Текст книги "Диссонанс (СИ)"

Автор книги: Рита Лурье

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 25 страниц)

– Ладно, – согласился Итан, – ты права. Но, знаешь, когда мы только приехали, мне показалось, что здесь кто-то бывал. Кое-где была стерта пыль, валялись какие-то вещи…

– У меня для тебя плохие новости, – безжалостно припечатала Мелисса, – этот «кто-то» – бездомные бродяги, обосновавшиеся здесь, пока дом пустовал, а не твоя пропавшая жена…

– Ну, как минимум, она всегда была такой же неряшливой, – усмехнулся мужчина.

Мэл не оценила шутку. Она залпом допила коньяк в бокале и скорчила брезгливую физиономию. Джуди никогда ей не нравилась – ни тогда, ни после её исчезновения. Итан был уверен, что сейчас подруга детства, как обычно, примется с чувством злословить о его жене и винить ту во всех смертных грехах.

«Эта сука бросила тебя и Эрвина. С чего бы мне ей симпатизировать?»

Мелисса столько раз повторяла эту мантру, что забыла, как всё было на самом деле. Будто Джуд и правда просто сбежала на поиски приключений, устрашившись материнства, ответственности и семейной жизни. Мэл напрочь выкинула из уравнения черноглазую тварь.

Временами Итан и сам почти в это верил – он же отрёкся от магии. Проще было поискать какое-то другое объяснение случившемуся десять лет назад: рациональное и, главное, реалистичное.

– Да ну тебя к чёртовой матери, – надулась Мэл. – Я устала. Не понимаю, как ты сам не устал.

Прихватив свой коньяк, она удалилась наверх – скорее всего, в ту самую спальню, где ночевала, будучи подростком. Именно там непродолжительное время они делили постель. Теперь вспоминать об этом было неловко и странно.

– Странно, – повторил Итан, чтобы разогнать тишину, наполнившую гостиную с уходом Мелиссы.

Спать не хотелось – возвращение в этот дом слишком его взбудоражило, а его дневник, найденный в тайнике, так и манил предаться ностальгии. Это начинание не сулило ничего хорошего, кроме новых душевных мук, но устоять перед мазохистским удовольствием было невозможно.

Разок то можно?

Скоро они уедут навсегда.

Это – своего рода прощание.

Мужчина засиделся над старой тетрадью до глубокой ночи, когда появилась она: светловолосая девчонка, похожая на эльфа из свиты Санта-Клауса или маленькое грустное привидение. Но прозрачной она не была, а состояла из плоти и крови. Итан ощутил это, стоило неопознанной мелюзге повиснуть на нём с криком «Папа»!.

Вероятно, произведенный девочкой-призраком шум разбудил Эрвина. По полу мягко прошаркали его шаги, приглушённые толстыми носками с оленями.

– Ой, – выдохнул мальчик, завидев незваную гостью, – Мэнди, ты здесь! Почему ты меня не разбудила?

«Мэнди», – повторил Итан про себя.

Та самая Мэнди?

Прежде чем он успел хоть немного разобраться в ситуации, девочка, смутившись, бросилась наутёк. Не в каминную трубу или окно. Она помчалась к зеркалу на стене, в котором при её приближении сам собой открылся портал.

Эрвин ринулся за ней следом.

У Итана была ровно минута на принятие решения, но решать тут было нечего: он не мог позволить сыну пропасть, как когда-то пропала его мать.

Этот ребёнок был всем, что у него осталось.

Без него можно будет без промедления вышибить себе мозги из пистолета Джуд.

Итан тоже ступил в жидкое серебро, торопясь сделать это, пока дверь между мирами не захлопнулась.

Часть первая

Глава вторая

Десять лет назад.

Джуди посмотрела на него в последний раз глазами полными слёз. Это не продлилось и минуты. Её взгляд был, словно выстрел – он ужалил и прошёл вскользь.

Итану вспомнилось, как однажды она пальнула в него из своей пушки, чтобы приструнить в момент помутнения.

Сейчас было больнее.

– Пожалуйста, позаботься о нём, – прошептала Джуд, и, бесстрашно взяв руку Камилы, этой лживой твари, шагнула в портал. По зеркалу разбежались волны, а потом оно успокоилось.

Итан увидел в отражении себя – перепуганного и бледного. Он все ещё прижимал к груди Эрвина, спелёнатого в одеяло, будто прощальный подарок в упаковке.

