Текст книги "Плюшевый: предтеча (СИ)"

Автор книги: Сергей Плотников

Соавторы: Варвара Мадоши
сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 20 страниц)

Но клан Урагановых – особый случай. Жены Кирилла так фамилии и не сменили: официально в Ордене многоженства нет, просто на этот случай все закрывают глаза – как же, национальные герои, да еще и все шестеро бывшие дети-волшебники, ушибленные Проклятьем. Неудивительно, что у всех младших Урагановых пунктик на этом. У старшего сына, Феди, даже первая свадьба расстроилась из-за нежелания девушки менять фамилию. Второй раз он, правда, выбрал такую же повернутую на животных особу, как сам, которой вообще на фамилию и на документы было плевать – да и на все остальное в жизни, кажется, тоже. Варда хорошо помнил эту историю: они оба в итоге на первую назначенную регистрацию не явились, потому что у них кто-то там редкий в зоопарке рожал. Но со второй попытки Федины друзья в лице Лёшки и Кириллова младшего брата Кеши проконтролировали явку, и все получилось.

В общем, Афинка тяжело дышала, вращала глазами и явно готова была расплакаться. Варда ощутил некоторое раскаяние, даже угрызения совести. Наверное, он должен был ее разыскать на этом ее горном курорте. Наверное. Честно говоря, он был очень рад, что не приходилось иметь дело еще и с ней. Он любил младшую сестру, но… пусть с ней муж справляется. Сергею она, пожалуй, по плечу – а больше никому.

Про Афину дальние знакомые семьи порой говорили, что родители ее избаловали. Но Варда, будучи старше на десять лет, принимал деятельное участие в воспитании этого ходячего бедствия с самого начала, поэтому знал: родители все делали примерно так же, как с ним и с Лёшкой. Поначалу. Потом, конечно, начали принимать более жесткие меры, опять же, Урагановы подключились – но всего этого не хватило. Просто иногда гены срабатывают вот так. Характер Афинки будто бы собрал все худшие качества от отца и от матери, явно не добрав лучших: она была упрямой, уверенной в своей правоте, склонной к риску и очень изворотливой – не переспоришь. При этом ей очень не хватало прагматизма, внутренней честности и склонности к анализу, а также желания это все нарабатывать. Если бы не ее эмпатия, искренность (когда она истерила, то отнюдь не играла на публику, а честно переживала) и доброта, с ней невозможно было бы иметь дело.

– Вы! Какого хрена⁈ Почему я узнаю… узнаю о таком… две недели спустя⁈

– Потому что ты сама отправилась на эту свою тупую программу «медитации и самопознания» в горы с отключенным телефоном, – жестко сказал Лёшка, который никогда не был настроен щадить чувства сестры. – Ты бы там и захват Ордена синетерранцами ушами прохлопала!

– Ах ты! – Афинка сжала зубы и кулаки. – Мать твою! Я только на вокзал приезжаю – а там сюжет по телевизору! В зале! Про убийство моих родителей! Ты представляешь мои чувства⁈

– Я, блин, представляю чувства Варды! – рявкнул Лёшка. – Он прямо сейчас похороны организует!

– На которые вы бы меня даже не позвали⁈

– Да, блин, не позвали бы! Чтобы ты вопила, стонала и истерила⁈ Это ответственное мероприятие, леший тебя подери! Ты не умеешь себя вести на людях!

– Я не умею⁈ Потому что я не ледышка сушеная, как ты⁈ Ты вообще хоть переживаешь – хоть немножко⁈ Да тебе плевать на маму с папой!

– Так, стоп! – Варда хлопнул ладонью по столу. – Прекратили!

Кажется, ему удалось сказать это отцовским жестким тоном. Спокойным, без намека на вопль, но так, что оба сразу же послушались и развернулись к нему. Варда спокойно продолжил.

– Когда появились новости, я связался с Сергеем. Спросил его, нужно ли, по его мнению, тебя вызвать. Он сказал, цитирую: «Нет, она все равно ничего не может тут поделать, пусть у нее будет еще две недели спокойных».

– Я не могу ничего сделать⁈ – Афина буквально начала надуваться шаром. – Да я бы! Да я бы! Да я бы взяла дракона у тети Ланы и рванула бы к этой Синей Терре своим ходом!

