Текст книги "Туманные Острова. Возвращение Драконов (СИ)"

Автор книги: Сандра Хартли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 30 страниц)

Глава 6. Клинок.

Первый король эльфов – Архальм – был великим магом, владеющим не только магией эльфов, но и человеческой. Но, как и всем эльфам, ему всегда было мало силы и недостаточно собственной магии. Эльф желал абсолютного превосходства над всеми известными расами.

Собрав самых талантливых артефакторов, Архальм приказал создать оружие, в которое можно заключить силы всех рас, обладающих магией. Для этого в артефакт спрятали редкие магические камни, каждый из которых отвечал за определенную силу.

Так был создан клинок стародревности – кровавый эльфийский артефакт.

В прямом смысле кровавый, ведь для того чтобы заключить силу в оружие, королю предстояло лично убить одного мага, вампира и дракона.

***

Касити де Форест

На ужин идти не хотелось, как и наблюдать за воцарившейся во дворце лживой идиллией.

Я могла понять отца, он так долго желал получить наследника и был в шаге от осуществления мечты. Да ещё и эльфа.

Столетия Элвинтор желал, чтобы Туманным королевством правил эльф, и наконец мечта ещё одного правителя была в шаге от того, чтобы стать реальностью.

Но я гнала тяжелые мысли о том, какую участь уготовили лишней принцессе. Старательно чистила старый артефакт и тихо глотала слёзы. Слёзы, которые помогали очистить рукоятку не хуже, чем зелье, добытое у слуг.

Ножны, скрывающие лезвие, подозрительно хорошо сохранились, а смыв всю грязь, я осмотрела клинок и потянула. Как и говорил отец, ничего не произошло.

Как ни пыхтела я над артефактом, вытянуть оружие не могла. Надежда провести время с королём под видом обещанных тренировок таяла, а слёзы потекли с новой силой.

Наверняка эльфийка сделает всё, чтобы отнять всё внимание мужа, точнее, чтобы мне не досталось ни капли.

Ещё с раннего детства она жутко ревновала отца ко мне, старательно списывая свою ненависть на мою ревность. Но если кто-то тут и истерил, требуя внимания короля, то это была она. Даже наши занятия и прогулки королева воспринимала как личное оскорбление.

Глупо ревновать к ребенку, но это так похоже на эгоистичных эльфов.

Она считала, что я обуза, лишняя и никчемная человечка, и даже не пыталась принять меня или хотя бы не ненавидеть. Как и не считала нужным скрывать своё отношение и явное превосходство.

Я смирилась, а когда подросла, тихо мстила каждый раз, как королева мешала нашим занятиям или оскорбляла. Иногда она сама портила свои наряды, чтобы дать отцу повод отослать меня в де Форест.

То, что не срабатывало, когда мне было пять, оказалось действенным, когда я подросла. А после, я даже была благодарна королеве. Она сама научила меня шалостям, до которых ребенок банально не додумался бы. Зато хорошо запомнил, получив незаслуженное наказание.

Лет с восьми я стала повторять всё, за что меня безвинно наказывали, и именно тогда впервые отправилась в ссылку в де Форест.

Воспоминания о детстве заставили всколыхнуться злость, и магия, хоть и слабая, запылала на ладонях, а я не стала её сдерживать. Напротив, направила силу в клинок.

Возможно, его защитили магией, и, ощутив, какая печать стоит на оружии, я смогу понять, как её снять или, по крайней мере, рассказать дяде Кристоферу. Он сильный маг и наверняка сможет разрушить защиту, какой бы искусной она ни была.

Но этого не понадобилось. Словно ощутив родственную силу, клинок начал поглощать силу, а потом стал стремительно нагреваться и выскользнул из ножен.

Подняв странное оружие, я провела пальцем по идеально гладкому лезвию. Оно было изготовлено из блестящей эльфийской стали и казалось почти прозрачным, словно лёд. Периодически артефакт излучал голубоватое сияние, которое сменялось желтым или ярко-оранжевым. Само лезвие было длинным и узким, с лёгкой изгибающейся кривизной, не было никаких узоров и украшений, только чистая, полированная поверхность.

