе, словно мужчина бил палкой по бревну. Я уставился на медленно приближающегося монстра – и в этот момент произошло нечто совсем уж невозможное.

Возле медведя прямо в воздухе повисла полупрозрачная голубоватая табличка.

[Спороносный медведь. Третий ранг.

Состояние: незначительные повреждения.

Особенность: усиленная защита.

Уровень угрозы: крайне высокий.]

Я несколько раз моргнул. Табличка никуда не исчезла. Что это за бред?

Вокруг всё выглядело словно историческая реконструкция: люди в средневековых одеждах и доспехах, мечи, копья, луки. Только реконструкторы обычно не валяются на земле с распоротыми животами, а бутафорские чудовища не пахнут так, что желудок к горлу подкатывает.

Я машинально поднял руку – и окончательно потерял дар речи. Рука была закована в латную перчатку. Когда это меня успели так нарядить? Где я вообще оказался, чёрт возьми?

Рядом со мной лежал меч, вокруг лезвия которого едва заметно мерцал голубой ореол.

– Ваше сиятельство! – вскрикнул всё тот же здоровяк.

Медведь смахнул его лапой, словно щепку. Мужчина пролетел несколько шагов, со всей дури врезался спиной в ствол дерева и медленно сполз вниз, уже без сознания. Вот тогда до меня окончательно дошло: что бы здесь ни происходило, через несколько секунд эта тварь доберётся и до меня. Паниковать можно потом, если будет кому.

Сказали, что без меня не справятся? Значит, прежний хозяин этого тела, в котором я по непонятным причинам оказался, чего-то да стоил.

Я схватился за рукоять меча. Через латную перчатку в ладонь сразу потекло странное приятное тепло, а перед глазами на мгновение вспыхнула ещё одна надпись:

[Родовой клинок Скуратовых.

Артефакт Воздуха.

Свойство: усиление режущей кромки.]

Вот это уже интереснее. По крайней мере, теперь стало понятно, почему эта штука светится.

Я вскочил. Колени неожиданно оказались крепкими, тело послушным и невероятно лёгким. Никакого ощущения тяжёлых лат, которое я ожидал почувствовать, почти не было.

Передо мной огромный свирепый монстр, который уже положил немало людей, у меня в руках артефактный меч, которым я должен эту зверюгу убить.

Ну а что мне терять? Если это сон – проснусь. А если не сон… Об этом лучше пока не думать.

В крови забурлил адреналин, страх отступил куда-то на задний план, и я двинулся навстречу здоровенному монстру. Внимание спороносного медведя тут же переключилось на меня, как на главную цель. Бесцеремонно раскидав нескольких оказавшихся на пути воинов, зверь ринулся вперёд.

Взмах мощной лапы я парировал совершенно рефлекторно, даже подумать не успел, тело сделало всё само. Меч коротко сверкнул голубым, и я с ошеломлением увидел, как лапа толщиной едва ли не с моё могучее бедро отделилась от чудовища, сделала в воздухе кульбит и рухнула в траву. Из культи хлынула тёмная, почти чёрная кровь, забрызгав мне нагрудник.

Я на мгновение застыл, медведь тоже. Потом монстр отпрянул и взревел так, что, казалось, задрожали окружающие деревья.

– Его сиятельство! – заорал кто-то из воинов, следом грянул восторженный вопль остальных.

Вот теперь страх окончательно сменился каким-то почти безумным азартом. Раз получается – надо добивать. Я ринулся вперёд, следующий взмах – и на землю падает вторая передняя лапа.

Сам я до сих пор не понимал, откуда знаю, как правильно двигаться, под каким углом держать клинок и когда переносить вес тела. Всё получалось будто само собой, словно этим мечом я действительно махал всю жизнь.

Войдя в раж, я шагнул ещё ближе и всадил клинок чудовищу в грудь, примерно туда, где должно находиться сердце. Меч вошёл на половину длины и на удивление легко.

Культёй обрубленной лапы монстр всё же успел ударить меня по плечу. Меня развернуло, сбило с ног и протащило по земле, в глазах вспыхнули искры. Вот тебе и сон, боль была самая настоящая, но медведю досталось хуже. Он сделал ещё шаг, качнулся, рыкнул напоследок и всей своей тушей рухнул на землю.

