444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Роберт Хагстром » Уоррен Баффет. Как 5 долларов превратить в 150 миллиардов » Текст книги (страница 19)
Уоррен Баффет. Как 5 долларов превратить в 150 миллиардов
  • Текст добавлен: 13 августа 2026, 20:00

Текст книги "Уоррен Баффет. Как 5 долларов превратить в 150 миллиардов"


Автор книги: Роберт Хагстром



сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 21 страниц)

На протяжении многих лет Трейнор обменивался идеями со многими ведущими финансовыми академиками, включая нобелевских лауреатов Франко Модильяни, Мертона Миллера и Уильяма Шарпа. Ряд статей Трейнора был удостоен престижных наград, в том числе премии Грэма – Додда по версии журнала Financial Analysts Journal и премии Роджера Мюррея. В 2007 году он получил престижную награду от организации CFA Institute за профессиональные достижения. К счастью, труды Трейнора, которые когда-то были лишь вскользь упомянуты, теперь доступны в полном сборнике под названием Treynor on Institutional Investing. Эта книга заслуживает места на полке каждого серьезного инвестора.

Мой экземпляр выглядит довольно потрепанным, потому что несколько раз в год я перечитываю наиболее понравившиеся отрывки. В конце сборника находится моя любимая статья – «Долгосрочное инвестирование». Впервые ее опубликовали в выпуске журнала Financial Analysts Journal за май/июнь 1976 года. Трейнор начинает с рассуждений о вечной загадке рыночной эффективности. «Правда ли, – задается он вопросом, – что, несмотря на все старания, мы никогда не сможем найти идею, которую рынок уже не обесценил?» Чтобы ответить на этот вопрос, Трейнор просит нас различать «два вида инвестиционных идей: а) те, последствия которых просты и очевидны, для оценки которых требуется относительно немного специальных знаний, и, следовательно, они быстро реализуются, и б) те, которые требуют размышлений, суждений и специальных знаний для их оценки, и, следовательно, они реализуются медленно»[225]225
  Treynor J. Treynor on Institutional Investing. Hoboken, NJ: John Wiley & Sons, 2008. P. 425.


[Закрыть]
.

«Если рынок неэффективен, – заключает он, – то он не будет неэффективен в отношении идей первого типа, поскольку по определению маловероятно, что они будут неправильно оценены огромной массой инвесторов»[226]226
  Treynor J. Treynor on Institutional Investing. Hoboken, NJ: John Wiley & Sons, 2008. Р. 424.


[Закрыть]
. Другими словами, простые идеи – отношение цены к прибыли, дивидендная доходность, отношение цены к балансовой стоимости, соотношение цены/прибыли к потенциалу роста прибыли, списки акций, которые достигли своей минимальной цены за последние 52 недели (один год), биржевые графики и любые другие элементарные способы оценки акций – вряд ли обеспечат легкую прибыль. «Если существует какая-либо неэффективность рынка, а следовательно, и любая инвестиционная возможность, – говорит Трейнор, – то она возникнет благодаря инвестиционным идеям второго типа, которые реализуются медленно. Такие идеи относятся не к очевидным, следовательно, быстро обесцениваемым, а к “долгосрочному” развитию бизнеса, и это единственная значимая основа для долгосрочного инвестирования»[227]227
  Treynor J. Treynor on Institutional Investing. Hoboken, NJ: John Wiley & Sons, 2008. Р. 424.


[Закрыть]
.

Уверен, вы уже поняли, что инвестиционные принципы Уоррена Баффета – это «медленно реализуемые» идеи, которые связаны с «долгосрочным развитием бизнеса» и поэтому являются основой для «долгосрочного инвестирования». Давайте внесем ясность: медленно реализуемая идея несложна для понимания с интеллектуальной точки зрения, но требует более активной мыслительной деятельности, чем опора на «простое и очевидное».

Система 1 и система 2

На протяжении многих лет психологов интересовала идея о том, что наши познавательные процессы делятся на два типа мышления: традиционно называемое интуицией, которое обеспечивает «быстрое и ассоциативное» познание, и рассудок, описываемый как «медленный и подчиненный правилам». Сегодня психологи называют эти когнитивные системы мышлением по системе 1 и системе 2. Мышление по системе 1 – это способность быстро генерировать простые и понятные идеи. Для расчета соотношения цены и прибыли или дивидендной доходности требуется немного времени и не так много интеллектуального труда.