В том, что это не просто оружие, а какой-то древний артефакт, я не сомневалась. Ощущала, как оно тянуло мою слабую магию, как голодный зверь пищу.

Проводя пальцем по рукояти, я внимательно взглянула на неё. В отличие от обычного оружия, эфес артефакта был выполнен из какой-то кости, нежно закруглен и украшен резьбой, изображающей листья, ветки и древние руны.

“Эльфийский артефакт, и как же ты оказался в хранилище Туманного дворца?” – задала вопрос оружию, словно оно могло мне ответить.

Оно ответило, правда, не так, как мне бы хотелось.

Лезвие артефакта вспыхнуло красным, а кулон, подаренный королем Элвинтором, отозвался обжигающей волной на груди, а потом начал мелко потрескивать. Опасно потрескивать. Помня наставления отца, что этот амулет защитит меня от любой опасной магии, я отшвырнула странный артефакт, и он снова потух.

Кулон медленно остывал, и я сжала его в руке. Кожа под украшением неприятно жгла и, кажется, даже покраснела. Точно покраснела, от артефакта на моей груди теперь красовался ожог, и это пугало. Вероятно, старый клинок опасен, и какие последствия того, что я достала его из ножен, оставалось гадать.

Хотя нет, глупо будет сидеть и ждать последствий. Оборачивая оружие в тёплый платок, я поступила привычным образом – побежала к самому опытному и сильному магу в Туманном замке, к своему отцу.

***

Дверь в гостиную королевских покоев привычно была приоткрыта, значит, король у себя и ещё не спит. А вот дверь в спальню была заперта, и, уловив схожесть ситуаций, я снова постучала.

В этот раз, более сдержанно и без криков. Если король снова занят, то истерические вопли только оттолкнут его, а ждать до утра не хотелось.

Было банально страшно, что артефакт что-то сотворит со мной или выпустит какую-то страшную магию. Эльфы единственные, кто мог сделать артефакты, способные исцелить или наложить смертельное проклятие.

Долго стучать не пришлось, тот, кто был в спальне, услышал, и дверь медленно отворилась.

“Поздновато для визитов, не считаешь? Или ты снова решила устроить истерику и вернуться в де Форест раньше?” – с ехидной улыбкой сказала Калиста.

Она демонстративно поглаживала свой голый живот, который намеренно выставила вперёд, неприлично распахнув халат.

“Мне нужно поговорить с королём. Это срочно, Калиста,” – спокойно сказала эльфийке, но от небольшого хамства всё же не сдержалась.

Её демонстрация превосходства злила, и я, как беззубая собака, не имея возможности укусить, хрипло тявкнула. Но и этой небольшой вольности высокомерной предательнице хватило.

“Как ты смеешь? Я – мать будущего короля. Как ты смеешь мне хамить, девчонка?” – злобно зашипела она, даже руку с живота убрала.

“Посмотрим. Тебе известно, что артефакт рода де Форест признает только кровного наследника? Так что если твой эльф вовсе не кровный наследник, вас ждет незавидная участь. Знаешь, какая плата за оскорбления королевской семьи, Кали? За такие шалости платят кровью,” – угрожающе зашипела я в ответ, и глаза эльфийки округлились.

Она либо не знала об этом, либо не подумала, прежде чем пытаться подсунуть отцу бастарда. Заметив страх в глазах эльфийки, я не удержалась от небольшого возмездия.

“Так что наслаждайся и надейся, что ребенок действительно от отца, а не от твоего ушастого любовника. Осталось недолго,” – спокойно произнесла, указывая рукой на всё ещё голый живот.

Месть была сладкой, но наслаждаться напуганным видом изменщицы довелось недолго.

“Ты слышал, Фредерик? Ты всё слышал, я говорила тебе. Я боюсь её, боюсь за нашего сына,” – эльфийка бросилась дальше в спальню, картинно прикрывая руками живот.

