Текст книги "Голосуйте за Цезаря"

Автор книги: Питер Джонс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 23 страниц)

Аристотель о душе, или Проблема абортов

Аристотель утверждал, что душа («psykhe» по-древнегречески; на латыни – «anima») есть «тонкое наполнение тела, выполняющее желания грубых органов». Другими словами, душа – это, по Аристотелю, обязательное условие правильного функционирования организма. Нет души – значит, человек болен. Его организм не выполняет определенные функции. Какие это функции? Аристотель называет четыре: питание, восприятие, движение и разум. Здесь же он выстраивает иерархию этих функций -сначала питание (здесь он упоминает почему-то овощи), способность к восприятию, затем к движению (Аристотель называет это «уподобление животным») и, наконец, наличие интеллекта (прерогатива человека).

Душа, по Аристотелю, не имеет физической, материальной основы. Это неуловимая, ^воспринимаемая нами субстанция, определяющая работу внутренних органов человеческого тела и способность к умственным и творческим деяниям самого человека. Далее: душа неразрывна с телом, как ноги неразрывны с ходьбой. Теория Аристотеля довольно сильно отличается от учения Платона, который считал, что душа не просто присутствует в любом человеке, но и, предназначенная только ему, предвосхищает его рождение и позволяет ему жить после смерти. Таким образом, по Платону, душа никогда не живет в отрыве от «своего» тела. Откуда же берется душа и каким образом она сопровождает человека еще до его рождения? Аристотель считает, что любой талант, любая функция, любые способности приходят к человеку еще в утробе матери, причем каждая функция проникает к плоду в определенной стадии беременности. Когда будущий человек является всего лишь эмбрионом, он находится целиком во власти питательной функции. Эмбрион появился, он развивается, и ему нужно усиленное питание. Затем, по мере развития, будущий человек начинает двигаться; тогда же появляются первые признаки восприятия окружающего мира – тактильные ощущения. Плод вертится в утробе матери, касаясь стенок матки различными частями своего тельца. И наконец, на сороковой день после зачатия, в эмбрион вселяется разум. У эмбрионов-девочек этот момент происходит на девяностый день.

Философ и теолог Фома Аквинский в XIII в. подхватил воззрение Аристотеля о вселение души в только что зачатый плод, дополнив его религиозным смыслом. Согласно средневековому мыслителю, душа человеческая – не только средоточие вполне мирских возможностей и способностей, но и некая вечная, осененная божественным провидением субстанция, единственно имеющая непреходящую ценность для Бога.

Видимо, отсюда все эти нескончаемые дискуссии, страсти, запреты и даже репрессии, касающиеся абортов. Вселилась уже или нет душа в шестинедельный плод? Человек он уже или всего лишь желеобразный сгусток? Жаль, что такие вопросы обычно отдаются на откуп бесстрастной науке.

В развитии принципиальных, основанных на опыте и практике медицинских постулатов особую роль сыграли два человека: грек Гиппократ с острова Кос (V в. до н. э.), чья деятельность была столь важна, аэтика столь безупречна, что клятва, названная в его честь, повторяется в устах всех начинающих медиков планеты, и Гален, грек из Пергама, последователь Гиппократа, живший (и построивший свою врачебную карьеру в Риме во II в. н. э.) много позже своего учителя. Гален оставил нам достаточно схоластичные, но богатые, глубокие труды по медицине (и не только по медицине. Лексический состав, использованный им при написании трудов, насчитывает около трех миллионов слов). Среди прочего Гален первым из врачей заявил о неизбежном взаимодействии сознания и тела, а также о сильном влиянии эмоций на состояние организма, например сильного испуга или возбуждения (сегодня это называется модным словечком «стресс»).

В трудах Галена мы находим, например: точное описание всей значимой симптоматики (дыхание, сердцебиение, дрожь, окраска кожных и слизистых покровов); добросовестное описание всех стадий развития болезней (нужно заметить, что древние греки вообще были сильны в диагностике); определение здорового и нездорового климата; описание местностей с точки зрения вероятности возникновения там болезней и эпидемий (греки ничего не знали о малярийных комарах, однако упорно подозревали связь между вспышками малярии и болотной сыростью). Гален дал четкое описание переломов и вывихов. Все нервы в зависимости от их предназначения он разделил на сенсорные (чувствительные) и моторные (видимо, догадываясь, что мышцы сокращаются под действием нервных импульсов).