Мышление по системе 2 – это рассуждающая часть нашего познавательного процесса. Оно работает контролируемо, медленно и с усилием. Наши «медленно реализуемые идеи», требующие «размышлений, суждений и специальных знаний», заложены в мышлении по системе 2.

В 2011 году нобелевский лауреат Даниэль Канеман написал знаковую книгу под названием «Думай медленно… решай быстро». Она стала бестселлером по версии New York Times и вошла в пятерку лучших научно-популярных книг того года – немалое достижение для книги о принятии решений. Больше всего мне нравится глава 3 – «Ленивый контролер». Канеман напоминает нам, что когнитивные усилия – это умственная работа и, как и в любой другой работе, многие из нас склонны лениться, когда задача становится сложнее. Автора удивляет легкость, с которой умные люди кажутся настолько удовлетворенными своим первоначальным ответом, что перестают думать.

Он поясняет, что деятельность, которая задействует мышление по системе 2, требует самоконтроля, а постоянное проявление самоконтроля утомляет. Если нас заставляют снова и снова делать что-то сложное, с каждым поступающим заданием самоконтроль постепенно слабеет. В конце концов у нас просто заканчивается «бензин». И наоборот, «тех, кто избегает греха интеллектуальной лени, можно назвать “вовлеченными в процесс”. Они более бдительны, более интеллектуально активны, менее склонны удовлетворяться внешне привлекательными ответами, более скептически относятся к своей интуиции»[228]228
  Kahneman D. Thinking Fast and Slow. New York: Farrar, Straus & Giroux, 2011. Р. 4.


[Закрыть]
.

Шейн Фредерик, доцент кафедры маркетинга, показал нам увлекательный пример, как люди с достаточно высоким IQ переходят от мышления по системе 1 к системе 2. Он собрал группу студентов Лиги Плюща из Гарварда, Принстона и Массачусетского технологического института (предположительно, все они были очень умными) и задал им три вопроса:

1. Бита и мяч стоят 1,1 доллара. Бита на один доллар дороже мяча. Сколько стоит мяч?

2. Если пяти машинам требуется пять минут, чтобы сделать пять деталей, сколько времени потребуется 100 машинам, чтобы сделать 100 деталей?

3. В озере есть заросли кувшинок. Каждый день заросли удваиваются в размерах. Если за 48 дней заросли покроют все озеро, сколько времени потребуется, чтобы заросли покрыли половину озера?[229]229
  Бита стоит 1,05 доллара, а мяч – 0,05 доллара. Ста машинам требуется 5 минут, чтобы изготовить сто деталей. Чтобы покрыть половину озера, зарослям потребуется 47 дней. Прим. авт.


[Закрыть]

К удивлению Фредерика, более половины студентов ответили неправильно, что заставило его выделить две существенные проблемы. Во-первых, люди не привыкли тщательно обдумывать задачи и часто бросаются к первому правдоподобному ответу, который приходит на ум, чтобы не взваливать на себя тяжелое бремя мышления по системе 2. Во-вторых, проблема, которая сама по себе вызывает беспокойство, заключается в осознании, что мышление по системе 2 плохо справляется с мониторингом мышления по системе 1 на предмет ошибок. Фредерику казалось очевидным, что студенты застряли в мышлении по системе 1 и не могут или не хотят переходить на систему 2.

Как работают системы 1 и 2 при инвестировании? Допустим, инвестор рассматривает возможность покупки обыкновенных акций. Используя мышление по системе 1, он рассчитал бы соотношение цены и прибыли компании, балансовую стоимость и дивидендную доходность. Увидев, что два показателя торгуются вблизи исторических минимумов, а компания в последние десять лет ежегодно увеличивала дивиденды, инвестор может тут же прийти к выводу, что акции имеют хорошую стоимость. К сожалению, слишком многие инвесторы при принятии решения полагаются почти исключительно на мышление по системе 1, даже не пытаясь вовлечь в работу систему 2.

