Текст книги "Галактика Алфавит - дом лысых обезьян (СИ)"

Автор книги: Петр Никитин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 35 страниц)

8. Летиция

У Летиции смена административной власти в парке перевернула всю жизнь. Первый день знакомства с Ладой стал для неё первым днём новой судьбы.

Лада поселилась в Ласточкиных сотах. Оперативно, пока шло собрание и все затаили дыхание от перипетий Чёрной игры, на вершине комплекса был смонтирован новый жилой бокс. Это был эллипсоид – пространство без прямых стен.

Летиция, после собрания, из вежливости, провожала Ладу из Зала Собраний до дверей эллипсоида.

Прогулка обещала быть короткой, мимолётной, но произошло иначе.

– Валькирия конечно молодец – говорила Летиция – Как она ловко приручила и накормила червей! Хитрый манёвр, точная стратегия, она уворачивается от стальных челюстей и хлоп! Хлоп! Они едят друг дружку, вы видели? Видели?

– Нет.

– Нет? Почему? Вы вроде близки…

– У тебя Летиция идентичные моим пропорции тела – сказала Лада – Пышные бёдра, пышные щёчки, веснушки…

– Не знаю, причём здесь это – Летиция смутилась – Вот Валькирия, её руки они способны гнуть железо. И я…

– Не надо гнуть железо – Лада положила свою ладонь Летиции на плечо – И я тебе объясню почему.

– Но сударыня! – Летиция сама не вспомнила откуда, взяла это слово – Сударыня, вы не должны…

– Тсс… Тишина…

Разговор продолжился в эллипсоиде. Его стены, подчиняясь взгляду, могли менять свою форму.

Летиция валилась с ног от усталости, всю предыдущую ночь она провела наблюдая за мистерией. Ей хотелось домой, уединиться от всех и заснуть. Ей было неприятно находиться рядом с Ладой, но эгосфера, защитница всех людей, была глуха к её протесту. В системе работал не защитный, а другой, имеющий тотальное преимущество над всеми другими, протокол.

Ложе в эллипсоиде было покрыто множеством мягких шёлковых подушек, Летиция расположилась на них. Лада принимала вечерний душ у неё действительно были пышные бёдра. Сударыня не знала о наличии личных границ. Для Лады понятия "разбитое сердце" не существовало.

Летиция несколько раз заговаривала о Валькирии, но разговор всегда продолжался о другом.

Кошка загнанная в угол начинает кусаться, Летиция нет. Летиция не боялась физическую боль и ценила искренние чувства других людей.

– Какие у вас успехи Летиция? – спросила Лада сквозь шум воды – Я слышала вы обладаете чудесным природным любопытством.

– Я? – Летиция запнулась и смутилась – Наверное… Может быть… Мадам Валерия Крогофф, то есть, доктор, исторический доктор, Валерия Крогофф буквально неделю сделала сообщение "Конкурс Апполона как отголосок брачных игр кроманьонцев и неандертальцев. Анатомия успеха". Оказывается сотни тысяч лет назад преимуществом самца была не только сила мышц, но и привлекательность органов размножения. Доклад заметили в ноосфере дюжины значимых планет.

– А вы?

– Я? Не знаю… Валерия гениально связала развитие социума с модой на сексуальность. Ей рукоплескали!

– Рукоплескали? Полагаю на дюжине значимых планет?

– Да, на дюжине значимых планет.

– Дюжина значимых планет, дюжина значимых планет – сказала Лада, выходя из душевой.

– Дюжина значимых планет – прошептала Летиция.

Воцарилась неловкое молчание.

– А как твои успехи? – Лада закончила мыться, но полотенце в руки брать не спешила.

– Доктор Валерия Крогофф рассчитывает получить, вернее получила значимые результаты для глобального сообщения. Мы, вернее она рассчитывает на общее ноосферное внимание к нашей, то есть… – Летиция запнулась.

– Твои успехи?

– Доктор Крогофф считает…

Лада внезапно двумя руками грубо схватила аспирантку за ключицы.

– Твои успехи! Летиция чем ты занимаешься?