Из способов лечения, за которые ратовал Гален, отмечу прижигания – своеобразный аналог современной лазеротерапии. Прижиганием чистили кровоточащие раны и устраняли различные кожные новообразования (папилломы, бородавки и т. д.). В одном труде советуется прижигать геморроидальные узлы, шишки и вздутия раскаленным докрасна железным прутом. Там же рекомендуется «разрешать пациенту и даже понуждать его кричать во все горло во время этого процесса, чтобы не слишком напрягались мышцы ануса». Да, представляю страдания этих бедолаг.

Зачатие, беременность и роды

В древности рождением детей преследовались две важнейшие цели: первая – появление детей продолжало родовое генеалогическое древо; вторая цель – «обеспечение» людскими ресурсами военных потребностей государства. Интересно, что всякий афинянин, решивший занять руководящий пост, должен был пройти собеседование, где его спрашивали об отце, матери, более дальних предках, о религиозных верованиях претендента, о месторасположении семейных захоронений, о том, как претендент заботится о своих родителях и т. д.

Зачатию, вынашиванию, родам, родовспоможению, то есть всему, что сейчас называют «акушерство и гинекология», посвящено огромное количество древних медицинских трактатов.

Ниже я приведу несколько распространенных в древности рекомендаций, которые зиждутся на трех гипотезах-предположениях (кстати, мы находим очень мало других, конкурирующих, взглядов по этой тематике). Во-первых, согласно теории «четырех элементов-стихий», мужчины – это нечто горячее и сухое, а женщины – холодное и влажное. Во-вторых, мужчины – существа правосторонние, а женщины – левосторонние. И в-третьих, дети происходят только от мужского семени, тогда как женщина является лишь вместилищем таинства деторождения. Поэтому очень важно, чтобы она хранила, не выплескивая, семя в себе. Итак:

• Возраст. Аристотель называет восемнадцать лет наилучшим возрастом у женщин, когда они могут начинать свою детородную функцию; для мужчин это – тридцать восемь лет. В этом случае они оба достигнут конца репродуктивного возраста одновременно.

• Матка. Древнегреческие врачеватели полагали, что причиной бесплодия является блуждание, излишняя подвижность матки. Если матка долго не используется, она высыхает и начинает искать более влажное место внутри тела. Блуждание матки, как считали древние, и вызывает все эти женские недомогания – головную боль, учащенное сердцебиение, нервозность, истерию и даже попытки самоубийства. (Кстати, слово «истерия» происходит от древнегреческого слова «hystera», то есть «матка».) Если дать женщине понюхать какую-либо субстанцию с отвратительным запахом, то ее блуждающая матка может вернуться на свое место. Хорошие, приятные запахи, наоборот, притягивают матку, как бы вынуждая ее уходить со своего места. Сексуальная жизнь и зачатие возвращают матку туда, где она и должна быть.

– Оплодотворение. Ключевой вопрос здесь – чисты ли, проходимы ли маточные трубы? Одним из способов проверки проходимости труб был следующий: в самое начало маточной трубы вставляли зубчик чеснока, и если в женском дыхании появлялся специфический чесночный запах, то считалось, что трубы чисты.

– Половые связи. Самое лучшее время для половых сношений – сразу же после менструаций. Для того чтобы был зачат мальчик, мужчина должен есть твердую, горячую, желательно острую пищу, спать на правом боку и перевязать свое левое яичко (весельчаки, конечно же, найдут этот совет как минимум забавным). Женщины, в свою очередь, должны на некоторое время воздерживаться от влажной пищи, купания и мытья волос. Им рекомендуется сразу после полового акта скрестить ноги и не делать никаких тяжелых физических усилий. Семя должно быть горячим. Аристотель считал, что от мужчины с длинным пенисом забеременеть сложнее, потому что семя, доходя до конца пениса, охлаждается и уже мало годится для оплодотворения. Так что размер мужского достоинства очень даже имеет значение.

