Текст книги "Княжна Тобольская 3 (СИ)"

Автор книги: Ольга Смышляева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 19 страниц)

– Моя история тебе известна, – ответила беззаботным голосом с чуть фальшивыми нотками. – Непременное условие удачного ритуала – безвозвратное обнуление болванки, а у меня пятый ранг в воздухе.

– Безвозвратное обнуление, говоришь... – повторил друг. – Вот ещё одна зацепка: наши кандидаты уже некоторое время не пользуются эссенцией стихий на людях. Не самый достоверный признак, но в копилку сойдёт.

– Многим больше, чем просто ждать, – кивнула я.

– Согласен. Что ж, пока не появится другого плана, будем следовать этому.

– Спасибо тебе, Надир! – поблагодарила его от всего сердца.

– В любое время, Вась, – отозвался он. – Только не держи от меня секретов впредь, договорились?

– Обещаю. Отныне никаких недомолвок и тайн.

Кроме одной: о том, что я Ирэн, он не узнает во веки веков. И никто другой тоже, довольно с меня Ярослава. Это не вопрос доверия, это вопрос существования. К тому же, изначально Надир заинтересовался Васей вовсе не потому, что она такая классная девчонка, а потому, что она спасла его сестрёнку. Она! На самом деле он должен ей, а не мне.

***

Самаркандский проводил меня до холла общежития, а сам направился в сторону тренировочного комплекса «Двух Клинков». Через двадцать минут у факультета «Княжеских войск» назначено общее собрание в большом зале для медитаций. Тема профессиональная – подготовка к предстоящему Дню подразделений специального назначения. Явка обязательна для всех, так как год нынче юбилейный для стражей, празднования будут масштабными. Ректор Костромской обещал бал и фейерверк.

– А он красавчик. – Аля поднялась с диванчика возле интерактивных панелей с картой института и с удовольствием потянулась. Похоже, давненько здесь сидит. – Почему я раньше не обращала на него внимания? Вы ведь с ним и той рыжей подсобницей каждый вечер ужинаете вместе.

– Есть вероятность, ты просто не поднимала взгляд выше серебряного медальона на его груди.

Я не стала останавливаться, чтобы поболтать, поэтому Аля сама нагнала меня и зашагала рядом.

– Твоя правда, но больше такой ошибки не допущу, – рассмеялась она.

– Только не говори, что дожидалась меня тут из-за Надира, – я поддержала её весёлый тон.

– Вообще-то, скажу. У вас с ним...

– Дружба.

– Просто дружба?

– К чему этот вопрос, Аля? – прямо спросила её. – Ты не дуэнья. Наши с Надиром отношения не угрожают помолвке, всё остальное – моё личное дело.

– Ты не так поняла, – она махнула ручкой. – Раз уж мы подруги, я обязана была это спросить, чтобы между нами не пробежала кошка.

– По какому поводу ей бегать?

Чувствую, ответ мне не понравится.

Алёна забежала на шаг вперёд, перегородив дорогу, и кокетливо закусила нижнюю губу:

– Я хочу поближе познакомиться с Надиром, а там как пойдёт. Ты ведь не будешь против?

Чувство не подвело.

– Это свободная страна, делай что хочешь.

– Правда? – неподдельно удивилась она. – У тебя такой взгляд, брр! Я боялась, Тобольская тигрица вцепится мне в волосы после этого вопроса.

– Давай в другой раз, лады? – улыбнулась ей. – А теперь извини, я спать. Голова трещит кошмарно. Не рекомендую получать нокаут, крайне не рекомендую.

Беспечно похлопав девушку по плечу, сдвинула её в сторону и направилась в свои комнаты.

Пустой женский трёп сумел оставить после себя густой осадок из раздражения. В Тобольске Алёна не раз подчёркивала, что романтические отношения с парнями её не интересуют, у меня даже сложилось впечатление, будто она тоскует по давным-давно несостоявшейся помолвке. И вдруг передумала? Надир выдающийся парень, но что это: искренняя симпатия или просто желание досадить мне?

Хватит того, что Алёна постоянно крутится вокруг моего жениха, прикрываясь тёплой дружбой из их прошлого, так теперь ещё на моего лучшего друга покусилась! В институте полным полно других парней, пусть выбирает любого другого, кому она понравится и кто волен распоряжаться собой без ограничений. Учитывая внешность юной княжны Владивостокской, из желающих километровая очередь выстроится.

«Да что такое на тебя нашло, Вася?» – дала себе мысленный подзатыльник. – «Её поступки не должны тебя задевать».

Спасибо, папенька, великолепно подобрал подружку, лучше не придумаешь!