Летиция испугалась из её глаз потекли слёзы. Ей было больно. По настоящему больно. Запах чужих рук, чужого тела вызывал тошноту. Лада не отпускала девушку. Лишь когда сквозь рыдание Летиция смогла рассказать про своё единственное, никем не замеченное сообщение, хватка сударыни стала не стальной а нежной.

В прошлом году Летиция сделала сообщение "Немного о горловинах кроманьонских пещер".

Древние люди всегда маскировали вход в свою пещеру. Прятали его. Делали уже. Случайный человек никогда не смог бы сам найти ту узкую щель которая вела в заветные подземелья. Кроманьонец продираясь сквозь маскировочные камни царапал кожу в кровь, но те страдания стоили результата. Красота расписных сводов поражала первобытных людей до самого подсознания. Тогда, так же как и сейчас люди не могли отвести взгляд от произведения искусства и в безмолвном созерцании, становились лучше, добрее.

– Странная вещь правда? – говорила Летиция – Кроманьонцы скрывали свои пещеры. Они закладывали проходы скальными обломками, цементируя щели глиной и жжёным известняком. Для нас это странно. Сейчас туристы заходя в пещеру видят широких холл и открытые двери, а раньше…

– Сейчас эгосфера позволяет любому человеку достигнуть всего – сказала Лада – А раньше было по другому.

– Я доказала что древние пещеры были закрыты не случайно, а самими людьми. Но отклика в ноосфере на моё открытие не последовало.

Лада поцеловала свою гостью в лоб:

– Я читала твоё сообщение. Именно поэтому я здесь.

– Неправда! – прошептала Летиция и заплакала настоящими горькими слезами – Никто не ознакомился с моей работой, я видела статистику. А теперь мой труд исчез под миллиардами других сообщений с нулевым интересом.

– Утром ты всё поймёшь – прошептала Лада – А пока поплачь малыш, слёзы это хорошо.

Летиция закрыла глаза, вздохнула и оставила все попытки сопротивляться чужим рукам.

– Это хорошо – шептала Лада – Пойми это хорошо. Я тебя успокою, приласкаю… Тебе хорошо? Хорошо?

Лада повторяла свой вопрос, гладила Летиции плечи, волосы, лодыжку пока сквозь слёзы не прозвучало испуганно-вымученное: – Да.

9. Валькирия

В перерыве этапа Чёрной игры, после окончания сеанса сенсорного присутствия в Каменном молоке, пока помощники настраивали силовой костюм, Валькирия ещё некоторое время наблюдала что происходит в Зале Собраний.

Внимание всей галактики, эмоциональные взрывы поклонников, редкое общение с любимым человеком, как и длительная разлука с ним не являлась для воительницы ментальной или физической тягостью. Она была по настоящему сильным человеком и легко преодолевала любые трудности. Она была не воином, а командиром воинов. Трудности ей доставляли лишь помещения с плоскими, твёрдыми, стабильными поверхностями. Стены, потолок, и пол в её жилище, в своей плавной изменчивости должны напоминать клубы тумана, течение воды, невесомость облаков.

Подобная слабость свойственна всем девушкам, воспитанницам школы "Совершенство". Лада и Валькирия учились в одном классе. Свою школу они называли "Инкубатор". Чувствительность к давлению плоских поверхностей, это дань врождённой гениальности. Гений не может быть заключённым в кубическую клетку, но вполне хорошо себя чувствует в клетке в форме облака.

Зал Собраний в паре Каменное молоко, и это Валькирия с удовлетворением отметила, был сконструирован таким образом, чтобы инкубаторские леди, чувствовали себя в его пространстве комфортно без тревог и стрессов.

Лада в пространстве Зала, среди своих новых сотрудников, была сдержанна, спокойна, и в какой-то мере витала в сладостных облаках.

– Кто из подчинённых Лады связан с ней социальными связями или общим прошлым? – спросила Валькирия.

– Никто – ответил кто-то из её помощников.

– Это было предсказуемо – пробормотала воительница – Но это приятная неожиданность. Как вы думаете теперь у неё появится стимул к новым свершениям?