Что значит быть вовлеченным? Проще говоря, это означает, что ваше мышление по системе 2 – мощное, активное и менее подверженное усталости. Мышление по системе 2 настолько отличается от мышления по системе 1, что психолог Кит Станович назвал их «отдельными разумами».

Однако «отдельный разум» является отдельным только в том случае, если он чем-то отличается. В контексте инвестирования «отдельный разум», присущий системе 2, отличается от «отдельного разума», присущего системе 1, только в том случае, если он адекватно вооружен необходимым пониманием конкурентных преимуществ компании, способности ее руководства рационально распределять капитал, важных экономических факторов, определяющих стоимость компании, и психологических уроков, удерживающих инвестора от принятия глупых решений.

Мне кажется, что большая часть решений, принимаемых на Уолл-стрит, основывается на мышлении по системе 1. Оно опирается на интуицию. Решения принимаются автоматически и быстро, практически не оставляя времени на вдумчивые размышления. Мышление по системе 2 – глубокое и серьезное. Оно неторопливо и требует концентрации. Мыслители по системе 2 от природы терпеливы. Чтобы мышление по системе 2 работало эффективно, вы должны выделить время для размышлений – и, да, даже для медитации. Вряд ли вы удивитесь, если я укажу, что инвестиционные принципы Уоррена Баффета лучше всего подходят для медленного обдумывания, а не для принятия быстрых решений, характерных для системы 1.

Пробел в интеллектуальной базе

Второй причиной дисрационалии Станович называет отсутствие подходящего содержания для мышления по системе 2. Психологи, изучающие процесс принятия решений, описывают нехватку содержания как пробел в интеллектуальной базе. Понятие впервые сформулировал Дэвид Перкинс, ученый-когнитивист из Гарварда. Он назвал интеллектуальной базой все правила, стратегии, порядки и знания, которые люди имеют в своем распоряжении, чтобы решить проблему. «Как кухонные принадлежности нужны для работы на кухне, а программное обеспечение – для работы с вашим компьютером, интеллектуальная база необходима для работы ума, – объясняет Перкинс. – Сюда входит все, чему человек может научиться, что расширяет его общие способности к критическому и творческому мышлению»[230]230
  Perkins D. N. Mindware and Metacurriculm. In: Creating the Future: Perspectives on Educational Change / comp. and ed. Dee Dickinson. Baltimore: Johns Hopkins University School of Education, 2002.


[Закрыть]
.

Какая интеллектуальная база вам понадобится для активации мышления по системе 2? Как минимум вы должны прочитать годовой отчет компании и годовые отчеты конкурентов. Если окажется, что у компании сильная конкурентная позиция с благоприятными долгосрочными перспективами, вам следует протестировать несколько моделей дисконтирования дивидендов, которые включают различные темпы роста прибыли владельцев компании за разные периоды времени, чтобы получить представление о приблизительной стоимости. Затем изучите и поймите долгосрочную стратегию руководства по распределению капитала. Наконец, вы можете позвонить друзьям, коллегам или финансовым консультантам, чтобы узнать их мнение о вашей компании или, что еще лучше, о конкурентах вашей компании. Обратите внимание: для всего этого не нужно высокое IQ, однако это более трудоемко и требует больших умственных усилий и концентрации, чем просто вычисление текущего соотношения цены и прибыли компании.

Время и терпение

Хотя существует множество доказательств, что долгосрочное мышление, если его терпеливо применять, – лучший способ достижения успеха в инвестировании, похоже, ничего особо не изменилось. Даже финансовый кризис 2008–2009 годов и длительный спад на фондовом рынке не переменили нашего поведения. Сегодня практически вся рыночная активность носит краткосрочный характер. В 1960 году годовой оборот Нью-Йоркской фондовой биржи и Американской фондовой биржи, взвешенный по стоимости, составлял менее 10%. Сегодня этот показатель превышает 300%, что в 30 раз больше, чем за последние 50 лет[231]231
  Dicher I., Long K., Zhou D. The Dark Side of Trading // Emory University School of Law, Research Paper No. 11, 95–143.


