Текст книги "Тринадцатая (СИ)"
Автор книги: Полина Белова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 22 (всего у книги 24 страниц)
Королева собралась с духом, понимая, что необходимо уже отпускать от себя дочь хотя бы ненадолго, а то ещё взбунтуется и сбежит насовсем.
– Лилия, твоя сестра, тоже собирается на маскарад, кстати. Ей уже три недели шьют костюм белого лебедя, с настоящими перьями. Столько птиц извели! Только, сколько курицу не ряди в лебединые перышки – она всё равно останется курицей. А у меня есть чудный костюм звёздной ночи, я его ни разу не одевала, а так хочется… Может, я с тобой? Нет? Ну ладно, в другой раз как-нибудь. А Карош кем будет?
– Мам, я еду сама, без Кароша.
– Но как же? Вы же с ним…
– Мы с ним просто друзья. Я устала это повторять. То, что мы с ним вместе съездили к моему дедушке с бабушкой в Фупане ничего не значит.
В гостиную вошла тётушка Роза.
– Доброго дня! О! Розочка, что это за странное платье на тебе надето? С хвостом?!
– Наша красавица едет на маскарад в костюме кошки, – тут же подхватила Королева.
– А… Карош тоже кошаком будет?
– Тётушка! При чём здесь Карош? Я еду не с ним!
– Как же так? Нехорошо, – недовольно покачала головой тётушка Роза.
– Да, почему, нехорошо-то? Мы – не пара! Принц был расстроен, когда мы познакомились. Я смогла поддержать его. Он помог мне встретиться с родными. И всё! Кстати, мамочка, тётушка, Вашему Карошу нравится курица. То есть не курица, а лебедь. Ох, мама, это ты меня запутала! Ему Лилия давно нравится, с самого начала сезона. Но сестра так жестоко и глупо над ним посмеялась, да и потом, в зимнем саду, встретила его некрасиво. Карош глубоко обижен и пытается освободиться от своего влечения к ней, при этом, не выпуская занозу из виду.
– Интересный способ! Только сомневаюсь, что действенный, – фыркнула тётушка Роза.
– Так что, если она будет на балу, значит и он приедет, – согласно улыбнулась Розалия. – А, может, и правда, нам с ним вместе поехать? Я сейчас пошлю ему вестник, спрошу. Тётушка, хочешь посмотреть на весь костюм? Я надену ушки.
Глава 47
На широкой подъездной алее, у самых ступеней парадного входа в Королевский дворец стояли сразу два белоснежных экипажа, украшенные затейливыми золотыми завитками по периметру, над колёсами и на дверцах. Кони нетерпеливо били копытами, пуская пар из ноздрей. Возницы и выездные лакеи в жёлтых с красной отделкой костюмах ревниво и настороженно поглядывали друг на друга и на огромные двустворчатые дубовые двери, в ожидании появления принцесс. У сторонних наблюдателей складывалось впечатление, что они готовятся к гонкам.
Ленивое зимнее солнце давно село. Вдоль парковых дорожек, вокруг площади у дворца и по бокам широкой подъездной аллеи до самых кованных ворот королевской резиденции ярко горели магические фонари, давая нереальный, плавно меняющийся, то на зеленоватый, то на синий, то на красный, но, во всех случаях, достаточно яркий свет.
Пространство у парадного крыльца было полно скрытых любопытных глаз. Сразу на трёх столбах висели на вспомогательных ремнях фонарщики, делая вид, что чинят магические светильники. Два дворника чистили поночи площадь, словно дневного времени для наведения порядка им не хватило.
Из-за обоих углов здания, снизу-вверх, неровными рядочками виднелось головы: слева работников кухни, а справа – конюшен. Снизу, скорее всего, стоя на четвереньках, в нетерпении моргали любопытными глазками поварята и младшие помощники конюхов, а сверху – повара и конюхи.
