Текст книги "Связанная с Богом войны (ЛП)"
Автор книги: Руби Диксон
сообщить о нарушении
Текущая страница: 39 (всего у книги 41 страниц)
Глава 79
– Продолжай искать.
– Да нет там ничего, – возмутилась королева, стоящая рядом со мной. – Я дважды просмотрела все палатки в лагере, но не заметила рисунка.
Мы стояли на самом высоком парапете с подзорными трубами в руках, наблюдая за вражеским лагерем. С помощью трубы мы могли рассмотреть все палатки и символы, которые были нарисованы на ткани.
Но ничего похожего на паука… и это расстраивало меня.
Я знала, что Солат исполнил свое предназначение. Знала, что ему удалось. Разве не на это намекали Спидаи? Все приближалось к кульминационному моменту. Боги толкали, тянули и манипулировали нами на протяжении всего пути, лишь бы ситуация сложилась именно так.
«Ты должна знать, что они не проверят твои карманы».
Тогда я не понимала, о чем речь. Теперь же все стало слишком очевидно. Я была взволнована и полна ужаса.
– Ничего даже отдалено напоминающее паука, – пробормотала Халла, глядя в подзорную трубу. – Ты уверена, что у него получилось?
– Он где-то там, – пообещала я королеве. – Просто нужно продолжать искать.
Мы пялились в подзорные трубы уже около часа, изучая палатки. Конечно, в какой-то момент я соблазнилась и рискнула понаблюдать за битвой, чтобы увидеть, как Арон – не важно какой – махал тесаком и прорубал себе путь сквозь людей. Вот только наткнувшись на несколько крупных планов отрубленных голов и рассеченных шей, я вновь сосредоточилась на палатках.
Итак, палатки были до ужаса грязнющие. А еще адассианцы обожали что-то писать на них. Халла пояснила, что по старой адассианской традиции, палатки исписывались благословлениями и заклинаниями, чтобы не впускать внутрь злых духов. Это было прекрасно и все такое, но закорючки затрудняли поиск нужного мне символа. Мы словно искали иголку в стоге сена.
Но рисунок должен был быть там. Спидаи не заставили бы нас зайти так далеко, только чтобы весь замысел рухнул в последнюю минуту. С другой стороны, кто знал, что творилось в головах этих Спидай? Я смотрела в подзорную трубу, наблюдая за солдатами, которые бродили между палатками. У стен замка Ишрем шла огромная, ожесточенная битва, но лагерь адассианцев все равно был полон людей. Солдаты, охраняющие палатки, раненые мужчины и разношерстные женщины. А еще изрядное количество винных бочек, домашний скот и самая большая, самая яркая палатка в центре.
В конце концов, аспект представлял гедонизм.
Я понимала, что якорь мог прятаться в самой причудливой из палаток, но на ней вообще не было ни одной надписи. Значит, он или она находились где-то недалеко, но тоже в охраняемой палатке.
Королева резко вдохнула.
– Что? – спросила я, сразу переключившись на битву, чтобы найти Арона. Мое сердце быстро заколотилось от ужаса, но вскоре я нашла своего Бога… огромный тесак постоянно двигался, отражая лучи солнца, пока Арон прокладывал себе путь сквозь поток людей. Его совершенно белая туника пропиталась кровью, а снизу была заляпана грязью, но Арон все равно выглядел прекрасно.
Он улыбался противникам. Мое сердце екнуло, так как наше время почти истекло.
– Кажется, я нашла символ, – воскликнула королева, схватив меня за руку. – Смотри. Палатка с толстым охранником. Центр лагеря. На нем два флага – первый Арона, а второй Анали.
Богиня исцеления.
– Значит, в этой палатке оказывают медицинскую помощь.
– Или они просто хотели запутать нас, – возразила она. – Перед входом стоит стойка с оружием.
Я поднесла подзорную трубу к глазу и вновь начала изучать палатки, пытаясь найти нужную.
– Ты уверена?
– Конечно, люди то входят, то выходят, но никто не выглядит раненным. Меня заинтересовал данный факт, поэтому я стала читать надписи на палатке и увидела символ.
