Текст книги "Плюшевый: предтеча (СИ)"

Автор книги: Сергей Плотников

Соавторы: Варвара Мадоши
сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 20 страниц)

Спустя час после прибытия этого курьера я с небольшим отрядом рванул в Тверн на самых быстрых лошадях.

Глава 13
Интерлюдия. Ланс Рефтон и захват города

Начало июня 2 года правления Лимариса Шестого, 10 557 год от сотворения мира

– Императорская гвардия теперь отвечает за эти ворота. Есть возражения, подмастерье?

Гвардеец поглядывал на Ланса, парня не низкого, свысока. Этакая груда мышц и костей, да еще пылающая аурой мастера. Зряшная трата ресурсов, эти гребаные гвардейцы, если так подумать! Качаются до предела, но реального дела не видят – их там столько, что хватило бы снабдить мастерами десяток школ, да с подмастерьями, да с учениками! А так сидят только, похваляются друг перед другом, перед императором выслуживаются да крестьян гоняют.

Ланс был почти уверен, что сражайся он с этим дутым молодцом один на один – не проиграл бы. Ну и пусть, что высший ранг. Возрасту-то он едва ли старше самого Ланса. Нельзя стать так быстро мастером без всяких секретных травок, которые, говорят, известны только императорским Школам. И настоящего опыта у него тоже нет: вон какой холеный, гладкий, доспехи блестящие, лицо сытое, без шрамов. Значит, в этом у Ланса есть фора. И, опять же, за Лансом – Истинный Бог, а он помогает тому, кто умеет думать и не теряется.

Но… Позади гвардейца, молчаливо угрожая, стояла еще пара таких же. А позади Ланса – двое третьеранговых бойцов, причем только один из Школы Цапли, а второй – из Школы Речного Песка. Нормально для Тверна: тут расписания дежурств на воротах специально делались так, чтобы члены разных Школ и Гильдий дежурили вместе. Но это означает, что только на одного парня Ланс может положиться, да и то – много ли возьмешь с третьего ранга?

Однако даже если бы за Лансом стояло аж пятеро отборных «дубовых» бойцов второго ранга – он и то не стал бы связываться с императорскими гвардейцами. Да, не по закону и обычаю. Но – император вошел в город! Вот только что его кортеж (небольшой, видно, только лучшие бойцы) проскочил мимо, с этими его роскошными флагами и всем прочим! Должен был в Номин отправиться, а сам почему-то из Варида сюда, в Тверн вернулся, когда его не ждали!

Почему так случилось – один Творец знает. Ланс был уверен, что это и для «лучших людей Тверна» стало сюрпризом, потому что будь иначе – Брат Пророка бы знал. А если бы Брат Пророка знал, то уж точно сказал бы Лансу и другим подмастерьям! Не тот человек Гертис Коннах, чтобы утаивать важную информацию и посылать своих людей в бой с закрытыми глазами.

Однако вот так за здорово живешь поднимать мятеж против императорских людей – держи карман шире.

– Нет, мастер гвардеец, – сказал Ланс. – Никаких возражений! Вот только… Как прикажете отправлять службу?

Говоря так, он изо всех сил ел гвардейца глазами – мол, я такой полезный идиот, ничего не понимаю.

– Так под моим надзором, – ухмыльнулся Гвардеец. – Будете всех впускать, никого не выпускать!

Ого, это что еще такое? Кого это он хочет запереть в городе? Неужели руководство гильдий и Школ? Ну, удачи, конечно. Как будто подмастерье Ланс Рефтон сумеет остановить настоящего, опытного мастера или, тем более, Великого мастера – а их в Тверне все-таки двое помимо госпожи Сорафии! Нет, серьезно, иногда перворанговый боец может победить высшего ранга, но это нужно, чтобы звезды сошлись. С этим вот заносчивым Гвардейцем Ланс бы попробовал потягаться. А, скажем, с одним из трех старших мастеров Речного Песка или с любым мастером Школы Бешеной Собаки, чьи стандарты в мастерстве никак не ниже, чем у Дубов, – увольте!

Но привлечь внимание Ланс решил не к этому.

– И мусорщиков останавливать? – картинно удивился он. – И говновозы?

