Текст книги "Прятки с Драконом (СИ)"
Автор книги: Рина Рофи
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 20 страниц)
Глава 10. Приглашение
Я сидел за своими отчетами, пытаясь заставить цифры и магические формулы отвлечь меня от навязчивых мыслей о золотистой лисичке и её прогрессе, как дверь с шумом распахнулась.
Герман влетел в кабинет, сияя как новогодняя ёлка и размахивая в воздухе каким-то изящным магическим свитком.
– Смотри, что получил! – объявил он, шлепнув пергамент мне прямо на раскрытый фолиант с годовым расходом лунного камня. – Нам с тобой приглашение!
Я с раздражением отодвинул свиток.
– От кого? И если это ещё одно скучнейшее собрание Совета Старейшин, я тебя пришпорю на шпиле главной башни.
– Куда лучше! – Герман ухмыльнулся, его глаза блестели азартом. – От Микаэля! Завтра. «СверхНовая». Давай, пойдем, а? Развеемся! У него всегда классные тусовки, ты же знаешь.
Микаэль. Выпускник, дракон из старинного, но не воинственного рода. Известный сибарит и меценат. Его вечеринки и правда славились своим вкусом, отборной публикой и отсутствием пафосной политики. Именно то, что обычно могло меня заинтересовать.
Но сейчас мысль о шумной толпе, даже самой изысканной, вызывала у меня лишь глухое раздражение.
– Не в настроении, Герман, – буркнул я, возвращаясь к отчетам. – У меня тут... дела.
– Какие ещё дела? – Герман с драматическим вздохом облокотился на мой стол. – Ты уже две недели как затворник. Работа, тренировки твоей подопечной, снова работа. Ты закиснешь, Андор! Микаэль как раз собрал интересных людей – музыкантов, художников. Там будет спокойно, культурно. Никаких интриг. Идеально, чтобы перезагрузиться.
Он снова ткнул пальцем в приглашение.
– И потом, кто знает? Может, именно в такой расслабленной обстановке ты наконец встретишь кого-то, кто заставит тебя забыть про все эти поиски? Не каждую же судьбу искать в учебных аудиториях.
Последняя фраза задела меня за живое. Он был прав. Мои поиски зашли в тупик. Я смотрел на студентов и видел не людей, а лишь потенциальные «совпадения». Может, стоит сменить обстановку? Окунуться в мир, где меня не знают как ректора, а видят просто как дракона из влиятельного рода?
Я снова взглянул на изящный шрифт приглашения. «СверхНовая». Закрытая вечеринка.
– Ладно, – сдался я, чувствуя, как усталость накрывает с головой. – Только ненадолго. И если там будет хоть один намёк на политику или скучные разговоры, мы уходим.
– Договорились! – Герман почти подпрыгнул от восторга и тут же ринулся к двери, чтобы, видимо, начать готовиться. – Завтра в десять! Не опаздывай, Великий Затворник!
Дверь закрылась, и я остался один. Возможно, Герман прав. Мне и впрямь нужно отвлечься. А вечеринка у Микаэля... что ж, по крайней мере, там гарантированно хороший алкоголь. И никаких тревожащих золотистых кицуне с их колючими амулетами.
Я посмотрел на довольную ухмылку Германа, исчезающую за дверью, и снова взглянул на груду отчётов.
«Пожалуй, он прав», – с неохотой признал я сам себе.
Слишком я погряз в этой трясине обязанностей, отчётов и вечного, изматывающего поиска. Я стал напоминать механизм, а не живое существо. Драконья сущность внутри, обычно такая нетерпеливая и страстная, дремала, придавленная тоннами пергаментов и чувством долга.
«Давно таким не был...» – мысль прозвучала с лёгким укором. Когда я в последний раз позволял себе просто... существовать? Без титула, без ответственности, без этого проклятого пророчества, висящего над душой?
Вечеринка у Микаэля. Возможно, это и впрямь был шанс. Не найти свою пару – чёрт, я уже почти отчаялся, – а просто на несколько часов перестать быть Андором Всеславским, ректором Академии «Предел». Снова стать просто драконом. Пусть даже в окружении такой же «простой» элиты.
Я отодвинул от себя стопку бумаг. Дела подождут. Академия не рухнет за один вечер.