Глава 20

Новый день начался с декана Таганрогского. Генерал-майор приказал зайти к нему сразу, как закончится лекция по военно-политической работе. Следовало ожидать. После вчерашнего он остался единственным, кто ещё не высказал «фи» моим бойцовским навыкам.

В отличие от ректора, знатного любителя неуместной роскоши, Таганрогский предпочитал минимализм. В его кабинете не было ничего лишнего: жалюзи на окнах, пара стеклянных шкафов, туго набитых папками, и массивный интерактивный стол с голомонитором. Единственной деталью не по уставу был огромный череп маньчжурского водяного волка, занимавший почётное место на столешнице. Его подарил профессор Кунгурский, кто ж ещё? Остальной скелет я видела в зоологической лаборатории. Ни кресел, ни захудалых табуреток, видимо, чтобы посетители не расслаблялись. Или Таганрогский просто не любит мебель.

Поставив локти на стол, его превосходительство ленивым жестом сцепил пальцы в замок. Взгляд беспощадных глаз впился в моё лицо с неприкрытым недовольством. Я ответила тем же. Даже не верится, что они лучшие друзья с милейшим профессором Кунгурским!

– Ты мне не нравишься, Тобольская, – заговорил он спустя минуту напряжённых гляделок, из которых никто не вышел победителем. – Не нравишься с той самой ночи на дороге к Пагоде Пяти Стихий, когда твоя пьяная выходка подвергла смертельному риску товарищей. Я много раз желал отчислить тебя и сделал бы это, не показывай ты высокие результаты в эсс-фехтовании. Номер два на курсе, тридцать восьмое место в рейтинге Зала Славы – вот, ради чего я мирился с твоим характером, а вовсе не по указке ректора, как многие думали. Ты была одной из лучших, настоящая бешеная волчица... Но теперь ты ноль.

– Ваше превосходительство, вы позвали меня послушать лекцию о том, какая я плохая?

Таганрогский коротко усмехнулся, будто счёл ситуацию забавной.

– Нет, я хочу дать тебе шанс. Вчера на ринге ты показала превосходные боевые инстинкты и реакцию, но для моего факультета одной скорости мало. Сейчас ты слишком слаба, однако, прежде чем перевести тебя обратно к логистам, я сделаю всё возможное, чтобы исключить свою ошибку. Как лидер курса ты достойно справляешься с обязанностями, и преподаватели тебя хвалят, в частности Кунгурский Вениамин Фёдорович, так что... – Вынув из ящика стола лист бумаги с синей печатью, он протянул его мне. – Распишись в приказе.

Я взяла лист и с некоторой опаской прочла содержимое.

Бойтесь данайцев, дары приносящих, как мудро предупреждал Лаокоон, жрец из Трои. Таганрогский одарил меня (кто бы сомневался!) дополнительными тренировками по дисциплине «Служебно-прикладная подготовка: углублённая отработка техник цзяньшу». Занятия будут проходить совместно с курсантами третьего курса факультета «Княжеских войск» дважды в неделю сроком на два месяца, аккурат до начала командных боёв. Часы подобраны с учётом расписания управленцев – в окнах для самостоятельной работы.

– Зачем мне отрабатывать техники цзяньшу? – Я подняла на декана вопросительный взгляд.

– Только Четвёртую. До обнуления ты в совершенстве владела техниками земли и воды, неудивительно, что во время стресса твоё тело выбрало одну из них, а не воздух. Это нужно исправить, и нет способа надёжнее, чем систематические тренировки. У стражей третьего курса как раз подходящая для тебя программа: неограниченные по времени поединки вне симуляторов с использованием ударов до ста эсс-джоулей. Разумеется, от посещения моих занятий ты не освобождаешься.

Ну ещё бы. Больше тренировок богу тренировок! Стражи – будущие спецназовцы, и отношение к ним соответствующее, что значит – никакой жалости.

Понимаю логику Таганрогского, но он не знает главного – ситуация с неправильным выбором техники не следствие стресса, а уникальное стечение обстоятельств, которое вряд ли ещё повторится. Зов эссенции Зэда на мгновение помутил разум, и только поэтому я утратила контроль над телом. Вот каковы шансы, что во время следующего моего поединка Трио снова будут проводить ритуал, а их жертва умрёт до основного действия? Да нулевые!

Но отказываться от тренировок не стала. У меня нет вменяемого обоснования, так что стисну зубы и вперёд. А если ещё Ярослав согласится, то я... Хм. Наверное, сдохну. Организм стихийников крепкий и выносливый, но даже у него есть предел.

