Текст книги "Объединяя усилия (ЛП)"

Автор книги: Сабрина Пейдж

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 22 страниц)

20

Ной

За последнюю неделю отношения между Эйденом и мной накалились ещё больше, поэтому идея благотворительной организации собрать группу детей для игры в футбол перед окончанием лагеря была катастрофой, ожидающей своего часа.

– Абсолютная катастрофа, – громко кричу я после того, когда сбиваю Эйдена на поле. Да, это удар ниже пояса, но так как этот ублюдок подсыпал слабительное в мою еду на днях прямо перед тем, как мы собирались отправиться на прогулку, я больше не играю по-честному.

Эйден встаёт, оглядываясь на детей и улыбаясь, жестом приказывая им отойти.

– Я в полном порядке, ребята. Это был просто несчастный случай. Ной иногда становится неуклюжим и не может контролировать свои конечности.

Стоя в стороне со скрещенными руками, Грейс выглядит не очень довольной.

Эйден лезет мне в лицо.

– В присутствии детей, Ной? Как по-взрослому, – говорит он низким голосом.

– Сказал парень, который подсыпал мне в еду слабительное.

Дети дурачатся, быстро теряя интерес к игре. Но Эйден широко улыбается и притворно смеётся для всех, кто смотрит на нас, как будто мы стоим здесь и шутим. Он кричит.

– Мы просто… говорим об игре. Возьмите тайм-аут, дети!

Затем он снова понижает голос, его улыбка превращается в рычание.

– Ты положил зудящий порошок в мои боксеры.

Я пожимаю плечами.

– Может так, а может и нет. Возможно, тот тройничок с черлидершами просто принёс тебе больше, чем ты рассчитывал.

– Фальшивый тройничок, который ты придумал, – говорит Эйден, делая шаг вперёд и толкая меня в плечо.

– Ты действительно собираешься поднять на меня руку? – предупреждаю я. – Я больше, чем ты.

– Хм. Похоже, Грейс думает совсем не так.

Я отталкиваю его назад, не обращая внимания на крики нескольких вожатых лагеря в стороне.

– Ты переспал с ней? – рычу я.

Эйден отступает на несколько футов, одаривая меня самодовольным взглядом.

– Ревнуешь?

Я не жду, пока он скажет что-нибудь ещё о Грейс. Я просто бросаюсь на него, сбивая с ног.

Грейс внезапно оказывается рядом с нами и громко кричит.

– Ной и Эйден просто демонстрировали приёмы футбола. Дети, перерыв пять минут. Или двадцать. Вожатые, вы можете найти себе другое занятие? Футболисты будут тренироваться, и они покажут вам некоторые приёмы позже. – Прежде чем мы успеваем ударить друг друга, она садится на корточки и смотрит на нас с огнём в глазах. – Встаньте. Мать. Вашу.

Она прерывает каждое слово резким вдохом.

Дерьмо.

Я встаю, адреналин всё ещё течёт по моим венам, но я не прикасаюсь к Эйдену, когда он поднимается на ноги и вытирает рот тыльной стороной запястья, выглядя более самодовольным, чем раньше.

– Ты должен держать свой гнев под контролем, Ной, – насмехается он.

– Подожди немного, – предупреждаю я.

– Нет, – огрызается Грейс. – Вы двое, придурки, сейчас повернётесь, помашете ребятам и похлопаете друг друга по спине. А потом будете смеяться и притворяться, что не пытались затеять чёртову драку на глазах у детей, которые видят в вас образец для подражания.

Отчитанные, мы делаем именно то, что она велит, ухмыляясь как пара идиотов, и хлопая друг друга по спине для показухи. Когда я наклоняюсь, чтобы хлопнуть Эйдена по спине – очень сильно – он широко улыбается и фальшиво смеётся, всё время глядя на меня.

– Жаль, что ты не предпринял что-то, касаемо Грейс, раньше меня.

Я наклоняюсь, чтобы обнять его, на моём лице появляется фальшивая улыбка.

