Текст книги "Плюшевый: предтеча (СИ)"

Автор книги: Сергей Плотников

Соавторы: Варвара Мадоши
сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 20 страниц)

Глава 17
Закон джунглей

Междумирье – удивительное место. Это не вакуум в отличие от «нормального» космоса, а некое пространство, полное разнообразного газа, более-менее ядовитого – хотя кислородные области тоже встречаются. А так вообще кислорода там в количестве, по крайней мере, в нашем планетарном поясе: просачивается с планет, на которых существует биологическая жизнь. То есть для сколько-то опытного мага дышать там не проблема: просто создаешь «кислородный пузырь» вокруг своего тела (лучше именно вокруг тела, а не вокруг головы) – и проблема решена. Фактически, магический аналог фильтрующей маски, которая заодно не пускает к телу яды.

Именно по причине общей ядовитости среды я без малейших угрызений совести «вытряхнул» – то есть попросту развеял – свой воздушный мешок, полный ядовитого воздуха. Здесь это не проблема ни для кого, кроме меня, а я себе фильтр уже успел создать при прохождении Прорыва.

Однако здешнему Междумирью нашлось, чем меня удивить!

Помнится, когда я впервые столкнулся с однообразием монстров, которые вытряхивают местные Прорывы, то первым делом сформировал гипотезу, что около планеты существует некая стабильная экосистема, где эти слизни процветают. Причем экосистема должна представлять собой достаточно небогатую «кормушку», на которую не зарятся более продвинутые метакосмические хищники. Это косвенно подтверждалось тем, что «на огонек» к нам при длительном кастовании Черного Солнца заглянул именно Огнеящер – хищник далеко не самый энерговооруженный и опасный, который в основном прозябает на окраинах охотничьих угодий более удачливых соперников по эволюционной гонке. Помню, при нашей встрече я даже втирал Алёне, что подобная экосистема может существовать на базе магофитов – фиолетовых растений, похожих отчасти на подводные стволы кувшинок, отчасти на какие-нибудь фикусы. Эти создания очень распространены в Междумирье, встречаются буквально везде в разных видах, но происходят все от общего предка. И все они «питаются» магией точно так же, как терранские растения «питаются» солнечным светом, чтобы запасать хлорофилл.

Эти фиолетовые растения могут существовать и на планетах, однако у нас на Терре им не вполне хватает свободно растворенной в атмосфере магии – приходится подкармливать. (Их используют как высокоэффективных продуцентов кислорода, например, на арктических базах и немного на подводных лодках – по крайней мере, мне докладывали о таком экспериментальном проекте, но я забыл проверить, чем там дело кончилось и взяли ли это как стандартное решение.)

Так вот, пролетев через Черное Солнце, я оказался натурально в джунглях! В густых-прегустых фиолетовых зарослях, многоуровневых и уходящих во все стороны, куда хватало глаз! И образовывали их не тонкие стебли условных «фикусов», а толстенные стволы и ветви этаких древесных патриархов.

Надо же. От Морковки по нейрорезонансу мне ничего похожего не поступало… С другой стороны, я не расспрашивал дракона об окрестностях планеты – это меня интересовало в последнюю очередь!

Правда, поначалу разглядывать и исследовать окрестности мне было некогда: едва я избавился от своего воздушного клубка с ядом, как заметил целую партию слизней, летящих в прорыв Черного Солнца. С этой стороны он так же был похож на кляксу. Э, не, не в мою смену!

Жечь слизней в метакосмосе, когда магия течет свободно и ее потоку ничего не мешает, – одно удовольствие. Я без всякого труда уничтожил мощными струями огня целый отряд прозрачных тварей, спешащих к Прорыву, и наконец огляделся.

М-да, а ассоциация-то с джунглями оказалась совершенно верной! Огромные, мощные древесные великаны вырастали прямо из жемчужной поверхности планетарного шарика под моими ногами.

Надо сказать, что поверхность планеты в метакосмосе – та самая Кромка – обычно гораздо меньше фактической планеты. Она настолько мала, что, поднявшись над ней метров на двести, уже видишь изгиб горизонта. Я так высоко пока не поднимался, парил над самой поверхностью, но зато отлично разглядел: корни гигантских дендритов практически прорастали в Кромку, переплетаясь в густом перламутре ее поверхности.