– Спасибо, ваше превосходительство, – расписалась в приказе и вернула его Таганрогскому. – Разрешите идти?

– Иди, Тобольская, – он махнул рукой, едва не задев череп волка.

Я шагнула к двери, как вдруг развернулась обратно. Не только у декана был ко мне разговор, но и у меня к нему. Просьба Переславль-Залесской никак не желала уходить из головы. Чего ни говори, а на занятии по эсс-медике я сжульничала, когда залечила рану псионикой вместо стихии воздуха. Так сильно хотелось факультатив по экологии стихийных животных, что не удержалась...

Теперь же пришло время успокоить совесть, и череп волка только что подкинул мне блестящую идею по реализации плана из категории «и вашим, и нашим».

– Сергей Алексеевич, позволите обратиться с просьбой от имени лидера курса?

– Позволяю.

– Курсантка Переславль-Залесская на днях подала заявку на допуск к настройкам для аспирантов в симуляторах боя и...

– Я уже отклонил её прошение, – сухо прервал декан.

– Да, видела в журнале, но, пожалуйста, подумайте ещё раз. Александра как никто заслуживает привилегий! Девушка она немного вспыльчивая и не самая компанейская, признаю́, зато невероятно целеустремлённая, ответственная и держит слово. Она выжмет из допуска максимум, который и не снился вашим аспирантам.

Генерал-майор снова сцепил пальцы в замок.

– Странно слышать такое от тебя, Василиса. Вы с Переславль-Залесской, мягко говоря, не ладите.

– Только в межличностных отношениях, – согласилась с ним, – но в профессиональном плане я абсолютно беспристрастна. Саша меня приятно удивила! Представляете, она подписалась на факультатив к профессору Кунгурскому по экологии стихийных животных, вот её имя в графе. – Вывела на планшет страницу с таблицей факультативов и показала декану. На слово Сергей Алексеевич никому не верит, даже председателю. – Она и подругу убедила пойти, Ясвену.

– Неожиданно, – признал Таганрогский.

– Ну почему же? Вениамин Фёдорович прекрасный преподаватель! Я считаю, стихийная зоология – один из самых важных предметов в учебной программе, факультативы по ней должны быть включены в обязательный список, а не по желанию. Вон, даже Саша сумела проникнуться. Это ведь профессор подарил вам череп маньчжурского волка? Шикарный экземпляр! Судя по непарному количеству клыков на верхней и нижней челюстях, особь была двенадцатого ранга. Их редко встретишь...

– Тобольская, при чём здесь зоология?

Я тут же оставила постороннюю тему и вернулась к главному:

– Саша заслуживает аспирантский допуск как никто. Под мою личную ответственность, ваше превосходительство.

Таганрогский в раздумье постучал кончиками пальцев по столешнице. По его лицу никогда ничего не понять. Я не отвлекала.

– Под твою ответственность, говоришь? – наконец произнес он. – Странно. Ты никогда ни за кого не просила, даже за себя. А если она не оправдает столь высокой протекции? Аспирантский допуск даёт не только права, но и накладывает обязательства проводить в симуляторе не менее десяти часов в неделю на продвинутых картах. Уверена, что она справится?

– Более чем.

На самом деле не особо, но сомнений не выдала.

– Хорошо, убедила, – неожиданно легко кивнул декан. – Будет Александре аспирантский допуск, раз уж просишь. Будет даже интересно, подведёт она тебя или нет. А теперь иди уже.

– Спасибо, ваше превосходительство.

Экспромт сработал! Кому не понравится, когда намекают, что его лучший друг – прекрасный педагог, чьи факультативы посещают даже самые неуживчивые курсанты? Конечно, Сергей Алексеевич прекрасно понял мою игру, но справедливости ради, я ничуть не льстила и подпись Переславль-Залесской не подделывала. Это он тоже видел. Так почему не пойти навстречу девчонке, которая способна удивить? Тем более, лидер курса за неё ручается.

Вторая часть плана сложнее. Теперь нужно поговорить с Сашей. Обрадую её и между прочим обмолвлюсь, будто декан согласился одобрить заявку только потому, что узнал о её посещении факультатива по зоологии... Стоп, а ведь факультатива не будет из-за нехватки желающих! Вот подстава. Вдруг Таганрогский решит, что его обманули, и отзовёт допуск? К счастью, я знаю, как этого не допустить: Саша всего лишь должна помочь мне уговорить ещё пятерых сокурсников.

Сто́ит сказать, план вербовки сработал. Не в последнюю очередь потому, что я успела поговорить с Сашей раньше, чем она пересеклась с деканом.