Калиста старательно делала вид, будто и правда боится, что принцесса-малосилок навредит ей и ребёнку. А ещё она указала на меня пальцем. Причина странного поведения лживой эльфийки стала понятной, когда из-за дверей вышел отец. Злой отец.

Король смерил меня взглядом, посматривая на платок в руке, и я выдохнула. Если бы не скрыла оружие в платок, прозвучавшие угрозы и визг эльфийки выглядели бы весьма странно и опасно. Опасно для меня.

Угрожать беременной королеве кровной местью с клинком в руке – не самое разумное решение.

“Я надеялся, что ты выросла, Касити. Но Кали права, ты всё ещё ревнивый ребенок. Только это не так. Тебе скоро исполнится шестнадцать, ты уже не пятилетняя девочка,” – вздыхая, сказал отец, проводя рукой по волосам.

Судя по тому, что на короле были только ночные штаны, он собирался спать, а это значит, что эльфийка уже переселилась в его покои. Если бы я знала, скорее ночевала бы с опасным артефактом, чем пришла бы к нему в спальню.

“Нам правда нужно поговорить, отец,” – не стала отступать.

Раз уж явилась и снова влипла в неприятности, по меньшей мере покажу королю кинжал. Возможно, его гнев утихнет, когда станет ясна причина весьма позднего визита неугодной принцессы. Прижимая к себе платок, чтобы клинок не выпал, я указала рукой на гостиную.

“Отец,” – снова позвала.

Но король сверлил меня взглядом, не спеша делать шаг из покоев. Недоверие в его глазах делало больнее, чем загнанный в ногу меч.

“Нет, Касити, сейчас не время, повзрослей наконец. Больше я не буду снисходительно относиться к твоей детской ревности. Кали беременна, и я не стану рисковать наследником из-за ваших женских разборок. Как только Кристофер вернется с Морей, ты уедешь в де Форест,” – холодно, но тихо отказал отец.

“Я понимаю, отец, но нам все же стоит …” – попыталась я вытянуть короля на разговор, но он опять покачал головой.

“Моя жена устала, принцесса Касити, вам стоит уйти,” – отчеканил Фредерик де Форест и, уже почти прикрыв дверь, все же тихо добавил, – “Если ты станешь вести себя подобным образом в де Форест, когда Ания забеременеет, нам не останется ничего другого, как отослать тебя в замок Савояр.”

“Заброшенный замок?” – ошарашенно посмотрела на отца.

В пограничье, в замке хранителей де Савояр, уже давно никто не жил. Старое здание почти превратилось в руины.

“Его приведут в порядок, но ДА, Касити. Поэтому не советую злить Кристофера. Де Форест – твое единственное пристанище. В моем дворце тебе не место, пока наследник не окрепнет и не будет представлен ко двору. Но думаю, к тому времени король Элвинтор уже найдет тебе мужа. Что будет нелегко с твоим характером. Подумай о своем поведении. До отъезда в де Форест ты не должна покидать свои покои. Это приказ,” – сухо приказал король Фредерик, а после захлопнул дверь, по которой мелькнула защитная сеть.

Еще несколько минут я торчала под дверью отцовской спальни, а потом побрела прочь.

Нет, не в комнату, которая с завтрашнего утра станет моей тюрьмой. Пока приказ не передали стражам, я покинула дворец и, скрываясь в сумерках, направилась к старым развалинам.

__________

Фредерик де Форест.

__________

Глава 7. Амулет.

Обратившись к древней магии первой королевы Дракиры, разгневанный король драконов проклял своего младшего сына и его преданных солдат, которые последовали за своим отважным командиром.

Реки сменили русло, моря иссохли, превращаясь в пустыни, а под скалами, окружающими бывшую столицу Драконьего королевства, все еще спит войско принца Даркиса. Превращенные в камень магией хаоса, они спят в ожидании мести драконов.

Жизнью за жизнь, волшебной ценой, вернется отмщение древних драконов. Девочка, без мира, без рода, без стаи, вернет забытое, и мир запылает.

