Текст книги "Связанная с Богом войны (ЛП)"
Автор книги: Руби Диксон
сообщить о нарушении
Текущая страница: 22 (всего у книги 41 страниц)
Глава 43
Оставшиеся наемники немедля сдались Арону, так как поняли, что их лидер был мертв, а на смену ему пришел… тот же самый парень. Они попадали ниц на землю, но прежде поцеловали рукояти своих мечей и предложили те Арону. Наложница вышла из палатки, покачивая бедрами, и повторила позу солдат, поднимая свою слишком идеальную задницу в воздух.
Арон наблюдал за всем происходящим из центра лагеря, стоя одной ногой на мертвом теле волшебника. В конце концов, он посмотрел на меня.
– Итак?
– Итак что? – я подняла глаза от сумок, в которых искала оружие. Там я заметила немного монет, но по большей части их использовали для хранения припасов.
– Ты хочешь, чтобы они остались живы или встретили смерть?
Я в ужасе уставилась на Арона.
– Ты заставляешь меня выбирать?
– Нет. Если бы это был я, то они были бы уже свободны. Поэтому я спрашиваю тебя, ведь твое сердце довольно жестоко, – несмотря на слова, его тон был игривым. Арон скрестил руки на груди, наблюдая за мной и ожидая.
Я с трудом сглотнула, расшифровывая обращение Бога. Черт. Он заставлял меня выбирать. Сам Арон не отпустил бы их, но, по его мнению, я была слабачкой. Ладно. Я посмотрела на мужчин, – и женщину – склонившихся перед Ароном.
– Хм. Я не привыкла держать в руках чужие жизни.
Арон лишь пожал плечами и снова указал на людей.
Я стала изучать наемников. Они носили доспехи, из-за чего было невозможно определить их возраст, к тому же лица солдат до сих пор были в ожидании прижаты к земле. Наложница дрожала, раскинув руки. Я почувствовала жалость. Хотя знала, что должна была быть более жестокой. К тому же эти люди убили бы нас, не задумываясь. Но я была не из этого мира, значит, отличалась от всех.
Я взглянула на мертвого волшебника под ногой Арона и содрогнулась.
Арон хмыкнул.
– Подозреваю, что я не знаю твой ответ.
– Подозреваю, так и есть, – пробормотала я, чувствуя слабость.
– Не садитесь, все вы, – резко приказал Арон. – Мне бы не хотелось видеть ваши лица.
Солдаты тут же сели, и я, побледнев, обратила внимание, насколько были молоды эти четверо мужчин. Двое отрастили бородки, но все же парни могли бы быть студентами колледжа, если бы жили в моем мире. На их лицах отражался страх, но также и решимость.
Арон на мгновение задумался, а потом махнул мне рукой, предлагая подойти. Я тут же вскочила на ноги и подбежала к Богу, чувствуя на себе взгляды солдат. Арон наклонился, овевая дыханием засохшую грязь на моем ухе.
– Я могу сказать это правильно. Поясни солдатам, что я буду снисходителен, если они предадут меня.
Я обдумала фразу и кивнула. Бог предоставил мне большую власть, позволяя говорить от его имени, но я подозревала, что это было сделано так же преднамеренно, как и все остальное, чем занимался Арон. Я прочистила горло и шагнула вперед, намеренно пнув волшебника. Просто так.
– Ладно, народ, внимательно слушаем. Это новый Арон, значит, мы все делаем по-другому, – я переплела пальцы на обеих руках, заметив проблески надежды в глазах солдат. – Если вы не можете быть верными на все сто процентов, тогда мы оставим ваши задницы в первом же городе, в который попадем. Главный Арон, а я его якорь. Значит, вы слушаете меня так же, как и его. Если я прикажу прыгать, то вы спросите насколько высоко. Уяснили? – я указала на каждого наемника, чувствуя себя школьным учителем, разговаривающим с непослушными детьми.
Один мужчина прочистил горло и прижал руки к груди, держа в жесте Арона воображаемое оружие.
– Мы последовали за Повелителем бурь, потому что верим, миледи. Ничего не изменилось. Мы все еще поддерживаем Повелителя бурь.
Второй мужчина тоже сложил руки на груди, повторяя жест первого, и склонил голову.