– Позже я убью тебя, – отвечаю я таким же приятным голосом. – Может быть, во сне.

– Хватит, – резко говорит Грейс. – Повернитесь и идите обратно к дому на ранчо, как будто вы не пятилетние дети, которым нужно приказать держать руки при себе.

Мы оба молча идём к дому, Грейс следует за нами. Да, конечно, зрелая часть меня чувствует себя мудаком из-за того, что ввязался в драку с Эйденом посреди футбольного матча. Остальная часть меня думает, что я должен был ударить его, когда у меня был шанс.

Когда мы подходим к входной двери, Грейс поворачивается к своей охране.

– Там, наверное, будут крики. Много криков.

Одна из агентов выглядит так, будто вот-вот расплывётся в улыбке.

– Вас поняла, мэм, – говорит она. – Если мы услышим крики, то не будем думать, что вы в беде.

Грейс открывает дверь и входит внутрь, не говоря ни слова, её шаг бодрый, и мы следуем за ней через гостиную. Ладно, очевидно, она не хочет разговаривать в гостиной, где свободно.

Нет, она идёт на кухню. Там, где есть ножи.

Эйден, должно быть, думает о том же, потому что он поднимает брови, когда смотрит на меня.

– Почему бы нам не выпить, может быть, немного шоколада, и не поговорить об этом, как взрослые в гостиной?

– Выпить хочешь? – спрашивает Грейс. Мне кажется, у неё раздуваются ноздри. – Шоколада?

– Что? – спрашивает Эйден, поднимая руки вверх. – Я подумал, может быть, ты захочешь немного шоколада, потому что ты сейчас немного расстроена…

– Вот дерьмо. – Я слышу, как произношу эти слова вслух. Даже я не настолько глуп, чтобы произнести то, что он собирается сказать.

– Шоколад, – решительно говорит Грейс. – А почему, собственно?

Боже. Я смотрю на Эйдена широко раскрытыми глазами, пытаясь телеграфировать ему, чтобы он не говорил то, что я думаю, он собирается сказать. Не говори так, чувак. Скажи что-нибудь ещё. Допустим, ты думаешь, что ей может понравиться шоколад, потому что она выглядит немного худой. Или потому что ты слышал, что шоколад полезен для тебя. Даже отдалённо не предполагай, что у неё может быть ПМС.

– Э…

Когда Грейс поворачивается, чтобы посмотреть на него, я произношу одними губами «она слишком худая» и указываю на Грейс. Эйден прищуривается и смотрит на меня, явно сбитый с толку.

– Я сказал шоколад? – спрашивает он. – Я имел в виду шоколадный… сироп?

Отлично выкрутился. Я показываю ему большой палец.

Грейс смотрит на нас, уперев руки в бока, кажется, целую вечность.

– Вы начали разборки на глазах у моих ребят. Детей, которые смотрят на вас с восхищением.

– Это было неудачно, – признаётся Эйден.

Чёрт, чувак. Он хуже меня умеет извиняться. Я не думал, что это вообще возможно.

– Мы сожалеем о футбольном матче, – говорю я.

– Если это поможет, я уверен, что дети действительно поверили, что мы просто репетируем приёмы, – вмешивается Эйден.

– Нет. Это не помогает. – Грейс, похоже, кипит от злости. Проблема в том, что когда она злится, то выглядит очень горячо. Несколько прядей волос выпадают из её хвоста, и она яростно заправляет их, но они снова выпадают, раздражая её ещё больше. Её щеки пылают, и она, затаив дыхание, переводит взгляд с одного на другого.

Я думаю, что девушка может быть действительно сердита, пока она не делает паузу на секунду, сжимая нижнюю губу между зубами, переводя дыхание. То же самое она делала и раньше, когда мы столкнулись в коридоре, и она посмотрела на меня так, словно хотела меня.

– Вы вели себя как полные… идиоты последние несколько дней! Глупые подростковые шалости? Ввязаться в драку в благотворительном лагере?!