Я нашла флаг Анали, а затем стойку с оружием. И правда, перед безобидной на вид палаткой стоял охранник с толстым животом и неопрятной щетиной. Мужчина рассеянно почесывал живот и оглядывался по сторонам, держа в руке копье. Пока я наблюдала, полог палатки откинулся, и наружу вышел очень здоровый на вид мужчина, а затем вошел такой же здоровый солдат. Любопытно. Я просмотрела надпись на палатке, пытаясь разобраться в закорючках… Мое тело напряглось, когда я увидела паука, небрежно нарисованного между двумя треугольниками у основания палатки.
– А вот и он, – пробормотала я. Я поставила мысленную отметку, где находилась палатка в оживленном лагере. Как и говорила Халла, недалеко от центра, но на приличном расстоянии от палатки Арона.
Но как туда добраться? Впрочем, вполне реально.
Я опустила подзорную трубу и повернулась к королеве, рядом с которой стоял Керрен. Как раз в этот момент в комнату вошел Маркос, неся огромный поднос с едой. Я махнула ему рукой и заявила:
– Пора действовать.
– Может, лучше поделиться новостями с лордом Ароном, леди Фейт? – спросил Керрен, слегка нахмурившись.
– Или отправить туда обученного убийцу? – добавил Маркос, подходя ко мне.
Я покачала головой, так как знала, что должно произойти.
«Ты должна знать, что они не проверят твои карманы».
– Это лагерь не только Арона Тесака, – возразила я, – но и представителя гедонизма. Там много женщин. Особенно шлюх. Я могу сойти за них. Надену что-нибудь распутное и, к примеру, покажу сиськи, если кто-нибудь начнет задавать вопросы.
Маркос и Керрен сразу запротестовали.
– Ты не можешь рисковать собой, – заявил Керрен.
– Все рискуют собой, – вздохнула я, указывая на сражение. – Но я могу остановить бойню. Если мы доберемся до палатки, доберемся до якоря раньше, чем меня раскроют, то победа нам обеспечена. Больше никаких бессмысленных убийств. Никаких ран и травм, чтобы завоевать какой-то фут земли ценой сотни жизней в день. Правильный Арон победит, и все закончится, – чем дольше я разглагольствовала, тем более убежденной становилась. – У волшебников есть «Божественный Огонь», верно? Я возьму с собой пузырек, спрячу тот в кармане и притворюсь завоеванной добычей. Войду в палатку, использую «Божественный Огонь», и бум! Проблема решена.
– Как ты туда попадешь? – спросила королева.
– Потайной ход, который ведет в склепы, еще не замуровали окончательно, – я указала на стену. – Как только я окажусь на кладбище, до дождусь темноты и проберусь внутрь.
Халла выгнула бровь.
– И как ты планируешь вернуться?
– Разве сейчас это имеет значение? – возмутилась я. – Что-нибудь придумаю. Если отрезать голову змеи, то сгинут и все приспешники.
– Арон не допустит этого, – пробормотал Маркос, качая головой. – Он слишком заботится о тебе.
– Вот почему мы начнем действовать уже сейчас, – заявила я. – До того, как сегодня вечером вернется Арон, до того, как он узнает о смерти Солата, – мой голос немного дрожал, тем не менее я убрала подзорную трубу и направилась к двери. Позже, когда все закончится, я обязательно оплачу Солата. – Пора выдвигаться, так как если другой Арон выяснит, что нам известно местоположение его якоря, то переместит его. Или ее. Не важно. К тому же мы больше не можем обманывать моего Арона. Он узнает и об подосланном убийце, и о смерти Солата. Вот тогда начнется настоящий ад.
– Но идти во вражеский лагерь одной? – разволновалась Халла.
– Она не будет одна, – заговорил Маркос. Керрен кивнул.
– Нет, ребята, – залепетала я. Я не хотела, чтобы из-за меня погиб кто-то еще.
Маркос покачал головой.
– Либо с нами, либо вообще никак.
Я посмотрела на их решительные лица.
– Если мы хотим сделать это… так давайте начинать. Или я слишком рьяно стану обдумывать все детали и сойду с ума, – я кивнула мужчинам. – Я пошла переодеваться.
– Встретимся в моем кабинете, – произнесла Халла. – Волшебники придут с «Божественным Огнем».
***
Через некоторое время Маркос, Керрен и я оказались в дальнем конце склепа на кладбище. Маркос и Керрен накинули адассианские плащи поверх своих доспехов, а я вырядилась как шлюха. Мы взяли одно из моих платьев, подаренным в Новоро, с глубоким вырезом и надели поверх корсет, который выставил мои сиськи перед лицом всего мира. Юбка же имела разрез до самых бедер. Королева заверила, что я выглядела вполне дерзко.
