Текст книги "Заводите моторы (ЛП)"
Автор книги: Ребекка Чейз
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 23 страниц)
Глава 41
КОННОР
Я не мог перестать смотреть на ее руку. Она была покрыта прозрачной пленкой, а под ней, как тиснение на коже, выбито ее лучшее время круга. Я постукивал ногой, пока смотрел на нее сотый раз.
– Может, я поведу домой? – спросил я, потянувшись к ключам. – Не хочу, чтобы ты повредила руку, она может болеть или…
Сенна подняла брови и крепко сжала ключи.
– Или ты можешь повести, потому что вполне способна, – заикался я.
Она покачала головой, пока шла к водительскому сиденью, а я сел на пассажирское. Она поцеловала меня в губы, и попробовал на вкус фруктовые желейные конфеты, которые она сосала.
– Может, нам стоит заехать за продуктами, чтобы я мог приготовить ужин?
Она набрала скорость, когда я пристегнул ремень безопасности.
– Или можем поесть вне дома. Что бы…
Она провела пальцем по моему бедру.
– Или мы…
– Коннор, – прорычала она. Я подмигнул ей. – Сегодня ты настоящий болтун.
– Ты слишком тихая, и это меня пугает, – я делал вид, что спокоен, когда усмехнулся, но мое спокойствие улетучилось около часу назад.
Она схватилась за ручник, и я тут же заскучал по ее теплу. Я был по уши влюблен, и, хоть и был напуган, я еще был очень взволнован.
– Твой смех никого не одурачит, – сказала она, косо посмотрев на меня, когда завернула.
Ее рука задержалась на рычаге.
За прошедший день я проявил достаточно уязвимости. Мне стоило помнить, что не стоило показывать все эти эмоции, когда речь идет о просто свиданиях.
Она обеспокоено наблюдала за мной, но ничего больше не говорила, пока вела машину. Я похлопывал по своим бедрам, когда выглянул в окно.
– Это не дорога к моему дому. У тебя запланирован очередной сюрприз?
– Увидишь.
Я прижал руку к ее бедру, скользнув ею под платье. Она была такой сексуальной, когда водила машину. Находиться в машине вместе с ней помогало мне больше полюбить вождение. Я буду помнить сладость ее губ и нежное дуновение её пряно-цветочных духов.
– Не заходи так далеко, иначе мы попадем в аварию.
– Определенно того стоит, – она косо посмотрела на меня. На этот раз моя ухмылка отражалась в блеске глаз. Но искушение сюрпризом остановило меня. Ее квадрицепсы напряглись, когда она нажала на сцепление и переключила автомобиль на пятую передачу. – Чисто из любопытства, ты надела трусики?
– Узнаешь позже… если выиграешь.
– Что?
– Просто наслаждайся поездкой.
Я мизинцем подцепил подол ее платья. Слегка потянул за него, из-за чего его лямочка упала. Мой член прижимался к молнии шортов с желанием, которое возникало только при виде нее.
– Да, босс.
******
– Коннор, мы приехали.
Я поморщился от яркого солнца. Было почти семь вечера. Охранник открыл шлагбаум и пустил нас.
– Где мы? Это… Почему?
– Это часть моей миссии заставить тебя снова полюбить вождение.
Она припарковалась у главного здания аэродрома Дансфолд, использовавшийся в автомобильном телешоу Top Gear25 на телеканале BBC (от пер: читается Би-би-си). Я завороженно смотрел на трассу с поворотами и прямыми участками, о которых раньше только мечтал. Трава, окружавшая асфальт, была почти зеленой, хотя коричневые края напоминали мне о жарком лете, которым я не особо наслаждался из-за гонок.
Я соревновался на трассах по всему миру, но еще вырос, наблюдая за тем, как мои любимые гонщики из Top Gear огибали эту трассу. Ребенок Коннор вырывался из моей груди и говорил, что когда-то это была его мечта, а я позабыл о ней. Но это шоу больше не снималось здесь. Возможно, Сенна хотела, чтобы я поводил ее Порше здесь. Мне нравился ее Порше, но здесь я предпочел бы гонять на Феррари.