– И что бы ты там сделала? – спокойно спросил Варда. – Там и так был дядя Кир с тетями. Все, что можно было, они предприняли.

– Да! Я уже прочла! – Афина совсем покраснела. – Папу и маму держали в плену, а он разнес их тюрьму! Вместо того, чтобы их спасти! Я думала, он им друг! А вы! Вы его защищаете! Я… я даже Серёже не могу в глаза смотреть после такого, а вы!

– Родителей там не было, – сказал Лёшка.

– Откуда ты знаешь⁈ Потому что дядя Кир тебе так сказал, а ты ему поверил⁈ Ты всегда любил его больше, чем папу! Ты маму Ксюшу просто мамой называл! Ой. – Афина зажала рот.

– Вот, – с иронией заметил Варда, – ты тоже зовешь ее мамой Ксюшей. До сих пор. Так что не надо. И она тоже там была. Неужели ты думаешь, что она бы допустила мамину гибель? Мамы там уже не было. Родители спаслись.

– Что⁈ – ахнула Афина. – Они живы⁈ Это операция прикрытия? Где они⁈

– Не совсем, – покачал головой Варда. – Они почти наверняка живы, но мы не знаем точно. И мы не знаем, где они. Это предстоит выяснить.

– Рассказывайте, – Афина чуть успокоилась, села в одно из кожаных кресел.

– Извини, – со вздохом произнес Варда, – я не могу тебе ничего рассказать кроме того, что уже сказал.

– Почему⁈ – девчонка опять взвилась.

– Потому что, – хмуро сказал Лёшка, – когда мы с Вардой занимались наукой и бизнесом, получали допуски и заводили полезные знакомства, ты, блин, ездила по медитационным ретритам и искала себя! У тебя ни профессии нормальной, ни допусков, ничего!

– Я моложе вас! – возмущенно воскликнула Афина. – Я еще учусь!

– Ты сколько раз специализацию меняла, пять? – ехидно поинтересовался Лёшка. – Или уже шесть? Ты просто учишься, чтобы родители продолжали тебе деньги давать!

– Неправда! Я все лабораторные даже сдаю! И семинары! Я вообще отличница! И спортсменка!

– Угу, отличница в том, чтобы косить от реальной жизни.

Афина задохнулась, но не нашла, что сказать.

– Так, стоп, – сказал Варда. – Прекращайте ссориться. Нам нужно помогать друг другу, а не топить. Афина, если в общих чертах, есть вероятность, что родителям нужна помощь, и мы можем им помочь. Похороны – будут, но это больше шоу. Ты знаешь, у отца было много врагов. Нужно убедить их, что он правда мертв, иначе все мы будем под прицелом. А пока мы начнем работы над тем, чтобы вернуть их с мамой. Я, правда, не знаю, с какого бока могу быть полезен, но Лёшка уверяет, что маг-геофизик в их с Мариной лаборатории тоже пригодится. А ты… – он помолчал. – В общем, тебе можно оформить более полный допуск, чем сейчас, и посвятить в детали. Но ты будешь невыездная. Никаких поездок в Ави или Истру на соревнования, понимаешь? У тебя твой чемпионат по многоборью сорвется.

– Понимаю, – холодно сказала Афина. – Ты тоже думаешь, что я бесполезная дурочка! Как Лёшка! Я тебе докажу!

Она вскочила – и снова хлопнула дверью, выбегая из кабинета. Братья переглянулись.

– Как бы глупости какой-нибудь не сделала… – пробормотал Лёшка.

– Это, к счастью, уже в основном забота Сергея, – довольно сухо проговорил Варда. – Ей двадцать четыре, она давно уже взрослый человек!

…На следующий день братья узнали, что Афина завербовалась в ряды вооруженных сил Ордена как боевой маг и отправилась в командировку на Болос.

Десять лет спустя как ветеран миротворческих миссий и основатель собственной многопрофильной спасательной бригады (частная компания, но на подряде у Службы экстренного реагирования) она вошла в экипаж частного исследовательского судна «Верный» по полному праву.

