Текст книги "Туманные Острова. Возвращение Драконов (СИ)"

Автор книги: Сандра Хартли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 29 (всего у книги 30 страниц)

Как и не смогу терпеть его Алекти с эльфийкой, и тем более растить ребёнка от другой. Всё-таки я эльфийка, и излишняя жертвенность – это не моё.

“Не отвлекайся, моя прелесть, мы ещё не закончили. Сейчас нам принесут поесть, а потом мы продолжим. Я был слишком занят последнее время и совсем не заботился о тебе, любовь моя,” – прошептал принц, погладив моё лицо, а потом подарил нежный поцелуй и резко спрыгнул с кровати.

Похоже, Даркис всерьёз был настроен развеять мои страхи по поводу наследника, поскольку устраивал нам подобный ритуал с завидной регулярностью и каждую ночь в течение следующего месяца.

Что ж, один из них и правда сработал, как и упорство моего супруга. И случилось всё совершенно не так, как было принято у магов.

В одно обычное утро я проснулась в комнате, усеянной полевыми цветами. У кровати на коленях стоял Даркис, ошалелый от радости, и, сияя глазами, сверлил взглядом мой живот.

“Ты ведёшь себя странно,” – прошептала, осматривая комнату, превратившуюся в горную поляну, и наблюдая за драконом, который занёс руку над моим животом и, кажется, не дышал.

“Я пытаюсь понять, будет дракон или драконица,” – выдохнул Дарк, а потом расплылся в довольной улыбке.

То ли он понял то, что хотел, то ли осознал, что в отличие от крылатого ящера я даже не подозревала о своем новом состоянии.

“Ритуал сработал,” – вздохнула и очутилась в крепких объятиях.

“Да, я безумно люблю тебя, Касити,” – прошептал Даркис, крепче прижимая меня к себе.

Глава 57. Принц.

Год спустя. Даркхолм.

Касити де Форест.

Стоя за деревом, я наблюдала, как пожилая эльфийка устроилась на цветастом покрывале, разложив вокруг тарелки, деревянные игрушки и корзинки.

Всегда строгое лицо Халасы было непривычно довольным, а на руках строгой помощницы сидела маленькая темноволосая девочка.

Тот самый сад, в котором когда-то обучалась магии юная полукровка, снова ожил и стал убежищем уже для другой маленькой принцессы. Только в этот раз, в нем звучали не звуки ревущего пламени, а озорной детский смех.

Девочка заливисто хохотала каждый раз, когда крутившиеся в воздухе камушки и разноцветные листочки осыпались прямо на голову юному беловолосому эльфу. Мальчик с досадой косился на старую эльфийку, густо краснел и собирал новую порцию предметов, которые собирался поднять в воздух.

Халаса ласково улыбалась восьмилетнему эльфу и подсказывала, как правильно дышать, чтобы совладать с магией воздуха.

Чем дольше я наблюдала за тренировками мальчика и царившей на полянке идиллией, тем чётче было ощущение, что вовсе не из-за плохого контроля юный принц роняет камушки. Казалось, таким образом он намеренно развлекает маленькую принцессу.

“Опять подглядываешь, моя прелесть?” – прошелестело у самого уха, и я шумно выдохнула, отступая от дерева.

Горячие мужские руки сомкнулись на талии, медленно уводя меня дальше, чтобы не помешать тренировкам юного эльфа.

“Я все еще беспокоюсь,” – не стала врать Дарку.

Пользуясь тем, что мы одни, дракон принялся покрывать поцелуями мою шею, уводя в сторону отвесной скалы.

“Я занимался с ним контролем, и Дримон неподалёку занимается с Дриусом. Он никогда не навредит Сандрии,” – шептал Дарк, продолжая целовать.

“Ты стёр ему память?” – задала вопрос, и губы мужа замерли, а потом меня резко развернули и прижали спиной к прохладному камню.

“Нет, прелесть моя, всего лишь объяснил, кто он, что с ним происходит, и пообещал защиту, новый дом и достойные условия,” – с налётом разочарования заявил дракон, возвращая взгляд к моим губам.

“Так просто?” – не поверила словам Дарка, упираясь руками в его массивную грудь и не позволяя продолжить то, что чётко читалось во взгляде.

