Текст книги "Недотрога для хищников. Единственная для двоих (СИ)"

Автор книги: Олеся Рияко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 51 страниц)

Глава 69

У меня буквально сердце сжалось и слёзы навернулись на глаза от его слов. Да как же нужно ненавидеть себя, чтобы позволить сделать с собой такое… Или, скорее, как же нужно верить мясникам, которые предложат тебе произвести такие зверства над телом, ради сомнительного счастья иметь возможность таскать космические корабли по просеке!

– Боже, Рэв… неужели это стоило того?

– В то время я думал, что стоило. – Искренне ответил он.

Странно, но в его глазах при этом я совсем не увидела печали. Он смотрел на меня и мягко улыбался, разглядывая моё лицо.

– А сейчас?

– А сейчас я просто рад, что всё это в моей жизни в прошлом. Я просто судьбе благодарен, что, несмотря ни на что, остался в живых. В основном благодарен Рину.

– Рину?

Я с сомнением прищурилась, у меня от его слов перестал собираться пазл. Ведь... при чём здесь Рину?

– Но... Он же киранский учёный. Где он и где твоя служба у регуланцев... Это разве не разные вещи?

Рэвул окинул меня оценивающим взглядом. Затем приподнялся ещё и повыше упёрся локтем здоровой руки в берег, чтобы лучше меня видеть. Тихо ответил:

– После того как умудрился выжить и прошёл реабилитацию, я попал в особый отряд десанта. Это была сложная работа. Куда нас только не забрасывали… Рину́ любит жёстко пошутить над моим военным прошлым, но он это не со зла. Скорее просто забыть мне не может, каким я тогда был идиотом, ведь как бы он похож на меня не был, и каким бы умелым охотником ни являлся, Рину – гражданский до мозга костей, а идти ему за мной пришлось в настоящее пекло. Ну и натерпелся, конечно, ужасов, вытаскивая меня оттуда...

Рэвул посмотрел куда-то поверх моей макушки и ядовито ухмыльнулся, словно вспомнив что-то особенно горькое из тех времён, за что ему до сих пор было стыдно. Я не торопила его, понимая, насколько ему может быть тяжело вспоминать такое.

В тот единственный раз, когда я отправилась на побывку на Землю, мне достаточно часто задавали вопросы о том «как оно там», а я не знала, что можно было на это ответить. Ведь как можно рассказать кому-то в паре предложений о том, как «там», если видел смерть так же близко, как того, с кем говоришь... И видел её куда чаще и дольше, чем его знаешь.

Рэвул вздохнул своим мыслям, покачал головой, отгоняя их прочь, и тихо продолжил:

– Видишь ли, для регуланцев контрактник однажды, контрактник навсегда. Если никак не выходит оставить такого, как я, на службе по истечении договора, они предпочитают не отпускать, а отправлять на убой. Есть много вариантов миссий, из которых не возвращаются, но отказаться от их выполнения нельзя. Это прописано в контракте – узнав, что продлевать его ты не собираешься, они дают тебе последнее задание с хорошими отходными, и ты не возвращаешься оттуда с гарантией девяносто девять и девять десятых процента. Я наивно полагал, что со мной такого не случится, ведь считал себя равным среди них...

Он на секунду замолчал и поджал губы. Я заметила, как те дрогнули, хоть Рэв и поспешил тут же продолжить, чтобы скрыть глубину своих эмоций за самоиронией.

– Но меня, наивного желторотого идиота, просто умело водили за нос. Я благодарен Рину, что он нашёл меня, хотя не был обязан, и очень вовремя вправил мне мозги. До того, как для меня всё было кончено.

На этом он замолчал.

Но и я не знала, что сказать. Да и что тут скажешь? Несправедливость, желание наживаться за чужой счёт, не ведя списка загубленных жизней... Эта мерзкая практика не понаслышке была знакома и землянам. Похоже, подобная жестокость просто как инь и ян неотделима от прогресса и просвещённости разумных существ.

И вот тогда встаёт вопрос, а разумных ли?