Несколько мгновений никто не двигался, потом лес снова взорвался криками. Победный вопль моих соратников заставил оставшихся волков попятиться. Те попытались отступить, но бойцы, окончательно воспрянувшие духом, не дали им уйти. Одних зарубили мечами, других закололи копьями, ещё несколько получили стрелы в бока и морды. Вскоре всё закончилось.

Наступившая тишина оказалась почти оглушительной. Я уже поднялся с земли, стоял посреди поляны, тяжело дышал и никак не мог заставить пальцы разжаться, словно собирался добивать монстра закованным в железо кулаком.

Если это не сон, то что? Какая-то новая виртуальная реальность? Слишком уж правдоподобная. Я отчётливо ощущал отвратительную вонь от тел монстров, металлический запах человеческой крови, дым, пот, прелый мох. Плечо после удара медведя ныло так, что хотелось выругаться.

Оглядев себя внимательнее, я обнаружил, что практически с головы до ног закован в доспехи, причём мои выглядели куда солиднее и дороже тех, что носили остальные. Может, я какой-нибудь князь?

Только теперь до меня дошло ещё кое-что – тело тоже было не моим. Я медленно сжал кулак, потом разжал. Рука выглядела мощнее привычной, плечи шире, живот подтянут, мышцы плотные, как у профессионального спортсмена.

Очень хотелось найти зеркало. Хотя, наверное, сейчас лучше не стоит.

Взгляд скользнул по ближайшему поверженному волку, табличка возникла сама:

[Спороносный волк. Второй ранг.

Доступный ресурс: осколок.]

Я тряхнул головой, и надпись исчезла.

– Здорово вы его уложили, ваше сиятельство! – произнёс уже знакомый сиплый голос.

Говорил рыжебородый мужчина в доспехах, на вид лет тридцати. Лицо заляпано кровью, в бороде застрял какой-то лист, но улыбался он так, словно только что вернулся с удачной охоты, а не чудом выжил.

– Что здесь происходит? – спросил я, подойдя к нему.

Рыжий сперва усмехнулся, но, внимательно посмотрев мне в лицо, улыбаться перестал.

– Странный вопрос, ваше сиятельство. Монстры напали, да много. Наших почти половина полегло, раненых вон зельевар Прохор лечит.

Я проследил за его взглядом. Возле одного из деревьев пожилой мужчина в длинном тёмном плаще с капюшоном наносил из маленького пузырька ярко-зелёную светящуюся жидкость на рваную рану в плече одного из бойцов.

И снова появилась подсказка:

[Зелье Жизни. Второй ранг.

Действие: постепенное восстановление повреждённых тканей.

Ресурс ограничен.]

Ну это точно какая-то игра.

Так, стоп, какая игра? Память вернулась резко, будто кто-то распахнул дверь. Ночное шоссе, я мчался в город, где находился один из филиалов подшефной мне сети супермаркетов. Фары выхватили из темноты огромного лося слишком поздно.

Удар, копыто, летящее прямо в лобовое стекло, потом темнота.

Я даже не помнил, сработали ли подушки безопасности. По спине пробежал холодок. Это что же получается? Я умер и очутился в другом мире?

Несколько секунд я просто стоял, глядя перед собой. Руки вдруг начали мелко подрагивать – только теперь, когда непосредственная опасность миновала. Я стиснул пальцы в кулак. Не сейчас, в истерику впадать будем позже. Желательно в одиночестве.

Прямо передо мной лежал поверженный медведь, из груди которого торчал мой меч. Я уже почему-то не сомневался, что оружие принадлежит именно мне: больше ни у кого из отряда клинки не светились.

Вытащить его оказалось не так просто, пришлось упереться сапогом в тушу. Когда клинок наконец вышел, я автоматически вытер его о густую шерсть и убрал в ножны. Опять поймал себя на странном ощущении: я не думал, как это сделать, рука сама повернула клинок нужной стороной, сама нашла ножны, будто делала это тысячи раз.

Я снова оглядел поляну. Воины пытались успокоить обезумевших от запаха крови лошадей. Вокруг валялось больше десятка убитых волков и почти столько же людей. Мёртвых.