Хорош подарочек!

Его не должно было здесь быть! Почему Тень не забрала ребёнка, как изначально собиралась? Или это никогда не входило в её планы?

Выходит, нет.

Перед тем, как всё это случилось, она сказала Джуди:

«Я тебя предупреждала».

Камила знала, что Итан станет торговаться и предложит ей мальчика. Она хотела, чтобы Джуд увидела истинное лицо своего мужа – гадкое, подлое лицо беспринципного колдуна, выкормыша безобразного мира магов, где не было ничего святого, и даже младенец шёл за разменную монету в какой-то грязной игре. Не его плоть и кровь, значит, можно пожертвовать. Ставки были высоки: чужое дитя или любимая женщина?

Кто на месте Итана поступил бы иначе?

У него, по сути, не было выбора.

Впрочем, с оправданиями он опоздал.

«Это ради тебя! – мысленно возмутился он, – ради тебя, Джудс! Почему ты этого не поняла?»

Руки ослабели, и, чтобы не выронить Эрвина, он отнёс его к постели. На самом деле Итану противно было прикасаться к ребёнку, из-за которого он потерял её – любовь всей своей жизни.

Нет, не потерял.

Он не собирался сдаваться без боя.

Итан бросился к зеркалу и принялся творить ритуал. Он сможет нагнать их по горячим следам, и тогда чёртовой Камиле не поздоровится! Он голыми руками оторвёт голову твари, посмевшей посягнуть на самое дорогое, что у него есть.

Но зеркало стало чёрным.

В ушах загудело, а из носа потоком хлынула кровь. Звук капель, падающих на линолеум, в тишине раздавался зловещим набатом. Даже Эрвин проснулся, кашлянул и тревожно заворочался в слоях ткани.

– Стой! – вдруг закричал кто-то посторонний.

Итан не послушался, сконцентрировавшись на бурлящей тьме перед ним. Мрак засасывал в себя. Ещё немного и ему удалось бы проникнуть через плотную мембрану и шагнуть внутрь – не телом, но разумом.

Он не отреагировал на чужие руки, тянущие его назад, но, если бы не они, вовремя дёрнувшие Итана в сторону, осколки взорвавшегося зеркала впились бы ему в лицо и выжгли глаза.

Его окатило стеклянным дождём.

Разлепив веки, Итан увидел подле себя Мелиссу, и выглядела она хуже покойницы. Её раны были наспех обработаны и забинтованы, но всё равно кровоточили. Крови вокруг них стало больше и теперь в ней медленно плавали осколки зеркала.

– Что… – начал Итан, но пощёчина вынудила его заткнуться. Удар отнял у Мэл последние силы – немудрено, ведь она, подстреленная Джуди, как-то доползла сюда из особняка Уокеров.

– Это ты мне скажи, какого хрена тут происходит, – потребовала колдунья глухим, хриплым голосом. Она тяжело дышала, и между словами пролегали длинные паузы.

Эрвин заплакал, а в дверном проеме нарисовалась кислая рожа ведьмы, которая ходила у Мелиссы в прислужницах. Девчонка была бледнее мела и, судя по кривящемуся рту, хотела что-то сказать, но остерегалась нарваться на недовольство хозяйки. Повоевав с собой, она всё-таки проблеяла:

– Госпожа…

– Умолкни, – приказала Мэл и кивнула на ребёнка, – забери его отсюда. Ему нечего тут делать.

Мелисса покосилась на Итана, ожидая, что он станет возражать, но он молчал.

Да плевать он хотел на этого чёртового мальчишку! Пусть ведьмы хоть запекают его в печи, как это принято у них в детских сказках.

«Позаботься о нём», – снова зазвучал в его голове голос Джуди.

Он огрызнулся про себя:

«Джуд, не пойти бы тебе…?»

А она и пошла.

Итан застонал и накрыл лицо руками, размазав кровь. Ладони жгло, и, убрав их, он увидел застрявшие в коже мелкие осколки.

– Соберись, – потребовала Мелисса, стоило другой колдунье оставить их одних, – объясни мне, что стряслось. Где твоя…

Встретившись с ним взглядом, она осеклась.

– … жена, – закончила она. Итан понял, что Мэл собиралась использовать другое слово и уже начала его произносить, когда в ней проснулся здравый смысл. Им сейчас не хватало только поругаться из-за её грубости и неуважительного отношения к Джуди. В результате вышло «шена».