Первая и последняя, в мире одна, сила в ней страшная и светлая, как звезда. В сердце Туманном ответы все скрыты вместе с источником древним, забытым.

***

Касити де Форест

В этот раз, заброшенный сад встретил меня зеленой лужайкой, вместо привычной темной грязи, и это было странно.

Сколько я бегала по этим местам – тут мало что цвело, словно сама жизнь отказывалась зарождаться на месте, где жили крылатые монстры. Или это последствия обитания тут орков?

Но все изменилось.

Деревья цвели, под ногами была зеленая трава, а я смотрела и удивлялась. Неужто я влила в скалу столько магии, что этого хватило, чтобы возродить пустующие земли? Тогда мне казалось, что всю магию поглощает монстр.

“Монстр, Дракон!!! Хаос, я забыла о нем. Может, местные видели совсем не упыря,” – буквально завопила, понимая, что никто не услышит, и ускорила шаг.

В прошлый раз я случайно наткнулась на пещеру, и теперь, как оказалось, весьма "удачно". В сумерках, продираясь сквозь густые кусты, найти это место оказалось непросто. Скалы, покрытые зелеными лианами, прятали вход в логово спящего монстра. А может, он уже проснулся? Это мне еще предстояло выяснить.

Понадобилось около часа поисков, чтобы окончательно сдаться. Бродить около скал оказалось весьма утомительно и бесполезно.

Необходимо вспомнить, куда я бежала в прошлый раз, но, учитывая хлеставшие через край эмоции, это оказалось не проще, чем обыскивать местные заросли в поисках провала.

Судя по тому, как быстро провалилась земля, я была недалеко от ручья, и с того места был виден дворец короля драконов.

Составляя слабый план поисков, обида и злость на короля Фредерика уступили место волнению от звенящей внутри догадки. Если окажется, что монстр сбежал, заброшенный замок Савояр – это лучшее, на что я могу рассчитывать. Сунув обмотанный клинок за пояс, решила возвращаться к реке.

Побродив вдоль непривычно зеленого берега, я вышла к той самой скале. Даже в сумраке можно было рассмотреть торчавшие из-за горы шпили замка драконов. Осталась самая малость – найти нужный провал и не угодить в новый.

Уже привычно отодвигая свисающие со скалы лианы, я не сразу заметила, что в саду не одна. А когда заметила желтые глаза вдалеке, забыла, что именно искала, и пожалела, что вообще покинула дворец.

Утробный рык заставил ускориться и более тщательно искать пещеру, а еще надеяться, что монстр меня не заметил или не станет преследовать.

Но сегодня день явно не задался. Рык становился громче, а сияющие во тьме глаза – ближе.

Как и в прошлый раз, нога куда-то провалилась, и я замерла, заметив, что убежище спящего дракона было скрыто за зелеными растениями.

В этот раз я спускалась, как и прежде, – кубарем покатилась вниз и приземлилась у черной морды дракона.

Не было времени думать о клыкастой и мирно посапывающей морде. Второй, и точно не спящий монстр, всё же заметил глупую добычу, бродившую по старым руинам. Что-то подсказывало, что упырь последует за мной и в пещеру. Клинок оказался как нельзя кстати.

Пока за пределами пещеры раздавался нарастающий вой, я начала лихорадочно разматывать оружие. Несостоявшиеся уроки отца были бы весьма кстати.

Страх от возможной встречи с упырем нарастал, пробуждая магию, и я вытащила клинок, который, как и прежде, вспыхнул красным.

Вторая рука, скорее инстинктивно, легла на морду дракона, одаривая магией не только эльфийский артефакт, но и моего вероятного союзника. Возможно, более крупный хищник отпугнет жаждущее моей крови чудовище или дракон и вовсе поживится легкой добычей.

Недовольный вздох и облачко пара, вырвавшееся из носа крылатого ящера, почти принесли облегчение.