– А это…

Я спросила просто чтобы что-то спросить, чтобы для самой себя закрыть эту жуткую бездну эмоций, которые вызвал у меня искренний рассказ Рэва.

Спросила и осторожно коснулась пальцами тонких резаных шрамов на его лице. Под правым глазом, на носу, на лбу, на левой скуле. Я не просто касалась... я гладила его пальцами по лицу, потому что мне на самом деле в этот момент очень сильно захотелось обнять его и прижать к себе, но я побоялась, что он может воспринять это за жалость к себе и оскорбиться. Ведь он воин... и, к тому же сказал, что уже смог пережить всё это и смириться со своим прошлым. Но я знала, как это может быть тяжело, когда тебя жалеют за ту боль и тот неподъёмный груз, который тебе удалось вынести на своих плечах.

Это оскорбляет. Это больно ранит. Потому что взывает к твоей слабости, а не к твоей силе и умаляет достоинство.

Ощущая прикосновения моих пальцев на своём лице Рэвул зажмурился и сладко улыбнулся. Ему был неприятен наш разговор, но он очень чутко реагировал на любые мои прикосновения. Я уже заметила, что тактильность действительно была важна для него и всегда доставляла удовольствие. Даже так… если касались его старых ран. Если я касалась…

– Скажем так… – Тихо ответил он, очнувшись от моей робкой ласки, словно от дрёмы. – Я был не настроен на конструктивную беседу о своём будущем. Рину пришлось напомнить мне, что киранцы своих не бросают, даже если они с энтузиазмом настаивают на том, что хотят умереть самой страшной из возможных смертей.

У меня в который раз болезненно сжалось сердце. Это он что… сейчас так сказал, что Рину пришлось вырубить его и похитить с места службы? Или…

– Я… я не понимаю…

– Я предупреждал, что всё очень сложно, Ив Сандерс.

Рэ́вул улыбнулся мне и вдруг, словно забывшись, поднял руку к моему лицу. Я не отстранилась. Просто продолжила смотреть на него, ожидая, что Рэв расскажет мне что-то ещё, о чём я буду долго думать будущей ночью, а он улыбнулся и ласково провёл шершавыми подушечками пальцев по моей щеке, словно повторяя мои движения на его собственном лице. А после заправил выбившуюся светлую прядь мне за ухо, нарочито медленно, словно хотел касаться меня как можно дольше... Но, в конце концов, руку всё же убрал.

Киранец задумчиво прикусил губу, разглядывая меня и, помолчав ещё немного, сказал:

– Знаешь, я прямо сейчас понял, что рад тому, как всё в моей жизни случилось. То, что я попал к регуланцам, запустило череду совпадений, благодаря которым я сейчас здесь, с тобой, Ив Сандерс. Также и Рину… Он бы не рвался так в исследователи глубокого космоса, если бы не решил, что его миссия в этой жизни – во что бы то ни стало вернуть меня домой. И всё, что было с нами обоими до встречи с тобой… оно того стоило. Зная, что встречу тебя в конце, я бы снова и снова повторял этот жизненный цикл, как бы ни было больно, страшно и отвратительно на душе…

Я замерла и в какой-то момент даже перестала дышать.

Кажется, что в этом был весь Рэвул. Он умел долго молчать, носить в себе, а потом, когда, наконец, созреет, сказать что-то такое, от чего душа обязательно перевернётся.

Я подумала, что мне странно оттого, что мы знакомы всего ничего… Казалось, что я знаю его уже целую вечность, а он меня. Такими словами ведь не бросаются. Хотя кто-то другой, конечно, мог бы сказать что-то такое не всерьёз. Чтобы пробить на эмоции или запудрить мозги, но Рэв говорил это просто потому, что хотел сказать. Потому что эти слова шли от сердца. Без тайного умысла и скрытой выгоды. Он просто чувствовал так прямо сейчас и только потому захотел этим со мной поделиться.

Его слова о моей ценности что-то неуловимо тронули с места в моей душе… Я почувствовала себя так, будто где-то там, в высоких горах моей души прокатился громовой раскат и одна из огромных снежных шапок сдвинулась с места, предвещая скорый сход огромной лавины...