– На Земле? Вряд ли. Космос её не отпустит.

Помощники закончили настройки костюма и оружия. Валькирия выключила трансляцию из Зала Собраний. Она находилась в полутёмном пространстве, стены которого колыхались под действием невидимого ветра словно плёнки мыльных пузырей. Чёрное Возмездие осознавала, что в целом она находится в стандартном помещении, где твёрдые стены, пол и потолок, попарно параллельны друг-другу и что колышущийся свод лишь иллюзия, но её такое положение дел вполне устраивало.

Перед боем каждая малозначительная деталь подготовки игрока имела большое значение.

Валькирию готовили к продолжению игры несколько человек. Но главными были из них двое. Артетта, лаборант, специалист по стимуляторам и Партуро – реципиент стимулирующих растворов.

Артетта, совсем ещё молодая девушка сделала великолепную карьеру. Она находилась на своём месте. По уроню эмоциональной эмпатии к воительнице она словно сама участвовала в битвах Чёрной игры.

Её пальцы ловко подключали к телу Валькирии провода и датчики. Она в режиме реального времени анализировала информацию о состоянии своего игрока и все вероятности состояния противников. Ей приходилось учитывать тысячи факторов, и чтобы убрать максимальное количество ошибок, в её голову, был внедрён блок кибернетического искусственного нейронного ядра – и-Мозг. Искусственный Интеллект через тяжи бионических мышц руководил и движениями кончиков её пальцев.

Все детали подготовки игрока очень важны, и почти все они, засекречены. Все, кроме моделей имплантов и дозировок стимулирующих веществ. Действие легальных стимуляторов было одним из аттракторов зрительского интереса. То какие вещества и как действуют на тела игроков было триггером почти самого мощного информационного потока в галактической ноосфере.

У команды Валькирии на этот счёт был свой маленький секрет. Чёрное Возмездие не принимала никаких химических или биологических активных препаратов. Энергию для побед воительница находила внутри себя. Вместо неё стимуляторы принимал, и отдавал цифровые данные в эгосферу, один сильный человек. Другому это было бы не под силу. Этого человека звали Партуро.

Партуро, мужчина средних лет с твёрдыми мышцами, слабой волей и бесцветными глазами. Татуированный словно воинствующими маори он не участвовал в приключениях. Он лежал на кушетке и готовился окунуться в океан, кошмарных галлюцинаций. Он сосредоточился на самых сильных своих страхах. Скоро он почувствует всю ужасную прелесть боевых стимулирующих веществ. Только иллюзии ужаса спасали его разум от разрушения.

Перед самым концом перерыва перед Валькирией вновь замерцала сенсорная стена. Артетта вывела правильное изображение. Лада стояла среди книжных полок обнимала испуганного андрогина и целовала её в губы.

– Это с Земли?

– Нет с Пасынка.

– Эх… Это старая картинка. Она меня не злит.

– Воительница боюсь другой картинки у нас не будет ещё очень долго. Лада собирается заняться самым спокойным делом которое только возможно. Наверное она будет рисовать кузнечиков или собирать цветные камешки. Боюсь что злости она вам больше не принесёт.

– Она сама выбрала Каменное Молоко. Видимо устала тянуть на своих плечах судьбы целых планет.

– Каменное молоко должно быть сладким на вкус – сказал Партуро – Лада попала в самое пекло спокойствия.

– Пекло? Уют убогой содержанки не может быть пеклом – сказала Артетта.

Чёрное Возмездие зажмурила глаза, и немного наклонившись вперёд упёрлась руками в стену. Ей отключили слух. Все её рецепторы готовились к прыжку. Через минуту она совершит прыжок в чёрные пески Атакамы, в пасти металлических червей.

Артетта подключила к Партуро секретный агрегат. Он представлял собой пласт мышечной ткани, миоид, помещённый в стеклянный ящик в азотную атмосферу.

Миоид питался бионической кровью. И кровь, и пласт был получен из тела Валькирии. Он находился в стеклянном сосуде уже на протяжении пяти лет. За это время на миоиде появились крошечные, не больше горошины, наросты и бородавки. Это были зачатки костей, нервов, почек, печени и других тканей и органов. Миоид словно жил своей жизнью, развивался и эволюционировал.

