Текст книги "Галактика Алфавит - дом лысых обезьян (СИ)"

Автор книги: Петр Никитин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 35 страниц)

25. Отчёты с Рая

Чтобы разработать и провести разведывательную операцию на планете Рай, Шеркал Лимнияз привлёк целых двух социальных психологов.

Именно с их подачи он решил отослать с Колыбельи своего заместителя Гууза Талахаарта.

Гууз был единственный из командования планетарной контрразведкой, кто в открытую презирал служанок. Приходилось выкручиваться.

Для "последнего отеческого напутствия" и "проверки чистоты мундира" Шеркал Лимнияз пригласил своего агента прогуляться к колодцу.

Колодец, глубокая круглая яма, по стенкам выложенная желтыми кирпичами, находилась во внутреннем дворике монументального здания Главного Управления Контрразведки Верховного Аркана Колыбельи (ГУКВАК).

Из колодца разило нефтью и сероводородом. Гууз не любил это место и пришёл сюда только по приказу.

По традициям всех основных, старинных религий Колыбельи раньше рыли специальные ямы для сбора природного газа и нефти, которые использовали для создания в храмах "пылающих, вечных сердец святого огня".

Но ямы не всегда отдавала горючую субстанцию, иногда они заполнялись пахучей водой с нефтяной и газовой примесью.

Во дворике ГУКВАКа, была как раз такая яма. Это был глубокий колодец в котором плескалась загрязнённая, тёмная вода. Гууз не знал как к колодцам относились в старину, но современные "мудрецы" утверждали что, то как пахнут колодцы, так пахнут мозги и сердца злых людей. Так же современные мудрецы ввели в обиход термин "колодец презрения".

Лимнияз и Талахаат подошли к колодцу вечером когда "аромат зла", невидимой, но плотной пеленой застилал весь дворик.

– Мне нравится дыхание Колыбельи – сказал старший аркан – Мне кажется также пахнет пасть нефритового дракона. Как думаешь?

Аркан скромно потупил взор – Возможно – пробормотал он носоглоткой.

– Рад, что ты меня понимаешь, мой друг. Давай немножечко сосредоточимся и я продолжу.

Некоторое время арканы молча стояли у колодца и смотрели в тёмную воду.

Шеркал дышал полной грудью, казалось сероводород, аммиак и меркаптан не доставляют ему хлопот. Гууз давился воздухом как мог и всё равно чувствовал себя как в башне скорби после эпидемии.

– Талахаат ты знаешь, что я лично выбрал тебя, своего заместителя, для выполнения столь тонкой миссии – соврал Лимнияз после раздумья – Ты ненавидишь обречённых, столь сильно, сколь презираешь служанок. Здесь на Колыбельи ты навредишь делу, а там на Раю ты, как я надеюсь, совершишь подвиг!

– Готов целовать стремя – почтительно прошептал Гууз.

– Тебе предстоит встреча с воительницей, с самой драгоценной женщиной в галактике – продолжал Лимнияз – Помни, что ради только её случайного взгляда и слова, многие из нас отдали бы правую руку и глаз. Готовься быть самым счастливым мужчиной кто родился под лучами благословлённой Вельи. Ты вытащил счастливую стрелу, стреляй прямо в огонь!

– Перед выстрелом поцелую колчан!

– Тогда скачи! И пускай наш колодец не даст твоему разуму совершить ошибку. Удачи конник!

– Целую гриву и уши! – воскликнул Гууз и довольно резво поскакал прочь от колодца и прочь с планеты.

Первый отчёт Шеркал Лимнияз получил уже через сутки.

– Судя по вкусу пота, а я целовал её лодыжку – говорил "военный историк" – в крови Валькирии целый набор стимулирующих веществ. Но в послевкусии чувствуется немного крови, немного мяса… Очень необычный запах. Неуловимый аромат чего-то близкого, родного… Мне раньше не доводилось испытывать что-то подобное, когда запах через нос проникает прямо в подсознание…

– Ты почувствовал вкус и запах женщины – сказал Шеркал – Разве на занятиях по органолептике вам не давали ощутить запах готового к зачатию тела?

– Давали. Но образец был ужасный. Я даже не понял, кто это был мужчина, андрогин или женщина…

– Почему ты решил что Валькирия принимает стимуляторы?