– Честно говоря, глупые подростковые шалости продолжаются уже некоторое время, – говорю я, глядя ей в глаза и подходя ближе. Мне уже наплевать, насколько она злая. Я могу думать только о том, как сильно хочу, чтобы её одежда валялась на полу.

Грейс снова упирает руки в бока.

– Значит, эти розыгрыши не имеют абсолютно никакого отношения к тому факту, что вы двое, по-видимому, решили, что вам нужно вести себя всё безумнее и безумнее, потому что… я не знаю… у вас есть какое-то ошибочное представление, которое может произвести на меня такое впечатление? Или вы действительно пытаетесь свести меня с ума…?

– Может быть, именно тот факт, что ты хочешь нас, сводит тебя с ума, – замечает Эйден. Он, внезапно, оказывается по другую сторону от нее, так же близко, как и я, но ни один из нас не делает никакого движения к ней. Мои глаза встречаются с глазами Эйдена, и что-то невысказанное проходит между нами, молчаливое понимание того, что она либо собирается выбрать одного из нас, либо… возможно, что она собирается выбрать обоих.

– Хочу вас? Прямо сейчас, я даже не уверена, что вы мне нравитесь! – Грейс вспыхивает, затем делает паузу, глубоко вдыхая. – Вы двое – самые высокомерные, малолетние, совершенно неподходящие мужчины, которых я когда-либо встречала. И вы думаете, что я схожу с ума, потому что желаю вас?!

– Совершенно верно. – Слова вырываются из моего горла, моё собственное желание к этой девушке очевидно даже в моём голосе.

– Мы думаем, что ты жалеешь нас обоих, – соглашается Эйден, одинаково напряженно.

Грейс делает глубокий вдох, её руки тянутся к каждой из наших грудей. Она сжимает в кулаке наши рубашки, и я смотрю на Эйдена, почти уверенный, что она собирается оттолкнуть нас подальше от себя. Вместо этого она тяжело вздыхает и закрывает глаза.

– Вас обоих, – шепчет она. – И я не могу просто… выбрать.

– Тогда и не надо, – говорю я одновременно с Эйденом, – хорошо.

21

Грейс

– Хорошо. – Я шёпотом повторяю слова Эйдена, потому что не уверена, что действительно расслышала их правильно. Мои руки всё ещё на их груди, когда я сжимаю футболки Эйдена и Ноя, не двигаясь, потому что боюсь сделать то, что я думаю, хочу сделать дальше.

Я боюсь того, что это может означать.

У дочери Президента не может быть секса втроём. У неё уж точно не может быть секса втроём с двумя профессиональными спортсменами. И у неё определённо не может быть секса втроём с двумя высокомерными, раздражающими, чертовски горячими мужчинами посреди кухни во время благотворительного лагеря, в то время как два её агента Службы Безопасности находятся за пределами дома.

– Тебе не нужно выбирать между нами, потому что мы оба хотим тебя, – рычит Ной.

Я резко вдыхаю, мои ладони разжимаются прежде, чем я осознаю что делаю. Разомкнув руки, я провожу ими по их грудным клеткам, мои пальцы исследуют их мускулистые тела поверх тонкой ткани их футболок.

Когда я слышу собственный стон, это застаёт меня врасплох.

Так же, как и то, что происходит дальше.

Ной тянется ко мне, хватает меня за волосы на затылке и отводит их назад так, что моё лицо оказывается повёрнуто к нему.

– Это означает «да»?

– Да. – Я едва успеваю выдохнуть это слово, как его губы обрушиваются на мои в сильном, всепоглощающем поцелуе, который перекрывает все неясные мысли в моей голове. Я практически таю в его объятиях, теряя всякое представление о том, как мир вращается вокруг своей оси. Поцелуй, кажется, длится вечно, и когда Ной, наконец, отстраняется, его рука всё ещё крепко сжимает мои волосы, я задыхаюсь.

У меня нет другого слова, кроме «да».

Мне кажется, я снова выдыхаю это слово, когда Эйден встаёт позади меня, его губы возле моего уха, а руки по бокам моих бёдер.