“Дарк, миленький, просыпайся, ну же. Помоги, прошу. Я тебе еще сколько угодно магии дам, только помоги отбиться,” – взмолилась, поглаживая жесткий чешуйчатый нос.

Кроваво-красный глаз распахнулся, а дракон тихо что-то рыкнул.

“С возвращением, Бератри (Освободительница),” – снова прозвучало в голове рычащим голосом.

“Я по делу,” – не стала играть в любезности с монстром, направляя клинок в сторону выхода.

Даже в пещере было четко слышно, как что-то бродило поблизости, то и дело терзая лианы на скалах.

“Опусти клинок, я по-прежнему не ем детей. Если желаешь что-то обсудить – вначале магия, Касссити,” – скучающим тоном прорычало чудище.

“Не опущу,” – сказала и обошла клыкастую морду, отходя дальше от выхода. – “Там упырь, Дарк, упырь! Я точно его видела, и он вот-вот будет тут. Помоги спрятаться, а?” – затараторила, раздумывая, где именно можно укрыться.

Морда дракона хоть и была внушительного размера, но вряд ли способна была спрятать меня от другого монстра, который уже почти добрался до пещеры. Единственное место, куда можно было скрыться – залезть к дракону в пасть. Представив эту картину и реакцию своего более дружелюбного, чем упырь, монстра, я, кажется, издала истерический смешок.

“Ты привела упыря?” – как-то устало прорычали в моей голове.

“Не привела, дракон. Убегала, но он успел меня заметить и, кажется, не собирается отпускать легкую добычу,” – возразила черному дракону.

“Сражаться, полагаю, тебя никто не учил, принцесса. Судя по тому, как дрожит иголка в твоей руке,” – осмотрев меня красным глазом, дракон насмешливо хмыкнул.

“Мне почти шестнадцать, и я принцесса, а не боевой маг,” – со злостью шипела на невежливого дракона. Вместо того чтобы спрятать и помочь, надо мной открыто потешались.

Точно потешались, потому что в ответ на мое заявление дракон тихо хохотнул и подвинул лапой, заставляя прижаться к скале.

“Присядь, закрой глаза и прикрой голову рукой. Твой питомец почти нашел нашу пещеру,” – уже строже прозвучал грозный голос в голове, и я впервые не стала спорить.

Молча вжалась в скалу и накрыла голову руками, для верности еще и замотала волосы платком. Светлую копну будет видно даже в темноте.

Как только у входа в пещеру раздался громкий вой, я застыла от страха. Дракон ничего не делал, а сам упырь, если и заметил клыкастую морду, то совсем не впечатлился и точно не передумал меня есть.

Но его стремлениям не суждено было сбыться. Стоило рыку прозвучать совсем рядом, как сбоку клацнули зубы Дарка, а потом раздался рев пламени. Это так напоминало магию отца, только вот упыри не боялись огненной магии.

Когда шум стихии утих, я размотала голову и осмотрела темную пещеру: упыря не было, даже останков не осталось, а дракон что-то тихо рычал на своем непонятном языке.

“Как тебе удалось? Меня учили, что упыри не боятся магии, даже огненной,” – задала вопрос крылатому ящеру, и он громко хмыкнул.

“В твоем образовании существенный пробел, принцесса. Они не боятся ваших магов или эльфов. Только магия хаоса или драконье пламя способны уничтожить вампира или упыря. Ну и еще твоя иголка с эльфийской стали, но только не в руках напуганной принцессы,” – тоном строгого магистра вещал дракон.

“Вампиры почти что стали детскими страшилками, как и их король. Их уже давно никто не видел, несколько столетий, и вот опять. Прямо возле Туманного дворца,” – сказала я, отряхивая платье и поглаживая своего спасителя по носу, – “Спасибо, без тебя меня бы уже съели.”

“Магия, принцесса,” – рычащим тоном напомнили мне о данном обещании.

“Да, помню,” – сказала, приложив руку к носу дракона, все еще крепко сжимая эльфийский артефакт.