В каждом окне, что выходило на фасад здания тоже притаились любопытные: горничные, поломойки, дворецкий и экономка, лакеи и охранники, а также, придворные и служащие дворцовой канцелярии.
Когда сегодня днём Её Величество велела к шести приготовить и подать новый выезд для дочери, эта сногсшибательная новость из покоев таинственной Принцессы-затворницы, словно пожар в сухом лесу разлетелась по дворцу. К шести часам уже все в королевской резиденции знали, что сегодня в свет выезжают обе Принцессы.
Более того, это известие самыми непредсказуемыми путями поползло по столице, и Розалия даже не догадывалась, что пока она, с помощью горничных, весело прихорашивается, собираясь, наконец, потанцевать и, в буквальном смысле, повертеть хвостом, на всём её пути следования от Королевского дворца до Посольства королевства Корин начинают собираться городские жители.
Слухи о Принцессе в столице бродили самые разные, но самый невероятный был о том, что она поцелуем вернула резерв выгоревшему магу, что казалось всем чудом, схожим с воскресением из мёртвых. И сегодня, вдоль дороги, по которой должна ехать Принцесса, среди прочих любопытных, отчаянно готовились к поцелую несколько десятков выгоревших магов и магинь всех возрастов.
Королева весь вечер постоянно украдкой роняла слёзы, но сегодня это почему-то не растрогало Озу, а, скорее, вызывало раздражение. Она очень хотела на бал! Как часто девочки в школе говорили о чудесных развлечениях брачного сезона! И вот, сегодня она, Розалия, поедет туда, где нарядный зал сверкает огнями и улыбками, звучит смех, музыка… Она мечтала, как будет танцевать до рассвета, сама будет смеяться и болтать с Тирашем, Карошем и другими молодыми магами и магинями. О! Как же это будет великолепно и весело! Скорее бы!
Слёзы Королевы портили всё удовольствие от предвкушения, мешали девушке радоваться на полную, тем более, что, чем ближе было время выхода, тем сильнее капали слёзы у Её Величества. Поэтому Розалия решительно настояла, чтобы обе женщины не выходили из гостиной провожать её на бал до самого крыльца. Ещё не хватало, чтобы Королева разрыдалась в голос! Пошла одна. Ну, как одна… со свитой из назначенных ей матерью на время бала двух личных фрейлин и, по совместительству, телохранительниц, и нескольких личных горничных, которые должны были помочь Её Высочеству с комфортом устроиться в карете. Поскольку помочь пожелали все, а выяснять, кому достанется такая честь было не ко времени, то по дворцу следом за Розалией вышагивал весь штат её прислуги.
Её Величество с тётушкой Розой тоже недолго просидели в гостиной. Они обе, а также вся свита Королевы из восьми фрейлин перебежками, на цыпочках, крались следом от поворота до поворота скрываясь за углами. Идти открыто и расстраивать свою девочку перед её первым балом Королеве не хотелось. И так не сдержалась…
Обе Принцессы появились в холле одновременно. В сопровождении целой свиты из заботливой прислуги и придворных, каждая вышла с той стороны, в которой находились её покои. Розалия настояла, чтобы мама и тётушка остались в гостиной и не провожали её, а вот мать Лилии сегодня была среди её сопровождающих.
Лилия не знала, как ей себя вести. Казалось бы, по протоколу, она, Лилия, является Наследной Принцессой, и Розалия должна первой поприветствовать её и сделать реверанс, но по сути это ведь неправда. Настоящая Наследная Принцесса – Розалия, и, тогда, всё должно быть наоборот – Лилия приветствует и кланяется Розе.
Девушек за целый прошедший месяц почему-то так и не представили друг другу. Отец просто буркнул Лилии мимоходом: «потом», а Королева и слушать не пожелала, когда девушка самовольно как-то послала к ней служанку с запросом на аудиенцию с сестрой.
Сегодня в холле сёстры увиделись во второй раз в жизни. Они молча встретились глазами и застыли ненадолго в двух шагах друг от друга.
