Текст книги "Фанфик по Strongest Disciple Kenichi"

Автор книги: Сергей Лейченко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 23 страниц)

– Ну, как ты тут, Кен-тян? Как настроение? – он сразу завалил своего ученика вопросами.

– Скучновато немного, а так терпимо, – отозвался парнишка.

– Раз ты поборол свою сонливость, то дальше будет значительно проще, – приободрил его мужичок. – Постарайся сосредоточиться на фильме, если тебя увлечет сюжет, то и время пробежит незаметно. Вот, думаю, это должно тебе помочь...

Выдернув из кучки одну из коробочек с дисками, он продемонстрировал ее Кеничи. На обложке красовалась парочка девиц приятной наружности.

– Комедия? – с надеждой в голосе поинтересовался школьник.

– Увы, но нет. Хоть подборкой и занимался именно я, но Акисамэ взял с меня обещание брать только "драмы"... – покачал головой Ма и с оживлением продолжил, – зато симпатичные актрисы – это полностью моя заслуга!

– В первом фильме я не видел ни одной красотки, да что красотки, там даже девушки мелькали только в массовке! – подловил Кеничи своего учителя. – Я на нем три раза засыпал!

– Если бы на каждом постере мелькали грудастые девицы, то Коэтсуджи наверняка бы заподозрил неладное, – наклонившись, зашептал ему Кенсей. – Так что прости, но для отвода глаз мне пришлось взять парочку дисков без "фан-сервиса".

– То есть мне еще повезло, что составлением этой коллекции не занялся Акисамэ-сан? – сообразил Сирахама.

– Верно, Кен-тян, в этом случае все фильмы походили бы на первый, – кивнул Кенсей, а потом, прислушавшись к чему-то, начал быстро прощаться, – извини, я бы еще поболтал с тобой, но сюда кто-то идет. Приятного просмотра!

Ближе к вечеру.

– Акисамэ-сан, может быть, на сегодня хватит? Неплохо было бы поужинать, а заодно и пообедать, – "тонко" намекнул парень, а его живот, вторя своему хозяину, громок забурчал. – Я прямо чувствую, как проникся атмосферой жанра...

– Последний, – вынув из кармана диск, мастер джиу-джитсу показал его Сирахаме. – Тут небольшая нарезка, минут на двадцать: контрольная проверка, так сказать... Вот и посмотрим, чему ты "научился" за этот день.

Кеничи, не ожидавший, что его выпустят раньше, чем закончится башня из дисков, воспрянул духом. "От ужина меня отделяют каких-то двадцать минут... скорее бы, а то уже всю задницу себе отсидел!" – юноша мысленно подгонял своего наставника, неспешно колдующего над DVD-проигрывателем. Но вот мужчина, в конце концов, закончил и, отступив в сторону, выжидающе посмотрел на ученика, тот послушно уставился на экран.

Вначале заиграла какая-то веселая мелодия, и показали вид с птичьего полета на небольшой городок, но мирный пейзаж не продержался и десяти секунд, сменившись на резко контрастирующую картинку разрушенного города, и музыку, от которой за версту несло чем-то тоскливым и мрачным. Потом замелькали кадры из каких-то военных хроник: плачущие чумазые дети, раненый старик и заснятое крупным планом лицо мертвой девочки-подростка. "Жуть какая", – пронеслось в голове у невольного зрителя. – "Такое нельзя показывать на ночь глядя! Мне же сегодня кошмары будут сниться! Неужели все двадцать минут придется смотреть подобное? И отвернуться невозможно: с этого изверга станется включить "Это" еще раз..." Но его опасения оказались напрасными, и не прошло и пары минут, как "сюжет" на экране поменялся... не став, однако, менее душещипательным: теперь главные роли в драме исполняли животные...

В очередном ролике, сделанном в виде нарезок из любительской съемки, показали лежащую на обочине автострады косулю (или кого-то типа ее). Окровавленная морда приблизилась, и стали заметны слезы, скатывающиеся по шерсти животного. Данная картинка продержалась несколько секунд, а потом печальные глаза закрылись, и одновременно с этим экран начал медленно темнеть, а тревожная музыка – затихать.