Лёгкое, почти забытое чувство – предвкушение – слабо шевельнулось где-то на дне сознания. Возможно, Герману удалось-таки до меня достучаться. Завтрашний вечер внезапно перестал казаться обременительной обязанностью и приобрёл лёгкий налёт любопытства.
«Что ж, Микаэль, – мысленно усмехнулся я. – Покажи, как можно развлекаться, не теряя достоинства. Посмотрим, удастся ли мне вспомнить, как это».
Я потянулся к магическому коммуникатору на столе. Лёгкое касание, и в воздухе замерло светящееся окно связи. Я набрал номер, который только что с таким восторгом вручил мне Герман.
Связь установилась почти мгновенно, и в воздухе проявилось улыбающееся, утончённое лицо Микаэля. Его светлые волосы были идеально уложены, а в глазах светилась привычная ему весёлая искорка.
– Андор? – он поднял изящную бровь. – Вот это сюрприз. Я уж думал, твой кабинет окончательно поглотил тебя, и ты забыл дорогу в мир живых.
– Забыл, но ненадолго, – я позволил себе лёгкую улыбку. – Твоё приглашение вручил Герман. Решил, что пора вспомнить, как выглядит мир за стенами Академии.
– Прекрасное решение! – Микаэль выглядел искренне обрадованным. – Обещаю, скучно не будет. Я как раз собрал преинтереснейшую компанию. Будет музыка, пара молодых, но талантливых иллюзионистов... и, разумеется, мой лучший погреб к твоим услугам. Соскучился по тому виски, что ты так хвалил?
– Соскучился, – признался я, и это была чистая правда. – Значит, до завтра, Микаэль.
– До завтра, старый друг. Не подведи.
Связь прервалась. Я откинулся на спинку кресла. Да, определённо, это было нужно. Хотя бы для того, чтобы доказать самому себе, что я ещё не полностью превратился в статую. И чтобы посмотреть, осталось ли во мне что-то от того дракона, что мог позволить себе просто наслаждаться жизнью.
Глава 11. СверхНовая
Суббота. Вечер. Я стояла перед зеркалом в общежитии, критически разглядывая своё отражение. Короткое жёлтое платье, обтягивающее фигуру. Не слишком ли? Но Наталья, уже готовая в своём мини-чёрном, которое выгодно оттеняло алеющие глаза и фарфоровую кожу, уверяла, что это «идеально для лёгкого флирта и расслабления».
Бар «СверхНовая» оказался именно таким, как на фотографиях – стильный лофт с неоновой подсветкой, приглушённой музыкой и уже собравшейся публикой. Воздух пах дорогими духами, дымом и возбуждением.
У входа, как и обещала Наталья, стоял хозяин вечера – Микаэль. Высокий, ухоженный дракон с лёгкой, непринуждённой улыбкой. Увидев Наталью, его лицо озарилось.
– Дорогая Наталья! – воскликнул он, беря её руку и на секунду задерживая у своих губ. – Ты просто куколка! Твои глаза сегодня – настоящие рубины!
– Ой, Мика, перестань, – отмахнулась она, но её хихиканье выдавало удовольствие.
– Не-не, правда! Алмаз моих глаз, – он подмигнул, и его взгляд скользнул на меня. Брови дракона медленно поползли вверх. – Ой! А это что за цветок рядом с тобой? Не представишь?
Наталья с торжествующим видом отступила в сторону, представляя меня.
– О, это моя подруга, Диана. Золотая кицуне.
Лицо Микаэля выразило неподдельный, почти комический восторг.
– Ничего себе! Моё общество пополнилось ещё одной особой королевских кровей! – он сделал шаг ко мне и снова поднёс руку к сердцу в театральном жесте. – Дорогая, ты просто прелесть! Сияешь, как само солнышко в этом унылом городе!
Я смущённо улыбнулась, чувствуя, как краснею. Его комплименты были пафосными, но в них не было той опасной, давящей навязчивости, как у Андора. Это была просто... лесть.
– Заходите, девочки, проходите! – Микаэль широким жестом указал внутрь. – Народ всё прибавляется, там уже и шампанское льётся рекой, и музыка, и... – он многозначительно подмигнул, – ...лёгкий флирт и расслабление. Наслаждайтесь!
