Текст книги "Фанфик по Strongest Disciple Kenichi"

Автор книги: Сергей Лейченко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 23 страниц)

– В смысле? – брюнетка непонимающе уставилась на предъявленное доказательство. – Он же вроде сюда шел...

Но девушка не успела поделиться своим мнением о данной ситуации.

– Я подобных ему типов хорошо знаю, – процедила Кисара, перебив пухленькую кассиршу. – Когда у их питомцев появляется потомство, то все, на что хватает этих скотов, так это дойти до ближайшего зоомагазина, а после неудачи оставить коробку в какой-нибудь подворотне! И это в лучшем случае, а в худшем они идут сразу к реке...

– Мне кажется, ты преувеличиваешь, – осторожно заметила девушка.

– Что?! – "кошатница" вперила в нее гневный взгляд. – Да как ты можешь такое говорить, работая тут?!

– Я имела в виду данный случай, – Сейко поторопилась успокоить собеседницу. – Ведь парень...

– Я уже пару раз пересекалась с этим козлом и успела понять, что он из себя представляет!

"Опа, тут походу еще и личные мотивы приплелись! Тогда все ясно..." – подумала девушка. – "Надо побыстрее ее успокоить и проверить, как дела у того типа, а то что-то там подозрительно тихо..."

– Просто он не похож на беспринципного человека, – произнесла она, поглядывая на затисканного серого малыша.

– По внешности не судят, – отрезала подруга. – Уж поверь, он тот еще негодяй!

Сейко указала на очевидную нестыковку:

– Котенок явно не новорожденный, ему уже минимум пару месяцев...

– И что?

– Если бы он хотел его утопить, то не стал бы так долго ждать. К тому же в коробке была еда: не находишь это странным – кормить того, от кого ты хочешь избавиться столь кардинальным образом?

Кисара поморщилась и потянулась к стоящей перед ней чашке, от которой все еще поднимались сизые клубы пара.

– А ты думаешь выкинуть бедняжку, оставив на произвол судьбы – это намного человечнее?

– По крайней мере, это не тянет на жестокое избиение и тем более на убийство! А оно непременно произошло, если бы я тебя не оттащила!

– Немножко вспылила, я не хотела... – отмахнулась школьница.

– "Немножко", "не хотела"? А кто недавно вопил на весь магазин: "Я тебя убью"? – не поверила ей приятельница.

– Поделом ему! – лицо девушки озарила недобрая усмешка. – Получил то, что заслужил!

– Уверена, что ты будешь думать иначе, когда тебя переоденут в тюремную робу и лет на десять закроют в местах, где кошки не водятся.

Эти слова оказали нужное воздействие, и Кисара, поперхнувшись кофе, переключилась на анализ последствий своего поступка, посмотрев на него с другой стороны. Результаты ей не понравились. Она отставила чашку и предложила:

– Не шути так! Пойдем лучше, глянем, что он там делает...

Некоторое время назад. Подсобка.

Дверь за смотавшейся парочкой захлопнулась. Скрючившееся на мешках тело среагировало на тишину и расслабило напряженные мышцы. С губ сорвался тихий, но донельзя болезненный стон, и парень, с трудом отняв от головы руки, постарался подняться, но у него ничего не вышло: едва он неловко шевельнулся, как острая боль в груди заставила остановиться и прекратить эту пытку. "Дышать – тяжело, но не дышать – еще тяжелее", – данную народную мудрость Кеничи подтвердил опытным путем и теперь вовсю познавал на себе. Ему ничего не оставалось, кроме как уставиться помутневшим взглядом в потолок и надеяться, что данное состояние временное.

"Как-то мне хреново", – весьма апатично подметил парень, когда спустя пару минут ощутил малозаметное, но все же ухудшение. – "Уж лучше бы добила..." С полминуты Сирахама бездумно разглядывал облупившуюся местами краску, а затем внезапно рассмеялся, вернее пару раз кашлянул, выпустив изо рта струйку крови: ему на ум пришла следующая мысль: "Мастер Кенсей наверняка сказал бы, что нельзя желать лучшего конца, чем смерть от руки прекрасной девы, а мастер...", – не забыл он и о другом своем учителе, – "...Акисамэ, как в воду глядел, одним словом – накаркал!"