Кеничи вопросительно уставился на Акисамэ, намекая на то, что настала пора его вытаскивать из этого дурацкого кресла, но мужчина лишь покачал головой и кивнул в сторону телевизора, мол, это еще не конец. И правда, темный фон сменился началом нового ролика. На сей раз это было что-то вроде памятки-предостережения о том, чем не следует заниматься за рулем, выполненном в своеобразном едином стиле, и, как Сирахама заметил позже, музыка там подобрана была тоже неплохая...

Первым шло видео о каком-то бородатом мужике: вот он вечером в компании перебарщивает с алкоголем, вот утром опохмеляется и садится за руль, а потом показали, как он пролетает на красный цвет светофора и сбивает переходящую дорогу пожилую чету... Белокурая девушка страстно целует своего парня, сидящего за рулем, и в качестве результата этого действа показывают разбившуюся о дерево машину с двумя неподвижными телами. Далее пошла целая вереница дорожных историй, которые непременно заканчивались трагедией: пешеход отвлекался на телефон, водитель – на симпатичных девушек-прохожих, но итог оставался прежним – из-за безалаберности, невнимательности или просто по случайности люди умирали и вместе с собой уносили чужие жизни...

– Поздравляю, Кеничи-кун, ты успешно справился с заданием, – похвалил парня Коэтсуджи, разглядывая две мокрые дорожки на его щеках. – Теперь можно и перекусить.

Ужин на удивление прошел спокойно практически в семейном кругу, то есть никаких краж еды и прочих глупостей. Обошлось и без пространных бесед, прием пищи сопровождался обычным ничего не значащим трепом. Парня лишь немного расстроил факт отсутствия за столом представительниц прекрасной половины человечества: Мию носилась между обеденным залом и кухней, а Сигурэ не горела желанием есть за общим столом. Но все хорошее рано или поздно заканчивается, так вышло и на этот раз: разморенный сытным ужином школьник, поблагодарив хозяев за гостеприимство, отправился домой. А в это же время мастера в полном составе устроили небольшое совещание, итогом которого стало то, что Хопачай вместе с Косакой должны отправиться вслед за Кеничи, дабы устроить ученику небольшую проверку.

– Поскольку у Кеничи-куна образовалась куча свободного времени, то завтра я сделаю ему предложение, от которого он не сможет отказаться! – заявил Акисамэ, как только за парочкой закрылась дверь.

– Боюсь, Сигурэ-тян не согласится, – удрученно покачал головой Кенсей, точно заранее осуждая такое решение девушки. – Предложить Кен-тяну руку и сердце нашей "знойной" красавицы – вариант, конечно, беспроигрышный, но не уверен, что она правильно отреагирует на это.

– Сакаки, стукни этого шутника.

– Напрасно ты так, – укорил мужичок Коэтсуджи, который сидел напротив. – От любого другого он запросто может отказаться.

Не обратив внимания на очередную подколку китайца, мастер джиу-джитсу продолжил:

– Он уже целых два дня практически не тренировался! Я считаю, нам нужно как можно скорее исправить это недоразумение, и именно поэтому я хочу пригласить Кеничи-куна пожить у нас.

– Как ты себе это представляешь? – поинтересовался парень в жилетке. – Он и ходит-то сюда без особой радости, а ты говоришь "пожить"... Да и не ты ли нам все уши прожужжал про Старейшину?

– Да ничего ему старик Фуриндзи не сделает: сегодняшняя тренировка явно удалась, – отмахнулся Акисамэ. – А насчет радости, то эта проблема решаема...

– Например, подселить Кен-тяна в комнату к Сигурэ-тян! – с азартом подхватил мужичок. – Можно и к Мию-тян, вот только ее дедушка будет возражать...

– Тебе еще не надоело валять дурака? – осведомился белоглазый мужчина.

– Я просто сбрасываю нервное напряжение, – пояснил китаец. – Волнуюсь за ученика: как бы Хопачай по своей доброте не наломал дров! Все-таки идти с Сигурэ должен был я...

– Да вы бы прибили друг друга, стоило вам только остаться наедине, – возразил на это Сакаки, с ленивым видом посасывая зубочистку.