– Беременность. Аристотель рекомендовал беременным женщинам делать нетяжелые, неизнуряющие физические упражнения, но не перенапрягаться умственно, так как это может плохо отразиться на здоровье еще не родившегося ребенка.

– Контрацепция. Широко используемым эффективным контрацептивом являлось оливковое масло. Мужчина же должен был пить отвар жимолости в течение тридцати семи дней либо съедать жареные яички кастрированного мула вместе с корой ивы (весельчаки, где вы?). «Coitus interruptus», то есть «прерванный половой акт», почти не практиковался. К слову, презервативы были изобретены еще в XVI веке (из тонких бычьих кишок), но широкое распространение получили лишь после того, как в 1844 г. изобрели вулканизацию природного каучука, а другими словами, получили новый материал – резину.

Долой ожирение!

Иногда у меня создается впечатление, что наше правительство тратит большую часть своего рабочего времени в Великой Битве с Ожирением. Битва эта длится уже много лет. Противник серьезен, и борьбе с ним (с переменным успехом) не видно ни конца, ни края. О вреде лишнего веса мы слышим каждый день, и считается, что это самый грозный враг нашей нации. Кстати, древние доктора также считали ожирение отклонением от нормы и даже видели в нем угрозу для здоровья. Гиппократ, например, знал, что внезапная смерть распространена в основном среди тучных людей. И Гиппократ, и Аристотель считали, что ожирение у женщин вызывает бесплодие – у древних причина более чем веская для борьбы с этой напастью. Любопытно, что сегодня и излишнюю худобу мы считаем аномалией и совсем не разделяем похвалу в адрес скелетообразных моделей со стороны деятелей высокой моды и масс-медиа. И уж тем более, мало кто из нормальных людей считает их эстетично или сексуально привлекательными. Есть прекрасное древнегреческое слово – «anorexia» («отсутствие аппетита»). Мы слышали, как модели (и не только) изнуряют себя голодом и жесточайшими диетами; однако я почему-то не слышал со стороны медиков ни единого слова упрека. А что же древние? Гиппократ, например, считал, что чрезмерные физические упражнения для похудания не возбраняются в молодости, но совершенно недопустимы в старости. Особенно осторожны пожилые люди должны быть с диетами: «Диета, которая вызывает излишнюю потерю веса, так же опасна, как и перекармливание истощенных людей».

В Древней Греции ожирение ассоциировалось с роскошью и праздным образом жизни. Возле Александра Птолемея, грекоговорящего царя Египта, всегда находились два человека, которые в любой момент могли помочь патрону выйти из покоев для отправления естественных надобностей. Огромного Дионисия, тирана Гераклеи, во время сна покалывали тонкими иголками в особые точки, спрятанные в жировых складках. Близкие опасались, что слоноподобный Дионисий попросту задохнется от храпа во сне. Таким образом он дожил до пятидесяти пяти лет, тридцать три из которых правил Гераклеей «с благородством и достоинством». Жившие в Италии задолго до римлян этруски изображали на надгробиях усопших различные бытовые сцены, в том числе дружеские обеды и ужины аристократов, на которых те предстают в обличии огромных жирных туш, возлежащих, как морские котики, на низких лавках.

Переместимся в древнюю Спарту, известную своими жесточайшими обычаями и законами в области воспитания молодежи. Так вот, там каждые десять дней выстроившихся нагишом воинов проверяли на предмет лишнего веса. Не появилась ли у кого-нибудь на животе подозрительная складка?

А как же все-таки можно сбросить вес? Вот советы медиков, занимающихся этой проблемой: «Полные люди, желающие похудеть, должны заниматься физическими упражнениями на голодный желудок; приступать к еде можно, лишь отдышавшись... Желательно питаться один раз в день; избегать купаний; спать нужно на жесткой кровати и носить как можно меньше одежды. Люди, желающие поправиться, должны все делать наоборот».