Затем парень на некоторое время погрузился в воспоминания о родных и знакомых, но это занятие не смогло увлечь его надолго. "Кажется, так и подохну тут, даже не узнав, за что она меня так отделала", – подумалось школьнику поначалу. Впрочем, припомнив яростный блеск зеленых глаз, он изменил свою точку зрения: "Хотя о чем это я? Сумасшедшим не нужны какие бы то ни были причины..." Кеничи смежил веки. Держать их открытыми больше не было ни сил, ни желания. "Прозвучит банально, но умирать не хочется, так много еще..." – в его размышления вклинилась раздавшаяся из кармана джинсов негромкая мелодия: кто-то прислал смску. "Черт, совсем забыл про телефон! Может, еще не все потеряно?"

Парень заметно оживился, что было заметно по скорченной роже и руке, медленно тянущейся к замолчавшему мобильнику. Вскоре его удалось достать, хоть и с большим трудом. Вот только Сирахама недолго радовался успешно проведенной операции: тело не вынесло издевательств и, руководствуясь исключительно благими намерениями, поспешило перейти в бессознательное состояние. "Жаль..." – только и успел подумать школьник перед тем, как провалиться в темноту. Пальцы разжались, выпустив из ослабевшей руки последний шанс на спасение. Телефон, выскользнув из рук, затерялся среди мешков. Через какие-то секунды дверь распахнулась, и в подсобку зашли две девушки...

– Ну, что там с ним? – осведомилась Кисара, замерев в трех шагах от угла, около которого на корточках сидела ее подруга.

– Я тебе кто, врач? Не знаю! – огрызнулась брюнетка. – Во всяком случае живой, но лучше вызывать скорую... Вот обязательно было до этого доводить?

– Извини, погорячилась, – покаялась успокоившаяся девушка. – Но он сам виноват: сначала нагрубил, потом...

– После расскажешь! – оборвала она приятельницу. – Звони!

– Ладно, ладно...

Школьница все еще находилась под впечатлением от слов Сейко о тюремной робе, и поэтому, не мешкая, набрала номер службы спасения. "Главное, нолик с девяткой не перепутать, только копов тут еще не хватало", – подумала девушка и, нажав последнюю цифру, приложила телефон к уху.

– Ало? -...– Тут человеку плохо! – ... – Молодой парень без сознания. Кажется, упал с крыльца. – ... – Записывайте адрес...

– Вот и все, – отчиталась Кисара, нажав кнопку отбоя. – Дело сделано...

– Надеюсь, ты не собираешься слинять и оставить меня одну после всего того, что сейчас наплела?

– Расслабься, – успокоила ее подруга. – Это врачи, а они не задают лишние вопросы. Надо только перенести его поближе к входу...

Несколько минут спустя.

– Вот видишь, – произнесла русоволосая школьница, как только торопящиеся сотрудники скорой покинули магазин. – Им даже в голову не пришло, что это мы его так отделали! Кто угодно, но только не две девушки с котенком на руках!

Возникла пауза.

– "Мы"?! – Сейко оторопело уставилась на подельницу.

– Ну, а кто же? – насмешливо посмотрела та в ответ. – Или, может быть, это я шмякнула его головой об стену, пока несла?

– Это случайность! – брюнетка слегка смутилась. – Рука соскользнула... Подожди, а если он заявит на тебя в полицию?

– Это мои трудности, ты тут не при чем, – отмахнулась Кисара. – Если что – вали все на меня...

Девушка-кассир снова остолбенела, но на этот раз справилась гораздо быстрее и поспешила уточнить:

– Вообще-то, я спрашивала о том, как "ты" будешь разбираться с возникшей проблемой! А ты в ответ заявляешь, что данный вопрос может затронуть и меня!

– Почему "может"? – деланно удивилась в свою очередь школьница и, пожав плечами, пояснила, – если дойдет до полиции, то тебя обязательно возьмут в оборот... – затем она выдержала паузу и, сжалившись над побледневшей подругой, дополнила, – в качестве свидетеля.