– Верно, – согласился с ним Коэтсуджи. – Именно поэтому с ней пошел Апачай.

– Много вы понимаете в женских сердцах! Мы сегодня чудесно провели время за просмотром фотографий!

– Спорю на пару бутылок пива, только присутствие шкета удержало ее от того, чтобы не послать тебя вместе со снимками куда подальше, – прокомментировал Сио данное известие, а потом неожиданно сменил тему. – Кстати, а зачем тебе нужен был Апачай?

Кенсей, вознамеривавшийся продолжить перепалку, хлопнул себя по лбу.

– Совсем забыл! Ладно, подождет до завтра...

Но проигнорировать два любопытно-вопросительных взгляда он не смог, поэтому, вздохнув, продолжил:

– Я хотел попросить его поговорить с Кен-тяном.

– О чем?

– О нашей проблеме, разумеется! – ответил Ма. – О его мотивации.

Коэтсуджи был настроен весьма скептично, о чем и высказался прямо:

– Хо, как ты себе это представляешь? Апачай и красноречие – это два полюса одного магнита.

– Это да, – кивнул китаец. – Даже Сигурэ-сан на его фоне выглядит прирожденным оратором...

– Вы перегибаете палку, – вступился за друга поморщившийся Сакаки. – Ему просто тяжело даются языки: я не сомневаюсь, что на своем родном наречии он чешет не хуже, чем мы с вами на японском.

– Успокойся, мы не виноваты, что ты не понимаешь простых шуток. – Кенсей, еле дотянувшись, похлопал своему соседу по плечу. – Так вот, несмотря на косноязычие у Апачая превосходно получается ладить с детьми, наверное, из-за харизмы. И я подумал...

– Кеничи-куну не пять лет, – перебил его Акисамэ, догадавшись, к чему клонит его коллега по медицине. – Да они и не общались после амнезии, ведь ученик его почти не помнит.

– Плюс-минус десять лет не играют никакой роли: в этом деле главное – это подход! – наставительно произнес Кенсей, для многозначительности ткнув пальцем в потолок. – И насчет последнего тоже волноваться не стоит: уверен, они легко найдут общий язык.

– Попробовать можно... попытка не пытка, – после некоторых раздумий согласился "философствующий гений". – Но Апачай ничего не должен узнать про потерю памяти и в особенности про то, что ее вызвало...

Тем временем где-то между Редзанпаку и домом Сирахамы...

– Нам нужен котенок... или щенок, – тихо произнесла одна из двух теней, что бесшумно следовали за русоволосым пареньком.

– Сигурэ, положись на меня! – чуть громче отозвалась вторая. – Апачай, достанет в момент!

Накаченный парень сиганул через заборчик ближайшего дома и пропал на целых пять минут, в течении которых мастер холодного оружия не просто шла за Кеничи, но и умудрилась раздобыть требуемый для проверки инструмент, а именно потрепанного серого котенка, очевидно бездомного. Апачай вернулся в тот момент, когда девушка уже начала подумывать, не пора ли ей, не дожидаясь напарника, самостоятельно заняться планом. Он появился в компании белого кота с красным бантиком на шее и синим на хвосте. К пушистому комку прилагалась маленькая девочка, сидящая на шее у Апачая.

– Это кто? – поинтересовалась Косака, для верности показав на черноволосую девчушку.

– Хозяйка котенка, – пояснил мастер муай-тай. – Апачай одолжил у нее Зубастика, пообещав взамен покатать!

Наездница боязливо выглянула из-за пшеничной макушки Апачая и тихо поздоровалась со страшной тетей. Сигурэ задумчиво оглядела троицу, едва слышно вздохнула и сказала, показав свою добычу:

– Я сама справлюсь с поручением Акисамэ... Можешь поиграть с новыми друзьями.

Неизвестно: расстроился блондин или больше обрадовался, но парня долго уговаривать не пришлось, и он, пожелав девушке удачи, "поскакал" в обратном направлении. Понаблюдав за удаляющейся "лошадкой", Косака перевела взгляд на пятнистое недоразумение, которое она держала в руках. "Как там Акисамэ говорил... "Его вид должен внушать жалость". Нет, ею тут и не пахнет: котенок как котенок, разве что тощий..." Девушка тряхнула головой, отбрасывая лишние мысли, а потом, уколов мизинец одной из своих спрятанных железяк, стала быстро наводить марафет на найденыша. Времени практически не оставалось...

