Текст книги "Тринадцатая (СИ)"
Автор книги: Полина Белова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 24 страниц)
Глава 23
Его Высочество появился, как никогда, кстати! Девушки тут же отвлеклись от растерянной Озы, не знающей как реагировать на изменения в своём статусе. Теперь всё жадное внимание невест принадлежало Принцу. Следом за ним, в гостиной появились несколько членов Королевского Совета и оба друга и советника Тираша. Девушки поднялись со своих мест и дружно поприветствовали Наследного Принца и остальных мужчин лёгкими, подобающими случаю поклонами. Тираш вежливо кивнул в ответ и позволил невестам сесть.
– Девушки, объявляю начало первого конкурса, после которого одна из Вас отправится домой.
За столом словно ветер, пронёсся испуганный выдох.
Тираш вальяжно сел во главе стола, напротив Озарии. Она скользнула по нему равнодушным взглядом, лишний раз убеждаясь, что не ошиблась, Принц действительно был другом её детства. «Что ж… Всё проходит…Больше между нами нет ничего», – немного грустно подумала Оза и обратила всё своё внимание на распорядителя отбора.
– Сейчас Вас ожидает ужин с Его Высочеством и, одновременно, проверка знаний этикета. Для Наследной Принцессы – это одна из важнейших премудростей. Члены Королевского Совета, господа Советники Его Высочества и я будем внимательно наблюдать за Вами во время ужина, – объяснил господин Серош и крикнул кому-то за дверь, – Прошу внести первую подачу блюд!
Начался конкурс.
Впервые в жизни, Озария и её школьные подруги мысленно вспомнили мегеру Шакилию добрым словом. После двух лет жесточайшей тренировки под её придирчивым, несущим беду и обещающим суровое наказание, недобрым взглядом, что им вежливое внимание членов Королевского Совета и молодых красивых парней! Они легко выполняли всё необходимое, вели милую застольную беседу и брали правильные приборы для самых сложных блюд, даже не задумываясь. Их обучение правилам этикета было слишком жестким, но сейчас полученные навыки неожиданно пригодились.
Девушки ужинали с Наследным Принцем, а распорядитель отбора, Никош, Рош и члены Совета ходили вокруг стола и оценивали каждую претендентку. В непривычной обстановке, в компании Его Высочества и под внимательными взглядами судей конкурса, невесты путались в двух словах, беседуя с Тирашем или между собой, ошибались в приборах, обливались, давились, смущались, запинались. Все! Кроме четвёрки невест с аккуратными, соответствующими ужину, причёсками. Представительницы восточной школы магии на этом конкурсе были идеальны. А Сония в этот вечер была настолько счастлива избавлению от уродства и улыбалась так искренне, что Никош невольно задерживался рядом с ней, любуясь девушкой.
Как-то само собой получилось, что в начале вечера почти все претендентки старались выбирать места поближе к главенствующему месту. Лишь Сония, Тания и Нимия такого стремления не имели, и устроились в самом конце стола. Когда с другого края усадили Озу, получилось, что все четыре девушки оказались рядом. Теперь они почти не обращали внимания на Тираша, весь ужин с удовольствием беседуя между собой.
Зато Тираш… Он разглядывал тринадцатую невесту с особым интересом. Ему уже доложили, что девушка прибыла из нижнего мира и сегодня оказалась несколько необычна в проявлении дара. Схожесть имён, Оза-Озария, на мгновение тронула сердце надеждой, но эта цветущая юная красавица никак не могла быть его страшненьким, глазастеньким и голенастым детёнышем болотной цапли из приюта. Ничего похожего! К тому же, его маленькая Озочка уже подбежала бы к нему и обняла названого брата, а не сидела бы, делая вид, что не обращает внимания. А хороша, плутовка! Чудо, как хороша, заноза!
Наследный Принц, сидящий во главе стола, неспешно ужинал и по очереди обращался с каким-нибудь вопросом к каждой невесте, то с одной стороны стола, то с другой. Озария, которая оказалась сидящей напротив него, с противоположного торца стола, отвечала последней.
