Текст книги "Будь моим первым (СИ)"
Автор книги: Ольга Вечная
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 20 страниц)
Глава 52
Люблю, когда она встречает меня на пороге. Ждет, когда я разуюсь и кинусь на нее. Прижму к стене, зацелую. Потрогаю. Я даже на работе об этом думаю, полностью перестав замечать флирт других женщин. Раньше я улавливал каждый взгляд, считывал малейшие намеки и мгновенно прикидывал: да/нет, когда, где. Всегда голодный. Сейчас же даже мысли не возникает. Домой. Скорее надо домой.
Обнимаю девушку и сразу целую. Полина гладит мой затылок, водит пальцами по ежику коротких волос и охотно пускает мой язык себе в рот. Горячая. Еще раннее утро, я после дежурства только-только.
– Устал? – шепчет.
– Нет.
– Врешь.
Смеюсь. Она через голову стягивает с себя платье, оставаясь голенькой. Полностью.
Сонная, обнаженная, о*уенная. Мое дыхание сбивается. Кровь вскипает в жилах.
Пока расстегиваю и снимаю пуховик замерзшими руками, она уже справляется с ремнем и молнией на джинсах. Обхватывает горячей рукой затвердевший член через ткань. Она прекрасно научилась с ним обращаться.
Избавляюсь от свитера и футболки. Больше не стесняюсь при ней своих шрамов. Оказывается, мою балованную мажорку они не смущают. Меня тормозят только ледяные после мороза руки, Полину же не тормозит вообще ничего. Она льнет к моей груди и целует ее, опускается к животу, мокро ведет языком вдоль дорожки до пупа и ниже, не забывает бросить на меня томный взгляд снизу вверх.
Я же упоминал, что она при всем этом еще и голенькая?
Дурею.
Ее сексуальность не наигранная, а абсолютно естественная. Полина не притворяется секс-дивой, она реально меня хочет. Проснулась специально, чтобы я ее потрахал. Руку дам на отсечение (а ведь я хирург!), что между ножек она уже готовая.
Втягиваю в себя воздух. Похоть кружит голову.
И без того на ногах едва стою, дежурство было адовым, поспать не удалось и полчаса. В животе дыра от голода. Я сейчас на замене, многие врачи болеют.
Обеими руками упираюсь в стену, расставляю чуть шире ноги, чтобы принять более устойчивое положение, когда она быстро спускает мои штаны к коленям, следом термобелье и, наконец, боксеры. Сибирская романтика – тридцать три одежки.
Берет в рот головку члена, обводит ее языком и начинает сосать.
– Полина… Тише, тише, – глажу ее по голове. – Маленькая, меня щас не хватит на второй раз. Поля… Я не шучу, не хватит.
Вовремя вспоминаю, что у меня, к счастью, есть пальцы! Поэтому…
– Ладно, продолжай.
Толкаюсь в ее рот и зажмуриваюсь от кайфа. Поля охотно принимает меня, втягивает в себя, водит горячим похотливым язычком. Я просто в ужасе от мысли, что мы можем расстаться и она будет с другим.
Полина внезапно отпускает мой член.
– Эй! Возьми обратно. Поля, так же нельзя! – ругаюсь, когда она тянется к своему платью и достает из кармана презерватив.
Вдох-выдох. Сам связался с малолеткой.
Поля быстро распечатывает резинку, определяет правильную сторону и ловко натягивает на мой стояк. Я научил ее это делать по инструкции. Обязательно прежде выпустить воздух, чтобы не порвался.
Когда все готово, она выпрямляется, облизываясь, и смотрит мне в глаза. Они у нее полупьяненькие от возбуждения. Губы розовые, щеки румяные.
Остается схватить и к стене прижать. Задрать ножки повыше, войти и отлюбить. Так, чтобы стонала громко мне на ухо, прикусывая мочку. Чтобы держалась крепко за плечи, чтобы всхлипывала от бешеного удовольствия. Оттого, что моя девочка.