Глава 19
Семьи и власти

В комнате для брифинга, примыкающей к кабинету командира экспедиции, я сжато, но максимально ёмко обрисовал для Кирилла ситуацию. Кроме него нас слушали мой отец, мой старший сын и дочь (Лёшка отправился в лабораторию с возгласом, что моя инфа все меняет и ему надо что-то проверить), три из пяти Кирилловых жен (Ксения, Рина и Левкиппа, потому что Лана осталась с драконами, а Ксантиппа ушла с Лёшкой). Правда, Левкиппа почти не принимала участия в разговоре – видно, считала себя недостаточно квалифицированной: она фермер и агроном по основному роду занятий. Также присутствовал капитан «Верного» Саша Филиппов – я его помнил довольно зеленым кентархом, одним из вспомогательных пилотов корабля, который в свое время отвез нас с Алёной на Синюю Терру. И он же, кажется, тогда пилотировал катером эвакуации. Как и Лёвка, Филиппов, в основном, молчал – мол, мое дело маленькое, я тут только извозчик. В общем, народу в не такую большую комнату набилось немало, кресла стояли бок о бок.

– М-да, интересная политическая обстановка на Леониде, – подвела итоги Ксюша. – Империя – рушится, новый культ с общепланетарным потенциалом – на марше, да еще и ты, Пророк, умудрился красиво исчезнуть, спасая от верной смерти несколько тысяч человек…

– Да там было меньше на стадионе, – машинально возразил я. – Хотя… Стой, как ты сказала? Почему на Леониде? При чем тут Алёна?

Раздались сдавленные смешки.

– Это мы так назвали планету, – пояснил Варда. – Надо же было ее как-то называть! Когда Морковка принес письмо, мы очень обрадовались, что вы живы и что вас можно найти. Обсуждали планету, на которой вы очутились. Дядя Кир называл ее «планетой Аркадия», тетя Саня возразила – мол, планеты у нас традиционно женскими именами называют, давайте лучше «планета Леониды». Ну и прижилось.

– Подходяще, – подумав, одобрил я. – Мне нравится. Алёна засмущается, но мы ее слушать не будем. В общем, Ксюша верно сформулировала, это в общих чертах обстановка. Я так думаю, умным военным советником императора, который толково спланировал захват города, был все-таки не тот мужик, которого я убил, не Шор Вальгар. Он очень уж легко зашел в мою ловушку. Думаю, этот самый толковый советник как раз ведет войско на поместье Коннахов – то есть на мое поместье. И должен быть сейчас где-то в двух днях, в крайнем случае в сутках пути, если я не обсчитался совсем жестоко. Он не может пойти прямой дорогой от Тверна, будет забирать с севера… – я посмотрел на лица моих родных и друзей, потер переносицу. – Вы меня понимаете с пятого на десятое, верно?

– Почему, общий смысл ясен, – сказал Андрей Васильевич. – Тебе нужно остановить армию этого гипотетического «военного советника» и разобраться с ним самим.

– Да, разобраться – хорошее слово, – задумчиво сказал я. – Если окажется вменяемым, можно поддержать его претензии на власть… Как я уже сказал, перед вашим появлением я думал, что мне самому придется сесть на престол, чтобы удержать империю от краха и кровопролития. Дело, которым мне и тогда-то не хотелось заниматься, а сейчас – особенно! Я, знаете ли, домой хочу. И Алёну нужно нормальным врачам показать. Прошлая беременность прошла очень благополучно, но, во-первых, я не завершил ее омоложение, во-вторых, у нее могли остаться невыясненные проблемы со здоровьем после пребывания здесь.

Варда и Афина тревожно переглянулись. А Кирилл сказал:

– Отрадно слышать. Я опасался, что ты настолько врос в здешнюю жизнь, что захочешь остаться здесь насовсем. А нам бы очень твой опыт пригодился. Особенно… знаешь, в свете открывающихся данных.

– В свете того, что я могу привести с собой до сотни бойцов, обученных драться круче всякого спецназовца в поле магического подавления? – с иронией спросил я. – А если им еще и стандартное снаряжение дать…

– Да, – подтвердил Кир. – Это у меня вертится в голове с самого начала твоего рассказа. Тем более что наши детекторы эту вашу «внутреннюю энергию» не берут.