– Ты этого хочешь, сладкая? – Жар от его дыхания на моей шее посылает возбуждение по всему моему телу, заставляя каждую часть меня нервничать. – Ты хочешь, чтобы наши губы были на тебе? Наши руки на твоём теле? Наши члены внутри тебя?

Да.

Да.

Да.

Когда я слышу, как он произносит эти слова вслух, они кажутся мне в миллион раз грязнее, чем даже самые грязные фантазии о нас троих. Несмотря на это, я не чувствую себя застенчивой, когда Эйден целует меня в шею, его руки скользят вокруг моей талии, его пальцы под поясом моих джинсов. Не успеваю я опомниться, как Эйден стягивает мою футболку через голову, а руки Ноя ложатся на мои джинсы, стаскивая ткань по бёдрам.

Они раздевают меня прямо на кухне, пока я не оказываюсь между ними в одних трусиках и лифчике.

Ной становится на колени между моих ног, его глаза прикрыты отяжелевшими веками, а выражение лица наполнено похотью.

– Я представлял тебя в своей голове, но эти образы не идут ни в какое сравнение с тем, как ты выглядишь сейчас.

– Она что, мокрая? – голос Эйдена тихо звучит у меня над ухом, его руки обхватывают мою грудь. Он просовывает палец под ткань моего лифчика, и мои соски немедленно твердеют от его прикосновения.

Ной не сводит с меня глаз.

– Ты промокла, Грейс?

Я стону в ответ, когда его лицо исчезает между моих ног, тепло его рта проникает через мои трусики, когда Ной целует меня. Он глубоко вдыхает и стонет.

– Я определённо думал об этом, – бормочет он приглушенным голосом, прижимаясь губами к моей прикрытой киске. – Она промокла. Прямо насквозь.

– Это правда, Грейс? – шепчет Эйден, медленно снимая мой лифчик, его язык дразнил меня, скользя под моим ухом, заставляя меня дрожать.

– Да. – Я едва выдыхаю это слово, когда Ной рычит и срывает мои трусики, разрывая их по швам, как животное.

Руки Эйдена заменяют чашечки моего лифчика – держа, поглаживая, разминая мои груди.

– У тебя потрясающие сиськи, Грейс. Я понимаю, почему ты хотел придержать их для себя, Ной.

– У него их никогда не было, – начинаю я.

Ной перебивает грубым и сердитым голосом.

– Я никогда их не имел так, как сейчас Эйден. Но вот этого у тебя никогда не было, – он хватает меня за бёдра, грубо тянет вперёд и прячет лицо между моих ног. Когда его тёплый, влажный рот накрывает киску, я почти теряю равновесие, но Эйден удерживает меня, прижимая свою эрекцию к моим ягодицам.

Я чувствую себя потерянной, пока Ной пожирает меня. Без прелюдии, без поддразниваний или неспешного начала его действий. Он полностью поглощает меня, как голодный мужчина, его язык гладит мой клитор, его стоны посылают вибрации через мою киску и острые ощущения возбуждения через моё тело.

Руки Эйдена повсюду, лаская мою грудь, его пальцы сжимают соски. Когда я тянусь к нему сзади, обхватив его ногу, отчаянно ища его твёрдость рукой, потому что я хочу почувствовать его, он просто тихо смеётся мне в ухо.

– Пока нет, сладкая. Это всё для тебя, так что, чёрт возьми, наслаждайся этим.

Двое горячих мужчин делают всё это для меня? Я не знаю, в чью жизнь я только что попала, но это определённо не моя жизнь.

Моя голова откидывается на грудь Эйдена, и я сдаюсь их рукам, их пальцам, их ртам, когда они продолжают поднимать меня всё выше и выше, моё дыхание становится всё прерывистее.

У Ноя волшебные пальцы. Он находит место внутри меня, от которого пальцы на моих ногах практически подгибаются, и нежно поглаживает его, пока Эйден шепчет мне на ухо грязные вещи.

– Ты трогала себя, думая о нас троих вместе?