На лощеном лице гвардейца мелькнуло неуверенное выражение. Потом он нашелся:

– Будешь умничать – я тебя лично в дерьмо нырять заставлю! И дерьмо жрать.

– Что вы, мастер гвардеец! – воскликнул Ланс. – Умничать начальнику караула по должности не положено! Так что, вы меня с должности-то снимаете? Императорской властью?

Он ожидал, что гвардеец скажет ему что-то вроде: «Нет! Работай! А я буду стоять у тебя над душой, и если накосячишь – голову снесу!»

Однако порой так бывает, что среди самого кромешного невезения все-таки случается что-то хорошее. Вот и в этот раз гвардеец раздумчиво проговорил:

– А и в самом деле… Подмастерье Дубов, самой тупой Школы в империи, – чего я от тебя жду вообще? Гуляй на все четыре стороны! Свободен! И остальных забери!

– Благодарю, мастер гвардеец! – Ланс рявкнул, вытаращив глаза. Глава Коннах – тот, который именно Глава, а не Брат Пророка – называл этот вид «лихим и придурковатым», и еще добавлял, что у Ланса он уж очень хорошо получается.

Будь гвардеец поумнее, он бы понял, что Ланс издевается. А еще понял, что такое оскорбление для своей Школы тупица бы не спустил – да еще на глазах низшего ранга из другой Школы!

Но Ланс все-таки тупицей не был. Поэтому знал: даже если песочник окажется идиотом и начнет трезвонить, что Дубы спускают оскорбления, дело утрясти будет проще, чем битву с тремя гвардейцами не на жизнь, а на смерть!

Так что Ланс сказал подчиненным:

– Уходим, парни. Видите, нас отпускают.

Если бы не это удача, Лансу пришлось бы рискнуть и велеть своему цыпленку ускользнуть как-нибудь незаметно. Парень совсем желторотый и щуплый, в таком третьерангового бойца даже не заподозришь, если внутреннее зрение не включать. К тому же город знает, как свои пять пальцев. Пожалуй, он сумел бы сбежать из-под носа гвардейца и домчать до подмастерья-управляющего, чтобы доложить ему обстановку.

Но так Ланс расскажет сам, заодно и отряд Брата Пророка усилит. Не то чтобы ему особо была нужна охрана лишнего подмастерья, пусть и с солидным боевым опытом, – при нем ведь мастер Лела Он, да и сам он мужик не промах. Но с лишним бойцом всегда надежнее.

* * *

Ланс с цыпленком домчали до резиденции очень вовремя: Брат Пророка и мастер Лела как раз собрались уходить. Точнее, Брат Пророка собрался и о чем-то с мастером Лелой спорил. Увидев Ланса, он воскликнул:

– А, Ланс и юный Ойвис, отлично! А я уж думал, придется мастера Он сейчас отправлять к воротам, вас спасать. Значит, Ланс, пойдешь со мной во дворец.

– Все же позволь мне, Герт! – воскликнула Лела.

– Тетушка, – Герт положил руку на плечо женщине. – На придворных предыдущего Императора, мир его праху, вы, конечно, произвели сильное впечатление. Но будут ли здесь те придворные, которые успели вас испугаться? Кроме того, кто-то из нас должен остаться охранять резиденцию. Здесь больные в лечебнице, которым мы пообещали помощь, а также дети в приюте, за которых мы и вовсе взяли полную ответственность, как за своих. Обоим нам покидать это место одновременно нельзя. А император вызывал все-таки меня, а не вас.

Лела скрипнула зубами.

– Если с тобой что случится…

– Чудеса Творца со мной, – улыбнулся Герт, продемонстрировав ей руки в длинных, до локтей серебряных наручах, украшенных драгоценными камнями.