– Каково Ваше любимое занятие, леди Озария? – Тираш с любопытством ждал ответа и, пользуясь моментом, рассматривал эту красивую серую уточку напротив, сам себе, при этом, он напоминал расфуфыренного селезня.
Среди разряженных к ужину невест, Озария, действительно, очень сильно выделялась своим скромным серым нарядом и невольно привлекала внимание, постоянно притягивая взгляд не только Принца, но и членов Королевского Совета и… Роша.
Советник Принца впервые в жизни не мог отвести глаз от девушки. Её лёгкая улыбка… Поворот головы… Маленькое розовое ушко…Рош, в который раз, встряхнул головой, отгоняя наваждение и принуждая себя перевести взгляд на другую невесту.
Не только Тираш заметил, что в отличие от других невест, восточная четвёрка не поедает Принца жадными взглядами, раскрыв рот, ожидая каждого слова, которое он роняет с уст.
Эти строптивицы, в самом деле, предпочитали болтать с Озарией, и поворачивали голову в сторону Принца лишь по необходимости.
– Благодарю за вопрос, Ваше Высочество. Я люблю шить. После отбора намерена попытаться стать модисткой, – спокойный мелодичный голос девушки ласкал слух, но смысл ответа вызвал глухое раздражение у Принца, ибо свидетельствовал о том, что о победе серая уточка даже не помышляла.
Ещё Тираш понял, что девушка совершенно не волнуется о возможном отсеивании её из числа претенденток на звание его жены, и это стало неожиданно неприятно.
Для всех невест, кроме восточных, первый конкурс оказался настоящим испытанием. Едва Принц покинул гостиную, некоторые девушки даже расплакались, отпуская напряжение вечера.
С объявлением результатов не тянули. После короткого совещания, тут же, за дверью гостиной, господину Серошу было поручено отправить одну из девушек, представительницу Южной школы магии, домой.
Выбывшая красавица даже не успела ни одной ночи переночевать во дворце. После ужина девушка, исключённая из числа претенденток на звание Наследной Принцессы, больше не смогла войти в крыло невест. Она осталась ждать прибытия родителей за нею, в малой гостиной, горько рыдая на широком мягком диване.
Господин Серош дал распоряжение Озарии занять освободившуюся комнату выбывшей.
Минувший день оказался для многих слишком богат на события.
В ласковой тишине летней ночи, Озария, чуть облокотившись плечом о створку, стояла у распахнутого окна и смотрела на, подмигивающее ей далёкими огоньками ночных светил, небо. Она так морально устала, что совсем не хотелось думать ни о чём серьёзном. Просто ночь, просто звёзды, просто она – одна из невест Тираша, тринадцатая… Ах, нет! Уже их стало на одну меньше. Какое испытание приготовлено на завтра? Или завтра им позволят отдохнуть?
Сония в эти ночные часы тоже не могла уснуть. Девушка стояла перед зеркалом, в серебристом лунном свете снова и снова рассматривая своё лицо, осторожно проводя по нежной здоровой коже кончиками пальцев. Казалось, что некоторое время она не жила, а спала и видела непрекращающийся кошмар, а сегодня, наконец, проснулась. И всё хорошо!
Принцу и его друзьям тоже не спалось. Они сидели в мягких креслах на открытом балконе у Тираша с полными бокалами вина в руках.
– А эта уродина, которую излечил твой отец, оказалась ничего так, – задумчиво протянул Рош.
– Не нужно так о ней говорить. Девушку зовут Сония, – недовольно нахмурился Никош.
– Как, так? Что я неправильного сказал? Была уродиной? Была. Король излечил? Излечил, – начал было дурачиться Рош, но тут же вскочил с кресла и отбежал от Никоша, который резко отставил свой бокал на низкий дубовый столик и пошёл на друга, сжав кулаки.