Я громко стону, прежде чем выдавить слово «да», едва связное, когда Ной ругается, его голос приглушен, пока он сосёт мой клитор.

Голос Эйдена – низкий рокот в моём ухе.

– В тот день, когда мы были в твоём офисе, ты фантазировала о том, как я наклоняю тебя над столом и трахаю, не так ли? Ты думал о нас обоих.

Мой стон выдаёт меня.

Я сжимаю голову Ноя, когда его пальцы гладят меня быстрее, а его язык кружится вокруг моего клитора, пытаясь удержать его, потому что я боюсь потерять контроль. Я отчаянно пытаюсь не взорваться в этот момент, но я уже на грани, так близко, так быстро.

– Скажи мне, о чём ты думала? Я трахал тебя сзади, пока член Ноя был у тебя во рту? Или всё было наоборот?

Пальцы Эйдена находят мой рот, и я втягиваю их, посасывая между губ, как будто это его член. Его другая рука сжимает мою ягодицу, и когда он прижимает палец к моему отверстию, я слишком далеко зашла, чтобы протестовать, слишком далеко зашла, чтобы быть застенчивой, хотя ни один мужчина никогда не делал этого раньше.

Потом он шепчет.

– Я не могу дождаться, когда эта идеальная, тугая маленькая задница станет моей.

Как только он произносит эти слова, я взрываюсь. Ни один из моих высоконравственных, сверхконсервативных бойфрендов никогда не говорил со мной подобным образом. Я парю над обрывом, посылаемая пальцем Эйдена в моей тугой дырочке, языком Ноя на моём клиторе, и его пальцами внутри меня.

Кажется, я кричу. Я сильнее посасываю пальцы Эйдена, пытаясь заглушить себя, когда кончаю так сильно, что, кажется, могу упасть в обморок.

Они не дают мне прийти в себя. Я всё ещё кончаю, когда Ной скользит пальцами между моих ног, моя киска пульсирует от отсутствия его прикосновений.

– Нет, – умоляю я. – Не останавливайся. Пожалуйста.

Ной ухмыляется.

– Пожалуйста? – переспрашивает он. – Ты чертовски вежлива после того, как испытала оргазм.

Я пытаюсь пристально посмотреть на него, но терплю неудачу, потому что мои мышцы пульсируют, моя киска по-прежнему сильно сжимается снова и снова, и у меня нет силы воли, чтобы сфокусировать взгляд.

Ной улыбается, засовывая мокрые пальцы в рот, слизывает с них каждую каплю и стонет.

– Ты чертовски хороша на вкус, – заявляет он. – Ты должен попробовать её, Эйден.

Я всхлипываю, едва способная говорить, едва способная удерживать собственный вес, потому что мне кажется, что мои ноги превратились в желе.

– Думаю, я так и сделаю, – говорит Эйден. Прежде чем я успеваю подумать, что он делает, он заменяет Ноя между моих ног, нежно касаясь языком моего набухшего клитора. Я не знаю, куда смотреть – на восторженное выражение лица Эйдена, когда он начинает лизать меня, или на Ноя, когда он стоит в нескольких футах от меня, снимая футболку и бросая её на кафельный пол, его очевидная эрекция натягивает штаны, когда он наблюдает за нами.

– Я дрочил, думая о том, какой ты будешь на вкус, сладкая. И это лучше, чем я себе представлял.

Я стону, когда язык Эйдена ласкает меня нежно – исследуя меня, изучая меня, пока он облизывает каждую частичку моей влаги. Его движения мягче, вялее и медленнее, чем у Ноя. Он не торопится со мной, наслаждаясь каждой каплей этого, а не пожирает меня с такой интенсивностью, как только что сделал Ной. Он отличается от Ноя, но такой же горячий, и моё тело реагирует так же, как и тогда, когда Ной был у меня между ног – немедленно, как будто оно ждало этих двух мужчин целую вечность.

