Текст книги "Заводите моторы (ЛП)"
Автор книги: Ребекка Чейз
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 23 страниц)
Глава 38
СЕННА
– Скорее всего, я не смогу так кончить, а что, если задушу тебя и…
Он заткнул меня, сжав мою задницу, его ладони широко раскрылись, когда он крепко схватил меня.
– Хорошая девочка, – пробормотал он, а потом его язык начал ласкать меня.
Возбуждение растеклось по моему телу, но я не могла сосредоточиться. В моей голове было слишком много мыслей.
– Ты уверен, что я не слишком…
Его рука задержалась на моей ягодице. При таком угле это было не более, чем похлопывание, но я все равно извивалась и терлась о его рот. Его смех на мою реакцию вызывал очередную волну удовольствия. Меня еще никогда не нагибали и не шлепали так хорошо, и я хотела, чтобы Коннор сделал это.
Мужчины, с которыми я была, либо боялись, потому что знали о моей семье, либо заходили слишком далеко, доминируя надо мной, потому что моя сила подавляла их мужество – их слова, не мои. Но Коннор не такой. Он буквально трахал меня зыком и был властным в то же время.
– Коннор, больше, – он обхватил меня за бедра, прижимая к своему языку, пока кружил по моему клитору.
Мои слова превратились в стоны, а голова запрокинулась, когда он снова и снова тянул меня вниз. Мне пришлось схватиться за изголовье, чтобы не упасть, когда его язык скользнул в меня.
Я втянула воздух из страха, что могла забыть, как дышать. Его пальцы впивались в мою плоть. Моя подростковая влюбленность обладала моим телом, словно был экспертом. Он поднял меня со своего рта. Его ухмылка была дьявольской, и если бы я уже не намочила его подбородок, то сделала бы это сейчас.
– Это моя хорошая девочка.
– Блять.
Он притянул меня к своему рту. Я терлась и извивалась, пока он поднимал мое возбуждение на новый уровень. Мои костяшки побелели от того, как я сжимала изголовье кровати. Мои бедра дрожали, а бицепсы напряглись. Он разминал мою попку, время от времени похлопывая меня по ней, от чего я извивалась под его языком.
Я украдкой посмотрела назад. Его член подрагивал, словно находился внутри меня. Он нужен был мне внутри.
Он сделал вдох.
– Я хочу потонуть в твоей влаге. А теперь объезди меня, как ты хотела. Я хочу твоего оргазма, малышка.
Одной рукой я схватила его за волосы, а другой вцепилась в изголовье. Он сжал мои бедра, снова и снова прижимая к себе. Живот скрутило, а мышцы жгло, когда его зубы ущипнули мой клитор. Я никогда не чувствовала себя более использованной и властной одновременно.
Я задыхалась, отчаянно желая кончить. Моя рука переместилась на грудь. Я скрутила и ущипнула сосок, пока смотрела на его прекрасное лицо. Его огромные глаза были прикованы к моим и морщились от счастья. Это было тем, что толкнуло меня через край: удовольствие, боль и его обожание.
Мой оргазм сокрушил меня. Он поднял меня, перекатывая, пока я не оказалась прижатой к его телу.
– Это было…, – но я не могла вымолвить ни слова.
Грудь была тяжелой, пока я тонула в кислороде.
Он был чертовски довольный, что мне хотелось ударить его. Тем не менее, в этот момент проигравших не было. Не думаю, что завтра смогу ходить, но я хотела большего и хотела увидеть, как он теряет над собой контроль.
– Снимай шорты, Дейн.
– Не обязательно все контролировать, босс, – он жестко поцеловал меня. Я попробовала вкус себя на его губах. – На вкус ты как рай.
– Это не так, – ответила я. – Ты не можешь так думать.
– Твое тело идеально. Твой вкус идеален. Я накажу тебя, если не согласишься, – в его глазах появился неотразимый блеск.
– Как насчет «нормально» в место «идеально»? – ответила я с улыбкой.
– На колени.
Я косо посмотрела на него, пока он не сводил с меня глаз. Его брови поднялись, пока он ждал.
– Сначала я хочу увидеть твой член. Слишком долго я представляла его.
Он медленно облизал губы, словно все еще пробовал меня на вкус.
– Раз ты настаиваешь. Но потом ты встанешь на колени, и отшлепаю тебя так, как ты этого хочешь, – мое тело пульсировало. – Не отводи взгляда, малышка.