Я была немного удивлена… и довольна.
– Вы здесь не из-за денег?
– Нет. Мы решили безвозмездно служить нашему Повелителю бурь, – произнес первый. Мужчина еще не отрастил бороду, так как ему даже не было двадцати. – Нет большей чести, чем стоять рядом с Богом.
Остальные солдаты закивали.
– Ох. Хорошо. Значит, мы будем доверять вам, – я повернулась к женщине. – Что с тобой?
Ее улыбка была нежна и бесхитростна.
– Повелитель Арон купил меня, чтобы я служила ему и его волшебнику. Я рабыня для ложа из уважаемых домов Растаны. Я служу своему господину всеми способами, которые он требует, – она облизала губы и опустила глаза. Я могла поклясться, что заметила, как наложница слегка выгнула спину, сильнее выпячивая грудь.
Я еле сдержала раздражение, которое вспыхнуло из-за ее присутствия. Мне не стоило быть стервозной. В глубине души я знала, что женщина просто пыталась выжить. Я вспомнила Аваллу, попавшую в Авентин, и как она не могла думать ни о чем, кроме служения самому могущественному господину, которого только могла найти. Она не была виновата в том, что привыкла к подобному.
– Ладно, это круто. Поскольку ты не наемница, то только попробуй прикоснуться к оружию, и мы выкинем твою задницу, – я снова сосредоточилась на солдатах. – Хорошо служите Арону, и сможете жить. Если попытаетесь предать его, то он выпотрошит каждого так быстро, что вы не успеете заметить.
Я повернулась к Арону, чтобы проверить, все ли я поняла.
– Фейт говорит неправду, – вот и все, что произнес Арон.
– Это означает правду, – добавила я.
– Мы знаем, миледи, – пробормотал первый солдат. Он опустил голову. – Мы научились толковать слова Повелителя.
– Тогда истолкуйте это, – продолжил Арон. Он скрестил руки на груди и пнул валяющееся тело волшебника. – Фейт не мой якорь. Вы будете ошиваться рядом с ней. Будете говорить с ней. Если кто-то из вас коснется хоть одного волоска на ее голове или неправильно посмотрите в ее сторону, то я буду снисходителен. Я не бог, – выражение его лица было угрюмым и зловещим. Я сосредоточилась на глазах Арона и заметила, как в них сверкнула молния, что вызвало во мне дрожь. – Если вы причините ей вред или предадите меня, то я не стану мучить вас ни в этом мире, ни в следующем. Месть Бога не вечна. Ясно?
Все мужчины побледнели. Женщина снова задрожала, уткнувшись лбом в землю.
– Кажется, они все поняли, – прошептала я Арону. Угроза не должна была звучать так лестно, но я не сумела скрыть радость из-за того, что он хорошо отзывался обо мне. Это было довольно сексуально. Черт, это было более чем сексуально. Меня возбудила властность в его голосе и то, как строго он смотрел на людей. Никогда еще сеанс «указать на место» не был таким чертовски горячим… и это все исходило от Арона.
Разве кто-нибудь когда-нибудь здесь говорил обо мне так хорошо? Черт, в этом мире меня называли девкой чаще, чем собственным именем. Я знала, насколько эти слова были важны, и ценила это. Я дотронулась до руки Арона.
– Спасибо.
Он положил ладонь на мое плечо, и мне понравилось это больше, чем все объятия в мире. Мы были едины, вместе.
Глава 44
Все мужчины присягали на верность Арону, а мы в это время узнавали немного больше о каждом из них. Маркос был из Авентина из семьи моряков. Солат был родом из Катарна и имел самые красивые, прекрасные черные кудри. Керрен, у которого была более темная кожа, родился в Мефисе, а Витар, сын фермера, тоже прибыл из Катарна. Они сопровождали Арона лжи около двух недель и служили ему верой и правдой. В отряде имелось три валеса, которые следовали друг за другом, так как во главе ехал Арон с наложницей и волшебником. Мужчины попросили дать им вечер, чтобы похоронить своих павших приятелей. Арон выглядел так, будто совсем не хотел этого, тем не менее он повернулся ко мне, а я кивнула. Мне тоже нужен был свободный вечер.