В свите Лилии её мать неслышно шипела сквозь зубы, сверля взглядом Розалию: «Поклонисссь!».
Из-за колонны Королева гневно взирала на младшую дочь своего мужа. «Кланяйся!», – мысленно приказывала она.
Розалия вдруг широко улыбнулась сестре и тихо спросила:
– На бал?
Лилия смогла лишь неуверенно кивнуть.
Тем, кто стоял далеко и не слышал слов Розалии показалось, что при встрече двух Принцесс, старшая сестра улыбнулась, а младшая ей поклонилась, таким образом признавая более высокий статус Розалии. Эта новость из уст в уста сразу ветром пошла гулять по дворцу и дальше, дальше…
Тем временем, лакеи широко распахнули обе тяжёлые дубовые створки парадного входа, и девушки вышли на крыльцо. В абсолютно одинаковых белых меховых шубках с капюшонами, в сопровождении каждая своей свиты, они направились к своим выездам.
Силуэт Лилии напоминал прикрытый шубкой небольшой стог сена, а личико наполовину закрывала белая вырезанная маска, украшенная мелким жемчугом. Зато фигурка Розалии под шубкой была явно невероятно изящной, и маска на девушке была из чёрного бархата, привлекая к себе внимание на общем белом фоне.
Розалия ловко скользнула в салон и её ножки тут же были укутаны мягкой меховой полостью.
Лилия всё ещё продолжала, с помощью служанок, взбираться на сидение, стараясь не повредить лебединое платье.
Карета Розалии мягко тронулась к воротам. Вдруг с одного из столбов с воплем упал фонарщик. Розалия заметила его падение и тут же крикнула вознице, приказывая немедленно остановиться.
Оза уже бежала к пострадавшему, когда, обогнув её выезд, карета Лилии первой промчалась к воротам.
Возница и лакеи экипажа Розалии с досадой проводили взглядом соперников: получиться ли теперь обогнать и прибыть в Коринское Посольство первыми?
Фонарщик то тихонько протяжно стонал, то резко вскрикивал от боли. Мужчина упал с приличной высоты прямо на собственную руку, которую невольно выставил в защитном жесте. И сейчас изломанная конечность была вся в крови, потому что кость проткнула кожу, к тому же, рука оказалась неестественно вывернута.
– О, Ясноликий! Как же это Вы! – Розалия медленно провела ладонью над раной, не решаясь коснуться.
Острое сочувствие к страданиям покалечившегося, смешалась в душе девушки со жгучим желанием, чтобы фонарщик немедленно был здоров, весел и это ужасное происшествие не омрачало её, такой долгожданный, первый выход в свет!
И пусть в этом желании присутствовала нотка эгоизма, из-под ладони девушки вырвался горячий поток магии, и фонарщик с изумлением выдохнул, осматривая мгновенно исцелённую кисть, всё ещё испачканную подсыхающей кровью. Потом мужчина, не доверяя сам себе и своим ощущениям, дёрнул вверх рукав и осмотрел всю, абсолютно здоровую, руку.
– Невероятно. Целая. Не болит совсем. Это чудо! Благодарю… – благоговейно прошептал он.
Пока упавший, сидя на снегу под фонарём, продолжал рассматривать свою конечность, Розалия бегом вернулась в карету.
– Трогай! – велела она вознице.
Две фрейлины телохранительницы только хлопали глазами – всё общение Принцессы с фонарщиком произошло так быстро, что они обе не успели даже сообразить, что надо бы последовать за подопечной, как она уже вернулась.
Лакеи снова вскочили на запятки и экипаж помчался к воротам.
Они были на середине короткого пути, когда заметили огромную толпу и, развёрнутый поперёк дороги, первый королевский экипаж с сорванными дверцами. Нигде не было видно ни лакеев, ни возницы, ни свиты Лилии.
Неверный меняющийся свет уличных фонарей позволял рассмотреть лишь волнующуюся тёмную массу магов. Иногда Розалии, которая пыталась сообразить, что происходит, удавалось выхватить из общей толпы чьё-то одержимое лицо с отчаянием во взгляде.