В пласт подавались активные вещества, откуда они, по трубочкам попадали в тело Партуро. Мужчина уже потерял сознание и Артетта обездвижила его тело специальным уколом. Укол был необходим. Под действием некоторых веществ, даже находясь в глубоком обмороке, тело человека способно к судорожным движениям, и даже прыжкам.

Партуро, что бы не навредить себе и миоиду должен и будет лежать смирно весь этап.

От цифрового портрета Валькирии к миоиду по проводам шли сигналы. Мышца получала сигналы материнского сердца и мозга. Это требовалось для заполнения трансляции Игры математической информацией. К миоиду подключали датчики сторонние исследователи. Сотрудники трансляционных компаний. Только сотрудники считала что эта информация идёт от Валькирии. Маленькая хитрость которая позволяла воительнице всегда побеждать.

Когда действие активных веществ и квазигормонов вошло в пиковую фазу. Открылся люк и Чёрное Возмездие, яростным вихрем понеслась ломать на части не только металлических червей, но и большой и сложный Мiр.

10. Кошки

Янтарь любила общаться с людьми помоложе, поглупее и послабее себя. Наивные дитятки тридцати, сорока лет были для неё самыми лакомыми собеседниками. Нежными, голыми зверьками в клетке из суеверий и наивности.

Поэтому, принимая вызов от Золота, Янтарь поморщилась. Чтобы не портить себе настроение она скрыла от себя облик собеседницы заменив его телесной маской гигантской пушистой, рыжей кошки.

Золото была умным и сильным человеком. Она общалась только по нужде и чаще всего в самый неподходящий момент.

Голографическое облачко вызова появилось рано утром. Когда Янтарь едва проснувшись, звала своих кошек на завтрак. Но, как и в предыдущие дни хвостатые предатели не появились. Кто-то из соседей их уже покормил пораньше хозяйки, что для мурлыкающих хищников было поводом крепко поспать.

Золото, была явно расстроена, маска между словесными фразами, шипела, выла и выпускала когти. Рыжая шерсть на загривке маски была вздыблена:

– Я пытаюсь понять! Ш-ш-ш! – вскричала Золото вместо приветствия – Почему Лада оказалась в стёртой зоне? Как такое могло получиться! Почему вы не загнали её в агроэдем?!

– Наверное случайно – вздохнула Янтарь – Мы отпустили Ладу на все четыре стороны. И иначе поступить не могли. И ты знаешь почему…

– Что я должна знать!? Только ни слова о пророчестве! Ф-ф-ф! Лада должна быть в том месте где всё начиная от дверей и заканчивая виртуальными квантами дружеских связей имеет заранее рассчитанный сценарий существования. А она в стёртой зоне!

– Мы отпустили её, потому что она ещё не готова – сказала Янтарь – Видимо ей надо было ещё поболтаться в космосе среди отщепенцев.

Голограмма успокоилась и жалобно замурлыкала. Так взрослые кошки подзывают осиротевших котят.

– Да она не готова – продолжала говорить Янтарь – И это печально. Лада, как и прочие девочки, пока не в состоянии возобновить эмоциональную сферу. Она истощённое существо с холодным сердцем. Была бы эмосфера в порядке, её бы сразу стёрли из реестра…

– Она тоже не готова, я это понимаю! Мур! – промурлыкала Золото – Печально конечно, мур! Но, ш-ш-ш, всё равно её надо было запихнуть в агроэдем, или обратно в космические пустоши, но ни как не в стёртую зону! Вдруг это опасно! Ш-ш-ш! Вдруг действительно существует связь между пророчеством и стёртыми зонами?! Мур! Мы не должны рисковать! Мур! Мур!

Янтарь вздохнула:

– Мало кто верит в то что в битых фрагментах реестра эмосферы заключено пророчество. Стёртые зоны конечно странный феномен, но скорее это штучки Смерти Свободы, прощальный подарок бедных людей, чем что-то серьёзное. Золото успокойся, твоё исследование конечно важное и нужное, но ради него волноваться это уже слишком. Хочешь рыбы?