[Закрыть]
. Трудно поверить, что этот резкий рост активности не оказал преобразующего воздействия как на рынок, так и на его участников.

Теоретически считается, что увеличение числа участников на фондовом рынке в сочетании с увеличением объемов торгов приводит к лучшему определению цен, что, в свою очередь, ведет к сокращению разрыва между ценой и стоимостью при соответствующем снижении рыночного шума и волатильности. Но в реальности мы узнали, что если большинство участников рынка – спекулянты, а не инвесторы, то, скорее всего, мы увидим прямо противоположное: увеличение торговой активности приведет к увеличению разрыва между ценой и стоимостью, ухудшению рыночного шума и всплескам волатильности. В современном мире инвестор, ставший заложником требований к краткосрочной доходности, не почувствует ничего, кроме недовольства.

Так не должно быть. Успех Уоррена Баффета во многом зависит от его желания играть по-другому. И мы все приглашены присоединиться к нему в этой игре. Единственное условие успешной игры – готовность принять другой набор правил. И среди них нет более важного, чем ценность терпения.

Время и терпение, две стороны одной медали, – вот в чем суть убеждений Баффета. Его успех заключается в терпеливом отношении, которое он спокойно сохраняет как к предприятиям, полностью принадлежащим компании Berkshire, так и к обыкновенным акциям, находящимся в его портфеле. В этом быстро меняющемся мире постоянной активности Баффет намеренно работает медленнее. Сторонний наблюдатель может подумать, что такое якобы «ленивое» отношение означает отказ от легких прибылей, но те, кто оценил процесс, понимают, что Баффет и компания Berkshire накапливают огромные богатства. У спекулянта нет терпения. Баффет, инвестор, живет этим и напоминает нам: «Самое лучшее во времени – это его продолжительность».

Итак, мы возвращаемся к важному вопросу об эмоциях и их противоположности – рациональности. Одного интеллекта недостаточно для обеспечения успеха инвестиций. Размер мозга инвестора менее важен, чем способность отделить мозг от эмоций. «Разумность необходима, когда другие принимают решения, руководствуясь сиюминутной жадностью или страхом, – говорит Баффет. – Именно тогда инвесторы зарабатывают деньги»[232]232
  Loomis C. Tap Dancing to Work. P. 101.


[Закрыть]
.

Баффет признает, что не становится ни богаче, ни беднее из-за краткосрочных колебаний цен на рынке, поскольку его период владения активом рассчитан на более длительный срок. Очень многие люди не могут вынести дискомфорта, вызванного снижением курса акций, но Баффета это не пугает, поскольку он считает, что способен лучше рынка оценить компанию. Баффет полагает, что если вы не можете выполнять свою работу лучше рынка, то вам не место в игре. Он проводит сравнение с покером: если вы играете уже некоторое время, но до сих пор не знаете, что значит «легкая добыча», то вы и есть легкая добыча.

При отсутствии рациональности инвесторы легко переходят к мышлению по системе 1, которое подходит для решения простых и предсказуемых задач, но не для осуществления сложных планов на фондовом рынке. При отсутствии рациональности инвесторы становятся рабами базовых эмоций – страха и жадности, – и им суждено стать легкой добычей в игре под названием инвестирование.

Глава 8. Величайший инвестор в мире

Уоррена Баффета часто называют величайшим инвестором в мире – но как этому поверить? Чем подкрепить такое утверждение? На мой взгляд, здесь нужно обратить внимание на две простые переменные: относительное превосходство в прибыли и продолжительность успеха. Важны обе. Недостаточно просто превзойти фондовый рынок в краткосрочной перспективе. Бесчисленное множество людей в то или иное время делали это. Важно превосходить рынок на протяжении долгих лет. Как метко описывает Майкл Мобуссин в своей книге The Success Equation (Harvard Business School Press, 2012), в бизнесе, спорте и инвестировании есть мера как удачи, так и мастерства. И определить, что преобладает – удача или мастерство, – можно лишь проанализировав результаты через определенное время. Удача способна сыграть свою роль в краткосрочной перспективе, но Мудрое Время покажет, было ли задействовано мастерство. Здесь Баффету нет равных.