В наручах скрывались кристаллы, дарующие чудотворную силу. Точнее, не скрывались: выставлялись напоказ, потому что их буквально усыпали самоцветы! Как объяснил Лансу когда-то сам глава Коннах, у которого имелись подобные украшения, камни со сложным составом и включениями металлов для его «магии» не годятся – а это почти все дорогие самоцветы, кроме алмазов. Обычный же кварц слишком дешев, нельзя использовать только его: выглядеть будет не как украшение, достойного выходца из знатного рода, а как насмешка! Поэтому наручи у запястий были усыпаны бриллиантами, кристаллами горного хрусталя и немного прозрачными опалами и топазами, дальше же и ближе к локтям шли крупные кристаллы кварца. Результат выглядел не столько жлобски, сколько прихотью заказчика, который любит прозрачные и белые камни.

Ланс уже знал, что в эти камушки можно закачать чудесную силу Черного Солнца. Не все в резиденции знали, а он знал, ему секрет доверили. И это вызывало гордость.

Еще Ланс отметил, как все-таки Брат Пророка говорит похоже на самого Пророка – будто именно главу Коннаха слышно! Что даже смущает немного, если еще хорошо помнишь предыдущего Главу, Великого мастера Ориса. Уж больно Герт Коннах похож на дядю, смотришь на одного – видишь другого. А открывает рот – и вместо резких, кратких и однозначных речей льются мягкие, сложные конструкции.

«Ну что, – подумал Ланс философски. – Не первый раз иду в императорскую резиденцию, а целый второй! В прошлый раз повезло: и живым выбрался, и дворцы почти все уцелели».

Он спросил Брата Пророка:

– А в этот раз динамит брать?

– Обязательно, – спокойно кивнул Герт. – Только вот что. В прошлый раз Лис нам подробно оговорил, в каких случаях нам применять эту штуку, даже если его самого ранят или захватят. Я такого делать не буду. Ситуация незнакомая, непонятная. Так что – поступай по обстоятельствам, Ланс.

Ланс почувствовал себя немного неуютно: он предпочитал твердые приказы. Однако тут ничего не попишешь. Обстановка и в самом деле такая… неловкая. Он и сам уже бывал командиром и знал, что частенько такое происходит: сам не знаешь, что приказать. Но самым зеленым парням, конечно, нельзя говорить «поступай по обстоятельствам». Им можно только: «Держись рядом и делай как я». Так им внушал глава Коннах, и с этой идеей опыт Ланса полностью согласовывался.

– Но если меня не схватят сразу же за входом, – продолжил Герт с улыбкой, – держись рядом и делай как я!

Ланс мысленно хмыкнул.

Брата Пророка не схватили сразу же за входом.

В императорскую резиденцию созвали всех глав уважаемых Школ и Гильдий, то есть почти всех глав Школ и Гильдий, сколько их ни есть в Тверне. Честно говоря, Ланс не думал, что так мало получится! Ему всегда казалось, что их тут целая толпа – ткни куда попало, попадешь в Школу (в основном в Производственную, но нормальные, боевые, тоже попадались). А оказывается, если исключишь всяких там Прачек, Цветочниц и Свах – хотя последних Ланс как раз исключать бы не стал: он недавно начал прицениваться к их услугам, и осознал, что за страшные это женщины! – то наберется всего-то человек сорок, причем это еще многие Главы взяли с собой помощников или охрану. Так самых влиятельных, пожалуй, навскидку человек десять. Может быть, кто-то нашел достаточно благовидные предлоги отказаться – или удачно спрятался от гонцов?

Правда, многие из собравшихся пылали аурой мастеров – даже один из двух Великих пришел! (Что второй не явился, ничего странного: он в принципе живет затворником и всех посылает нахрен. Говорят, уже очень стар, особенно для Великого мастера, и не слишком крепок на голову.)

Но, если не смотреть на ауры, в огромном зале с колоннами, том самом, который в прошлый раз они частично раздолбали динамитом, эта группка выглядела откровенно жалко. Потому что в этот раз император никакой толпы придворных им навстречу не вывел. Да и были ли они, те придворные? Что-то подсказывало Лансу: большая часть двора осталась в Вариде.

Гостей встречали молчаливые гвардейцы, которые так же молча закрыли за всеми двери. Даже свечей откровенно не хватало, не говоря уже о новых светильниках с рефлекторами, и углы тонули в полумраке. Хотя не то чтобы это имело значение для высокоранговых бойцов – а почти все здесь собравшиеся, кроме Гильдейцев, имели хотя бы третий-четвертый ранг!