Он встал и одним движением стянул вниз свои боксеры. Его член был огромным. Я представила его под своим языком, представляла, как он заполнял мой рот. Я сразу подавлюсь им или…
– Хватит облизывать эти прекрасные губы. Встань в позу. На четвереньки. Сейчас же, – он потянулся за презервативом.
Он раскатал его. Я подняла таз в ожидании.
Он протянул руку, когда встал на колени у кровати.
– Ты даже не представляешь, как ты сексуальна, не так ли? Будь ты в платьях начальницы, или в шортах, или же голой. Ты самая сексуальная женщина, которую я когда-либо встречал. Только взглянув на тебя, я могу потерять самообладание. Мне нужно войти в тебя и сделать так, чтобы ты кончила. Это все, для чего я создан. А теперь встань на четвереньки, чтобы я мог жестко трахнуть тебя. И на этот раз мы сломаем кровать. Если она не окажется разбитой к тому моменту, когда я закончу с тобой, значит я не справился.
Когда я нагнулась, он громко застонал. Я посмотрела через плечо и увидела, что он держал и сжимал свой член, медленно поглаживая его вверх-вниз. Его взгляд лизал мою кожу.
– Тогда трахни меня, – сказала я, стиснув зубы.
– Когда буду готов, – он шлепнул меня, и я задрожала от боли.
– Может, ты слишком устал.
Он шлепнул меня сильнее за мою дерзость, и я захныкала.
– Может, я наслаждаюсь моментом.
Я прикусила губу и не сводила глаз.
– Но…
– Женщина, которую я хотел с восемнадцати лет, которая, я не думал, что снова заговорит со мной, самая красивая женщина в мире, сейчас обнаженная передо мной после того, как она провела целый день, смеясь вместе со мной. Ты хочешь помочь мне снова полюбить вождение. Ты для меня все, а сейчас ты в моей постели и требуешь, чтобы я трахнул тебя. Ты идеальна. И полностью моя.
С этими словами он сжал мои бедра и скользнул в меня своим членом. Он подождал пока мое тело привыкнет к нему, а затем вышел и толкнулся обратно. Я никогда в жизни не была такой заполненной. Его постель пахла древесно-цитрусовым ароматом, и я погрузилась в него.
– Хорошая девочка. Бери меня так, как ты хотела долгие месяцы.
– Годы, – задыхалась я.
– Да. Сожми для меня эти сиськи. Моя сексуальная, хорошая девочка. Никой другой. Никогда. Вот так, Колтс. Ущипни свои соски, как ты хотела, чтобы я сделал. Покажи, как сильно тебе это нравится.
Я касалась себя, пока он требовал большего, и моя другая рука сжала простыни. Я задыхалась и крепко держалась за них.
– Теперь клитор. Он такой чувствительный и набухший, да? – я потянулась, чтобы потереть клитор. Он все еще был мокрым после его рта. – Вот так, малышка.
Я вскрикнула, когда он вошел глубже, а его пальцы сильнее впились в мою кожу.
– Потри свой клитор сильнее. Словно это мои пальцы, которые играют с тобой.
Его член входил глубже и глубже, его жар проникал в меня. Он врезался в меня так жестко. Его тело накрывало мое, когда он поцеловал меня в шею сзади. Я повернулась, чтобы наблюдать, как он держит меня за бедра, пока трахает. Я сгорала от желания к нему, пока он неустанно долбился в меня. Пот стекал у меня между грудей, а с моих губ сорвался всхлип.
– Громче. Я хочу знать, как сильно ты хочешь меня. Прокричи мое имя.
– Коннор.
– Громче, – он шлепнул меня, и я вскрикнула. – Что ты хочешь, чтобы я сделал?
– Заставь меня кончить, – прокричала я.
– Моя девочка.
Мое предплечье прижималось к кровати, пока я потирала клитор. Я глотала воздух, когда он вышел и снова жестко врезался в меня. Мой оргазм с силой пронесся по телу, разрушая все барьеры, которые я выстраивала годами. Он входил в меня быстрее и жестче, пока не взорвался собственным оргазмом. Его поцелуи покрывали мою кожу, когда он, наконец, вышел.
Он оставил поцелуй на моей спине, а затем избавился от презерватива. Мы были в таком беспорядке, в которым прибываешь после лучшего в жизни секса. Секс с эмоциями, пока вы делитесь тем, чего на самом деле хотели, был пугающим, но выигрыш оказался еще более невероятным, чем я предполагала.