Тираш равнодушно наблюдал за парнями, мысленно прокручивая в голове весь прошедший вечер: разговор с отцом и ужин с невестами. Странная магия «серой уточки» интриговала его. Он сразу решил, что присмотрится к этой тринадцатой невесте повнимательнее, как и посоветовал отец. Как она смогла пройти сквозь королевские защитные чары? Принц вспоминал строптивую четвёрку на противоположном конце стола, злился и одновременно восхищался уточкой и её школьными подружками. Надо сказать, что восхищение девушками – совершенно новое чувство для Тираша. До сих пор, они его только раздражали, порою, довольно сильно. Лишь иногда женщины приносили Его Высочеству короткое удовлетворение – когда он брал какую-либо из них к себе в постель. Хотя, сразу после этого, снова неимоверно раздражали.
– Эй! Спокойнее, друг! Я же с вином! Красавица твоя уродина! – в шутливой потасовке Никош мял Роша, а тот, защищаясь, пытался спасти бокал с вином, который так и не успел отставить. – Ай! Не уродина! Не уродина!
– Хорош, парни! Пошли по койкам! – скомандовал Тираш. – Завтра следующее испытание для моих невест. Будем наблюдать. Ещё одну курицу кышнем.
– Я уже не могу дождаться завтрашнего дня. Девчушка в сером такая милашка. Её оставим напоследок! Завтра попытаюсь подмагичиться к ней немного. Ты же не против, Тир? Тебе всё равно такая толпа девок ни к чему. Я себе эту, Серенькую, присмотрел, а Никошик, судя по всему, свою Уродину. Ай! Не Уродину! Больно же, кабанище ты дикое!
– Так! Все девчонки-невесты только мои до тех пор, пока не отсеются. Не протягивайте к ним свои загребущие конечности, а то переломаю. Я не шучу, парни! Замечу, что проявляете к моим невестам неположенное внимание, обоим наваляю так, что мало не покажется. Ясно выразился?
– Эй! Ты чего так разъярился, друг? Спокойно…спокойно… Все они только твои… пока… – Рош быстро пошёл на попятную, заметив, что Принц действительно слишком зол и начинает искрить.
Друзья знали, что Тираша лучше не доводить до края. Условно примирившись парни разошлись по своим комнатам. Но ещё долго все трое не могли уснуть, успокаиваясь.
Никош, едва закрывал глаза, видел перед собою сияющее лицо Сонии и досадовал, что как ни старался, так и не уловил на себе ни единого её взгляда. Он бы улыбнулся ей. Никому из баб не улыбался никогда, а ей бы – улыбнулся. Какие у неё глаза! Голубые, искрящиеся, заманивающие, как воды королевского озера под яркими солнечными лучами в безумно жаркий летний день. Окунуться с головой, и ни о чём не думать! Ощутить блаженство…
Рош, лежа в постели, больше всего вспоминал почему-то маленькое ушко на аккуратной головке девушки в скромном сером платье. Может от того, что всё время ужина поглядывал на неё сбоку. Розовая нежная раковина стояла перед закрытыми, в попытке уснуть, глазами и манила коснуться её губами, потом облизать её, нежно пососать почти прозрачную мочку, провести языком… Бездна! Да что это за наваждение такое!
Тираш не сразу смог лечь. Некоторое время он нервно мерил свою огромную спальню широкими сердитыми шагами из угла в угол, и пытался понять: что за чувство неприятно скрутило его внутренности, когда Рош сказал, что ему приглянулась его «серая уточка»?
Глава 24
На следующий день не все девушки вышли к завтраку.
Видимо, сказались треволнения накануне, и некоторые невесты не смогли уснуть допоздна, поэтому утром красавицы слишком крепко спали и не услышали нежную мелодию побудки, которую для них сыграли магически настроенные напольные часы.
Возможно, полуночницы Сония и Озария, тоже проспали бы. Но их школьные подружки Тания и Нимия, весело напевая бодрые походные песенки, растормошили и подняли обеих засонь.