– Не смешно! – Сейко отреагировала на шутку крайне отрицательно. – Так, все! Мне пора открываться, а тебя, кстати, ждет уборка! И не вздумай слинять, а то на порог не...

– Погоди! – девушка чуть было не всплеснула руками, позабыв на мгновение о котенке, однако успела вовремя остановить движение. – Какая уборка? Где?

– В подсобке, разумеется, – ответила она. – Ты видела, какая там разруха?

– Пф... там всегда так было!

– Если хозяин придет и заметит кровавые разводы на мешках, то мне придется искать новое место работы, а тебе – новую подругу!

– Ладно-ладно, – пробурчала Кисара, снова направившись к подсобке. – Но остальное за тобой...

– Что ты подразумеваешь под "остальным"? – насторожилась девушка.

Школьница, не оборачиваясь, ткнула пальцем в пол, туда, где виднелась россыпь красных пятен.

– Кажется, магазин я не скоро открою... Придется помогать, – грустно вздохнула Сейко и поплелась вслед за подругой: убираться она "любила" никак не меньше своей знакомой...

Немного погодя на радость пищавшим зверушкам и птичкам интерьеру был возвращен первозданный облик, а вывеска "Закрыто" сменилась на "Добро пожаловать". Две девушки расположились друг напротив друга: Сейко устроилась за кассой, в своем любимом кресле, а Кисара стояла, облокотившись на стеклянную витрину, под которой красовалось с полсотни разнообразных пакетиков с кормом для домашних питомцев. Между подружками, прямо на лоточке для сдачи, лежал телефон.

– Что скажешь? – хмурая "Валькирия" первой нарушила молчание.

– Не ты ли говорила, что "об этом убийце невинных котят нельзя судить по внешности"? – с иронией в голосе осведомилась брюнетка. – А если серьезно... Мне нечего тебе сказать.

– Что, и не будешь сверлить меня укоряющим взглядом? – в свою очередь вяло съязвила Кисара. – Или каждые две минуты напоминать о том, что я была не права, и теперь мне следует биться лбом об пол, замаливая грехи?

– Не-а, – мотнула головой сидящая. – Надоело. Твоя импульсивность, вот ты с ней и разбирайся. Могу дать совет – натрави на нее совесть, ведь судя по твоему кислому лицу, она уже начала тебя помаленьку грызть.

– Очень смешно. – Девушка поморщилась и поправила свою кепку.

– Какие тут шутки? – делано удивилась Сейко. – Точно тебе говорю: она мстит за невинно убиенного.

Школьница не стала отвечать на очередную подколку, а, протянув руку, оживила экран лежащего между ними телефона. Некоторое время подруги молча разглядывали высветившееся сообщение. В конце концов, пухленькой работнице магазина это надоело и, она посоветовала:

– Извинись. Это лучшее, что ты можешь сделать.

Кисара кивнула, но взгляд ее остался прикованным к тексту, который гласил: "Кен-чан, я надеюсь, ты избавился от этого рассадника блох? Учти – если еще раз кого-нибудь притащишь с улицы, то будешь ночевать вместе с ним за порогом!"

Утро следующего дня. Больница.

По больничному коридору отделения травматологии неспешно шествовала группа людей. Она была весьма колоритна, хоть и состояла всего из трех человек: сухонького старичка-коротышки в халате врача и двух медсестер, возвышающихся за его плечами, подобно парочке телохранителей. Доктор остановился около одной из дверей и, оторвавшись от медицинской карточки, которую он изучал на протяжении всего пути, посмотрел на табличку с номером девять. Убедившись в том, что не ошибся, он удовлетворенно кивнул и прошел в палату. Троица обступила кровать.

– Так вы про "этого" молодого человека говорили? – заведующий отделением весьма скептично обследовал пустую слегка примятую постель одноместного бокса. – Знаете, милочки, что-то ваш пациент не тянет на... – седовласый мужичок прервался на секунду и, пролистнув пару страниц, едко процитировал, – "неопознанного юношу 16-17 лет, доставленного в состоянии средней тяжести. В ходе осмотра были выявлены внутреннее кровотечение, сотрясение головы, многочисленные ушибы, перелом трех ребер и...", так это пропустим... А вот! "Предприняты следующие меры: проведена операция..." – закончил главврач. – Ну-с, и где послеоперационный больной?