Глаза цвета грозового неба обещали наслаждение, манили и были наполнены страстью.

“Всё просто, моя королева. Он ребёнок – напуганный, одинокий и никому не нужный. Безопасность, немного участия и понимания, и он подчинился. Теперь Примис сделает всё, что скажут, и будет благодарен, несмотря на то что он высокородный эльф,” – рычащим голосом сообщил дракон, убрал мою руку и наклонился к лицу.

“Что ты задумал?” – выдохнула в губы мужу.

“Я поставил купол, Касити, мы одни, я сбежал из дворца,” – шептал дракон, наклоняясь всё ниже и заставляя дыхание участиться, – “Ты почти беспрерывно ночуешь в спальне дочери или приносишь её в нашу. Сандрия подросла. Она в безопасности, под присмотром и с кучей нянек. Сжалься, прошёл уже не один месяц. Я безумно соскучился, любовь моя,” – хрипло простонал он последнюю фразу.

Да уж, за последние месяцы я полностью погрузилась в ребёнка. Опасалась за её жизнь и боялась оставлять даже под присмотром Халасы. Особенно когда поблизости был Примис.

Слишком быстро Даркису удалось смирить гордость капризного эльфа. А ведь Архальм называл мальчика не иначе как диким эльфом и считал, что он потерян и ничего путного из такого упрямца не выйдет.

Когда я впервые увидела грязного, растрепанного и обозлённого мальчика, не могла не согласиться со своим верным артефактом. Ничего, кроме ненависти и злости от этого эльфа, я не ощутила. Он так погряз в высокомерии, обидах и злости, что пропитался этим запахом.

Но Даркис был со мной не согласен. Именно высокомерный ящер настоял на том, чтобы Примиса отправили в Даркхолм.

Повелитель был непреклонен: будущий король эльфов будет расти под присмотром драконов. Если эльфы сами не могут воспитать достойного правителя, это сделают крылатые ящеры.

Такой самонадеянности можно было только позавидовать.

Каково было моё удивление, когда маленький принц подчинился. Уже с первых дней дикий, озлобленный эльф превратился в юного наследника трона Эльфтала.

Неизвестно как, но дракону удалось обуздать гнев и ненависть Примиса. Эльф беспрекословно выполнял каждый приказ теперь уже своего Мира. Обучался магии, манерам, письму и наукам. Даже запах злости сменился на что-то новое – отдающее любопытством и уважением.

Без магии тут точно не обошлось, но Дарк всё отрицал, списывая на свой авторитет и правильный подход к ребёнку.

Посматривая в сторону поляны, где Примис развлекал Сандрию, я всё же отстранилась от Дарка, игнорируя его недовольный рык, похожий на хриплый стон.

“Ну не тут же, Дарк. Зная, что Сандрия рядом, я не могу думать ни о чём другом. Она ещё такая беззащитная,” – виновато посмотрела на откровенно разочарованного отказом мужчину.

“Когда Сандрия рядом?” – прищурился ящер, и его глаза сверкнули желтым.

“Она постоянно рядом, а когда не рядом – я нервничаю еще больше,” – постаралась улыбнуться, но получилось жалко.

Дарк шумно выдохнул и осмотрелся по сторонам.

“Пойдём, моя упрямая полукровка. Я предполагал такую отговорку и всё продумал,” – уверенно заявил, уводя меня в сторону поляны.

“Я думала, им нельзя мешать?” – попыталась образумить Даркиса, но он только фыркнул, уверенно шагая вперед.

Спустя мгновение, перед нами возникла знакомая поляна, на которой царила всё та же идиллия.

Но Дарк не позволил мне подойти к дочке.

Кивнул Примису и Халасе, поцеловал Сандрию в лоб и повёл меня дальше, на полянку побольше, где Дримон занимался Дриусом.

Всегда суровый и мрачный командир сиял, как золотой слиток на солнце, и выглядел до невозможности счастливым. С улыбкой Дримон наблюдал, как под предлогом тренировки маленький дракон вертит в руке добытые им разноцветные шарики.

“Что-то случилось? Я наблюдаю за Примисом,” – спохватился Дримон, подхватив сына на руки.