Ещё час назад (если здесь вообще можно измерять время привычным способом) я руководил магазинами, злился на поставщиков и думал о месячном обороте, теперь вокруг лежали трупы.

Всё происходящее казалось настолько нереальным, что голова пошла кругом, но боль в плече была вполне реальной, а ещё снова начала раскалываться голова. Я невольно скривился и зашипел сквозь зубы.

Уже чуть не спросил у рыжего про обезболивающее, но вовремя спохватился. Раз тут лечат светящимися зельями, а магический меч легко отсекает лапы мутировавшим медведям, таблетки я вряд ли найду.

– Соберите осколки из зверюг! – распорядился тем временем владелец рыжей бороды.

Несколько бойцов тут же принялись вспарывать убитых монстров и шарить внутри, явно занимаясь привычным делом.

Теперь я обратил внимание, что доспехи у рыжего заметно лучше, чем у простых бойцов, хотя моим всё равно значительно уступают. Справа находился ещё один мужчина в похожем снаряжении. Тёмные, почти чёрные волосы уже тронула седина, хотя самому ему на вид было не больше сорока.

Пока рыжий говорил, этот молча осматривал лес и время от времени переводил взгляд на меня. Причём взгляд этот мне совершенно не нравился. Не испуганный, нет, оценивающий.

– Идёмте, ваше сиятельство, – сказал рыжий, тоже напряжённо всматриваясь между деревьями. – Уже вечереет. Надо найти место для ночлега, а дорога впереди ещё долгая.

– Идём, – кивнул я. – Веди. Голова так гудит, что ничего не соображаю.

Вполне подходящая легенда, заодно объяснит странные вопросы и даст мне хотя бы немного времени разобраться в происходящем. Рыжий задержал на мне взгляд чуть дольше обычного, затем коротко кивнул и начал отдавать команды. Темноволосый включился следом.

И вот тут между ними сразу обнаружилась разница: рыжий говорил громко, размахивал рукой и успевал вставить шутку даже возле мёртвых. Второй почти не повышал голоса. Называл имя, указывал, что делать и шёл дальше. И почему-то именно после его коротких распоряжений люди начинали двигаться заметно быстрее.

Сборы немного затянулись, павших следовало предать земле хотя бы символически. Как я понял из негромких разговоров, глубокие могилы рыть не стали, мутировавшее зверьё всё равно рано или поздно раскопает. Но оставить товарищей лежать под открытым небом для них было немыслимо.

Наконец оставшийся отряд построился вокруг трёх подвод, и мы двинулись дальше через лес.

Я шёл во главе вместе с двумя своими предполагаемыми помощниками. Рыжий нёс стяг, темноволосый держался немного правее и постоянно осматривал чащу, а я, воспользовавшись собственной легендой, изображал человека с очень больной головой, что отчасти даже было правдой.

Что здесь происходит? Куда мы идём? Откуда взялись эти твари? И кто я вообще, в конце концов? Стоило сформулировать последний вопрос мысленно, как перед глазами снова появилась голубая табличка.

[Скуратов Владимир Михайлович.

Сын графа Скуратова Михаила Петровича, казнённого по велению князя Новослободского по подозрению в измене.

Текущий статус: ссыльный дворянин.

Назначение: деревня Поречье, дальний рубеж Новослободского княжества.

Уровень внешней угрозы: экстремальный.

Данных для достоверного прогноза недостаточно.]

Я едва не споткнулся. Вот и приехали, значит, всё-таки Владимир, графский сын. Отец казнён, а меня сослали в какую-то дыру на край княжества. Похоже, прежнему владельцу тела кто-то очень сильно не желал добра.

Умер в своём мире от столкновения с лосем на ночной дороге, оказался в другом – и здесь снова грозит смертельная опасность. Вот это реинкарнация, вот это вам большое спасибо, высшие силы!

Впрочем, гневить неизвестно кого там наверху тоже не стоит. Мне, как ни крути, дали второй шанс, да ещё снабдили странным подсказчиком в виде светящихся голубых табличек. Если научусь правильно этим пользоваться, преимущество может оказаться очень серьёзным.