Охренеть. Так вот почему тут Кромка такая толстая! Ну, то есть, понятное дело, это рабочая гипотеза – но чисто интуитивно я почти не сомневался, что дело действительно в этом.

Кроме корней я заметил еще кое-что интересное. Мне пришлось встать ногами на саму поверхность Кромки и присмотреться, но первое впечатление подтвердилось: в толще этого перламутра действительно можно было разглядеть узор из правильных шестиугольников, образованный тонкими светящимися линиями.

Хм.

Не очень-то похоже на естественный феномен! Конечно, я вспомнил, что иногда лед на озерах намерзает именно шестиугольниками, и такую же форму порой образует соляная корка на соляных озерах. Но где лед и грязь – а где метакосмические явления!

И еще эти светящиеся нити очень сильно напомнили мне манифестацию магических каналов, с помощью которых древние маги когда-то соткали Проклятье детей-волшебников на нашей Терре. Оно, правда, по большей части располагается над Кромкой Терры и имеет рукотворные якоря, но так-то вообще похоже. Что если я вижу перед собой тоже Проклятье общепланетарного типа – но разрабатывали его, скажем так, более изощренные умы, чем те, с которыми мы впоследствии столкнулись на Цветке Равновесия? Умы, которые придумали, как обойтись без якорей и без связки каждого конкретного сердца реципиента Проклятья с его сеткой – ибо таких связок я не видел.

Но если это действительно Проклятье – то что оно делает?..

«Превращает неиспользованный магический потенциал во внутреннюю энергию, – вдруг понял я. – К гадалке не ходи!»

Что же, еще одна остроумная гипотеза, которая требует проверки. Но если оно так, то родившаяся у нас с Алёной давным-давно идея, что эта планета – затерянная древняя магическая колония, возрастом свыше десяти тысяч лет, а местные боги – воспоминания о древних могущественных архимагах, которые устраивали для собственного развлечения турниры между местными, выглядит особенно правдоподобно! Вот только зачем они такое Проклятье на своих соплеменников наложили?..

«Да чтобы иметь возможность пробивать Кромку, не пользуясь магией, – тут же мелькнула у меня мысль. – Очень тупо было бы истощить все аккумуляторы по неосторожности – и застрять на поверхности планеты без доступа к магии, без возможности сделать Прорыв! Все равно, что запереть самого себя в шкафу, как говорилось в одной детской книжке».

Интересно только, куда эти архимаги потом делись? Быть может, слиняли куда-то за пределы планеты, и я найду здесь еще один висящий в пустоте метакосмический дворец, подобный Цветку Равновесия? Или – еще одни летящие в пустоте метакосмические развалины, заселенные выродившимися и обеспамятевшими гулями? У Ланы Селивановой была гипотеза, что в гулей – а это еще один вид метакосмических монстров, подозрительно гуманоидный – превращаются разумные, которые поколениями живут в метакосмосе и слишком увлекаются использованием гиасов, что приводит в итоге к деградации сознания.

Пока я так раздумывал, Черное Солнце в Кромке рядом со мной затянулось, и очередной слизень тупо ткнулся в поверхность, затем поплыл в мою сторону – но я снова благополучно его сжег.

Исчезновение Прорыва меня не обеспокоило. Внутренняя энергия во мне никуда не делась, я почти не сомневался, что смогу пробить Кромку с этой стороны Черным Солнцем – или магией, если вдруг с этой стороны Кромка прочнее (вполне может такое быть!), и Черного Солнца окажется мало. А если и то, и другое провалится, то у меня был запасной план и на этот случай. Мы с Сорой обсудили несколько вариантов моих действий в Тверне. Я предупредил ее, что может возникнуть ситуация, в которой я буду вынужден эвакуироваться в Междумирье. И мы сразу договорились, что на этот случай она будет с регулярными промежутками открывать Черное Солнце на полигоне рядом с поместьем Коннах. По эту сторону Кромки разница в сто километров – всего лишь метров сто. Я без проблем замечу этот портал и пройду сквозь него, надо только подождать.

Итак, возможность вернуться меня не волновала. Но настроение, как только организм привычно справился с эйфорией Междумирья, упало ниже плинтуса.

С одной стороны, я почувствовал дикую усталость – бессонная ночь, пара часов отдыха в резиденции, драки, колдовство – все это доконало даже выносливость молодого, усиленного магией тела адепта Школы Дуба. С другой… я вдруг понял, что загнал сам себя в ловушку. И я не имею в виду ловушку метакосмоса.