– Где подписаться? – Я подскочила на месте, услышав за свой спиной звонкий голос красноволосого доктора наук. – Я согласен с каждым словом этого солдафона!

– Рину! – Пискнула я. – У меня же чуть сердце не остановилось! Хватит ко мне подкрадываться, я очень тебя прошу!

Киранец как ни в чём не бывало, сидел на большом валуне у границы галечного пляжа и высоких кустов. Как давно? Да кто же его знает! Он ведь передвигается совершенно бесшумно, как чёртов ниндзя!

– Кто подкрадывался? – Насупился он и развёл он руками. – Рэвул вон, уже минут пять на меня пялится! Я ему рожи корчу, а он хоть бы разок улыбнулся... Знаешь ли, обидно, что вы здесь неплохо время без меня проводите. По недовольным лицам вижу, что не соскучились...

Рину по-кошачьи грациозно соскользнул с камня и подошёл ближе к нам. Сладко потянулся, разминая затёкшие мышцы, словно и правда очень долго сидел в одной позе, не шевелясь и слушая наш разговор.

– Рэв, Рэв… – С притворным укором выдохнул он. – Мы же обещали недотроге, что будем держать свои руки при себе. Признавайся, за что она тебя пырнула? Хочу горячих подробностей…

Рэвул смущённо фыркнул.

– Это не она. Это гигозавр прихватил. – А потом вытащил из кармана зуб и бросил брату. – Держи.

Рину ловко подхватил его и поднял на просвет между пальцами. Присмотрелся, прищурив глаза.

– Кажется… это левый нижний клык. Хотя маловат... наверно молочный. Ну вот, – сокрушённо вздохнул он и бросил зуб обратно Рэвулу, – а я-то надеялся, что вы здесь развлекаетесь не только охотой на гигозавра… Смотри, что нашёл!

Он сунул руку в карман и достал из него мои трусы…

– Дай сюда!

Я тут же потянулась и выхватила их. Хорошо Рину не стал сопротивляться и просто позволил их забрать. Честное слово, я была сейчас совсем не в том настроении, чтобы дурачиться и бегать за ним по всему пляжу...

– Ив Сандерс неожиданно захотелось искупаться. – Пояснил Рэвул.

Рину нахмурился.

– Хм… купание в реке, у течения которой охотятся гигозавры что, только мне одному здесь кажется очень плохой идеей?

Я невольно прыснула от смеха, ведь Рэвул сказал точно то же самое, когда вытащил меня из воды. Ох уж эта близнецовая телепатия…

А потом вдруг почувствовала, как слёзы сами собой навернулись на глаза. Не иначе как от избытка эмоций, пережитых мной за последний час.

Шок, страх, ужас, страсть, откровенный разговор с Рэвом а потом ещё этот Рину со своими весёлыми ужимками… Слишком много для меня одной за раз! Слишком много для меня одной даже за целый год! Жизнь на станции была относительно размеренной и совсем не баловала меня какими-то переживаниями. Здесь же, на этой планете рядом с киранцами, я словно поселилась на русских горках! А ещё моя вагонетка сломалась и теперь не останавливаясь, несла меня то вверх, то вниз и снова резко вверх с переворотами в мёртвой петле.

Я смахнула слёзы с глаз, сделав вид, что они выступили только из-за смеха. Что просто в глаз что-то попало… Ну нельзя же мне так резко терять лицо! Смотрите, – землянка поплыла от искренности киранцев, хотя до этого старательно пушила хвост и воротила от них нос.

И всё же этот разговор с Рэвом что-то тронул в моей душе. Растопил лёд.

Он показал мне близнецов с новой стороны. Оказывается, они были далеко не просто похотливыми хищниками, которые нарезают вокруг меня круги, загоняя, словно дичь… Точнее, и похотливыми хищниками, конечно, тоже, но и помимо этого настоящими братьями, готовыми друг для друга на жертвы и неимоверные усилия. Оба смелые, сильные духом, и верные…

Пожалуй, узнав их с такой стороны, мне будет куда сложнее сопротивляться их звериному обаянию, но об этом следовало подумать, хотя бы перестав отчаянно хлюпать носом!