До дома Сирахамы было рукой подать, когда из придорожных кустов прямо под ноги неспешно идущему парню выкатился пищащий клубок, оказавшийся маленьким котенком серого цвета с красными пятнами. Кеничи пришлось отшатнуться назад, чтобы не раздавить его.

– Ох, ты ж... – высказался парень, присев над крохой, бегающей кругами. – Кто тебя так?

Состояние животного, по мнению школьника, оставляло желать лучшего: красные разводы на шкурке, взъерошенная перепачканная шерсть и непрерывный писк – все говорило именно об этом.

– Проверка прошла успешно, – раздалось из кустов, когда Кеничи с котенком на руках удалился на достаточное расстояние. – Пойду, обрадую Акисамэ...

Пять минут спустя.

"Боже мой! Что ты приволок? Ох, ну ладно, проходи..." – примерно такой представлял себе реакцию мамы Сирахама, но ему не повезло: на звук открывающейся входной двери из гостиной вышел отец с вечерней газетой в руках.

– Ха-ха-ха! Саори! Саори, ты только посмотри на это: вчера он обиделся из-за того, что мы ему не поверили, а сегодня приволок "доказательство" с собой!

Показавшаяся из той же комнаты женщина всплеснула руками, когда заметила причину оживления мужа, а затем Кеничи удостоился небольшой лекции, на тему: "что можно тащить в дом, а что нет". Но, в конце концов (не без помощи прибежавшей на шум Хоноки), было приняно решение оставить пострадавшего на ночь, а по утру отнести его в кошачий приют или еще куда пристроить. Попытки самого младшего члена семьи оставить "Пятнышко" насовсем потерпели полную неудачу, встретив ожесточенное сопротивление в лице родителей: отец не был любителем кошек, мать не хотела взваливать на свои плечи очередные проблемы. Брат же, сунув бедолагу сестре, посчитал, что его долг выполнен, и поспешил умыть руки, вот только Саори имела на этот счет другое мнение.

– Кеничи! Раз у тебя теперь море свободного времени, тогда завтра ты и займешься этой "фермой для блох"! – безапелляционным тоном заявила она.

– Но... – попытался возразить парень, но осекся под хмурым взглядом матери.

– Около торгового центра на набережной была вывеска то ли питомника, то ли зоомагазина... что-то в этом роде. Начни с него, – посоветовал ему Мототсугу. – А вообще есть телефон, есть газеты, есть компьютер: думаю, справишься.

– Хорошо, – покорно кивнул Кеничи, догадываясь, что лучше не продолжать спор, иначе чего доброго ему еще навесят кучу дел...

На следующее утро, сразу после завтрака, Саори с боем отобрала у Хоноки отмытого котенка и, всучив его сыну, выставила Кен-чана за дверь. Младшая получила тряпку и была отправлена убирать лужицы, которые, словно по волшебству, всего за одну ночь появились то тут, то там.

Кеничи вчера вечером не терял даром время, и на настоящий момент у него на руках имелся список мест, куда можно было бы попытаться пристроить животное. "А если не получится, то подарю Мию-сан, Кенсей вроде говорил, что она без ума от кошек... вот пусть что хочет, то и делает с ней... или с ним", – так рассуждал парень, отправляясь по первому адресу. День только-только начинался...

Редзанпаку. Ближе к обеду.

– Хо, Кеничи-кун опаздывает, – констатировал Акисамэ, когда взглянул в окно на солнце, подбирающееся к зениту.

– Мы договаривались, на утро, а его все нет... – продолжил мужчина, так и не дождавшись никакой реакции на его слова.

– Может что-то случилось? – повторил он свою попытку в третий раз, при этом его интонации уже не звучали так же отстраненно, как и раньше.

– Сакаки! – не выдержал наконец хозяин мастерской. – Ты что научился пить пиво ушами?