Когда она кончает, сжимая меня так, что сам едва не срываюсь, когда дрожит от спазмов и сладко постанывает… когда все это происходит, я наклоняюсь и жадно облизываю ее грудь, ласкаю языком сосок, втягиваю в рот, прикусываю. Руки заняты, стараюсь ртом. Тогда она двигается навстречу, сама скользит по члену. Тогда ей дольше приятно.
Вспотевшая, родная, идеальная.
Потом я терзаю ее рот, вжимая в себя ее тело, трахая, пока сам не достигаю пика. И долго еще на руках держу, обнимаю, шепчу какие-то глупости. Она уставшая, словно вместе со мной у операционного стола всю ночь простояла. И мне это тоже льстит, часть моего личного удовольствия.
Наконец опускаю Полю на ноги, подтягиваю штаны и веду ее в спальню.
– Ложись, Полин. Я освежусь, что-нибудь в себя закину и приду. Беги, грей постель.
Она послушно кивает, но, когда я выхожу из ванной через несколько минут, Поля в том самом платье, что полчаса назад сняла с себя для меня, суетится у плиты. Разогревает нам горячий завтрак. С каждым днем она все больше меня удивляет.
Я бы хотел узаконить наши отношения, и я правда много думаю о том, как дать ей больше. Как убедить, чтобы выбрала меня.
Глава 53
Полина
– И что, вы прям спите вместе? – спрашивает Влада с любопытством.
Мы сидим в пиццерии недалеко от универа. Препод по менеджменту свалилась с гриппом, и лекцию в последний момент отменили. В былые времена я бы уже благополучно свалила домой, но впереди практическое занятие по маркетингу, экзамен по которому мне нужно сдать на четыре. Поэтому послушно жду следующую ленту и пью мерзкий кофе три в одном.
– Ну конечно, мы же встречаемся, – отвечаю таким тоном, будто она спросила самую очевидную вещь на свете.
Смотрю то в окно, то вокруг, всячески демонстрируя, что разговор продолжать мне неинтересно. После той страшной ночи, когда меня чуть не сожрали синтетические кролики, мы практически не общались с Владой и Галкой. У меня больше нет денег, на тусовки я не хожу. Еще я пересела с последней парты на первую к ботаникам, да и Олеську за собой перетянула. В этот раз папа не прикроет мой провал на экзаменах. Он даже не оплатит следующий семестр! Мне обязательно нужно перевестись на бюджет. И честно говоря, я в легкой панике.
– И как он в постели?
– Не твое дело.
– Да ладно, интересно же! Полина, вы прям сексом занимаетесь? По-настоящему? – Она по-прежнему не может поверить, что у меня отношения с парнем. Все привыкли, что я вечная трусиха и девственница.
– Разумеется, по-настоящему, он же взрослый. Ты думаешь, мы полтора месяца за ручки держимся?
– Не удивилась бы.
Я закатываю глаза. В это время к нам подходят парни с потока.
– Ну что, вы идете? – спрашивает Пашка. – Доедайте шустрее, а то опоздаем. Помочь?
Он по-свойски приобнимает меня за плечи, отнимает стаканчик с кофе и делает большой глоток. Мы всегда общались легко. За руку держались, я позволяла себя обнимать, откусывать от своего бургера или куска пиццы. Сидела у него на коленях. Он постоянно был рядом, всегда готовый к тому, чтобы стать моим парнем.
Но сейчас с флиртом покончено, просто Пашка пока этого не понял.
Он возвращает мне стакан, но я отказываюсь. И мягко освобождаюсь.
– Расскажи хоть немного о нем, Полин! – канючит Влада, когда я поднимаюсь из-за стола.
Девочки присоединяются:
– Пожалуйста! Не будь занудой!
Я и правда стала довольно скрытной, мало провожу с ними времени. Мне просто… так страшно ляпнуть что-то неправильное, лишнее и разрушить отношения, которые у меня недавно появились. И которыми я дорожу.
Точно не из-за Пашки Гурьева!