Его губы вернулись к моей шее. Кончики пальцев ласкали мою кожу, играя с моим клитором, пока он обнимал меня.
– Ты такая чертовски красивая. Моя нежная, непристойная женщина. Ты – все, чего я когда-либо хотел.
Глава 39
КОННОР
Я открыл глаза и потянулся к Сенне. Смутные вспоминания, когда мы посреди ночи прижимались друг к другу ложечкой, пока я медленно толкался в нее, кончиками пальцев потирая ее клитор и соски, больше казались сном, чем реальностью. Ее вздохи и требования большего были шепотом, который ни в какую не покидал меня.
Ее не было рядом. Я вскочил с кровати, чуть не упав на пол лицом. Может, я был слишком требовательным или перегнул со шлепками. Это был наш первый раз вместе, и я был одержим. В миг все мои фантазии стали явью, и я забыл о сдерживании.
Я поспешил в открытую кухню-столовую и замер. Сенна наматывала волосы на палец так, как ей следовало бы делать, когда она разговаривала со мной. Она сидела на табурете за кухонной столешницей. Ее ноги свисали, на ней была моя толстовка, которая едва прикрывала ее бедра. Я помнил, какими мягкими были ее ноги у моего лица, как моя щетина медленно скользила по мышцам, заставляя их напрягаться.
Она повесила трубку. Сделала ли она так, потому что не хотела, чтобы я услышал?
Я развернулся, собираясь уйти, но она выкрикнула мое имя.
– Коннор? – ее голос дрожал.
Мои плечи сгорбились. Я не хотел извиняться за то, что было лучшей ночью в моей жизни, и за то, что, как я надеялся, было лучшей из ее ночей.
Я слышал ее шаги, когда она подошла ближе, но не мог сдвинуться с места. Прошлой ночью я раскрыл свое сердце.
Она осыпала мои плечи поцелуями. Я стиснул зубы.
– Коннор, ты в порядке? Я сделала что-то не то?
Я повернулся. В ней читался тот же страх. Инстинкты взяли контроль над моими движениями, и я притянул ее к себе и обнял.
– Прости меня, Сенна. Когда я проснулся и увидел, что тебя нет, а затем обнаружил, что ты говорила по телефону… боже, я такой засранец. Я никогда никого раньше не ревновал, но с тобой все по-другому. Прости. Ты не сделала ничего. Дело во мне.
Я покачивал ее, но она оттолкнула меня. Я ожидал потока оскорблений от Сенны, который мне так хорошо знаком, но вместо этого она посмотрела на меня и сказала:
– Со мной так же. Когда ты был с Тауни в баре, я подумала, что ты хотел ее. Когда ты попросил, чтобы она присоединилась к команде, я чуть было не сказала «нет», потому что не смогла бы вынести нахождения рядом с вами двумя, пока ты флиртовал, и…
Мои губы обрушились на ее, но она оттолкнула меня.
– Коннор… подожди. Мы пара? Откуда мне знать, чем для тебя была прошлая ночь? Как быть уверенной, что это не было случайностью?
Я прижался губами к ее руке, где был шрам, касаясь серебряной отметки. Я не привык к уязвимости, которой были наполнены мои слова.
– Потому что ничто из моих чувств к тебе не случайность. Нам не следовало трахаться прошлой ночью…, – Сенна отступила назад, но я схватил ее, прижимаясь поцелуем к ее запястью, где бесконтрольно бился пульс. – Нам не следовало трахаться, не поговорив. Ты – сестра моего лучшего друга и моя начальница. Мне следовало узнать, уверена ли ты, обсудить последствия или понять было ли это для тебя чем-то разовым или длительный период.
– Что это для тебя?
Я обвил ее руки вокруг моей шеи, а мои скользнули под толстовку к ее заднице.
– Я серьезен, Сенна. Я хочу с крыш кричать о том, как много ты для меня значишь, но я не хочу, чтобы люди на работе относились к тебе с меньшим уважением, с каким они будут в нашей индустрии.
– А я не хочу, чтобы мой брат возненавидел тебя. Я знаю о вашем соглашении, – сказала она, говоря о соглашении, которое мы с Ники заключили, когда были подростками.
Оно подразумевало, что я не буду встречаться с ней.