Карьера Уоррена Баффета в управлении капиталом насчитывает почти шестьдесят лет. Она разделена между временем, когда он руководил партнерством Buffett Investment Partnership, Ltd. (1956–1969), и гораздо более длительным периодом управления компанией Berkshire Hathaway начиная с 1965 года, когда Баффет возглавил ее.

В относительно молодом возрасте, в 25 лет, имея небольшую сумму (его инвестиции составили всего 100 долларов), Баффет основал партнерство. И хотя оно стремилось к получению годовой прибыли не менее 6%, Баффет поставил перед собой гораздо более сложную цель: опережать промышленный индекс Доу – Джонса на десять процентных пунктов в год. Он достиг большего: в период с 1965 по 1969 год совокупный годовой прирост прибыли партнерства Баффета составлял 29,5%, что было на двадцать два процентных пункта выше Доу – Джонса. Инвестор, который вложил бы 10 тысяч долларов в партнерство Баффета в самом начале и удерживал их там до конца, после выплаты доли Баффета получил бы чистую прибыль в размере 150 270 долларов. Та же сумма, вложенная в Доу – Джонс, выросла бы до 15 260 долларов. За указанный период Доу – Джонс пять раз терял деньги в разные годы. Баффет получал прибыль и каждый год опережал индекс.

В те дни лишь немногие успешные менеджеры могли сравниться с Баффетом. Джеральд Сай и Фред Карр, два самых известных управляющих фондами взаимных инвестиций, прогремели на фондовом рынке в середине 1960-х годов – примерно в то время, когда Баффет подумывал о закрытии партнерства. Они создали, а затем разрушили свою репутацию, покупая высокоспекулятивные акции. В одной из ранних статей для журнала Fortune, озаглавленной «Джонс, за которым не угнаться» (апрель 1966 года), Кэрол Лумис сравнила достижения партнерства Баффета со знаменитым управляющим хедж-фонда Альфредом Уинслоу Джонсом. В то время компания A.W. Jones & Company существовала уже десять лет, а Баффет управлял деньгами всего девять. Кэрол проанализировала итоговую доходность обоих инвесторов за последние пять лет и обнаружила, что Баффет вырвался вперед, показав 334% доходности против 325% Джонса. Но как отметила Кэрол, Баффет вскоре закрыл свое партнерство, а Джонс остался в игре, страдая вместе со всеми прочими, кто не мог увидеть, что акции сильно переоценены.

Даже если не принимать во внимание невероятный послужной список инвестиционного партнерства Баффета, утверждение, что он величайший инвестор в мире, можно легко подтвердить его достижениями в компании Berkshire Hathaway, как видно из табл. 8.1. За 48 лет, с 1965 по 2012 год, балансовая стоимость Berkshire Hathaway выросла с 19 долларов на акцию до ошеломляющих 114 214 долларов на акцию, что соответствует годовой норме прибыли в 19,7%. Для сравнения: индекс S&P 500 с учетом дивидендов вырос на 9,4%. За 48 лет индекс S&P 500 терял прибыль 11 лет – почти каждый пятый год, а у компании Berkshire выдалось всего два неприбыльных года.

Таблица 8.1

Корпоративные показатели компании Berkshire в сравнении с индексом S&P 500

Исходя из одних только цифр – высоких показателей, сохраняющихся на протяжении длительного времени, – трудно поспорить с утверждением, что Уоррен Баффет – величайший инвестор в мире. Но что, если мы посмотрим не только на цифры?

Уоррен Баффет как он есть

Что сказать о человеке, который начал управлять капиталом, когда еще Дуайт Эйзенхауэр был президентом, и продолжает успешно играть в эту игру почти шесть десятилетий спустя?

В младшем школьном возрасте Баффет публично объявил, что к тридцати годам станет миллионером, а если нет – спрыгнет с самого высокого здания в Омахе. Конечно, он пошутил насчет прыжка, но даже его амбиции не отражали всех итоговых достижений. Сегодня он намного превзошел свои юношеские цели, но те, кто близко знаком с Баффетом, знают, что его мало волнует образ жизни миллиардера. Он по-прежнему живет в том же доме в Омахе, который купил в 1958 году, ездит на американских автомобилях последних моделей и предпочитает изысканной кухне чизбургеры, кока-колу и мороженое. Его единственная слабость – любимый частный самолет. «Дело не в том, что я хочу денег, – сказал однажды Баффет. – Мне нравится зарабатывать деньги и наблюдать за приростом капитала»[233]233
  Lowenstein R. Buffett. P. 20.