– Рыбы? Какой рыбы? – Золото зарычала.

– Я не тебе! – соврала Янтарь – Я своей кошке.

Голографическая кошка сузила зрачки, но продолжила мурлыкать:

– Когда погасла эмосфера, вся информация о Каменном Молоке была стёрта. Мур! Прореха в эгосфере была целых два дня. Мур. Ф-ф-ф! Понимаешь? Информационной пене понадобилось целых два дня, чтобы заполнить пустоту в ноосфере. Целый два дня люди, фактически, забыли и нечего не знали ни об истории, ни о состоянии парка. Мур. Это очень долго…

Янтарь вновь вздохнула. Она хотела, но не могла найти повод прервать разговор. И ещё она не знала куда деть кошачьи тарелки с рыбой и что теперь делать с пушистыми предательницами. Бросить их кормить или наказать соседей…

– Кто теперь проследит за Ладой? – спросила Золото.

– Она далеко… На другом конце галактики… Я не слежу и не знаю кто… Но понимаю твои обстоятельства. Я сейчас сама поищу в ятыони. Слежка точно будет.

– Поищи, мур… – Золото наконец-то успокоилась. Её маска легла, как рыжий сфинкс и зажмурилась – Я, мур, сама не могу… Я, мур, изучаю пророчество, мне нельзя, мур…

Ятыони сработал быстро. Галактика тесное место. Оказалось что у ещё одной очень умной особы, по имени Смола, есть поклонник по имени Эрнст Твигг, который является следящим психологом бывшего директора парка…

– Мяу! Что там ещё? У меня вообще-то ночь – промяукала Смола. Янтарь и её скрыла за маской кошки, короткошёрстной, чёрной с изумрудными глазами – Ради чего вы прервали мой поздний ужин? Мяу!

Золото повторно промурлыкала все свои тревоги связанные с эмосферой, стёртой зоной и Ладой.

– Ну и что? Мяу! – Смола облизала свои икры – Зачем мне дёргать Твигга? Это ничтожество с ума сойдёт. Ненавижу его. Мяу. Мне уже не нравится даже над ним издеваться.

– Придётся поиздеваться ради дела! – Золото вспыхнула. От избытка эмоций маска прекратила шипеть и мяукать. – Ты думаешь так легко жить, понимая, что с каждым годом, с каждым поколением мы теряем шансы на восстановления эмосферы? Это наша вина. Мы допустили уничтожение школы! Мы допустили что последние поколения учениц пустые, истощённые твари, а не творцы человеческого счастья! Мы….

– Мяу! Мяу! Мяу! – Смола настойчиво замяукала яростный монолог подруги – Ладно я вызываю сюда Твигга. Он вам сам всё расскажет…

В столовую комнату, с улицы, вдруг вбежали настоящие кошки. Янтарь не успела скрыть маски, и её милые питомцы встретившись с гигантскими голографическим собратьями в ужасе замерли, вздыбили шерсть, прижали уши и попятились обратно на улицу. Теперь и их хозяйка ощутила себя предательницей.

Голограмма Твигга была лишена маски. В обществе Смолы, этот высоколобый мужчина с маленьким носом не замечал ни растрёпанные волосы, ни мятую пижаму ни лица других женщин.

– В Каменном Молоке ваша знакомая вряд ли отогреет своё сердце – говорил он волнуясь – Там только камни и искусственная морось. Если ей просто нравится быть директором, то поищите для неё другое место… Директора есть везде и в более подходящих местах тоже.

– Может и поищем… – Золото почесала уши задней лапой – Говори ещё…

– Там тихое, тоскливое место. Хотите знать что там считается остроумным? Не хотите? Ну ладно… Там тихо… Повара, ботаники, историки, ихтиологи, батрахологи… Невесть что, она там скиснет от скуки…

– Довольно Твигг! – вдруг зарычала Смола – Ты смотришь непочтительно!