– Соглашение было заключено, когда мы были подростками, и мне плевать на него. Как насчет того, чтобы мы не называли это…, – я замолчал.
Я хотел быть с ней, но ее работа была ее жизнью.
– Отношениями? Нам не обязательно вешать ярлык, а просто встречаться, эксклюзивно и тайно. Мы даже не знаем, способны ли мы на отношения. Я никогда в них не была.
– Как и я, – оно и к лучшему, но мне бы хотелось иного.
– И значит Ники не должен узнать, пока мы не поймем, что делаем. Он убьет тебя, если узнает, что мы сделали прошлой ночью.
– И что мы сделаем сейчас. Я заставлю тебя держаться за изголовье, словно это кусок дерева, который не позволил Кейт Уинслет умереть в «Титанике».
Она ухмыльнулась, и моя тревога исчезла под сиянием ее улыбки.
– И когда оно сломается, зная тебя, ты найдешь способ носить его как знак чести.
– Весь город узнает. Мне придется рассказать им грязные словечки, которые ты выкрикивала, когда оно сломалось, – она закатила глаза, и даже это заставило меня выпятить грудь. – А теперь иди в спальню, Сен.
– Сейчас? Но я не знаю, к какому решению мы пришли по поводу нас.
Я сжал ее задницу, а моя эрекция упиралась в ее трусики.
– Мы решили, что нам нужно снова потрахаться и что мы эксклюзивно и тайно встречаемся, – мне горько было это произносить. Мне хотелось рассказать всем, что Сенна моя девушка и что мое сердце принадлежит только ей, но я не мог позволить ей рискнуть всем, чего она достигла, и ее отношениями с семьей ради меня. Так правильно для нее. – Тебя это устраивает?
Мне хотелось, чтобы она сказала, что ее это не устраивает и что она охотно рискнет всем, хоть я и не позволил бы ей. Она кивнула и сказала:
– Я тоже ненавижу это. Когда я разговаривала с Джекс, она знала, что я была счастлива из-за чего-то.
Мои плечи слегка расслабились. Она не разговаривала с другим парнем.
– Она слышала твою ухмылку через телефон, да?
– Она спросила меня, кого я трахнула и есть ли у него брат или сестра.
Мои брови поднялись.
– И ты сказала?
– Сказала, что не понимаю, о чем она говорит. Я наслаждалась перерывом.
– Она поверила?
На мгновение она отказалась смотреть мне в глаза.
– Конечно, нет. Всю ночь я трахалась с мужчиной своей мечты. Я не такая уж и хорошая лгунья.
Внутри всё перевернулось. Прямо сейчас в моей жизни не было ничего значимее нее. Я мог потерять все, и все же мне хотелось, чтобы она выкрикивала мое имя и снова сказала мне, что я – мужчина ее мечты. Пока что этого достаточно.
Я прижал ее к стене. Она такая податливая и жаждущая меня. Ее припухшие, искусанные губы словно молили о моем прикосновении. Она потянулась в карман толстовки и достала презерватив.
Я вскинул брови, и она застенчиво улыбнулась.
– Я надеялась, что, когда ты проснешься, мы займемся этим здесь.
– Тогда позволь превратить твою фантазию в реальность, – я поднял толстовку и снял ее, а она задрожала, прижимаясь ко мне. Пока что этого было достаточно. – Надень на меня презерватив.
Ее глаза расширились, когда она подчинилась. Она разорвала обертку зубами и поглаживала меня по всей длине, пока раскатывала презерватив. Я отодвинул ее промокшие трусики в сторону. Черт, она была готова для меня. Ее глаза закрылись, когда я поднял ее ноги и закинул себе на бедро.
– Я – мужчина твоей мечты, да? – пробормотал я, когда вошел в нее. – Ты – это все мои мечты и фантазии, ставшие явью.
Я пригвоздил ее руки над головой, и она нахмурила брови.
– Прошу, открой глаза. Я хочу видеть в них все цвета, когда ты кончаешь.
Я переплел свои пальцы с ее, пока медленно толкался в нее. Ее улыбка поблекла, когда возбуждение одержало верх.
– Коннор, – простонала она, пока я осыпал ее шею поцелуями.
– Знаю, малышка, – ответил я.
– Я твоя. Вся твоя.
– А я твой, – ответил я, когда мои руки скользили вниз по ее рукам, пока я не обхватил ее лицо.