Может быть, полутьма была призвана замаскировать следы торопливой и часто очень «экономной» починки? Но Ланс с его хорошим зрением все равно разглядел. Входную группу и портик снаружи полностью восстановили, а вот внутри на лепнину местами поскупились.

Когда Ланс и Герт Коннах вошли, раздались шепотки, даже восклицания. Несколько человек отшатнулись, а единственный Великий мастер из присутствующих – Рейкис Фанторн из Школы Бешеной Собаки – наоборот, подошел к ним (небольшая толпа послушно расступилась).

В отличие от предыдущего Главы гвардейцев, этот Великий мастер не выглядел так уж внушительно: просто немолодой мужчина, довольно высокий и широкоплечий, но ничего выдающегося. Герт, если смотреть одними глазами, казался куда мощнее и сильнее!

– Приветствую вас, господа! – сказал он спокойным голосом человека, который привык ко всеобщему вниманию. – Не имел чести раньше быть с вами знаком, подмастерье Гертис Коннах, также называемый брат Пророка!

– Действительно, не имели, – тем же ровным, вежливым тоном ответил Гертис. – Рад приветствовать вас, Великий мастер Фанторн!

– Узнали, да? – тот приподнял брови. – Вы действительно выглядите, как ходячий труп, Коннах. Но слухи не врут. Вы все еще можете видеть ауры внутренней энергии?

– Увы, – качнул головой Герт. – Эта способность покинула меня вместе с остатками внутренней энергии. Я узнал вас по цветам вашей Школы и по словесному портрету. Кроме того, я предположил, что только действительно сильный и смелый боец решится познакомиться с «живым покойником» первым.

Фанторн усмехнулся.

– Не льстите. Просто в моем возрасте и с моим уровнем внутренней энергии мне уже особенно нечего терять. А вы и впрямь страшно выглядите для того, кто к этому не привык! – он чуть нахмурился. – Слышал я, один довольно сильный и смелый боец, увидев в вашей Школе что-то почти столь же странное, настолько потерял голову, что совершил воистину бесчестный поступок!

– Вы о мастере Сонноте из Ясного Полудня? – уточнил Гертис. И добавил совсем другим, жестким тоном. – Я там был. Бесчестный поступок он совершил раньше, попытавшись вызвать на поединок чести юную девушку ниже рангом, которая просто указала ему на его же неучтивость. А чудо общей молитвы лишь обнажило его бесчестную суть так, что этого уже нельзя было скрыть.

– Интересно, – хмыкнул Фанторн. – Я не верил и половине того, что рассказывают о вас и о вашем двоюродном брате. Возможно, зря. На этот город вы действительно оказали… огромное влияние. И говорить, определенно, умеете. Что, кстати, скажете об этой… ерунде? – он поморщился с видом человека, которого отвлекают от важных дел ради какой-то бесполезной хрени.

Ланс тут же испытал к Великому мастеру Фанторну почти родственные чувства.

Однако Герт не успел ответить на вопрос. Распахнулась огромная дверь на вершине лестницы, ведущей в личные императорские покои (эту лестницу починили лучше, чем стены). Голос глашатая, невидимого за колоннами, объявил:

– Его священное величество император Лимарис Шестой!

На вершине лестницы появился император.

Третий ранг – для самоучки в его возрасте это было бы впечатляюще, однако для бойца, проходившего обучение в Школе Неба – попросту несерьезно. Впрочем, его отец тоже высоким рангом похвастаться не мог. То ли они потомственные лентяи последние пару поколений (Ланс с некоторых пор не испытывал большого пиетета к императорам), то ли слабосилки.

Но, если не считать невысокого ранга, выглядел император представительно. Молодой, высокий, широкоплечий – не то что сухощавый, какой-то весь желтоватый Энгеларт. Румянец на всю щеку, лицо из тех, которые девчонкам нравятся. Правда, императорский обруч с длинными, до пола, подвесками и старомодный придворный наряд смотрелись на нем как-то кривовато. Вот по Энгеларту было видно, что он это все носить умел. А Лимарис как-то… то ли запинался, то ли висело все на нем? То ли просто неловко двигался?