Главное сейчас – добраться до этого пресловутого Поречья, наверняка там будет спокойнее. Правильно ведь думаю? Как там тебя назвать? «Система»?

Ответ возник почти сразу:

[Поречье – ранее крупная деревня в излучине реки Свежка.

Окружающие земли частично поражены Мицелием.

Территория влияния местного Камня Силы сокращается.

Часть населения покинула поселение. Текущее состояние населения: данные неполные.]

Вот спасибо, теперь всё встало на свои места. То есть абсолютно ничего не стало понятно. Мицелий? Камень Силы? Какие ещё данные неполные? Я мысленно задал несколько вопросов подряд, но на этот раз Система молчала.

Интересная у нас получается дружба. Захочет – расскажет, не захочет – сам догадайся. Ладно, разберёмся постепенно, других вариантов всё равно нет.

* * *

Сумерки в дремучем лесу сгущались невероятно быстро. Вскоре деревья немного поредели, и впереди показался небольшой холм со скальным выступом на вершине. Деревьев на нём почти не было, что на фоне окружающей чащи выглядело необычно. Едва заметная, давно нехоженая дорога плавно огибала возвышенность.

– Отличное место, ваше сиятельство! – воскликнул рыжий, указывая на холм. – Здесь заночевать можно. Как считаете?

Я вынырнул из размышлений и посмотрел на него внимательнее, система отозвалась:

[Анатолий. Копейщик. Второй ранг.

Освоенный боевой приём: оглушающий круговой удар.]

Наконец-то хоть имя узнал.

– Согласен, Анатолий, – кивнул я. – Хороший обзор. Обороняться будет удобнее.

Рыжий на миг замер. Похоже, уже не ожидал, что я назову его по имени. Потом лицо мужчины расплылось в довольной улыбке.

– Верно, ваше сиятельство, – чуть ли не промурлыкал рыжий и развернулся к отряду. – Все слышали? На холм! Разбиваем лагерь!

Бойцы сзади заворчали – кто-то одобрительно, кто-то не особенно. Причину недовольства понять было несложно: наверх требовалось затолкать ещё и три подводы, лошади с таким подъёмом сами явно не справятся.

Когда подошли к холму вплотную, командование почти незаметно перехватил темноволосый. Я присмотрелся к нему.

[Виктор. Мечник. Второй ранг.]

Вот и второй.

– Кузьма, клинья под колёса. Семён, лошадей не дёргай, дай им самим упереться. Двое к заднему борту, – спокойно говорил Виктор.

Ни одного лишнего слова, ни одного лишнего движения, люди выполняли его приказы безоговорочно.

Первую подводу затолкали наверх всем миром, следом вторую и третью. Минут через десять весь отряд уже находился возле скального выступа.

Действовали бойцы грамотно. Несколько человек отправились вниз за валежником и сухостоем, другие начали ставить шатёр, третьи готовили место для костров. Причём дров натаскали с хорошим запасом и сложили возле скалы отдельной кучей, прикрыв сверху шкурами на случай сырости.

По краям лагеря развели несколько костров, а это и свет, и защита от обычного зверья, и возможность приготовить еду. Пока одни занимались дровами, другие подготовили крупу, разделали пару подстреленных ранее зайцев.

Небольшой шатёр предназначался, как выяснилось, мне и обоим помощникам.

– А остальные проведут ночь под открытым небом? – спросил я у Анатолия, который дёргал одну из растяжек, проверяя крепость узла.

– А где ж тут столько шатров поставить, ваше сиятельство? – Рыжий обвёл рукой вершину холма. – Ночи пока тёплые. Кто спит под телегой либо у костра, шкурой укроется. Остальные караул несут. Потом поменяются.

Я кивнул.

Прохор уже устраивался на одной из телег, положив под голову собственный свёрнутый плащ. Хотел было распорядиться поставить отдельное укрытие хотя бы для старика, но передумал. Пока лучше не ломать привычный порядок слишком резко. И без того оба десятника время от времени смотрят на меня так, словно пытаются понять, куда делся прежний хозяин тела.

Я присел на небольшой валун у скалы и некоторое время наблюдал за своими новообретёнными подчинёнными. Действовали они действительно слаженно, никто не носился без цели, каждый знал свою работу.