[Закрыть]
. Как мы знаем из главы 1, теперь он также получает огромное удовольствие, жертвуя деньги на благотворительность.

В мире, где патриотизм слишком часто превращается в пустое клише, Уоррен Баффет беззастенчиво оптимистичен в отношении будущего Соединенных Штатов Америки. Он никогда не стеснялся выражать уверенность, что Соединенные Штаты предоставляют огромные возможности каждому, кто готов усердно трудиться. Он жизнерадостен и с оптимизмом смотрит на жизнь в целом. Расхожее выражение гласит, что в молодости все люди – оптимисты, а с возрастом пессимизм начинает склонять чашу весов в свою сторону. Но Баффет, похоже, исключение. И на мой взгляд, отчасти причина в том, что на протяжении почти шести десятилетий он управлял деньгами на фоне целой череды драматичных и печальных событий только для того, чтобы увидеть, как фондовый рынок, экономика и страна восстанавливаются и процветают.

Поищите в интернете примечательные события 1950, 1960, 1970, 1980, 1990-х годов и первого десятилетия XXI века. Все их здесь не перечислить, но заголовки газетных статей в те годы кричали о балансировании на грани ядерной войны, об убийствах и отставках президентов, о гражданских беспорядках, региональных войнах, нефтяном кризисе, гиперинфляции и двузначных процентных ставках, о террористических атаках… не говоря уже о периодическом спаде и обвалах фондового рынка.

Когда Баффета спросили, как он справляется с опасными ситуациями, которые могут обрушить рынки и неизбежно отпугивают большинство инвесторов, он в своем простодушном стиле признался, что просто пытается быть «жадным, когда другие боятся, и боязливым, когда другие жадничают». Однако я думаю, что за этим кроется гораздо большее. Баффет обладает хорошо развитой способностью не только выживать в опасные времена, попавшие в заголовки газет, но и активно инвестировать в трудные периоды.

Преимущество Баффета

Многие годы ученые и профессионалы в области инвестиций спорили о достоверности так называемой теории эффективного рынка. Как вы, возможно, помните из главы 6, эта противоречивая теория предполагает, что анализ акций – пустая трата времени, поскольку текущие цены уже отражают всю доступную информацию и в некотором смысле рынок сам проводит все необходимые вам исследования. Сторонники этой теории, лишь отчасти в шутку, утверждают, что инвесторы могут повесить страницу с биржевыми котировками на стену и метать в нее дротики, тем самым выбирая акции не менее успешно, чем опытный финансовый аналитик, часами изучающий последние годовые отчеты или квартальную отчетность.

Однако успех тех, кто постоянно опережает основные индексы – и в первую очередь Уоррена Баффета, – свидетельствует, что теория эффективного рынка ошибочна. Ее противники, включая Баффета, утверждают, что причина, по которой многие финансовые менеджеры не могут превзойти рынок, заключается не в его эффективности, а в том, что их методы неверны.

Консультанты по вопросам управления считают, что успешный бизнес обладает тремя неоспоримыми преимуществами: поведенческим, аналитическим и организационным[234]234
  Principals and Agents: The Structure of Business / eds. by John Pratt, Richard Zeckhauser. Boston: Harvard Business School Press, 1985.


[Закрыть]
. Изучая методы Уоррена Баффета, мы можем увидеть каждый из этих компонентов в действии.

Поведенческое преимущество

Баффет уверен, что для успешного инвестирования не требуется обладать высоким IQ или проходить официальные курсы, которые есть в большинстве бизнес-школ. Главное – склад характера. И здесь Баффет имеет в виду разумность. В основе разумности лежит способность заглядывать за пределы настоящего и анализировать несколько возможных сценариев, в конечном счете делая осознанный выбор. В этом вся суть Уоррена Баффета.