– Тебе надо ты и сходи, – эдак с ленцой предложил Сио, сидящий у своего любимого косяка. – А я это... занят, у меня времени нет.

– Неужели? – в голосе Коэтсуджи прорезались язвительные нотки.

– Ага, я же постоянно ничего не делаю, и на это все время уходит... – сделав очередной большой глоток, ответил мастер карате, имеющий черный пояс "сотого уровня".

– Хо, постоянные препирательства с Кенсем тебя испортили, – попенял ему Акисамэ, не оценив шутку. – Если бы тут был он или Сигурэ, то вопрос "кого попросить" отпал бы сам собой. Не Апачая же посылать? Хотя... – Мужчина задумался над последней мыслью.

– Не выйдет, – обломал его Сио. – Соломенноголовый тоже свалил.

– Значит, это сама судьба велит тебе заняться поисками Кеничи-куна. "Помоги своему ученику сегодня, чтобы он помог тебе завтра", – провозгласил мастер джиу-джитсу, кого-то процитировав.

– Ты думаешь, он во что-нибудь влип по дороге? – поинтересовался Сакаки.

– Как пить дать, – усатый брюнет весьма успешно сымитировал голос своего собеседника и его манеру говорить, а потом спросил. – Ну что, сходишь?

– Если дашь денег на... э-э, леденцы, то, так и быть, прогуляюсь...

Хоть выражение лица Коэтсуджи и не изменилось, но вздох, который последовал в ответ на слова парня, о многом сказал бы человеку, искушенному в чтении чужих эмоций, впрочем, Сакаки все эти намеки были до лампочки, что он и продемонстрировал, залпом прикончив половину бутылки.

– Если пойду я, то объясняться со Старейшиной придется тебе, – озвучил Акисамэ убойный (с его точки зрения) аргумент.

– Ха, я не настолько глуп, каким кажусь! – откликнулся шрамоголовый. – Ты что ему объяснять-то надумал? Он же ничего не знает, а значит...

– Охо-хо! – раздался из коридора возглас, похожий на любимую присказку Акисамэ, а через мгновение в проеме показался седой старик массивный настолько, что Сакаки рядом с ним казался хрупким юношей. – Я пропустил что-то интересное? Выкладывайте...

Сио, как ни странно, первым среагировал на неожиданное появление Фуриндзи. Пропустив его в мастерскую, он поторопился убраться оттуда.

– С возвращением, старик, – поприветствовав по-свойски хозяина додзе, парень шагнул за порог и бросил напоследок через плечо, – ладно, не буду вам мешать. Акисамэ, пойду, займусь твоим поручением...

Некоторое время спустя. Где-то в городе.

Кеничи угнетала сложившаяся обстановка: он облазил уже полгорода, а котенка пристроить так и не удалось. В каких-то местах люди лишь виновато разводили руками и прямо говорили, что ничем помочь не смогут, а где-то лепили отговорки, требуя медсправку или родословные документы, а то и все сразу... В связи с затянувшейся эпопеей парню приходилось пару раз прерывать это путешествие, чтобы покормить мелкого и почистить его временное пристанище, то есть коробку. Но, как говорится, рано или поздно все заканчивается, вот и поиски подошли к концу, увенчавшись "успехом"... правда, не совсем таким, каким планировал Кеничи.

На пороге очередного то ли питомника, то ли зоомагазина Сирахама не смог разминуться с выходящей девушкой, которая при ближайшем рассмотрении оказалась знакомой любительницей помахать ногами. И в этот раз зеленоглазая школьница успела среагировать первой.

– Какой удачный сегодня день! – хищно улыбнулась она.

Парень судорожно сглотнул и отпрянул от входа, но Кисара схватила его за руку и со словами: "Куда?! А ну-ка пошли!" затащила внутрь. Дверь захлопнулась и послышался звук закрываемого замка, а спустя еще несколько секунд в окне появилась табличка "Закрыто".

Пронаблюдавший представление Сакаки лишь пожал плечами и пробубнил:

– Какой "везучий" парень: найди я его на полминуты раньше, и быть ему целым и невредимым, а теперь спорю на свое пиво, что его придется тащить к Акисамэ в лечебницу. Ну, с этим делом я ему подсоблю: для этого и нужны мастера!

