Текст книги "Недотрога для хищников. Единственная для двоих (СИ)"
Автор книги: Олеся Рияко
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 51 страниц)
Глава 55
– Темнит. Хвостом вертит… – Проворчал Рэвул, прожевав кусок сэндвича с аламантином.
Есть одно и то же третий раз подряд за сутки было уже невкусно, но я даже не подумала возмущаться. Впрочем, как и Рину. Братья были не в том настроении, чтобы спорить или что-то выяснять. Оба слишком устали и, очевидно, были расстроены неудачей. Впрочем, не беспросветной.
– Надеюсь, просто цену набивает, а не заподозрил что-то.
– С чего бы ему что-то заподозрить?
Вздохнул Рину и сделал большой глоток воды из стакана. Чтобы заставить застрявший в где-то на пути к желудку кусок сэндвича, наконец, провалиться куда надо. После чего с облегчением вздохнул.
– Про тебя, правда, всё-таки спрашивал. – Сказал красноволосый, кивнув мне. – Хорошо, что ты не пошла.
Я с интересом подалась вперёд. Сэндвичи я не ела. Была сыта, потому что до этого сточила почти всю пачку сублимированного крефа с непонятным «сырным» рагу.
– Что спрашивал?
– Понравилась ли покупка. – Ответил Рэвул за брата.
Рину весело крякнул в подтверждение.
– И что ты ответил, Рин?
– Поблагодарил. Сказал, что вкусная.
Подмигнул мне ловелас, а я смутилась, вспомнив наш вчерашний поцелуй у озера, и поспешила тактично сменить тему.
– Так на чём в итоге сошлись?
– Завтра что-то ответит. – Недовольно протянул Рэвул. – Это не в первый раз. Он всегда так делает, когда чувствует, что может упустить свою выгоду. Когда тебя у него выкупали, он тоже хотел, чтобы мы «завтра» пришли.
Я нахмурилась.
– Но вы ведь его как-то уговорили не тянуть время?
– Известно как! – Язвительно фыркнул Рину. – Ящик велитовых мин с кадонным сердечником. У нас он в единственном экземпляре был, между прочим. Рэвул его на особый случай берёг, чуть ли не спал с ним в обнимку.
Я сама не заметила, как приосанилась.
Значит, не просто на какие-то велитовые мины меня обменяли, а на редкие, с кадонным сердечником! Что бы это ни значило…
– Это особый случай и был. – Рэвул улыбнулся своим мыслям и сказал, прежде чем отпить воды из стакана. – Знала бы эта дряхлая задница, как продешевил, наверно живьём бы себя сожрал прямо на месте!
Рину плотоядно усмехнулся.
– Уж я бы на такое посмотрел… – А потом, заметив, что я даже не улыбнулась, пояснил. – Великий Собиратель по расе цобигнот. У них распространена ритуальная аутофагия. Если цобигнот считает себя опозоренным, он обязан отрезать от себя что-нибудь и сожрать при соплеменниках. Причём, чем больше позор, тем больше кусок.
Я скривилась и прикрыла рукой рот, удерживая в себе попросившийся наружу сублимированный креф.
– Да ты не переживай! – Беспечно сказал Рэвул, легонько хлопнув меня по плечу. – Цобигноты достаточно быстро всё на место отращивают.
– Ага. Эленхомитозный вид. – С умным видом подтвердил Рину.
Не знаю, о чём тут можно было не переживать… У меня было очень живое воображение, и я моментально представила себе в красках этот зрелищный ритуал. Ещё бы знать, что такое «эленхомитоз»! Либо я такое слово даже никогда не слышала, либо синхропереводчик, гадость такая, достал лагать!
Я скривилась ещё больше и отобрала у красноволосого стакан, чтобы залить горечь, скопившуюся во рту. Судя по довольной усмешке, он был не против. А когда я вернула его ему, демонстративно развернул стакан к себе той стороной, от которой пила я, и тоже сделал глоток, очень недвусмысленно смотря при этом мне прямо в глаза.
Стоило бы, наверно, съязвить что я заразная, но по плечам почему-то побежали знакомые мурашки, а губы резко стянуло сухостью. Прямо как вчера…
Спасаясь от непрошенных воспоминаний, я усилием воли заставила себя вернуться к разговору.
– Значит, завтра ещё раз пойдёте?