– Энергия. Её лодыжка заряжена словно батарейка, такого у женщин не бывает…

– Понятно – голос старшего аркана стал тихим – Гууз ты часто целуешь свою жену?

– Часто – соврал агент – Вкус её пьянящих медовых губ самое чудесное, что я пробовал в жизни…

– Понятно – сказал старший аркан и прервал сеанс связи. Доклад был окончен.

Гууз был доволен началом операции. И хотя решение о её проведении было принято впопыхах, ему будет сложно оплошать, насколько чётко были обрисованы все его действия на ближайшие дни. Обречённая была перед ним как раскрытый пергамент. Он мог начать читать его с любой страницы. Скоро он найдёт связь между вторжением на Колыбелью и Ладой. Дело двух дней.

26. Убийство

После эвакуации сотрудников на Рай для реабилитации в парке стало тихо и малолюдно. Посетителей не было. Эгосфера выключила Каменное Молоко из информационного поля ноосферы. Попасть сюда можно было только или армейским транспортом, или по скалам. Навигационные системы гражданских машин обходили слепую зону стороной. Пешие посетители редко попадали в Каменное Молоко, в долину не было дорог или дорожек, только тропы.

Военные продолжали работу. Место взрыва покрыли металлические конструкции с манипуляторами и тент. ИИ, спокойно, просчитывая давление и вес каждого камешка разбирал завал. Его работа была скрыта от посторонних глаз. Тент полностью закрывал обвал. Он экранировал любой доступный спектр наблюдения, делая невозможным течение любого потока информации. Ни посмотреть, ни понюхать, ни потрогать.

Тех кто отказался от реабилитации назвали "отказниками". К ним приставили караульную охрану. Так было ночью.

Утром, Ван Гог его сердечный друг Крис и два десятка отказников приступили к завтраку. Только вместо еды и столовых приборов у них были стимулирующие вещества и боевое оружие. Охрана была обездвижена с-дроидами. Их жизни тонули в оргазмических судорогах.

– Выступаем! – сказал Крис и натянул свою красную шапочку по самые уши – Пора провести религиозную церемонию. Смерть смерти! Вечность вечности!

– Смерть смерти! Вечность вечности! – ответил ему хор голосов.

– Светлый Лебедь ждёт, он будет спасён!

– Светлый Лебедь ждёт, он будет спасён!

Крис возглавлял маленькую, молодую, религиозную организацию. Это была не совсем церковь, а скорее дань родительскому воспитанию. Скорее спасение от пустоты будней, чем вопрос веры.

Ещё год назад он и его друзья-коллеги только дурачились, устраивая к месту, и не к месту невинные, на подобии театральных игрищ, сценки. Например, если шли в поход в ближайшие горы, то назначали из того кто был самым весёлым, Божество Пикника, и подчинялись ему в вопросах выбора соуса к мясу.

Ночью Божество Пикника превращалось в Царевну Ночи и благословлял "паству" на "вещие сны". Считалось что после хорошо приготовленного мяса сны обязательно будут вещими. Само окружение парка – горные пики, бездонное небо, ночные таинственные звуки настраивали на мистический лад и взращивали ростки веры и суеверий.

Со временем, ориентируясь на экспериментальные мистерии Джима и Валерии, и зачастую участвую в них в качестве волонтёров, у друзей-мясоедов появились шуточные обряды: обряд посвящения, обряд инициации, обряд очищения, обряд боли, обряд милосердия, и обряд вечности.

Ничего нового друзья не выдумали, а воспользовались самым простым шаблоном "по созданию локальной религии и церкви".

Заводилой организации был Ван Гог. Его следовало ублажать, что естественно никто не соблюдал. Однажды повара схватили и натянули ему на голову потрошёную тушку кенгуру. Так возник обряд милосердия. Другие обряды возникли подобным образом в результате игр и дурачеств.

Крис, используя свой детский опыт, немного подправил правила проведения обрядов. С тех пор религиозные действа действительно веселили адептов и церковь достигла своей цели, жить стала проще и рутинная скука была подавлена.