– Интересно, а не-маги с Терры могли бы выучиться этой… внутренней энергии? – заметил мой отец как бы в воздух. – Если ты говоришь, что магия ей препятствует.

– Ты не светишься в моем внутреннем зрении, – сказал я ему. – Если ты себя имеешь в виду. Значит, внутренней энергии в местном понимании у тебя нет. Что будет после года-другого жизни на этой планете – не знаю, но подозреваю, что ничего особенного. Я все же думаю, что это магическая колония, что предки ее населения все поголовно были магами, и что внутренняя энергия – это вывернутый наизнанку магический потенциал. Тут даже что-то вроде всепланетного Проклятья есть. Значит, скорее всего, на этой планете нужно родиться, причем с подходящими генами, чтобы это Проклятье заполучить!

– А чтобы его скинуть, нужно умереть… – задумчиво добавила Рина. – Однако! Везет тебе на такие повороты, Аркадий.

– Ну, я-то сам не умирал, – пожал я плечами. – И мы не уверены, что клиническая смерть – единственное требование. Пока опытный экземпляр у нас один-единственный, ни на ком другом мы эксперименты не проводили.

– Этот единственный экземпляр – не ты? – уточнила Рина.

– Мой двоюродный брат.

– Какой еще… А, здешний!

– Да, – я улыбнулся. – Брат, друг, ученик. Всего понемногу.

– Мне стоит ревновать? – с улыбкой поинтересовался Кирилл.

– Что ты! Сердце я принимал только от тебя! – театрально душевным тоном ответил я.

Мы посмеялись, затем я серьезно продолжил:

– Так что я все-таки врос в здешнюю жизнь. Мы с Алёной поженились и здесь, у нас дочка, и еще у меня отдельно есть мать, младший брат, двоюродный брат, вот-вот появится двоюродный же племянник… Это не говоря уже о разного рода вассалах, подзащитных и учениках. А у Алёны отдельно есть внуки, и если судить по поведению старшей внучки, скоро могут и правнуки наклюнуться. И свой собственный набор учеников, подзащитных и вассалов. Так что когда я говорил о том, что могу привести с собой отряд из ста бойцов, я вовсе не шутил и не преувеличивал.

– У тебя здесь мать… – проговорил Андрей Васильевич.

– Да, – сказал я. – Отец тоже был. Погиб, к сожалению. Очень хороший человек, жаль, что не могу вас познакомить. А мама Тильда тебе понравится. Брату Ульну всего десять лет пока, очень смышленый парнишка. Я его воспитывал с младенчества, так что он мне больше сын, чем брат.

Андрей Васильевич кивнул, принимая вводную.

– И тебя здесь зовут?.. – спросил он.

– Лис Коннах, глава Школы Дуба к вашим услугам, – я раскланялся.

– Лис! Дуб! – фыркнула Ксюша. – Тебе прямо очень подходит.

– Спасибо! – я прижал руки к сердцу. – Знал, что кто-кто, а ты оценишь.

В конце концов, эта женщина придумала мне прозвище «маньяк». Вполне заслуженно: кто еще звонит маленьким девочкам с незнакомого номера и шепчет в трубку? Мне тогда по медицинским причинам нельзя было громко разговаривать.

– И ты реально хочешь увезти всех своих самых близких на Терру от грядущей заварушки? – уточнил Кирилл, как всегда вычленяя из моего рассказа главное.

– Да, – кивнул я. – Не всех, конечно, я не хочу бросать налаженные предприятия на разграбление. Так что ключевых помощников придется оставить. Но – с одной стороны, хочу забрать самых уязвимых, с другой – тех, кто может пригодиться. Я верно понимаю, что у вас на Терре не все благополучно? Раз Вальтрен уже одиннадцать лет в режиме кризисного управления?

Кирилл поморщился, но ничего не ответил.

– Настолько неблагополучно, что мы раздумывали над вариантом, что сюда полетят чисто Весёловы, а мы с Кириллом все останемся, – вместо него ответила Рина, правая рука Кирилла по всем околополитическим вопросам. – Но потом все же разработали план операции устрашения, которая как раз требовала нашего отсутствия.