Может, еще не подогнали как следует? Да нет, он уже больше полугода император! Уж точно на праздник Солнцеворота и весенний ритуал плодородия должен был формальные одежды надевать!

Следом за императором шел еще один боец с аурой Великого мастера – на сей раз довольно молодой, еще и пятидесяти нет. Почти не седой, глаза внимательные, форма командира Гвардейцев на нем как влитая. Ну и Гвардейцев тоже парочка, а также еще двое придворных…. с аурами обычных людей, не бойцов! Интересно. Что же, он никого из цензоров своими советниками не сделал? Цензоры не бывают ниже второго ранга.

– Великий мастер Фанторн! Уважаемые мастера! – с улыбкой произнес Лимарис, когда все склонились перед ними в поклоне. – И другие лучшие люди Тверна! Благодарю за то, что приняли мое приглашение! – он говорил явно с позиции силы, но любезно, приятно, слова не цедил. А вот глядел недостаточно внимательно. По Лансу, например, только мазнул глазами – а мог бы, вообще-то, перворангового бойца оценить получше! Сам-то гораздо слабее!

«Приглашенные» переглянулись, кто-то дернул головой, кто-то пожал плечами. «Не могут понять, кто должен говорить! – сообразил Ланс. – Они все примерно одинакового положения, ранги тоже у всех примерно одинаковые – ну, если не считать гильдейцев и торговцев, но эти точно отсвечивать не будут лишний раз. Если мастер Фанторн сейчас над ними не сжалится…»

К счастью, Великий мастер проявил милосердие.

– Император зовет – мы повинуемся, – проговорил он, беря на себя роль лидера.

Дальше Лимарис улыбнулся так обходительно, так ласково, так заиграл ямочками на щеках и обвел всех таким милостивым взором, что Ланс тут же понял: денег будет просить!

И точно.

Начал, Лимарис, правда, со славословий. Не поленился назвать каждого из присутствующих по имени – а лично он никак не мог быть с ними знаком! Ведь шесть лет назад, когда Энгеларт Седьмой прибыл в Тверн, Лимарис был еще подростком, еще проходил обучение в Школе Неба – и «любящий» отец держал его подальше от дел двора. Значит, «сделал домашнюю работу», как говорил глава Коннах. По крайней мере формы и цвета Школ и Гильдий знал, а также всякие отличительные значки и гербы и вот это все. У Ланса, между прочим, не один месяц ушел, чтобы их выучить!

После чего затянул такое:

– Мы рассердили богов, и они наслали на нашу империю суровые бедствия. К счастью, смена императора, а также обильные жертвы и ритуалы помогли. Погода улучшилась, землепашцы могут растить хлеб, а болезни сняли свою жатву и уползли обратно в подземное логово. Но мы и наш двор изрядно поиздержались, сражаясь с этими напастями. Посему я решил изменить утвержденный от века маршрут и отправиться в Тверн, ибо ваша провинция пострадала от бедствий меньше всего…

«Хрен там, меньше всего пострадала! – подумал Ланс. – Все голодные и больные к нам бежали, потому что у нас были запасы! И не из-за твоих ритуалов, тьфу, слышал я о них, как вы там женщин плетьми забиваете! А из-за Пророка, что предвидел бедствия, а также его родных и союзников, что собрали запасы и предусмотрели меры, как их справедливо распределить!»

– Правом, данным мне богами и традициями, я прошу и приказываю, – проговорил Энгеларт, – дать мне займ на девятилетний срок, на три годовых цикла… – он обвел всех взглядом, – по десять тысяч ваших «эталонов» серебра с каждой Школы или Гильдии!

Десять тысяч⁈

Лансу чуть не поплохело.

Невозможная, бешеная сумма! Десять тысяч эталонов – это как десять тысяч старых империалов. На такие деньги можно… нет, ну ладно, для одного сумма бешеная, а для Школы или Гильдии – просто тяжелая. Для Главы Коннаха, однако… Ланс, конечно, не в курсе, но это как примерно годичное содержание обычной Школы – а их Школа Дуба необычная, и, похоже, проживает во много раз больше. Но и зарабатывает во много раз больше.

