Текст книги "Испытание (СИ)"
Автор книги: Пётр Жгулёв
сообщить о нарушении
Текущая страница: 19 (всего у книги 23 страниц)
Глава 31
Поединок
Уровень культивации: стадия конденсации ци
Ступень: 10
* * *
Следующей точкой моего пути стал оружейный павильон, где за жалкие двадцать очков заслуг я подобрал себе отличный составной лук и тысячу стрел к нему. На этапе конденсации ци, до которого мы все опустились, стрелковое оружие было куда практичнее дальнобойных техник – по той простой причине, что не требовало духовной энергии.
– Стрелять-то хоть умеешь? – уточнил продавец. – Или ты решил научиться прямо на ходу, как мой прошлый покупатель?
– Примерно представляю, как это делается.
– Похоже, и правда умеешь – иначе бы не скромничал, – кивнул мужик. – И держишь тоже правильно. На заднем дворе есть стрельбище, можешь приноровиться.
– Не стоит, мне уже нужно бежать, – покачал головой я. – К тому же, если у тебя в руках лук, то весь мир – стрельбище.
– Отлично сказано.
Выйдя на улицу, я всё же выпустил десяток стрел буквально на ходу, приноравливаясь к новому оружию. К сожалению, луку я уделял не так много внимания и даже в основном теле остался на ранге мастера, поэтому чудес ожидать не приходилось. С другой стороны, стрелял я быстро и в цель попадал стабильно, а большего пока и не требовалось.
Улицы города были всё так же пустынны, и никто не попытался преградить мне путь, чтобы убить, поговорить или просто спросить дорогу. Правда, самому спросить дорогу тоже было особо не у кого, но в резиденции была карта, так что я и сам не заблудился, выйдя к арене незадолго до назначенного срока. И тут уже искать дорогу не пришлось, поскольку у входа стояли двое практиков в масках.
– Имя? – шагнул один из них. – Цель прибытия?
– Чжи Дао, – ответил я. – Поединок.
– Противник?
– Я должен помнить имя того, кого вскоре убью?
Спрашивать, как зовут собеседника, я не стал даже пытаться, поскольку маску обычно носят, когда не хотят показывать лицо и называть имя.
– Если твоего противника зовут Хэй Лунтянь, то он уже находится в зале ожидания, – не обиделся стражник. – Ещё немного, и ты бы опоздал – пошли, не нужно заставлять зрителей ждать!
– Там будут зрители?
– Некоторые из старейшин захотели лично увидеть, как будут сражаться два гения из первой десятки. Ты как, уверен в своих силах?
– Раз я пришёл, значит уверен.
– Разумно. Надеюсь, ты победишь – я поставил на тебя!
– Серьёзно?
– Один духовный кристалл! И мой напарник выглядел таким довольным, словно уже забрал его у меня. Не подведи, брат!
Под эти напутственные слова я вышел на песок арены и, подняв голову, окинул взглядом зрительские трибуны. Навскидку, там могло разместиться тысяч сто зрителей, но сейчас собралось человек сорок. Старейшины всех девяти пиков и лидеры рейтинга, сумевшие собрать группу сторонников, находились в первых рядах, а выше сидели немногочисленные одиночки. Различить лица сидящих на верхотуре с такого расстояния было затруднительно, но если кто-то пришёл сюда, то должен быть уверен в своих силах. Или, как вариант, быть игроком.
– Как мне не хватает твоих ехидных комментариев, Ашу…
Придётся работать за двоих. Спустя десяток секунд с противоположной стороны вышел мой противник, сжимающий в руке длинный меч – традиционное оружие большинства практиков. И один из старейшин, сидящий на трибуне, встал, поднимая руку, а затем над ареной разнёсся его голос.
Я, Сунь Лаоцзэ, страж священной горы!
Буду судить поединок!
Возражений не последовало, однако теперь все взгляды устремились на песок арены, в ожидании начала схватки.
– Хэй Лунтянь, главный ученик второго пика, вызвал на смертельный поединок Чжи Дао, главного ученика девятого пика, – произнёс Сунь Лаоцзэ. – Хэй Лунтянь, подтверждаешь ли ты этот вызов?