Мы прошли внутрь. Зал и правда был полон. Элегантно одетые магические существа всех мастей – от парочки оборотней до группы веселящихся драконов. Музыка была живой, джазовой, и воздух вибрировал от смеха и приглушённых разговоров.
Наталья тут же схватила два бокала с шампанским с подноса проходящего официанта и протянула один мне.
– Ну? – она сияла. – Я же говорила! Культурно, красиво и никаких тебе опасных сюрпризов. Кроме, разве что, этого, – она кивнула на Микаэля, который уже очаровывал кого-то другого у входа.
Я сделала глоток прохладного игристого. Да, возможно, Наталья была права. Возможно, именно такой вечер мне и был нужен – лёгкий, беззаботный и абсолютно безопасный. По крайней мере, так казалось в эту первую, полную предвкушения минуту.
Наталья взять меня за руку и повела через танцпол.
– Вип ложе? – переспросила я, пробираясь за ней.
– Да-а-а! – она обернулась, и её глаза блестели азартом. – Бархатные диванчики, полумрак и полная приватность! Идеально, чтобы вовремя спрятаться от кого-нибудь... надоедливого, – она хихикнула, ясно давая понять, что «надоедливый» на её языке мог означать и «потенциально интересный, но пока нежелательный».
Мы подошли к уютному углублению в стене, скрытому за бархатным занавесом. Внутри и впрямь располагались низкие бархатные диваны тёмно-синего цвета, маленький столик и приглушённое освещение. Это было своё собственное, отдельное пространство в самом сердце шумной вечеринки.
– О, Наташ, это гениально! – не удержалась я, опускаясь на мягкую обивку. Отсюда был отличный обзор на весь зал, но при этом мы оставались в тени.
– А то! – она удовлетворённо устроилась рядом и долила нам шампанского. – Теперь мы можем спокойно наблюдать за всем этим зверинцем, оставаясь неприкосновенными. Ну, или... – она снова подмигнула, – ...прикоснуться, если кто-то очень уж понравится.
Мы чекнули наши бокалы. Я откинулась на спинку дивана, чувствуя, как наконец-то начинаю расслабляться. Музыка, приглушённая занавесом, доносилась приятным фоном, шампанское играло в голове лёгкими пузырьками, а с нашего «лёгкого наблюдательного пункта» открывалось потрясающее зрелище – магический бомонд в его естественной среде обитания. Возможно, Наталья и права. Иногда нужно просто сидеть в удобном кресле, пить шампанское и смотреть на мир, чувствуя себя в безопасности. По крайней мере, до тех пор, пока этот мир сам не проявит к тебе интереса.
В нас уже играло по целой бутылке шампанского, когда Наталья, разгорячённая и сияющая, схватила меня за руку.
– А теперь танцевать! – объявила она, поднимаясь с дивана. – Вперёд, Златовласка, покорять и сиять!
Я, смеясь и покачиваясь, позволила ей вытащить меня из нашего уютного вип-ложа. Мы вышли из-за мерцающего занавеса прямо в гущу танцпола, и я едва не врезалась в кого-то. Я подняла взгляд, чтобы извиниться, и застыла.
Прямо передо мной, только что вышедший из ложа с противоположной стороны зала, стоял Андор Всеславский.
Он был в белой, идеально сидящей рубашке, расстёгнутой на две пуговицы. В его руке был бокал с тёмным, почти чёрным виски. Но всё это я заметила краем глаза. Потому что мой взгляд зацепился за его взгляд. Его золотистые глаза, обычно такие холодные и насмешливые, сейчас были широко раскрыты. Брови медленно поползли вверх, выражая целую гамму эмоций: удивление, признание, и... что-то ещё. Что-то тёмное и жадное. Его взгляд, тяжёлый и пронзительный, скользнул по моему лицу, опустился на обтягивающее жёлтое платье, на ноги в туфлях-лодочках, и снова вернулся к моим глазам. В этом взгляде не было ни капли преподавательского снисхождения. Это был взгляд дракона, увидевшего не ученицу, а женщину.
Я почувствовала, как по спине пробежали мурашки, а талисман, висевший на цепочке под платьем, отозвался тревожным, но уже знакомым теплом.