«Наверное, я уйду из этого мира с тем же прозвищем, с которым пришла… девка. Ха».
Я знала, что не сумею выжить. Знала, что не вернусь в замок. Знала, что больше никогда не увижу своего красивого, высокомерного, замечательного Арона. Мне хотелось плакать, но не было времени. В конце концов, где-то в глубине души я понимала исход этого приключения. Наверное, Спидаи пытались подготовить меня к этому.
Я была здесь, чтобы встретить свою судьбу.
– Будь осторожна, – обратилась ко мне Халла, отдавая флакон с «Божественным Огнем». Я засунула его в карман плаща и плотно завернулась в ткань.
Мы выбрались из склепа, не встретив ни души, плотно закрыли за собой двери и направились к выходу с кладбища. Однако в тот момент, когда мы добрались до ворот, то наткнулись на двух адассианских солдат. Мы мчались так быстро, что я даже не подумала о вероятности встреть охранников кладбища.
Вдруг Маркос схватил меня за задницу.
Я вскрикнула от удивления и подпрыгнула, из-за чего мои сиськи чуть не вывалились из корсета.
– В следующий раз сделаем это в палатке, ладно? – усмехнулся Маркос, толкая меня к охранникам. – Ты горячая штучка, но прогулка, черт возьми, затянулась.
Я окончательно вошла в образ, когда Керрен приобнял меня за талию и небрежно поцеловал в щеку, подыгрывая Маркосу.
– Если она захочет, то я не прочь вновь прогуляться на кладбище, – заявил он. – Где угодно, лишь бы она вновь задействовала свой язык.
Охранники лишь закатили глаза.
– Держитесь подальше от этого района, – приказал нам один из солдат. – Возвращайтесь через реку к своему командиру.
– Гребаный гедонизм, – пробормотал второй, когда мы проходили мимо. – Никто не может удержать член в своих проклятых штанах.
Вот так мы направились к далекой реке. Я медленно выдохнула. Вскоре Маркос убрал руку с моей задницы.
– Прости, Фейт, – извинился он.
– Да ладно тебе. Все прошло отлично. Хорошая мысль, – черт, они соображали намного быстрее меня. Конечно, гедонизм влиял на весь лагерь. Я все еще помнила, как вела себя в Цитадели Тадэхи, практически насилуя Арона при каждом удобном случае.
Эх, хорошие времена.
Тем не менее, мы могли использовать это. Может, попасть в адассианский лагерь было не так трудно, как я думала изначально.
Мы перешли реку вброд и обошли поле боя по широкой дуге. Но даже отсюда я слышала далекий лязг оружия и предсмертные крики людей. Вскоре мы приблизились к самому лагерю, состоящему из сотен палаток. Было такое ощущение, что мы попали в другой мир.
Когда я смотрела на лагерь через подзорную трубу, то не заметила столько пустых винных бочек. Или что люди спали там, где упали, а другие похмелялись в середине дня несмотря на то, что их товарищи гибли на поле боя. Когда мы зашли в лагерь, я услышала крики женщины, которая явно занималась сексом, и увидела палатку с нарисованными сиськами, являвшуюся каким-то борделем. Независимо от того, что сражение было в самом разгаре, вокруг сновало много солдат, которые провожали нас взглядами. Мою кожу стало неприятно покалывать.
– Ты знаешь, куда идти, Фейт? – спросил Керрен, понизив голос. Хоть выражение его лица было спокойным, взгляд метался по сторонам.
Я охренеть как нервничала, но все равно в подробностях помнила нужную нам палатку. Два флага. Стойка для оружия.
– Будь готова побежать туда, если нас поймают, – предупредил он. – Не останавливайся ни при каких обстоятельствах. Просто беги.
Я кивнула.
– Ты должна…
– Это как понимать? – спросил мужчина, подходя к нам. Он окинул нас хмурым взглядом. – Что вы забыли в этом полку?
Маркос указал на меня.
– Привели девку, чтобы лорд Арон мог ей насладиться.
Мужчина сощурил глаза, впившись в меня взглядом. В ответ я выпятила грудь, изо всех сил стараясь выглядеть соблазнительно. Он вновь сосредоточился на Керрене и Маркосе, а затем нахмурился еще сильнее.
– Кто ваш командир?