– Это как? – заинтересовался я.

– Это так, что самый страшный боевой маг Ордена, – усмехнулся Кирилл, – а также ее четверо не менее впечатляющих собрачниц и один чуть менее впечатляющий муж…

– Это ты Лану имеешь в виду? – уточнила Левкиппа.

– А кого же еще?

– Логично, – согласилась Рина.

– Поддерживаю, – хмыкнула Ксюша, и все остальные тоже закивали.

– Так вот, суть в том, что наша шестерка исчезла куда-то на экспериментальном боевом крейсере, и все, кому надо, это знают. Но никто не знает, куда именно мы исчезли, – продолжал Кирилл. – И где именно мы можем объявиться. Крейсер официально у нас в аренде, Вальтрен сдал его холдингу «Маяк» в качестве учебно-экспериментального за символическую сумму. Так что Магистериум войны как бы вообще не при делах. Наши «двойники» – я имею в виду, парочку похожих кораблей – кое-где пошаливают, но никто не знает, мы это или кто-то еще. Все держатся в тонусе. Хорошее упражнение.

– Элегантно придумано, – одобрил я. – А на Терре?

– А на Терре полно тяжеловесов кроме нас, – сообщила Рина. – Из старичков – Вальтрен, Хлоя, Исмаилов, Амон Бореат с семейством… ну и молодежь постепенно подтягивается.

– Ваня и Данила выросли в мощных боевых магов, – с гордостью проговорила Левкиппа, имея в виду двоих из старшего выводка Урагановских сыновей.

– Ясно, – я потер подбородок. – Значит, я угадал. В общем, идея такая. Этому миру много что нужно: дороги, мосты, лекарства, техника, знания. Разумеется, Орден не сможет предоставить все это бесплатно. Но в качестве взаимовыгодного контракта…

– То есть ты планируешь все-таки заниматься и здешними делами, и нашими? – уточнила Рина.

– Не вижу для себя другого выхода, – я пожал плечами. – Пока создается впечатление, что я нужен и здесь, и там, и в обоих мирах у меня обязательства. Создам свой отряд для специальных операций. Наемная армия Лиса Коннаха… Нет, Великого мастера Боней-Коннах, нужно на первое место ставить более высокий ранг, – поправился я. В ответ на недоумевающие взгляды, я пояснил: – Так Алёну здесь зовут, она теперь невероятно сильна как боец. Если не брать магию, думаю, в разы круче любого из здесь присутствующих.

Кирилл удивленно вскинул брови, но сомнений не выразил, а Афина воскликнула:

– Это мама-то⁈ Она же терпеть не может насилие!

– Ей многое пришлось пережить, – мягко сказал я. – И во многом измениться. Я гляжу на тебя, дочь, и думаю, что ты, скорее всего, можешь это понять.

Афина как-то очень по-взрослому хмыкнула углом рта, потерла небольшой шрам на бицепсе, который почему-то не стала сводить (она была в футболке с короткими рукавами).

– Да, пожалуй…

– Так вот, – продолжил я, – детали обсудим позднее, а пока, я думаю, нужно все-таки разобраться с угрозой для моих людей на планете. Буду, конечно, очень признателен за помощь.

– Мы тебя в любом случае одного не отпустим, – заметил Варда. – Вдруг опять пропадешь! А тетя Лана давно уже пошла драконов к вылету готовить.

Интерлюдия. Правая рука Главы императорских гвардейцев, мастер пяти императорских Школ Венис Ирт – и явление демонов

– Опасность сверху! – закричали снаружи.

Не в самый подходящий момент закричали: Венис как раз собрал своих десятников, чтобы решать, есть ли смысл сейчас отправить самый боеспособный отряд к поместью Коннахов налегке, чтобы попробовать застать их врасплох.