Да что за чёрт, Ив Монтгомери Сандерс! Возьми уже себя в руки, сентиментальная ты тряпочка...

К счастью, моих эмоциональных метаний вроде никто не заметил.

Глава 70

Рэвул немного неуклюже сел.

Подумав с секунду, он стянул с ног набравшие воду берцы и вылив из них болото, поставил обувь рядом с собой на берег. Затем поднялся, убрал в карман свою мокрую грязную майку и вернул нож в ножны, прицепленные к поясу на боку. Безразлично посмотрел на рану, повёл плечом, так легко и не морщась, словно и не было её уже. А закончив приводить себя в порядок, напряжённо переглянулся с братом, словно хотел безмолвно передать ему что-то. Тихо спросил:

– Нашёл кого-то?

Рину отрицательно мотнул головой.

– Чужак. Запах незнакомый. Кажется, было что-то такое на базе у собирателей. Наверно один из них. Я потерял след у водопада выше по течению. Хитрый, зараза… Думаю, он понял, что я иду за ним, и нашёл способ сбить меня со следа.

– Точно один из собирателей?

Рину недовольно нахмурился.

– Неточно. По расе тоже не скажу. От него слишком сильно пахло буггой. Но не факт, что один из них. Сам знаешь, там и на самой базе, и вокруг всякого сброда всё равно что навоза на тропе миграции тигурингов. Может, как мы, одиночка. Заметил нас, заинтересовался, проследил за Ив.

Рэвул тут же обратился ко мне.

– Когда вытащил тебя из воды, ты сказала, что что-то видела. Что именно? Тебя кто-то напугал?

Я не знала, как рассказать им о Заке… или ещё хуже о своём видении, в котором был Зак. Ведь если это происходило только в моей голове, значит, оно было связано с моим подсознанием. И это моё грёбаное подсознание предлагало мне убить близнецов!

Я решила обойтись полуправдой и напряженно ответила:

– Думаю, со мной не всё в порядке. Я вижу галлюцинации. А ещё не помню, как оказалась здесь… Не помню, что сама разделась и пригнула в воду. – Я подняла лицо к небу и упёрла руки в бока, пытаясь сохранить остатки самообладания. – Мне кажется, что я схожу с ума…

Рину подошёл ко мне ближе.

На секунду мне показалось, что он захотел обнять – его руки дёрнулись, словно в желании коснуться меня, но он сдержал порыв. Вместо этого опустил взгляд и тихо спросил:

– Что именно ты видела?

– Я видела… того, кого здесь просто не могло быть.

– И кто это был? – Вкрадчиво спросил Рэвул, словно почувствовав, что речь шла о Заке.

Я подумала, что если бы Хоффман и правда оказался сейчас здесь, на этой планете, то это была бы просто невероятно эпичная встреча. Мой бывший, буквально ненавидящий инопланетян, и два очень ревнивых кандидата в нынешние, с очень характерной внеземной внешностью и повадками. Даже представить такое было страшно, если честно…

– Это важно? Я, вообще-то, только что призналась вам, что чуть не убила себя, находясь в бессознательном состоянии.

– Да. Прости, Ив Сандерс, не стоило...

– Вообще-то, очень даже стоило. – Не согласился с братом Рину. – Всё может быть важно, даже смысл видения. Наш организм, находясь на грани опасности, очень часто говорит с нами через различные реакции вроде боли или сыпи. Видения – тоже часть этого спектра доступных ему взаимодействий с осознанным Я. Так кого ты видела, Ив?

– Рину, не дави на неё. – Вступился за меня Рэвул. – Слушай, а может быть дело в зелёных грибах? Когда ты надышался, тебе же тоже всякое мерещилось…

– У меня было сильное обезвоживание, я галлюцинировал из-за этого. Хотя… мы не знаем, как токсин может влиять на землянитян... Да и обезвоживание на самом деле подходит. Ты молодец, салдафон! Ив, мне нужно тебя срочно осмотреть и проверить кровь.