Потом появилась Лада. Во время встречи с сотрудниками кулинарного отдела она обратила внимание на Криса, на его красную шапочку, на взгляды которыми он обменивался с Ван Гогом. Что-то было чудесным в этих взглядах и новый директор оказала некоторую помощь молодой религии.

В первую очередь сударыня легким слогом и в краткой форме прописала все мечты и духовные чаяния паствы. А потом, чтобы связать мнимое и настоящее, снабдила друзей-мясоедов выхолощенным раритетным, боевым оружием. Оно было тяжёлое, хорошо сидело в руках, самое то, для ритуальных и мистических действий.

Шаблоны эгосферы благостно восприняли все новые постулаты, предметы и обычаи.

К сожалению современное оружие полностью выхолостить практически невозможно. К импульсаторам подходят запчасти от импульсных печей. К мионным дезинтеграторам от пылесосов и антигравиционных коньков.

Боевую фармакологию, повар и его бравая команда изготовила, практически испекла на кухне, в кастрюльках для лапши и рыбного соуса.

Чётких инструкций зачем мирным верующим столь волнующие предметы ни Крис, ни Ван Гог ни прочие друзья-мясоеды сформулировать не смогли. А потом был взрыв и всё встало на свои места.

Адепты и все сочувствующие впервые в жизни ощутили настоящий религиозный трепет и почувствовали себя, всё своё собрание – церковью. Пришло время войны со злом.

Злом оказались солдаты наводнившее парк, а Лада, её детское наивное сердце, воспринималось в виде "светлого лебедя добра".

Утром за завтраком, Крис призвал церковь, выступить в защиту светлого лебедя.

– Пора убить смерть! – крикнул Крис

– Пора убить смерть! – ответил хор голосов.

– Свободу вечности!

– Свободу вечности!

– Светлый Лебедь ждёт, он будет спасён!

– Светлый Лебедь ждёт, он будет спасён!

В бой люди пошли не одни. Дроиды-офицанты тоже получили вооружение. Так же отряд сопровождала небольшая стая автономных, автоматических систем. Для чего были нужны всевозможные обрезчики веток, мойщики дорожных знаков и птичьи ветеринарные модули понять решительно никто не мог. Но разогнать наглы автоматонов в условиях особого режима было невозможно.

Военные знали о наличии у "отказников" религиозной организации под контролем которой находится ритуальное оружие.

Эгосфера, на соответствующий запрос сгенерировала грамотно составленную формальную отписку.

Это была фатальная ошибка. После взятия парка под контроль, военные сами ввели ограничения на работу эгосферы, да такие серьёзные, что она не могла функционировать как искусственный разум. А потом от неё же потребовали осмысленных действий.

В отписке, оружие в руках мирных людей, посчиталось ритуальным, условно боевым, и даже вовсе не боевым, а имитацией боевого, а если люди в это поверят то и игрушечным. А его наличие, лечебной процедурой. Причём самой процедуре был бы присвоен статус "эффективный".

Военные потеряли интерес к отказникам и их действиям.

После завтра организованный отряд отказников направился к месту взрыва.

– Хорошо что Лады здесь нет – между делом сказал Данууил. Худой вертлявый поварёнок, поклонник пиратов – Она бы не позволила нам использовать эти замечательные игрушки – он с любовью смотрел на свой блестящий очиститель – Сегодня мы здорово повеселимся! Я совершу подвиг! Умру с оружием в руках и мой виртуальный последыш засияет в вечности как звезда!

Отрядом друзей-мясоедов командовал Ван Гог. Ему нравилось командовать, не понарошку, а по настоящему. Когда у людей в руках оружие они, подчиняясь стадному инстинкту, по настоящему верны любому командиру. Повар пел старинную песня времён Последний войны. Эта песня, как и положено повышала боевой дух.

Наши души хотели сжечь!

Наши тела хотели сломать!

Но мы задушили саму смерть!

Её больше нет…

В черепе погасли пустые глаза!

Мы глядим только вперёд!

За спиной, чужих больше нет!

Нас смерть ещё позовёт!

Ещё позовёт…

За стол, где в чашах, пойло будет гореть!

Около тента, натянутого над местом взрыва, отряд друзей-мясоедов остановился.

Двое офицеров, стояли на том же месте где Джиму Конполу был внедрён ЧИКСО. Рядом находилось несколько человек в аляповатой военной форме.