Она обвила меня ногами, но не для того, чтобы контролировать движение.
Она издавала милый стоны, когда я облизал ее губы. Наши языки сплелись, пока я продолжал вжиматься в нее, наши тела ускорялись, когда ее нужда захлестнула нас. Ее руки все еще подняты в знак капитуляции.
Мои губы скользили по ее соскам, и она сжалась вокруг моего члена.
Я мог бы провести так всю жизнь, а все еще хотел большего.
– Твоя, – снова прошептала она, когда кончила.
******
Каким-то образом, Сенна смогла вытащить меня из дома. Я бы пошел за ней куда-угодно, но предпочел бы остаться в постели, пока заставлял ее стонать или пока слушал, как мило она храпела, что она отрицала.
– Почему сегодня я не могу сесть за руль? – плевать насколько капризно это звучало.
– Ты не наслаждаешься вождением, – подразнила она.
Она сменила толстовку на летнее платье. На ней не было лифчика, и, когда она схватила рычаг переключения передач и включила пятую передачу, я бросил взгляд на ее колени. Она обещала мне секс на капоте. Возможно, этим мы сегодня и займемся.
Мой член встал, соглашаясь на такой план.
– Мне нравится водить твою машину.
Я восхищался ее контролем, когда она на скорости вошла в поворот. Слишком долго я не видел, как она водила, и это чертовски возбуждало. Ее ноги широко раскрыты, а руки иногда ложились на рычаг переключения передач. Такое ощущение будто она ласкала головку моего члена, когда машинально сжимала его, прежде чем повернуть на очередном повороте.
– Хотя еще я наслаждаюсь тем, как ты ее водишь, – добавил я, во рту пересохло, когда я наблюдал, как кожа скользила сквозь ее пальцы.
– Тишь, паренек, – дерзила она. – Мы едем в деревню.
– Надеюсь, чтобы пообедать. Мне нужно подкрепиться для того, что я запланировал для тебя.
Она хихикнула. Я на самом деле хотел, чтобы она снова оказалась подо мной, но еще я был счастлив обнимать ее и говорить с ней о том, чем она занималась в те годы, когда мы не были близки. Между сном и оргазмами она делилась историями об университете и о том, как присоединилась к команде по коммуникациям, но мне хотелось услышать гораздо больше.
– Поздний обед, потому что уже три часа дня. Кто-то не давал нам выйти из дома.
– Чертовски верно. Я все еще раздражен, что ты оделась, хоть и ты выглядишь чертовски аппетитно. Ты надела трусики?
Мой взгляд окинул ее тело, ее кожа порозовела.
– Не твое дело. После нашего нелепого обеда, у нас встреча. У меня встреча, но мне нужны ты и много сладкого, чтобы пережить ее.
– Что за встреча со сладостями?
Ее ухмыляющееся выражение лица сказало мне, что она не расскажет этот секрет.
– Еще я взяла плюшевую Колтс. Нашла ее под твоей кроватью. Не гоже так обращаться с игрушкой, которую тебе подарила твоя начальница.
Она достала плюшевого котенка, которого оставили для меня в отеле в Барселоне и которую я с тех пор всегда носил с собой.
– Я надеялся, что она была от тебя, – я взял ее и вдохнул аромат апельсинов, задержавшейся на ней. – Я не виноват в том, что она оказалась под кроватью. Флафферс ненавидит ее.
Она кивнула.
– В это я могу поверить.
Сжав игрушку покрепче, я смерил ее взглядом.
– Что за встреча, где нужны сладости и плюшевые игрушки?
Она пожала плечами и вышла из машины, выхватив игрушку обратно.
Я рассмеялся, но если честно, то я бы прошел через огонь, если бы она попросила.
Я сильно влип.
Глава 40
СЕННА
Я постучала в дверь маленького коттеджа. Коннор тревожно уставился на меня, увидев кнокер в форме фламинго и светло-розовые цветы в качающейся корзинке.
– Ты должна рассказать мне, что происходит. Это встреча свингеров?
– Нет, – он заваливал меня предположениями последние несколько часов.
Он проворчал. Его глаза переместились наверх.
– Ты выпила обезболивающее за обедом. Это из-за того, насколько сильно я расшатал твой мир, или из-за того, где мы? – я проигнорировала этот вопрос, но это его не остановило, хоть он и заговорил тише, паникуя. – Я не сделал больно, не так ли? Твоя задница так и манит быть отшлепанной, но, если я зашел слишком далеко, ты бы мне сказала, так ведь?