– Не-а. – Протянул Рэвул с набитым ртом и, быстро прожевав, пояснил. – Надо идти через день или два. Если вернёмся, когда он сказал, значит, очень заинтересованы в покупке. Значит, можно сторговать с нас втридорога.
– Ага. – Рину сыто вздохнул и откинулся на спинку стула, заложив руки за голову. – Послезавтра пойдём и купим что-нибудь другое. А там либо он поинтересуется, не передумали ли покупать компоненты корабля, либо сами промеж дела напомним. Вон, у нас как раз келисатор для двадцатифакторной очистки воды на последнем издыхании, а у него их целый ящик. Сделаем вид, что за ним пришли и только.
– Да, да… Целый ящик! – Проворчал Рэвул. – Потому что ты же ему его и отдал. Напомни-ка за что?
Рину возмущённо всплеснул руками.
– Да откуда же я знал, что это нужные штуки! Это ты у нас тут по технической части, смотреть надо было, что я беру на обмен!
– Я понадеялся, что ты взрослый просвящённый эривар, а ты оказался зелёным наивным гантом. А ещё знаки большой охоты себе набил… Салага…
– Ну знаешь!
Красноволосый вспыхнул, словно Рэвулу удалось максимально задеть его за живое.
Я усмехнулась. Видела я этого весельчака и злым, и грустным, но откровенно смущённым с яркими розовыми пятнами по всему лицу и шее ещё никогда! Оказалось, он и так умеет. Ну кто бы мог подумать?
– А что такое знаки большой охоты? – спросила я с интересом.
Рину недовольно посмотрел на брата, и закатал рукав на футболке, демонстрируя монохромный узор на руке, похожий на рисунки ацтеков. Я встала коленями на сиденье стула и подалась вперёд, чтобы лучше рассмотреть.
Глава 56
Среди кругов и рубленых вязей угадывались устрашающие схематичные лица с оскаленными клыкастыми ртами и высунутыми языками, какие-то незнакомые звери с жуткими пастями и острыми когтями, а ещё кости и черепа.
– Эривар – это охотник на древнекиранском. А гант – молодняк, не добывший ещё ни одного зверя. – Пояснил Рину. – На Кира водится двенадцать смертельно опасных видов хищников, и в нашей традиции есть двенадцать знаков Большой Охоты на них. Набить себе можно только знак, соответствующий зверю, которого ты убил. Гантом можно быть хоть до глубокой старости, если так и не рискнуть отправиться на свою Большую Охоту. Но это недостойно мужчины. Да и не практично... Гантам нельзя занимать серьёзные должности, их просто не двигают по службе. Им запрещено вступать в брак и заводить детей. Если дети всё же рождаются, им запрещено носить родовые имена отцов, потому что, пока гант не станет эриваром, он тоже не имеет права представляться родовым именем. Для киранца принести добычу с Большой Охоты, это то же самое, что стать взрослым мужчиной. Испокон веков для нашей расы это большая честь и символ мужества.
– А киранки? – С интересом спросила я. – Женщины вашей расы тоже охотятся на этих страшных зверюг и набивают себе их знаки?
Рину хитро прищурился, словно подозревая, что знает, почему я спрашиваю – мол, тоже была бы наверно не прочь доказать свою храбрость таким способом. Но мне просто было любопытно насколько у них равноправное общество.
– Конечно. Но для них нет позора в том, чтобы за всю жизнь так и не убить ни одного зверя. Женщины – это ведь средоточие благословения Святой Матери нашей расы. – Сказал он и мечтательно вздохнул. – Э-м… Сама Мать – это, конечно же, только красивая метафора, но женщины на самом деле и без всякой Большой Охоты совершают подвиги, недоступные мужчинам. Они рожают и воспитывают детей, держат в своих руках мир, ради которого хочется жить и притаскивать с охоты дичь и себя, в каком бы состоянии после неё не был. Скорее всего, и сама Большая Охота была придумана нами, мужчинами, чтобы компенсировать отсутствие способности настолько же значимой, как деторождение. Но это всё просто мои размышления. Главное же факты, а они суровы. Не принёс добычу с Большой Охоты – значит, ты не мужчина, а мальчик. И отношение к тебе увы, будет как к ребёнку.
Я задумалась.
– Это как-то несправедливо. Выходит, если ты парень, то не убив ни одну из двенадцати жутких зверюг, так и останешься гантом… То есть не станешь взрослым? А как же… Ну я не знаю… Киранцы с ограниченными возможностями? Больные, слабые… трусливые по своей природе. Или пацифисты? Им что, никогда так и не стать взрослыми?