Что-то блестящее и оранжевое привлекло мое внимание. Я вздохнул, когда с восхищением посмотрел на гиперкар Ламборгини, который видел лишь в Интернете.
– Таких только двадцать! Где ты ее достала?
Я побежал к ней, протянув руки, но быстро отдернул их.
– Можно ее потрогать?
Сенна хихикнула позади меня.
– Конечно. Можешь даже сесть за руль. Но не забывай и о других машинах. Они чувствуют себя обделенными.
Я был настолько ослеплен ее красотой, что не заметил другие машины. Рядом с ней стоял Астон Мартин бронзового цвета, от которого у меня потекли слюнки, а рядом с ним – голубой Бугатти. Он был цвета безоблачных, летних дней.
Я обошел машины, заглядывая в окна, словно ребенок с широко раскрытыми глазами у магазина сладостей, ожидающий его открытия после школы.
– Ну полезай, – сказала Сенна.
Я помотал головой.
– В какую? Я никогда не ездил ни за одной из этих редких машин.
– В ту, в которой, как ты думаешь, ты сможешь побить меня.
Я высунул голову.
– Побить тебя?
Она прижалась своими губами к моим, меня отвлекли жар ее тела, ее сладкий вкус от конфет, ее руки под моей футболкой. Ее дыхание щекотало мою кожу, когда она отстранилась и сказала:
– Да, Дейн, выиграй у меня. Вот твой сюрприз. Когда ты был моложе, твои глаза загорались стоило только тебе разрешить близко подойти к спорткарам. Я хочу, чтобы ты воссоздал эту радость и восторг, который ты испытывал тогда. Опробуй каждую машину. У тебя время до заката, и, возможно, мы сможем погонять против друг друга, если останется время. Шлемы в машинах.
Я крепко сжал ее руки и засыпал лицо поцелуями.
– Ты сделала это ради меня?
– Я попросила парочку одолжений. Джекс помогла все организовать.
Мой пульс участился. Причина была в ней, а не в том, что у меня была возможность водить без давления быть осужденным. Это было не про победу приза, чтобы обрадовать какого-то делового придурка. Это все было ради меня, и она сделала это.
Когда я залез в Ламборгини, то повернулся к ней.
– Ты сказала, что если я выиграю, то узнаю, надела ли ты трусики.
– Наконец-то он вспомнил, – сказала она с улыбкой. Она скрестила руки и медленно облизала губы. – Если у нас будет время посоревноваться, то сделка такая: если выиграешь, то узнаешь, что у меня под платьем.
– А если ты?
– Когда выиграю я, то придумаю что-то. Не переживай, малыш.
– Даже не сомневался, босс, – я быстренько ухмыльнулся и потянулся за шлемом.
Сегодня вечером все мечты становились явью, и это все благодаря ей.
Глава 42
СЕННА
Эмоции захлестнули меня, когда К оннор припарковался рядом. Он гонял по трассе последние девяносто минут. Близился закат, и через полчаса перевозчик заберет машины и вернет их владельцам.
Когда я посмотрела на его сияющее лицо и покрасневшие щеки, мое сердце было готово вырваться из груди.
– Слишком боишься гонять против меня? – спросил Коннор, высунув локоть из окна.
Черт, эти предплечья были хороши. Может, он воспользуется ими, чтобы позже пригвоздить мои руки над головой.
– Конечно, прям вся дрожу, – я нагнулась, чтобы моя задница повисла в воздухе и была хорошо заметна, когда я заглянула в машину, укусив его губы. – Уверен, что хочешь погонять? Ты бы еще успел навернуть пару кругов.
– Колтс, мне нужно знать, надела ли ты трусики, которые прямо сейчас кто-угодно, стоящий позади тебя, либо увидит, либо нет.
Я рассмеялась, и он рукой, мягко легшей на мой затылок, затащил меня в машину. Он еще больше углубил поцелуй, и я растворилась в нем. Я бы все отдала, чтобы посоревноваться с ним, как мы делали раньше, до того, как все пошло наперекосяк.
Он ослабил хватку, и я отстранилась.
– Хорошо, если ты так уверен. Останавливаешься на этой машине?