Те, кто знает Баффета, сходятся во мнении, что именно разумность отличает его от остальных. «Мои занятия на юридическом факультете Гарварда посещали тысячи людей, – сказал Чарли Мангер. – Я знал всех лучших студентов, но не было никого способнее Уоррена. Его мозг – в высшей степени рациональный механизм»[235]235
  Loomis C. Tap Dancing to Work. P. 101.


[Закрыть]
. Кэрол Лумис из журнала Fortune, которая знает Уоррена Баффета более пятидесяти лет, также считает, что разумность – самая важная составляющая его инвестиционного успеха[236]236
  Из беседы с Кэрол Лумис от февраля 2012 года.


[Закрыть]
. Роджер Ловенштейн, автор книги Buffett: The Making of an American Capitalist, говорит: «Гений Баффета – это в значительной степени гений характера: терпения, дисциплины и разумности»[237]237
  Lowenstein R. Buffett.


[Закрыть]
.

Билл Гейтс, член совета директоров компании Berkshire Hathaway, тоже считает разумность отличительной чертой Баффета. Это стало очевидным, когда два друга провели день, отвечая на вопросы студентов, собравшихся в аудитории Вашингтонского университета в Сиэтле. Один из первых вопросов прозвучал так: «Как вы всего добились? Как вам удалось стать богаче Бога?» Баффет глубоко вздохнул и заговорил: «В моем случае все довольно просто. Уверен, вам будет приятно услышать, что дело не в IQ. Главное – разумность. Я всегда рассматриваю коэффициент интеллекта и талант как показатели мощности двигателя, но отдача – эффективность, с которой работает двигатель, – зависит от разумности. Многие люди стартуют с двигателем мощностью 400 лошадиных сил, но получают отдачу только в 100 лошадиных сил. Гораздо лучше иметь двигатель мощностью 200 лошадиных сил и использовать его по полной».

«Так почему же умные люди совершают поступки, которые мешают им получить заслуженный результат? – продолжил Баффет. – Это зависит от привычек, характера и темперамента, а также от разумности. Такие люди не идут собственным путем. Как я уже сказал, у каждого из присутствующих здесь есть возможность делать абсолютно все, что делаю я, и даже больше. Кто-то из вас сможет, а кто-то нет. У последних это будет связано с тем, что таков ваш путь, а не с тем, что мир вам чего-то не позволяет»[238]238
  Loomis С. Tap Dancing to Work. P. 134.


[Закрыть]
.

Все, кто его знает, да и сам Баффет, сходятся во мнении: движущая сила Уоррена Баффета – разумность. Рычаг его инвестиционной стратегии – разумное распределение капитала. Распределяя доходы компании, руководитель принимает наиболее важное решение. Инвестор принимает такое решение, распределяя свои сбережения. Разумность – проявление рационального мышления при принятии решения – качество, которым больше всего восхищается Баффет. Несмотря на присущие финансовым рынкам причуды, в их основе лежит здравый смысл. Успех Баффета – результат того, что он обрел этот здравый смысл и никогда не отклонялся от него.

Аналитическое преимущество

Когда Баффет инвестирует, он анализирует выбранную компанию. Большинство инвесторов обращают внимание только на курс акций. Они тратят слишком много времени и усилий на наблюдение, прогнозирование и предвосхищение изменений цен и слишком мало – на понимание бизнеса, которым частично владеют. Каким бы элементарным это ни казалось, именно здесь кроется отличие Баффета от других.

Владение и управление бизнесом дало ему явное преимущество в аналитическом мышлении. Баффет пережил как успех, так и неудачу в деловых начинаниях и применил усвоенные уроки на фондовом рынке. Большинство профессиональных инвесторов не получили такого же полезного образования. Пока они занимались изучением моделей оценки капитальных активов, бета-коэффициента и современной портфельной теории, Баффет анализировал отчеты о прибылях и убытках, требования к реинвестированию капитала и возможности его компаний по генерированию денежных средств. «Вы можете объяснить рыбе, каково это – ходить по суше? – спрашивает Баффет. – Один день, проведенный на суше, стоит тысячи лет разговоров о нем, и один день ведения бизнеса имеет такую же ценность»[239]239
  Loomis C. The Inside Story of Warren Buffett // Fortune, April 11, 1988, 34.