Когда мы с Алёной обсуждали наши планы в зависимости от действий императора, моя жена спросила:

– А что если Лимарис пойдет по самому тупому пути? Не захочет договариваться, тянуть время и балансировать империю на краю гибели? Что если пойдет на открытое военное противостояние?

– Увы, но, похоже, все к тому идет, – вздохнул я. – Тогда… что ж, тогда, боюсь, начнется война всех против всех. Провинции столкнутся друг с другом в попытке отжать дополнительную территорию, торговые маршруты или влияние. Последствия голода приведут к росту числа беженцев и бандитов. Настанут тяжелые времена. И тогда все, что мы сможем сделать, – это постараться стать островком спокойствия в море безумия.

Алёна серьезно кивнула.

– А почему бы не попробовать захватить власть в Империи? – спросила она. – Ты бы чудесно смотрелся на троне.

– Что, в этих коронных сережках? – шутливо усмехнулся я. – Милая… может быть, я и сумел бы захватить власть при той аморфности чиновничьего аппарата и императорского двора, что мы наблюдаем. Но как быть с императорскими Школами? Думаю, они не согласятся с нашей кандидатурой. Собственно, я не удивлюсь, если они попробуют установить собственную диктатуру – если не в Тверне, то в какой-то другой, не столь сильной провинции. Например, в Вариде или Номине. Еще и объявят эту провинцию последним оплотом «настоящей» империи… Победить их я не смогу – у нас не так много надежных союзников среди других Школ! Дубы, Цапли, Ручьи… ну хорошо, пусть нам еще помогут Кузнечики и Бешеные Собаки в Тверне – последние чисто из любви подраться. Все равно этого не хватит, чтобы победить Имперские Школы относительно бескровно. А кровавая победа оставит нам слишком мало сил для установления собственного порядка. Да и не хочу я бросать наших людей в топку битвы за трон! У меня на них другие планы.

Алёна серьезно кивнула.

– Да, – сказала она. – Жаль, что у тебя нет реально мощного магического аккумулятора, чтобы р-раз – и выкосить все Имперские Школы!

Я хотел было ей сказать, что она слишком свыклась с этим миром и стала считать, будто все вопросы можно решить силовым путем, но остановил себя. Мне пришло в голову, что это на самом деле был бы вариант, при котором, как ни парадоксально, смертей и хаоса было бы меньше. Захватить власть магией, объявить себя священным императором, которому покровительствует сам Творец… Что ж, у меня мало верных людей, чтобы справиться с имперским строительством так сразу – но при доступе к магии, когда ни у кого больше магии нет… М-да. Мне бы, конечно, пришлось беречься, держаться на шаг впереди всевозможных заговоров и прочего, плюс жестко ограничивать информацию о магии и научно-технических новинках, вроде того же огнестрельного оружия. Даже от Герта пришлось бы таиться, потому что когда речь идет об игре настолько вдолгую – на горизонте пары сотен лет – и с настолько высокими ставками, личная дружба и даже родство перестают иметь значение. Наоборот, иной раз становятся препятствием.

Именно поэтому я никогда не хотел подниматься слишком близко к трону! На Терре у меня был надежный прокси: все еще (не иначе, чудом!) друг детства Мишка, он же Великий магистр Ордена Хранителей Человечества Михаил Николаевич Бастрыкин – высший как бы выборный чиновник моей родины, одной из самых великих держав нашей планеты. Он почти что мне доверял, а я почти что доверял ему, что позволяло мне решать наболевшие у нас обоих проблемы под его «крышей», лишь время от времени демонстрируя ему лояльность. И то я совершенно точно знал, что старый друг в любой момент готов меня устранить, а еще периодически проверяет, не зарываюсь ли я. В общем, «держит под контролем».

Упаси Творец, мне придется делать то же самое с Гертом! Да, верность, да, лояльность, да, любовь – но при экстремально долгой жизни, которую обеспечила нам магия, при постоянно меняющемся экономическом укладе невозможно быть верным раз и навсегда, невозможно доказать лояльность вне всяких сомнений, если мозгов у тебя чуть побольше, чем у табуретки! Люди меняются, их взгляды меняются, обстоятельства меняются. А тяжесть властных полномочий провоцирует сомнения по полной. Я знал это – и это одна из причин, почему мне удавалось не обижаться на Мишку за его подозрения и проверки и даже сохранить с ним довольно теплые отношения. И уж точно я ему не завидовал. А став императором, я оказался бы в том же самом положении!