– Астон Мартин самый лучший, так что да. Машина решила за меня. Какую выберешь ты? Или я побуду джентльменом и позволю тебе взять Астон?
– Черта с два, – я зашагала к Ламборгини, немного виляя задом, из-за чего он застонал. – На этой я тебя уделаю. Приготовься к унижению. Я скучала по возможности надрать твою сексуальную задницу.
*******
Надев шлем, я присоединилась к нему на линии старта.
Мы были единственными на трассе, и раз сигналить на старте некому, нам было сложно договориться, в какой именно момент мы начинаем заезд. Только я подумала нажать на газ, Коннор рванул с линии страта, его шины заскрипели, а позади него поднялась пыль.
– Он позабыл, насколько я была хороша, – прорычала я, когда поехала.
Через минуту я догнала его. Так много лет прошло с тех пор, как я гоняла вот так. Несколько раз я приезжала на этот аэродром одна, чтобы выплеснуть свою злобу или тревожность, так что я знала эту трассу лучшего него. А еще я уже ездила раньше на этой машине.
Он врубил движок и резко ушел вперед.
Я вошла в один из поворотов, чуть не вылетев с трассы. Он смеялся надо мной или волновался, что я могла навредить себе? Я хотела его состязательный дух, а не его защиты.
Он оторвался от меня, чего бы не сделал, если бы переживал. Это тот Коннор, которого я хотела, парень, который выкладывался на все сто. Для него я не была жалким созданием, которая не могла гонять, словно настоящий псих.
Я крепче сжала лепестки переключения передач. Скорость уже зашкаливала за 160 км/ч. Я врубила высшую передачу и наверстала упущенное расстояние.
Мы условились на два круга, и когда мы проехали линию старта, чтобы ознаменовать второй круг, он все еще был впереди и не давал мне пройти. Хоть он и не мешал мне до такой степени, что это становилось опасным, он подталкивал меня, и ракета в виде машины, за рулем которой я была, хотела сжечь резину и уничтожить его.
Бороться за победу, которая будет победой для нас обоих, очень возбуждало, чего я не ожидала. Обычно, когда я бывала здесь, то гоняла против самой себя. Но противостояние с ним и желание уничтожить его наполняло меня силой и агрессией, которые просачивались через кожу. Как будто чистое возбуждение смешалось с адреналином и напором высокой скорости, которая в прошлом чуть не погубила нас обоих.
Я не осознавала, как сильно скучала по состязанию с ним в гонках. Не знаю, хотела ли я уделать его или трахнуть, но в любом случае я кричала от восторга. Мы проезжали последний отрезок, и я ненадолго поравнялась с ним, прежде чем ускориться и обогнать его.
Надеюсь, его глаза были широко раскрыты, когда я промчалась мимо него на полной скорости. Я была слишком занята тем, что радовалась и подняла кулак в воздух. Я пересекла линию и наслаждалась победой и скоростью, которая уносила меня на другую сторону трассы. Он догнал меня, и я съехала на обочину, снимая шлем и готовая размахивать своей победой перед ним, но у меня не было такой возможности.
Он подошел ко мне, в глазах полыхал тот же огонь, что обжигал мое тело во время победы. Он приблизился ко мне, и вдруг радость от моей победы превратилась в нечто чувственное и полное силы. Он поднял меня и усадил на капот моей машины. Я легла на спину, пока он изучал мои длинные ноги.
– Хоть ты и победила, ты все еще остаешься моим призом. А теперь покажи мне, что у тебя под платьем, – он раздвинул мои ноги и задрал подол платья на бедро. – Хммм, ты, сексуальная девчонка.
Теплый ветерок охладил обнаженную кожу между бедер, где было влажно.
– Такая чертовски непослушная, не так ли, малышка?
Я всосала губы, когда он сжал мои бедра, удерживая мои ноги раздвинутыми. Моя киска горела от его взгляда. Я не могла произнести ни слова. Такое ощущение будто, когда я опустила лямочки платья, чтобы обнажить затвердевшие соски, то учувствовала в шоу, созданное для него одного.
– Блять. Я хочу каждую частичку тебя, – но солнце зашло, и почти стемнело. Перевозчик будет здесь с минуты на минуту. – И когда вернусь домой, я буду обладать своей маленький королевой.