– Он классный, – говорю короткими репликами. Все смотрят на меня, и я приободряюсь. Люблю быть в центре внимания. – Умный. Очень умный, я больше таких не знаю. У него на все есть свое мнение, и я обожаю с ним разговаривать. Он веселый, много и здорово шутит. И внимательный. Ко мне. Всегда.
– Так у него большой или нет? – перебивает Влада, как обычно, громко. На все кафе.
Девочки хохочут во весь голос, я закатываю глаза, сама борясь со смехом. Парни навостряют уши и оживляются.
– Кто большой? Вы о чем? – только Пашка хмурится. Он как с луны упал. Но я действительно совсем пропала с радаров. Даже в инстаграме почти ничего не выкладываю.
– Член, блин, что еще, Гурьев?! – злится Олеся. – Парня Полины обсуждаем.
Я пожимаю плечами.
– В меня помещается, – отрезаю. Потом, поразмыслив, добавляю: – Хоть и с трудом. Все, идем, а то и правда опоздаем. – Снимаю пуховик с вешалки и начинаю одеваться.
Подруги смеются, восхищаясь моим остроумием. Олесе действительно смешно, она-то в курсе событий и знает, как сильно я люблю Ветрова. По секрету я с ней делилась, что в постели с ним супер! А вот Влада с Галкой и остальные еще не привыкли, что у меня нет денег, поэтому по обыкновению стараются мне нравиться.
Пока идем к универу, Паша впервые не пытается взять меня за руку, но этот факт до меня доходит только через три дня в воскресенье, когда он с приятелем приезжает к дому Ветрова.
У меня челюсть отпадает, когда я вижу знакомую спортивную тачку Гурьева. Мы с Ильей собирались ехать к его родителям на обед, как позвонили с авито. Илья выставил на продажу свой «Рено». Мне крайне тяжело ездить на механике в городе, тачка постоянно глохнет в пробках, все сигналят, это нервирует. А машина нужна. И он решил купить что-то на автомате. Разместил объявление, и вот первые клиенты нарисовались. Я буквально вчера об этом рассказывала в универе.
– Подождем минут десять? Если хочешь, поднимись в квартиру.
– Лень раздеваться, потом снова одеваться. Это ведь недолго?
– Думаю, нет. Посмотрят машину, там решим. Если покупатель реальный, посажу тебя в такси. Ты не против поехать к моим одна? Я чуть позже буду.
– Без проблем! Всем ведь известно, что они любят меня больше, чем тебя.
Он усмехнулся.
– Боюсь, что так и есть.
Мы сидели в салоне, ждали.
Сначала я услышала музыку. На всю улицу. Какой-то е*лан в мороз ехал с открытыми окнами, чтобы все были в курсе, что за рэп он предпочитает. Мы даже обернулись, сгорая от любопытства. И тут я поняла, что этот самый е*лан, он же покупатель с авито, – Пашка Гурьев.
– Капец. Это мой одногруппник, – расстраиваюсь я, когда мы выходим из машины.
Пашка паркуется как попало рядом и тоже выходит на улицу. Музыка продолжает орать, он лишь немного делает тише. С ним Игорь Котов, парень с потока.
– Который держал тебя за руку, я узнал, – кивает Илья.
Я удивленно приподнимаю брови.
– Летом в кинотеатре, – добавляет он.
– Вот это память! – поражаюсь я. Хотя Инну я сама прекрасно запомнила в тот момент. Невольно улыбаюсь, правда, недолго.
Пашка подходит, протягивает Илье руку, представляется. Тот отвечает. Потом Гурьев обнимает меня как обычно, называет конфетой. Я мягко его отталкиваю.
– Наши отцы всю жизнь дружат, – объясняет он Илье свое поведение.
Повисает пауза.
Глава 54
Неловко. Вроде и нормально разговариваем, но при этом всем некомфортно. Мы обмениваемся обычными репликами. Может, я себя накручиваю, но… я отчетливо вижу, как Гурьев с Котовым понтуются. Ведут себя как-то слишком расслабленно, нагло.