Конечно, не без того, чтобы отчаянно не выспавшаяся Озария, на приютском неласковом жаргоне нижнего мира объяснила назойливой новоиспеченной певичке Нимии, какая она нехорошая и где именно в будущем ей стоит петь свои дурацкие арии.
А, умоляющая дать ей поспать, Сония даже швырнула в хихикающую Танию одной из своих подушек, за её несмолкающий громогласный походный марш.
Зато к моменту выхода в малую гостиную вся четвёрка восточных невест выглядела бодрой и вполне проснувшейся. Господин Серош с удовлетворением отметил опрятный внешний вид девушек и их аккуратные причёски.
К счастью, кроме распорядителя и нескольких невест, на завтраке больше никого не было. Девушки смогли поесть в более-менее спокойной, хоть и недоброжелательной, обстановке. Напряжение за столом всё же было потому, что этим утром невесты от других школ, не занятые борьбой за место поближе к Принцу и его внимание, а также не озадаченные строгим выполнением правил этикета под придирчивыми взглядами судей, наконец, обратили внимание на отсутствие шрамов у Сонии.
– Ты хочешь сказать, что его Величество потратил на какую-то девчонку свой драгоценный королевский резерв?
– Не может такого быть!
– Король лично исцеляет исключительно выдающихся и нужных для королевства магов! Это – закон!
– Да! Непреложный закон! Иначе, возле ворот дворца толпами бродили бы страждущие не только нашего королевства, но и со всего мира!
– Чем это ты такая выдающаяся, а?
– Ты близко знакома с Его Высочеством или Его Величеством?
Злые, колючие, настороженные взгляды претенденток на звание Наследной Принцессы буквально буравили Сонию.
– Она не выдающаяся, девочки. Она, как и мы с вами, нужная королевству. Ведь Сония – одна из невест Наследного Принца, единственного сына Его Величества, – исключительно ради своей подружки, которая не могла спокойно покушать, Озария постаралась установить относительный мир за столом.
После завтрака, господин Серош приказал слугам принести, приготовленную для невест, одежду для сегодняшнего дня. Через минуту девушки получили форму сестёр милосердия.
– Леди, прошу вас пройти в свои комнаты и переодеться, потом, вернуться в гостиную. Его Высочество, Советники Принца и члены Королевского Совета будут ждать вас здесь через полчаса для объявлений о предстоящем испытании. Прошу, также, сообщить не явившимся на завтрак невестам о необходимости их присутствия.
Все три невесты от Северной школы, которые явились на завтрак в полном составе, торопливо развернулись и поспешили к себе в комнаты, чтобы облачиться в полученную форму. Обе девушки от Южной и Западной школ сделали то же самое.
Озария вошла в крыло невест последней, из присутствующих на завтраке. Она заметила, что ни южанка, ни девушка от Западной школы даже не подумали разбудить своих спящих. Видимо, совместная учёба не соединила девушек дружескими узами. Не пожелали будить соперниц и северянки.
Немного подумав, Оза решила, что им с Сонией было бы неплохо выбыть уже после этого конкурса. Здесь слишком нервная и недоброжелательная обстановка.
А для этого нужно, как минимум, помочь другим претенденткам в принцессы. Оза быстро разбудила вторую южанку и двух девушек от Западной школы и коротко объяснила им ситуацию.
Через полчаса, в малой гостиной дворца, все двенадцать невест в серых льняных платьях и длинных белых передниках, с волосами, покрытыми белыми головными косынками, стояли в ряд перед судьями следующего конкурса.
Сам король явился к невестам Принца, чтобы лично объяснить девушкам их задачу и высокую цель предстоящего испытания. Вышагивая вдоль неровной шеренги, король вещал:
– Будущая королева должна осознавать помощь нашим подданным, как свой долг, уметь принимать чужую боль как свою, быть способной проявлять милосердие и доброту. Сегодня, леди, вы будете помогать ухаживать за больными в столичной королевской больнице. Леди, сегодня ваш день будет посвящён служению магам в те минуты, когда к ним пришла беда – болезнь. Это очень тяжелое, но прекрасное задание. Все мы уважаем дар и труд целителей, но важен и тот, кто выхаживает больного до полного выздоровления.