– Кто вы такие! Представьтесь! – воскликнул РМЗ – руководитель младше по званию – Здесь проводятся специальные, секретные процедуры! Вы должны пройти идентификацию высшего уровня!

– Готовьте чёрный контейнер – украдкой сказал РСЗ. Этот опытный человек уже знал, что приблизительно происходит и чем всё закончится.

– Мы пришли провести религиозную церемонию! – веско сказал повар военным – Вы должны покинуть место взрыва!

РМЗ побледнел от ярости: – Уходите! Нарушение порядка проведения процедуры представляет смертельную опасность!

Ван Гог ухмыльнулся и веско побряцал оружием. То что РМЗ принял вначале за игрушечную пукалку оказалось раритетной копией электронного импульсатора времён Последней войны. Это оружие было полностью автономным. Его не контролировала техносфера.

– Не глупи! – отчаянно воскликнул РМЗ – У вас нет социального одобрение на церемонию. Просто подождите своей очереди! Мы были здесь первые…

– Убирайтесь! Проваливайте! – вдруг закричал Данууил перебивая офицера – Что вылупились? Слушайте наш приказ! У вас здесь нет права! А наше право есть! Мы проведём церемонию! – в руках у него дрожал пространственный очиститель. Пушка зачищающая гигантские объёмы пространства от квантовых следов человека.

– Это будет не церемония, а глумление! – хладнокровно ответил РМЗ. Он не боялся смерти наверное потому что её не видел.

– Неправда Это не мы, это вы глумитесь! Вы глумитесь! – кричал чернявый поварёнок в экстазе – Не мы, а вы! Вы! Я это заметил! Я первый сказал! Я первый сказал про глумление! Я первый!

– Успокойте его! – крикнули оба офицера одновременно, но было уже поздно.

– Смерть смерти! Вечность вечности! Свободу свободе! – прокричал Данууил и первым применил оружие.

Фактически Дануиил лишь решился к применению, его мозг дал указание пальчикам запустить реакцию очищения, его мизинчик лишь слегка дрогнул, как весь отряд друзей-мясоедов включая и его самого, и Ван Гога, и Криса и других упал замертво. Без единого звука. Мгновенно.

А к офицерам почтительно подошёл тощий, похожий на альбиноса, белёсый человек с блекло-золотистым оттенком кожи. Организм человека крайне неохотно синтезировал пигменты. В его тусклых, оранжевых глазах виднелись красные нити сосудов. Одежда у этого человека содержала излишнее количество шерстяной ткани, его покатые плечи и худосочный торс утонул под большим количеством складок, оборочек, бантиков, тесьмы, фальшивых кармашков и фальшивых пуговиц.

– Мне пришлось выключить подопытных – сказал человек. Его голос был сиплый, монотонный, пронизывающий своей отвратительной бесцветностью до мурашек – Появление подопытных было добровольным – продолжал он – мы симулировали путешествие живого сознания в вечность. Все волонтёры пожертвовали собой ради науки. Основной мотивацией волонтёров была жажда геройства и острых впечатлений.

Офицеры тоскливо смотрели на тела павших. Любые слова были излишни. Враньё белёсого было высшего сорта. Белёсый некоторое время тоже молчал, и терпеливо ждал ответ на свои слова, но потом когда заметил скорбь военных, заговорил снова:

– В пустоте никого нет, только свежие огоньки. Я легко просканировал скалу. Всю толщу. Для меня все эти горы вокруг это вакуум сквозь который я чувствую всё. Здесь были смерти, много смертей. Больше чем сегодня, больше чем вчера. На земле это обычное явление. Тысячи лет подряд тут иногда кто-то погибал. Но в квантовой пустоте скал, нет живых людей, и нет погибших вчера. Если вчера кто-то и погиб под завалами, то ищите трупы за пределами планеты.

Офицеры продолжали молчать.

– Эти экземпляры не представляют научного интереса – продолжал белёсый – Интересно светит только один последыш, остальное пена. Вызывайте чёрный контейнер.

– Ты волнуешься крикрикс? Или мне показалось!? – мрачно сказал старший офицер.