Пашка обходит вокруг «дастера», наступает на колесо ногой, словно проверяя, не спущено ли оно. Просит открыть капот. Потом завести двигатель.
Когда Илья поворачивает ключ в замке зажигания, Пашка с Игорем переглядываются и хохочут.
– Трактор, блть, – ржет Игорь.
– Хм, друг, – обращается Паша к Илье каким-то не своим тоном. Излишне важным. – Тебе бы съездить в центр, я знаю этот звук. Двигателю хана.
– Ага, полный пздц, – поддакивает Игорь.
– Ты поэтому продаешь? Скидываешь? – вкрадчиво интересуется Пашка.
Мне хочется провалиться сквозь землю.
– Так звучит дизельный движок, друг, – объясняет Ветров с натянутой улыбкой. – С машиной все в порядке.
– Дизельный? – хмурится Пашка.
– Ага, как и указано в объявлении. Тачка на полном приводе, состояние для своего года отличное. Дизель. Ну что, смотреть дальше будешь или мы поедем? Сегодня куча дел.
– Да, Паш, Игорь. Рада была увидеться, но нам пора, – поддакиваю я.
– Ну нет, я хочу прокатиться. Мне как раз такая нужна. На даче убивать. Дешевая, чтобы не жалко.
Илья жестом предлагает садиться за руль. Пашка наконец вырубает музыку в бэхе, закрывает машину и занимает водительское кресло «Рено».
– Мы еще в сервис потом заедем и уточним, так ли должен звучать дизель! – строго предупреждает Котов Илью. – Да же, Паш?
– Без проблем, – соглашается Ветров. А потом, когда Игорь садится на заднее сиденье за Пашкой, Илья мне подмигивает и кивком предлагает тоже занять место в салоне, чтобы не мерзнуть.
Первые пять минут Гурьев бесконечно ерзает, пытаясь настроить под себя высоту сиденья, положение руля, зеркала. Постоянно жалуется, что тут ему не удобно, там – непривычно. Панель не нравится. Сиденья жесткие, пластик дешевый и так далее.
– Да-а-а, – тянет он. – Шумоизоляция тут как в тракторе. Поль, ты же помнишь, как у меня в бэхе?
– Не обращала внимания, – отвечаю я.
– Ну конечно, не обращала. У тебя в «лёхе» тоже нормально с этим. К хорошему быстро привыкаешь. – «Лёхой» он называет мой «Лексус».
Я пожимаю плечами.
– Правда не обращала.
– Не, у тебя тоже достойная тачка, я ее всю просканировал и облазил. Японцы молодцы, за этим следят. А «дастер»… все же трактор трактором. По полю кататься.
– А тут точно нет функции установить плуг? – ржет сидящий рядом со мной Котов, и Пашка подхватывает:
– Должна быть, сто пудово! – и продолжает потешаться.
Я, честно, не понимаю, почему Илья это не прекращает. Сказал бы «стоп» и вышвырнул придурков из своей машины. Он будто абстрагировался от ситуации, пропускает все колкости мимо ушей, отвечает только на прямые вопросы абсолютно спокойным и нормальным голосом. Мне так за него обидно! Я балансирую на грани, готовая в любой момент сорваться и наговорить колкостей. Я бы так и сделала, если бы не боялась все окончательно испортить. Ситуация ужасно несправедливая! Практически каждый день Илья стоит у операционного стола, спасая людей, помогая им, ставя на ноги. Он постоянно учится, и не для галочки в зачетке, а чтобы применить свои знания на практике. Читает медицинские журналы, в том числе на английском языке. Тренируется. Его хвалит начальство. Но сейчас ему даже ответить нечего, потому что все, что говорят ребята, – правда. Я тоже вижу, что и пластик дешевый, и дизель тарахтит громко. И шумоизоляция здесь отстойная. И я не представляю, сможет ли Ветров хоть когда-нибудь купить себе «БМВ» из салона.