Королевская больница располагалась посреди огромного старого парка. Девушки, выбрались из экипажей и стайкой следовали за господином Серошем, с любопытством глазея по сторонам. То тут, то там, виднелись ажурные беседки, удобные лавочки, небольшие работающие фонтанчики и пышные цветочные клумбы. По ухоженным дорожкам прогуливались больные в просторных белых больничных пижамах, многие гуляли с сопровождающими. Некоторые маги сидели на лавочках, подставляя лица горячему летнему солнцу, а другие, наоборот, прятались от него в тенистых беседках или у прохладных фонтанов.
Господин Серош привёл своих подопечных в кабинет к Главному Целителю, и тот, едва заметно недовольно кривясь, дал распоряжение женщине в такой же форме, как у девушек, после краткой беседы развести прибывших помощниц по больничным палатам.
– Ваша задача, леди, строго выполнять врачебные назначения больным в отведенных вам палатах, внимательно наблюдать за состоянием пациентов, заботливо ухаживать за ними, тщательно следить за их питанием. Надеюсь, всё понятно? – выражение лица Главного Целителя свидетельствовало о том, что он сильно сомневается в этом.
– А откуда мы узнаем о врачебных назначениях? – спросила одна из северянок.
– На кровати каждого больного висит карточка, где всё написано. Будут вопросы, настоятельно прошу задавать их старшей сестре вашего целительского крыла, – тяжело вздохнул мужчина.
Девушки вразнобой, но дружно подтвердили, что всё поняли.
– Двое из вас будут работать в детском, трое в инфекционном, остальные семеро в общем целительском крыле, – продолжил Главный Целитель и озабоченно хлопнул ладонью по столу, – Ах, нет! Как раз сегодня неожиданно уволилась одна из сестёр в отделении для выгоревших магов. Туда одну помощницу тоже не помешало бы…
Он задумчиво осмотрел двенадцать красавиц и остановил свой взгляд на четвёрке девушек, которые при утренних сборах обошлись без подводок для глаз и краски для губ. Главный Целитель кивнул своей помощнице на двоих из них, Сонию и Нимию:
– Этих красавиц – к детям.
Потом перевёл взгляд на третью, Танию:
– Эту милую девочку отведи в первую палату, в помощь к старшей сестре, к самым тяжёлым. Остальных сама распредели по палатам, как договаривались.
Целитель поднялся из-за стола и подошёл к четвёртой не накрашенной девушке, Озарии:
– А ты, милая, иди за мной. Я тебя сам проинструктирую.
Судьи конкурса прибыли в больницу следом за невестами. Их задача в этом испытании: находиться в больнице и наблюдать за невестами Принца со стороны. Что они и делали, появляясь в палатах в самые неожиданные моменты.
Сония робко вошла в палату, где лежали больные детки.
В узкой длинной палате с единственным окном и нарисованными улыбчивыми зайчиками на крашенных в светло-зелёный цвет стенах, по бокам стояло шесть детских кроватей.
Слева у самой двери, закинув руку за голову, лежал и скучал самый старший пациент, паренёк лет тринадцати. Веснушчатое личико было шкодливым, но весёлым и открытым. Позже Сония узнала, что он по глупости выпил, на спор, с дружками, стакан какой-то гадости и выжег пищевод. Теперь, после неприятного болезненного лечения, ему долгие годы, если не всю жизнь, придётся кушать только протёртую пищу.
В течение дня, девушка следила, чтобы спорщик вовремя пил все положенные лечебные зелья и кушал только специально приготовленную для него еду. Впрочем, это был самый не проблемный пациент в её палате. Тем более, Сония явно понравилась мальчишке, и он пыжился перед нею, пытаясь казаться взрослее.