Наталья, увидев его, заржала ещё громче, схватив меня за локоть.
– Диан! Это судьба! – выкрикнула она, её голос перекрывал музыку. – Я за шампанским! Ахаха!
И она, оставив меня одну под этим испепеляющим взглядом, скрылась в толпе, направляясь к бару.
Я осталась стоять перед ним, не в силах пошевелиться, с бьющимся как птица сердцем и горящими щеками. Он не говорил ни слова. Просто смотрел. И этого было более чем достаточно, чтобы весь бар, вся музыка, весь вечер сузились до точки – до него и до меня.
Его голос прозвучал тихо, но я услышала его сквозь всю музыку и гул голосов, словно он произнёс эти слова прямо у моего уха. Низкий, бархатный, с лёгкой хрипотцой, которую придавал ему виски.
– Диана... вот так встреча...
В этих словах не было ни насмешки, ни раздражения. Было... недоумение. И любопытство. Горячее, живое любопытство, которое заставляло его глаза блуждать по моему лицу, словно он видел меня впервые.
Я сглотнула, пытаясь найти хоть каплю воздуха в ставшей густой атмосфере.
– Ректор... – прошептала я, и мой голос прозвучал слабо и сипло. – Я... я не знала, что вы здесь.
Уголок его рта дрогнул в подобии улыбки, но в глазах не было веселья.
– Вижу, что не знала, – его взгляд снова скользнул по моему платью, и я почувствовала, как по коже бегут мурашки. – Вы... сияете, мисс Фей. Совсем как ваша истинная форма.
От этого сравнения мне стало и жарко, и холодно одновременно. Он говорил не как преподаватель с ученицей. Он говорил как мужчина с женщиной, которую застал врасплох в месте, где она не должна была находиться.
– Я... мы с Наташей... просто отдыхали, – выдавила я, чувствуя себя глупо.
– Отдыхали, – повторил он, делая маленький глоток из своего бокала, не сводя с меня глаз. – В «СверхНовой». Интересный выбор для... отдыха.
Он сделал шаг вперёд, сокращая и без того маленькую дистанцию между нами. Его магия, обычно такая сдержанная в стенах Академии, здесь, казалось, витала вокруг него более вольготно. Она обволакивала меня, горячая и тяжёлая.
– И как вам... отдых? – спросил он, и в его голосе снова появились те самые, опасные нотки, что были в баре в день нашего первого знакомства.
– И, да прошу... – он слегка наклонил голову, и его губы тронула хищная ухмылка, что я видела в «Перекрёстке». – Вне стен Академии я – Андор.
Это было не просто предложение перейти на «ты». Это было напоминание. Сбивающее с толку и опасное. Он стирал дистанцию, которую сам же и устанавливал все эти недели. Здесь, в полумраке бара, под звуки музыки, он больше не был моим ректором. Он был Андором. Драконом. Мужчиной, чей взгляд прожигал меня насквозь. Я почувствовала, как по спине пробежал разряд. Талисман под платьем, до этого лишь тёплый, снова вспыхнул тревожным жаром, но на этот раз боль была приглушённой, знакомой. Как будто и он понимал, что правила игры изменились.
– Я... – мой голос снова подвёл меня. – Хорошо... Андор.
Моё собственное имя на его языке прозвучало странно интимно в этой обстановке.
Его улыбка стала чуть шире, но глаза не утратили своей пронзительности.
– Так вот, Диана... – он снова сделал небольшой глоток, и его взгляд скользнул по танцполу, где кружились пары, а затем вернулся ко мне. – Не желаете продолжить... отдых? Может, танец? Или вы предпочитаете наблюдать?
Он предлагал танец. В самом центре всего этого. Под взглядами десятков глаз. Это было бы публичным заявлением, разрывом всех тех условностей, что он сам же только что отменил.
Сердце заколотилось в груди, как сумасшедшее. Страх и какое-то запретное, пьянящее возбуждение боролись во мне. Музыка действительно резко сменилась. Напряжённые ритмы уступили место томным, плавным нотам саксофона. Свет в зале приглушили ещё сильнее, оставив лишь отсветы неона на танцующих парах, которые тут же притянулись друг к другу ближе.