Я поцеловала его костяшки и заговорила тише, на случай если кто-то подойдет к двери.
– Я чуть было не кончила от твоих шлепков, особенно, когда ты снова отшлепал меня утром. Тебе не за что извиняться. И я бы сказала, если бы ты зашел слишком далеко.
– Хорошо. Так, где мы?
Дверь открылась, и появилась женщина в жилетке и широких джинсах. Квадратный кусок хлопка был закручен в ее волосы, а она широко улыбалась.
– Сенна, заходи. Студия через следующую дверь, а я заканчиваю встречу с другим клиентом. Ты у меня последняя.
– Спасибо, что смогли принять меня, Полли.
Брови Коннора танцевали от замешательства.
– Когда моя жена рассказала мне о причине вашего визита, мне пришлось впихнуть тебя. Присядьте в моей гостиной, – Полли указала на комнату в другой стороне. – Там есть, на что посмотреть. Я позову вас, когда освобожусь. Кел скоро уходит на вечернюю смену, но она принесет вам напитки перед тем, как уйти.
Кел, владелица бистро, в котором мы с Коннром были прошлым вечером, вбежала и приняла наши заказы по кофе. Коннор неустанно постукивал ногой, когда она протянула нам наши напитки и выбежала за дверь, помахав рукой.
Старая инди-песня играла из умной колонки. Я посмотрела на Коннора, который молча попивал кофе. Должно быть, он был очень горячим. Я подула на свой. Он пялился на свою кружку, а на лбу проступили морщины. Я могла бы избавить его от страданий, но, вместо этого, ждала пока он взорвется.
Он скрестил руки и посмотрел на меня.
– Я так больше не могу. Где мы и что происходит? Почему эта женщина из бистро сварила нам кофе в ее доме, и кто ее жена?
Он был похож на маленького мальчика, которому сказали, что он должен верить в Деда Мороза, если хочет получить подарки. Я скрыла улыбку за своей кружкой. Мне нравилось, что он выявил эту дерзкую сторону моего характера. Везде я была такой деловой, но с ним я могла быть свободной.
– Когда ты прошлым вечером пошел к машине, я спросила у владелицы бистро, знала ли она каких-нибудь тату-мастеров, и она рассказала мне о своей жене Полли.
– Ты будешь бить татуировку? С каких пор?
Я опустила наши кружки и взяла его за руки.
– Вчера вечером ты сказал, что тебя ранит, когда я тру свой шрам.
Он покачал головой.
– Не слушай меня. Я эгоистичный ублюдок. Это твой шрам, и моя забота.
– Знаю, – кончиками пальцев одной руки я погладила его скулы. – Но то, что ты сказал, заставило меня понять, что я стыдилась этой отметины, этого клейма. Оно было доказательством, что я не могла гонять против мужчин и что я была неудачницей.
Он вздохнул.
– Но ты не неудачница.
Я разгладила складки на его лбу, но он взял меня за руку и поцеловал шрам.
– Теперь я начинаю в это верить. Но я дала этому шраму власть стать причиной моего чувства униженности.
– Мне так жаль. Я считаю, что ты сильная. Ты поборола аварию и снова водишь. Даже когда я говорил себе, что ты не должна меня заботить, я был в восторге от тебя. Люди боялись снова водить, но не ты. А некоторые пилоты пускались в красочные описания своих аварий, но на деле все это оказывалось лишь бесконечным нытьем. Но ты тренировалась и готовилась быть лидером в мире, ставящем преграды на твоем пути. Ты вдохновила меня и многих других, включая Тауни и всех, кто растет и хочет профессионально быть частью этого мира. Ты невероятная.
Мои щеки покраснели, и как бы мне ни хотелось застенчиво потереть свой шрам, я не стала этого делать. Вместо этого, я прижалась своими губами к губам Коннора. Его ресницы щекотали мое лицо, его пальцы вывели сердечко вокруг моего шрама.
– Ты говоришь все самое лучше, – прошептала я ему в губы.
Он пожал плечами, но его улыбка была шире его члена, и это говорило о многом.
– Я хочу превратить этот шрам в особенность. Я попала в аварию и оправилась. Я была успешной гонщицей, и мне хочется отметить это. А еще если тебе от этого станет менее неприятно, то будет бонус.