Проблема заключалась в следующем. Тащиться с обозом долго и муторно, а у Коннахов хорошо была поставлена разведка, это осведомители Вениса говорили в один голос. Они уже совсем недалеко от поместья, Коннах однозначно их «срисует» и подготовится. Тем более почти наверняка к настоящему моменту он уже знает о происходящем в Тверне и насмерть окопался. Ведь нужно быть полным идиотом, чтобы не понять: Лимарис отправит к нему войска. А Венис был уверен, что Лис Коннах – не идиот. Настолько не идиот, что Венис от души предпочел бы не воевать с ним, а договориться. Но увы, не видел, как это возможно. Тот явно сделал ставку на фискальную самостоятельность, да еще и ритуально отстроился от Империи – а значит, хочет создавать собственное государство. Но род Иртов всегда служил Империи, во всех ее проявлениях.

С предателями и отщепенцами переговоров не ведут – так учили Вениса его отец и дед.

И все же он предпочел бы худой мир масштабному кровопролитию. Поэтому оставался вариант прийти всей большой армией под стены Школы Дуба, потребовать лидеров – то есть самого Лиса Коннаха и Великого мастера Боней, если это действительно она… В смысле, это, безусловно, некий Великий мастер женского пола, которого почему-то Цапли решили выдавать за Сорафию Боней – тут Венис не сомневался. Но тот факт, что Великий мастер в возрасте за семьдесят лет родила ребенка – это просто невозможно. Женщины за семьдесят, бывает, рожают. Курьез, чудо, но случается. Про рожавшего Великого мастера никто не слышал, даже про рожавшего мастера никто не слышал, но, возможно, и такое происходит. Однако два чуда, наложившиеся одно на другое? Венису легче было представить, что старуха Боней зачем-то предпочла назвать собственным именем дочь или ученицу-фаворитку и продвигать именно ее как главу Школы – скажем, чтобы оттеснить от власти неугодного внука или навязанных ему регентов. Ну и когда дама стала Великим мастером, то все вопросы сразу отпали: кто же обвинит Великого мастера во лжи?

А сама старушка Боней, может, уже и умерла. Или изображает собственную служанку, допустим – слыхал Венис и о таких гамбитах.

Правда, чтобы Великий мастер родила, наверное, действительно потребовалось некое чудо исцеление – но в том, что рассказы о чудесах не были преувеличением экзальтированных лиц, Венис тоже верил не до конца. Не исключал, скажем так, но хотел бы убедиться самолично.

Но так или иначе, если эти Коннах и условно Боней все же именно настолько вменяемы и хитры, как он предполагал, возможно, с ними удастся разойтись более-менее мирно. Венис предпочел бы уберечь своих людей. Гвардейцы – очень тяжело возобновимый ресурс, как и старшие адепты Императорских школ. А папенька нынешнего императора, увы, и так изрядно этот ресурс проредил – очень глупо на взгляд Вениса. Нужно было семейство Вальгаров в полном составе выгонять, а всех остальных оставлять, он же поступил ровно наоборот! Вальгары – напыщенные глупцы все до одного, и очень плохо влияют на Гвардию.

Так вот, Гвардейцы ему нужны, адепты всех пяти Школ – тоже нужны. А Коннахи и Цапли явно будут драться жестко, если их загонят в угол. Боней – предыдущая или все-таки нынешняя – даже Черное Солнце зажечь не побоялась! Если удастся их запугать, вынудить пойти на уступки и сидеть тихо, можно выиграть время и начать приводить к покорности другие зашатавшиеся провинции.

Кроме того, у Вениса были виды на культ Плюшевого мишки. Современный культ Богов с его поощрением боев между Школами и не работающими ритуалами плодородия явно не шел империи на пользу. Тогда как положения нового культа этого Пророка, даже при беглом знакомстве, Венису скорее импонировали. Но оставлять этот культ в руках Пророка с этими непонятными чудесами (как грамотно он заставил всех в них поверить!) совершенно не входило в планы Вениса. Что он попытался донести до Лимариса. Верующих можно использовать в своих интересах. Глав культа – уже сложнее.

Если сохранять этот культ, то нужно, чтобы его жрецы подчинялись императору. А еще лучше – сделать императора Верховным жрецом самому. Вот только Лимарис…

Увы! Этот амбициозный и довольно сообразительный юноша был бы не так плох, если бы удалось раньше извлечь его из-под влияния маменьки с ее постоянными ядами и мелочностью. Но что получилось, то получилось. У Лимариса уже были мелкие сыновья – одному два года, другому едва год. Лет через пять-шесть можно подумать о том, чтобы сменить императора на троне. Если, конечно, империя к тому времени не пошатнется и удастся найти подходящих регентов-единомышленников: Венис трезво понимал, что одному ему власть не удержать, даже если удастся спихнуть Вальгара с поста главы Гвардии!