У главы Коннаха, наверное, эти деньги есть. И Брат Пророка об этом знает – вон какое спокойное лицо. А может быть, даже и в самой резиденции «Цапли под Дубом» имеется такая наличность?

Вот только отдаст ли Школа такую сумму? Явное же вымогательство! И не вернет Лимарис ничего через девять лет, это уж точно дураком надо быть!

Едва Ланс задал себе этот вопрос, как тут же получил ответ: вообще-то, что глава Коннах, что Гертис Коннах – отдадут. По одной простой причине: Великий мастер Орис отдал бы. Сказал бы с суровым лицом: «Император в своем праве!» – и отдал бы. А Лис и Герт оба стараются поступать так, как поступил бы Великий мастер Орис – да-да, даже Лис, при всей его хитрозамороченности!

Лансу даже будто наяву привиделось, как глава Коннах говорит ему с этой его легкой улыбкой, при которой глаза остаются невозмутимыми: «Если от хаоса и кровопролития можно откупиться серебром хоть на несколько лет – это удача! Чем дольше мы спокойно развиваемся, тем проще будет потом».

Не у одного Гертиса Коннаха при оглашении суммы лицо осталось невозмутимым – многие мастера тоже старались держать себя в руках. Однако многие, особенно из производственных Школ, не говоря уже о главах Гильдий, наоборот, загомонили, с возмущением выкрикивая: «У нас нет таких денег!», «Мы тоже потратились во время голода и эпидемии!» и даже «Пророк заставил нас отдать все наше зерно!»

– А, Пророк! – воскликнул Лимарис, вычленяя нужное слово. Он поглядел на Брата Пророка почти ласково. – Что ж, если у вас недостаточно средств, что я могу поделать, как ваш добрый господин? Я могу только предложить, чтобы Школы Дуба и Школа Цапли, известные своим богатством, покрыли недостачу за всех вас!

А вот это уже серьезно – и нечестно, нарушение и права, и обычая. Ланс представил, что будет, если абсолютно все Гильдии и Школы вдруг начнут перекладывать «долговую нагрузку» Лимариса на плечи Дубов! Весело получится.

В смысле, вот тут-то точно не получится откупиться от хаоса серебром! Будем, значит, воевать. Значит, и хорошо, что Ланс не успел нанять ту сваху и посвататься к приглянувшейся купеческой дочке.

Все в зале замолчали – явно больше от удивления.

– Я думаю, – продолжил Лимарис, – что Брат Пророка не откажется побыть моим гостем, пока вы все собираете должную сумму? – он сделал ударение на слове «должная».

Гертис в лице не изменился, Ланс тоже постарался остаться невозмутим, но все-таки вес слегка с одной ноги на другую перенес: сподручнее будет встать в боевую стойку. Он тут – единственная охрана Брата Пророка. Если не выполнит свой долг, его ни Бог-Покровитель на свой пир не пустит, ни бог-Творец в свое Царствие Небесное – и оба будут правы. Точно, хорошо, что ни одну девчонку плакать не заставит.

И вдруг голос Великого мастера Фанторна словно ударил в набат:

– Моя Школа готова дать вдвое, покрывая недостачу. Это все, что у нас есть, но в годину бедствий чиниться не пристало!

Ланс врубил внутреннее зрение на полную, поэтому отлично видел все ауры бойцов вокруг себя. И ауру Великого мастера, естественно, тоже видел. Однако выражения лица его разглядеть не мог, потому что своих обычных глаз не сводил с двух ближайших к нему – и управляющему Коннаху – императорских гвардейцев.

Чего бы это он⁈ Ведь он Герта даже не знал! Герт – отличный парень, который вырос в отличного мужика, и командир что надо, пусть даже внутренняя энергия у него пропала. Зато его сам Истинный Бог осенил умением творить чудеса. Однако Фанторну-то что с того?..

И вдруг еще один прорезался, явно из Производственной Школы: сам всего лишь первый ранг, но знаки мастера на одежде, и эта самая одежда вся цветами льна расшита. Школа Синего Цветка, если Ланс верно помнил – так-то он с ними почти не пересекался, в число вражеских Школ они не входили, а от дежурства на воротах откупались деньгами.