В этой же статье специалист советует быстро ходить зимой и медленнее летом. Чем полнее человек, тем с большей скоростью ему надлежит передвигаться. Да, насчет ходьбы. По-моему, это единственный способ чего-то добиться, и никаких автомобилей, естественно. Древнеримский врач Авл Корнелий Цельс, сам много ходивший пешком, рекомендовал худым людям больше отдыхать, больше есть и не бояться запоров. Тучным же людям доктор советовал всегда и везде спешить, а также заниматься физическими упражнениями, не жалея ни сил, ни времени.

Победит ли в этой Великой Битве наше правительство? Такое было бы возможно, если оно запретило бы людям иметь автомобили – без сомнения, самое великое (в социальном плане) и самое пакостное (в плане экологии и гиподинамии) изобретение, когда-либо сделанное человеком.

Перерыв на обед с бокалом вина

Ослабляя время от времени накал беспримерной борьбы с обжорством, правительство с неменьшим задором набрасывается на другую острую проблему – пьянство и алкоголизм. Под огонь критики и нравоучений попадает даже славная привычка пригубить бокал вина или кружку пива после напряженного трудового дня. «Алкоголь медленно убивает», – говаривало французское правительство в пятидесятых годах прошлого века. «Ну, так мы никуда и не торопимся», – отвечали широкие трудящиеся массы.

Древним грекам также хорошо были известны последствия всеобщих попоек. Во многих сценах гомеровские герои едят и пьют горячительные напитки, сидя за общим столом. Сам автор «Илиады» считал, что совместные трапезы и возлияния укрепляют между воинами дух братства, взаимопомощи и преданности общему делу. В милитаризованной, воинственной Спарте коллективные выпивки не преследовались, но и не поощрялись, и в этом смысле спартанцы представляли собой пример скромности и умеренности. «Их воины пьют лишь столько, сколько достаточно для подъема боевого духа и для выражения дружелюбия и симпатии к своим боевым товарищам».

Древние эллины иногда, конечно, напивались. Не без этого. Они пили алкогольные напитки, полученные не с помощью перегонки спиртосодержащих веществ, а посредством ферментации (попросту, брожения), то есть в основном вина, содержавшие не более восемнадцати объемных процентов этилового спирта. Следует добавить, что напитки эти, к тому же, разбавлялись водой в больших сосудах в соотношении две, а иногда три части воды к одной части чистого вина, и, быть может, поэтому мы не находим ни одного документального свидетельства о существовании в Древней Греции алкоголизма как заболевания.

Интересно, что любой мужчина мог без приглашения явиться на общественные застолья с обильными возлияниями – так называемые «симпозиумы» (древнегреческое слово «symposion» – дословно «совместная пьянка»). Серьезным людям советовали не задерживаться на симпозиумах после выпитого кубка с вином, потому что: «Четвертый выпитый кубок ведет к оскорблениям, пятый к шумливости, шестой к буйству, седьмой к позору, восьмой к судебной повестке, от девятого начинается страшная рвота, а десятый выпитый кубок ведет к безумию и раскидыванию вокруг первых попавшихся под руку предметов».

По окончании симпозиумов подвыпившая толпа растекалась по тихим ночным улицам Афин, не без приключений, конечно. Интересно, что Платон, например, одобрял такие общественные посиделки, естественно, при определенных условиях. Этой темы он коснулся в последнем своем большом труде – «Законы»: «Употребление опьяняющих напитков – это целая наука, важность которой, надеюсь, не нужно объяснять какому-нибудь законотворцу. Я имею в виду именно употребление вина для опьянения».

Важнейшим условием, по Платону, является контроль над длительностью опьянения, и тогда оно может быть не только приятным, но и полезным. И все-таки лучше вообще не пить, советует великий философ. Если, даже будучи навеселе, вы легко чувствуете себя в дружеской компании, то представьте себе, как хорошо и приятно вам будет с теми же самыми друзьями, когда вы будете совершенно трезвы.