Приглядевшись, девушка рассмотрела, что мужчины, отталкивая друг друга, пытались перехватить друг у друга изрядно ощипанную Лилию, давно потерявшую свою белую шубку и теперь лишающуюся последних перьев. Маги, рыча, вырывали её из одних жадных рук только для того, чтобы она попала в другие такие же. И сразу целовали…
Лилия едва успевала сделать пару вдохов между этими жуткими поцелуями. Жемчужная маска слетела и давно превратилась в сор под десятками ног. Голова девушки сильно кружилась от нехватки воздуха. Всё тело, едва прикрытое обрывками платья, было покрыто синяками и немилосердно болело. Истерзанные губы опухли, она почти теряла сознание от ужаса, страданий и полного непонимания происходящего…
Вдруг невидимые сильные руки подняли тело девушки высоко над толпой. Яростный магический огонь широкой стеной оттеснил нападающих. Лилия в какой-то прострации почувствовала, что её осторожно прижали к горячей груди, унося из толпы. В панике девушка отчаянно вцепилась в невидимого защитника, как утопающий за последнюю надежду на спасение. Невидимость нервировала Лилию, не давала возможности спрятать зацелованное лицо. Она ощущала, что прижимается к чужому горячему телу, но зрительно перед глазами было пусто, из-за огненной преграды к ней тянулись маги, и это снова рождало панику. В жалких остатках лебединого костюма Лилию трясло не только от пережитого ужаса, но и от холода.
– Не бросай! Не отпускай! Спаси! – шептала девушка, нервно пытаясь взобраться по мужчине повыше, одновременно тесно прижимаясь к нему в инстинктивной попытке согреться.
Карош вынужден был сбросить невидимость.
– Тихо-тихо-тихо, Лиля. Всё! Больше никто тебя не тронет. – он уже принёс девушку к своей карете и, поскольку так и не смог отцепить её от себя, чтобы укутать и устроить в салоне с удобством, вынужден был сам устроиться на сиденье с Принцессой на коленях, и укрыл меховой полостью их обоих.
Розалия не стала мешать или помогать другу спасать сестру.
«Надеюсь, Карош не упустит такой шанс повернуть ситуацию со своей занозой в свою пользу», – подумала она. – «Только, что это за толпа ненормальных напала на неё?»
Через мгновение, Розалия с изумлением наблюдала, как ненормальные маги пытаются пройти к карете Кароша прямо сквозь огонь. На некоторых загорелась одежда, вспыхнули волосы.
Фупанец с Лилией умчался. А Розалия, которая не могла проехать, так как дорога была перекрыта, гневно вскрикнула:
– Да что же это такое! Сегодня все будто сговорились испортить мне первый бал! – и вылетела из кареты.
Толпа, нацеленная на уехавший экипаж Кароша, вдруг обратила внимание на второй королевский выезд и ещё одну девушку со свитой. Тёмная волна магов резко сменила направление, с фанатичным блеском в глазах мужчины пошли на вторую Принцессу.
Но это они зря… Розалия и так уже два своих первых раза поцеловалась случайно и не собиралась дарить следующую сотню поцелуев непонятно кому. Поэтому вмиг огромный смерч, осознанно сотворённый Озой, приподнял всю серую толпу невысоко над заснеженной поверхностью и, хорошенько раскрутив, по широкой дуге разбросал желающих целоваться с ней далеко по столице.
Путь на бал-маскарад был свободен.
К назначенному часу Принцесса Розалия въезжала на территорию Посольства Корин.