– Н-да, магнитола просто дно, – тем временем продолжает Пашка. – Прокачусь по дворам?
– Валяй.
Павел выжимает педаль газа, машина трогается.
– Пристегнуться не забудь, – напоминает Илья.
Пашка отмахивается.
– Не ссы, я отлично вожу. Вон Полинка докажет. Конфета, сколько мы откатались вместе, пока отец тебе «лёху» не подогнал?
– Либо пристегиваешься, либо показ окончен, – впервые в его голосе прорезаются знакомые мне стальные нотки, и я быстренько выполняю просьбу.
Павел поворачивается к Илье, они смотрят друг на друга. Потом Гурьев возвращается к дороге, игнорируя просьбу.
– Да не парься ты, она не пищит же.
– Это правило. В моей машине всегда все пристегнуты, и это не обсуждается.
– Чувак, я реально хочу купить у тебя этот трактор, так что давай без правил и условий. Лучше покажи, как включать дворники, чтобы снег смахнуть, не видно ни хрена. Они тут вообще есть?
– Есть. Пацан, мне плевать, купишь ты машину или нет. Паркуйся вон у того подъезда и уматывай.
Пашка резко выжимает тормоз, нас качает вперед. Хорошо, что я пристегнулась.
– Вообще, использовать ремни или нет – вопрос спорный, – подает голос Игорь. – Сколько случаев, когда пристегнувшиеся гибли, выживали лишь те, кого выбросило из машины.
– Сколько? – поворачивается к нему Илья.
– Да море!
– Сейчас даже на этом «тракторе», что уж говорить о немцах, ставятся ветровые щитки из высокопрочного стекла. Ты при всем желании башкой своей его не пробьешь так, чтобы вылететь на улицу. Разобьешь – это да. Ты себе представляешь, что будет с твоим лицом, когда его порежут такие осколки? Даже если ты выживешь, что вряд ли, в зеркале себя не узнаешь.
– Ну а тебе-то что? Я ж порежу, не ты.
– Не гони! – возмущается Котов. – Вот у моих знакомых…
– Была совсем другая ситуация, нежели ты сейчас расскажешь. Ладно, смотри. Допустим, Павел не пристегнут, но случайно влетает куда-то. Обычное фронтальное столкновение. Бампер принимает удар, резкое торможение. Павел по инерции продолжает лететь вперед с той же скоростью. Ну, пусть в шестьдесят километров в час. Это понятно? Сначала он ломает себе колени о панель в хлам, – Илья показывает, о какую, и я вытягиваю шею. – Через долю секунды ломает руль своей грудной клеткой. – Ударяет ладонью по рулю. – Скорость авто падает настолько, что на Павла начинает действовать сила тяжести, в восемьдесят раз превышающая его собственный вес. Сколько ты весишь?
– Ну восемьдесят пять.
– Вот и считай, с какой силой ты ударишься о приборный щиток. Но Павел ведь в машине не один. Дальше он и сидящий позади непристегнутый Игорь – вы оба ожидаемо влетаете в ветровое стекло. Разбиваете его, собирая в себя осколки. Если по какой-то сверхъестественной причине Павел в этот момент все еще жив, то Игорь исправляет эту оплошность, врезаясь в него и ломая своей башкой ему шею. Всего этого можно было бы избежать, если бы вы оба были пристегнуты.
– Вообще-то, в бэхе есть подушки безопасности.
– Которые, во-первых, не сработают, если ремень не пристегнут. Но если даже сработают, то будет еще хуже, чем без них.
– Блть, ты в автошколе работаешь, что ли? Хорошо зазубрил, как скороговорку, – невесело посмеивается Пашка.
– Паш, он хирург-травматолог, – подсказываю я. – Ты забыл? Он людей после аварий собирал. Ты лучше пристегнись, а то мало ли что. Илья не хочет рисковать моим здоровьем, – делаю акцент на слове «моим». И кладу ладонь Илье на плечо.