Итан и сам не был способен на злость: попытка создать портал его полностью опустошила, но в мыслях наконец прояснилось. Он быстренько всё взвесил и пришёл к выводу, что Мелиссе не нужно знать правду. Причины не было. На всякий случай. Вранье и утаивание важных вещей давно вошли у него в привычку.

– Она сбежала, – сказал он.

– Сбежала? – недоверчиво повторила Мэл, легко уловив подвох. – И бросила своего отпрыска?

– Я не дал ей его забрать, – выдал Итан. От этой жалкой лжи на душе сделалось совсем худо. Он бы так не поступил! Не стал бы шантажировать Джуд, удерживая её подле себя против воли.

Вот и Мелисса без труда его раскусила.

Конечно-конечно, он позволил бы ведьме уволочь куда-то мальчика, оказавшегося тут в качестве заложника и залога возвращения беглянки.

– Ты врёшь, – уличила Мэл и продолжила тихо и вкрадчиво, чётко произнося каждое слово: – Прекрати это, Итан. Я – единственная, кто может помочь. Я хочу услышать правду: что здесь случилось?

– Твари нужна была она, а не ребёнок. Они вместе ушли в зеркало.

– Ну и ну… – протянула Мелисса, – и… это было условием вашего договора с монстром? Сейчас то ты уже можешь мне рассказать. Ты пожертвовал своей женой и ради чего… ради спасения Лорны⁈ Этой старой суки⁈ Которая всё равно потом сдохла⁈ Да ты умеешь вести дела, старина!

– Всё не так, – возразил Итан. – Монстр не говорил, что спасёт её. Он обещал дать мне силу, чтобы я смог сделать это сам, но она умерла не от болезни, Мэл. Мама покончила с собой, и никакая магия не смогла бы этому помешать.

– Я не знала, – обескураженно пробормотала Мелисса.

– В газетах об этом не писали, откуда бы ты об этом узнала, – вздохнул он. – Но, что хуже всего, Лорна не была больна. Она прикидывалась, чтобы мной манипулировать. Ловко она придумала, а?

Мэл уронила подбородок Итану на плечо, а затем осела ему на руки всем телом. Она всегда была сильной девчонкой, сколько он её помнил, но получила серьёзные повреждения и явно держалась на чистом упрямстве.

– Мне очень жаль, – произнесла она слабым голосом, – мне так жаль, Ит! Если бы Лорна была жива, я бы сама её за всё это прикончила!

– Прекрати.

– Мы что-нибудь придумаем, – заверила его Мелисса, кое-как снова выпрямившись, чтобы заглянуть Итану в лицо. – Клянусь, мы вернём твою жену и надерём монстру его монструозную жопу!

Он выдавил из себя улыбку. Ему не нужна была помощь Мэл. Итан уже потихоньку обдумывал дальнейший план своих действий, которым не собирался делиться ни с ней, ни с кем-либо другим.

Хватит втягивать в это посторонних.

Он заварил эту кашу, ему и расхлебывать.

– Нам лучше вернуться в особняк, – резонно заметила Мелисса.

Поддерживая друг друга, словно два изувеченных солдата, покинувшие передовую, они доковыляли до поместья Уокеров. Там их уже поджидала маленькая ведьма, которая вся извелась от беспокойства за свою госпожу. Итан передал ей на руки почти бездыханную Мэл.

– Ты уверена, что не стоит вызвать скорую? – осторожно уточнил он.

– А ты уверен, что хочешь рассказать копам, что меня подстрелила твоя жена? – ощерилась Мелисса.

– Нет, – признался Итан.

Она вдруг выставила перед собой перемазанную в крови ладонь. Её глаза сузились в щёлки. Ранение не сделало её менее страшной в гневе.

– Ключ, ублюдок, – потребовала она, – отдай.

Ключ, от комнаты, где Мэл заперла все зеркала. Итану удалось стянуть его, пока она болталась в его руках, словно огромная тряпичная кукла. Он был чрезвычайно горд собой и рассчитывал, что Мелисса не заметит пропажу так скоро.

– Не понимаю, о чём ты… – сделал он недоумённое лицо.