– Тебе показалось! Крикрисы никогда не волнуются. Волнение свойственно обычным людям. Для меня ваше волнение лишь оттенки точек в квантовой иллюзии мира.

– Я вижу, крикрикс, ты всё-таки волнуешься! Это ведь была твоя просьба отключить эгосферу. Думаешь иначе мы бы пропустили эту шайку смутьянов?

Крикрикс пожал плечами: – Хочешь спихнуть ответственность, спихивай. Хочешь заглушить чувство вины, заглушай. Я вижу тебя насквозь. И твою ответственность и твою вину. В квантовой иллюзии мира, среди пустоты скал, и пустоты воздуха они похожи на мерцание росы.

Офицер поёжился: – Ладно… – сказал он тихо – Пускай погибли волонтёры. Делай всё согласно своей юрисдикции.

– Задание выполнено – мгновенно ответил крикрикс – Мадам Крогофф не обнаружена. Два отчёта высокого приоритета составлены.

– Два отчёта? – младший офицер вздрогнул – А что есть свидетели?

– Да – ответил белёсый человек – За скалой в груде камней есть живое тело. Я чувствую давление ЧИКСО.

– Так что ж ты молчал! Поганый крикрис – закричал младший офицер – давайте сюда лазутчика! Живого…

***

Доктор Конпол провёл ночь в скалах. Медицинский модуль обеспечил его теплом и защитой от кровососущей мошки. Утром он уже два раза успел принять м-оргазм.

Конпол видел отряд составленный из своих бывших подчинённых. Он позвал их, но в районе разбора завалов работала хорошая глушилка, крик Джима утонул в глухой тишине.

Когда тела погибших пали на землю, Конпол испугался. У него застучали зубы. Он сразу понял, что все они, его близкие люди, не ранены и не парализованы, – они мертвы. Он это понял по волне ужаса и страха пронзившего всё его тело. Джим понял что и его жизнь сейчас висит на волоске. Он предпринял попытку спрятаться, скрыться под водой в кальдере, но был пойман прежде чем достиг спасительной глубины.

– Опять ты! – воскликнул младший офицер, когда дроиды приволокли обнажённого грязного человека – Зачем ты здесь? Тут проходят спасательные работы! Это опасное действие! Ты нарушитель! Ты должен быть наказан! Я тебя накажу! Убогое, грязное существо, я тебя накажу!

– Его надо выключить – сказа крикрис – тело я заберу с собой.

– Нет! – закричал младший офицер – Это тля, агромирово отродье, достойно только выгребной ямы!

– Наши выгребные ямы самые вонючие в галактике! – сказал крикрикс.

Джим молча слушал оскорбления в свой адрес. Он внимательно смотрел на старшего офицера, который немного с удивлением наблюдал на истерику своих подчинённых.

– Что происходит? – тихо спросил доктор истории.

– РМЗ ещё молод, он впервые видит трупы – ответил старший.

Когда младший офицер увлечённый бранными словами уже перешёл на личности и детей Джима то услышал короткий приказ:

– Стоп – сказал старший офицер и в районе спасательной операции наступила тишина – Мой друг дружище, РМЗ, не забывай что перед тобой стоит временный директор парка. Нельзя так повышать голос на администрацию.

– Я выключаю его – сказал крикрис – он мне нравится. Хороший экземпляр.

– Нет – сказал старший и грозно сверкнул глазами– Крикрикс, ты много говоришь, много позволяешь себе. Для таких, как ты это нормальное поведение. Но сегодня, вроде я не ослышался, в твоих словах сквозит одна мысль. Ты настойчиво разделяешь крикриксов и людей. Выделяешь крикриксов из человечества. И давно это стало нормой? Вы перестали быть человечеством? Ты мнишь себя вне цивилизации?

– Нет, нет – смутился белёсый человек и упёр свой взгляд в землю. Он смотрел на труппы – Я всегда был, есть и буду в социуме. И только в социуме. Но я не обычный человек. Я учёный. Я делаю эксперименты.

– Что?! – воскликнул, нет нервно вскричал Джим разводя руки, показывая тела убитых людей – Вы учёный?! Вы делаете эксперименты?! Какие эксперименты! Вы выключаете людей! Вы убиваете людей, и называете это экспериментом! Лишь экспериментом?!