– Подтверждаю, старший! – выкрикнул мой противник. – Сегодня я покажу этому ублюдку, как высоко небо, в котором я парю, и как глубока земля, в которой его похоронят!
– Чжи Дао, принимаешь ли ты этот вызов?
– Принимаю!
Мелькнула странная мысль, что формулировки слегка напоминают брачные клятвы, и я фыркнул, представив, что могла бы сказать по этому поводу предок.
– Почтенные хранители пиков, разрешаете ли вы этот поединок?
Оба старейшины сидели рядом, неспешно разговаривая, и первым ответил седобородый старик.
– Я, Гу Фэнлей, хранитель второго пика, даю разрешение! И ставлю сто тысяч очков заслуг на то, что ученик моего пика победит. Старик Вэй, принимаешь ли ты мою ставку?
– Я, Вэй Шуцзи, хранитель девятого пика, также даю разрешение на поединок, – отозвался уже «мой» старейшина. – Но я отказываюсь делать ставки на жизнь моего драгоценного ученика!
– Не притворяйся праведником – ты просто боишься проиграть!
– Думай, как знаешь – в третий раз подряд меня ограбить у тебя не получится!
– Кто виноват, что ты получил под контроль слабейший из пиков?
– Хочешь сказать, что я? Тогда сделай ставкой своё место – если мой ученик победит, то ты отдашь мне позицию хранителя второго пика!
– Меняешь ставку? – возмутился Гу Фэнлей. – Тогда, если ты проиграешь, то отдашь мне не только очки заслуг, но и свой драгоценный меч!
– А ты – сбреешь бороду!
– Договорились!
– Договорились!
Тот факт, что старейшины вели диалог публично, явно был элементом взаимного давления и борьбы за власть, но мне от этого было не легче.
– Младший, ты слышишь меня?
– Да, старший.
Я попробовал ответить мысленно, но без особой надежды. Старейшина явно использовал недоступную мне сейчас передачу голоса, а телепатия на расстоянии в несколько десятков метров – дело гораздо более сложное.
– Если слышишь, то чуть топни правой ногой! – продолжил Вэй Шуцзи. – Если не слышишь – левой!
– Я тебе что, конь какой-то?
Тем не менее, я чуть топнул правой ногой, демонстрируя готовность к дальнейшей коммуникации.
– Ладно, будем считать, что ты меня слышишь. Если ты победишь, то я помогу тебе переехать на второй пик, а если проиграешь, то хммм… умрёшь, разумеется. Но не беспокойся, я прослежу, чтобы твоё тело похоронили как ученика нашей секты!
Судя по всему, отказ тут не предусматривался, но меня подобная ставка не вдохновляла, поэтому я чуть топнул левой ногой – три раза, для большей убедительности.
– Хочешь что-то сказать? – догадался старейшина. – Ладно, попробуй говорить вслух, но молча. В крайнем случае шёпотом…
– Вы слышите меня, старший?
– Скорее вижу, чем слышу, но для тебя разница не принципиальна…
– Меня не очень беспокоит судьба моего тела, будет лучше, если старший позаботится о моей служанке.
– Боюсь, это невозможно – имущество проигравшего должно перейти победителю. В том числе и служанка. Так что постарайся победить, иначе она станет его игрушкой – и, скорее всего, будет убита. Как, впрочем, и многие до неё…
– Вы можете мне как-то помочь?
– Поздно. Всё, что я могу, – не дать брату Гу Фэнлею тебе помешать. И поверь – это уже немало!
– Если я окажусь ранен – поможете мне добраться до резиденции?
– Конечно, ученик. Главное – победи!
Не приходилось сомневаться, что и старейшина второго пика сейчас также общается со своим подопечным и судья не просто так выдерживал паузу, однако тянуть и дальше становилось неприличным.
– Хранители второго и девятого пиков дали разрешение! – продолжил Сунь Лаоцзэ. – Отныне любое стороннее вмешательство запрещено. У противников есть десять ударов сердца на подготовку. Во имя Небесного Дьявола!
9… 8… 7…
Прямо чувство дежавю – и первым делом я проглотил спрятанные во рту пилюли. Причём не все, а только базовые, последствия от использования которых будут не критичны.