Услышь его Кеничи, он наверняка бы не согласился с таким подходом, но Сирахама был "немного" занят... Мастер же выбрал дерево с обзором и, пристроившись поудобнее на ветке, собрался насладиться бесплатным представлением с учеником в главной роли...

Глава 4.

Редзанпаку...

– Так, о чем я "ничего не знаю"? – поинтересовался Хаято.

Старик расположился прямо на полу и вопросительно посмотрел на Акисамэ. Его габариты часто вступали в "конфликт" с мебелью, поэтому хозяин додзе предпочитал не рисковать и сводить свое общение со стульями, креслами и прочими сиденьями к минимуму.

– Тут такое дело, Старейшина... – начал мужчина, собираясь с мыслями.

Далее шло откорректированное описание приключившегося с Кеничи несчастья, впрочем, мастер джиу-джитсу поведал практически обо всем кроме изменений характера ученика да еще умолчал о паре "мелких" деталей.

– ...Но благодаря новым тренировкам это небольшое недоразумение... постепенно разрешается, – закончил Коэтсуджи.

– Хм... – старик пригладил бородку, смотря недоверчиво на рассказчика. – Что, и никаких проблем не возникло? Ты явно о чем-то недоговариваешь, мой друг.

– Ну... – замялся тот поначалу, но потом "сознался", – Мию и Апачай не в курсе. Мы посчитали, что просвещать их – совершенно излишне...

Расчет Акисамэ полностью оправдался: Фуриндзи-старший, услышав о внучке, проглотил наживку и автоматически переключился на другую тему.

– Да, это вы правильно поступили! – представив реакцию Мию-тян, он одобрительно покивал и при этом подумал: "Нашла себе "котенка" на мою голову, уж лучше бы обычную кошку завела... Хотя не могу не согласиться, что парнишка внес свежую струю в наше болотце, да и мастерам понравилось с ним возиться..."

– Как прошла поездка? – Акисамэ поинтересовался из вежливости, поскольку не знал ни куда, ни с какой целью ездил Старейший.

– Нормально, – ответил Фуриндзи, отрываясь от раздумий. – Навестил старых друзей... Ладно, не буду тебя больше отвлекать. Увидимся за ужином.

Они обменялись кивками, и дед вышел из комнаты, а мужчина остался размышлять о том, насколько удачно все прошло. Пожав плечами, словно говоря "я сделал все, что мог, остальное – в твоих руках, Кен-тян", мастер вернулся к работе над очередным образчиком каллиграфии.

А тем временем Сакаки, досадуя на жалюзи, которые перекрыли весь обзор, пытался "на интуиции" понять, что происходит внутри здания, но у него ничего не выходило...

– Да, что там можно так долго делать? – изумлялся он вполголоса, прихлебывая из "бездонной" бутылки. – Его же соплей перешибить – раз плюнуть. Дал с левой, дал с правой и выноси...

За время ожидания мастер карате успел сделать много полезных дел: пополнить запас в ближайшем магазинчике, отыскать в нем же туалет, и, конечно же, придумать и опровергнуть кучу теорий по поводу задержки ученика. Чем дольше не открывалась дверь, тем мрачнее предположения строил парень, и тем больше его это веселило (правда, возможно, что данное обстоятельство было связано с количеством выпитого).

Однако исподволь интерес Сакаки увядал, а на исходе получаса и вовсе сошел на нет, но он из упрямства продолжал сидеть и наблюдать за крыльцом. С меланхоличным видом уставившись в одну точку, парень едва не навернулся с дерева от удивления, когда проезжающая мимо машина реанимации внезапно притормозила у подведомственного ему входа.

Неотложка предстала во всей красе: мигалка, сирена и трое сотрудников скорой помощи, поспешно выбирающихся из транспорта. Один из них скрылся в магазине, но буквально спустя полминуты выскочил как угорелый обратно. В срочном порядке были вынуты носилки, и троица скрылась за дверью. Через минуту эти же люди выбежали обратно и аккуратно погрузили свою ношу в авто. Последнее, что успел заметить Сио, перед тем, как машина, лихо развернувшись, помчалась в обратном направлении, это русоволосую макушку ученика, лежащего на сложенной каталке. Парень опомнился и пробубнил под нос:

– Как это по-женски: сначала избить, а потом вызвать скорую! Пойду-ка назад и "обрадую" всех, что сегодня его ждать не стоит да и завтра наверное тоже...