Сейчас я сидела у костра и очищала лицо и руки от грязи, пока мужчины закапывали могилу в лесу, а Арон наблюдал за ними. Наложница расположилась рядом со мной, и мне удалось выяснить ее имя – Юленна. Когда я спросила, откуда она, женщина лишь улыбнулась и пожала плечами.
– Мой последний господин жил в Растане. У рабов нет собственного дома.
– Ты больше не обязана быть рабыней, – воскликнула я. Мне довелось побывать рабом, и я ненавидела то время. – Уверена, Арон освободит тебя. Черт, считай, что ты уже свободна.
Она нахмурилась, будто данный факт делал ее несчастной.
– Для меня большая честь служить одному из аспектов. Быть его рабом – это одна из истинных радостей всей моей жизни.
– Арону не нужны рабы.
– Значит, ты уже заботишься о его удовольствии?
Итак, разговор только что обострился.
– Это немного личное, и я не обязана отвечать.
Юленна продолжала мило улыбаться и играть со своими длинными черными волосами.
– Если ты устала обслуживать его, то я могу помочь. Я хороша в постели и знаю, что любит Арон.
– Хочешь сказать, что раньше знала о предпочтениях Арона лжи. Это совсем другой Арон.
– Все аспекты происходят от одного и того же Бога, – заметила Юленна. На мгновение мне захотелось врезать по ее хорошенькому ротику, хотя я знала, что она была права.
– Это не одно и то же. Ты не прикоснешься к нему, пока он сам не попросит. Никакого навязывания.
– Но, миледи, я лишь хотела доставить ему удовольствие, – она сложила руки на груди, умоляюще глядя на меня. – Я рабыня ложа. Как я буду зарабатывать на жизнь, если не сумею угодить Богу?
– Может, попробуешь готовить? – я указала на костер. – Или, как я уже говорила, мы можем тебя освободить. Мы дадим тебе денег, тогда ты поедешь в ближайший город и начнешь все сначала.
Ее глаза наполнились слезами.
– Если я отправлюсь в Катарн без документов и опекающего мужчины, то попаду к первому встречному работорговцу, который продаст меня по дешевке. Пожалуйста, не делай этого. Я верно служила Повелителю бурь, – она упала на колени и прижалась к земле, рыдая.
Вот дерьмо.
– Юленна, встань. Пожалуйста, – я ненавидела то, что ее слова имели смысл. Ненавидела, что, когда женщина вновь села, она все равно выглядела такой прекрасной и совершенной. В ее больших глазах блестели слезы, которые только добавляли ей красоты. Я знала, что Юленна не ошибалась… ее снова поработят. То же самое случилось со мной в Авентине. Я не могла обречь ее на хреновую судьбу, потому что чувствовала ревность и собственничество. – Я спрошу у Арона, не желает ли он иметь рабыню ложа.
Слова застряли у меня в горле.
Женщина улыбнулась, а на ее лице отразилось облегчение.
– Если понадобится, я могу обслуживать вас обоих. Просто скажи, что требуется, и я это сделаю.
– Э-э, нет, мне не нужна твоя помощь, спасибо, – я поспешно отодвинулась, пока Юленна не начала более усердно предлагать свои услуги. Черт, я перешла от ненависти к чувству жалости в считанные секунды. Просто я до сих пор помнила, насколько было страшно быть порабощенной и какой дешевкой я чувствовала себя. Как я могла презирать кого-то другого за то, что он пытался выжить в этом мире единственным известным ему способом? Я встала, отошла от костра, плотнее закутываясь в плащ, и направилась к звукам, доносившимся из леса.
Прежде чем я успела сделать несколько шагов к деревьям, передо мной появился сердитый Арон.
– Куда это ты собралась?
– Ох. Я пришла поговорить с тобой.
Он угрюмо уставился на меня.
– Я же просил тебя не сидеть у огня.
Мне потребовалось некоторое время, чтобы осознать фразу.
– Верно. Но я пошла сразу к тебе.
– Фейт, – Арон взял меня за руку, из-за чего по моему телу побежали мурашки. Во всяком случае, искра, как казалось, была сильнее, нежели раньше. Может, заряд удвоился, потому что в одном Ароне теперь находилось два аспекта. – Я не хочу, чтобы ты сидела у огня, где я мог бы присматривать за тобой. Я доверяю этим людям. Они хорошо себя зарекомендовали.