– Ладно, – с удивительной лёгкостью согласилась Мэл. – Да делай ты, что хочешь, идиот несчастный. Ничему тебя жизнь не учит! Но если ты сдохнешь, я не буду заботиться о твоём мальчишке, а сдам его в сиротский приют.

Сказав это, она повисла на своей помощнице, и вместе они начали восхождение по лестнице, ведущей на второй этаж дома. Итан проводил покачивающуюся парочку взглядом. Стоило бы им помочь, но он и сам едва стоял на ногах. Голова раскалывалась, а перед глазами прыгали разноцветные пятна.

«Он не мой, – зло подумал он, – и плевать я на него хотел».

Но это была очередная ложь.

Эрвин – последнее, что осталось от Джуди. Её сын. Кем бы ни был настоящий отец этого ребёнка, половина в нём от неё.

Это уже больше, чем ничего.

Спустя десять лет и несколько дней.

«Земную жизнь пройдя до половины, я очутился в сумрачном лесу» – волей-неволей пришло на ум.

Впрочем, Итану было не до вычерчивания литературных параллелей со своим бедственным положением: дети шустро мчались по тому самом лесу, а он, как не силился их нагнать, всё равно отставал.

Он и представить себе не мог, что снова окажется здесь спустя столько времени, и не испытывал и толики воодушевления от вида треклятого мира между мирами.

Зеркало, из которого они выбрались, осталось далеко позади, зато за деревьями замаячило другое – похожее на предыдущее как две капли воды. Возможно, это оно и было, ведь здесь пространство и время существовали по каким-то своим особым законам. Когда-то Итан бился-бился, да так и не смог разобраться, как это устроено.

Девчонка, Мэнди, шмыгнула в портал, а Эрвин на минуту замешкался. Итану почти удалось схватить сына за воротник пижамы, но пальцы мазнули по воздуху.

Мужчина нырнул в серебро, и, не рассчитав вложенного усилия, неуклюже плюхнулся на паркет. Паркет особняка Уокеров. Оторвав физиономию от пола, Итан узнал свою старую спальню, ничуть не изменившуюся за годы.

Выходит, они сделали круг и воротились в исходную точку.

Тут он, к сожалению, сильно заблуждался. Взгляд выцепил пару деталей, вынудивших мозг завопить о чудовищном несоответствии: на спинке стула висел пиджак от школьной формы, а на письменном столе горел ночник, который Итан видел впервые в жизни. У него точно такого не было. Но выяснять, откуда взялся чужеродный предмет, он не собирался.

Его голову заполнила одна-единственная мысль, раздувшаяся, словно воздушный шар:

Им нужно убраться отсюда как можно скорее. Не важно, что есть в этой комнате, а чего нет. Здесь Эрвин. Эрвина тут быть категорически не должно.

Итан подскочил к сыну, намереваясь сгрести его в охапку и уволочь в зеркало, пока портал ещё открыт, но мальчик резко выставил перед собой ладони.

– Пап, подожди! – взмолился он. – Я всё тебе объясню!

– Я в этом не сомневаюсь! – рявкнул мужчина. – Объяснишь всенепременно. Но, клянусь, у тебя будут большие неприятности, парень!

Сын испуганно вжал голову в плечи: он не привык, чтобы отец повышал на него голос.

Нехорошо.

Итан приказал себе сбавить обороты – дело дрянь, но забываться не стоит. Он избегал уподобляться своей матери в её изуверских педагогических методах.

Эрвину не придётся трястись от страха рядом с ним, как в детстве трясся сам Итан, пока мать орала, как ненормальная, и швырялась вещами. Если бы только это: она частенько распускала руки в «воспитательных целях». И удар у неё был крепкий.

– Нет! – вдруг встряла девчонка, загораживая Эрвина собой. – Пожалуйста… послушай.

– А ты кто такая? – переключился на неё мужчина.

– Меня зовут Мэнди, – ответила она, тут же смущённо потупив взор.

– Это я уже понял, – вздохнул Итан. – Но… что… дьявол.

Его резко оставили силы, и, сделав пару шагов назад, он опёрся о письменный стол. Краем глаза он заметил, что зеркало успокоилось.

Просто блеск! Теперь они тут застряли.

– Пап, не выражайся, – попросил Эрвин, улыбнувшись уголком рта, – здесь же Мэнди. Она, между прочим, твоя дочь.

От этого шокирующего заявления девочка сделалась ещё бледнее. Судя по её лицу, она подумывала сбежать – не то в зеркало, не то в дверь, не то в окно.