– Мы давно не виделись…

– Довольно! Ты обидел меня! Прощай! Свяжусь с тобой когда прощу!

Голограмма Твигга погасла.

– Он проследит за парком? Мяу? – спросила Золото.

– Проследит, проследит… – промурлыкала Смола – Я это ничтожество, этого раба, знаю как облупленного. С ним иначе нельзя.

Янтарь зевнула:

– Давайте закончим наш совет – сказала она – Каменное Молоко конечно стёртая зона, но прямой связи с пророчеством нет. Пускай Лада там скиснет от скуки. Может так и надо? Может так и хорошо? Пусть скиснет от скуки. Это лучше, чем вертеть планетами словно мячом для бёдер. Ей в этих скалах самое место.

Смола сразу отключилась. Золото немного поныла, но тоже закончила разговор. Голограммы погасли. Янтарь вздохнула.

– Кис-кис-кис! – сказала она – Где вы, мои трусливые шалопаи? Вас напугали? Ну идите, идите ко мне! Не бойтесь! Вашу мамочку чуть не украли злые чудища, но их прогнала!

Все питомцы Янтаря собрались под дверью. Они были упитанными и напуганными. Аккуратно они зашли в столовую обнюхивая обувь и полы. Когда выяснилось что две страшные кошки исчезли, они съели всю рыбу и пошли к своей хозяйке. Ей мурлыкать и её жалеть.

11. Каменное Молоко

Новый директор энергично вошла в управление Каменным молоком. Ей не потребовалось помощь Джима Конпола, чтобы вникнуть в управленческую и коммуникационную систему предприятия. Все бюрократические процессы были ей знакомы, она была знатоком психологических и административных законов современного общества, и перехват в управлении парка прошёл легко и безболезненно.

Положенный срок, при котором решение о назначении могло быть изменено, официально введён не был.

Лада, хоть в этом и не было необходимости, лично обошла многие отделы, и посетила рабочие места почти каждого сотрудника. Сами сотрудники, во время визита директора в основном отсутствовали, но Ладе доставляло удовольствие смотреть за слаженной работой дроидов и автоматонов.

Парк окружали горные хребты, сложенные из гранита и наслоений известняка. Тёмные ущелья и обрывистые кальдеры представляли собой причудливый сложный лабиринт. В этом лабиринте периодически терялись смельчаки. В основном те кто презрительно воспринимал ИИ и любые другие плоды технологической культуры общества. Без навигации в горах любые смельчаки превращался в бродяг.

Они могли неделями блуждать среди камней и засохших ручьев, когда их истощённые, покрытые язвами тела, ведомые больным сознанием и сумрачным разумом получали помощь. Медицинские м-дроиды после встречи с бродягами превращались в ироничные, саркастические, испускающие колкости искусственные личности. Медицинские боксы в парке, не пустовали.

Лада решила посетить горы, и Лада отказалась от навигации. Её сопровождали два человека: эмоционально зависимая от начальницы, Летиция, и пожилой горный инженер по имени Силуси.

Силуси хорошо знал горную и подземную часть парка. Он ориентировался и в скалах и в пещерах без каких либо навигаторов и виртуальных подсказок.

У инженера была занятная внешность: большой красный нос, пышные седые усы, широкополая соломенная шляпа и приятый располагающий к себе баритон.

Лада называла его гномом и каменотёсом. Инженер улыбался, но его профессиональная гордость была затронута.

Эмоциональную зависимость Летиции, Лада называла влюблённостью, а саму Летицию – счастливой. Себя Лада тоже называла счастливой.

Однажды на заре, в утренней мороси, они вместе, втроем, беспрестанно скача с камня на камень, покинули долину. Им приходилось преодолевать перевалы и завалы скальных обломков.

На одной из ближайшей горной вершине была воссоздана и поддерживалась круглый год, гигантская ледяная шапка. Этим проектом заведовал гляциолог, пожелавший скрыть свою внешность и имя. О нём были известны только данные ежедневного мониторинга здоровья. Современное общество принимает социопатию как нормальное поведение индивидуума. Эгосфера всегда блюдёт безусловное право гражданина на одиночество.