Медсестры, бестолково кружащие вокруг опустевшей кровати, замерли, переглянулись и одновременно кинулись к висящему на стене телефону... Через десять минут судорожных поисков и расспросов выяснился любопытный факт, по крайней мере доктор им заинтересовался. Так вот оказалось, что недавно парнишку пришли навестить, а двадцать минут назад "юноша в состоянии средней тяжести" выписался, точнее, просто ушел, и согласно свидетельствам очевидцев на "послеоперационного больного" он не тянул.

Старик, барабаня ставшей бесполезной карточкой по спинке кровати, задумался. "Это, конечно, интригует, но что мне-то теперь делать? Не могу же я сказать, что у меня убежал неходячий больной?! Да еще полиция... Я так понял, вчера они не смогли расспросить парня, а это значит, что сегодня наверняка снова заявятся..." – от размышлений его отвлек громкий шепот медсестер, доносящийся из-за приоткрытой двери. Парочка, дабы не мешать начальнику, удалилась из палаты и принялась бурно обсуждать различные теории, касающиеся данного дела, в частности в разговоре проскользнуло описание посетителей. Оно-то и зацепило врача.

– Никак Коэтсуджи колобродит? Ну, если парень – его знакомый, то уверен, что проблем не будет... – пробормотал врач себе под нос, а потом, повысив голос, прикрикнул на своих подчиненных. – Так, а ну за работу! Хватит языками чесать, нам еще нужно зайти в три палаты.

А тем временем Сирахама, вяло перебирая ногами, медленно ковылял прочь от больницы. Компанию ему составляли двое мастеров. Один из них попробовал подбодрить хмурящегося ученика и сделал это в своем неподражаемом стиле:

– Кен-тян, ты чего такой мрачный? Расслабься! Подумаешь, девушке проиграл... зато какой девушке!

– Хватит, Кенсей! – осадил его молодой мужчина в белой хакаме. – Ты же видишь – ему несладко пришлось, прояви такт...

Мужичок приподнял край шляпы и из-под нее бросил на товарища удивленный взгляд.

– Ты часом не заболел? – участливым тоном поинтересовался китаец. – С чего это ты надумал подменять Мию? Ты должен был сказать: "Ничего, Кеничи, как только мы вернемся в Редзанпаку и приступим к тренировкам, все твои тревоги развеются сами собой..." Ну, или как-то так.

– Это ни к чему, – Акисамэ не отреагировал на подначку. – Если бы твоя голова не была забита неподобающими твоему возрасту вещами, то ты бы давно заметил, что наш ученик, кхм... "малость" изменился. И, как я считаю, в лучшую сторону.

– Неужели? – Ма довольно скептически отнесся к озвученному. – А по-моему выглядит вполне обычно: у него всегда такой вид после твоих тренировок, – подколол он коллегу.

– Кое-кому тоже не мешает потренироваться, – с намеком в голосе ответил мастер. – Иначе ты совсем хватку потеряешь.

– А давай проверим? – Кенсей настолько загорелся какой-то идеей, что его усы от воодушевления приподнялись на пару добрых сантиметров. – А лучше поспорим! Например, на...

В этот момент очнулся Кеничи, вот только его мало интересовал текущий разговор. Он повернул голову в сторону Коэтсуджи и несколько отстраненным голосом спросил:

– Мама на самом деле разрешила пожить у вас? А она не волновалась из-за того, что я не отвечал на телефонные звонки?

– Нет, – покачал головой мастер, идущий справа от парня. – Проблем не было. Я просто сказал, что ты "чуток" переусердствовал на занятиях и изъявил желание остаться у нас на ночь, а телефон разрядился. Кстати, сегодня твоя сестра придет тебя проведать...

Не дослушав до конца, школьник кивнул и, отвернувшись, вернулся к изучению плывущей под ногами дороги. Погрузившись в свои невеселые размышления, он не заметил, как парочка обменялась взглядами: мастер джиу-джитсу многозначительно посмотрел на коротышку-китайца, а тот в ответ едва заметно нахмурился и, о чем-то задумавшись, покосился на парня.