Но это все – планы на отдаленное будущее. Пока же нужно было разобраться с Коннахами. Оставлять их, как занозу в боку, представлялось опасным – уж больно они становились сильны и могущественны. Тут и серебро, и технические новинки, и новая религия… И следовало решить сейчас: либо вести полную армию и брать поместье в планомерную осаду – что неудобно, потому что, как минимум, придется перекрывать реку! Либо отправить вперед лучших бойцов в кирасах, которые маскируют внутреннюю энергию. Замаскированные гвардейцы могут скрытно миновать наружные патрули и ударить в самое сердце владений Коннахов – по хозяйскому дому, по казармам младших учеников… Дубы, вопреки традиционной стратегии, младших учеников с некоторых пор защищают: видно, осознали уязвимость своих адептов на низших рангах по сравнению с другими Школами и трудоемкость их восстановления, если такого ученика выбьют в первом же бою после пяти-шести лет обучения!

Десятники давали самые разные мнения насчет такого плана. Кто-то сомневался, что удастся подобраться достаточно близко – и что если центральное поместье защищает Великий мастер? Кто-то считал, что лучше действовать медленно, зато наверняка. Кто-то думал, что нужно совместить: первый короткий штурм, выбить несколько лучших бойцов, навести в поместье хаос – а потом осадить и потребовать переговоров.

И вот именно в разгар военного совета снаружи раздались вопли про опасность сверху!

Венис тут же напряг внутреннее зрение на максимум, но сквозь стены шатра ничего особенного в небе не увидел. Присмотревшись, все же разглядел одно светящееся пятно – как будто кто-то, обладающий внутренней энергией примерно первого ранга, находился в небе! Пятно то вспыхивало, то исчезало – неведомый перворанговый адепт периодически выходил за пределы чувствительности внутреннего зрения Вениса и тут же возвращался в него, двигаясь по неровной траектории.

– Идемте, оценим обстановку, – сказал он своим десятникам.

Торопливо выскакивать из шатра, как ужаленный, ни ему, ни им было не по статусу: десятники Гвардии и вообще императорских отрядов – это высокий чин, они командуют элитными бойцами и сами должны быть элитой. И увидел зрелище, которое, с одной стороны, мысленно одобрил, с другой стороны – чуть было не обматерил самым крепким из известных ему островных загибов.

Потому что, с одной стороны, вверенные ему отряды действовали очень грамотно. Несмотря на то, что их армия – около четырехсот ранговых бойцов, не комар чихнул! – расположилась для большого привала на обширной поляне возле речки и народ отдыхал, а почти все десятники находились в командирском шатре, большинство бойцов успело вскочить и закрыться щитами – как личными, так и групповыми (те, кому Путь позволял). Школа Звезд даже ощетинилась пращами и луками, Школа Луны встала их прикрывать. В небо полетели первые снаряды – похоже, совершенно бесполезные: они вспыхивали и сгорали прямо на взлете. Потому что…

– Демоны! – сказал один из десятников Школы Неба Рейс.

Очень надежный, спокойный мужик, Венис привык на него положиться. Тут он не ошибся тоже: никак иначе это явление было не назвать.

В небе крутилось несколько огромных даже с земли разноцветных крылатых змей с крыльями, и каждая была окутана словно бы радужной дымкой. Машинально Венис создал щит и принял оборонительную стойку, однако быстро понял, что змеи на первый взгляд не делают ничего угрожающего. И на второй тоже. А на третий, присмотревшись, он заметил, что на каждой из этих змей сидит человеческая фигура.