Верное решение!

Итан был ошарашен не меньше неё.

– Что, прости? – переспросил он. – Ты, должно быть, шутишь, малец? Почему я об этом не знал?

Им овладела странная веселость, за которой он успешно спрятал нарастающую панику.

О, мужчина без труда понял, что здесь творится, кто эта девочка и как всё это стало возможным. Объяснение нашлось с поразительной лёгкостью: это чужой мир. Мир, где есть какой-то другой Итан, у которого есть дочь Мэнди, за каким-то чёртом попёршаяся в зеркало, чтобы принести хаос в жизнь Эрвина. В их жизнь, кое-как отлаженную на руинах.

Итан когда-то сталкивался с чем-то подобным, но надеялся, что этот кошмар остался позади и никогда не повторится вновь.

Это было наивно.

– Ты только не сердись! – тем временем взмолился Эрвин. – Понимаешь, пап, параллельные измерения существуют, прямо как в кино! Круто, да?

– Угу, – хмыкнул мужчина. Он невольно умилился тому наивному восторгу, что сын испытывает от своего грандиозного открытия. В первое время Итана тоже всё это чрезвычайно увлекало и завораживало, но потом он горько пожалел, что дерзнул играть с такими вещами. Это так ему аукнулось, что приходилось разгребать последствия до сих пор.

«А чего ты ждал? – спросил он себя, – ты забыл, кем была мать этого ребёнка?»

Кем была, откуда пришла и… куда делась.

Не была.

Итану хотелось верить, что Джуди ещё жива, пусть и на необозримо далёком расстоянии. В одном из этих самых параллельных миров. Добегалась и осела, устав скакать как блоха из зеркало в зеркало.

Тень не собиралась её убивать, нет.

Ей нужно было что-то другое.

Транспорт?

Но почему именно Джуд? В те годы Итан и сам мог доставить тварь туда, куда ей понадобилось. Зачем было всё так усложнять?

Что-то не клеилось.

И сейчас был не самый подходящий момент, чтобы об этом поразмышлять. Хватало и других проблем:

– Так вот, – деловито продолжал Эрвин, – мы случайно познакомились с Мэнди. Она из измерения, похожего на наше. Ну… из этого. – Он окинул комнату рукой, будто опытный экскурсовод, демонстрирующий красоты иногороднему туристу.

– Случайно – как? – уточнил Итан.

– Ну… я провалился в зеркало, – мальчик чуть смутился и из-за этого начал тараторить, – и попал в лес. А в лесу была Мэнди. Она искала своего папу, то есть тебя. В этом мире у вас с мамой родилась она, а не я. Но её папа пропал, как наша мама, и…

– Грёбаное блядство, – не сдержался мужчина, наплевав на присутствие детей.

Сами виноваты.

Что они тут, блин, устроили?

Он закрыл лицо ладонями и потряс головой. Она болела так, будто от всех этих потрясающих новостей мозг разбух и давит на череп изнутри. Пожалуй, даже зловещие магические эксперименты не доставляли такого нестерпимого физического дискомфорта. А тогда Итан был куда моложе и выносливее.

– Пап? – испуганно позвал Эрвин.

«Есть заклинание, стирающее память, – принялся успокаивать себя мужчина, – Мэл это раз плюнуть. Ему нельзя знать про всё это дерьмо».

Но что делать с его дурацкой подружкой? Куда бы они не уехали, зеркала есть везде. Итан сможет выкинуть их из нового дома, но как быть со школой, общественными местами и жилищами других людей? Не в глухом же лесу им придётся поселиться, чтобы эта Мэнди до них не добралась? Если эта девочка – их с Джуди дочь, она, без сомнения, такая же упёртая и настырная, как её мать.

Джуд когда-то смогла прыгнуть на десять лет назад, лишь бы только найти Итана!

Лучше бы… она этого не делала.

– Всё, хватит, – сказал он, решительно направившись к сыну, чтобы всё-таки выпроводить его отсюда, – мы уходим. Хорошенького понемножку. Давай, Эрвин, отведи нас домой.

Но мальчик встал в позу.

– Нет! – закричал он. – Пап, пожалуйста! Ты что, не понимаешь?

– Тише, – взмолилась Мэнди и прижала к губам тоненький пальчик. Её взгляд испуганно метнулся к двери.