6… 5… 4…
Затем – призвал оружие, вонзив слева в песок меч, а справа – копьё. И затем, когда Хэй Лунтянь достал лук – последовал его примеру. Оставалось только порадоваться, что я собрал информацию заранее, иначе сейчас рисковал оказаться в крайне сложной ситуации.
Начинайте поединок!
* * *
Раз… Два… Три…
Послав в воздух три стрелы, я подхватил меч и, напитав его энергией, срезал первую стрелу со стороны противника – ту, что должна была вонзиться непосредственно в меня. Тогда как две другие ударили в песок рядом, поскольку били на упреждение. Так же, как, собственно, и мои, от которых Хэй Лунтянь с лёгкостью увернулся…
Четыре… Пять… Шесть…
Новые три стрелы – и несколько шагов, чтобы увернуться от вражеских выстрелов – причём, если бы не пилюли, не факт, чтобы продержался в таком режиме долго. Ведь одна ошибка – и ты ошибся…
Семь… Восемь… Девять…
Хэй Лунтянь не стоял на месте, двигаясь по краю арены и осыпая меня стрелами – и пока мы действовали одинаково безуспешно. Вот только техника передвижения у потомка драконов была намного совершеннее и догнать его было сложно. Так что, не будь у меня собственного лука и запаса стрел, противник легко вымотал бы меня, заставив потратить всю ци, а без энергии меча сбивать запущенные им стрелы вряд ли бы получилось…
Десять… Одиннадцать… Двенадцать…
Сейчас же у нас был паритет и, если никто не сумеет поразить противника, ци должна кончиться примерно одновременно. Без учёта пилюль, которыми её можно восполнять, но я и не рассчитывал выиграть стрелковую дуэль – и ввязался в неё в первую очередь для того, чтобы не дать расстрелять себя издалека.
Ведь Хэй Лунтянь, при всей своей гордыне, явно воспринимал меня всерьёз и, дай я ему такую возможность, обязательно бы попытался взять измором. И в идеале приблизиться лишь тогда, когда в моём теле окажется с десяток стрел.
Тринадцать… Четырнадцать… Пятнадцать…
Стрелять и уворачиваться было нелегко, но принятые пилюли разгоняли сознание, позволяя пока справляться с задачей. И доставлять достаточно проблем противнику в ответ, провоцируя сблизиться для ближнего боя. Тут главное было не упустить момент…
Тридцать один… тридцать два… тридцать три…
Однако момент никак не наступал, поскольку Хэй Лунтянь явно нацелился выяснить, достаточно ли у меня стрел. И смогу ли я выдержать заданный темп длительное время. Тем не менее, пока что я справлялся и было очевидно, что стрелы ни у кого из нас не закончатся – по той простой причине, что их даже сейчас можно было уже не доставать из колчана, а вырывать из песка использованные ранее…
Сорок три… сорок четыре… сорок п…
Хэй Лунтянь рванулся ко мне, и я прыжком ушёл назад, проглатывая пилюлю кипящей крови. Меч и копьё так и остались торчать в песке, однако это было неважно – у меня имелось и запасное оружие…
Прыжок!
Которое я не торопился доставать, продолжая отступать и делая вид, что пытаюсь отстреливаться из лука.
Прыжок! Прыжок!
Прыжок!
Получалось с трудом, но мне нужно было выиграть немного времени до того, как пилюля начнёт действовать.
– И это твоя техника передвижения? – рассмеялся Хэй Лунтянь. – Сдохни, ничтожество!
– Подожди!
Изобразив колебания, я шагнул назад и, отбросив лук, в последний момент призвал новый меч, отведя в сторону первый удар. И тут же заблокировав второй, отскочив на несколько шагов назад. Не знаю, у кого Хэй Лунтянь учился владеть клинком, но он определённо находился на уровне великого мастера. И, уступая мне в мастерстве, компенсировал разницу чудовищной силой и скоростью… первые несколько секунд.
– Сдохни!