Глава 48
В сверкающем сотней настоящих свечей и таким же количеством магических светильников холле Посольского дворца, гостей встречала целая делегация: сам посол с супругой, Его Высочество Наследный Принц Тираш Коринский и его Первый Советник Рош Пламенный. Парадные костюмы мужчин отдавали дань теме бала лишь тем, что были дополнены узкими чёрными масками на глазах, что совершенно не скрывали их настоящий облик. Зато супруга посла выглядела весьма экзотично в костюме зайчика. Её невероятно узкое серое платье с белой меховой вставкой на груди, ниже талии было украшено прелестным круглым белым хвостиком, длинные заячьи уши крепились на крошечной шапочке, пристроенной в сложной высокой причёске, а широкая серая маска была щедро расшита такого же оттенка редким жемчугом. В таком костюме жена посла наверняка выглядела бы прекрасно и соблазнительно, если бы была немного моложе и весила хоть вполовину меньше всех встречающих вместе взятых.
Когда Рош впервые увидел эту гигантскую пожилую зайчиху, он споткнулся на последней ступеньке лестницы и растянулся у ног женщины.
– Наповал сражён Вашей красотой, леди Мартиния. Вы сегодня неотразимы, – пробормотал молодой маг, поднимаясь на ноги.
Так повелось на маскарадах в каждый сезон, что мужчины не особо утруждались созданием образов. Они, зачастую, старались найти применение уже имеющимся одеждам или просто дополняли костюм какой-либо новой подходящей к теме деталью. Зато женщины относились к подобным мероприятиям со всей ответственностью. В этом сезоне на маскарадах царила мода на костюмы животных, птиц или, на крайний случай, крупных насекомых. Поэтому в стенах Посольского дворца сегодня уже разгуливало несколько десятков кошечек всех окрасов, множество заек, лисичек, мышек, а также разных лебёдушек, ласточек, цыплят, пара козочек и даже одна лошадь.
Бальные платья магичек соответствовали выбранному образу по цвету и фасону, дополненные мелкими деталями в виде манишек и хвостов. Однако главную роль в маскарадном костюме каждой дамы играл соответствующий головной убор и, расшитая драгоценными камнями, маска на верхнюю часть лица.
В вестибюле, сбросив на руки лакею свою белую шубку, Розалия ещё раз внимательно осмотрела себя в огромном, на всю стену, зеркале и осталась довольна. Её фрейлины, по иронии судьбы, обе оказавшиеся в костюмах мышек, стояли по бокам Принцессы и тоже разглядывали себя так, словно впервые увидели. Троица получилась живописная: гибкая чёрная кошечка по центру была на голову ниже двух мощных серых мышей. «Грызуны» держали в руках свои длинные хвосты на манер короткого кнута и что-то в выражении их лиц, наполовину скрытых масками, подсказывало, что они легко пустят их в ход, при необходимости.
– Да вы мне всех ухажёров распугаете, – недовольно пробурчала Розалия.
Впрочем, чуть позже выяснилось, что беспокоилась она напрасно.
Тираш кинулся навстречу девушке, едва завидел её. Рош отстал на целых два шага.
– Я так счастлив, что ты пришла! – произнёс Принц, целуя кончики тоненьких пальцев, не прикрытые перчатками.
– Самая очаровательная кошечка, которая только встречалась в моей жизни! Счастлив приветствовать! – заливался соловьём Рош, в свою очередь, тоже целуя руку девушке. – Ваше Высочество, Розалия, Вы подарите мне первый танец?
– Не подарит. Она, как Принцесса, открывает со мной бал, – перебил его Тираш. – Позабыл правила этикета?
– Тогда второй, – тут же покладисто поправился Рош.
– Второй танец Её высочество танцует с послом, – безапелляционно заявил Принц.
– Третий?..
– Третий с дедушкой супруги посла.
– Четвертый?..
– Снова со мной! Уже не по протоколу, а просто как с кавалером.
– Пятый?..
– С дядюшкой Марошем.
– Шестой?..
– С почтенным профессором Жарошем.
– Но он еле ходит!
– Ничего! Сегодня он будет танцевать. Я позаботился.
– Позволь спросить, а, кроме тебя, кто-нибудь моложе наших родителей будет сегодня танцевать с Розалией?