– А что насчет моего приза?
– Ты не говорила, что получишь в случае победы.
– Твой член внутри меня на капоте победившей машины.
– Хорошая девочка.
Он расстегнул пуговицу своих шорт. Раскатал презерватив за рекордное время. Затем навис надо мной, прикусив мой сосок и войдя в меня пальцем.
– Нам не хватит времени до приезда перевозчика, – сказала я между вздохами.
– Я задаю время. Если я хочу трахнуть тебя пальцами, пока ты не кончишь, то я так и сделаю.
Я вскрикнула, когда его пальцы согнулись и он задел мою точку G. Он облизывал и посасывал мои соски. Я стонала, а он тяжело дышал, и, когда я уже начала паниковать, что времени мало, он вытащил пальцы, просунул руку мне между бедер и одним движением вошел в меня своим членом.
– Малышка, такая чертовская мокрая. Гонки так влияют на тебя, да? – его брови поднялись.
Он стиснул зубы.
– Ты так влияешь на меня, Коннор. Выиграть у тебя на машине, мчащейся на всей скорости, чтобы ощутить достаточный прилив адреналина в конечностях, так влияет на меня.
Он неустанно входил в меня, толкаясь своим членом все глубже, доводя меня до края на капоте, пока не вошел настолько глубоко, что его хватка на мне усилилась. Моя грудь подпрыгивала. Спина билась об капот машины, которая стоила большего его летнего домика, и мои губы болели, потому что я кусала их, но он не остановился.
Он пожирал меня взглядом. Мои волосы растрепаны от страстного траха, а потом он запрокинул мои лодыжки себе на плечи и вошел еще глубже. Я практически не могла дышать. Звуки нашего секса были такими громкими, что я не верила, что охранник у шлагбаума нас не слышал.
– Малышка, ты такая сексуальная в этом состоянии. Ты – королева скорости, босс и полностью моя. Никто другой не прикоснется к тебе, кроме меня. Ты не фантазируешь ни о ком другом, только обо мне и моем твердом члене. Так ведь, малышка?
– Да, – захныкала я.
Запах горелой резины действовал на меня как афродизиак, и я была уже на грани оргазма.
– Позволишь мне на обратном пути посмотреть, как ты играешься с собой? – я задыхалась, моя грудь вздымалась и опускалась. – Позволишь, Сенна?
Это рычание, то, насколько глубоко во мне был его член, и чистое желание и нужда в выражении его лица – все это было только для меня, и я закричала от оргазма и, пока кончала, была согласна на все, что он хотел. Толкнувшись последний раз, он кончил. Его напряженные предплечья крепко удерживали меня, когда оргазм накрыл меня сокрушительной волной, лишая чувств. Его поцелуи покрывали мою шею и ложбинку меж грудей, когда мое дыхание пришло в норму. Фары машины перевозчика осветили дорогу, когда водитель проехал шлагбаум, слава богу, не посветив в нашу сторону.
Мы подпрыгнули и привели себя в порядок. Я проверила капот, но темнота скрывала любые изъяны.
– Надеюсь, мы его не повредили, – сказала, задыхаясь.
– Это определенно того стоило. Ты невероятна, – прошептал он мне на ухо, а потом губами прикоснулся к моему затылку. – Я запомню тебя такой навечно.
Глава 43
КОННОР
Сенна лежала, прижавшись к моей груди, а ее аромат апельсинов кружил в воздухе между нами. Ее сердце билось в унисон с моим. Ее жар согревал мою душу. Я накручивал ее волосы на палец и нежно поцеловал в лоб. Флафферс сидел на диване рядом с нами, будучи слишком ворчливым, чтобы сидеть у нее на коленях, хоть он проникся симпатией к нам обоим. За эти две недели летнего перерыва мы стали своеобразной семьей.
– Эта половина сезона будет самой лучшей. Тауни с нетерпением ждет заключения контракта завтра, – шотландский акцент Джекс окутывал жилое пространство.
Хоть она и не была на громкой связи, я слышал каждое ее слово. Она была самым громким человеком, которого я встречал. Вероятно, у нее тоже был поврежден слух, как и у многих из нас, кто слишком много лет провел рядом с шумными двигателями.