Эрвин это проигнорировал.

– Папа! – не унимался он, расходясь всё больше. – Я не хочу никуда уходить! Тут есть мама! Я всегда о ней мечтал! Разве ты не хочешь её увидеть? Ты же тоже по ней скучал, ты…

– Эрвин, это не шутки, – перебил его Итан. – Параллельные миры – на то и параллельные, что им нельзя пересекаться. Мы не можем туссоваться здесь потому, что тебе так захотелось. Я не отец твоей Мэнди, а её мама – не твоя мама. Мы просто очень похожие люди. С тем же успехом…

Он осёкся, заметив слёзы в глазах сына. Его захлестнуло чувство вины: конечно, он знал, что отсутствие матери не даёт малышу покоя, но ничего не мог с собой поделать. Мужчине становилось гадко от мысли, что Эрвин будет называть мамой какую-то чужую женщину. Итан считал, что лучше им справляться самим. И это было колоссальной ошибкой.

Ошибкой было и промедление, ибо вопли мальчика не остались без внимания других обитателей особняка.

Дверь распахнулась, и комнату залил яркий свет от огненного шара, танцующего на ладони пожилой женщины, застывшей в дверях. Пламя полыхало и в её золотисто-карих глазах, таких же, как и у Итана.

Ему часто говорили, что между ним и матерью существует очевидное сходство.

Итану это не льстило – его мать была чудовищем. Он не хотел уподобляться ей ни в чём.

Он так и не смог её простить.

– Что здесь происходит⁉ – обманчиво-спокойным тоном поинтересовалась она, Лорна Уокер собственной персоной.

Это было не вопросом, а предупреждающим выстрелом. Последним предупреждением, прежде чем она обратит в пепел всех, кого сочтёт угрозой.

– Бабушка! – воскликнула Мэнди, бросаясь к ней наперерез. – Стой!

Женщина даже не взглянула на девочку: её взгляд был прикован к Итану.

– Итан? – изумилась она.

После предыдущего раза, когда ему пришлось встретиться с альтернативной версией своей матери, у него остался сильный ожог, потому мужчина смекнул, что нужно действовать на опережение.

Тогда он хотя бы владел телекинезом и мог дать отпор, не то, что сейчас.

Эта фурия прикончит его за минуту.

– Да, это я, – быстро сказал он, загораживая Эрвина собой, – остынь, Лорна. Нам надо поговорить.

– Гм, – хмыкнула она.

Итан надеялся, что и другая его версия имеет специфическую привычку обращаться к матери по имени, и она не сразу распознает самозванца.

– Ладно, – сжалилась она, и у него отлегло от сердца.

Огонь потух, а Лорна жестом позвала следовать за ней в темноту коридора.

– Будь здесь, – приказал он Эрвину. – И без глупостей!

Мальчик несмело кивнул. На нём лица не было: надо думать, грозная бабушка произвела на него неизгладимое впечатление. Был крошечный шанс, что теперь его рвение зависать в чужом мире иссякнет само собой. Одного взгляда на миссис Уокер было достаточно, чтобы понять: от этой бешеной твари лучше держаться на расстоянии.

Но Итан особо не рассчитывал на такое развитие событий.

Он предчувствовал, что всё это – только начало.

Дальше будет хуже.

***

Лорна повела его на первый этаж.

Итану было не до изучения обстановки особняка, но по пути он всё же бегло отметил, что дом выглядит безупречно, даже лучше, чем во времена его детства. За старой махиной тщательно следили: паркет влажно сиял свежим лаком, на картинах и мебели не лежало ни пылинки, и всюду были расставлены вазы с букетами из разноцветных опавших листьев. Присутствовала и другая праздничная атрибутика: тыквы, свечи и бумажные гирлянды в виде летучих мышей.

«Это ещё зачем? – недоумевал мужчина, – Хэллоуин же…»

Бросив взгляд за окно, он всё понял: сад был окутан в золото и багрянец. Снега как не бывало. Выходит, в этом мире зима ещё не наступила. Они вернулись обратно в позднюю осень.

В гостиной Лорна зажгла камин взмахом руки. Жест был знакомым до боли, и Итан слегка стушевался. Женщина лишь сгустила краски: она вдруг шагнула к нему, и, огладив его плечи, проникновенно посмотрела в глаза.