Я всё ещё отступал, с трудом блокируя удары, но с каждым мгновением моя слабость становилась всё более притворной. И, если верить инструкциям, теперь у меня было примерно десять секунд, прежде чем моё тело начнёт разрушаться…
Десять…
Я отвёл его меч и ответил ударом голой руки, которую окутал энергией – и попал в район сердца, но пальцы не вошли в плоть, остановленные скрытой под халатом бронёй…
Девять…
Хэй Лунтянь отскочил, осознавая, что едва не погиб, и я метнул в него окутанный энергией меч, целя в голову…
Восемь…
В моей руке появилось копьё, которое я попытался вонзить ему в ногу, но промахнулся, поскольку тот вновь ушёл назад, явно передумав сражаться в ближнем бою…
– Ты принял пилюлю?
Семь…
Я метнул копьё, едва не пришпилив противника к стене арены, но тот вновь избежал гибели, сместившись в сторону.
Шесть…
В моей руке появилось новое копьё, но с моей техникой передвижения и сила, и скорость сами по себе оказались бесполезны.
Прыжок! Прыжок!
Прыжок!
Оставались последние секунды, и уже понимая, что проигрываю, я ощутил знакомое чувство спокойствия и ясности, которое приносит просветление. Обычно, коснувшись этого состояния, лучше сесть и погрузиться в медитацию, но у меня не было такой возможности…
Три…
Я замер, отслеживая противника взглядом – и видя, как его траектория словно размазывается, прочерчивая след как в настоящем, так и в будущем. Я бросил копьё, не сомневаясь, что он увернётся, а затем вновь призвал лук…
Один…
Тело содрогнулось от чудовищной боли, но я сумел удержаться в состоянии просветления и послал одну за другой сразу несколько стрел…
– Ублюдок!
И одна из них попала Хэй Лунтянь в ногу, заставив идеальную технику скольжения сорваться, а его самого – покатиться по песку…
Прыжок!
Техника далась с трудом – несмотря на принятые пилюли, ци в моём теле практически не оставалось. Противник успел сломать стрелу, но я уже оказался рядом…
Энергия копья!
И времени доставать оружие уже не имелось, поэтому я пустил энергию прямо через собственные руки. Хэй Лунтянь попытался прикрыться, но я пробил блок и вонзил пальцы ему в горло, а затем увёл в сторону, вскрывая артерию.
– Хррр…
Верёвка жетона оказалась срезана, и я машинально зажал трофей в кулаке. После чего сел прямо там, где стоял, и закинул в рот белую пилюлю, пытаясь погрузиться в медитацию. Получалось с трудом, потому что мой противник всё ещё бился в агонии, а красная пилюля продолжала сжигать духовную и жизненную энергии.
Поединок окончен!
Чжи Дао победил!
Победа, вот только никакого триумфа я не ощущал – как и лекарственной силы, которая должна была хлынуть из белой пилюли. Неужели злопамятная старуха, обидевшись на отказ, продала мне подделку? Если так, то мой первый цикл на этом подходит к концу. При условии, что меня не спасёт очередное чудо, разумеется. Ну а чудеса лучше создавать самому, а не надеяться на волю небес.
– Вэй Шуцзи – я победил! – произнёс я, открывая глаза. – Выполни своё обещание и помоги мне!
– Я, Чи Яньлун, говорю, что этот ублюдок должен умереть! – вскочил на ноги красноволосый потомок небесного дьявола. – Любой, кто окажет помощь Чжи Дао, станет моим личным врагом!
И старейшина, уже слетевший на песок, резко замедлился и убрал руки за спину, приняв до невозможности высокомерный вид.
– Не понимаю, о чём ты, младший! Я, Вэй Шуцзи, отныне хранитель второго пика – если тебе нужна помощь, обращайся к своему новому наставнику!
– Ты обещал перевести меня на второй пик!
– Сначала ты должен подать официальный запрос по этому поводу, – покачал головой старейшина. – В письменном виде, разумеется!
– Похоже, слово хранителя Вэя ничего не значит!
– Следи за словами, младший, если не хочешь, чтобы я прихлопнул тебя словно насекомое!
Вэй Шуцзи смерил меня суровым взглядом и, повернувшись спиной, взлетел и вновь занял своё место на трибунах. И, если в глубине души его и мучала совесть, то внешне это никак не прослеживалось.
– Гу Фэнлей, помоги мне! – вновь попытался я.