– Кен-тян! – раздался голос с ласковыми интонациями. – Посмотри-ка вот на эту фотографию. Что скажешь?

На снимке был запечатлен берег моря. Солнечный день, золотистый песок, плавно набегающие волны и куча народа, но самое примечательное заключалось в том, что все персонажи были женского пола и одеты они были весьма и весьма условно.

– Ага, круто, – довольно апатично отозвался Кеничи и добавил, возвращая снимок, – пляж есть пляж.

Кенсей в принципе уже догадываться, что дела обстоят не очень хорошо, но такой вялой реакции не ожидал. Он театральным жестом схватился за сердце, издал громкий стон и, указав на замкнувшегося в себе парня, воскликнул:

– Нет! Мы его теряем! Мальчику нужно срочно назначить тренировку с Косакой! В лечебных целях! – заявил мужичок, как только перестал изображать умирающего лебедя, а потом, подумав немного, поспешно добавил, – или со мной.... А вот с тобой ему точно заниматься противопоказано.

Последняя фраза оказалась чрезмерной даже для невозмутимого Акисамэ. Одно слово за другое, и Ма втянул своего коллегу в перебранку, суть которой сводилась к обсуждению вопроса: кто из мастеров Редзанпаку является самым лучшим учителем. У данного спора были далеко идущие планы, и планы эти отличались недюжинным коварством. Минут через десять китаец посчитал, что собеседник достаточно подготовлен, и перешел к заключительной фазе.

– Почему бы нам не спросить у самого Кен-тяна? – вкрадчивым голосом предложил Кенсей. – Только чур уговор: кого он выберет, тот и будет определять дальнейшее развитие ученика, а то многим не нравится, что ты взялся решать этот вопрос единолично.

– "Многим" – это тебе что ли? – хмыкнул Коэтсуджи. – Я не думаю, что это...

Мастер кэмпо, который замыслил небольшую революцию, осознал, что его замысел провалился, и план нуждается в срочной корректировке. "Видимо он догадался, к чему все идет. Ведь выбери Кен-тян малышку Сигурэ (а в том, что он укажет именно на девушку, даже с учетом его нынешнего состояния, я нисколько не сомневаюсь), и Акисамэ пришлось бы уступить место у руля. Хотя белоглазый у нее в авторитете, но, думаю, мне удалось бы с ней как-нибудь договориться. Да и перспективы многообещающие..." – стремительно пронеслось в голове у Кенсея в то время, когда он сам уже начал действовать.

– Кен-тян! – мужичок хлопнул парня по плечу и незаметно нажал на пару точек, "оживляя" своего ученика. – Ну, как? Ты ведь еще не растерял свое желание приобщиться к миру боевых искусств?

Когда ученик остановился и без тени улыбки на лице посмотрел на мастера, тот невольно убрал руку: Сирахама выглядел эталоном серьезности.

– Мастер, спасибо вам. После вчерашнего я много думал над вашими словами...

Пока Кенсей, лоб которого пересекла пара новых морщин, старался понять, о чем, собственно говоря, идет речь, парень продолжил:

...И нахожу их правильными. – Кеничи, обернувшись, мельком глянул на внимательно слушающего Акисамэ и спросил, снова уставившись на китайца, – ваше предложение еще в силе? Я хочу научиться защищать.

Мастера не были бы мастерами, если бы не смогли уловить все нюансы сделанного заявления: из длинного списка подходящих слов ученик использовал именно "защищать". И хоть школьник не уточнил, кого именно желает защитить, но то, что он не добавил в конце "себя", однозначно подняло его в глазах парочки. Мужчины переглянулись, и Акисамэ неожиданно широко улыбнулся и показал Кенсею большой палец – дескать, молодец, так держать! А вот коротышка в зеленом костюме пока не знал, как ему реагировать на такой поворот. "А чего я туплю? Парнишка, сразу видно, настроен серьезно, а это открывает широчайший простор для маневра", – подумал он.

– Конечно, Кен-тян! – кивнул Кенсей. – Я рад, что ты принял такое решение, но давай отложим разговор до Редзанпаку. Уверен, другим мастерам тоже будет интересно услышать твой рассказ.