Дело ведь не только в Герте, хотя он, как маг, потенциально самый опасный, если вдруг слетит с катушек (или если слечу с катушек я). Что насчет остальных? Фиена, Фейтла, Эвина, Уорина с женой, Лелы, Ясы с мужем? Неприятно представлять, чтобы мне пришлось хотя бы планировать устранение кого-то из них – не говоря уже о том, чтобы претворять его в жизнь. Или вот моя мама… Рано или поздно она все же заведет новую семью – пусть через двадцать или тридцать лет, но заведет. Нельзя тосковать по потерянной любви бесконечно, омоложенное тело стремится жить и размножаться. Если я на тот момент буду верховным правителем, муж Тильды может стать потенциальной точкой концентрации заговора.

А Сора? Она бы точно такое напряжение не выдержала! Она и сейчас уже скатывается иногда в умонастроение «с нами Творец, казним всех, кто мешает, они все мерзавцы!», а если еще немного увеличить ношу на ее плечах… И что стало бы с нашими детьми – с Орией, со вторым, пока еще безымянным, и с теми, кто последует за ними (если последуют)? В каком положении окажется Ульн, мой потенциальный наследник? А его собственная семья, когда он через шесть-семь лет решит ее завести?

Нет, хорошо, что этот путь, менее кровавый (скорее всего) в общем и целом, но более тяжелый для меня лично закрыт «по техническим причинам». Будь у меня постоянный доступ к магии и мощный резерв, я бы попытался взять власть над империей Десяти Провинций – я себя знаю. Совесть не позволила бы отказаться от варианта, который я воспринимаю как способный спасти больше народу здесь и сейчас, а что там будет в будущем – вилами по воде. Еще бы и Малые Королевства, и Оиян присоединил бы до кучи. А так – на нет и суда нет.

Пока я так думал, я продолжал осматриваться. Когда еще обстоятельства будут благоприятствовать экскурсии сюда! А между тем так приятно было побыть в Междумирье – не из-за эйфории и не из-за свободного доступа к магии. А, скорее, из-за того, что здесь я снова почувствовал себя по-настоящему молодым. Не Лисом Коннахом, главой Школы Дуба и Пророком новой религии; не Аркадием Андреевичем Весёловым, Магистром метакосмической дипломатии; и уж тем более не Смеющимся Жнецом – а просто собой. Просто Аркадием или просто Лисом, это не так уж важно – как часто любой из нас думает о себе по имени? Просто любопытным мальчишкой, который всегда горел передним краем науки (до того, как загремел в дети-волшебники и был вынужден изучать магию и ее историю, я собирался стать ученым-физиком и заниматься ядерной энергетикой) и мечтал когда-нибудь попасть в космос или метакосмос!

Я тщательно осмотрел ближайшее ко мне «дерево», соблюдая все меры предосторожности – а ну как оно тоже хищное? Слизней в непосредственной близости не наблюдалось, но я заметил на листьях характерные погрызы и прожоги – похоже, эти кислотные твари здесь паслись.

Однако что сразу бросилось в глаза: на «ветках» дендритов никаких прогрызов и прожогов не было. Когда я на пробу «всплыл» (в метакосмосе нет силы тяжести, поэтому любые перемещения больше похожи на плавание, чем на полет) к переплетению ветвей, что начиналось метрах в двадцати-тридцати над поверхностью Кромки, и аккуратно исследовал их воздушными щупами, оказалось, что эти ветки очень плотные и твердые. Возможно, крупные хищники не в состоянии через них пробиться… Или, скажем иначе, – не желают тратить на такой прорыв энергию, если точно не уверены, что по ту сторону их не ждет нечто вкусненькое. Вот вам и объяснение, почему, кроме слизней, из Черного Солнца почти ничего не вываливалось!

Кстати, врастание корней в Кромку может заодно объяснить и то, почему Черное Солнце так странно выглядит. В смысле, почему сначала возникает тонкая трещина, которая не скоро становится целой «прорубью»: разрыв движется по слабым местам, не укрепленным корнями, и как только находит достаточно большую «поляну», то сразу и растекается!