Я перевела взгляд с одного, на другого киранца. Мне почему-то слабо верилось, что всё дело могло быть в той токсичной грибнице.

– Но я ведь даже не наступила на грибы!

– Кто-то другой мог. – Пожал плечами Рину. – Воздух в лесу влажный, токсин мог ещё долго оставаться в его взвеси. Ты подошла близко, вдохнула. Для нас с Рэвулом концентрация была маловата, для тебя оказалась в самый раз. Когда яд начал действовать, ты увидела то, чего нет. Испугалась и побежала куда глаза глядели.

– А разделась тогда зачем?

– Да мало ли. – Пожал плечами Рину. – При отравлении в организме могут происходить самые непредсказуемые процессы.

– А тот, чей след привёл тебя к водопаду? – Нахмурился Рэвул.

Рину на секунду задумался.

– Он мог просто заинтересоваться нами и девушкой, а потом сбежать. Это тоже могут быть несвязанные события. Даже если незнакомец хотел навредить Ив, он не успел. А ещё он не представляет для нас опасности, ведь испугался одного меня. Иначе бы не стал тратить столько времени на побег и запутывание следов, а вышел бы лицом к лицу или набросился.

Рэвул недовольно что-то пробурчал себе под нос и сложил руки на груди.

– Одна больше никуда не ходишь, – поняла, капитан? – Сказал он мне достаточно жёстко. – Глаз с тебя больше не спущу. Твои отлучки слишком дорого обходятся моей нервной системе.

– Поняла.

Фыркнула я просто чтобы съехать с темы, и тут же подумала, что хрена с два я буду это терпеть.

И всё-таки что-то не устраивало меня в стройной теории Рину. Я обернулась к нему, чтобы продолжить проверять её на прочность.

– А как же то, что я хожу во сне?

– Это может быть реакцией на стресс, и никак не связано. – Киранец мягко улыбнулся. – Ты так настаиваешь, что дело в чём-то другом. У тебя есть причины так считать? Были ещё какие-то подозрительные симптомы?

Я отрицательно помотала головой.

– Ну вот и славно. Значит, узнаем причину наверняка, когда проверим твою кровь на наличие токсинов.

– Да. – С готовностью согласился Рэвул. – Вернёмся на корабль. И так уже времени много тут потратили, скоро темнеть начнёт, а мы ещё не обедали.

Блондин поднял с земли свою мокрую обувь. Связав берцы шнурками, он закинул их себе на плечи и пошёл вперёд, прокладывая нам путь в высокой траве.

Я обречённо двинулась за ним следом.

Всё думала, правильно ли я поступила, не доверившись им полностью? С другой стороны, если со мной и правда что-то серьёзное, Рину найдёт проблему и без моего рассказа о Заке, который предлагал убить их и завладеть кораблём, а в конце ещё и мерзко полез целоваться... Что бы они обо мне подумали, услышав такую правду?

– Ив, всё будет в порядке, не переживай так.

Рину догнал меня и пошёл рядом, внимательно всматриваясь в моё лицо. Должно быть, заметил, что я пребываю в каких-то мучительных раздумьях, и решил приободрить.

– Мы обязательно найдём проблему и вылечим тебя.

Я постаралась улыбнуться ему в ответ, чтобы не беспокоился так, но вышло как-то неуверенно. Вздохнула и сказала честно:

– Мне страшно, что причина может оказаться во мне.

Рину нахмурился.

– У тебя в роду были сумасшедшие?

– Нет. Вроде… Но я мало знаю о своём отце.

– Он рано умер?

Я прикусила губу, почувствовав дискомфорт от этого разговора. Про отца мама рассказывала мне действительно мало. Я ведь была ещё совсем ребёнком, когда её не стало. Лавли Сандерс отказывалась вести со мной разговоры о нём и утверждала, что я всё равно её не пойму. А в единственный раз, когда я практически припёрла маму к стенке, сказала, что он был женат и умолял её сделать аборт, чтобы не разрушать его семью.

Это было очень больно. После я больше никогда её о нём не спрашивала.

Должно быть, почувствовав моё настроение, Рину вздохнул и спросил о другом:

– Ты употребляла какие-то психоактивные препараты, до того как сюда попала?

– Нет! Ты что, я же кадет Звёздного флота! У нас с этим более чем строго!

– Ну вот. – Расплылся он в довольной улыбке. – Значит, и переживать не о чём. Просто знай, Ив, мы с Рэвулом никому не дадим тебя в обиду. Даже глюкам.

Добавил он шёпотом, а я улыбнулась.

Как-то тепло стало на душе от его слов. В их правдивость верилось без всяких но.

Глава 71

Как бы Рэв ни сопротивлялся и не отнекивался, что с ним всё в порядке и вообще «само заживёт», я отказалась проходить обследование у нашего доктора не медицинских наук, пока он не зашьёт рану брата. И проследила за тем, чтобы он не забыл уколоть ему обезболивающее! Потому что зачем геройствовать, если геройств на сегодня было уже более достаточно. Однако после этого уговорить Рэва дать покой руке и просто полежать уже не получилось. Едва Рину закончил с его раной, как тот тут же взялся за готовку.

Уж не знаю, что это было, самоотверженность, реальная неуязвимость или глупая бравада, после поцелуя на берегу... Но наш капитан светился, словно лампочка на две тысячи пятьсот люменов и постоянно улыбался.

По крайней мере, я знала, что его здоровью ничего не угрожало и он не испытывал боли.

– Ну-ка… помнишь, как поранилась?

Мы все втроём были в кают-компании. Рэвул, закинув на плечо кухонное полотенце, возился с готовкой, а Рину, усадив меня на высокий стул и развернув спиной к обеденному столу, проводил осмотр.

Я пригляделась к ране на запястье. Кажется, в моём видении Зак впился в меня в том месте ногтями. На деле же там был глубокий порез сантиметров пять в длину. Он не болел, не кровил и даже не чесался, потому я наверно, и не обратила на него внимание сразу.

– Нет.

– Не страшно. – По-доброму улыбнулся Рину. – Наверно поранилась, пока бежала через лес. Выглядит хорошо, успело зажить, даже в обработке уже смысла нет... Боишься уколов?

Я проследила за тем, как он ловко пошерудил длинными пальцами в знакомом железном ящике с красной надписью. Доктор Исавур Эрив извлёк из неё блистер со шприцами, пару пробирок с яркими колпачками, а также уже знакомую мне упаковку с белыми комками ваты, которые превращались в подобие стерильных перчаток, если их растереть между ладонями. Подготовка была очень похожа на стандартный забор крови, только с непривычными приспособлениями.

– А кто любит, когда в него тыкают иголками? В прошлый раз было особенно страшно, когда я не понимала, чего ты от меня хотел… А так, на станции у нас медкомиссии проводились регулярно. Кровь брали часто. Но я всё равно так и не привыкла к иголкам.

– Отвернись, если хочешь. Я буду тыкать аккуратно. – Сказал Рину и, чуть наклонившись к моему уху игриво добавил. – Больно не будет.

Почему-то от этих невинных слов у меня мурашки по рукам покатились и до одури захотелось сжать вместе коленки. Или всё-таки не совсем невинных?

Я с подозрением посмотрела на Рину, но он на меня больше не обернулся. Был сосредоточен на процедуре, растирал магким тампоном с резким запахом спирта выступающую вену на сгибе моей руки.

– Поработай кулаком и затем сожми его.

Я отвернулась и зажмурилась в ожидании укола, но его не последовало. Рину просто тихо сказал «отпускай» и я ощутила, как кожа на руке немеет из-за устремившейся вовне крови.

– Ну вот и всё. – Сказал доктор не медицинских наук, заклеив место укола каким-то похожим на желе составом из тюбика.

Желе быстро схватилось, и под прозрачной плёнкой теперь виднелась только маленькая красная точка – место укола.

– Я даже ничего не почувствовала.