Ах. Он беспокоился, что нас все еще могли предать. Конечно, нам стоило волноваться. Разве нас до сих пор не предавали все в этом мире?
– Прости, Арон. Мне нужно было поговорить с тобой. Я обязательно вернусь к костру… Тебе нужна рабыня ложа? – торопливо выпалила я, из-за чего Арон снова нахмурился.
Бог поднял голову, а на его красивом высокомерном лице отразилось веселье.
– Ты готова вызваться добровольцем?
– Что? Нет! – я почувствовала, как мое лицо покрылось опаляющим румянцем. – Это лишь твое желание!
– Неужели?
Я… не сумела определить, было ли это ложью. Арон все еще лениво улыбался, от чего в моем животе порхали бабочки. Я не знала, что и думать.
– Юленна, – с трудом выдавила я. – Она хочет стать твоей рабыней ложа.
– Твое мнение?
Ладно, его вопросы действовали мне на нервы.
– Мое мнение, что ты сам отвечаешь за свой чертов член. Так что дай мне ответ.
Он долго рассматривал меня.
– Из-за того, что я одолел ложь… мы стали единым целым. Поэтому мысль о том, что она будет в моей постели, очень привлекательна.
Я открыла рот, чтобы огрызнуться и назвать его свиньей… но затем поняла, что должна была вникать в противоположный смысл слов. Точно. Мне стоило привыкнуть к этому. Я не сумела сдержать радость.
– Значит, ты не хочешь, чтобы она ошивалась в твоей постели? Юленна будет разочарована.
– А мне не все равно? – он надменно выгнул бровь, глядя на меня.
– Эй, ты заметил? Довольно ловко получилось… Если ты задаешь риторический вопрос, то мы можем обойтись без лжи, – я нежно ткнула пальцем в его грудь. – Запомни это, потому что разговор с тобой сбивает с толку.
– Так ли это? – его улыбка была игрива. Я почувствовала, как мое сердцебиение ускорилось. – Опять же, должен ли я волноваться о твоем замешательстве, ведь ты здесь, чтобы служить мне?
Доброе старое высокомерие снова подняло голову. Я похлопала его по груди.
– А вот это я проигнорирую. Какой у нас план?
Арон долго изучал мое лицо, а затем опустил взгляд на мою руку, лежащую на его груди. Я продолжала прикасаться к нему лишь из-за упрямства. Тем не менее у меня сложилось отчетливое впечатление, что он ожидал этого и теперь забавлялся. Мгновение спустя Арон разместил свою ладонь поверх моей, в итоге я оказалась в ловушке, пока маленькие заряды молний атаковали мою кожу.
– Ничего ведь не изменилось, правда?
– Все изменилось, – прошептала я. – Теперь ты другой.
– Да, – ответил он.
Ох, конечно, Арон притворялся, что ничего не изменилось, но мне-то приходилось интерпретировать каждое его слово.
– Я рада, что ты победил, – призналась я. – Но мне не нравится мысль о том, что я могу закончить как волшебник, – я содрогнулась, все еще представляя волшебника в момент, когда видела его в последний раз – стройное, одетое в мантию тело, брошенное поверх груды павших солдат. – Пообещай, что ты победишь оставшихся двух аспектов.
– Я ничего не могу обещать, Фейт, – произнес он тихим голосом. Его большой палец погладил мою пойманную в ловушку руку. – Думаешь, я позволю причинить тебе вред?
Я слабо улыбнулась.
– Должна признать, что это ставит крест на наших планах. Солдаты и рабыня ложа? – когда Арон фыркнул, я покачала головой. – Я не чувствую себя в безопасности. Можно подумать, что с лишними людьми вокруг мы должны ощущать меньше уязвимости. И все же… – к тому же я видела, что происходило, когда якорь Бога убивали. Я смотрела, как лживый Арон исчезал.
Превращался в ничто.
Я не знала, что больше беспокоило меня – то, что волшебник был убит, чтобы избавиться от лживого Арона, или то, что плохой Арон превратился в ничто. Подумав о том, что могло произойти с моим Ароном, я импульсивно подошла к нему и обняла, прижимаясь щекой к его обтянутой кожей груди.