– Она будет потрясающей. Хотела бы я уволить Антуана раньше, – ответила Сенна.
– Я тоже, – пробормотал я, и она прижала палец ко рту.
– Кто это там с тобой? – спросила Джекс. – Это Коннор?
Сенна фыркнула, когда перевела телефон на громкую связь.
– У тебя все хорошо, Джекс? – прокричал я.
– Не так, как у вас двоих. Вы проводите время как друзья или…, – она позволила нам заполнить пробел, но у тайных, эксклюзивных отношений были правила, включая и то, что вы не обсуждаете их. – Ладно… В любом случае, я рада, что Сенна, наконец, отдыхает. Тебе это нужно было, подруга. Мы беспокоились о тебе.
Сенна напряглась в моих объятиях.
– Все говорят обо мне?
О черт.
Это последнее, что ей нужно было услышать. Я пальцами гладил ее по затылку и сглотнул новый ком в горле.
– Нет, но я переживала, что ты не воспользуешься летнем перерывом, и, когда мимоходом встретилась с Ральфом, он упомянул, что Ники звонил ему и тот хотел, чтобы кто-то присмотрел за тобой, и…, – без умолку болтала Джекс.
– Мне не нужна защита или чтобы люди переживали за меня. Готова поспорить, что у отца не было ни того, ни другого, – ответила Сенна.
– Ему следовало бы – проворчал я, и она наклонила голову. – Может, если бы у него были люди, переживающие за него, то состояние его здоровья было бы лучше, и он бы не оставил тебе компанию в таком беспорядке, который ты должна разгрести.
Я молчал по поводу ее отца. Сенна рассказала мне, что он подумывал продать команду, если она не приведет нас в ТОП-6 в Кубке Конструкторов, чего он не смог добиться за последние пять лет.
Ее голова поникла, и она закрыла глаза.
– Я же жалкая женщина, которая не может руководить, – телефон лежал рядом с ней.
Джекс все еще висела на линии.
– Твой отец заставил тебя пройти через множество испытаний. Мы провели вместе почти две недели, – в абсолютном блаженстве. – Но до этого ты была измотана, работала каждую возможную минуту и ела только потому, что я отправлял тебе еду в офис.
Я хотел, чтобы она поняла, что ей не нужно проходить через это в одиночку и что эти отношения были реальными, насколько это возможно. Я хотел позаботиться о ней.
– Даже Ники, который редко тебе звонит, беспокоится, – добавил я.
– Откуда ты знаешь, что Ники беспокоится обо мне?
Я не мог рассказать, что он попросил защищать ее. Она придет в ярость. И я не защищал ее несколько недель, только если она не хотела этого от меня. Она уперлась кулаком в лоб.
Джекс вмешалась.
– Сенна, расслабься. Эта команда важна для всех нас. Я знаю, что для тебя она значит куда больше, но мы заботимся о тебе, ладно?
– Хорошо, – проворчала Сенна, но все было не хорошо.
– Завтра я привезу Тауни в офис, чтобы она подписала контракты, а затем мы подготовим все к первой гонке, которая состоится через пару недель в Нидерландах.
– Отлично.
– Полагаю, вы не хотите, чтобы я рассказывала о вас двоих кому-то? Не то, чтобы я стала, – голос Джекс притих, когда Сенна выключила громкую связь и вышла из комнаты.
Сенна обеспокоенно посмотрела на меня, когда остановилась в дверном проеме.
– Мы не вместе. Мы просто друзья, которые проводят вместе время и…
Дверь закрылась, а конец ее предложения остался тайной, но я не знал врала ли она Джекс или на самом деле считала нас таковыми.
Я принялся готовить ужин, хоть и расхаживал по кухне, словно мужчина, несущий пятидесятикилограммовые гантели. Тяжесть, которую я тащил, лежала у меня на сердце. Я хотел просыпаться рядом с ней каждое утро, как в эти недели. Мне нужно быть первым человеком, о ком она думала, когда позволяла себе отдохнуть, и причиной, по которой она вовремя уходила с работы.