Только я об этом подумал, как среди толстых ветвей мелькнул ярко-оранжевый отблеск. Что за…

Я рефлекторно приготовился отражать атаку или бить первым – но удар придержал. Уж больно знакомый мандариновый оттенок! Твари Междумирья все же редко бывают настолько ярко окрашенными.

И точно!

В просвет между ветками протиснулась, частично ломая их, частично отгибая, длинная ярко-оранжевая туша. И рванула прямо ко мне.

– Морковка!

Если вас когда-нибудь сбивала с ног огромная дружелюбно настроенная овчарка, то вы поймете, что я в тот момент чувствовал. (Да, и такое со мной было, хотя сам я не собачник и никогда этих животных не держал: пес Урагановых Масик почему-то очень меня полюбил). Только когда тебя сбивает пес, обычно ты все же прикладываешься спиной об ковер или падаешь в сугроб или что там обычно бывает позади; а тут мы просто пролетели с Морковкой чуть дальше, пока он магией не погасил нашу общую инерцию – очень вовремя, а то я все же впилился бы спиной в какой-нибудь дендрит! При этом я обнимал его огромную морду и радостно восклицал, какой он у меня хороший мальчик.

На ощупь кожа Морковки казалась очень холодной, она почти обжигала руки. Кроме того, на морде и туловище я сразу заметил несколько старых шрамов – тяжело дался ему обратный путь на Терру! Если, конечно, он вообще до нее добрался… Он тут один, без подмоги, без Драконьей Мамочки – значит, не долетел?

– Ух ты, мой хороший… Не долетал, да? Ты не был на Терре? Не смог вернуться? Ну и ладно, главное, что ты выжил, мой замечательный Морковка, мой любимый дракончик…

В общем, сюсюканье, отлично знакомое большинству хозяев питомцев и родителям маленьких детей!

И прямо в разгар этого сюсюканья я вдруг с ледяной ясностью осознал очевидное.

Вот он, мой аккумулятор. Вот он, мое «абсолютное оружие», с которым установление императорской власти становится плевым делом! Вот она – опора трона, которая никогда не предаст и не изменит свое мнение (за неимением человеческого разума и человеческих амбиций). Достаточно всего лишь держать для Морковки работающий Прорыв в Междумирье…

Морковка потерся об меня всей башкой. В этот раз я не мог провалиться с ним в нейрорезонанс так легко – видимо, не в подходящем был состоянии ума. Но все же я понял: дракон меня куда-то зовет, что-то хочет мне показать.

– Ладно, мой дорогой, – улыбнулся я, перелетая ему на шею. Тут было удобное местечко, похожее на естественное седло – а если еще и ухватиться за выросты на голове, то выходило совсем надежно. – Конечно, я полечу с тобой! Что там такого интересного?.. Может, ты гнездо завел? Или свою стаю?

Маловероятно, Морковка все еще слишком молод по драконьим меркам. Но если он не долетел до Терры, а встретил подходящую драконицу, то все возможно! У драконов довольно разнообразное брачное поведение, они живут не только стаями, но и парами – особенно пока молодые.

Дракон снова поплыл условно «вверх», прочь от планеты, протискиваясь между ветками. Я держался изо всех сил, готовый, если что, использовать магию для разрушения препятствий, летящих мне прямо в лицо. Однако Морковка отлично помнил, что я на его спине и берег меня – ни разу ничего меня не царапнуло и не хлестнуло. Молодец какой!

Мы поднялись над океаном фиолетовых крон – или вырвались за фиолетовую стену, с какой стороны посмотреть. Поверхность дендритового леса осталась позади нас – этакая пушистая шапка, даже не поймешь, что за нею находится планета. Вокруг раскинулось уже «настоящее» Междумирье – клубящиеся облака газа безо всякого ориентира, с прозрачностью метров на пятьдесят в одну сторону (если повезло). Но Морковка, как и положено его племени, легко находил дорогу в этом хаосе, стремясь к известной ему одному цели. Еще несколько минут, и между облаками показалось длинное сигарообразное тело – однозначно искусственного происхождения.

Подмога!

Морковка все-таки ее привел!

* * *

p.s. Планируем публиковать по главе в день до 20-й главы, которая будет последней сюжетной. После нее ожидается еще две «эпиложные» главы-интерлюдии, но. Мы сейчас раздумываем над тем, не превратить ли один из планируемых эпилогов в отдельную историю, так что, возможно, перед эпилогами будет небольшой перерыв.