– Из-за тебя я потерял свою позицию хранителя второго пика, – отозвался Гу Фэнлей. – И, к тому же, вынужден буду срезать свою бороду. Неужели ты думаешь, что я шевельну ради тебя хоть пальцем? Если ты выживешь – не жди моей помощи!
К этому моменту я уже догадался, почему пилюля не действует. От моей культивации практически ничего не осталось, и я мало отличался от обычного смертного. Настолько, что даже не способен достать из пространственного кольца новые пилюли – в текущем состоянии я просто не могу «переварить» лекарство. Мне требовалась помощь – хоть чья-нибудь.
– Если кто-то из вас поможет мне расколоть пилюлю – я буду у него в долгу!
– Я хочу увидеть, как он сдохнет, – вновь произнёс Чи Яньлун. – Если кто-то из вас поможет ему – то станет моим врагом!
Среди зрителей наверняка были игроки, но никто из них не шевельнулся. Несколько секунд мне казалось, что я вообще не получу помощи, а затем на арену спрыгнула девушка и, подбежав ко мне, положила ладонь на живот.
– Бай Шуанмэй?
– Потом поблагодаришь…
Вспышка боли – и энергия белой пилюли хлынула в моё тело. Правда, шансы на выживание к этому моменту заметно упали, но оценивать их в процентах я даже не пытался, предпочтя сосредоточиться на медитации. Ненавижу Испытание. Ненавижу Чи Яньлуна. И секту Небесного Дьявола – тоже ненавижу!
Проклятье, проклятье, проклятье…
Эпилог
Бай Чунван висел высоко в небе над ареной, наблюдая за поединком, в котором привлекший его внимание мальчишка должен был закончить свой путь. Идея с пилюлями была неплоха, но остатков ци просто не хватит, чтобы продавить оболочку.
Кандидат находится в критическом состоянии…
Требуется оценка результатов…
Чжи Дао умрёт – так же, как позже умрут и все остальные кандидаты, став лишь ступенькой для возвышения Чи Яньлуна – наследника Небесного Дьявола.
Идёт загрузка информации…
Того, кому было суждено стать восемнадцатым Небесным Дьяволом, который прогневал Небо и, в конечном итоге, послужил причиной полного уничтожения секты.
Загрузка информации продолжается…
В глазах Бай Чунвана зажегся свет осознания, по мере того, как возвращались воспоминания о прошлом. О том, как он сражался, потерпел поражение и, потеряв всё, что у него было, добровольно вошёл в Жёлтую Реку, попытавшись вернуться в прошлое и предотвратить катастрофу. И потерпел очередную неудачу, став всего лишь ещё одной душой в бесконечном потоке…
Корректировка информации…
Или, возможно, наоборот – преуспел, поскольку его душа оказалась достаточно сильной, чтобы не раствориться окончательно даже спустя бесчисленное количество лет. В конце концов, он действительно получил желаемое и оказался в прошлом – пусть, скорее всего, и фальшивом. Тем не менее, именно текущее испытание и стало поворотной точкой в истории секты, после которой один из многих бастардов был признан наследником.
Напоминание о задаче…
Впрочем, исправить ситуацию самостоятельно Бай Чунван не мог, и любое чрезмерное вмешательство приводило к перезапуску цикла и суровому наказанию. И это было одной из причин, по которой память старого дьявола была фрагментированной и осознание происходящего возвращалось лишь в ключевые моменты. Например, знание того, то его главной задачей было не предотвратить уже давно свершившуюся катастрофу, а найти достойного наследника, способного возродить культ в другой эпохе.
Не самая простая задача, потому что требования Бай Чунвана были крайне высоки и снижать их он не собирался. Небо не даёт второго шанса, и те, кто решился бросить ему вызов, не имеют права на поражение. Именно поэтому все игроки, провалившие испытание хотя бы раз, вызывали у судьи лишь минимальный интерес. Им, в массе своей, было суждено оставаться в цикле временной петли до тех пор, пока их личности окончательно не сотрутся. Ну а истории о победителях были лишь утешительной сказкой, которая передавалась из поколения в поколение.