Керрен и Маркос быстро сомкнули ряды, стоя так близко друг к другу, что мужчина больше не видел меня.
– Конечно, лорд Арон. Кто еще будет нами командовать?
– Не прикидывайтесь дурачками. Вы попробовали специи для носа? – когда ответа не последовало, мужчина продолжил: – Или пьяны? Ранены? Вот только, как по мне, вы не страдаете ни от чего из вышеперечисленного. Может, лорд Арон и стремится к тому, чтобы солдатам нравилось ему служить, но также он ожидает, что все здоровые мужчины будут на поле боя на рассвете. Шлюхи доступны только ночью.
– Прошу прощения, сэр, – Керрен немного отступил и толкнул меня.
Мать твою. Уже пора бежать?
Я огляделась и наклонила голову, отступая и слушая, как мужчина продолжает упрекать Керрена и Маркоса.
– В последний раз спрашиваю, кто ваш командир?
Я вздрогнула, ненавидя себя за то, что убегаю, когда они попали в беду. Я не хотела их бросать, но иного пути не существовало. Мне пришлось. Я быстро петляла между палатками, не поднимая головы. Отдалившись на пятьдесят футов, а может, и больше, я услышала мужской крик и начало потасовки.
«Пожалуйста, не умирай, Маркос. Пожалуйста, не умирай, Керрен», – мысленно повторяла я снова и снова. Я не прощу себя, если они погибнут из-за меня. Цель так близко. Я почти достигла центра лагеря, когда из палаток начали выходить солдаты, чтобы отправиться в бой. Я осторожно развернулась и зашагала в противоположном направлении.
– Эй, – позвал незнакомый голос. – Эй, ты. Девка. Стой.
Я замерла, оглядываясь по сторонам. Мне показалось, что вдалеке стояла нужная палатка…
И тут меня схватил за руку мужчина с густой бородой и густыми седыми волосами. Он впился в меня взглядом.
– Кто ты, милашка?
Глава 80
«Тьфу, угодила в ловушку».
Я играла с прядью волос, стараясь выглядеть как можно более пошло.
– Привет, сладенький. Я ищу палатку шлюх, но они все выглядят одинаково, – мне каким-то образом удалось подавить визгливый смешок. – Не подскажешь, куда идти?
Он окинул меня взглядом.
– Новенькая?
Я нетерпеливо кивнула.
– Сегодня вечером я должна обслужить Повелителя Арона.
– Ну да, конечно, – неожиданно он водрузил на меня свои руки. Я в шоке замерла… но потом поняла, что он обыскивал меня на предмет оружия. – Знаешь, здесь должна ошиваться ни одна шлюха. Сначала стоит дождаться приглашения.
– Оу, меня пригласили, – начала сюсюкать я, изо всех сил стараясь не пнуть его по яйцам в тот момент, когда он добрался до моей задницы и стал трогать бедра. – У меня нет никаких клинков.
«Всего лишь пузырек с «Божественным Огнем» в кармане, вот и все».
– Я все равно проверю, – он грубо повернул меня и продолжил обыск. Я пыталась вести себя так, будто это было нормально. Будто я ожидала подобного, а не сходила с ума от ужаса.
Я удивленно пискнула, когда он схватил меня за сиськи, и оттолкнула его руки.
– Если ты не Повелитель Арон, значит, придется потратить немного монет.
Мужчина громко рассмеялся, а затем шлепнул меня по заднице.
– Тогда увидимся позже, девка. Палатка шлюх вон там, – он подтолкнул меня в нужном направлении и ушел.
Ох, спасибо, черт возьми. Я еле справилась с головокружительным облегчением, которое угрожало лишить меня сознания. На секунду зажмурив глаза, я продолжила свой путь к совершенно другой палатке.
К той, на которой был изображен паук.
На самом деле я была удивлена, что пробралась так далеко всего с одной остановкой. Впереди шли какие-то мужчины, поэтому я осторожно обошла нужную палатку. Здесь было ужасно грязно и мерзко. На одном конце палатки не было колышка, из-за чего ткань развевалась на ветру. Я огляделась, опустилась на четвереньки и проползла на животе под палаткой. Теперь я была перепачкана грязью с головы до пят, но уже не могла свернуть назад.
У меня был «Божественный Огонь» и цель. Сейчас или никогда.