“Всё хорошо. Ещё час, а потом уводи их во дворец. Мы с королевой отлучимся по тому делу, о котором я тебе говорил. Будем не раньше ужина. Головой отвечаешь за принцессу,” – холодно рыкнул Дарк брату, небрежно погладил по голове племянника и отпустил меня, осматривая поляну.

“Удачи,” – хмыкнул Дримон, отступая в сторону и расплываясь в ехидной улыбке.

Пока я пыталась понять, о чем сговорились эти два ящера, вместо Даркиса на поляне появился чёрный дракон.

“Забирайся, времени мало,” – прорычали в моей голове, а шипастый хвост дракона обвился вокруг, давая понять, что спорить бесполезно.

Судя по улыбке Дримона, который что-то шептал Дриусу, показывая клыкастого монстра, они с повелителем всё давно спланировали.

Что ж, спорить с драконом я не стала – всё равно унесёт, если не на спине, то в когтистой лапе. Пообещав Даркису взглядом весьма неприятный разговор, я подчинилась.

Около часа ящер катал меня, кружась вокруг самой высокой вершины, а потом опустился на уже знакомую поляну.

Задумка крылатого хитреца была простой: он знал, что мне нравится летать, и разумно предположил, что небольшая прогулка приглушит гнев и позволит расслабиться.

Неохотно опускаясь на землю, спустя мгновение я очутилась в объятиях своего соблазнителя.

Усеянная цветами поляна, мягкий плед и накрытый обед подтвердили мои подозрения, что Даркис всё спланировал.

“Ты мог просто пригласить меня на свидание,” – не стала портить нам настроение.

Судя по горячим губам, скользившим по коже, меня пригласили совсем не для того, чтобы любоваться равниной.

“Прости, любовь моя, из меня никудышный кавалер. У нас не слишком принято ухаживать за женщинами. Соблазнил, назвал своей и провёл ритуал,” – шептал Дарк, наглым образом расшнуровывая мой корсет.

Платье повисло, а я развернулась, всматриваясь в глаза самоуверенного дракона.

“Вы так самонадеянны, мой повелитель,” – подалась вперёд, но замерла в мгновении от поцелуя.

Дракон стянул свою рубашку, разорвав её и откинув подальше, а потом с силой сжал мою талию.

“Не дразни меня, жена, я совсем истосковался по твоей ласке,” – хрипло прорычал принц и задышал чаще.

Насколько сильно истосковался мой дракон, несложно было ощутить даже через платье, вставшее слабой преградой на пути у разгоряченного зверя в облике мага.

“Платье не порви,” – прошептала Даркису, обвила его шею и закрыла глаза.

Я и сама соскучилась по нашей близости и даже не осознавала, насколько сильно, пока дракон с тихим рыком не начал меня целовать.

Страсть волной пронеслась по телу, срывая с губ тихий стон, а потом платье исчезло, и моя спина коснулась мягкого покрывала.

***

“С совместным сном нужно что-то решать, Касити. Сандрия уже достаточно подросла, чтобы спать без тебя. Во дворце ей ничего не угрожает,” – тихо произнёс Даркис, водя рукой по моей обнаженной спине.

После будоражащих ласк не хотелось даже шевелиться, и мы не слишком торопились во дворец. Нежились на солнце, совершенно позабыв о приличиях и собственной наготе.

“Мы можем временно поселить её в смежной спальне или переехать в другие покои,” – предложила я дракону, опирая подбородок на руки и наслаждаясь приятной слабостью в теле.

“Я сделаю соседнюю спальню смежной. Разрушить несколько камней проще, чем жить в тех комнатах. Что тебя беспокоит? Примис в другом конце крыла, рядом с Дриусом и Дримоном. Там дежурят верные аскары,” – уже строже спросил Даркис.

“Вы снова ведете переговоры с Кристофером. Они не отступят так просто, пока Архальм не передаст корону, и клинок не будет уничтожен,” – озвучила я ещё одну причину, по которой опасалась оставлять дочь одну.

За год кое-что изменилось.

Разделение континентов оказалось не такой уж хорошей идеей, как казалось магам вначале.

Короли так желали сохранить свою власть, что совершенно не подумали о последствиях такого решения и о своих подданных.