Лада захотела и посетила ледник. Гляциолог спрятался от гостей среди торосов, на его счастье, на поиски никто не отправился, лишь провели инспекцию его аскетичного жилого блока. Питался гляциолог консервированной макрелью и ананасами, а в качестве питья, по-видимому, использовал талый лёд.

Силуси наскоро перекусил припасами отшельника.

– Создайте отчёт о реакции гляциолога на наше вторжение в его жилище – сказала Лада – и отошлите его в раздел «предупреждения жалоб».

– Хорошо сударыня – ответила Летиция.

– Сударыня? Летиция ты называешь меня сударыня? Не наедине?

Девушка смутилась её лицо стало пунцовым: – Извините госпожа директор, я подберу более подходящий административный термин. Мы в парке иногда балуемся устаревшими выражениями.

– Продолжайте баловаться – строго сказала Лада – В сущности неважно что происходит сейчас. Главное, что будет происходить потом.

– Ну да – сказала сбитая с толку Летиция – Ну да.

С горного пика ледник расползался в долины. С остроконечных ледяных языков сочились мощные, шумные, студёные ручьи. Их ловко провели меж камней по руслам древних ручьёв. Туристы любили водопады и заполненные хрустальной водой известняковые чаши.

Вода использовалось не только для ублажения любопытства праздных зевак.

В одной из крупных чаш, отшельник-ихтиолог разводил ручьевую форель, гольянов и европейских жемчужниц. Учёный смог полностью воссоздать утраченную было экосистему.

Личинки жемчужниц – глохидии, так же как и десятки тысяч лет назад продлевали жизнь гольянов.

Лада посетила жилище ихтиолога. Отшельник питался сметаной, помидорами, огурцами и самодельным крепким вином. Силуси отведал несколько плодов и сделал несколько больших глотков.

В самом полноводном ручье, бурлящем, в отдалении, за отрогом хребта, группа сотрудников парка, смогли воссоздать популяции нескольких криптовидов исполинских саламандр. Вся информации о деятельности этой группы тоже обрабатывалась автоматически. Не было даже известно отшельники они или сложная семья.

– Специалисты по жизнедеятельности, генетики, биохимии и эмбриологии амфибий работают у нас несколько десятилетий. – сказала Летиция – Так получилось, что они работают практически автономно. Но при необходимости мы можем вовлечь их в деятельность парка.

– Герпетологи.

– Что вы сказали сударыня?

– Учёный посвятивший себя изучению амфибий называется герпетолог.

– Такой должности нет в нашей системе административного учёта – сказала Летиция – возможно такое определение использовали раньше, в прежней редакции, но для простоты…

– Учёт ведёт Искусственный интеллект – прервала её Лада – для ИИ упрощение лишь очередная задача, не ведущая к облегчению работы.

– Это важно? Простите сударыня я не понимаю что вы хотите этим сказать. Удобнее всего, для начала, ввести этот термин «герпетолог», в устном общении между сотрудниками. а потом…

– Нет – сказала Лада – пускай это слово сначала появится в системе административного учёта, а потом войдёт в обиход. Так лучше.

– Не уверена, что подобное возможно. Во всяком случае в ближайшее время.

– Изменение системы учёта произойдет в ближайшие минуты. Мои слова, произнесённые даже здесь в горах, принимаются и анализируются.

– Это как же! Гордыня в вас горит! Тщеславие! – усмехнулся Силуси. Горный инженер распробовал крепкое вино, и теперь его нос сиял как редис – Лада вы утверждаете что административная система анализирует каждое ваше слово?! Это вы серьёзно?! А мои слова тоже анализируются? А мяуканье Летиции? И каким образом нас слышат? Тут нет ни порталов связи ни автономных систем. Чем выполняется слежение? Чем? И зачем? На административную систему невозможно повлиять.

– Через вашу эгосферу уважаемый гном нас слышит вся галактика – сказала Лада – И это по вашему недосмотру. Напоминаю я просила её потушить.