– Конечно будет! Сын второго помощника посла, Марош.
– Ему пятнадцать! В таком возрасте, вообще, рановато бывать на таких мероприятиях.
– Ничего, для своего возраста он весьма разумный и перспективный молодой маг, поэтому сегодня я для него сделал исключение.
– Что не хватило на все танцы подходящих престарелых кавалеров для Розалии?
– Ммм…
– Вместо юного Мароша буду танцевать я! Какой у него по счёту танец?
– Девятый. Это будет уже ближе полуночи. Сразу после танца ему придёт время ложиться спать.
– Значит, пойдёт в постельку немного раньше. Девятый танец мой!
– Рош, прости, но все танцы Принцессы Розалии уже расписаны. – Тираш повесил на поясок Розалии крошечную записную книжечку на серебряной цепочке. И твоего имени там, увы, нет.
– И когда же она успела их расписать? – разозлился Рош.
Тираш только плечами пожал и повёл потрясённую этим диалогом девушку в бальную залу.
От шикарных платьев дам, украшенных мехами и перьями, рябило в глазах. В огромном помещении стоял равномерный гул разговоров, то тут, то там, перемежающийся колокольчиками нежного женского смеха. Мелькали слуги с подносами, уставленными разноцветными напитками. На балконе над танцевальным залом тихонечко настраивался оркестр.
– Ты в самом деле расписал все мои танцы? – негромко спросила Розалия.
– Да.
– Но зачем? Думаешь, никто не захочет сам меня пригласить?
– Нет, просто подобрал тех, чьи прикосновения к тебе с трудом смогу вынести.
– О чём ты? – поразилась такому ответу Розалия.
– Ты моя невеста, не забыла?
– Тринадцатая…
В этот момент посол дал знак музыкантам и грянули первые слаженные аккорды музыки. Вокруг вовсю начали образовываться пары.
Тираш вывел Розалию в центр зала.
– Тринадцатая, но я не помню остальных двенадцать, – ответил Принц и закружил девушку в первом танце.
В то время, когда сестра танцевала, Лилия сидела в огромном чане с горячей водой и без остановки умывала лицо, не в состоянии очиститься от чужих поцелуев. Две хлопотливые горничные, помогающие ей, отчаялись уговорить девушку успокоиться и пригрозили, что немедленно позовут Его Высочество Принца Кароша прямо в купальню.
Угроза возымела действие, и Лилия, наконец, позволила женщинам вымыть, переодеть в длинную ночную сорочку и уложить себя в постель.
Принц Карош явился к Принцессе, едва ему доложили, что гостья приведена в порядок, выпила успокоительный отвар и смирно лежит в опочивальне.
– Как Вы себя чувствуете, Лилия? – спросил он, со скрежетом придвигая поближе к кровати тяжёлое кресло с витыми железными ножками и усаживаясь в него.
– Благодарю за помощь, Ваше Высочество. Я не понимаю, что со мной произошло, – тоненько проскулила девушка.
– Я тоже не понимаю. Однако, невзирая на доставленные Вам магами неприятности, на покушение это не похоже. Как-то странновато убивать, зацеловывая толпой.
– Разве? Я еле жива осталась и уже мало что соображаю. Расскажите мне, будьте добры, что Вы видели?
– Я ехал в Посольство Корина на маскарад, повернул со своей улицы, миновал Цветочную площадь. По пути ничего необычного не заметил. Зато, когда мой экипаж выехал на дорогу, что ведёт к Посольскому дворцу, я обнаружил повреждённый королевский экипаж, валяющихся на снегу бессознательных магов, барахтающихся в мелких схватках Ваших сопровождающих. С некотороми я немного знаком, но помогать им не стал, так как увидел Вас, практически истерзанную толпой магов, которые дрались между собой за поцелуй с Принцессой. Я немедленно вызвал наше родовое заклинание невидимости и призвал огонь, чтобы успешнее бороться с толпой за такой ценный трофей, как Ваше Высочество.