Ученик выдохнул с облегчением, будто ожидал, что его сейчас пошлют далеко и надолго. Малость помявшись, он сказал: "Хорошо", а затем шагнул в сторону додзе и, как отметили мастера, двигаться парень стал заметно живее, словно бросив с души не малый булыжник. Мастера направились следом, и, держась позади подопечного, они затеяли безмолвный разговор.

"О чем он? Что ты ему сказал?" – беззвучно спросил белоглазый брюнет.

"Без понятия", – пожал плечами Ма. – "Сам пытаюсь вспомнить. Надеюсь, это что-то из разряда..." – он обвел в воздухе легко узнаваемый женский силуэт с хорошо очерченными бедрами и грудью.

На это мастер джиу-джитсу скептически усмехнулся, показывая всем своим видом, что не верит в подобное.

"Не думал, что наступит такой момент, когда я соглашусь с тобой", – прочитал Кенсей по губам и вопросительно посмотрел на молодого мужчину, а тот не заставил себя ждать и пояснил: – "Ты как-то сказал, что "раны, полученные от нежных женских рук, украшают мужчину". Уж не знаю, какой ты там смысл вложил в эту фразу, но вынужден признать, что избей его до полусмерти обычный отморозок из подворотни, а не девушка, то это не принесло бы такого эффекта".

Мужичок, шевеля усами, точно кот, учуявший добычу, с солидным видом кивал в такт неслышным словам собеседника. "Так и есть", – говорили его глаза, и губы вторили им: "Не познав боли от женских рук, нельзя осознать всю полноту даримой ими ласки. Познав же ласку, мы с тоской вспоминаем боль".

"Глубоко копнул", – шевельнул губами Акисамэ, пытаясь вникнуть в смысл. – "Даже я ничего не понял".

"Не мудрено. Это слова моего учителя".

"С трудом себе представляю этого человека. Не удивлюсь, если это какой-то известный извращенец".

"Так и есть! Но не просто известный, а Великий!" – с гордостью отозвался Кенсей. – "Мир его праху..."

Бессловесная перепалка мастеров продолжалась до тех пор, пока троица не остановилась около входа в додзе.

– Кеничи, думаю, тебе стоит позвонить домой, – подсказал Акисамэ парню, замершему у раскрытых врат. – Телефон в трапезной.

Сирахама кивнул в ответ и, проковыляв через двор, скрылся в глубинах дома. А вот мастера, напротив, не торопились покидать улицу и направились к ближайшему дереву, обладающему раскидистой кроной. Едва они спрятались от начавшего припекать солнца, как сверху раздался звон стекла, за ним последовал слабый хлопок открываемой бутылки, а на землю, едва не задев Коэтсуджи, упала пивная пробка. Как только "неизвестный" утолил жажду, сверху послышался укоряющий голос:

– Ай-яй-яй! Как вам не стыдно! Бросили своего ученика на растерзание Старику... И после этого вы называете себя мастерами?

– Сам-то тогда что тут делаешь? – ехидно откликнулся Кенсей, с готовностью включившись в обмен "любезностями". – Сомневаюсь, что у тебя здесь намечено свидание с Сигурэ-тян.

– Вроде того, – Сакаки пребывал в отличном настроении, а потому пропустил подначку мимо ушей.

– Тогда нужно больше тренироваться, иначе она тебя нашинкует, – авторитетно заявил прислонившийся к дереву мужичок. – Кстати, могу провести пару занятий...

– Как-нибудь обойдусь без этих твоих "кийа".

– Ха! В этот боевой клич заложены тысячелетия развития китайских боевых искусств! Это крик души, в конце концов! – воскликнул Кенсей. – Еще бы это понял такой, как ты!

– Больше похоже на то, что ты сам себя успокаиваешь, – донеслось сверху. – Не переживай у каждого свои недостатки, но тебе повезло, старик, в моем лице ты встретил исключение из этого правила.

– Ты кого стариком назвал, бугай?! А ну-ка спустись и скажи мне это в глаза!

– Кеничи... – спокойно произнес Акисамэ, устоявший перед искушением поучаствовать в "разговоре" мастеров.

– Да, нет, – отмахнулся Ма. – Это он про меня!