И все эти пары, как и оставшиеся за столиками, смотрели на нас. Нас – ректора Академии «Предел» и студентку в вызывающе-ярком платье, застывших в центре зала под испепеляющим взглядом друг друга.
Согласиться? Отказаться? Оба варианта казались катастрофой. Но под прицелом этих сотен глаз отказ выглядел бы как трусость. Как признание, что его присутствие смущает меня куда сильнее, чем должно было бы.
Я сглотнула, чувствуя, как горит лицо, и кивнула, не в силах вымолвить ни слова.
– Да... танец... – прошептала я, и голос мой прозвучал чуть слышно. – Хорошо.
Его улыбка не стала добрее, но в глазах вспыхнуло удовлетворение. Он отставил свой бокал на ближайший столик и протянул мне руку. Не повелительным жестом ректора, а изящным, приглашающим движением кавалера. Я медленно, будто сквозь густой сироп, положила свою ладонь на его. Его пальцы сомкнулись вокруг моих, твёрдые и тёплые. На мгновение талисман под платьем вспыхнул ярче, но тут же затих, словно смирившись с неизбежным.
Он повёл меня на танцпол, и его вторая рука легла мне на талию. Прикосновение было лёгким, почти невесомым, но я почувствовала его каждой клеточкой кожи через тонкую ткань платья. Воздух вокруг сгустился, наполнившись его магией, теперь уже не давящей, а... обволакивающей. Мы начали двигаться. Его шаги были уверенными, ведущими. Моё тело, скованное страхом и смущением, поначалу сопротивлялось, но он мягко, почти незаметно направлял меня, и вскоре я начала следовать за его ритмом.
Он не сводил с меня глаз. Его золотистый взгляд был тяжёлым, изучающим, но теперь в нём читалось не только любопытство, но и... одобрение.
– Вижу, контроль над телом у вас неплохой, – тихо произнёс он, и его дыхание коснулось моего уха. – Жаль, с магией всё ещё есть проблемы.
От его слов и близости у меня перехватило дыхание. Это была пытка. Самая изощрённая и самая опасная пытка из всех, что он для меня придумал. И самая... волнующая.
Он внезапно притянул меня ближе, сократив и без того минимальную дистанцию между нашими телами до нуля. Я почувствовала твёрдые мышцы его груди через тонкую ткань рубашки, тепло, исходящее от него, и головокружительный аромат – дым, виски и что-то неуловимо дикое.
Я инстинктивно напряглась, и он, должно быть, почувствовал это.
– Диана, не пугайся, – его голос прозвучал прямо у моего уха, низкий и с лёгкой, успокаивающей усмешкой. – Я тебя не съем. Хоть и признаюсь... очень хочется попробовать.
От этих слов по моей спине пробежал разряд, смесь шока и возбуждения. Но прежде чем я успела что-то сказать или вырваться, он продолжил, и его тон снова стал серьёзным, почти извиняющимся:
– Ну что поделать... я всё-таки мужчина.
Он снова повёл меня в танце, его рука на моей талии по-прежнему была твёрдой, но теперь в его прикосновении читалась не только сила, но и сдержанность. Ошеломляющее, сбивающее с толку сочетание.
Я молчала, пытаясь перевести дух и осмыслить его слова. Он «хотел попробовать». Это было откровенно, опасно и... честно. Но он также говорил о самоограничении. О контроле. В этом была странная, извращённая порядочность.
– Вы... вы всегда так разговариваете со своими студентками? – наконец выдохнула я, глядя куда-то в район его ворота рубашки.
Он тихо рассмеялся, и звук его смеха заставил моё сердце ёкнуть.
– Только с теми, кто сбегает от меня в барах и заставляет тратить на себя всё своё свободное время, – парировал он. – Ты – особый случай, Диана. Очень особый.
Он снова заставил меня покружиться, и на мгновение мир расплылся в калейдоскопе огней и лиц. А когда я снова оказалась в его объятиях, его взгляд был полон такого интенсивного, неразгаданного интереса, что у меня перехватило дыхание. Этот танец был не просто танцем. Это была битва. И я понятия не имела, кто в ней побеждает.
– Ваш амулет ослаб, Диана.