Подданных, которые уже полгода спустя начали устраивать голодные бунты. Как оказалось, не только политика связывала континенты. За столько столетий все расы были тесно связаны еще и другими сферами.

Больше всего от разрыва отношений и закрытия переходов пострадали артефакторы. Но только в начале.

С каждым месяцем, всё больше магов лишались своих дел, обнаруживая, что многие составляющие прибывали из королевства эльфов, и заменить их попросту нечем.

Сложнее всего дела обстояли с эльфийскими камнями. Теми самыми камнями, которые использовались в артефактах, согревающих дома, добывающих воду, охлаждающих продукты. И ещё бесконечное множество приспособлений, которые делали жизнь магов комфортной, а простым торговцам позволяли выживать и зарабатывать.

Запасы камней, как оказалось, никто не делал.

По крайней мере, достаточные для того, чтобы жить привычной жизнью.

Мерзнуть и выживать магам совсем не понравилось. Выживать в то время, как короли сидели в своих закрытых замках и строили планы по укреплению собственной власти и наполнению неожиданно пустеющей казны.

Вероятно, до того как Король Морей наладил поставки артефактов и камней с континента эльфов, маги использовали устройства попроще. Но эти чертежи уже давно превратились в прах. А прогресс магической науки, о котором с такой гордостью говорил Кристофер, оказался бесполезным без составляющих, которые закупались у эльфов.

Два разделенных стеной и бурлящими водами континента, были слишком тесно связаны торговлей, и последствия разделения королям не понравились.

Ведь торговля через дроу не оправдала ожиданий Кристофера де Фореста.

Септимус, как истинный король дроу, во всём искал выгоду для своего королевства и брал немало золота за свое вмешательство. Да и торговлей это было сложно назвать.

Камни, которые закупали дроу у эльфов и перепродавали магам, едва позволяли поддерживать работу артефактов в королевских дворцах. Малая часть доставалась придворным аристократам, в то время как простые подданные существовали в плачевных условиях.

Казна пустела слишком быстро, простолюдины и мелкие торговцы бунтовали всё активнее, а трон под королями наклонялся всё больше.

Опасаясь быть свергнутыми или погрязнуть в войне с собственным народом, Кристофер, Ричард и Патриус придумали новые условия, которые позволят открыть переходы и снова наладить торговлю между королевствами.

Чтобы заново открыть переходы, одним из условий магов было уничтожить клинок стародревности, способный призывать силу Хаоса, то есть уничтожить Архальма. Вторым условием, было подписать новое соглашение, скрепленное кровной клятвой с новым королём эльфов и Повелителем крылатых ящеров.

Если с клятвой всё было понятно, то отдать трон и, тем более, убить Архальма я была не согласна.

Так, спустя почти год спокойной и размеренной жизни, Даркис и высокомерные драконы получили официальные извинения и просьбу о новых переговорах.

После этого, в королевстве заново забурлили страсти и политические интриги.

Поскольку маги отчаянно нуждались в ресурсах Эльфтала, я боялась за себя, за Сандрию и за Архальма.

Но, как обычно, дракон не разделял мои страхи.

“Касити, любовь моя, мы обсуждали это. До того как родилась Сандрия и бесконечное количество раз после. Они нуждаются в нас, а не мы в них, и, наконец, маги это поняли. Кристофер не глуп и не станет расшатывать собственный трон. Они получили клятву и успокоились,” – попытался утешить меня Дарк, но в этот раз я была настроена решительно.

Несколько часов без дочери прояснили сознание, и в голове начали возникать совершенно не детские вопросы.

“На время. Но что будет, когда Сандрия вырастет? Когда она сядет на трон? Что будет, если трон де Форест, Морей или Песков займёт глупец или глупцы? Новая война?” – задала я другой вопрос, и дракон застонал.

“Нет, я расскажу тебе, что будет, моя королева,” – перевернув меня на спину, Дарк навис сверху и как-то хитро улыбнулся.

Кажется, я была не в курсе не только плана соблазнения, но упустила что-то ещё.

Что-то важное, что позволяло Даркису ощущать уверенность в том, что маги не посмеют напасть на континент драконов.