Я кусала губу, пока ждала чего-то еще, чего-угодно.
– Коннор?
– Не делай этого ради меня. Я того не стою, – запинался он.
– Я делаю это ради нас обоих. Делаю это за все те разы, когда терпела неудачи, но не сдалась.
– Ты невероятная, – повторил он, когда его губы коснулись моего шрама. В животе потянуло, и это напомнило мне, что этот момент между нам мог стать вечностью, но мы только воссоединились. Я пока не могла всем рискнуть. – Какую татуировку выбрала? Что насчет твоего старого болида или карты любимой трассы?
– Я набью время своего самого быстро круга на Силверстоуне.
Он засиял от счастья.
– Через неделю после твоего семнадцатилетия? Мне нравится.
Я откинулась на стуле и уставилась на него.
– Ты помнишь, когда я проехала свой самый быстрый круг?
Он всосал обе свои губы. Его глаза прищурились, когда он поморщился.
– Коннор?
Мой пульс участился, пока он смотрел на меня.
– Обещай не смеяться, – сказал он.
Я прищурила глаза и скривила рот.
– С чего бы мне смеяться?
– Просто пообещай. Клянешься на мизинчиках? – он поднял мизинец.
Его зубы царапали губу.
Я сцепила свой мизинец с его.
– Клянусь на мизинчиках.
Все еще со сплетенными пальцами он другой рукой медленно поднял футболку. Я задержала дыхание, когда он обнажил мокрые от пота кубики пресса. Татуировки устилали все его тело, но он указал на маленькую рядом с подмышкой. Со всем этим весельем, я ее даже не заметила.
– Она хорошо спрятана, и ее не было видно ни на одной твой фотосессии. Когда ты ее сделал?
– Понравились мои фотосессии? Ты игралась с собой, когда любовалась ими?
– Коннор, – предупредила я.
– Да, малышка? – сказал он низким голосом, от которого я задрожала.
– Могу я коснуться ее?
– Только если пообещаешь позволить мне смотреть, пока ты это делаешь.
– Я не имела в виду свою киску.
– Жаль. Может позже. Обещаешь на мизинчиках?
Я закатила глаза, но не могла остановить улыбку, завладевшей моими губами.
– Когда ты ее сделал? – я провела пальцем по татуировке.
Он вздохнул и напряг мышцы. Они дергались, и казалось, что все они требовали моего прикосновения.
– Когда мне было восемнадцать, за несколько недель до аварии. Она была одной из моих первых. Я просил скрывать ее, когда участвовал в фотосессиях, – его голос все еще был тихим, но игривость исчезла.
Кончик пальца кружил по цифрам моего самого быстро круга на Сильверстоуне.
– Поверить не могу, что ты никогда не показывал ее мне, – он прошипел, когда я провела языком по чернилам. – Почему?
– Я хотел. Потребовалось много времени, чтобы набраться мужества. Но я никогда не хотел удалять ее или прикрыть другой татуировкой.
– Почему?
– Потому что это всегда была ты. С первого раза, как ты победила меня на трассе, до ночи перед последней гонкой, когда мы вместе смотрели фильмы и ты уснула в моих объятиях. Это всегда была ты.
Я поцеловала его, что есть силы, со всеми чувствами. Мои руки сжали в кулак его футболку, пока он поглаживал и сжимал мои волосы. Мы задыхались и целовались, наши языки сплетались, а все потраченные годы канули в Лету. Я не могла насытиться им. Я не хотела, чтобы это было секретной интрижкой, но на кону стояло слишком много.
У Коннора в жизни не было много людей рядом. Его отец оставил его, а его семья занята. Мой брат – единственный, кто всегда был рядом с ним, и он не должен потерять его. А я не хотела, чтобы моему брату тоже было больно. Я не знала, что с ним творилось или почему он так отдалился, но, пока я разбираюсь с этим и пока мы с Коннором осмысливаем, чем можем стать друг для друга, когда не изолированы в пузыре, нам нужно скрывать все.
Нас разъединил кашель. Сзади него Полли закрыла глаза руками. Не знаю, кто из нас сильнее покраснел от того, что нас поймали.
– Простите, что отвлекаю, но я готова тебя принять, – сказала она.
Коннор взял сладости и игрушечную Колтс, а затем взял меня за руку.
Пришло время взглянуть в свое будущее и не сосредотачиваться на прошлом.