Он погладил меня по волосам. Для разнообразия Арон даже помолчал. Из его уст не исходило ни лжи, ни высокомерного дерьма. Он просто гладил мои волосы и прижимал меня к себе, пока я дрожала от волнения.
– Думаешь, я позволю причинить тебе вред, моя Фейт? – повторил он. Я ощутила тепло и спокойствие от этих слов.
– Просто я боюсь, что не смогу тебе помочь, – прошептала я.
– Не сможешь, – и Арон вновь стал гладить мои волосы.
Глава 45
В эту ночь мы остались в лагере лживого Арона, так как палатки уже были установлены, да и час был поздний. Валесы были привязаны к ближайшим деревьям и накормлены, а Юленна безостановочно тараторила у костра, словно решив высказать свое горе по поводу изменившейся ситуации. Я не затыкала ее, бормоча слова согласия, когда наложница нуждалась в ответе, но в основном я все пропускала мимо ушей. Я устала и была рассеянной.
Это могло плохо кончиться. Я могла умереть. Я до сих пор ощущала руку лживого Арона на своей шее, пока он смотрел на меня сверху вниз. В тот момент я чуть все не испортила. Мои мысли не покидал образ того, как плохой Арон просто… исчез.
И теперь в моем Ароне сочеталось два аспекта.
Я не знала, что с этим делать. Зато я была в курсе, что Арон попал сюда, в мир смертных, чтобы очистить свой душу от всего плохого, так почему же он не мог говорить правду? Что случится, когда четыре аспекта соберутся вместе, как в фантастике про Вольтрона23? Неужели мой Арон исчезнет навсегда, затерявшись в целом Боге? Меня огорчало это.
Тут мне пришла в голову еще одна мысль – что произойдет, когда мы найдем гедонизм Арона? Я посмотрела на Юленну, которая грела руки у огня. Как же я ненавидела то, что подумала об этом. Ненавидела то, что продолжала вспоминать, как Арон задрал ее юбку, как наложница издавал стоны при каждом толчке. Неважно, что это был не высокомерный Арон, потому что теперь лживый Арон тоже был моим. Если он вновь прикоснулся бы к ней, то я убила бы его во сне.
Или… просто много проплакала. А может, придумала что-нибудь еще.
В конце концов, солдаты с серьезными лицами вернулись с похорон своих товарищей. Они держались подальше от меня, молча умывшись и отправившись спать в свои палатки. Арон указал мне на большую палатку, где спал старый Арон, когда я больше не могла скрывать зевоту. Я забралась внутрь и почувствовала облегчение, когда Арон тоже зашел в палатку. Он собирался спать со мной.
Юленна появилась в палатке вслед за нами. Когда она заметила мое удивление, то на ее лице появилась робость.
– Я спала у ног Повелителя бурь, пока он отдыхал, на случай, если могла понадобиться ему в течение долгой ночи. Все осталось по-прежнему?
Я посмотрела на Арона.
– Теперь это не шатер Фейт, – заявил он. – Здесь не она устанавливает правила, – и Арон положил свою большую ладонь на мое плечо.
Я прикусила губу, прикидывая, как сильно надо было давить, а потом решила, что, черт возьми, буду напористой.
– Арон больше не нуждается в твоих услугах. Можешь спать в палатке волшебника.
С неуверенностью во взгляде Юленна кивнула и вышла.
Палатка определенно отличалась в лучшую сторону от всего, где мы с Ароном жили до сих пор… Ну, за исключением, может, Цитадели Тадэхи. Роскошные гобелены висели на стенах, а плотные одеяла были брошены поверх плюшевого матраса. Здесь, в лесу, был гребаный матрас. Я чуть не завизжала при этом виде. Матрас лежал на плетеном тростниковом коврике, чтобы не запачкать его землей. Он был довольно толстым. Я опустилась на колени, чтобы потрогать его, потому что была сильно потрясена. Настоящий матрас. Здесь даже были подушки. Красивые и по большей части декоративные, но все же подушки. В центре палатки в кованой жаровне лежали угли, от которых исходил аромат ладана. Рядом стоял плоский сундук с мягким сиденьем вместо крышки.
– Срань господня, да он жил с шиком, – выдохнула я, с трудом веря своим глазам. Я взяла одну подушку и с удивлением обнаружила, что вышитые единороги были мягкими, словно бархат.