– Школа Синего Цветка также положит две тысячи сверх запрошенной императором суммы, чтобы покрыть недостачу наших менее удачливых братьев! – заявил этот человек хорошо поставленным голосом, привычным перекрикивать стук ткацких станков.

Ого!

Тут же, как раньше все наперебой просили императора об облегчении бремени, так же множество голосов начало заявлять о своей готовности дать больше, если император не сумеет собрать потребную сумму с остальных. Причем Ланс мог бы поклясться, что некоторые голоса звучали и первый, и второй раз.

Загадочно!

А вот глава Гвардейцев, стоявший за спиной императора, явно что-то понял! Лицо у него стало, как будто он уксуса напился. Он наклонился к Лимарису, у которого на губах по-прежнему застыла улыбка, и что-то ему сказал.

Губы императора шевельнулись, он так же тихо ответил Главе. Тот возразил. Император кивнул.

Тогда Лимарис поднял руку.

– Стойте, мои мастера! – воскликнул он. – Мне отрадно видеть такую солидарность среди подданных и готовность развязать кошели ради общего блага! Однако вы ведете себя так, будто опасаетесь, что я беру уважаемого подмастерья Коннаха в заложники – словно бандит с большой дороги! Это я-то, священный император! – Лимарис обвел всех благостным взором. – Ничуть не бывало! Брат Пророка, как его называют, крайне интересная личность! Он, говорят, умеет творить чудеса, и при этом мой взгляд не видит у него ни вспышки внутренней энергии – даже в той мере, которая озаряет простолюдинов. Несомненно, вы все в Тверне уже привыкли к этому за годы, мне же всего лишь любопытно поговорить с таким необычным бойцом! Опять же, я всегда интересовался Путем плюшевого мишки. Удивительное учение! Начать с того, что это крайне необычное название для культа. Не стоит так уж сильно защищать господина Коннаха!

И тут Гертис впервые громко заговорил.

– Позволено ли мне сказать, ваше священное величество?

Его голос зазвучал как на проповеди в храме – мощно и гулко раскатившись сразу по всем уголкам пустого зала. Хотя при всем при том Брат Пророка не кричал.

– Говорите! – произнес Лимарис.

– Я буду счастлив принять ваше гостеприимство и обсудить любые темы, которые вы сочтете нужным, а также исчерпывающе ответить на все ваши вопросы. Однако ваш призыв застал меня посреди срочных дел. Вы, должно быть, в курсе, что через моего брата Истинный бог даровал мне способность поддерживать людей и помогать им в горести? Пусть болезни и беды пошли на спад, в нашей больнице все еще множество больных и умирающих, нуждающихся в утешении. Моя работа для них – разница между жизнью и смертью. Прошу вас в мудрости своей разрешить мне вернуться в резиденцию и завершить дела на сегодня. После этого я готов приходить сюда каждый день и с превеликим удовольствием посвящать вашему священному величеству столько времени, сколько вы сможете мне уделить от других государственных дел. Тем более что до нашей резиденции отсюда совсем недалеко!

Лимарис криво улыбнулся, однако маска трескалась: Ланс заметил на его лице вспышку ярости.

– Жизни людей, безусловно, важны, но важно и само существование империи! Император не может распоряжаться своим временем с оглядкой на золотушных простолюдинов. Вы, Коннах, должны остаться во дворце – прямо сейчас! Или я объявлю вне закона ваш культ, попирающий волю древних богов! И вы все равно останетесь во дворце – но уже не гостем, а пленником.

Тут, к удивлению и Ланса, и, похоже, всех присутствующих, Гертис Коннах плавно опустился на колени и склонил голову.

– О, Творец всего сущего! – воскликнул он своим красивым тренированным голосом. – Прошу, подскажи мне, как быть в такой ситуации? В чем состоит мой долг, как я нанесу меньше вреда?

– Что же, вы думаете, ваш бог явит для вас сейчас очередное чудо? – фыркнул Лимарис.

Герт поднял голову и солнечно улыбнулся императору – совсем не как Орис, а точь-в-точь, как Лис! Очень сильно обозначилось, что они действительно братья, пусть и двоюродные!