– Ну я же обещал. – Ухмыльнулся Рину, загружая пробирки в какой-то небольшой продолговатый аппарат, который принёс сюда следом за тем, как я обосновалась на стуле.

На крышке устройства тут же зажглись зелёным три ряда маленьких диодов и начали гаснуть один за другим через разные промежутки времени.

Я не успела спросить у киранца что это, потому что он подошёл ко мне вплотную и, деловито включив маленький фонарик, который давал мне, когда я спускалась в свой корабль, потребовал:

– Открой рот, скажи «А».

Я подчинилась.

Рину осторожно взял меня пальцами за нижнюю челюсть, заставил опустить её чуть ниже и посветил.

– Рэв, ты должен это увидеть. – Сказал он серьёзно.

Я испуганно посмотрела на Рэвула тут же появившегося в моём поле зрения.

– Что там? – С тревогой спросил блондин, заглянув мне в рот, а Рину вдруг расплылся в хитрой улыбке:

– Ты только посмотри, какие у неё милые маленькие клычки…

– Рину!

Я с возмущением хлопнула его по руке, заставив убрать пальцы от моего лица, а Рэвул тихо рассмеялся и, довольный, вернулся к готовке.

Клянусь, этого шутника от расправы спасло лишь то, что резко запищал ящик с пробирками.

– О, анализ крови готов!

Следом из устройства со скрипом и попискиванием полезла длинная, тонкая лента с какими-то отпечатанными символами. Рину дождался, когда она вылезет вся, а потом поднёс к глазам и начал с интересом рассматривать, попутно озвучивая мне результат.

– Так… гемоглобин по границе нормы. А ещё кортизол тоже на грани… Это гормон стресса. Ну и кетоновые тела, как и ожидалось. В остальном всё чисто. Токсинов не обнаружено, в целом ты здорова.

Я с сомнением посмотрела на ленту в его руке.

– Уверен? Я так-то не помню, как голой в реку под носом у гигозавра прыгнула…

Рину шутливо отмахнулся от меня и широко улыбнулся, плюхнувшись на соседний стул.

– Ты просто перенервничала из-за своей жалости к кньоркам. А ещё жара. Я заметил, что ты забываешь пить воду. Если бы я тебе не напомнил сегодня, ты бы и не попросила ни разу за всю дорогу отсюда до скалы. Это нехорошо. Обезвоживание в тропическом климате – это не шутка. С этого дня я буду следить за тем, чтобы ты пила достаточно.

– А то, что я хожу во сне?

– Вполне укладывается в картину реакции на сильный стресс и всё то же обезвоживание.

Рину чуть подался вперёд и изучающе скользнул взглядом по моему лицу, особенно задержавшись при этом на губах.

– Не скатывайся в ипохондрию, Ив. Практически в девяноста процентах случаев из ста причина тех или иных симптомов проста и лежит на поверхности. Моя рекомендация, капитан, – хорошее полноценное питание и настойки из успокаивающих трав на ночь. Ну и последим за тобой пару дней, чтобы больше без происшествий. – Добавил он чуть тише.

Я нахмурилась.

– Последите?

– Да, постережём твой сон. – С довольным выражением на лице сообщил мне он.

Я тут же ярко и в красках представила, во что выльется приглашение двоих любвеобильных киранцев ночью в мою каюту…

– А не проще меня просто запереть? – С надеждой спросила я.

– Глупостей можно наделать и в запертой каюте. – Тут же парировал Рину.

И ему сложно было на это что-то возразить.

Я прикусила губу от волнения, пытаясь придумать, как мне выкрутиться из этой ситуации. Конечно же, я не хотела больше в беспамятстве бродить по кораблю ночами. И ещё меньше мне хотелось сделать что-то аналогичное по глупости сегодняшнему прыжку в реку, но в голову как назло не приходило достойных альтернативных идей.

– Может быть, просто дадите мне какое-нибудь сильное снотворное?

– А как мы тогда узнаем, что кризис прошёл и тебе больше ничего не угрожает? Долго пить таблетки вредно, да и не факт, что они тебе нужны. Анализ крови хороший, даже несмотря на низковатый гемоглобин, кетоны и немного повышенный кортизол.