– Да к черту. Я передумал покупать это корыто. Втюхивай его дальше.
Илья слегка прищуривается, но удивленным не выглядит. Игорь покидает «Рено», хлопнув дверью, Илья меняется местами с Пашкой. Я занимаю переднее сиденье, рядом со своим Айболитом.
– Два дебила, – констатирую я. – Не обращай внимания.
– Среди твоих друзей я чувствую себя старым занудой, – произносит Илья с натянутой улыбкой.
– Они просто все придурки.
– Ты больше с ним не езди, реально опасно. Если хоть кто-то не пристегнут, остальные получат травмы, пока тело будет кидать по салону.
– Ты сталкивался с подобным?
– Да. В Питере вот как раз недавно.
– Я не буду, – кладу ладонь на его колено.
Мы едем к его родителям и отлично проводим время в кругу семьи. Даша тоже тут как тут. Впятером мы долго сидим за столом, болтаем, шутим. Потом пьем чай. И все просто прекрасно! Но меня не оставляет ощущение, что Илья какой-то будто… мрачный. Словно его лица коснулась тень. Вида не подает, но я-то его уже неплохо изучила, чувствую. И спросить не могу. Душа за него болит. Тяжко на сердце.
Глава 55
Полина
Декабрь в этом году просто идеальный! Теплый, насыщенный приятными событиями, да и вообще будто бы сказочный! Атмосфера приближающегося праздника зашкаливает. Город щедро украшен новогодними гирляндами, куда ни глянь – огонечки, хвоя и яркие мандариновые цвета. На улицах море пушистого снега. Иногда его выпадает столько, что снегоуборочные машины не справляются. Дома сидеть совершенно не хочется, поэтому каждую неделю мы с Ильей ходим на каток.
Оказывается, он прекрасно держится на льду, – в Гамбурге играл за школьную команду в хоккей. Я тоже успела пару лет позаниматься фигурным катанием, сразу после балета, поэтому с гордостью показала ему кривоватое вращение и ласточку. Илья выглядел восхищенным, но затем был вынужден меня ловить, когда я вошла в раж и забыла, что мне давно не десять лет.
Было очень весело! Кататься, держась за руки или в обнимку. Потом пить обжигающий сладкий чай из термоса, дрожать от холода и… целоваться замерзшими губами. Я с придыханием ждала, когда же он уже коснется моего языка своим. И улыбалась, когда это происходило!
Одновременно предвкушала, что скоро мы поедем домой. Скинем с себя ворох одежды прямо на пол в коридоре и залезем в горячую ванну. Как в прошлый раз. А после… конечно, займемся любовью, потому что к тому времени уже будем сгорать от желания. От одной мысли, что он меня обнимет и по-мужски крепко к себе прижмет, меня… жаром окатывало и внутри все сладко сжималось. Я люблю эти моменты.
Обычно в повседневной жизни Илья часто улыбается, много шутит. Но, когда дело доходит до близости, он мгновенно серьезнеет. И этот его пронизывающий взгляд… я дышать забываю, колени мягкими становятся, – столько он мне обещает.
Все, что со мной связано, для Ильи очень серьезно. А я… я просто день за днем влюбляюсь в него все сильнее. Врастаю в человека, полностью раскрываюсь, оголяя душу и отдавая тело, позволяя делать с собой все, чего ему только захочется.
Люблю двигаться на нем сверху, наблюдая, как он поедает глазами мою покачивающуюся обнаженную грудь. Как машинально приоткрывает рот, представляя, что через секунду оближет и прикусит мои соски. От одной мысли об этом я начинаю двигаться быстрее, увеличивая наше с ним общее удовольствие. Одно на двоих.
Сама чувствую, как он сжимает мои ягодицы пальцами. И каждый раз, когда я опускаюсь, вдавливает меня в себя, чтобы принимала глубже. Чтобы сильнее ему принадлежала. Безумие завладевает нами обоими! В какой-то момент обессилев, я просто падаю ему на грудь, едва не достигая пика от бешеного пронзительного наслаждения, ощущая, какой он твердый внутри меня.