Пока я отдавала дракону оставшиеся капли, клинок слабо мерцал, а потом ящер зашипел и потребовал больше. В отличие от Дарка, артефакту моя магия не понравилась: оружие вспыхнуло, обжигая и заставляя кулон на груди громко потрескивать, а меня шипеть от боли и отбросить угрозу к стене.

“Проклятая штука. Уже второй раз,” – отошла от дракона, сжимая раскаленный кулон короля Элвинтора.

“Сними безделушку,” – подсказал дракон, и я замотала головой.

“Это защитный артефакт. Мне подарили его еще в детстве. Только сам король эльфов может снять его, тут магический замок,” – объяснила крылатому, и меня тут же обнюхали, очевидно пытаясь что-то понять.

“Ограничитель магии. Потому артефакт и обжигает – клинок пытается разрушить то, что мешает ему насытиться магией и проснуться. Зачем они лишают тебя силы?” – тут же возразила клыкастая пасть.

“Это подарок, защитный артефакт эльфов,” – еще раз повторила я то, что слышала с детства.

Не помню, сколько мне было, когда король Элвинтор надел кулон. Знаю, что снять его не мог ни мой отец, ни кто-либо другой. Никто, кроме короля эльфов.

Все это время мне внушали, что это для моей же защиты. Со слов короля эльфов, кулон работал так же, как родовой артефакт де Форест, и точно так же его нельзя было снять никому и ни при каких обстоятельствах.

Но дракон явно был не согласен.

“Он подавляет твою магию и не только её, Касссити. Просто сними, и ощутишь разницу. Тебе оставили крупицы от той силы, которую я чувствую. Слабую часть магии жизни, которую не способен подавить даже самый могущественный артефакт. Уменьшить, ограничить, но не подавить,” – строго произнес старый дракон.

“Я не могу снять, даже если захочу. Только король эльфов может открыть замок,” – поворачивая цепочку, я указала на красивое плетение.

Если Элвинтор снимал этот артефакт, он тут же надевал такой же. И случалось это всего несколько раз по мере того, как я росла, и цепочка становилась неудобной.

“Наклонись вперед, оттяни цепочку и закрой глаза. Я разрежу узел. Против когтей дракона не устоят никакие эльфийские уловки,” – с нотками высокомерия произнес Дарк.

Но я не слишком спешила подставлять шею под острые когти дракона. Похоже, моему спасителю это показалось обидным, и он фыркнул, обдав меня горячим паром.

“Если бы хотел, уже откусил бы тебе голову, дитя,” – высокомерно прошелестели в моей голове.

“Не выгодно, тебе нужна моя магия,” – возразила я, опираясь на эту слабую гарантию.

“Вот именно, принцесса. И не те капли, которыми ты меня только дразнишь. Истинная магия откроется, когда ты снимешь артефакт,” – согласился дракон, поднимая лапу и показывая коготь.

Осмотрев оружие, которое было размером с мой клинок, я слегка наклонилась и зажмурилась.

Возможно, было глупо доверять даркону, но еще глупее было не проверить слова короля эльфов. Слишком странным мне казалось наличие магии эльфа у простого человеческого мага. Пусть и слабой, но все же. Да и на вопросы, почему я получила капли эльфийской магии вместо огненной магии отца, мне никто так и не ответил. Картинно пожимали плечами и меняли тему.

Дракон слегка потянул за цепочку, и кулон тут же свалился на каменный пол, со звоном покатившись в темноту. В то же мгновение, с меня словно сняли камень. Многолетний камень, который давил, мешал дышать, слышать, видеть и даже ясно мыслить.

Краски стали ярче, и слух обострился. Распахнув глаза, даже в полумраке я видела черную морду дракона и теперь могла рассмотреть каждую чешуйку.

Дракон и сам не ожидал, что это сработает, потому как озадаченно мотал головой, словно впервые видел меня, и часто втягивал носом воздух – принюхивался.

Чтобы убедиться наверняка, что магия усилилась, я швырнула в любопытную морду слабым светлячком целебной магии. Как думала, слабым и как думала магией жизни, а получился большой огненный сгусток.