[Закрыть]
.

Баффет считает, что инвестор и бизнесмен должны смотреть на компанию одинаково, потому что оба хотят, по сути, одного и того же. Бизнесмен стремится купить всю компанию целиком, а инвестор – ее часть. Если спросить бизнесменов, о чем те думают при покупке компании, они, скорее всего, ответят: «Сколько денег может принести этот бизнес». Теория финансов гласит, что со временем возникает прямая зависимость между стоимостью компании и ее способностью генерировать денежные средства. Следовательно, чтобы получить прибыль, бизнесмен и инвестор должны учитывать одни и те же переменные.

«На наш взгляд, – говорит Баффет, – студентам, изучающим инвестиции, нужно хорошо освоить только два курса: как оценивать бизнес и как рассматривать рыночные котировки»[240]240
  Berkshire Hathaway Annual Report, 1996, 16.


[Закрыть]
.

Помните, что фондовый рынок подвержен маниакально-депрессивному состоянию. Иногда он испытывает дикий энтузиазм по поводу будущих перспектив, а временами необоснованно впадает в депрессию. Конечно, это создает возможности, особенно когда акции выдающихся компаний доступны по неразумно низким ценам. Но точно так же, как вы не стали бы следовать указаниям консультанта, проявляющего маниакально-депрессивные наклонности, вы не должны позволять рынку диктовать вам условия. Фондовый рынок не наставник, он существует лишь для того, чтобы помочь вам разобраться с механикой покупки или продажи акций. Если вы считаете, что фондовый рынок умнее вас, отдайте ему свои деньги, инвестируя в индексные фонды. Но если вы хорошо подготовились и уверены, что разбираетесь в выбранном бизнесе, не обращайте на него внимания.

Баффет не прикован к компьютеру, на экране которого бесконечно меняются курсы акций, и, похоже, прекрасно обходится без этого. Если вы планируете несколько лет владеть акциями выдающейся компании, то ежедневные изменения фондового рынка не должны вас волновать. Вы будете удивлены, обнаружив, что ваш портфель ценных бумаг прекрасно обходится без постоянного наблюдения за рынком. Если не верите, попробуйте проверить. Постарайтесь хотя бы двое суток не заглядывать в биржевые котировки. Не ищите информацию в компьютере или мобильном телефоне, не просматривайте газеты и не включайте биржевые сводки по телевидению или радио. Если через два дня с вашими компаниями все по-прежнему будет в порядке, попробуйте не проверять фондовый рынок три дня, а затем – целую неделю. Очень скоро вы убедитесь, что ваши инвестиции не пострадают, а компании продолжат работать без вашего постоянного внимания к биржевым котировкам.

«После покупки акций мы не встревожимся, даже если фондовые рынки закроются на пару лет, – говорит Баффет. – Нам не нужны ежедневные котировки нашей стопроцентной позиции в See’s Candies, чтобы подтвердить свое благополучие. Зачем же тогда нам проверять и успехи компании Coca-Cola?»[241]241
  Berkshire Hathaway Annual Report, 1993, 15.


[Закрыть]
Баффет совершенно ясно дает понять, что ему не требуется знать курс акций, чтобы быть уверенным в своих инвестициях в обыкновенные акции компании Berkshire. То же относится и к индивидуальным инвесторам. Вы поймете, что приблизились к уровню Баффета, когда начнете проверять фондовый рынок с единственной мыслью: «Совершил ли кто-нибудь в последнее время какую-нибудь глупость, которая даст мне возможность купить хороший бизнес по выгодной цене?»

Точно так же, как люди проводят бесплодные часы, беспокоясь о состоянии фондового рынка, они напрасно переживают из-за экономики. Если вы обнаружите, что обсуждаете, готова ли экономика к росту или склоняется к спаду, повышаются или понижаются процентные ставки, наблюдается инфляция или нет, остановитесь! Дайте себе передышку. Баффет наблюдает за экономикой со стороны, но не тратит много времени и сил на анализ с целью предсказать дальнейшую экономическую ситуацию.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю