Текст книги "Прятки с Драконом (СИ)"
Автор книги: Рина Рофи
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 20 страниц)
Глава 12. Размышления
Я сидел в своём кабинете, в кромешной тишине, нарушаемой лишь потрескиванием магического камина. Передо мной стоял пустой бокал, а в голове – один и тот же навязчивый вопрос, заставивший меня позвать Германа.
Дверь бесшумно открылась, и на пороге возникла та сама картина, что я и ожидал увидеть. Герман Дрейк. Его обычно безупречная внешность была приятно нарушена – рубашка небрежно выправлена из брюк, волосы слегка растрёпаны, а на шее красовалось свежее, отчётливое пятно от укуса вампирши. На его лице сияла самая довольная, самодовольная ухмылка.
Он вошёл, плюхнулся в кресло напротив и с наслаждением протянул:
– Ну, ты звал, о Великий и... задумчивый Ректор?
Я не стал ходить вокруг да около. Мой взгляд скользнул по его шее, а затем встретился с его глазами.
– Ты что, там её совсем затрахал? – спросил я прямо, без обиняков. Мне нужна была от него не вежливая беседа, а неприукрашенная правда о том, что происходило за пределами моего поля зрения.
Герман фыркнул, но его ухмылка стала лишь шире.
– О, – протянул он с намёком, явно наслаждаясь моментом. – Ещё вопрос – кто кого. Подружка-вампирша... – он с наслаждением потер шею, – ...оказалась с настоящим темпераментом. И коготками. И зубами. Но, скажу я тебе, оно того стоило.
Он откинулся на спинку кресла, и его взгляд стал оценивающим.
– А что, твоя золотая лисичка не оправдала ожиданий? Выглядел ты... несколько озадаченным, когда мы уходили.
Я зыркнул на него. Он, как всегда, видел слишком много.
– Она... не то чтобы не оправдала, – пробормотал я, снова глядя на пустой бокал. – Она... усложнила картину.
Герман рассмеялся.
– Прекрасно! Сложные – самые интересные. Ну так что, продолжаем «исследования»?
Я снова посмотрел на дверь. Моя загадка, которая вместо того, чтобы стать проще, с каждым часом становилась для меня всё более непонятной и притягательной.
– Продолжаем, – тихо сказал я, и в голосе моём снова зазвучали стальные нотки. – До завтра.
Глава 13. Нет
Следующий день. Хоть и выходной, но занятия с Андором никто не отменял. Голова гудела мерзким, тяжёлым звоном, напоминая о вчерашних двух (а может, и трёх?) бутылках шампанского. Я посмотрела на свой амулет, лежавший на тумбочке. Он был просто холодным куском металла. Ни намёка на тепло, ни искры жизни.
«Ну, какой от него смысл теперь?» – с горькой мыслью оставила я его там.
Приведя себя в более-менее человеческий вид, я отправилась в тренировочный зал. Сегодня я скажу ему «нет». Окончательно. Твёрдо.
По пути я с удивлением заметила, что меня переполняет сила. Магия текла по венам свободно и легко, без привычного сдерживающего груза. Как будто без амулета стало... легче.
Ещё стоя за дверью, я почувствовала его. Он уже был там. Его мощная аура давила на дверь, тяжёлая и... неспокойная. Я уже привыкла к его присутствию, но сегодня оно было иным. Более диким.
Из-за двери донёсся низкий, глухой рык, больше похожий на звук раздражённого хищника, чем на голос ректора. «Не в духе, что ли...»
Я глубоко вздохнула и вошла.
Он стоял в центре зала спиной ко мне, но медленно, очень медленно повернул голову. Я вздрогнула. Его золотистые глаза горели в полумраке, но в них не было ни насмешки, ни привычного любопытства. Они были пустыми и холодными, как два куска янтаря.
– Андор, – начала я, стараясь, чтобы голос не дрожал. – Я пришла заниматься. И... и это последнее занятие. Больше не надо.
Мне казалось, он не слышит меня. Его взгляд скользнул по моему лицу, по шее, и застыл на том месте, где обычно висел амулет. Его брови медленно поползли вниз.
– Амулет? – его голос был тихим, но он прорезал воздух, как лезвие. – Ты его сняла?
От неожиданности вопроса я растерялась.
– Д-да... – пробормотала я. – Но какое это имеет значение? Я же говорю о...
– Имеет, – он перебил меня, и его голос приобрёл металлический оттенок. Он сделал шаг вперёд, и его аура накатила на меня с такой силой, что я инстинктивно отступила. – Ты думаешь, это совпадение? Что ты вдруг почувствовала прилив сил?
Он был слишком близко. Слишком опасен. Его холодная ярость была страшнее любой страсти.
– Андор, вы, наверное, ещё не отошли от вчерашнего, – выдавила я, чувствуя, как слёзы подступают к горлу. Это была трусость, но я не могла больше выносить его взгляд. – Я пойду.
Я развернулась и почти выбежала из зала, не оглядываясь. Я бежала по коридору, чувствуя, как предательские слёзы текут по щекам. Но я знала – так лучше. Так будет лучше для нас обоих. Даже если сейчас это невыносимо больно.
Глава 14, Пара
Я стоял в центре зала, пытаясь загнать обратно в клетку того безумца, что рвался наружу. Всё утро я провёл в попытках анализировать, что же со мной происходит. Почему её вкус, её запах, её сущность не просто засели в памяти, а вцепились в самую глубину моей драконьей природы, заставляя её метаться и реветь.
И тут воздух завибрировал.
По моей коже пробежали сотни невидимых игл. Мурашки. Я почуял её, когда она была ещё далеко, в конце коридора. Её запах... он был другим. Не просто сильнее. Он был... чистым. Не сдерживаемым, не подавленным. Он был её истинной сутью, и она пахла спелым персиком, ночной прохладой и дикой магией, от которой кружилась голова.
Пазлы, над которыми я бился всю ночь, с грохотом сложились в единую, оглушительную картину.
Амулет.
Он не просто защищал её. Онподавлялеё. Скрывал её истинную природу. И её магию. И этот... этот божественный аромат, что сейчас сводил меня с ума.
Она открыла дверь.
И тогда это случилось. Не просто удар, не просто осознание. В самое сердце, в ту самую точку, где спала моя древняя душа, вонзилось что-то острое и безоговорочное. Это было не желание. Не интерес. Это было... узнавание.
Пара.
Слово пронеслось в сознании не как мысль, а как приговор, высеченный на камне. Мой внутренний дракон, до этого лишь беспокойно ворочавшийся, взбунтовал. Он рванулся к ней с такой силой, что у меня потемнело в глазах. Это был не голод, не вожделение. Это была яростная, первобытная потребность.Моя.
Я еле сдерживался, медленно поворачиваясь к ней. Каждый мускул был напряжён до предела, сдерживая рёв, который рвался наружу. Я видел её испуганное лицо, слышал её дрожащий голос, говоривший что-то о «последнем занятии».
Но мой взгляд прилип к тому месту на её груди, где должен был висеть тот проклятый кусок металла. Его не было.
– Амулет? – мой собственный голос прозвучал чужим, низким и опасным даже для моих ушей. – Ты его сняла?
Её растерянное «да» было последней каплей. Она не понимала. Она не понимала, что только что сорвала печать. Что выпустила на волю не только свою истинную сущность, но и разбудила во мне то, что спало веками.
Она что-то пробормотала про вчерашнее и бросилась прочь. Я не стал её останавливать. Потому что если бы я сделал хоть шаг, я бы не просто остановил её. Я бы приковал её к себе навсегда. А сейчас... сейчас мне нужно было время. Чтобы осознать. Чтобы принять. Чтобы понять, как подступиться к этой новой, оглушительной реальности. Она была не загадкой. Она быласудьбой. И мой дракон, наконец-то, это почуял в полной мере.
Я рухнул на колени, мраморный пол холодом пронзил ткань брюк, но это было ничто по сравнению с бурей внутри. Мой внутренний дракон, десятилетиями дремавший, усмиренный волей и долгом, вырвался на свободу. Он не просто проснулся – он бесновался, рвал меня изнутри, требуя одного – её. Рёв, который я не выпускал, стоял комом в горле, а по спине бежали волны жара, чешуя проступала и исчезала, не в силах пробиться сквозь человеческую оболочку полностью.
Моя. Пара.
Эти слова отдавались в каждом ударе сердца, в каждом нервном окончании. Это была не догадка, не надежда. Это была истина, выжженная в самой моей сути. Всё – её страх, её побег, её сопротивление, этот странный амулет, её внезапно расцветшая магия – всё это вело к этому.
Я изо всех сил впивался пальцами в пол, пытаясь обрести точку опоры, удержать контроль. Но он ускользал, как песок сквозь пальцы. Её запах, чистый и не сдерживаемый более, всё ещё витал в воздухе, сводя с ума. Собрав всю свою волю, я с трудом дотянулся до коммуникатора. Пальцы плохо слушались, дрожали. Я набрал единственный номер, на который мог положиться.
– Герман... – мой голос прозвучал хрипло, сдавленно, полным не моей, а драконьей боли. – Ко... мне. Тренировочный зал. Срочно.
Я не стал объяснять. Я не мог. Я бросил коммуникатор и снова упёрся ладонями в пол, сжимаясь в комок агонии и прорывающейся мощи, пытаясь не дать дракону вырваться и пуститься в погоню. Чтобы не совершить то, чего уже нельзя будет исправить.
Герман ворвался в зал не через несколько минут, а через несколько секунд, словно он уже был на подхвате. Его ухмылка слетела с лица, едва он увидел меня.
– Боги, Андор... – он замер на пороге, его взгляд быстро оценил ситуацию: мою позу, напряжённые мышцы, дикий блеск в глазах, который я уже не мог скрыть.
Он не задал глупых вопросов. Он не стал подходить слишком близко. Он просто резко хлопнул в ладоши, и по залу пробежала волна сдерживающей магии – не агрессивной, а успокаивающей, как барьер.
– Держись, – его голос был твёрдым и спокойным, без тени насмешки. – Дыши. Ты в Академии. Ты – ректор. Она никуда не денется.
«Она». От этого слова по мне пронёсся новый спазм. Дракон внутри зарычал, требуя, чтобы я встал, нашёл её, заявил свои права.
– Не... могу... – прорычал я сквозь стиснутые зубы. – Чёртов... амулет... Она... – я не мог выговорить это слово вслух. Не сейчас.
– Понял, – Герман кивнул, его взгляд стал острым, аналитическим. – Значит, так. Значит, он скрывал не просто её магию. Он скрывалистинность.
Он сделал шаг вперёд, но не ко мне, а к тому месту, где она стояла.
– Её запах... он изменился. Стал чище. Сильнее. – Он посмотрел на меня. – И твой дракон это почуял. По-настоящему.
Он был прав. Слишком прав. Амулет был не щитом от опасности. Он был маскировкой. От меня.
– Что делать? – выдавил я, чувствуя, как чешуя снова проступает на тыльной стороне ладоней.
– Сначала – взять себя в руки, – безжалостно парировал Герман. – Потом – думать. Если то, что я подозреваю, правда... – он многозначительно посмотрел на меня, – ...то твоё «исследование» только что перешло на совершенно новый уровень. И тебе нужно быть хладнокровным, Андор. Иначе ты её просто испугаешь до смерти.
Мысль о том, что я могу причинить ей вред, подействовала как ушат ледяной воды. Дракон внутри на мгновение отступил, уступая место пронзительному, почти человеческому страху.
Я сделал глубокий, прерывистый вдох и медленно выпрямился, всё ещё опираясь на руку.
– Она... сказала, что это последнее занятие, – пробормотал я, и в голосе моём слышалась неприкрытая, дикая боль.
Герман фыркнул.
– После того, как ты на неё так посмотрел? Не сомневаюсь. Но теперь, – его улыбка вернулась, но на этот раз она была хитрой и понимающей, – игра изменилась. Ты больше не просто охотник за загадками. Тебе нужно не разгадать её. Тебе нужно... убедить её. А для этого тебе нужно прийти в себя. И разработать новую стратегию.
Он был прав. Снова прав. Буря внутри начала понемногу стихать, сменяясь леденящим, сфокусированным холодом. Страсть никуда не делась. Но теперь её сопровождала новая, всепоглощающая цель. Она была моей парой. И я сделаю всё, чтобы она это признала.
Я выпрямился, с силой проведя рукой по лицу, сметая остатки чешуи и внутренней бури. Дыхание выравнивалось, но не спокойствие, а холодная, стальная решимость наполняла меня. Дракон больше не бунтовал. Он затаился, согласившись с новым планом, но его присутствие было теперь постоянным, тяжёлым фоном в моём сознании.
– В кабинет, – бросил я Герману, и мы быстрым, решительным шагом покинули тренировочный зал.
Ступив в знакомое пространство своего кабинета, я ощутил слабый, почти неуловимый шлейф её запаха, оставшийся с прошлого раза. Его было достаточно, чтобы когтистая лапа снова сжала моё нутро. Я резко обернулся к Герману.
– Мне нужно приглушить её запах, – выдохнул я, и в голосе моём прозвучала не просьба, а приказ, рождённый отчаянием. – Он сводит с ума. Лишает рассудка. У нас есть пары, которые я веду, и там она... – я не договорил, но Герман понял. Понял, что я не выдержу, если этот аромат будет преследовать меня на каждом занятии, сводя всю мою волю на нет.
Герман, до этого момента сохранявший деловой вид, встрепенулся. В его глазах вспыхнул интерес, смешанный с долей трепета перед поставленной задачей.
– Понял, – кивнул он, его ум уже, видимо, перебирал возможные заклинания и артефакты. – Приглушу. Создам барьер, фильтр на твоё обоняние. Он не уберёт его полностью – это невозможно, да и не нужно, – но он сделает его... терпимым. Позволит тебе думать.
Он уже рылся в ящиках своего стола, доставая магические кристаллы и свитки с рунами.
– Дай мне час. Максимум два. И... Андор, – он на секунду встретился со мной взглядом, – что бы там ни было... поздравляю. И соболезную. Истинная пара – это и благословение, и проклятие. Особенно для нашего рода.
Я не ответил. Я просто стоял у окна, глядя на Академию, и чувствовал, как новая реальность – одновременно пугающая и желанная – накрывает меня с головой. Охота закончилась. Началось нечто гораздо более сложное и опасное.
Через час Герман вернулся. В его руке лежал не новый амулет, а тонкая серебряная цепочка с небольшим, тускло мерцающим серым камнем в оправе. Он выглядел просто и невзрачно.
– Держи, – протянул он мне. – Это не блокировка. Это... фильтр. Как затемнённое стекло. Ты будешь чувствовать её присутствие, её силу, но острые края, тот самый аромат, что сводит тебя с ума, будут сглажены. Должно хватить, чтобы ты мог вести пары, не кидаясь на неё с рёвом.
Я взял цепочку. Металл был холодным. Я почувствовал лёгкое сопротивление, когда надевал её – будто моя собственная сущность протестовала против этого ограничения. Но как только камень коснулся кожи, мир вокруг изменился.
Фоновый гул её присутствия в Академии никуда не делся. Но тот огненный, пьянящий шквал, что обрушился на меня в зале, утих. Теперь это было похоже на отдалённый запах дыма от костра – ощутимый, но не обжигающий. Я мог дышать. Я мог думать.
– Работает, – констатировал я, с облегчением выдыхая.
– Рад это слышать, – Герман снова ухмыльнулся, но на этот раз в его улыбке читалась усталость. – Создавать такие штуки под заказ – не самая простая работа. Но для твоего душевного спокойствия... и безопасности наших студентов... постарался.
Я кивнул, ощупывая гладкую поверхность камня. Это было временное решение. Костыль. Но он давал мне необходимое время. Время, чтобы прийти в себя. Время, чтобы разработать новый подход. Время, чтобы... убедить её.
– Спасибо, Герман, – сказал я, и в моём голосе прозвучала редкая для него искренняя благодарность.
– Не за что, – он махнул рукой. – Теперь иди и составь какой-нибудь хитроумный план по завоеванию своей строптивой пары. А я... я, пожалуй, пойду проверю, как поживает моя вампирша. У неё, кажется, сегодня факультатив по древним рунам.
Я не мог сдержать медленную, почти мечтательную улыбку, глядя на расписание на завтра. Ирония судьбы была поистине изощрённой.
– У нас завтра пара, – произнёс я, больше для себя, чем для Германа. – Изучаем слияние аур. – Я поднял на него взгляд, и мои глаза, должно быть, светились тем самым опасным блеском, который он знал так хорошо. – Вот как раз и будем сливаться с ней.
Представление о том, чтобы наконец-то позволить своей энергии, своей сути, смешаться с её... без всяких барьеров, без амулетов... это было одновременно и пыткой, и самым сладким из возможных искушений.
Герман замер на пороге. Он обернулся, и на его лице расцвела самая похабная ухмылка, какую я только видел.
– Андор, – он протянул моё имя с притворным ужасом. – Ты там только... порнуху с вашим «слиянием» всему потоку не показывай. А то бедные первокурсники с ума сойдут от такого зрелища. Или, что более вероятно, – он подмигнул, – получат самое ценное практическое занятие в своей жизни.
– Герман! – мой рык прозвучал громче, чем я планировал, и эхом отозвался в кабинете. Я почувствовал, как по спине пробежали мурашки, а новый амулет на шее дрогнул, слегка сдерживая всплеск ярости и... смущения.
Он только рассмеялся, подняв руки в защитном жесте.
– Ладно, ладно, шучу! Сливай свои ауры, восхищайся её магией, будь образцовым ректором! – Он уже почти скрылся за дверью, но бросил напоследок: – Но если что... я всегда готов принять эстафету и провести для неё... частный урок!
Дверь захлопнулась, оставив меня одного с пылающими ушами и смесью ярости и странного, нелепого веселья. Чёрт возьми, Дрейк. Но он, как всегда, попал в самую точку. Завтрашняя пара будет испытанием на прочность. И для моей ауры, и для моего самообладания.
Глава 15. Точка
Следующий день. Пара с Андором. Я надеялась, что он оставит меня в покое, даст затеряться среди других студентов. Но нет. Как только он объявил тему – «Слияние разных аур» – его взгляд сразу же нашёл меня.
– Мисс Фей, – его голос прозвучал ровно, официально, но в глубине золотистых глаз я увидела ту самую, знакомую искру. – Ко мне.
Он всех разделил по парам, а меня взял к себе. Я сглотнула, чувствуя, как по спине бегут противные мурашки. Подойти к нему, стоять так близко... Я всё ещё помнила. Помнила обжигающее тепло его ладоней на моей коже, власть его поцелуев, тот унизительный и ослепительный пик, которого он добился от моего тела так легко.
От этих воспоминаний становилось вдвойне неловко. И... страшно. Потому что в последнее время моё тело и сердце вели себя предательски. Они не цепенели от страха, а именнотрепеталипри его виде. Появлялась дурацкая надежда поймать его взгляд, а когда он касался меня во время тренировок, по коже разливалось не только напряжение, но и какая-то тёплая, сладкая слабость.
«Ой, какой плохой знак, – с ужасом подумала я, подходя к нему. – Не хватало ещё влюбиться в этого дракона».
Он стоял, невозмутимый и величественный, ожидая меня. На нём была обычная форма преподавателя, но сегодня она казалась ему тесной. От него исходила сдержанная мощь, и мой собственный, вновь освобождённый магический поток заволновался в ответ, словно река, чувствующая океанский прилив.
– Итак, мисс Фей, – он произнёс, и его голос был тихим, предназначенным только для меня. – Основная задача – не подавить ауру партнёра, а позволить ей взаимодействовать с вашей. Почувствуйте течение. Найдите резонанс.
Он протянул руки ладонями вверх, приглашая меня положить свои. Это был стандартный учебный жест. Но для нас он был всем, чем угодно, только не стандартным.
Я медленно, почти не дыша, положила свои ладони на его. Его кожа была тёплой и сухой. И в тот же миг я почувствовала это. Не просто его магию. Не просто мощь. Я почувствовала...его. Глубокий, древний гул силы, скрытой под человеческой оболочкой. И что-то ещё... какую-то новую, сдержанную ноту, которой раньше не было. Будто между нами теперь висел невидимый барьер, но сам сигнал стал только чище.
И моя собственная аура, обычно дикая и пугливая, вместо того чтобы отшатнуться, потянулась к нему. Мягко, но настойчиво. Ища того самого «резонанса».
Я подняла на него испуганный взгляд. Он смотрел на меня с тем же аналитическим интересом, но в его глазах читалось нечто новое – не голод, а... ожидание.
– Начинайте, – тихо скомандовал он.
И я закрыла глаза, позволяя нашим энергиям встретиться, чувствуя, как моё предательское сердце отбивает барабанную дробь не только от страха, но и от чего-то гораздо более опасного.
Наши ауры встретились, и это было не похоже ни на что из того, что я чувствовала раньше. Это не было борьбой, не было подавлением. Это было... как если бы две реки, долго бежавшие параллельно, наконец слились в одно русло.
Но вместе с мощным, гармоничным потоком энергии пришло и нечто другое. Волна жара, начавшаяся в месте соприкосновения наших ладоней и разлившаяся по всему телу. Она была густой, сладкой и до боли знакомой. Это было возбуждение. То самое, животное и всепоглощающее, что он вызывал во мне своим прикосновением, своими поцелуями.
«Так и должно быть при слиянии?» – пронеслось в голове панической мыслью. Нет. Нет, конечно нет! На лекциях нам говорили о взаимном усилении, о симбиозе, о создании единого защитного поля. Никто не упоминал об этом... этом пожирающем огне, который заставлял кровь пульсировать в висках, а низ живота сжиматься от напряжённого ожидания. Мои ноги внезапно подкосились. Не от слабости, а от переизбытка ощущений. Я едва удержалась на ногах, мои пальцы рефлекторно сжали его ладони.
Я открыла глаза и увидела его лицо. Его золотистые глаза были прищурены, дыхание чуть участилось. Он тоже это чувствовал. Это была не просто моя реакция. Это былонаше.
– Стабильность, мисс Фей, – его голос прозвучал низко и немного хрипло, выдавая его собственное напряжение. – Контролируйте поток. Не позволяйте эмоциям взять верх над магией.
Но это было невозможно. Потому что это не были просто эмоции. Это была наша суть, смешивающаяся на каком-то фундаментальном уровне и высекающая эту ослепительную, опасную искру. И я боялась, что если это продолжится, я не просто упаду. Я расплавлюсь у него на глазах.
Я выдохнула и закрыла глаза, пытаясь отгородиться от реальности, но это только усилило ощущения. Потому что реальность была теперь внутри меня.
Боги... Это было не слияние. Наши энергии не просто текли вместе, создавая нечто новое. Они... сплетались. Они терлись друг о друга, как два тела, входя в резонанс, который был слишком интимным, слишком мощным, слишком...плотским.
«Они занимались сексом, если такое вообще возможно!» – эта шокирующая, неприличная мысль пронеслась в голове, и я почувствовала, как вся кровь приливает к лицу.
Моё дыхание участилось, стало прерывистым и поверхностным. Я слышала его. Слышала, как Андор тоже тяжело дышит. Глухие, сдавленные вдохи и выдохи, которые он явно старался сдерживать, но безуспешно. Его большие пальцы непроизвольно двигались, слегка массируя мои ладони, и от этого прикосновения по моим рукам пробегали новые разряды этого сладкого, разъедающего огня.
Я чувствовала его не только ладонями. Я чувствовала еговсей. Каждая клетка моего тела вибрировала в унисон с его энергией, отвечая на неё тем самым, постыдным, предательским трепетом. Это было страшнее, чем любой его поцелуй, любое прикосновение. Потому что это происходило глубоко внутри, на уровне души, и скрыть это было невозможно. Он должен был это остановить. Он был ректором, преподавателем. Он должен был разорвать контакт, сделать замечание, что-то!
Но он не делал этого. Он просто стоял, дышал и позволял этому безумию продолжаться. И в этой его пассивности была самая оглушительная исповедь. Он чувствовал то же самое. И он, как и я, не мог или не хотел это прекращать.
И тут он разомкнул руки.
Движение было резким, почти отрывистым, будто он с силой отрывал два магнита. Разрыв контакта отозвался во мне физической болью – внезапной, острой пустотой, как будто лучшую часть меня вырвали с корнем.
Я едва не пошатнулась, едва удерживая равновесие. Воздух, который секунду назад был густым и тяжёлым от нашей сплетённой магии, снова стал просто воздухом.
Андор сделал шаг назад. Его лицо было напряжённым, на скулах проступил опасный румянец. Он провёл рукой по шее, а затем резким, почти яростным движением расстегнул верхнюю пуговицу своей безупречной рубашки, как будто ему не хватало воздуха.
Он отвернулся от меня, обращаясь к замершей в изумлении аудитории. Его голос, когда он заговорил, был низким и хриплым, но в нём звучала железная воля, заставляющая подчиниться.
– А теперь... все... живо... практиковаться!
Эти слова, вырванные сквозь зубы, прозвучали не как предложение, а как приказ, отдаваемый самому себе не меньше, чем им. Он не смотрел на меня. Он не мог. Так же, как и я не могла оторвать от него взгляд, видя, как мощные мышцы его спины напрягаются под тканью рубашки, и чувствуя, как моё собственное тело всё ещё ноет от эха того магического соития.
Студенты, ошеломлённые и смущённые, начали нерешительно расходиться по парам. А я стояла, как истукан, с пылающими щеками и дрожащими руками, смотря на его спину и понимая, что только что мы перешли какую-то новую, невидимую грань. И отступать было уже некуда.
И тут он повернулся и уставился на меня.
Но это был уже не тот взгляд. Не насмешливый взгляд охотника, не холодный взгляд ректора, не пылающий взгляд страсти. Это было что-то... другое. Глубокое, бездонное, почти... потрясённое.
Что-то изменилось. В нём. В энергии, что всё ещё витала вокруг нас, разорванная, но не исчезнувшая. В самом воздухе между нами.
Он смотрел на меня так, будто видел впервые. Будто только что прочитал самую важную книгу в своей жизни и не мог поверить в написанное. В его золотистых глазах не было ответов – лишь миллион новых вопросов, и все они были обо мне. Он не сказал ни слова. Просто смотрел. Его грудь всё ещё тяжело вздымалась, а пальцы сжимались и разжимались, будто ища ту связь, что только что была разорвана.
И я понимала. То, что произошло, было не просто всплеском магии или физиологией. Это было что-то фундаментальное. Я сглотнула, чувствуя, как его взгляд прожигает меня насквозь. Я не могла выдержать этого нового, пронзительного выражения на его лице. Это было опаснее любого гнева или желания. Я резко отвела взгляд, демонстративно отвернувшись к другим студентам, делая вид, что изучаю их попытки слияния аур. Но я ничего не видела. Перед глазами стояло только его лицо – ошеломлённое, лишённое всякой маски.
«Еще не хватало, чтобы он увидел, что я...»
Мысль оборвалась, не находя подходящего слова. Что я? Напугана? Да, до смерти. Смущена? Ещё бы. Но это было не то.
«...что я влюбилась...»
Это слово, тихо прозвучавшее в глубине сознания, заставило меня похолодеть изнутри. Нет. Это невозможно. Это было бы верхом идиотизма. Влюбиться в дракона? В своего ректора? В того, кто видел во мне лишь диковинку для своих исследований?
Но предательское трепетание сердца, тепло, разливавшееся по груди при одном его взгляде, и эта дурацкая, неистребимая надежда – всё кричало об обратном.
Я чувствовала, как его взгляд всё ещё тяжело лежит на моём затылке. Он ничего не говорил. Он просто наблюдал. И в его молчании было больше вопроса, чем в любых словах. А я боялась, что если сейчас обернусь, он прочитает в моих глазах всё. Всю мою глупость, всю мою уязвимость, всю эту новорождённую, хрупкую и такую неуместную нежность, что пряталась за страхом, поэтому я стояла, напряжённая как струна, и делала вид, что он для меня – просто преподаватель. А наша аура, что только что занималась с ним «сексом», – просто учебное задание. И надеялась, что он поверит в этот жалкий спектакль. Хотя бы на время.
«Нельзя, нельзя влюбляться в дракона...» – эта мысль зазвучала в голове настойчивым, паническим рефреном. Я сжимала кулаки, впиваясь ногтями в ладони, пытаясь болью заглушить тот безумный трепет, что поднимался из глубины груди.
«Я не его пара...»
Это была самая важная, самая спасительная мысль. Истинные пары – это что-то из сказок, из древних пророчеств. Это не про нас. Он – могущественный наследник драконьего рода, я – кицуне с проблемной магией. Всё, что было между нами, – это игра его эго, его скуки, его одержимости разгадкой. А теперь... теперь это ещё и какая-то магическая аномалия, химическая реакция наших аур.
Но не судьба. Никогда.
Я заставила себя сделать глубокий, ровный вдох, выпрямила спину. Нужно было держаться. Спрятать всё это подальше. Я рискнула бросить на него быстрый взгляд через плечо. Он всё ещё стоял на том же месте, но теперь его лицо снова стало маской ректора – холодной, собранной, нечитаемой. Только в глубине глаз, казалось, всё ещё тлели угли того самого потрясения.
Он что-то сказал другой паре студентов, его голос прозвучал ровно и властно. Он возвращался к своей роли. И мне следовало сделать то же самое. Я развернулась и направилась к выходу из зала, не оглядываясь, чувствуя, как его взгляд провожает меня. Каждый шаг давался с трудом. Но я шла. Потому что позволить себе влюбиться в него – значило подписать себе приговор. А я ещё хотела выжить в этом мире. Даже если для этого придётся разбить своё собственное, глупое, внезапно забившееся сердце.
Ко мне подбежала Наталья, её глаза сияли как у кошки, нашедшей сметану.
– Ух, от вас прям секс витал в воздухе! – выпалила она, не понижая голоса.
Я сглотнула, чувствуя, как по щекам разливается предательский румянец.
– В смысле? – попыталась я сделать вид, что не понимаю.
– Ну ауры так сплелись! – Наталья вращала руками, изображая некое хаотичное сплетение. – Прям завораживающе было! Я чуть со стула не упала, честно! Все вокруг просто копошились, а у вас... – она многозначительно подмигнула, – ...прямо целая драма в энергиях разворачивалась. Он потом весь урок ходил, как раскалённый, а ты – как варёный рак.
От её точности мне стало ещё жарче. Она, как всегда, видела всё.
– Так, ладно, хватит про учёбу, – Наталья махнула рукой, видя моё смущение. – В пятницу Хеллоуин в Академии! Идёшь?
Мысль о том, чтобы на один вечер забыть о драконах, аномальных слияниях аур и своих глупых чувствах, показалась раем.
– Конечно! – ответила я слишком быстро, с облегчением хватаясь за эту соломинку. – Только давай без... всяких «исследований» и «слияний».
– Договорились! – Наталья звонко хлопнула меня по плечу. – Только страшные костюмы, тонны сладостей и никаких тебе драконов! Ну, кроме тех, что будут в виде тыкв, – она засмеялась и потянула меня за собой из зала, болтая о возможных нарядах.
И я позволила ей увлечь себя, стараясь думать о маскараде, а не о тяжёлом, пронизывающем взгляде, что, я знала, ещё долго будет преследовать меня. Один вечер. Всего один вечер нормальной жизни. А там... там видно будет.
Наталья сияла как ёлочная гирлянда, её глаза блестели от предвкушения хаоса.
– Итак, Диан, – объявила она с видом главного стратега, – я уже твой костюм заказала!
У меня ёкнуло сердце. Опыт подсказывал, что идеи Натальи в плане одежды всегда были на грани фола.
– И... что на этот раз? – с опаской спросила я.
– Секси ведьмочка! – она выпалила с торжеством и хихикнула, видя моё округлившиеся глаза. – Чёрное кружево, высокие разрезы, всё как ты любишь! Ну, то есть какялюблю для тебя!
Я застонала, представляя себе этот наряд. «Секси ведьмочка» в Академии, полной магических существ, которые и без того смотрели на меня с излишним интересом... Это была катастрофа.