Это должно быть так неправильно. Всего несколько минут назад лицо другого мужчины было между моих ног, язык другого мужчины на моём клиторе, его пальцы глубоко погружались в меня, пока я кричала от оргазма. Но это не так, наоборот, это ощущается потрясающе.

Пульсирующая пустота снова уступает место всепоглощающему возбуждению, когда язык Эйдена входит в меня. Эйден трахает меня своим языком, двигаясь туда и обратно, где пальцы Ноя были несколько мгновений назад. Я закрываю глаза, отдаваясь этому ощущению.

Боже мой. Я уже близка к тому, чтобы кончить во второй раз.

Но я останавливаю себя.

– Нет, – шепчу я. Думаю, оргазм сделал меня более смелой. Или сумасшедшей. Наверное, и то, и другое. Это единственное объяснение, почему я говорю такое прямо сейчас. – Я хочу большего… мне нужно больше, чем твой рот на мне.

Едва слова слетают с моих губ, моё сердце начинает бешено колотиться в груди, даже когда робкая часть меня снова напоминает, что Первые Дочери не занимаются сексом с несколькими футболистами. У них скучный, миссионерский секс хороших девочек со своими давними бойфрендами, которые являются легендами Уолл-Стрит, или известными адвокатами, или независимо богатыми миллиардерами.

Но затем Эйден отстраняется от меня, встаёт, чтобы раздеться, и они с Ноем оба оказываются передо мной обнажёнными, и страшные мысли сменяются одной единственной мыслью:

Ни. Хера. Себе.

Я просто пялюсь.

– Вы… – мой голос срывается, а дыхание застревает в горле. – Эм… огромные.

Везде.

Они оба массивные – стена из скульптурных мышц, рельефный пресс и… самые большие, самые твёрдые члены, которые я когда-либо видела. Когда они начинают медленно поглаживать эти члены прямо передо мной, на моём лице появляется румянец, а пульсация между ног напоминает мне о том, чего я хочу.

– Ну, я больше, – говорит Эйден.

– Неужели? Ты, блядь, так думаешь? – Ной бросает ему вызов.

– Возможно, мы должны позволить Грейс решать, – отвечает Эйден, его глаза смотрят на меня. Он одаривает меня дерзкой улыбкой. – А ты как думаешь?

Думаю? Сейчас я ни о чём не думаю, потому что вся кровь в моём мозгу сместилась вниз. Я думаю, что мой IQ значительно упал, что делает меня глупой и неспособной сформировать полноценную мысль, не говоря уже о том, чтобы сформулировать связное предложение.

– Я думаю… – мой голос срывается, когда я набираюсь смелости и слов, чтобы сказать именно то, что думаю. – Я хочу…

– Только не говори мне, что ты лишилась дара речи, – поддразнивает Ной.

– Да, я хочу услышать, как твой хорошенький ротик точно опишет, чего ты хочешь, – вмешивается Эйден.

Ной стонет, его рука скользит по его длине.

– Я тоже.

– Я хочу… ваши члены, – я делаю паузу, выдыхаю и затем делаю глубокий, медленный вдох, прежде чем продолжить. Моё сердце бешено колотится в груди. Хорошо, я собираюсь сказать это. – Я хочу ваши члены. В. Своём. Рту. – Я делаю глубокий вдох между каждым словом не потому, что стараюсь быть выразительной, а потому, что пытаюсь сохранить мужество. – Я хочу попробовать вас обоих.

Секунду они просто стоят неподвижно – оба смотрят на меня, положив руки на свои члены.

Дерьмо. Разве я сказала что-то не то?

– Ладно. Это была не та реакция, на которую я рассчитывала.

Эйден бормочет себе под нос что-то неразборчивое.

– Твою мать, этот рот, – говорит Ной. – Ты уверена?

Уверена ли я?

Я собираюсь встать на колени и взять в рот члены двух футболистов. Нет, я ни хрена не уверена. Я думаю, что могу на время сойти с ума – или, черт возьми, окончательно свихнуться.

Я киваю, с трудом сглатывая.

– Да. Я в этом уверена.