– Какой ужас!
– Да, я тоже заметил, что Вам явно не по нраву эти странные ухаживания, поэтому решительно унёс Вас в свой экипаж и привёз к себе домой. И вот Вы здесь, со мной, Лилия. Теперь прошу, Ваша очередь рассказывать, что случилось.
Карош в разговоре, между делом, сначала накрыл ладонь девушки, лежащую сбоку поверх одеяла своей, а чуть позже уже держал руку Принцессы в своих ладонях, мягко поглаживая.
– Я тоже выехала на маскарад в Посольский дворец. Против обыкновения, сегодня по пути следования моего экипажа стеной стояли жители столицы и сильно размахивали руками, приветствуя, когда я проезжала мимо. Это было очень непривычно, но приятно. Странно, да?
– Так, дальше? – тыльная сторона ладони Лилии уже была у губ Кароша, и он потихоньку касался губами прохладной кожи.
– Неожиданно экипаж резко остановился. Я услышала громкие крики, сердитую ругань моего сопровождения, потом, звуки борьбы. Карета хоть и стояла на месте, но её качало и дёргало. Внезапно, распахнулись дверцы с обеих сторон. Оглушающе завизжали мои фрейлины, которых какие-то мужчины силой выволокли наружу. Они упирались, хватались за что могли, даже дверцы оказались оторванными, наверное, ими. Я, сжавшись в комок, осталась сидеть в экипаже, и от страха глаза закрыла.
Лилия, волнуясь, заново переживая свои приключения, порывисто села на кровати, и Карош, в тот же миг, переместился с кресла, устраиваясь рядом, чуть за её спиной, обнимая и нежно успокаивая поглаживанием по плечам.
– А дальше? – тихо спросил.
– Потом, вдруг – тишина. Я глаза открыла, чтобы посмотреть, что происходит, а они… с двух сторон экипажа… на меня смотрят. А потом, как кинулись! И давай тянуть, хватаясь за что придётся, в разные стороны. Я сначала почему-то за свой лебединый костюм испугалась. Подумала, что сейчас перья выдернут, а потом поняла, что мне сейчас не перья – руки оторвут. От ужаса собрала весь свой воздушный резерв и выплеснула – ударила от себя во все стороны. Маги, которые ко мне поближе были, разлетелись на приличное расстояние.
– Умница, – Карош осторожно поцеловал за ушком.
Лилия, возбуждённая рассказом, даже не замечала, ни довольно компрометирующей позы, ни вольностей Принца.
– Только я весь свой резерв из-за паники так бестолково выплеснула, что больше нечем было защищаться. Те, кого я отбросила, остались лежать оглушённые, но другие, прямо через них, снова двинулись в мою сторону. Я из кареты выскочила, думала сбежать, а они – окружили. Предположила, что начался переворот в Королевстве и меня сейчас убьют! А они… они…
Карош нежным поцелуем чуть коснулся припухших губ девушки.
– Стали целовать, да? Так? – и снова едва-едва мазнул своими губами по нижней дрожащей губке.
– Нет. Они… больно… противно… мерзко… будто грызли… без зубов только. Я думала, что никогда в жизни больше не буду ни с кем целоваться… – жалобно шептала девушка, тая в горячих, сильных, надёжных руках, которые спасли, защитили.
Карош уже вовсю ласково целовал растерянное личико, розовые ушки и нежную беззащитную шейку девушки.
– Тебе неприятно? – тихо спросил он.
– Нет. То есть, да. То есть, мне не не… В общем, ох… – неразборчиво бормотала Лилия, обнимая Кароша за шею и зарываясь пальчиками в его волосы. С ним было совсем не страшно.
– Я послал своих магов, разобраться в том, что произошло. Завтра утром доложат, – пробормотал Принц, укладывая Лилию под собой поудобнее.
– Благодарю…
– Полагаю, прелюдии тебе на сегодня было достаточно, – пробормотал Карош, задирая тонкую ночную сорочку девушки.