Арон лишь хмыкнул. Кога он заговорил, в его голосе прозвучало раздражение:
– Все необходимое для путешествия.
– Мне безразлично нужно ли это, обстановка впечатляет, – я провела ладонью по лицу и шее, смахивая последние комья грязи, а затем снова прикоснулась к кровати. – Мы можем воспользоваться им? Даже если он принадлежал плохому парню?
– Теперь он не твой, – заявил Арон. – Но если мы планируем добраться до башни Спидай, то не оставим все это позади.
Арон был прав, поэтому я расстроенно вздохнула. Все эти постельные принадлежности были слишком хороши, чтобы быть правдой. Я знала, что стоило поступить так, как того хотел Арон. Но сегодня эти роскошные апартаменты принадлежали мне.
– Как думаешь, здесь безопасно спать? – спросила я, понизив голос почти до шепота. – Или нам следует оставаться начеку?
– А чего бояться? – прошептал он в ответ с издевкой в голосе. – Разве они не служат Арону Тесаку? Я здесь не один?
– Верно подмечено, – согласилась я и цокнула на него, ведь Арон снова вел себя как задница. – Если все хорошо, то я разденусь и лягу спать.
– Не стоит, – кивнул он, кладя большую руку на мое плечо. – Мы не будем вставать рано утром. Тебе не нужен сон.
Зевая, я скинула один ботинок, потом другой. Весь адреналин покинул мое тело. Я чувствовала себя сонной мухой. Стянув через голову грязную тунику, я осознала, что стояла перед Ароном практически голая. Ну, не то чтобы у меня было что-то такое, чего он не видел раньше. Я причмокнула губами и поправила кожаную ленту, которой стягивала грудь, чтобы та не подпрыгивала, а затем забралась в постель в одних леггинсах и лифчике.
– По крайней мере, сегодня я буду спать в роскоши. Иди сюда, моя красавица, – обратилась я к подушке и уткнулась в нее лицом. Ох, Боже, это же рай. – Завтра я буду плакать, оставляя тебя здесь. Ш-ш-ш, не расстраивайся, – я погладила подушку. – Я буду вспоминать о тебе по ночам.
Арон фыркнул.
– Ох, что? – я посмотрела на подушку, все еще притворяясь, будто разговариваю с ней. – Арон придурок? И я это знаю? На самом деле я тоже не понимаю, почему он так настроен против тебя, учитывая то, что это его палатка. Вернее, не его, а плохого Арона. Впрочем, это не имеет значения, – я еще раз погладила подушку, борясь с зевотой. – Если тебе что-то нравится, то покажи мне и все такое. Утром ты будешь свободна, подушка. Как только я закончу с тобой.
Я подтянула одеяло под подбородок. Мгновение спустя Арон тыкнул пальцем в мой бок.
– Ой. Что? – я перевернулась и посмотрела на Бога. Он сидел на корточках рядом с кроватью, небрежно положив одну руку на колено.
Арон лишь ухмыльнулся мне.
– Думаешь, это моя палатка? Зачем мне кровать? Я же не сплю, помнишь?
Мой усталый мозг на мгновение задумался, а потом я вспомнила, что Арон не лгал, когда задавал вопросы. Я резко села, потрясенная. Дерьмо. Он был прав. Я окинула взглядом палатку и заметила женские вещи, на которые раньше не обращала внимание. На сундуке лежала шаль. Бахрома на подушках. Чертова вышивка. Мужикам было наплевать на подобное дерьмо. Я была готова поспорить, что если открыть красивый сундук, то там окажутся платья, похожие те, что были на Юленне.
– Это ее палатка, не так ли?
– Ты считаешь, что я буду обниматься с волшебником? – насмешливо спросил Арон.
Я покосилась на него.
– Точно. Правда, я не сразу поняла, что это ее вещи, – я задумчиво прикоснулась к подушке с единорогом. – Может, нам вернуть сюда Юленну?
– Да, – спокойно ответил Арон.
– Ладно, ладно, не раздражайся. Я стараюсь быть вежливой.