– Тогда… как насчёт привязать меня к кровати?

Рину хищно прищурился.

– Не дразни меня, жестокая женщина. Я же могу и согласиться…

Он вдруг склонился ко мне ближе, словно его неудержимо тянула ко мне какая-то природная сила, сродни магнетизму, и я вновь почувствовала знакомый аромат… Тёплый, многогранный, неописуемо притягательный. Такой же, который я ощущала от Рэвула, тесно прижавшись к нему в оружейной, на стрельбище… в моей каюте...

Резко осознав, что меня снова необъяснимым образом повело и я вот-вот сама преодолею это оставшееся между нами расстояние, чтобы поцеловать Рину, я вскочила со стула и отошла к краю стола, словно прячась за ним.

Киранец прикрыл глаза и разочарованно вздохнул.

Рэвул, которому, оказывается, уже давно было не до готовки, опустил голову, упёршись руками в стол. Я подумала, что это было похоже на сорвавшуюся попытку нападения хищников, и по плечам вновь градом покатились мурашки.

Впрочем, удивляло меня в этом только то, что Рину и Рэвул почему-то не ревновали меня друг к другу. Им словно и правда было всё равно, кому из них двоих со мной повезёт. Лишь бы повезло хоть кому-то…

Для меня это было просто необъяснимо!

– Хорошо. – Сказала я сдаваясь. – Если уж это так необходимо, можете присмотреть за мной ночью… Но только не оба сразу! Пусть кто-то один.

Близнецы оживлённо переглянулись и синхронно спросили:

– Кто?

Я насупилась. Выбирать между ними? Кажется, проще под поезд лечь и разделиться!

– Да какая мне разница? Уф… ладно… пусть это будет… А вообще, знаете, решите сами. Не хочу лезть в очередной спор между вами. Не знаю… монетку киньте! Мне всё равно.

– Монетку? – Проворчал Рину. – Обойдёмся. Ив, просто скажи кто.

– Оставь её. – Устало сказал Рэвул и тут же неожиданно подмигнул мне. – Ив Сандерс просто не хочет нас обидеть, ведь так. Бросим монетку? – Ещё чего. – Возмутился красноволосый и сложил руки на груди. – Тебе с этим дерьмом постоянно везёт! Решим иначе.

– Как?

– Как взрослые мужчины. – По-детски капризно выпалил Рину.

Рэвул сделал шаг от обеденного стола, стянул со своего плеча полотенце, и, небрежно вытерев им руки, жёстко швырнул его назад на стол.

– Ладно. Я старше! – Я умнее! – С усмешкой парировал Рину. – А я сильнее. – С полной уверенностью в себе ответил Рэвул.

– Ты вчера уже спал в её каюте!

– Кто же виноват, Рину, что тебя высадкой десанта не разбудишь? И это, кстати, тоже аргумент в мою пользу.

Красноволосый замер и глубоко задумался, но ненадолго. – Это мой корабль! – Самодовольно выпалил он. – Значит, я здесь самый главный и принимаю все важные решения!

Рэвул посмотрел на него прищурившись. – Допустим, твоя взяла. Но завтрак тогда утром будешь готовить сам.

Рину расстроенно всплеснул руками и шумно вздохнул.

– Ну чего ты сразу начинаешь? Еа-х… режешь же без ножа! Ладно. – Наконец, сдался он к моему бесконечному удивлению. – Рэвул пойдёт. Но смотри мне там. Ив ясно дала понять, только охрана. Охранять можно и держа свои руки при себе. Ив, если что кричи, я буду рядом. Шантажист…

– Придётся кричать громко, Ив Сандерс. – Самодовольно рассмеялся Рэвул, а меня моментально в краску бросило.

– В смысле? Что ты имеешь в виду?

– Рину спит слишком крепко. – Пожал плечами блондин и невинно улыбнулся, словно не заметив, как двусмысленно прозвучали его слова.

А вот Рин едва удержался от того, чтобы не рассмеяться в голос, безошибочно угадав, что пришло мне в голову.