Как только я оказалась внутри, то спряталась за кучей сундуков. Поднявшись на ноги так тихо, как только могла, я осторожно осмотрела палатку. Внутри было довольно мило. Помимо кучи сундуков здесь стоял стол с большим ассортиментом еды, зеркало и ткацкий станок. На краю койки сидела с книгой в руках женщина. Довольно обычная с каштановыми волосами и молодым лицом. Почему-то я думала, что гедонизм Арон выберет кого-то более похожего на Юленну, но передо мной была обыкновенная девушка. Совершенно неприметная женщина на несколько лет моложе меня, которая, видимо, умела читать.
Пока я наблюдала, она встала, направилась к другому концу комнаты и, отложив книгу, начала рыться в сундуке. Достав какой-то мешочек, женщина наклонилась, и я услышала ее громкий вдох.
Специи для носа. Ха, она была под кайфом. Меня вполне устраивал такой поворот событий. Теперь у меня появился шанс. Я больше не могла ждать.
Закрыв глаза, я представила лицо моего любимого Арона. Вспомнила, как этот высокомерный придурок впервые протянул мне руку. Цитадель Тадэхи. Осколки стекла, торчащие из его спины. Наш совместный сон в постели. Прикосновения. Любовь. Как он улыбнулся мне сегодня утром, пока я лежала в постели и чувствовала себя такой защищенной, любимой.… счастливой.
Я поступала так, потому что хотела, чтобы Арон жил вечно.
Открыв глаза, я уже собралась покинуть укрытие, когда полог палатки откинулся. Внутрь вошел крупный мужчина и огляделся. Снаружи я услышала отдаленный раскат грома.
– Где ты, Наэри?
Девушка шмыгнула носом и снова вдохнула.
– Здесь.
Мужчина шагнул вперед, из-за чего полог опустился на место, закрыв солнечный свет. Я закусила губу, чтобы не закричать от удивления. Это был Арон.
Вернее, второй аспект.
Если бы не эти разноцветные глаза, то я бы не узнала его. Арон был покрыт сверкающими доспехами, инкрустированными драгоценными камнями. Через его плечо был перекинут длинный плащ, украшенный вышивкой и отороченный густым мехом. Каждая вещь, от украшенных драгоценными камнями бус, вплетенных в его волосы, до кольца в носу, от которого прямо к уху тянулись три золотые цепочки, выглядела безвкусно. В отличие от моего Арона, этот аспект презирал обычную одежду.
Пока я следила за происходящим из своего укрытия, гедонизм Арон забрал мешочек у своего якоря и поднес тот к носу.
– Ты опять вынюхала все специи для носа?
Девушка задрожала.
– Прости. Я хотела взять совсем немного, – ее голос стал жалобным.
– Ты ничего мне не оставила, – он швырнул в женщину мешочек, который со шлепком врезался в ее щеку. – Где мое вино? А сладости?
– Вот, – нетерпеливо указала она, пробираясь к ближайшему столу. – Покормить тебя?
– Я хочу, чтобы ты съела их, – приказал он, гладя ее волосы. Арон опустил руку к поясу и расстегнул то, что было, по моему мнению, самым инкрустированным драгоценными камнями гульфиком на свете. Я бы посмеялась над парнем, если бы под всем этим дерьмом не было лица Арона.
Якорь – Наэри – запихнула в рот несколько конфет, громко жуя, а затем потянулась к нему. Арон – потаскушка Арон – тоже наклонился и поцеловал ее, проводя языком по ее губам, пока Наэри продолжала чавкать.
Фу, как же мерзко. Я понимала, что он не нуждался в пище, но, черт возьми, зрелище было отвратительным.
– Теперь вино, – сказал он. Наэри взяла бокал и отхлебнула вина, пристально посмотрев на Арона, когда он начал гладить ее щеку. Его вторая рука продолжала двигаться в районе талии, а затем раздался звон доспехов, сопровождающий открытие гульфика.
Дерьмо. Я не хотела это видеть.
Я рухнула на пол, зажмурив глаза. Мне было ненавистно то, что нахождение рядом с этими голубками вызывало во мне те же чувства, что и в Цитадели Тадэхи. Я слишком сильно ощущала это. Глубоко в моем животе разгорелось сильное, всепоглощающее желание, которое росло с каждой секундой. Я не хотела, чтобы это возбуждало меня. Действительно не хотела. Но мое тело все равно реагировало. Я ощутила, как мою киску объяло жаром, когда по другую сторону сундуков начали раздаваться громкие, хлюпающие звуки.