Инженер вздрогнул, и смущённо повёл рукой. Действительно он не выключил, как его просили эгосферу. Но в этой забывчивости не было ничего криминального. Ведь о том работает она или нет, мог судить только один человек. А именно её носитель.

– Административная система фундамент нашего общества. Она не меняется просто так – проворчал он.

– И что? – сказала Лада – По моему каждый в галактике ребёнок знает, что кто строит фундамент тот его и ремонтирует…

– Хррр – сказал Силуси – А ихтиолог то, познал толк в вине, хороша водица…

Безымянные герпетологи проделали скрупулёзную, титаническую работу. Ледяной ручей они разделили на пять рукавов, и создали пять небольших водохранилищ. В каждом водохранилище стояла автономная установка по поддержании индивидуального кислородно-минерального состава близкого к природным показателям. Настройки этих установок результат многолетней работы. За образец были взяты исторические данные по нескольким отдалённым регионам Азии. Каждый вид саламандры мог размножаться только в определённых условиях.

– Почему они не использовали инкубаторы? – спросила Лада – Я конечно понимаю, что это личное дело каждого сотрудника, и мне не положено вникать в суть некоторых работ. Но если их не оскорбят мои вопросы, я бы хотела знать на них ответы. Почему они не использовали инкубаторы? Ведь намного проще выращивать амфибий где-нибудь в бассейне агроэдема, в комфорте и спокойствии, чем здесь в горах, вдыхая искусственную морось.

– Это противно природе – сказал Силуси – Несколько лет назад, герпетологи читали лекции по своей работе. И я был один из немногих, кто иногда к ним заходил.

– Они именно так и говорили? Это дословно? – Лада нервно засмеялась – Противно природе? Это они про экосистемы современной Земли говорили или практиковали занимательную философию?

– Директор, я не помню деталей нашего общения.

– Противно природе. Тоже мне знатоки природы – Лада презрительно фыркнула – не хочу их знать. Летиция, избавьте меня от общения с этими людьми. Фу… Герпетологи…

– Хорошо. Все ваши вопросы исчезли.

По берегам водохранилищ были построены мостки и домики наблюдения. Около мостков стояли аквариумы с раками. Лада одела перчатки и взяла одного усатого, грозного членистоногого в руки. Рак агрессивно ощетинил клешни.

– Пока милый – сказала Лада и бросила рачка с мостка.

Пухлые саламандры дежурили около мостков, прямо под настилом. Появление еды несколько их не смутило, они привыкли к внезапным дарам с небес. Неспешно двигая трёхпалыми лапами и мясистыми хвостами, они потянулись к добыче.

Лада села на доски и долгое время наблюдала за животными. Силуси скинул ещё полдюжины раков. Впрочем, возможно внимание сударыни привлекла не безобразная трапеза амфибий, хищники разорвали раков на куски щедро разметав клешни и хитиновые членики по каменистому дну, а отражённые в ледяной воде исполинские горные пики, лазурное небо и яркое, жгучее Солнце.

– Герпетологи правы – сказала Лада, по пути домой в Ласточкины соты – инкубатор он противен природе.

Быстро стемнело. Троицу путешественников сопровождал фаэтон освящая путь своими фарами. Камни и обломки скал, в свете белых пучков света, казались упавшими на Землю маленькими лунами.

Лада принципиально хотела дойти до дома пешком и пренебрегла транспортом. Она молча шла позади всех. Иногда она вдруг как бы замирала, ёжилась словно от ледяного ветра и говорила:

– Это противно природе, это действительно противно природе. Боже мой, как же холодно, как же мне теперь холодно.

Но только когда, молчаливый инженер Силуси оставил их вдвоём. Летиция осмелилась утешить и обогреть свою озябшую начальницу.

Лишь через несколько дней после горной прогулки, Лада собралась с духом и провела "радушные личные встречи" с начальниками отделов. Возможно большого смысла в них не было но административная система справедливо предписывала – «для комфортного существования рабочего коллектива необходимо развивать между коллегами тёплое, человеческое общение».

От уровня человечности в общении внутри рабочего коллектива зависели показатели эмоционального покоя, то есть карьерного потенциала.