Личико девчушки, лежащей на следующей кровати постоянно кривилось от боли. Она накануне, следом за старшим братом, влезла на какую-то стену на стройке и свалилась, сильно разбившись. Девочке полностью исцелили мелкие порезы и синяки. Остальное, открытые рваные раны и внутренние разрывы, заживили насколько смогли. Повреждения организма были настолько серьёзны, что требовали многодневного восстановления в больнице, и сегодня был всего лишь второй день лечения. На карточке было написано, что эту малышку можно было поить и кормить только бульоном, через трубочку. Днём к бедняжке приходили женщина с угловатым подростком. Сония слышала, как мальчишка, пока женщина отвлеклась, угрожал малышке оторвать уши, чтобы не лезла куда не надо, как только она выздоровеет.
Больше всего Сонию потрясла юная пациентка у самого окна слева. На постели удобно сидела необыкновенная красавица с печальной улыбкой. С виду девочка казалась румяной и здоровой. На деле, это была самая тяжёлая пациентка в палате. Когда старшая сестра милосердия, задёрнула небольшую шторку, закрывающую угол у окна от остальных пациентов, и приподняла лёгкое покрывало, чтобы подать девочке прямо в постель специальный горшок-утку, Сония заметила, что вторая ножка у малышки толще её хрупкого тельца и лежит в кровати неподъёмной колодой.
– Она такой родилась, – шепнула Сонии старшая сестра.
Позже, за дверью палаты, отвечая на вопросы девушки, она сказала о малышке ещё несколько слов.
– Это проклятье, направленное на мать ребёнка. Целитель определил, что его наложила бабушка девочки по отцу. Ей невестка пришлась не по сердцу или не угодила чем-то, вот и прокляла от души жену своего сына. А та беременна уже была. На дитя проклятье и легло. Никак не получается снять. Целители постоянно ищут и пробуют разные способы. Некоторые очень болезненны. Девочка у нас часто лежит. Совсем замучили кроху.
Двое мальчишек справа от двери оказались друзьями и сильными магами со слишком рано проснувшимся даром. Они яростно подрались друг с другом, сами даже не могли вспомнить из-за чего, и сильно покалечились. Теперь не дают спокойной жизни всей палате, почти не специально творя мелкие чародейские пакости. Хорошо, что им уже можно было гулять и специальная сестра несколько раз забирала сорванцов на прогулку.
Со второй стороны от окна, на кровати, накрытый специальным прозрачным колпаком спал крошечный младенец.
– За этим крохой смотри, чтобы не забывал дышать. Если заметишь, что не дышит, сразу колокольчик над кроватью дёргай.
Сония вопросительно посмотрела на старшую сестру, без слов спрашивая пояснений, и та не отказала. Они как раз отправились в бельевую, когда женщина немного рассказала о младенце.
– У его родителей очень сильные противоположные магии. Такие новорожденные редко выживают. Да и мать сама, тоже, едва выкарабкалась после родов. Её до сих пор ещё выхаживают, но уже уверены, что всё будет хорошо. Отец крошки, пока что, сидит в темнице. Ждёт, чем дело закончится. Если этот ребёнок умрёт, его будут судить и казнят за убийство. Запрещено им было жениться из-за их дара, а они не послушали. Только о любви и думали, а что с их дитём будет, не рассуждали. Правда, если младенец проживёт семь дней, он будет считаться выжившим, хоть и болеть будет всю жизнь. Тогда сразу отпустят папашку его. Так что, Сония, у тебя в руках сегодня две самые настоящие жизни.
И Сония, которая уже успела взять в бельевой чистые покрывала, взамен испачканных шкодливыми мальчишками-драчунами, прижимая к груди стопку постельного белья, со всех ног помчалась обратно в палату, опасаясь, что, вдруг, пока она отлучилась, младенец уже перестал дышать.