– Я говорю, Кеничи сюда идет, – пояснил молодой мужчина, проведя рукой по усам. – Странно, что Старейшина, так быстро его отпустил...

– Оу, а я разве вам не говорил? – нарочито удивился Сакаки. – Вы только вышли за порог, а Старик пронесся по дому как ураган, собрал свой баул и снова куда-то умотал. Сказал, что недели на две, не меньше... Между прочим, он просил передать вам пару слов... – парень замолчал прикладываясь к бутылке и купаясь в волнах удивления, поднимающихся снизу.

– Так, что там насчет прощальных строк? – неохотно поинтересовался Кенсей да еще с таким видом, будто задал этот вопрос только из-за того, что спрашивать было больше не о чем.

– Да так ерунда, – лениво отозвался Сио и искоса глянул сквозь листву на школьника, почти доковылявшего до дерева. – Я, говорит, вернусь и проверю, чему вы его научили.

– О! – послышалось в ответ.

– Ага, – поддакнул мастер карате и единым глотком разделался со своей противницей, со звоном кинув ее обратно в сумку.

– Тогда нам нельзя терять ни секунды! – подытожил Акисамэ и обратился к подошедшему ученику, – ну что, Кеничи, готов?

Поскольку Сирахама смог захватить последний кусочек беседы, то он успел получить представление о сути вопроса, вот только у него были большие сомнения, касающиеся его состояния.

– Э-э, да, – протянул он, но, покосившись на свою замотанную грудь, неуверенно добавил, – Но...

– Не волнуйся. – Мастер джиу-джитсу мгновенно оказался рядом с парнем и опустил ему на плечо руку. – Мы пока не будем напрягать твои ребра. Начнем с чего-нибудь попроще, тренировки ведь бывают разные.

Мягко подталкивая, Акисамэ повел подопечного в сторону мастерской. Подождав, пока они скроются из виду, китаец отбросил шутливый тон и спросил:

– Так чего ты тут сидишь?

– Когда я сказал, что Фуриндзи пронесся по дому словно ураган, я даже малость преуменьшил. А скоро вернется Мию из школы... – намекнул парень.

– А-а, вон оно что...

Но озвучить догадку он не успел: в воротах показалась вышеупомянутая девушка. Она, казалось, летела над землей, ненадолго зависая в воздухе после каждого шага. Школьница стремительно пронеслась по двору, даже не взглянув в сторону облюбованного мастерами укрытия. Причина, по которой Мию не уделила дереву и капли внимания, была проста: за мгновение до того, как она вошла во двор, Кенсей растворился в густой листве, где с удобством расположился на соседней с Сакаки ветке.

– Пронесло. Не заметила, – прошептал низкорослый мастер, широко улыбнувшись. – Пусть теперь там Акисамэ убирается!

– Точно, не по нам работенка, – согласился каратист и в свою очередь ухмыльнулся. – Этим должны заниматься молодые...

А тем временем Сирахама постигал искусство использования эспандеров производства Коэтсуджи. Хозяин мастерской, скрестив руки на груди, разглядывал результаты пятиминутного труда: ученик был запряжен в самопальную сбрую, которая надежно зафиксировала его в странном полусогнутом положении.

– Все просто, Кеничи-кун, – пояснил мужчина, удовлетворившись осмотром. – Желание, упорство, настойчивость – все это, конечно, прекрасно, но поверь мне, нет ничего лучше, когда в тренировках присутствует "кнут", а не "пряник". Повышает эффективность в разы. Можешь спросить у любого мастера боевых искусств, и он тебе ответит, что настоящее мастерство приходит через пот, боль, кровь и слезы и никак иначе! Касательно этого упражнения... ты ведь уже догадался, в чем тут дело?

– Если я разогну ноги или разожму кулаки, меня ударит током? – предположил Кеничи, выглядящий (не без причины) немного угрюмо.

– В точку, – кивнул Акисамэ. – Ты не торопишься возражать... Хороший настрой. Раз так, то вернусь не через двадцать минут, как поначалу планировал, а через полчаса. Вспомни о том, ради чего ты тренируешься – это поможет тебе скоротать время, Кеничи-кун.