Заканчивался учебный день поединками. Пятикурсники факультета «Управления» радостно потопали на ринг, а я, пользуясь законным освобождением, прямиком к Вэлу за справочниками по псионике.

***

В воздухе витал тонкий аромат сандалового дыма – любимый выбор для медитации по версии Валерия Николаевича. Медик на полставки сидел в небезызвестном малом зале для аспирантов под номером шесть и пытался словить дзен. Ему бы это определённо удалось, но я слишком громко щёлкнула дверью.

– Удачного просветления, ваше высокоблагородие!

Села в позу скалы рядом с чугунным чайничком и сандаловой пирамидкой.

– Ты рановато, Василиса.

– Тогда подожду здесь, пока рановато не превратится в вовремя. Помедитирую немного. Вы меня даже не заметите.

Вэл продержался от силы пару минут, хотя я честно пыталась выполнить обещание. Каюсь, мысли никак не желали успокаиваться и отрешаться от всего мирского. Не возле интересного мужчины с татуировками китайских драконов. Но дело не только в драконах. Точнее, совсем не в них.

Сразу после Саши у меня состоялся разговор с Ярославом. Он согласился помочь с воздухом-псионикой в обмен на ответную услугу; какую именно, пока умолчал. Так понимаю, ещё не придумал. Пофиг, главное, что начинаем уже в следующий вторник. Я в свою очередь сдала ему отчёт по успеваемости курса за минувший месяц. Трём лучшим курсантам полагается прибавка к стипендии из фонда факультета, а трёх худших ждёт домашний арест – им будет запрещено покидать территорию института все воскресенья октября. Спасибо теоретическим предметам, моё имя на данный момент болталось в первой половине списка. А где с такой нагрузкой болталось моё психическое здоровье, не скажу, это нецензурное место.

– Ладно, Василиса, – со вздохом произнёс Вэл, – вовремя настало. Возьми папку позади чайничка.

В ней лежали две небольшие брошюры, потрёпанные временем и многократным чтением. Название первой – «Аура побѣды», она сопровождалась схематичным изображением расходящихся от фигуры концентрических волн, второй – «Телепатiя», на её обложке были узоры, напоминающие нейронные связи. Обе они написаны рельефно-палочным тактильным рисунком, каким обычно изображают сигнатуры стихийных ударов.

Необычный выбор техник. С «Аурой победы» я отчасти имела дело. По сути, это продвинутая версия «Воодушевления». Раз так в пять продвинутая. Если воодушевление – лёгкий энергетик, усиливающий собственную волю того, кто попал под его действие, то аура – конкретный «наркотик», принудительно повышающий боевой дух и решительность, вселяющий в человека полную уверенность в своих силах и неминуемость грядущей победы.

А телепатия – это телепатия. Односторонний навык передачи собственных мыслей на расстоянии.

– Псионика дар уникальный, она открывает множество разнообразных направлений. – Вэл запалил новую пирамидку. – Психокинез, ментальные манипуляции (от простых внушений до полного контроля над волей другого существа), воздействие на органы чувств, мощное исцеление не только тела, но и разума, телепатия, создание иллюзий, ускоренный анализ действий окружающих, который обыватели называют боевым предвидением, и многое, многое другое. Но проблема в том, что даже самый одарённый практик вряд ли сможет освоить всё перечисленное.

– Даже за десятки лет тренировок? – поинтересовалась я.

– Даже до конца жизни, – был ответ. – Человеку ошибочно пытаться развить всё и сразу, когда важно сфокусироваться лишь на том, что у тебя лучше всего получается. Какие твои сильные стороны, Василиса?

– Психокинез и взаимодействие с животными, – ответила я без заминки. – Чуть хуже с внушениями и способностью видеть эхо прошлого.

Вэл мягко улыбнулся:

– Так и думал. Ты предрасположена к ментальному контролю.

– Почему вы так решили?

– Ты сама подсказала. После обнуления твой характер изменился, ты стала более открытой и рациональной, а в должности лидера курса показала превосходные результаты в плане организации и достижения целей. И ещё любовь к стихийной зоологии. Думаю, зверушки тоже тебя любят – такая страсть никогда не бывает односторонней.

– Ментальный контроль, говорите? – Я чувствительно прикусила губу, чтобы не расплыться в коварной ухмылке. – Стало быть, я смогу делать прицельные внушения не только животным, но и людям?

Вэл бросил на меня лукавый взгляд, в котором читалось одновременно и одобрение, и предостережение.

– Это навык седьмого ранга. Смею напомнить, для абсолютного большинства псиоников, в чьей крови нет достаточного количества монголоидных генов, верхней границей является пятый ранг.

– Ну во-от...