– Боже мой! – прошептала Лорна. – Что с тобой произошло, милый? Где ты был всё это время?

Он не нашёлся с ответом.

– Почему ты так выглядишь? – продолжала миссис Уокер.

– Как «так»? – с мрачным смешком уточнил Итан.

Без сомнения, она имела в виду его бороду дровосека, клетчатую рубашку, потёртые джинсы и грубые ботинки. Из заднего кармана по-прежнему торчала отвёртка, оставшаяся там после ремонта котла в их версии особняка.

Так мог выглядеть дальнобойщик, столующийся в придорожной забегаловке, но не отпрыск благородного семейства Уокеров. В образ простого работяги не вписывались только очки в роговой оправе.

– Ну… – Лорна замялась. Видимо, она тоже об этом подумала и заподозрила что-то неладное.

– Как Пол Баньян? – подсказал Итан.

Он осторожно отцепил от себя руки женщины и отступил на безопасное расстояние.

Про отвёртку он вспомнил очень кстати: сгодится в качестве оружия, за неимением другой доступной альтернативы. Если Лорна взбесится и станет чудить, можно будет всадить инструмент ей в глаз. Есть шанс, что это немного ослабит её талант к пирокинезу.

Только мужчина сильно сомневался, что сможет ей навредить. Скорее ему хотелось пасть в её объятия и по-детски заплакать, выплеснув всё, что на душе накипело.

Она была слишком похожа на его покойную мать.

«Хватит, – осадил себя Итан, – мы это уже проходили».

– Потому что я не твой сын, – сказал он. – Я – другой Итан. Но, прежде чем ты попытаешься меня прикончить, сначала выслушай.

– Как это понимать? – спросила Лорна, нахмурившись.

– Лучше присядь, – посоветовал мужчина. Ему бы это точно не помешало – икроножные мышцы гудели после пробежки по лесу. Он опустился на белоснежное кресло, подивившись, что в этом измерении мать – или кто-то другой – наконец-то изволил выбросить тот велюровый ужас, что здесь когда-то стоял. Мебель была современной и стильной.

– Ну, – поторопила Лорна.

– Скорее всего, ты что-то да слышала о том, что существуют всякие другие измерения и тому подобное, – издалека начал Итан. – Маги считают это вымыслом, но это правда. Дорога между мирами лежит через зеркало. Поздравляю: твоя внучка Мэнди способна открывать эти двери, но советую вам пресечь это в зачатке, добром это не кончится. Она как-то проникла в другую реальность и наткнулась на моего сына, который тоже, к несчастью, обладает этим даром. А я последовал за ними и оказался здесь.

Он не собирался посвящать Лорну во все подробности – чем меньше она знает, тем лучше. С неё с лихвой хватит и этого.

Женщина внимательно его выслушала, а после поинтересовалась:

– Так этот мальчик – твой сын?

«Он сын моей исчезнувшей возлюбленной», – промелькнуло в голове, и в Итане снова вспыхнуло желание вывалить на чужую, по сути, тётку огромный воз своих личных проблем. Вывалить, забрать Эрвина и уйти, а Лорна пусть с этим живёт. Он десять чёртовых лет держал эту боль в себе и не мог никому рассказать.

Почему бы не матери? Чужой матери. Но своей-то уже нет в живых.

У него на примете не имелось иной достойной кандидатуры.

Мелисса ненавидела Джуди и не хотела о ней слышать. Отец… ну, он бы назвал Итана грёбаным сказочником и посоветовал найти толкового мозгоправа. Шейн выдал бы что-то в духе:

«Говоришь, жена от тебя в зеркало сбежала, сынок? Ну и ну! Что же ты такое натворил?»

– Нет, блин, я украл его у настоящих родителей, – фыркнул Итан и взмолился: – Лорна, соберись. Какая к чертям собачьим разница? Ты слышала, что я сказал? Ваша Мэнди в опасности – она занимается тем, чем лучше не заниматься. Сотрите ей память и позаботьтесь, чтобы она больше никогда не притрагивалась к зеркалам.

– Какая трогательная забота о чужой дочери, – едко подметила Лорна и спросила: – Почему ты называешь меня по имени?

– А как мне тебя называть? – опешил он. – Миссис Уокер? Мамуля? Повторяю: ты не моя мать, а я не твой сын. Куда он, кстати, делся?

– Никто не знает, – отозвалась женщина. – Он исчез.