Тридцать минут назад. Пресловутое крыльцо.

– Куда?! А ну-ка пошли! – Старшеклассница затащила вяло упирающегося парня внутрь магазина.

Как только щелкнул дверной замок, она взяла Кеничи за шкирку и, подталкивая перед собой, куда-то погнала. Их путь пролегал вдоль полок с клетками, мимо прилавка с удивленной черноволосой девушкой, туда, где виднелся вход в подсобное помещение.

– Сейко, пожалуйста, закройся на полчасика! Мне нужно кое-что объяснить этому типу! – бросила Кисара своей знакомой, пробегая рядом с кассой.

– Э-э, хорошо... – растерялась пухленькая брюнетка, но через пару мгновений пришла в себя и возмущенно завопила вслед, – эй, Кисара! Подожди!

Оклик приятельницы чуть-чуть припоздал: раздался громкий стук, и дверь отрезала подсобку от "внешнего мира". Девушка-консультант, обреченно вздохнув, отправилась исполнять просьбу "сумасшедшей кошатницы", утешая себя тем, что эта посетительница является как-никак ее подругой, ради которой вполне можно пойти на такие незначительные жертвы.

Меж тем Сирахама судорожно пытался сообразить, что ему делать, но за все время, проведенное в качестве принудительно транспортируемого объекта, он не смог придумать ничего лучше, кроме как пробормотать банальное: "Извини..." Но его не смогли спасти даже неоднократные повторения этого волшебного слова.

– Искреннее раскаяние и чистосердечное признание своих ошибок – это хорошо, – прошипела Кисара, разворачивая парня к себе лицом, а его спину впечатывая в стену обширной, но полупустой кладовки. – Но нужно закрепить результат...

Поначалу школьница, практикующая тхэквондо, собиралась лишь намять бока да немного разукрасить лицо, наставив на нем синяков, но горизонты ее планов вдруг резко раздвинулись. Из коробки, в которую Сирахама вцепился, словно в спасательный круг, донесся слабый писк, и девушка, гипнотизирующая свою жертву взглядом кобры, поневоле разорвала "связь" и покосилась на источник звука. Как только взор, приковавший его к месту, пропал, Кеничи судорожно сглотнул и поспешил отвести глаза, он бы с удовольствием еще и отступил, но сзади и так уже была стена, поэтому парню пришлось смириться с судьбой и понадеяться на какое-нибудь чудо.

Последовал рывок, и коробка перекочевала в другие руки. Писк повторился.

– Кто тут у тебя? – спросила девушка, но Сирахама промолчал, поскольку она, явно не собираясь дожидаться ответа, уже открывала крышку.

Желтоватые глаза котенка встретились с зелеными, и в этот момент парню показалось, что Госпожа Фортуна повернулась к нему лицом: Кисара утратила грозный вид и, вполне себе мило улыбнувшись, потянулась погладить малыша. Возможно, осуществи она свое желание, то для Сирахамы этот эпизод закончился бы благополучно, но, увы, этого не произошло. Вздох облегчения, вырвавшийся из груди парня, привлек к себе ненужное внимание. Расслабившаяся особа посмотрела на Кеничи, и в глубине ее глаз отразилась жажда крови. Чьей именно – догадаться было несложно.

– Мерзавец! – внезапно процедила "Валькирия". – Убью!

Коробка была аккуратно отложена в сторону, после чего к его груди устремился левый кроссовок школьницы. "Если до этого богиня удачи открыла мне свой прекрасный лик, то теперь я вплотную познакомился с другой частью ее тела, которая хоть и симпатична, но, тем не менее, называется задницей", – мелькнула у юноши мысль, пока он, будто в замедленном просмотре, наблюдал за исполнением удара.