– Возьми меня в рот, – приказал Арон, и я вздрогнула.
Ну да, речь же шла о гедонизме. Конечно, он пожелал, чтобы она отсосала ему. Я ненавидела то, что Наэри согласилась, а еще в этот момент я ненавидела Арона. Ненавидела все происходящее. Моя рука так и порывалась бросить пузырек с «Божественным Огнем» в эту парочку. Но мой Арон был невероятно быстр и силен. Поэтому я сомневалась, что смогу уничтожить аспекта, пусть даже он и был сейчас немного занят. Мне оставалось только ждать… и терпеть.
Самые длинные пять минут в моей жизни. Может, меньше. Может, больше. Я не знала точно, слыша лишь шлепки, стоны и хныканья, которые, как казалось, длились слишком долго. Доспехи звенели все быстрее и быстрее, а затем Арон издал низкий стон, который разбил мне сердце, потому что я уже слышала его раньше. Стон кульминации Арона.
Я так сильно впилась ногтями в ладони, что пустила себе кровь. Меня разрывало на части два желания – засунуть руку в штаны и разрыдаться. И то, и другое сейчас было весьма привлекательно.
Девушка хрипло рассмеялась. Я услышала тихий шлепок кожи.
– Это за то, что вынюхала все специи для носа, – пробормотал Арон. – Найди еще, пока я нахожусь на поле боя.
– Обязательно, – пообещала она, задыхаясь.
– Хорошо. Сегодня будет славный день, – его доспехи снова зазвенели, поэтому я осмелилась выглянуть из-за сундуков и увидела, что Арон пытался закрепить гульфик с помощью Наэри, которая стояла перед ним на коленях. – Мы разобьем его армию. Я чувствую это. А вечером мы с тобой отпразднуем.
Наэри захихикала, хитро взглянув на него.
– Мы празднуем каждую ночь, Повелитель бурь.
Арон хмыкнул, похлопал ее по щеке рукой в перчатке, украшенной драгоценными камнями, и направился ко входу в палатку. С каждым шагом бусинки в его волосах покачивались. Неожиданно Арон замер, заявив:
– Найди тех рыжеволосых близняшек, пусть посетят сегодня нашу палатку.
– Как скажешь, – пролепетала Наэри.
Наконец, Арон ушел.
Меня стошнило. Так много рвоты. Я с ненавистью наблюдала за девушкой, которая подошла к столу, выпила еще вина, а затем неторопливо вернулась к сундуку и снова стала рыться в нем. Она достала еще один мешочек, повернулась ко мне спиной и вдохнула.
Сука скрыла от Арона специи для носа.
Я ненавидела ее. Может, она спала и не с моим Ароном, но я все равно ненавидела эту Наэри.
Сейчас или никогда. Я скинула грязные ботинки и босиком зашагала по толстому ковру. Пока она в очередной раз обшаривала сундук, я направилась к ее спине, сжимая флакон в руке.
Двадцать футов.
Десять.
Мне нужно было всего лишь преодолеть расстояние между нами, разбить флакон о ее голову и бежать, словно ветер.
У меня все получится.
Пять футов.
Женщина, сидящая на корточках, напряглась, а затем резко обернулась, смотря на меня широко раскрытыми глазами. Я стояла над ней в наряде шлюхи и сжимала флакон в руке, пока Наэри в шоке пялилась на меня. Она выглядела так молодо… не больше восемнадцати-девятнадцати лет.
Ее нижняя губа задрожала.
– Пожалуйста, не убивай меня.
Ох, черт. Каждый раз, когда я прокручивала в голове этот момент, у якоря никогда не было лица. Но смотреть на эту девушку, пока она умоляла меня сохранить ей жизнь? Я замешкала.
– Я…
Она резко ринулась вперед и в следующее мгновение вонзила нож в мой живот.
Я отшатнулась. Боль, подавляющая в своем ужасе, пронзила меня. Где-то снаружи я услышала далекий нечеловеческий крик и грохот грома. Должно быть, это был мой Арон. Кровь наполнила мой рот. Я сжала кинжал, торчащий из моего живота, как только девушка встала на ноги.
Выражение ее лица больше не выражало беспомощность. Оно было жестоким и хитрым. Мои пальцы стиснули прохладную рукоятку кинжала. Меня настигло осознание, что зеркало сбоку предоставляло Наэри обзор на каждое мое движение. Я была так сосредоточена на том, чтобы добраться до нее, так потеряна из-за визита гедонизма, что не обратила на это внимания.