– Зачем быть вежливой с покоренными? – спросил он и протянул руку, чтобы убрать выбившуюся прядь волос с моего плеча. По моей коже побежали мурашки от этого нежного прикосновения, а не только из-за искры.
– Верно, – рассеянно кивнула я. Я пыталась думать о Юленне, но близость Арона дарила мне миллион направлений для мыслей. Не то чтобы он был так уж близко, конечно. Я сидела на кровати, а он рядом. Тем не менее мы находились достаточно близко для… ну, для многого. Мой мозг воспроизвел образ Арона, задирающего юбку Юленны, и я вернулась в реальность. Я знала, что стоило позвать женщину в палатку, но… Когда я закрывала глаза, то до сих пор видела, как его член входил в наложницу.
Сегодня она могла поспать в палатке волшебника.
Я снова легла, глядя на Арона.
– Что нам с ней делать? Я бы предложила освободить ее, но ты сразу подумал бы о казни.
Он хмыкнул.
– Отдать ее солдатам?
Я побледнела.
– Арон, нет. Она же личность. Просто сделала неудачный выбор в жизни. А может, у нее вообще не было этого выбора. В любом случае, Юленна, если не хочет, не обязана никого обслуживать. Пусть она поймет, что ей не нужно зарабатывать на жизнь таким образом и, может, выберет другой путь.
Арон лишь выгнул бровь, явно проявляя несогласие.
Черт. Я протянула руку, чтобы ударить его.
– Будь паинькой. Я бы не хотела стать рабыней, которую отдают мужчинам. С чего бы мне желать подобную участь кому-то другому?
Даже если она думала, что должна прямо сейчас обслужить Арона?
– А солдаты? Есть какие-нибудь планы на них? – пробормотал Арон более низким голосом. – Конечно, если они не проявят себя.
Тьфу. Я не была уверена, что мне нравилась идея разъезжать с отрядом. Это очень отличалось от того, как мы с Ароном путешествовали до сих пор. К тому же наличие отряда казалось очень… заметным. Возможно, так было безопаснее, просто я еще не осознала этого. Я чувствовала, что все изменится. С другой стороны, все уже изменилось. Арон не мог говорить, не извергая при этом ложь. А когда я закрывала глаза, то не могла перестать видеть плохого Арона, склонившегося над Юленной. Плохого Арона хватающего Юленну за бедра. Визг Юленны, когда плохой Арон толкался в нее.
– Посмотрим, – выдохнула я. – Думаю, на данный момент мы застряли с ними. Если у нас не получится поладить, и они начнут замедлять наше путешествие, то мы всегда можем бросить их в ближайшем городе.
– Новоро, – согласился он и натянул одеяло до моего подбородка. – Ты не должна спать, Фейт. Я не буду присматривать за тобой.
Я улыбнулась.
– Не будешь значит, да? – поддразнила я, не в силах сопротивляться. Мое сердце затрепетало, когда его губы изогнулись в намеке на улыбку. По крайней мере, мне нравилось, что я могла заставить его улыбаться. Видит Бог, в последнее время было мало поводов для улыбок, потому что нас преследовали и выгоняли из каждого места, где мы останавливались. Может, с отрядом мы все же были бы в большей безопасности… при условии, что они не предадут нас.
От этой мысли моя душа заныла. Неужели нет никого, кроме меня, кому Арон мог бы довериться? Бедный Арон. Как Боги могли научиться чему-то в этом маленьком испытании, которое послал Верховный отец? Они были слишком заняты нападениями жаждущих власти людей.
Если только единственное, чему они должны были научиться, – это смирение. Тогда я бы признала, что данный метод работал великолепно.
Но это заставляло меня еще больше волноваться за Арона. Я поудобнее устроилась на кровати и перевернулась на бок, но когда закрыла глаза, то не увидела, как Арон трахал Юленну. На этот раз я взирала на плохого Арона, который держал меня за горло и находился достаточно близко, чтобы поцеловать… вот только он превратился в ничто.
Существовал один шанс из четырех, – теперь один из трех – что моего Арона постигнет та же участь. От этой мысли меня затошнило. Я схватила Арона за руку и потянула на себя.
– Ложись со мной, – попросила я. – Я знаю, что тебе не нужно спать, но рядом с тобой мне будет спокойнее.