Платон считал, что особенно строго должна контролировать себя молодежь, хотя выпивать чуть-чуть не вредно. Вино устраняет в человеке внутренние запреты, и тогда этот человек выглядит в своем истинном свете. Применительно к молодежи вино позволяет учителю увидеть потаенные уголки в душе захмелевшего ученика, увидеть особенности его характера, отчего учитель может лучше узнать своего ученика, внося нужные поправки в процесс воспитания и обучения. Далее Платон, развивая свою мысль, указывает, что слегка выпивший молодой человек становится более мягким, податливым и поэтому более восприимчивым к советам и наставлениям; учитель же (не возбранялось выпить и им) – менее сварливым и строгим.

То есть, другими словами, опьянение может помочь обучению. Этот совет Платона вреден и опасен для улицы, но, может быть, его когда-нибудь испробуют в школе? Почему бы и нет?

Наркотики или просто лекарства

Как мы уже видели, лекарственные растения в древности использовались исключительно широко. Среди них были и такие растения, которые мы сегодня назвали бы наркосодержащими, то есть растения, служащие сырьем для изготовления наркотических веществ. Одно из таких веществ – опиум (от древнегреческого слова «opion») – использовалось в качестве седативного, обезболивающего и снотворного средства. В современной фармакологии опиум является исходным сырьем для получения сильнейших обезболивающих – морфина и кодеина. Значит ли это, что в древние времена наркомания была явлением обычным?

Боюсь, что нет. Дело в том, что для наркотического применения данные вещества (то есть исходные наркосодержащие вещества) требуют тщательной и довольно сложной многоступенчатой химической очистки, что, согласитесь, для древних римлян и греков было делом недоступным в силу отсутствия необходимых знаний. Они (это доподлинно известно) попросту выжимали и использовали белую жидкость – маковый сок – как сильнодействующее успокоительное и снотворное средство. Кстати, именно поэтому латинское научное название мака – «papaver somniferum», то есть «вызывающий сонливость». В этом случае говорить о наркомании, то есть болезненном привыкании к наркотическим средствам, не приходится. Без сомнения, к наркотикам в древности относились гораздо спокойнее и лояльнее, чем в наши дни. Чего боялись в реальности – так это «странных», пришедших извне религий, верований и ритуалов, угрожающих добродетели прекрасных гречанок. Считалось, что женщины очень падки на алкогольные напитки, секс, различные удовольствия – и вообще чрезвычайно легко поддаются внушению и соблазнам. Поэтому все эти «женские» культы с полуночными таинственными ритуалами, групповой истерикой и танцами в обнаженном виде древним грекам казались в высшей степени подозрительными.

И все же... Одно доказательство употребления наркотиков именно по своему предназначению (как это мы понимаем сегодня) все-таки имеется. И доказательство это исходит из уст самого Геродота. Он описывает, как скифы «курили» каннабис (то есть высушенные стебли и листья определенного сорта конопли). Они кидали сухие измельченные части этого растения на раскаленные камни внутри шатра и вдыхали выделявшийся дурманящий “пар”». Варвары – что с них взять... До таких вещей греки не додумались.

Жизнь навсегда

У древней медицины было по крайней мере одно большое преимущество перед медициной современной: врачеватели занимались делом, а не саморекламой, и никто не смущал людей газетными статьями типа: «С одной стороны, бросающая в дрожь перспектива, что через пять лет благодаря генной инженерии мы сможем излечивать буквально все болезни. С другой стороны, не менее шокирующее известие об «исследованиях в Швеции, которые показали», что натуральные продукты, объявленные «полезными для вашего здоровья» всего лишь несколько месяцев назад, на поверку оказались абсолютно вредными (то есть ровно наоборот)».

Если ученые медики не могут определить, полезен продукт или нет (я лично всегда сначала смотрю на этикетку, выуживая информацию о составе продукта), то как можно верить их способности совершать медицинские чудеса и подвиги через считанные годы? И что еще может выясниться через пять лет? То, что вода – убийца всего живого? И что человечество должно как можно быстрее найти замену кислороду, который в XXI в. вдруг окажется вредным, ядовитым газом?