С одной все было понятно: ярко-оранжевая змея-демон, словно сбежавшая из детских сказок, несла на себе такого же ярко-рыжеволосого, «в масть», человека, сверкающего аурой первого ранга. «Неужто Коннах, он же Пророк?» – мелькнула у Вениса мысль. Кажется, он: про рыжину коннаховской шевелюры многие говорили, как об особой примете. Это потому, что мать у него из Флитлинов. Второй расхожей приметой был невысокий рост (хотя тут свидетели расходились: кто-то рисовал его человеком лишь чуть ниже среднего, кто-то – настоящим карликом). Однако с земли сложно понять рост человека, парящего в небесах верхом на демоне!

Что же касается остальных – они и людьми-то не были! На вид, вроде, обычные: две руки, две ноги. Правда, странные черные доспехи, плотно прилегающие к телу. Но ни малейшего следа внутренней энергии, словно ожившие покойники! Говорят, таким отличался брат Пророка, тот Коннах, что обычно безвылазно сидит в Тверне.

Но эти-то – явно не он!

Профессионально Венис сосчитал возможных врагов, прикинул особые приметы. Кроме Коннаха трое мужчин, точнее, юношей, едва вышедших из подросткового возраста. И шестеро – надо же! – женщин. Облегающие костюмы не оставляли в том сомнения, хотя некоторые женщины и стриглись коротко, как бойцы. В отсутствии видимых рангов и от невозможности разглядеть снизу черты, Венис машинально начал учитывать хотя бы цвета. Черноволосый юноша на ярко-синем демоне-змее; один беловолосый – на ярко-зеленом, другой – на черно-желтом. Женщины: одна блондинка (длинноволосая) на белом змее, другая (волосы покороче, а сама худенькая, мелкая, не сразу даже поймешь, что девушка, а не юноша) – на огромном черном, вдвое больше всех остальных, если не втрое… главная она у них, что ли? Третья блондинка, совсем коротко стриженая, на темно-изумрудном демоне, наоборот, размерами поменьше. Рыжая – на зеленовато-голубом в оранжевых пятнах, крупная брюнетка – на ярко-алом звере, и самая темноволосая с какой-то ненормально смуглой, будто опаленной кожей – на совсем небольшой (в сравнении!) золотистой змейке.

От всех этих цветов рябило в глазах, но Венис заставил себя смотреть внимательно и внимательно запоминать. Он с кристальной ясностью понял: от его слов и поступков в ближайшие несколько часов зависит вся его будущность – а может быть, и будущность Империи, которой его род служил поколениями.

Два демона-змея, ярко-синий и багрово-оранжевый, слетели вниз. Оранжевый, на котором сидел Коннах, опустился на луг совсем рядом.

– Не стреляйте! – крикнул Венис разом пересохшим горлом.

Не успел: несколько стрел и других снарядов все-таки полетели в демона. Однако рыжеволосый юноша просто взмахнул рукой – и все они сгорели или взорвались прямо в воздухе.

Синий демон приземлился чуть поодаль, но недалеко от оранжевого. Венис подтвердил свое наблюдение: его наездник был очень молод, пожалуй, даже моложе совсем юного Коннаха! Но взгляд!

«Вот это настоящий император, – как-то сразу понял Венис. – Не чета глупышу Лимарису. Главный среди богов? Среди демонов?» Но чувствовалось, что он привык повелевать – и еще что он совершенно не впечатлен ни Венисом, ни его армией.

А вот Пророк, он же Лис Коннах, глядел иначе. Смотрел на Вениса с трудноописуемой улыбкой, прищуренным взглядом. Не властным – скорее, слишком уж мудрым. Почему-то Венису вдруг показалось, что, несмотря на мальчишеский вид, Коннах старше его деда.

– Вы – глава этой армии? – спросил рыжеволосый юноша. – Я – Лис Коннах, глава Школы Дуба, меня еще называют Пророком Творца.

– Венис Ирт, – стараясь говорить спокойно, произнес Венис. Ему приходилось глядеть на Коннаха снизу вверх, но это бы еще полбеды. Главное, что ему приходилось смотреть на морду демона – тоже словно бы улыбающуюся. Венису не нравилась эта улыбка. – Помощник главы гвардейцев Шора Вальгара.

– Тогда, вероятно, уже глава гвардейцев, – усмехнулся Коннах. – Правда, вы не Великий мастер… увы! Должно быть, вам трудновато будет принять власть над гвардейцами и над империей… без нашей помощи.