– Анатолий, – окликнул я рыжего, когда тот проходил мимо. – Сколько смен караула обычно ставите?

– Две, ваше сиятельство. Половина спит, половина караулит, потом меняются.

Я прикинул численность оставшихся людей.

– Раздели на три. Часовых получится меньше, зато каждый успеет нормально поспать. Путь впереди нелёгкий.

Анатолий почесал бороду, оглянулся на людей, потом кивнул.

– И правда разумнее, особенно после сегодняшнего. Сделаем.

Вот это уже хороший признак. Не стал спорить только потому, что «так всегда делали».

Пока рыжий распределял смены, дежурные по кухне начали раскладывать варево по мискам. Передо мной поставили небольшой складной столик, остальные разместились прямо на траве.

Сказать честно, не ожидал, что местная стряпня окажется настолько съедобной. Густой суп, скорее напоминающий жидкую кашу с зайчатиной, щедро сдобрили ароматными травами. После всего пережитого аппетит оказался зверский, но я заставил себя есть медленнее. Надо же соответствовать высокому званию, граф всё-таки.

Надеюсь, со стороны выглядел величественно, а не как голодный человек, который из последних сил сдерживается, чтобы не вылизать миску.

Анатолий и Виктор устроились неподалёку прямо на траве. Предлагать им место за столом я пока не стал, сначала надо понять местные порядки, потом уже устраивать революцию.

Ночь окончательно вступила в свои права. Бойцы расположились возле телег и костров. Тяжёлые элементы доспехов на время сна сняли, но оружие каждый положил рядом, а часть снаряжения оставили на себе, чтобы при тревоге не пришлось одеваться с нуля. Я последовал их примеру.

Анатолий улёгся первым и через несколько минут уже негромко похрапывал. Виктор ещё долго лежал молча, прислушиваясь к звукам снаружи, и только потом дыхание мужчины стало ровнее.

А я уставился в тёмный потолок шатра, спать совершенно не хотелось. Вот теперь, когда никто не пытался меня сожрать, пришло время разобраться хотя бы в основах.

«Система?»

Ответа не было, но ощущение, что меня услышали, почему-то появилось. Я начал задавать вопросы мысленно. На часть ответы приходили, на часть – нет. Причём никакой понятной мне логики пока не просматривалось. За следующие полчаса удалось узнать гораздо больше, чем за весь прошедший день.

Магия в этом мире действительно существовала. Люди могли обладать Даром, развивать его, подниматься по неким ступеням. Существа и предметы делились по рангам, хотя точного соответствия между рангом монстра и силой человека, как выяснилось, не существовало.

С Мицелием всё оказалось хуже. Эта зараза поразила огромные территории, постепенно меняя землю, растения и животных. Люди сохранились лишь на сравнительно небольших участках, где распространению Мицелия препятствовали Камни Силы.

На мой уточняющий вопрос появилась короткая справка:

[Камни Силы препятствуют распространению Мицелия и поддерживают пригодное для жизни состояние территории в пределах своего влияния.

Физической защиты от проникновения заражённых существ не создают.]

Вот это важно. Значит, никакого волшебного купола вокруг Поречья не будет, монстры могут прийти и туда. Очень обнадёживает. Попытался выяснить собственные магические способности.

Ответ оказался менее полезным:

[Магический профиль пользователя: недоступен.

Требуется активация Дара.]

Интересно. Значит, Дар у этого тела, возможно, есть, но пока я им не пользовался или не умею пользоваться.

Потом я задал вопрос, который тревожил меня сильнее остальных:

«Кто-нибудь ещё видит тебя?»

На этот раз ответ пришёл сразу:

[Интерфейс Системы доступен только текущему пользователю.]

Вот это уже действительно преимущество. Никто не знает о моей главной шпаргалке, пускай так и остаётся.

«А откуда ты вообще взялась?»

Тишина. Я повторил вопрос, но не последовало никакой реакции. В третий раз спрашивать уже не стал.

– Вот и хорошо, – едва слышно пробормотал я.

Информации на сегодня достаточно, голова и без того трещит. Я повернулся на бок и сам не заметил, как уснул.