– Что вы, – сказал он. – Прямые чудеса Господь пока совершал только для моего брата. Я еще не заслужил. Так что покажу не чудо, но трюк.

С этими словами он вскинул к потолку руки, украшенные длинными, до локтей, серебряными наручами. Эти наручи Гертис только вчера зарядил на полигоне – и еще одну пару вместе с ними, которую уже полностью «израсходовал» в больнице. Но та пара, что на нем, должна быть полной.

И еще несколько запасных кристаллов должны быть распиханы у Гертиса по карманам, висеть на шее и в сапогах, если Ланс хоть что-то понимал. Достаточно, чтобы снести дворец до основания!

Но Брат Пророка не стал сносить дворец. По крайней мере, не весь. Мощный воздушный выброс вверх – Ланс опознал его по белым воздушным завихрениям. И потолок зала оказался пробит – чуть ли не в том же месте, где его пробили в прошлый раз во время битвы Великого мастера Сорафии и предыдущего Главы Гвардейцев!

Затем Гертис шагнул к Лансу, обхватил его за талию, и Ланс почувствовал, что теряет вес – знакомое ощущение, они так уже пробовали на тренировках. Неприятно: желудок сразу к горлу подскакивает! Но притерпеться можно.

Окутанные белым воздухом и огнем, они вдвоем рванули к пролому в потолке. Ланс еле успел поджечь внутренней энергией и бросить вниз одну из малых «динамитных шашек», как называл их глава Коннах. Да, да, освоил он этот фокус с поджиганием внутренней энергией – семь потов сошло, но уж очень уязвляло, что распоследняя третьеранговая Цапля это может, а он – нет! Каналы в руках чуть сбились, но Ланс был уверен, что до мастера дорасти ему это не помешает.

Через пролом они выскочили в ясное и чистое июньское небо. После полутьмы дворца яркое солнце и свежий ветер слепили и даже немного кружили голову. Геометрически правильная резиденция, похожая с высоты на собственную схему, и паутина улиц вокруг нее оказались далеко под ногами, в бесконечной бездне.

Эх, может, кому и нравится чувство полета, а Ланс едва терпел! Все-таки такие Дубы, как он, должны твердо стоять на ногах!

– Зря ты это! – процедил сквозь зубы Гертис.

– Так что же, и на память подарочка не оставить⁈ – возмутился Ланс.

Сам ведь приказал поступать по обстоятельствам – а теперь на попятную?

– Убьем Лимариса – и что дальше⁈ Великого мастера так просто не убить, ни динамитом, ни магией. Придет к власти Глава Гвардейцев, а он опаснее. Или начнется кровавый хаос. И ты мог зацепить глав других Школ!

– Там маленький был заряд. Все, кто хоть какой-то щит ставить умеет, выживут! Зато отход прикроем! – не сдавался Ланс. – Извините, управляющий Коннах, но нам еще резиденцию оборонять! И вы сами сказали, действовать по обстановке.

– Это верно, – не стал спорить Герт. – Ладно. Но впредь учти: лишние жертвы нам пока ни к чему. Ситуация еще неясна, я не понимаю, как далеко Лимарис готов зайти. И запаса кристаллов не так много…

В подтверждение своих слов Гертис опустил их на землю через пару улиц от императорской резиденции.

– Слишком много расхода магии на полет, – скупо пояснил он. – Лошадей жалко, – он имел в виду, что лошади остались у коновязи перед императорской резиденцией, – будем надеяться, о них позаботятся. Отсюда до нас бегом минут десять. Давай, не отставай.

И наддал!

Для человека без внутренней энергии бегал он ну очень быстро – Лансу пришлось перенаправить часть своей в ноги, чтобы не отстать от Брата Пророка. Вскоре они выскочили на улицу Цапли. Ланс ни на секунду не выключал внутреннее зрение, хотя держать его на бегу не так-то просто – если нет привычки, можно не заметить препятствие и впилиться в него. Так что он отлично видел: по периметру резиденции немало высокоранговых бойцов, большая часть из них – мастера. Лимарис не пожалел десятка собственных гвардейцев, бросив их на захват Коннаховской цитадели в Тверне!