На мгновение я ожидала услышать едкий сарказм или шквал лжи. Но вместо этого Арон просто лег рядом, забравшись под одеяло. Я не возражала, что он остался в сапогах и был полностью одет, ведь Арон обнял меня за талию и прижал к себе. Знакомый электрический разряд пронзил меня и подарил спокойствие. Я вдохнула запах Арона и почувствовала его тепло. Небольшая часть беспокойства отступила.
Но только небольшая. Я положила руку поверх его ладони на моей талии, прижимаясь ближе.
– Пообещай, что все будет хорошо, – прошептала я. – Что мы со всем разберемся.
– Обещаю, – пробормотал Арон.
Ага, именно так я и подумала.
На следующее утро на огне кипела густая каша с медом. Я стала наблюдать, как едят солдаты, пока не убедилась, что каша не была отравлена и это не ловушка. Затем я наполнила для себя миску. А потом еще одну. И третью, потому что отряд имел гораздо больше запасов, чем мы.
Солдаты молча смотрели, как я поглощала еду. Когда я наполнила четвертую миску, то на лице того, кого звали Маркос, появилось недоверчивое выражение.
– Ты можешь съесть все это? – Маркос неуверенно взглянул на Арона, но когда солдата не поразила молния за разговор со мной, то он снова повернулся ко мне. – И куда же это окладывается?
Я решила, что мне нравился Маркос. Я указала ложкой в его сторону.
– Да ты льстец. Мужик, я же якорь. Мы едим за двоих, – я махнула ложкой в сторону Арона, который стоял рядом и с нетерпением смотрел, как мы завтракали. – Мне нужно заправиться.
– Ты ешь больше, чем любой солдат, которого я когда-либо видел, – прошептал Витар в свою миску. – Если так пойдет и дальше, то нам не хватит припасов.
Я продолжила уплетать кашу.
– Ох, пожалуйста, – пробормотала я, жуя. – Ты говоришь так, будто это шокирует. Разве волшебник не ел много?
– Ел, но он был волшебником.
– Ну, а я девочка. Мне тоже можно, – я затолкала в рот полную каши ложку, просто чтобы доказать солдату, что могла.
Витар выглядел смущенным, а Маркос ухмыльнулся и засунул в рот почти такую же полную ложку, как я, словно доказывая, что тоже мог. Ну и дурак. Мы ели в дружеском молчании. Через несколько минут из палатки вышла Юленна, одетая в леггинсы и сапоги для дневного путешествия. Ее волосы были собраны в модный узел. Женщина выглядела не столько рабыней, сколько прекрасной леди, собирающейся в путешествие. Я бросила взгляд на свою тунику с поясом – одну из старых рубашек Омоса – и вспомнила, что забыла причесаться после того, как вылезла из кровати.
Маркос подготовил для Юленны миску каши и предложил ей ложку. Женщина мило улыбнулась и села рядом со мной.
– Такая большая порция, – пробормотала она и пригубила немного каши.
Я скорчила рожу в миску и услышала, как Витар тихо рассмеялся.
Завтрак, однако, скоро закончился, палатки были упакованы, а валесы загружены снаряжением, которое мы решили взять. В кустах осталась небольшая свалка. Я с грустью посмотрела на постель, на которой спала прошлой ночью. Прощай, матрас. Прощайте, подушки. Прощай, восхитительный ночной сон. Хотя я все понимала, – нам нужно было набрать скорость, чтобы опередить наших преследователей – меня все равно расстраивала мысль о том, чтобы снова спать на спине валеса.
Я решила, что, когда вернусь домой, никогда больше не буду жаловаться на автобус. Никогда, никогда. Валес был в десять раз хуже и в двадцать раз медленнее.
Когда от лагеря остался только костер, Керрен забросал угли землей, пока они не исчезли. Затем, один за другим, мужчины попадали на колени и прижали кулаки к сердцам в знаке Арона.
– Мы готовы служить, господин, – заявил Маркос. – Скажи, чего ты хочешь.
– Мы с Фейт не поедем в Новоро, – произнес Арон своим властным голосом. – Это не наша следующая остановка.
Я внимательно наблюдала за солдатами, потому что в тот момент, когда Арон упомянул Новоро, один мужчина поежился, а второй – состроил гримасу. Третий вообще не поднял глаз от земли.