* * *

Побудка оказалась жёсткой: крики, вой, рёв. Я распахнул глаза, схватил лежавший рядом меч и вылетел из шатра вслед за своими помощниками.

Костры за ночь прогорели почти до углей – часовые поддерживали их ровно настолько, чтобы сохранять свет и не расходовать весь запас сразу. Теперь бойцы торопливо раздували пламя и бросали сверху сухие поленья из заготовленной кучи.

При ярком свете луны было видно, как по склону со всех сторон лезет зверьё. Весь отряд уже стоял на ногах. Лучники стреляли удивительно метко, однако, чтобы остановить одного волка, требовалось две-три стрелы.

– Костры раздувайте! Света больше! – надрывался Анатолий, уже вооружённый копьём. – Живее, ироды, пока нас самих не раздули!

Несколько волков добрались до вершины, и началась рукопашная. Вот теперь выяснилось, зачем люди спали практически в боевом снаряжении.

Я уже понял, что в этом теле действительно умею драться куда лучше, чем мог в прошлой жизни. Схватил меч поудобнее и шагнул навстречу первой твари. Бойцы передо мной внезапно шарахнулись в стороны, прямо перед лицом клацнули огромные зубы.

Я прекрасно понимал, что боец из прежнего меня – как из кота балерина, но новое тело опять сработало раньше головы: шаг в сторону, поворот корпуса, короткий выпад. Меч вошёл волку под челюсть и вышел из макушки сантиметров на десять. Я едва успел выдернуть клинок из падающей туши, прежде чем тот вывернул бы мне запястье.

Справа Анатолий подцепил копьём морду ещё одного волка, а Виктор широким взмахом меча перерубил твари шею.

Потом рыжий продемонстрировал тот самый «оглушающий круговой удар», о котором сообщала Система. Копьё описало широкую дугу и с глухим стуком приложило сразу двух волков. Один рухнул на бок, второй пошатнулся, словно пьяный, и подоспевшие мечники тут же закончили дело. Неплохо.

Я ринулся туда, где ещё кипел бой, и успел обезглавить волка, собиравшегося вцепиться в плечо одному из бойцов.

В детстве я мечтал быть рыцарем в доспехах, крушить врагов направо и налево. Кто бы мог подумать, что мечта исполнится лет этак на несколько десятков позже и совсем не в том мире.

Страх постепенно уступил место азарту, теперь главное – не увлечься. Пока я ещё слишком мало знаю о собственных возможностях, но окружающие меня воины явно восприняли моё появление в гуще боя как сигнал. Люди выпрямились, кто-то заорал что-то боевое, копейщики стали действовать смелее.

Через несколько минут шум начал стихать. Остатки волчьей стаи отступили с холма и растворились между деревьями. Я несколько секунд стоял на месте, прислушиваясь к собственному дыханию, вроде жив. Рядом кто-то нервно рассмеялся.

Только сейчас я увидел двоих раненых бойцов, над которыми уже корпел Прохор. На этот раз, к счастью, обошлось без трупов с нашей стороны, а вот мёртвых волков на вершине валялось порядочно. Бойцы почти сразу принялись потрошить туши.

– Красный осколок! – довольно воскликнул один, демонстрируя небольшой багровый самоцвет.

– А у меня зелёный! – откликнулся другой воин.

– Это мы ещё легко отделались, – произнёс Виктор. Он вытер клинок пучком травы и только после этого посмотрел на остальных. – Если бы не его сиятельство, кого-нибудь точно недосчитались бы.

Ни улыбки, ни громких похвал, но почему-то именно его слова прозвучали весомее.

– Да уж, ваше сиятельство, – Анатолий, напротив, ухмылялся во всю рыжую бороду. – Задали вы им жару. Даже я впечатлился, а меня, между прочим, впечатлить трудно.

– Сам от себя в некотором недоумении, – признался я, вытирая меч о шкуру ближайшего волка.

Виктор поднял голову к востоку.

– Снова ложиться уже смысла нет.

– Собираемся потихоньку, – сказал я, посмотрев туда же, край неба уже начинал светлеть. – Как рассветёт – выдвигаемся. Только перекусить сначала надо, после драки аппетит разыгрался.