– Грейс, – говорит Эйден низким горловым голосом. Он нежно целует меня, и я всё ещё ощущаю на его губах свой вкус. За его нежным поцелуем следует мощный поцелуй Ноя, каждый по-своему особенный и сексуальный.

Я провожу ладонями по их грудям и вниз по прессу, пока не достигаю их членов. Я опускаюсь перед ними на колени и беру их члены в свои руки.

– Чёрт, – стонет Ной. – Продолжай гладить меня вот так.

Когда Эйден стонет, это всё, что мне нужно для поддержки.

– Я бы предпочла, чтобы ты был у меня между губ.

– Чёрт, Грейс, у тебя такой грязный маленький ротик, – говорит Эйден.

Новая Грейс, похоже, взяла запреты старой Грейс и выбросила их в окно. Новая Грейс чертовски развратна. Я улыбаюсь Эйдену, беря его член в свою руку и облизывая его от основания до кончика. Затем я делаю то же самое с Ноем.

– Верно, – соглашаюсь я. – И я хочу, чтобы ты трахнул мой маленький грязный ротик.

– Продолжай так говорить, – начинает Ной, его голос дрожит, когда я обхватываю губами головку его члена, – и делать то, что ты делаешь, и я кончу в твой грязный ротик.

– Мы оба это сделаем, – произносит Эйден.

Моё сердце бешено колотится в ответ. Почему перспектива принять их обоих – попробовать их на вкус – заставляет моё тело реагировать именно так?

– Обещаете? – спрашиваю я.

Они оба рычат. Буквально. Как животные.

Я никогда раньше не смотрела порно, но чувствую себя порно-звездой, стоящей на коленях с двумя мужскими твёрдыми членами в руках – как будто я сексуальна, и сильна, и контролирую себя. Моя рука сжимает ствол Ноя, я поворачиваюсь в сторону, касаясь языком кончика члена Эйдена и пробуя солено-сладкий предэкулят там, где он бисеринками выступает.

– Это так чертовски горячо, – говорит Эйден, глядя на меня полуприкрытыми глазами.

Слегка поглаживая Ноя, я обхватываю губами член Эйдена. Я сосу, принимая его глубже, дразня его, отстраняясь, чтобы уделить внимание Ною. Я попеременно двигаюсь вперёд и назад, вбирая в себя каждого мужчину и смакуя разницу между тем, как их члены ощущаются у меня во рту, и тем, как их влажность ощущается на моём языке.

Когда я на мгновение закрываю глаза, Ной приказывает мне открыть их.

– Посмотри на меня, Грейс. Посмотри на нас. Мы хотим тебя видеть.

Так я и делаю. Мои глаза не отрываются от них, связь с каждым из них усиливается по мере того, как я быстро нахожу ритм. Их руки путаются в моих волосах – хватка Ноя крепче, Эйдена нежнее. Всё это должно казаться неправильным.

За исключением того, что это не так.

Они всё время говорят со мной, рассказывая, какой влажный, тёплый и тесный у меня рот, каково это, когда мой язык ударяет их члены, как они хотят, чтобы я заглатывала их всё глубже и глубже. Пульсация между ног усиливается в ответ на их грязные разговоры, пока я не начинаю стонать, пока сосу их, всё моё тело возбуждается от акта наслаждения обоих мужчин одновременно. Мои соски напряжены, умоляя о внимании, клитор так набух, что я едва удерживаюсь, чтобы не коснуться себя.

– Будто твой сладкий маленький ротик был создан для нас, – говорит Эйден, его рука ласкает моё лицо, когда я двигаюсь вниз по его члену.

– Он был создан для нас обоих, – рычит Ной, когда я поворачиваюсь к нему. Его пальцы вплетаются в мои волосы, когда он трахает мой рот, его движения менее нежные, чем у Эйдена, и я думаю, что он начинает терять контроль.

Думаю, мне это понравится.

Когда я отвлекаюсь от него, подставляя руку вместо губ, и поворачиваюсь к Эйдену, Ной издаёт долгий, разочарованный стон.

– Твой рот – это рай.