– Да. Но это неудачные образцы. Слишком много фармакологии. Виртуальный последыш у всех размыт. Его просчитать невозможно. А вот у вас, несмотря на таблетки последыш будет ярким, возможно вы заслужили вечность, но надо провести эксперимент!

– А ты заслужил вечность? – воскликнул Джим – Может надо и на тебе провести эксперимент?

– Я учёный. А значит я лично вне поля исследования.

– Нет! Ты не учёный. Это я учёный, я создаю прошлое человечества. А ты? Чем занимаешься ты?!

– Вы хотите знать что будет после смерти?! – значительно сказал Крикрикс – Какое, оно возможное бессмертие?! Что такое виртуальный последыш? Сохранённая индивидуальность или искры потухшего костра.

Конпол, прежде чем что-либо сказать, подавил рыдание и вытер слёзы. Офицеры скорбно молчали.

– Нет. Ты не учёный, не льсти себе – тихо говорил доктор истории – Ты обычный человек который не видит сути событий. Да с твоих нейронов срезали все межклеточные контакты, проредили дендриты, закольцевали аксоны. Твоё тело зиждется на имплантах, а головной мозг превращен в биоантенну. Ты чувствуешь пятое измерение. То, что для обычного человека интуиция, для тебя ясная картина. Твое сознание перешагнуло понятие времени. Посмертные последыши, виртуальные квантовые поля всё это твоя реальность. Это хорошо. Но с каких пор антенна стала учёным?

– я сейчас тебя выключу! – зло сказал крикрикс – И твоя смерть, как звено в цепочке других открытий и провалов, не будет напрасной. Пройдут годы и каждая лысая обезьяна, гарантированно, получит вечный виртуальный последыш.

– Да? – Лицо Джима исказила маска страдания – В будущем сможешь дать вечность любому? И мне? А моим друзьям? Треклятый мутант! Убийца!

Офицеры внимательно слушали разговор доктора истории и крикрикса. Младшему офицеру было ужасно стыдно за свою недавнюю слабость он до сих пор со страхом смотрел на погибших. Прибывшие дроиды медицинской службы собирали трупы в специальные мешки. Оружие, редкие его экземпляры, военные решили забрать себе.

Крикрикс нервные слова Джима пропускал между ушей, говорил он всё тем же тусклым голосом:

– Человек интуитивно чувствует виртуальный последыш, искусственный интеллект видит грубую картину, только мешанину крупных точек. Это смешно, но для эгосферы, человек после смерти, словно яркое пшено которую варят в фиолетовой воде. Я же крикрикс вижу всю картину, вижу индивидуальность, сразу понимаю чей последыш сохранится в вечности, а чей исчезнет в течении трёх четырёх лет.

– Забери меня – сказал Джим – Выключи. Не хочу больше ждать. Прощай мiр.

– Сейчас.

– Стоп – сказал старший офицер – вы доктор Конпол направляетесь на реабилитацию к своему лечащему врачу. Не знаю почему, но ваш статус социального покоя очень высок. Совсем немного поднять вам уровень и вы будите здесь главным. Командовать мной. Мы должны были уничтожить врагов цивилизации, и вас тоже, но соответствующие службы уже прислали запрос. До свидания!

Джима схватили солдаты и поволокли к фаэтону.

– Удачи вам – сказал ему младший офицер на прощание – вам понадобится удача.

Как только фаэтон с временным директором скрылся. Старший офицер обратился к крикриксу.

– Верните одного. Нам нужен, сломленный, согласный на сотрудничество человек.

Белесый человек напрягся, возвращение всегда сопровождалось для биоантенны болью. Было слышно как бьётся его сердце, а кровь с шумов струится по сонной артерии и яремной вене.

Вдруг один из павших, мужчина в красной шапочке громко заплакал: – Спасите меня! – закричал он и подавился слезами – Спасите меня!

Крис плакал. Ему дали выплакаться, дали обнять на прощание ещё тёплое тело Ван Гога. Дали время осознать ситуацию, и намекнули что Ладу беречь не стоит.

Вскоре в Зале Собраний состоялась сеанс связи с бетой-Ко. Для которого помимо Криса был доставлен и человек облачённый в шкуры, Гранье Длантааре.