Его слова заставили меня застыть. Я сама почувствовала это – едва уловимый, сладковатый аромат, исходящий от моей кожи, стал гуще, насыщеннее. Это был запах распускающихся ночных цветов, мёда и чего-то острого, пряного. Аромат кицуне, который обычно был приглушён и контролируем. Сейчас же, от шампанского, от его близости, от этого головокружительного танца, контроль ослаб.
А амулет... он и правда был лишь тёплым, почти невесомым грузом на груди.
В его глазах блеснула опасная искорка – не преподавательского интереса, а чисто мужского, животного любопытства. Он наклонился чуть ближе, вдыхая этот аромат.
– Очень странный аромат, признаюсь... – прошептал он, и его губы почти коснулись моей кожи. – Хотя, возможно, во мне говорит пара стаканов виски.
Но мы оба знали, что это не так. Это не был голос алкоголя. Это был голос его природы, откликающийся на мою. Дракон, учуявший диковинный, манящий запах.
Я не знала, что сказать. Опровергать? Соглашаться? Любая реакция казалась проигрышной. Я просто молчала, чувствуя, как бьётся его сердце где-то рядом, и как моё собственное отчаянно пытается вырваться из груди. Он снова повёл меня, и его движение стало чуть более плавным, чуть более... властным. Его рука на моей спине казалась теперь не просто опорой, а заявкой на собственность.
– Интересней... – снова, уже про себя, пробормотал он, и его взгляд скользнул по моим губам. – Целая гамма...
Музыка затихала, но он не отпускал меня сразу, задержав на долю секунды дольше, чем того требовали приличия. Этого было достаточно, чтобы все в зале поняли – здесь что-то происходит. Что-то между ректором и его студенткой. Что-то, что пахло запретом, опасностью и невероятным, пьянящим соблазном.
Я, всё ещё пытаясь прийти в себя после его слов про мой аромат, смущённо пробормотала:
– Я... я его подзаряжу. Герман предлагал помочь...
Андор медленно покачал головой, его взгляд стал отстранённым, аналитическим, будто он решал сложную магическую задачку.
– Да, да... – протянул он задумчиво. – Но стоит ли? – Его глаза снова сфокусировались на мне, и в них заплясали опасные искорки. – За твоим ароматом... что-то скрыто. Что-то интересное. Но уловить не могу... аж мурашки бегут... – он произнёс это с лёгкой, почти восхищённой улыбкой. – Может, подождём, когда амулет совсем потеряет силу?
И он так спокойно, так естественно перешёл на «ты», что я и не заметила, как это произошло. От этого осознания я смутилась ещё сильнее. В его кабинете, на тренировках – это было частью правил. Здесь, в баре, после того танца, это звучало как нечто гораздо более личное и интимное.
Я не знала, что ответить. Согласиться? Получалось, я добровольно отказываюсь от своей защиты. Отказаться? Выглядело бы как трусость и признание, что мне есть что скрывать.
Я просто стояла, чувствуя, как жар разливается по щекам, а его пронзительный взгляд пытается разгадать ту самую тайну, что скрывалась «за моим ароматом».
Я почувствовала, как его ладони медленно, почти лениво скользят по моей спине, едва касаясь ткани платья. Движение было успокаивающим и одновременно вызывающим, будто он стирал последние остатки дистанции, которые я пыталась сохранить.
Я подняла глаза и встретилась с его взглядом.
В его золотистых драконьих глазах уже вовсю плясали те самые, опасные чертики. В них не было ни намёка на преподавательскую строгость или отстранённость. Там было чистое, неподдельное торжество хищника, который наконец-то загнал свою дичь в угол. И предвкушение.
«Ну всё, попала...» – пронеслось у меня в голове с кристальной ясностью и странным, леденящим спокойствием.
Бежать было некуда. Отталкивать его – бесполезно и даже опасно. Он играл с моим амулетом, с моим страхом, с моей сущностью, и теперь, кажется, решил, что игра подошла к концу.
– Что... что ты задумал? – прошептала я, и мой голос прозвучал чуть хрипло.
Его улыбка стала лишь шире, обнажая идеальные зубы.
– Ничего такого, от чего бы тебе захотелось сбежать... во второй раз, – он произнёс это тихо, но каждое слово било точно в цель. – Просто... удовлетворю своё любопытство. Насчёт того аромата. И того, что за ним скрывается.