С генами не поспоришь. Очень кстати у меня есть маленькое исключение – пока действует эфирная связь с Зэдом, я могу перешагнуть границу и без наследственных подарков. Проблема лишь в том, что для этого потребуется много тренировок, и сомневаюсь, что мистер Фиолетовые Глазки даст на них время.

Сам Зэд ментальным контролем владеет неважно. На пути к Пагоде я сумела противостоять его гипнозу, будучи совершенно неопытным практиком первого ранга, а в Юганском заповеднике и вовсе не почувствовала никакого эффекта от его попыток продавить мою волю. Солнечного вепря он даже не попытался переманить на свою сторону, сразу принялся убивать. Чем Зэд безусловно силён, так это психокинезом, телепатией и способностью воскрешать девушек с чужими душами внутри.

– Я взял смелость выбрать для тебя две техники, исходя из собственного опыта работы с псиониками, – сказал Вэл, возвращая меня в реальность. – Обе техники требуют пятого ранга. Как видишь: первая «Аура победы», вторая «Телепатия». С точки зрения активного бойца, они могут показаться скучными или бесполезными, но думай не сегодняшним днём, а завтрашним; стремись не к разрушению, а созиданию; действуй не силой, а головой.

– Что вы имеете в виду?

Пересев ближе, он положил руки на мои плечи и слегка сжал пальцы:

– Ты не солдат, Василиса, и, дай Бог, никогда им не станешь. Ты будущий офицер, а как псионик – одна из самых ценных фигур на поле боя. Твоя обязанность не бегать с клинком наперевес, а направлять и координировать действия людей. Поверь, это сложнее, но лидер, за которым идут с верой в победу, многократно полезнее самого результативного бойца-одиночки. Мне довелось побывать в бою, я своими глазами видел, какими сильными становятся солдаты, лишённые сомнений.

Вэл действительно думает завтрашним днём, вот только встреча с Зэдом состоится, метафорически выражаясь, уже сегодня. Сомневаюсь, что его получится одолеть телепатией или усиленной верой в победу.

Хотя...

Если заручиться поддержкой мощного зверя, вроде солнечного вепря, и воздействовать на него аурой, я получу неистового берсерка с удвоенной силой.

– Успех в освоении этих техник, – Вэл кивнул на брошюры в моих руках, – не в физических тренировках, как с психокинезом, а в правильном балансе внутреннего мира с внешним.

– Так и говорите – в медитации, – улыбнулась я.

– В том числе. Техники не зря написаны тактильным рисунком. Это «настройки» для ядра эссенции стихий.

– Их надо выучить?

У «Ауры победы» шесть страниц, у «Телепатии» восемь, и все потрёпанные от многократного чтения.

– Первым делом их надо понять, – поправил Вэл, – всё остальное твой мозг сделает сам. Умения непростые, но такая целеустремлённая курсантка, как ты, обязательно с ними справится.

От ободряющей улыбки медика на полставки стало тепло и по-домашнему уютно. Чтобы не выдать смущения от похвалы, сосредоточенно сдвинула брови и перевела взгляд на помолвочное кольцо на безымянном пальце. Красноярский лев быстро умеет настраивать на нужный лад.

– Раз вы так считаете, значит, справлюсь.

– Я ничего не считаю, Василиса, я вижу. Обучение бесконечно, путь к успеху – усердие. И хорошее питание.

– Питание? – подняла на него удивлённый взгляд.

– Разумеется. Все эфирные практики усиливают обмен веществ, а ментальные даже сильнее, чем физическая нагрузка.

– Точно, да. Это было на лекциях по основам стихий на первом курсе, – припомнила я. – После обнуления память немного ослабла, до сих пор восстанавливаюсь.

Отсев от меня подальше, чтобы больше не отвлекала, Вэл вернулся к медитации, а я открыла брошюру с техникой телепатии. Бумага старая, словно древний пергамент, в уголке рядом с номером страницы нарисован герб города Асбеста. Неужели, из семейной библиотеки?

Перед тактильными рисунками шла короткая справка с общими сведениями о телепатии и рекомендациями, как начать. Ничего сверхъестественного, если так можно выразиться о передаче мыслей. Чётко фокусируешься на выбранном человеке, «чувствуешь» его и, собственно, отправляешь желаемую фразу. Как голосовое в мессенджере. Чем чаще практикуешься, тем легче передавать мысли, а чем усерднее – тем на большее расстояние распространяется действие.

Пресвятая ж дичь... Скажи мне год назад, что я всерьёз буду заниматься подобной лженаукой, рассмеялась бы очень громко!

Ладно, приступим. «Привет, мир», как говорится.