Хоть ученик Редзанпаку и видел во всей красе голую девичью ножку, плавно приближающуюся к нему, но ничего не делал, пребывая во власти паники. Впрочем, ему хватило времени, чтобы очнуться и сбросить оковы оцепенения. Незнамо почему ускорившееся восприятие не сделало быстрее его самого, и парень, ощущая себя древним стариком – настолько медленными показались ему его собственные движения – попытался произвести уклонение.

Увернуться удалось только чудом в самый последний момент. Стопа ударила с такой силой, что бетонная стена содрогнулась, и не сказать, что Сирахама этого не заметил: в это время он сам вздрогнул, представив, что бы с ним случилось, придись удар по его груди. "За что?!" – воскликнул про себя Кеничи и аналогичным образом ускользнул от второго тычка, избежав тем самым перелома половины ребер. "Кажется, прогнозы мастеров начинают сбываться! Актуальность проблемы не вызывает сомнений: овладение боевыми искусствами стало вопросом жизни и смерти!" Общение с девушкой Сирахама счел бесперспективным, поскольку его оппонентка была "малость" не в себе и слушать точно ничего не собиралась, поэтому он просто сосредоточился на маневрах уклонения, стараясь проскользнуть к выходу.

Игра "догони меня кроссовок" продолжалась достаточно долго, но каждый промах погружал Кисару все глубже в омут безудержной ярости, оправдывая тем самым ее прозвище. Вот только рано или поздно эта пляска, происходящая в ограниченном пространстве, должна была закончиться, что, собственно говоря, и произошло: в какой-то момент, уклоняясь от размашистого горизонтального удара, парень сделал шаг назад, вернее попытался сделать, поскольку там оказалась стена. "Не успеваю! Без знания техник только и могу, что увернуться да и то не всегда..." – пронеслось в голове у незадачливого спасителя бездомных котят перед тем, как его, невзирая на выставленную руку, смело в угол. Время вновь ускорило свой бег, а приземление на мешки с кормом для животных стало для Сирахамы последней счастливой случайностью на сегодня...

Сейко, стоя около двери, вслушивалась в шум, доносящиеся из подсобки. Поначалу звуки потасовки (а то, что там была драка, девушка, нервно теребящая кончик черной косички, даже не сомневалась, благо знакома со своей подругой была достаточно давно и хорошо разбиралась в ее характере) были довольно безобидными, но минут через десять оттуда послышался болезненный вскрик, и она, поддавшись тревоге, помноженной на любопытство, приоткрыла дверь и заглянула внутрь.

"Да она же его убьет!" – опешила девушка, разглядывая приятельницу, вкладывающую всю душу в свое нелегкое дело, а занималась она тем, что увлеченно пинала мешки в углу подсобки. В мешках не без труда угадывалась фигура человека, и этот человек, как отметила ахнувшая в ладонь Сейко, уже наверняка видел распахнутые настежь ворота небесного града (а может и не небесного...).

– Кисара, стой! Хватит! – крикнула черноволосая особа, одетая в униформу продавца, а затем, безрассудно бросившись к подруге и обхватив Нандзе сзади, попыталась оттащить ее от жертвы. – Да, угомонись ты уже!

Но попытки сдвинуть с места сошедшею с небес "Валькирию" оказались тщетны. Сейко в отчаянии огляделась, и ее глаза вспыхнули надеждой, когда девушка заметила котенка, старающегося выбраться из коробки.

Когда перед раскрасневшимся лицом Кисары появилась серая мордашка, она остановилась, при этом тяжело дыша. Брюнетка сунула животинку в руки подруге, и та, переключив внимание на котенка, довольно легко позволила вывести себя из кладовки.

Пять минут спустя.

– ...Мерзавец! – повторила Нандзе, непрерывно поглаживая и тормоша серый клубок, лежащий у нее на коленях. – Ненавижу!

– Да что случилось-то?! – Сейко в третий раз попыталась выведать у подруги подробности инцидента и попутно всучить ей чашку горячего кофе, но все было напрасно: зеленоглазая девушка никак не желала успокаиваться.

– Ты еще спрашиваешь, что случилось?! – взбудораженная школьница уставилась на приятельницу, соизволив только сейчас обратить на нее внимание, после чего ткнула ей в лицо пискнувшим котенком и ответила, – он хотел его убить!