“О чём вы договорились?” – прищурившись, спросила у мужа, и его глаза вспыхнули желтым.

“Сто лет, а потом Архальм согласился передать Примису трон эльфов. Клинок стародревности будет уничтожен, Касити. Твой паразит оказался не таким уж кровожадным и рассказал мне, как уничтожить клинок,” – самодовольно прошептал дракон.

“Ты убьёшь Архальма?” – с ужасом посмотрела на Дарка, не веря, что он посмеет провернуть такое за моей спиной.

Пусть он и считает Архи паразитом. Но это МОЙ паразит, и только Я решаю, когда отправить наглый артефакт обратно в Хаос. Но и на это улыбка наглого дракона только стала шире.

“Я уничтожу клинок и камни, заключившие в нём силу разных рас. А самого Архальма верну в Древо Мудрости. Если соскучишься, ты сможешь проведать его у старого артефакта в Эльфхай. Мы всё продумали, Касити. Тебе не о чем беспокоиться,” – самонадеянно объявил Даркис.

“И когда ты собирался мне сказать? Он мой артефакт, мой паразит,” – зло зашипела на дракона.

Покачав головой, Даркис вздохнул.

“Ну, лет так через сто, ты бы точно об этом узнала. Именно тебе предстоит вернуть сознание Архальма в Древо Мудрости. А то, что я не сказал тебе…” – дракон улыбнулся, – “Я сказал. Сейчас, когда ты снова в состоянии думать о чём-то другом, кроме маленькой драконицы,” – попытался выкрутиться.

“Значит, маги согласились?” – я всё ещё не могла поверить, что на этом всё закончилось.

“Согласились. Мы всё обсудили и скрепили клятвой. Они не станут нападать, угрожать или пытаться вам навредить. Ты в безопасности, моя прелесть. Никакой войны больше не будет,” – уверенно произнёс повелитель, ласково поглаживая мои волосы и сверкая жёлтыми глазами.

“Сложно в такое поверить,” – не могла отпустить свое беспокойство.

Я настолько привыкла сражаться, выживать и бояться, что никак не могла допустить мысль, что в этом больше не будет необходимости. Что не нужно готовиться к новой битве, искать врагов, предателей или опасаться того, что вот-вот всё рухнет.

“Поверишь, Касити. Со временем поверишь. Ты в безопасности, моя прелесть, я рядом. Теперь всё будет хорошо,” – прошептал повелитель и, окутывая меня своей магией, увлек в новый поцелуй.

Солнце опускалось всё ниже, и наше с Даркисом время истекало.

Ему предстояло вернуться к делам, а мне – к Сандрии.

Но одного такого дня с Дарком показалось ничтожно мало. Его объятий и горячих рук. Чувства безопасности, которое окутывало невидимым коконом, как и его магия, к которой тянулась моя, желая слиться в единое целое.

Я скучала по своему дракону.

“Не хочу возвращаться во дворец,” – выдохнула в губы принцу, и он тихо засмеялся.

“Я никуда не исчезну, Касити. Несколько часов, а потом мы можем продолжить в нашей спальне. Просто позволь Халасе остаться на ночь с Сандрией,” – прошептал Дарк, пока его руки крепче прижимали меня, разгоняя новые волнительные отголоски желания.

“Хорошо, но только сегодня. Я ещё не готова,” – согласилась с повелителем.

“Моя упрямая маленькая полукровка. Как и прежде, я готов ждать столько, сколько потребуется,” – с улыбкой сказал Дарк.

“Конечно, ведь я твоя любимая королева,” – хмыкнула в ответ.

Покачав головой, принц улыбнулся, проводя своими губами по моим, едва касаясь, словно дразня и обещая поцелуй.

“Кажется, ты обнаружила главную слабость грозного повелителя целого континента. Я безумно люблю тебя, Касити, и это не изменится ни через несколько месяцев, ни через несколько столетий,” – прошептал дракон и крепче прижал меня к себе, позволяя ощутить горячую кожу и часто вздымающуюся грудь.

“Я тоже люблю тебя, мой старый дракон,” – тихо выдохнула и прикрыла глаза, подставляя губы для новой ласки.

__________

История Касити и Даркиса подошла к финалу.