– Вот это разговор! – мгновенно оживился Анатолий. – Сейчас кашу вчерашнюю разогреем. Дров, слава всем силам небесным, натаскали с запасом.

Он тут же начал распоряжаться завтраком, а я тем временем подошёл к раненым. Прохор уже наложил повязки, и оба чувствовали себя терпимо. Один из тех, кого серьёзно ранили ещё вчера и всю дорогу везли на телеге, теперь и вовсе спокойно ходил и помогал собирать шатёр.

Чудеса. Не такой уж медленный этот эликсир, что тогда способно сделать быстрое зелье? Оторванную ногу прирастить? Впрочем, почему нет? Другой мир – другие правила.

Примерно через полчаса мы начали спускаться. Ни умных часов, ни мобильника при мне, естественно, не оказалось, но на вопрос о времени Система отвечала исправно: начало шестого утра, уже что-то.

Вернувшись к дороге, отряд снова построился вокруг подвод. Убедившись, что путь впереди один, я пошёл рядом с десятниками, положив руку на рукоять меча.

Лес всё ещё выглядел ненормально тёмным. То и дело казалось, что глубже между деревьями что-то шевелится, иногда даже сами стволы. Хотя, может, воображение после бессонной ночи разыгралось.

– Всё этим поганым Мицелием поражено, – проворчал Анатолий, поравнявшись со мной. – Нормального зверья почти не сыскать. Одни зайцы пока держатся. Хорошо хоть с голоду не помрём.

– Далеко ещё до Поречья? – спросил я, рассматривая крупные светящиеся грибы у корней уродливого дерева.

Анатолий задумался, Виктор ответил первым:

– Полдня, не меньше, ваше сиятельство. Если твари сильно досаждать не будут, к обеду доберёмся.

– Да куда они утром полезут, – махнул рукой Анатолий. – Сам знаешь, после рассвета большинство этой погани в чащу уходит.

– Большинство, – подчеркнул Виктор. – А что тут ещё водится, никто из нас не знает, места давно не хоженые.

Он помолчал и добавил:

– Я вообще не уверен, что в Поречье кто-то остался. Небось всё уже проросло Мицелием.

– Есть там люди, – уверенно сказал я. – Я точно знаю.

Анатолий тут же повернул голову.

– Откуда знаете, ваше сиятельство?

Чёрт, оговорился. Я сделал вид, что чрезвычайно заинтересован лесом слева.

– Значит, знает, – сухо сказал Виктор. – Тебе какая разница?

Анатолий хотел что-то ответить, но только фыркнул. А мой темноволосый помощник нравился мне всё больше. Спокойный, немногословный, не лезет с ненужными вопросами. Анатолий тоже оказался неплох, отваги ему точно не занимать, но рыжему сначала требовалось сказать, потом подумать, а Виктор, похоже, поступал наоборот. Для командира второе заметно удобнее.

Мы ещё несколько часов шли по почти заросшей дороге, новых нападений не случилось. Лучники по пути подстрелили нескольких зайцев и трёх уток, когда дорога подходила близко к реке.

После полудня лес впереди неожиданно начал светлеть. Я даже остановился. На фоне ставшей привычной болезненной черноты яркая зелень выглядела почти неестественно.

За деревьями показалось поселение. На небольшом возвышении стояло десятка три бревенчатых домов и маленькая церквушка на пригорке. Поречье. Значит, добрались.

Несколько местных жителей застыли посреди улицы и молча смотрели в нашу сторону, потом кто-то позвал соседей. Из домов начали выходить люди, подходили к плетням, останавливались у ворот, всматривались в остановившийся на краю леса вооружённый отряд. Даже с расстояния было заметно: особой радости наше появление у них не вызывает.

– Идём, – сказал я и расправил плечи. – Анатолий, стяг выше. Пусть знают, кто к ним пожаловал.

– С удовольствием, ваше сиятельство.

Видавший виды синий стяг с родовым гербом взмыл над нашими головами. Мы шагнули вперёд, бряцая доспехами.

Я заставил себя улыбнуться как можно дружелюбнее и поднял руку в приветствии. Сейчас предстоял новый бой, только, похоже, уже без мечей.