Его рука на моей спине слегка нажала, снова притягивая меня чуть ближе. Талисман на груди оставался тёплым и безмолвным, будто и он сдался. Я была в ловушке. В ловушке его силы, его воли и моего собственного, предательского интереса. И в глубине души я понимала, что сама дала ему эту власть, позволив подойти так близко. Теперь оставалось только ждать, что он будет делать дальше.
Он наклонился, и его губы обжигающе тёплыми прикоснулись к коже моей шеи, чуть ниже уха. Это был не просто поцелуй. Это было... дегустация. Медленное, внимательное прикосновение, сопровождаемое тихим, глубоким вдохом.
– Мм... – прозвучал у меня над ухом его низкий, довольный гул. – Вкусно...
От этого звука и от прикосновения по всему моему телу пробежали мурашки, а ноги на мгновение подкосились. Я инстинктивно вцепилась пальцами в ткань его рубашки, чтобы не упасть. Талисман, до этого молчавший, дрогнул и выдал одну-единственную, слабую вспышку тепла, будто последний предсмертный вздох, и окончательно затих.
Его губы ненадолго оторвались от моей кожи, оставив после себя пятно жара.
– Даже лучше, чем я предполагал, – прошептал он, и его голос был густым, как мёд. – Сладко... и остро. Как спелый персик с примесью дыма.
Он снова прикоснулся губами к тому же месту, на этот раз чуть сильнее, и я почувствовала лёгкий укус его зубов. Не больно. Но достаточно, чтобы заставить меня вздрогнуть и издать тихий, беспомощный звук, нечто среднее между стоном и вздохом.
Я была парализована. Смущена до мозга костей. И, к своему ужасу, польщена. Потому что в его голосе не было насмешки. Было чистое, неподдельное наслаждение. И в этом было что-то невероятно соблазнительное.
Он поднял голову, и его глаза сверкали в полумраке, полные торжествующего удовлетворения.
– Теперь я понимаю, почему твой амулет так яростно защищал тебя, – сказал он, его палец проследовал по линии моей челюсти. – Некоторые вещи... слишком ценны, чтобы делиться ими с первым встречным.
– Но я разгадаю, что скрыто за твоим ароматом, – заявил он, и в его голосе не было ни капли сомнения. Это был приговор. – Люблю загадки. И в этом году... ты – моя загадка.
От этих слов по спине пробежал ледяной холод, смешанный с предательским жаром. Он не просто флиртовал. Он не просто хотел «попробовать». Он объявил охоту. Настоящую, методичную. И я была его добычей. Его «загадкой», которую он намерен был решить, разобрать по частям, докопаться до самой сути.
Я молчала, не в силах найти слов. Что можно сказать на такое? Угрозы? Они были бессмысленны. Мольбы? Он бы только насладился ими.
Он наблюдал за моей реакцией, и его улыбка стала ещё более самоуверенной.
– Не бойся, – он мягко провёл большим пальцем по моей щеке. – Я не сломаю свою самую интересную игрушку. Я буду... изучать её. Медленно. Внимательно. Наслаждаясь каждым новым открытием.
Он сделал шаг назад, разрывая магию этого момента, но его взгляд по-прежнему держал меня в плену.
– А теперь, моя загадочная лисичка, – его голос снова приобрёл лёгкие, насмешливые нотки, – тебя, кажется, ждёт твоя подруга. И шампанское.
Он кивнул в сторону Натальи, которая стояла у нашего ложа с двумя полными бокалами и округлёнными от шока глазами.
Он отпустил мою руку, давая понять, что на сегодня представление окончено. Но мы оба знали – это было только начало. Начало игры, в которой он был охотником, а я – загадкой, которую он поклялся разгадать. И от этой мысли у меня перехватило дыхание. На ватных ногах, с пылающими щеками и гулом в ушах, я побрела к нашему ложу. Каждый шаг отдавался в висках тяжёлым стуком. Мир вокруг потерял чёткость, превратившись в размытое пятно из света и звуков.
Наталья стояла как вкопанная, с двумя бокалами в руках. Её глаза были круглыми от невероятного возбуждения.