Завтра нас ждет Эпилог.

Спасибо, что прошли этот путь вместе со мной и моими героями.

До встречи в новых историях. ‍❤️‍

__________

Эпилог.

Двадцать лет спустя. Туманные острова.

“Рия, ты снова сбежала с лекций,” – прогремел мужской голос, нарушая тишину летнего сада.

Девушка, сидевшая у дерева с книгой, недовольно прищурилась, а потом обреченно вздохнула.

На её тайной поляне, опираясь плечом на дерево, стоял беловолосый эльф. Последние несколько лет это было её наваждение.

Куда бы Рия ни пошла – в город за новым платьем, на ярмарку, сбежала из Академии погулять по лесу или спряталась в саду, чтобы почитать что-то интереснее защитных плетений – эльф всегда оказывался неподалеку.

Иногда он напоминал ей её собственную тень, и это раздражало, пугало и волновало одновременно.

Ни преданные аскары её отца, ни драконы из академии, ищущие внимания дочери повелителя, никто так не действовал на нее, как этот наглый, высокомерный и при этом странно притягательный эльф.

“А тебя ко мне нянькой не приставляли, Примис. Иди к отцу подлизывайся. Ты же у нас такой покорный, послушный и идеальный. Что повелитель прикажет – ты первый выполнять,” – рыкнула она на молодого эльфа и снова опустила взгляд в книгу.

В этот раз она не станет сбегать, как во дворце. Это её место, и плевать, если отец узнает. Всё равно он никогда не наказывал свою любимую и единственную дочь.

Да и мама быстро обернёт его гнев на милость. Они такие забавные, когда ссорятся, а потом тут же мирятся и на несколько дней улетают к побережью. Казалось, отец иногда специально её злит, чтобы обернуться ящером и утянуть свою королеву подальше от дворца.

Вздыхая и размышляя, что такая любовь бывает только в сказках, Рия с надеждой осмотрелась. Но картина у дерева не изменилась. Эльф не ушёл. Всё так же продолжал сверлить драконицу янтарными глазами.

“У нас с ним уговор. И я докладываю Миру далеко не всё. Сколько раз я тебя прикрывал? Ни разу не сдал тебя повелителю, а ты и рада пользоваться. И вообще, что за манеры и что за вид? Тебя будто волки трепали. Волосы скомканы, платье мятое. Ты принцесса или служанка? Даже горничные во дворце выглядят более опрятно. Куда твой магистр смотрит?” – сокрушался эльф, скривившись, осматривая беглянку.

Такую наглость юная принцесса просто не смогла проигнорировать, как ни желала.

“А нечего на меня смотреть, раз так не нравлюсь. Я знаю, как тебе нравятся горничные. Об этом уже весь дворец знает. Вчера с твоей спальни звучали такие стоны, что не тебе учить меня манерам. Постыдился бы – прямо в обед заниматься непотребством!” – обиженно выпалила девушка.

Откинув раскрытую книгу, Рия резко подскочила и уверенно зашагала прочь. Читать резко расхотелось, а магия снова начала бурлить, как и всегда во время перепалок с этим напыщенным наглецом.

Беловолосый эльф, опиравшийся на дерево, даже не сразу понял, что это только что было. От юной Рии пахло не только злостью – это была чистая ревность.

От безумного на первый взгляд предположения сердце в груди молодого мужчины забилось быстрее, а ноги сами понесли его следом.

Догнать молодую драконицу не составило труда, как и поймать.

“Ты что, ревнуешь, принцесса? Меня? Жалкого подручного пса твоего великолепного отца? Никчемного, безродного и тощего?” – перечислял эльф все оскорбления, которыми его не раз награждала юная принцесса во время их коротких перепалок.

Прижав девушку к себе и всматриваясь в её синие, как бушующий океан, глаза, Примис пытался понять, не подводят ли его инстинкты.

Нет, от Рии всё ещё пахло злостью и ревностью. Такое случалось впервые, и потому он крепче прижал принцессу к себе.

“Пусти, иначе магией огрею,” – зашипела Рия, но вырываться даже не пыталась. Всё так же сверлила его синими глазами, полными обиды и злости.

Это придало молодому эльфу уверенности.