Оставив парня предаваться размышлениям, мастер джиу-джитсу поспешил к своим соратникам "отчитаться" о проделанной работе. Но уйти далеко ему не дали. Как только он показался из-за угла, в тот же миг, в одно из окон додзе прилетела пивная крышка. Коэтсуджи не обратил внимания на раздавшееся бряцанье, и, как оказалось, совершенно напрасно. Спустя какую-то пару секунд за стеклом мелькнула светловолосая голова, а еще через миг из дверного проема послышалось:

– Акисамэ-сан! Вы мне не поможете?

– Конечно, Мию-тян. Что случилось? – спросил мужчина, меняя курс.

– Возникли небольшие трудности с уборкой...

Философствующий гений переступил порог, и дверь за ним захлопнулась. Редзанпаку "поглотило" обитателя.

– Твоя жертва не будет забыта! – с пафосом провозгласил меткий метатель крышек и, почесав затылок, дополнил, – по крайней мере, в ближайший час, или сколько там займет уборка...

– Помним, скорбим, – с наигранной грустью внес свою лепту Кенсей.

Заговорщики для надежности решили выждать часок-другой, но не прошло и десяти минут, как вал событий покатился по наклонной. Первой ласточкой оказался накачанный парень с ежиком на голове цвета спелой пшеницы. Он промчался по двору, изобразив игрушечный паровоз без тормозов: основательность железнодорожной техники странным образом переплеталась с детской непосредственной улыбкой на половину лица.

– Прости, друг, – пробормотал Сакаки, наблюдая, как и за новой "жертвой" захлопывается дверь, – но уборка и я – понятия несовместимые.

Второй отлынивающий рассматривал появление блондина исключительно с практической стороны:

– Вдвоем-то им, пожалуй, посподручнее будет... Глядишь, и за полчаса уложатся.

– А я никуда не спешу, – пожал плечами он плечами и потянулся за новой бутылкой. – Мне и тут неплохо: ветерок, птички, пиво и отсутствие солнца – что еще нужно для жизни?

Кенсей не успел прокомментировать последнюю реплику соседа по дереву, и виной тому была показавшаяся в проеме ворот юная гостья.

– Подружка Апачая? – предположил Сакаки, без особого интереса рассматривая озирающуюся русоволосую девчонку.

– Это сестра Кен-тяна, – ответил китаец.

Ежесекундно оглядываясь и непрестанно вертя головой, Хонока проследовала к дому. На стук вышла внучка хозяина додзе. Мию поначалу удивилась подобной посетительнице, но, выслушав пигалицу, пригласила ее внутрь.

– И стало их трое, – озвучил очевидный факт парень в жилетке.

– Что-то я сомневаюсь, что от такого пополнения будет прок, скорее наоборот: Мию запряжет Апачая заняться Сирахамой-младшей...

– А я сомневаюсь, что его нужно заставлять – ставлю пиво на то, что он вызовется добровольцем.

Подтверждая его слова, дверь настежь распахнулась, и во двор выскочил Апачай с хохочущей девочкой на плечах. "Скакун" навернул пару кругов, а потом под веселое гиканье вырвался на уличные просторы.

– Да уж, – поделился Сакаки своим мнением по этому эпизоду. – Картина "Сестра пришла проведать брата" в оригинале.

– Она еще маленькая... – мужичок вступился, было, за Хоноку, но вынужденно осекся. – Вот ведь!

Вторя усатому коротышке, ругнулся крепыш со шрамом на голове. Сделал он это тихо, но с чувством. Такая внезапная смена настроения объяснялась очень просто: на пороге показались Мию и Акисамэ, и при этом мастер джиуджитсу тыкал пальцем в их сторону, а девушка, уперев руки в бок, с грозным видом вглядывалась в зеленую крону.

– Вот... нехороший человек! Сдал-таки... – Сакаки осушил стеклянную посудину и, более не заботясь о соблюдении маскировки, с шумом бросил ее в сумку.

– Нам остается только одно, – произнес китаец. – То, что мы должны были сделать еще четверть часа назад...

Сио, набравший, было, воздуха в грудь для вопля "Тикаем!", мгновенно сдулся, когда между напарниками бесшумно возникло лезвие катаны.