– Устала? – слышу жаркий шепот.
– Хочу тебя. Хочу, хочу тебя. – Аж руки дрожат, так сильно нужно.
Зажмуриваюсь и предвкушаю то, что последует за этими просьбами. Самое мое любимое! Просто личный топчик! Илья обнимает крепко, рывком переворачивает на спину и, больше не церемонясь, любит меня сам. Уже адски возбужденный, горячий, нетерпеливый. Заполняет одним мощным толчком и тут же продолжает двигаться. Наращивая темп, беря от меня и моего тела все, что ему нужно.
Кончить от собственной инициативы у меня пока не получается, а вот когда двигается он… Словно угадывая, как нужно, словно читая мысли! Мне остается лишь стонать от удовольствия, растворяться в ощущениях и шептать, как сильно я его люблю. Всего люблю, каждой своей клеточкой! Я не понимаю, как можно заниматься этим без любви. И я не прогадала, что дождалась его, не размениваясь на компромиссы. Это последнее, о чем я думаю, перед тем как мое тело накрывает волна острого наслаждения.
Однажды я не выдержала и сказала ему обо всем этом вслух. Сразу после яркой близости, все еще дрожа от потрясающего долгого оргазма. Лежала у него на груди, переплетала наши пальцы, украдкой целовала его в шею, он поверхностно дремал. В ответ Илья, как обычно, поднес ко рту мою руку и галантно поцеловал тыльную сторону ладони.
– Я бы тоже не хотел, чтобы ты делала то, чего тебе претит. В целомудрии и воздержании нет ничего плохого или постыдного. Когда секс по любви – он всегда особенный.
– Но ты ведь занимался без любви.
– Давай не будем об этом. – Он положил ладонь на мои обнаженные ягодицы и начал лениво поглаживать. Сколько бы раз я ни заводила эту тему, он всегда с нее съезжает.
– Я не буду ревновать. Честное слово!
Он даже глаза специально открыл, чтобы демонстративно их закатить. Я рассмеялась.
– Илья! Мне просто интересно, у меня ведь мало опыта.
– Некоторый опыт и не нужно получать. Зачем он тебе?
– Теперь ты ревнуешь!
Он ущипнул меня за задницу, я ойкнула и прижалась к нему поближе.
– Поцелуешь, где сделал больно! – пробурчала.
– Обязательно, – ответил с улыбкой.
– Так что там с сексом без любви? Расскажи, как это? В чем разница? Оргазмы не такие яркие?
– Полина-а-а.
– Обещаю, что не буду обижаться. Я знаю, что ты не был девственником, и почти с этим смирилась.
– И в оргазмах тоже. Во всем. – Он снова поцеловал мою руку. – Но больше в том, что после секса с любимым человеком не чувствуешь гнетущей пустоты внутри.
Для меня так и осталось загадкой – в тот момент он поделился личным или же решил предостеречь меня от возможных ошибок в будущем. Мы помолчали. Потом он дополнил:
– На такой секс нужно идти, только если ты уверена, что эта пустота тебя не сожрет.
– Ты, я так понимаю, справлялся неплохо.
Он улыбнулся и пожал плечами.
– Справлялся. Но, когда занимаешься сексом с любимой, ни на секунду не оставляет ощущение правильности происходящего. И никуда не хочется убегать после. Потом, конечно, всю жизнь ищешь подобное.
– Тебе ведь хорошо со мной, Илья? – спрашиваю, закинув на него ногу.
– Да, очень.
– Ты не будешь мне изменять?
– Не буду, конечно.
– Никогда?
– Никогда.
– И я не буду.
– Ну еще бы! – Он снова меня ущипнул, на этот раз действительно больновато, и я рассмеялась.
Чем бы мы ни занимались вдвоем – это было весело и интересно. Даже просто вот так болтать о всяких глупостях, планировать будущее, давать друг другу громкие обещания.