Я мог позвонить Лайле, но не был готов выслушать ее мнение, и она находилась в совсем другом часовом поясе. Я должен был перезвонить Ральфу. Он оставил несколько сообщений, потому что знал, что для меня значило возвращение в гонки после аварии.
– Коннор, – ругался он, пока я продолжил готовить ужин.
Это был наш последний, особенный ужин перед возвращением в повседневную жизнь. У меня были свечи, и я создал плейлист, словно был по ушли влюбленным подростком.
– Привет, Ральф
– Как ты себя чувствуешь?
Так, словно мне медленно вырывают сердце, а я ничего не мог поделать, чтобы этому помешать.
– Я в порядке.
– Ты уверен? Переживаешь из-за Нидерландов?
– Немного. Но последние десять дней я разговаривал со спортивным психологом каждый день. Он бы тебе понравился. Он прямолинеен и при этом остроумен. Мы работаем над подготовкой перед гонкой.
– Ты спишь?
Я заглянул в спальню, откуда разносился приглушенный голос Джекс.
– Да, даже очень хорошо.
– Отлично, – сказал Ральф, заполняя тишину. – Было время, когда я переживал, что ты не дойдешь до такого состояния. Есть ли у тебя какие-то тактики, которые ты можешь применить во второй половине сезона в отношении твоего сна?
– Рик давал мне какие-то тактики. Я годами страдал от бессонницы, но в эти недели все было по-другому, – потому что каждый день я засыпал рядом с женщиной, которая умиротворяла меня, как ничто другое. – Но хватит обо мне. Как у вас с Майлзом дела? Куда поедете дальше?
– Гавайи! Я купил великолепную новую рубашку. Он ненавидит изображение кружащихся зеленых медведей на ней, но любит меня, а любит побеждает все, – мои воображаемые гантели стали тяжелее. – Но я еще не закончил с вопросами. Есть еще один, а затем я прожужжу тебе все уши про свои поездки.
– Дерзай.
– Ты садился в машину после аварии? Поэтому ты не отвечал на мои звонки?
Он прав, хотя другая причина заключалась в том, что после того, как Сенна заполнила весь мой мир, я избегал всех, кто мог бы разрушить наш пузырь. Исключением были только сообщения от семьи.
– Я много водил. Сначала потребовалось какое-то время и немного уговоров со стороны друга, – я прочистил горло. – Но я полюбил вождение больше, чем когда-либо за эти годы. На прошлой неделе я гонял забавы ради. Там был голубой Бугатти, за который ты бы продал свои гавайские рубашки.
Ральф усмехнулся.
– Этому не бывать.
– Даже Майлз не сможет заставить тебя избавиться от неоновых вещей, – рассмеялся я. – Но Ральф, я столько лет не любил вождение или гонки, а теперь не могу насытиться ими. Я хочу, чтобы мое имя было там, но больше этого хочу продолжать пилотировать., – я взял пустую упаковку макарон и с шумом бросил ее в мусорное ведро, бормоча что-то под нос. – Столько всего изменилось. Я счастлив, как никогда раньше.
Я застыл и вздохнул. Был, пока не позвонила Джекс.
– А теперь расскажи мне про свои путешествия. Что планируете делать на Гавайях?
Пока он рассказывал свой маршрут, руки Сенны обняли меня. Я прильнул назад и прижал ее ближе. Мы оставались в таком положении до тех пор, пока мы с Ральфом не попрощались.
– Прости, что убежала. Я была напугана и запаниковала, – прошептала она. – Я боюсь за вторую половину сезона, а люди думают, что я недостаточно хороша. Ты нужен мне в жизни.
На сердце стало немного радостнее, и я глубоко вдохнул. Я повернулся и увлек ее за собой. Я смотрел в ее красные, стеклянные глаза, полные непролитых слез.
– Я никуда не денусь, – прошептал я. Уголок ее губ неуверенно поднялся. Она закрыла глаза и всосала воздух. Мои поцелуи ласкали ее ресницы. Легкий привкус соли покрыл мои губы. – У нас все получится. Мы должны.
Я укачивал ее в своих объятиях и напевал песню, которую она включала, когда мы подростками вместе чистили зубы.
Я не хотел проживать день, в котором не было ее… не хотел проживать день без этого.