Впрочем, из любого правила существует исключение и четверо игроков показали себя неплохо, найдя способ покинуть испытание. И, пусть они не получили главный приз, но сохранили личности. Причём, что характерно, ни один не вернулся…
Напоминание о задаче…
Чжи Дао был девять тысяч двести восемьдесят четвёртым кандидатом, а значит, оставалось меньше трёх тысяч тел, доступных для вселения. Что будет, когда последний из игроков потерпит поражение? Бай Чунван не был уверен, однако в те недолгие моменты, когда к нему возвращалось осознание происходящего, подозревал, что наказанием станет окончательное забвение…
Подождите…
Или, возможно, циклы просто начнутся сначала, а он сам забудет о двенадцати тысячах ста восемьдесяти двух неудачных попытках? Каким бы ни был исход, он выглядел куда вероятнее, чем перспектива того, что кто-то из игроков сумеет пройти испытание с первого раза. Или иным способом убедить судью в том, что именно он способен сразить само Небо!
Требуется оценка…
Точно, оценка… тот факт, что его истинная память пробудилась, означал, что линии вероятности складывались не в пользу очередного игрока. И приближалось время вынести вердикт. Чжи Дао показал себя весьма неплохо, сумев с первого раза добраться дальше, чем большинство кандидатов до него – кроме разве что самых первых, которым доставались куда лучшие тела. К тому же, он следовал своему пути, не боясь ни замарать руки в крови, ни проявить милосердие. Тем не менее если он умрёт сейчас, на этой арене, то станет всего лишь очередным неудачником в череде себе подобных…
Подождите…
Бай Чунван заметил, как его внучка прыгнула на песок арены и, проигнорировав яростный крик наследника, подбежала к умирающему игроку. Сев перед Чжи Дао на колени, девушка положила руки ему на живот и послала импульс, раскалывая пилюлю…
Вы чувствуете колебания вероятностей…
Глупый поступок, однако экзаменатор ощутил лёгкую гордость – многие считали, что демонический путь требует жестокости, но это было не совсем верно. Путь Небесного Дьявола требовал не бездумных убийств, а способности следовать своей собственной воле, не склоняясь перед силой и преодолевая любые препятствия на своём пути. И лишь во вторую очередь требовал силы, позволяющей не погибнуть в процессе.
В том числе поэтому испытание было таким жестоким – слабые кандидаты, даже став основными учениками, всё равно умрут, но сначала впустую потратят огромное количество ресурсов секты. Малышка Шу совершила опрометчивый поступок, который наверняка приведёт к её гибели, но если бы она повела себя иначе, то не была бы собой. Именно это её и погубило в первый раз и губило раз за разом во всех последующих циклах.
Состояние претендента стабилизируется…
Ошибка…
Подобное случалось и раньше, когда кандидат умудрялся изменить свою судьбу, но редко – крайне редко.
Начат процесс обратной консервации…
Подождите…
Взгляд Бай Чунвана неуловимо изменился, и он недоумённо нахмурился и потёр переносицу. Здесь и сейчас он вновь был главой отделения секты, наблюдающим за прохождением древнего испытания.
И тот факт, что Бай Шуанмэй открыто выступила против Чи Яньлуна, ставил под угрозу не только их возможный брачный союз, но и саму жизнь внучки. Бастард был весьма злопамятен и вряд ли спустит публичную «измену» – и причём девочка не могла этого не понимать, делая смелую, но крайне рискованную ставку. Ставку ошибочную, поскольку первой она, увы, не могла стать ни при каких раскладах.
Нынешние испытания были предназначены для того, чтобы Чи Яньлун смог проявить себя и, в конечном итоге, получить главный приз – право стать личным учеником Мо Тяньхуана, Семнадцатого Небесного Дьявола. Отец желал признать перспективного потомка одним из наследников и, хотя он мог сделать это просто приказом, предпочёл подыскать подходящее обоснование. Суровое древнее испытание, созданное Первым Небесным Дьяволом и предназначенное для того, чтобы отбирать в ученики не просто лучших, а настоящих избранников судьбы.
Однако на этот раз главный победитель был предопределён, а все остальные должны были стать лишь ступеньками на его пути. Ну а Чжи Дао… Чжи Дао непременно умрёт. Так же, как и практически все остальные кандидаты, посмевшие пойти против демонического принца.
В этом обе личности древнего дьявола были солидарны.