Итан тяжело вздохнул. Участь собственного двойника его не касалась, но ему невольно стало жаль девчонку, что полезла к нему, приняв за отца. Должно быть, ей приходится несладко – Лорна точно не подарок. А Джуди, что на счёт неё? Почему она ещё не ввалилась сюда с пушкой в руках, чтобы разобраться в происходящем? Его жена не стала бы спокойно почивать в своей постели, пока в доме творится что-то неладное.

Она всегда бежала навстречу шторму.

Мужчина призадумался, прикидывая, как бы аккуратно спросить Лорну о Джуд.

Глупо будет убраться восвояси, не утолив любопытство.

Не взглянув на неё хоть одним глазком.

– А где мамаша Мэнди?

Лорна прищурилась. Итану это не понравилось – он знал, что если мать смотрит с таким выражением, в её извращённому мозгу уже запустился какой-то процесс, что повлечёт за собой неминуемую катастрофу. Вопрос явно заставил её насторожиться.

– Уехала, – помедлив, ответила она, – по своим делам.

Хорошо.

Ни к чему бередить старую рану.

– А что такое, Итан? – снова заговорила Лорна, склонив голову к плечу. – Ты, кажется, расстроился?

«Нет-нет-нет! – запаниковал он, – прекрати это, сейчас же!»

Его мать могла поджарить человека на месте, не пошевелив и пальцем, но куда изящнее у неё выходило ранить словами. Она чувствовала слабину, как акула кровь, и шла за добычей, пока не загоняла жертву в угол. Лорне хватило какой-то крошечной перемены в его позе или мимике, чтобы найти ахиллесову пяту Итана.

– Мне просто жаль Мэнди, – он принялся громоздить оборонительное сооружение из слов. – Отец пропал, мать уехала… От хорошей жизни девочка бы не потащилась в чужой мир.

– Верно, – согласилась Лорна. – Твой сын тоже. Он уже как-то раз сюда приходил. Мэнди сказала, что это её одноклассник, но я знаю всех детей, кто учится с ней в школе. И он почему-то очень хотел повидаться именно с её матерью. С чего бы это вдруг?

«Старая хитрая сука», – подумал Итан, но не сказал этого вслух, ведь в ответ на оскорбление в его сторону обязательно полетел бы сгусток огня. Это при хорошем раскладе. При плохом он превратился бы в барбекю на месте, и Эрвин остался бы здесь совсем один.

Лорна резко сменила тактику, прибегнув к своей самой любимой: сладкому прянику после того, как вдоволь позабавилась с кнутом.

– Ох, Итан, – вздохнула она, сделавшись обманчиво-ласковой и сострадательной. – Я понимаю, что ты не мой сын, но ты так на него похож! У меня сердце кровью обливается, глядя на тебя. Не знаю, как дела в вашем мире, но ты выглядишь таким несчастным! И малыш… Он чуть не расплакался, когда узнал, что мама Мэнди отсутствует.

– Спасибо, – выдавил Итан. Ей почти удалось его обмануть, но он приказал себе срочно сосредоточиться и не раскисать.

Лорна – манипулятивная коварная тварь. Она не способна на сочувствие. Ей чужды все человеческие чувства и благие порывы. Стоило начать с того, что она – ведьма; между прочим, самая могущественная ведьма Салема.

Ей палец в рот не клади.

– Что тебе нужно? – сухо спросил он. – К чему это?

– Ничего! – заверила она. – Я приняла к сведению то, что ты сказал на счёт способностей Мэнди, и разберусь с этим в кратчайшие сроки.

– Ну… классно, – пробормотал мужчина, не испытав облегчения.

Это ещё не всё.

– Но, если вы с мальчиком вдруг захотите тут задержаться, – продолжала Лорна, – я ничего не имею против. Наш дом – ваш дом. Здесь вам рады. В каком-то смысле мы всё-таки семья. Да и Мэнди будет не так одиноко…

– Зачем это нам здесь задерживаться?

– А почему бы и нет?

Лорна испытующе посмотрела ему в глаза. Итану понадобились все душевные силы, чтобы выдержать это противостояние и первым не отвести взгляд. На минуту ему показалось, что кожу лица начинает жечь, но он успокоил себя, что мать не стала бы распинаться, если бы желала ему смерти. Он был бы уже мертв, без всех этих расшаркиваний.