– Диан! – она прошипела, едва я оказалась в пределах досягаемости, и впилась пальцами мне в руку. – Он что! Тебяпоцеловал?!
Её шёпот был громче любого крика. Я могла только кивнуть, не в силах вымолвить ни слова. Моя рука сама потянулась к тому месту на шее, где ещё пылало воспоминание о его губах.
– Боги! – Наталья аж подпрыгнула на месте, расплёскивая шампанское. – Прямо здесь! При всех! И ты даже не дала ему пощёчину! – В её голосе звучало не осуждение, а самое настоящее, неподдельное восхищение. – Ну, рассказывай! Каково это? Он... он же дракон! Должно быть... интенсивно?
Я наконец рухнула на бархатный диван, чувствуя, как дрожь пробирается всё тело. Я взяла у неё бокал и сделала огромный глоток, почти не чувствуя вкуса.
– Это было... – я попыталась найти слова, но их не было. Только смесь шока, смущения и какого-то тлетворного, запретного удовольствия. – ...не просто поцелуй.
– Оооо-о-о! – Наталья протянула с понимающим видом, усаживаясь рядом и придвигаясь вплотную. – Ондегустировал! Я видела! Драконы так делают, когда находят что-то... особенное. – Она посмотрела на меня с новым, почти благоговейным уважением. – Значит, ты ему и впрямь пришлась по вкусу. В прямом смысле. Ну, золотая мушка, поздравляю! Ты официально стала самым лакомым кусочком этого сезона!
Её слова должны были пугать. Но в состоянии лёгкого шока и алкогольного опьянения они вызывали лишь горьковатую улыбку. «Лакомый кусочек». Что ж, теперь я знала, каково это – быть десертом для дракона.
– Наташа тащи больше шампанского...без алкоголя я тут с ума сойду
Наталья тут же вскочила с дивана, её лицо сияло от азарта и готовности к подвигу.
– Считай, что уже сделано! – бросила она через плечо и ринулась к бару, расталкивая толпу с решительностью торпед.
Я осталась одна в нашем полумрачном ложе, прислонившись к прохладной бархатной спинке. Я сжала бокал в дрожащих пальцах, пытаясь осмыслить произошедшее. Шёпот Натальи «лакомый кусочек» звенел у меня в ушах.
Без алкоголя я бы точно не выдержала. Нужно было затопить этим шампанским и жар его губ на моей шее, и тот голодный блеск в его глазах, и осознание того, что я из простой студентки превратилась в его «загадку». В цель. Наталья вернулась с ошеломляющей скоростью, неся в каждой руке по целой бутылке дорогого шампанского, явно «позаимствованных» с какого-нибудь столика или полученных с помощью вампирского гипноза.
– Вот! – она торжественно поставила их на столик. – Лекарство от драконьих поцелуев и прочих потрясений! Пей, не останавливайся!
Она налила мне бокал до краёв, а затем и себе. Мы чокнулись с таким звоном, что несколько пар обернулись.
– За тебя, Диан! – провозгласила Наталья. – За самую желанную лисичку Академии! И за... – она многозначительно кивнула в сторону его ложа, – ...интереснейший поворот твоего скучного обучения!
Я залпом осушила бокал. Игристые пузырьки щекотали горло, а алкоголь начал разливаться по телу тёплой, обволакивающей волной, притупляя остроту переживаний.
– Льётся, – пробормотала я, протягивая бокал для новой порции.
– И будет литься, пока ты не забудешь, как тебя зовут! – пообещала Наталья, снова наполняя его.
И мы продолжили наш безумный вечер. Две бутылки шампанского, выпитые на двоих в попытке смыть воспоминание о его прикосновении и о том, что с этого момента моя жизнь в Академии уже никогда не будет прежней.
Я горько рассмеялась, разглядывая золотистые пузырьки в своём бокале.
– Быть игрушкой дракона... М-да, не завидное положение, – выдохнула я, чувствуя, как алкоголь начинает размывать границы трезвого ужаса.
Наталья фыркнула и долила мне ещё.
– Да ладно тебе, Диан! Молодость на то и молодость! – она звонко чокнулась со мной, заставляя шампанское расплескаться. – Без обязательств, чисто на интересе! Ну, классно же!