«Чертовски глупо, Фейт».
Когда по моему подбородку потекла кровь, женщина ухмыльнулась и подошла ко мне. Она потянулась за кинжалом, накрыв ладонью мою руку.
– Пошла на хрен, шавка, – ее голос был низким и холодным.
Я подняла руку – ту, в которой был хрупкий флакон – и ударила Наэри по лицу.
– Только после тебя, шлюха, – выдохнула я.
Вспыхнуло пламя. Тело Наэри моментально объяло огнем, а ее крики разорвали тишину палатки. Я отшатнулась и упала на ковер. Девушка кричала и пронзительно выла, выливая воду из кувшина на свое лицо, но пламя продолжало поглощать ее одежду. Меня достигла вонь паленых волос. В палатку ворвались солдаты.
Они посмотрели на Наэри, горящую, как столб, затем на меня, лежащую на ковре с ножом в животе и с льющейся кровью изо рта…
И убежали.
Чернота обволокла мое зрение. Боль мешала сосредоточиться.
Девушка до сих пор кричала. Ее вопли то затихали, то снова набирали силу. А может, это кричала я. Было трудно определить.
Прошло какое-то время.
По крайней мере, мне так показалось.
Перед моим взором заплясали пятна. Моя рука болела. Я с трудом прищурилась, чтобы посмотреть, что меня беспокоило. Моя обугленная ладонь была обращена к потолку палатки, а на ней плясали последние языки пламени там, где меня коснулся «Божественный Огонь».
Я лишилась руки. Черт.
Мой живот объяло холодом. Я больше не ощущала нож в животе. Уже нет. Да и боль куда-то пропала. Все казалось… очень холодным. И далеким. Я попыталась пошевелить здоровой рукой, но это было все равно, что сдвинуть глыбу льда. Моя плоть не поддавалась.
Я то приходила в сознание, то снова отключалась. Сейчас было не важно, кто из двух якорей умрет. Мы обе умирали… но кто из нас переживет другого в предсмертной агонии. Истеку ли я кровью до того, как она сгорит заживо? Кто знал.
Кого это… волновало. Внезапно мне показалось, что это не имело большого значения.
Мое сердце медленно билось. Мучительно. Мои внутренности сводило судорогой. Ножевое ранение в живот было серьезной штукой.
Накатывала тошнота, но у меня не было сил. Ох, Боже, все опять охватило болью. Я застонала и ощутила, что моя кожа покрылась потом. Ужасный способ умереть. Я думала о мужчине с перерезанным горлом. Думала о женщине, горящей заживо из-за «Божественного Огня». Думала о бедном Витаре. И Солате.
Черт, похоже, не существовала легких способов умереть. Только еще более ужасные.
«Женщина».
Я повернула голову, пытаясь оглядеть палатку, и заметила, что один из ковров до сих пор горел, а на нем лежал обугленный, неподвижный труп Наэри. Она больше не кричала. И была совершенно молчалива. Однако «Божественный Огонь» продолжал полыхать, распространяясь на кровать, сжигая шелк, будто тот был пропитан бензином, и треща.
Ха.
По крайней мере, осталось недолго. Если рана в животе не убьет меня, то это сделает огонь.
Я закрыла глаза, представив лицо Арона, и почувствовала… счастье.
Я справилась. Я спасла его.
Надеюсь, он будет помнить, как сильно я любила его высокомерную задницу.
Только поэтому я пошла на риск.
Не могла по-другому. В этом парне не было ничего нормального, скромного или покладистого. Арон считал, что весь мир принадлежал только ему. Он был кровожаден и мог вести себя как придурок. Но также Арон был заботлив, нежен и добр ко мне. Я так скучала по тем мгновениям, когда просыпалась в объятиях Арона и видела его улыбку. Я не представляла себе жизнь без его смеха, высокомерия и самоуверенности.
Вот по чему я скучала больше всего в этом мире. Дело не в том, что я умирала в чужой стране. Дело в том, что я умирала, когда только обрела мужчину, пробудившего во мне жажду к жизни.
Для меня Арон всегда останется кем-то большим, нежели просто Богом. Он был моим Ароном. Только моим Ароном.
И он победил.
Я положила ладонь на свой раненый живот, и меня охватило странное умиротворение.