– Ты думала об этом, Грейс? – спрашивает Эйден, его глаза изучают мои. – Ты думала о том, чтобы отсосать нам обоим, когда трогала себя?

Я отстраняюсь, чтобы ответить, поглаживая каждого из них в своих руках, их члены хорошо смазаны моей слюной и их предсеменем.

– Да, – отвечаю я, задыхаясь от собственного возбуждения.

Прямо сейчас я хочу их так сильно, что не могу думать ни о чём другом, кроме непрекращающейся пульсации между ног. Прямо сейчас я хочу дрочить им, пока они не кончат на меня. Прямо сейчас я хочу проглотить их целиком.

– Зная, что мы оба у тебя в ладонях, ты становишься мокрой, не так ли? – спрашивает Ной. – Мы в твоей власти, и тебе это нравится.

Блядь.

– Да.

Эйден громко стонет, и думаю, что он может взорваться, когда я поглажу его. Но Ной рычит, убирая мою руку.

– Сейчас же просунь пальцы между ног.

– Покажи нам, какая ты мокрая, сладкая, – соглашается Эйден. Он подходит ко мне с членом в руке, наблюдая за мной.

Я уже знаю, насколько я мокрая.

Но теперь я им показываю. Просунув пальцы между ног, я покрываю их своей влагой и поднимаю так, чтобы они могли видеть.

– Я… действительно промокла.

Меня возбуждает тот факт, что эти двое мужчин стоят надо мной и дрочат. Я не уверена, кто я сейчас.

– Ты когда-нибудь прикасалась к себе в присутствии двух мужчин? – спрашивает Ной.

– Думаю, ты уже знаешь ответ на этот вопрос, – отвечаю я. – Я никогда не делал этого в присутствии одного человека, не говоря уже о двух.

– О, чёрт, – стонет Эйден.

– Просунь пальцы между ног, Грейс. Я хочу видеть, как ты трогаешь себя. Покажи нам, как ты трогала себя, когда думала о нас, – приказывает Ной.

Так я и делаю. Одной рукой упираясь в мускулистое бедро Ноя, я прижимаю пальцы к своему клитору, наблюдая, как они оба поглаживают свои члены надо мной. Их лица уже напряжены, и я знаю, что они, должно быть, близки к оргазму.

Я хочу попробовать их, когда они это сделают.

От этой мысли мне становится ещё жарче.

– Трахни себя пальцами, – говорит Эйден, как будто может читать мои мысли и желания.

Хныча, я делаю именно это. Моя киска скользкая, и мои пальцы легко скользят внутрь. Я не могу подавить стон, который срывается с моих губ, когда прижимаю ладонь к своему клитору.

Я хочу большего. Я хочу, чтобы они были внутри меня. Я хочу, чтобы они были у меня во рту.

Я хочу попробовать всё, что они могут дать.

Я практически в бреду, с ума схожу от похоти, когда приближаюсь к краю. Я трахаю себя пальцами, желая, чтобы это были их члены.

Потом Ной предупреждает меня.

– Чёрт, Грейс, я уже близко. Я кончу на твои идеальные сиськи, если ты не скажешь мне не делать этого.

– Не раньше меня, – вмешивается Эйден.

Я собираюсь упрекнуть их за соперничество – сопернический оргазм?! – но не делаю этого. Вместо этого, я смотрю на них и открываю рот.

Это буквально открытое приглашение для них.

– Ты этого хочешь, Грейс? – рычит Ной. – Ты хочешь, чтобы мы кончили тебе в рот?

Да.

Я киваю, не успев произнести ни слова, как перспектива попробовать их толкает меня через край, и я кончаю. Я хватаю Ноя за бедро, мои ногти впиваются в него, когда я кричу.

Мои крики смешиваются с их криками, когда они кончают мне в открытый рот. Вкус их спермы смешивается воедино, сочетание солёного и сладкого, знакомого и нового одновременно.

Я чувствую себя грязной. Абсолютно грязной.

И я никогда не чувствовала себя более живой.