“Рия, скажи честно, ты ревнуешь?” – почти прошептал он, наклоняясь и с удовольствием отмечая, как участилось дыхание юной драконицы.

“Не дождёшься, наглый эльф. Пусти! Иди, зажимай своих горничных, пусть стонут на всё крыло,” – обиженно прошептала девушка, и по её щеке потекла слеза, которую эльф тут же поймал губами.

“Рия, глупая моя девочка, с самого возвращения с Эльфхай я живу в городе. Уже два года как мою комнату отдали Дриусу,” – прошептал эльф, и синие глаза драконицы блеснули удивлением.

“Но как? Я же постоянно встречаю тебя во дворце,” – тихо спросила она, словно не замечая, насколько близко находятся их лица.

“Ты не встречаешь. Ты от меня бегаешь, Рия. Словно я зверь какой или урод. Ты боишься меня?” – тихо прошептал Примис.

Ослабив хватку, он провел пальцем по лицу девушки, позволяя ей отстраниться или снова убежать. Но ни того ни другого Рия впервые делать не стала.

Так и стояла слишком близко и часто дышала, будто только что совершила оборот.

“Нет,” – едва слышно шепнула она, мотнув головой и снова гипнотизируя эльфа своими бездонными глазами.

“Что тогда, малыш? К чему эти прятки?” – все еще ожидая побега, прошептал Примис.

Каждый вдох мог спугнуть юную драконицу, и потому он пытался дышать реже, чтобы продлить этот момент.

“Ты заставляешь меня нервничать. И это странное чувство внизу живота… Всё внутри дрожит, когда ты близко, и магия не слушается,” – так же тихо сказала Рия, привстав на носочки, будто сама потянулась за поцелуем.

Примис просто не нашёл в себе силы, чтобы отстраниться.

“А ты выдохни и отпусти, Рия. Я удержу, отпускай,” – прошептал он и, привлекая девушку к себе, едва ощутимо коснулся её губ.

Он знал, что Рия вот-вот опомнится, оттолкнет, сбежит. Но, вопреки ожиданиям, молодая драконица вовсе не испугалась мужского прикосновения; напротив, тихо застонав, Рия обвила шею эльфа и прижалась крепче.

“Поцелуй меня по-настоящему, Прим, иначе я сейчас потеряю сознание,” – едва слышно попросила Рия.

Яркая вспышка, от которой затрещали сплетенные эльфом щиты, – молодая драконица почти потеряла контроль над силой. Они бы разрушились, если бы не усиливающий артефакт, подаренный повелителем на случай подобных ситуаций. Пусть не совсем таких, но он оказался как нельзя кстати.

Сам эльф, хотя и обладал немалой магией, вряд ли смог бы удержать столь мощный поток силы наследницы, тем более что и сам едва не утратил контроль.

Мягкие губы Рии, её руки и дрожащее от желания тело в его объятиях...

О таком Примис не осмелился бы мечтать ещё вчера. А сегодня Рия тихо стонала в его руках, прижималась и молила не останавливаться.

Её магия прорвалась, разрушая барьеры, и сплеталась с его силой, только усиливая желание. Создавая ощущение, что они сливаются в одно целое, горят в драконьем пламени, окончательно теряя ощущение реальности.

Мягкие податливые губы, вздрагивающие тёмные ресницы, сердце юной драконицы, которое билось в такт с его собственным... Столько лет он представлял, как коснётся губ своей единственной, и это мгновение напрочь лишало рассудка.

Примис целовал её нежно, едва ощутимо, боясь напугать, оттолкнуть или причинить боль. Боялся, что только бурлящая внутри магия толкнула Рию в его объятия, что только незримая нить заставляет её юное тело дрожать от желания, которое пока еще под запретом.

Когда девушка ослабла в его объятиях и убрала магию, а рассудок Примиса начал туманиться, эльф тихо зарычал и остановился.

Недовольно застонав, Рия опустила голову, прижавшись к его груди и продолжая обнимать, будто боялась, что её оттолкнут. Но Примис не смог отстраниться.

Несколько мгновений он прижимал её к груди, пока не уловил на себе смущенный взгляд.

Девушка пришла в себя и осознала, что только что произошло. А значит, мгновение близости закончилось.

Нехотя Примис отпустил возлюбленную и, придерживая её за плечи, установил допустимое расстояние.

“Прости, я не знаю, что на меня нашло,” – тихо прошептала Рия, заливаясь румянцем.

“Всё хорошо, малыш, это магия. Ты слишком много бегала от меня, мы отвыкли друг от друга и не удержались. Но я никогда не причиню тебе вреда, Рия. Не стоит бояться, я контролирую свои инстинкты и могу остановиться или держаться от тебя подальше, если попросишь,” – уверенно произнёс Примис, поглаживая возлюбленную по плечу и не решаясь отпустить.

Она сбежит, стоит эльфу её отпустить, она снова сбежит. Не важно – от смущения или страха. Снова сбежит и будет сворачивать в коридор, завидев его издалека, покидать сад, стоит ему выйти, или не выходить к завтраку, когда повелитель его пригласит.

И только это мгновение и призрачная надежда подарят ему силы пережить всё, что грядёт.

“Не хочу,” – ответила Рия на вопрос, который Примис успел забыть.

“Что именно, малыш?” – переспросил он, отгоняя свои эмоции.

Он родился неправильным эльфом.

Вместо того чтобы быть холодным, как каменная статуя, внутри Примиса горел огонь, который сиял янтарем в его глазах. Ни строгие магистры в Академии, ни сам король Архальм так и не смогли с этим ничего поделать. Эмоции были слишком яркими, каких у эльфов быть не должно, и никуда уходить не собирались.

“Не хочу, чтобы ты держался подальше. Впервые мне так хорошо, Прим. Магия, как ласковый зверек, успокоилась и спит. Я такого с детства не помню,” – довольно сказала Рия и, опустив голову, неуверенно шагнула вперёд, прижимаясь к груди ошарашенного эльфа.

Если бы Примис мог обернуться драконом, это был бы его первый оборот. От слов и объятий Рии за спиной, казалось, выросли крылья, а воздух показался необычайно вкусным, даже краски стали ярче.

“Потому что ты – моя Асана. Наша магия тянется друг к другу,” – озвучил он то, что знал с детства, но никогда не смел произнести вслух.

Услышав слова Примиса, Рия напряглась и отстранилась.

Эльф не стал её удерживать – чего-то подобного стоило ожидать.

Она принцесса, наследница повелителя континента, самая желанная для любого дракона. И все самые лучшие и смелые молодые драконы засыпали её подарками, комплиментами и вниманием.

На их фоне эльф выглядел не так жалко, но и ничем не примечательно. Не было ни одной причины, по которой Рия должна была его принять. Ни одной причины, кроме магии, которая тянулась к нему и с первого взгляда связала их незримой нитью.

Рия не ощущала этой связи, пока не совершила первый оборот в день своего совершеннолетия. Но, ощутив влияние связи, вместо того чтобы сблизиться с Примисом, она начала сторониться его, как чудовища, убегать, избегать и всячески оскорблять, стоило им случайно столкнуться.

И всё же он не желал лгать. Рия должна понимать, что с ней происходит, как всё это время понимал он.

Отойдя на несколько шагов, принцесса задумалась, а потом посмотрела на эльфа с грустью и досадой.

Вовсе не симпатия побудила ее подарить эльфу поцелуй. Теперь она пожалеет о содеянном и попросит его держаться подальше. И эльф был готов услышать свой приговор.

“Отец не позволит,” – сдавленно произнесла принцесса, и Примис закрыл глаза и шумно выдохнул.

Осознание того, почему расстроилась его Асана, сняло камень с груди, и мужчина задышал полной грудью. Принцесса вовсе не брезговала эльфом и не собиралась указывать ему его место. Она опасалась лишь реакции отца.

В два шага преодолев расстояние, он сжал девушку в объятиях.

“Позволит, Рия. Он всё понял даже раньше меня, и у нас с ним уговор,” – уверенно произнес.

В глазах Рии читалось недоверие, медленно сменившееся удивлением.

“Так ты поэтому такой послушный и услужливый? Из-за меня? Всё это время?” – удивлённо спросила она и покраснела, уловив его слабый кивок в ответ.