Рину как-то странно вздохнул, словно я была очень милой, говоря все эти наивные глупости.
– Среди нас нет травоядных, как у вас, Ив. Все киранцы хищники. И упаси меня Святая Мать отказаться от мяса! А ещё у киранцев очень крепкое здоровье и высокая скорость регенерации. Нет, мы, разумеется, не умеем, как цобигноты себе заново конечности отращивать, но у нас очень развита медицина. В том, чтобы поставить на место отсутствующей руки или ноги полностью функциональный протез – вообще нет ничего сложного или удивительного. А что до тех болезней, которые мы ещё не научились или совсем не в состоянии вылечить – это обычно лежачие больные, которым по своему состоянию лучше всю жизнь оставаться на правах гантов при взрослых родителях или опекунах.
Я снова погрузилась в свои мысли. Как я и думала раньше, киранцы были намного ближе к природе, чем мы, люди. Мне было тяжело представить цивилизованное человеческое общество, где существовал бы закон, требовавший от каждого своего члена принести шкуру убитого им животного, чтобы доказать, что ты взрослый и самостоятельный. У нас для этого достаточно было просто быть в трезвом уме и худо-бедно дожить до своих восемнадцати лет.
Словно прочитав мои мысли, Рину добавил:
– Традиции на Кира важнее законов, Ив. Несмотря на то что мы уже давно не верим в богов и всякие мистические ритуалы, многие из них мы продолжаем соблюдать неукоснительно. Такие, как Большая Охота, например, и нанесение вот таких вот татуировок.
Это было и правда интересно. Я присмотрелась к руке Рину ещё внимательнее, пытаясь угадать, что же за зверь был им убит. Но в этом рисунке было так много всего, что просто глаза разбегались! Потому я решила просто спросить:
– А какого хищника убил ты, чтобы стать эриваром? Красноволосый посмотрел на меня пристально и лукаво улыбнулся. – Не смог определиться. Убил все двенадцать.
Я, конечно, не представляла насколько это серьёзное испытание для киранцев. Кто знает... может, завалить этих двенадцать жутких чудовищ им не стоит ничего… Уж я видела, как играючи Рину с Рэвулом расправились с вергом! Однако эти слова из его уст прозвучали весьма впечатляюще.
Но у меня тут же назрел новый вопрос:
– А почему у Рэвула тогда нет таких татуировок? Он не кажется тем, кому может быть сложно добыть, по крайней мере, одну вашу киранскую жуткую зверюгу…
Рину как-то неловко дёрнул рукав вниз и посмотрел в сторону. Я обернулась к его брату, надеясь на ответ, но он наш разговор, кажется, даже не слышал… Потому что, откинувшись на стуле и задумчиво кусая губу, всё это время беззастенчиво пялился на мою задницу.
– Рэв! – Недовольно рявкнула я и резко села, заставив его прийти в себя.
Он закашлялся и поспешил скрыть приступ смущения глотком воды.
– Ты что-то мне сказала, да? – Сипло спросил он.
– Да. Хотела узнать, почему у тебя нет ни одной татуировки Большой Охоты.
Рэвул как-то резко посмурнел. Встал из-за стола, не закончив с последним сэндвичем, и кивнул Рину, игнорируя мой вопрос.
– Пока маринуем Великого Собирателя, время зря терять не будем. Ты сегодня пропустил тренировку по ножевому бою с Ив, значит, завтра проведёшь две. Утром и после обеда. И только попробуй сегодня лечь позже всех. У каждого из вас час, чтобы привести себя в порядок, после чего встретимся на мостике. Покажем Ив принцип управления. Это всё.
– Что это с ним? – Спросила я у Рину, когда за Рэвулом закрылась дверь кают-компании.
– Это слишком личное, Ив. Я не могу ответить тебе на этот вопрос вместо него. – Сказал тот и, вопреки своему обыкновению, принялся смиренно убирать со стола.
Глава 57
Капитанский мостик находился в самой верхней точке их космического корабля. На земле при проектировании военных кораблей мы полностью отошли от использования иллюминаторов, потому что они были слишком уязвимой частью конструкции. А вот киранцы словно ничего не боялись. Иллюминаторов на их исследовательском визионере было много, больших и маленьких. Рэвул пояснил, что помимо того, что они сделаны из сверхпрочного стекла, во время полёта корабль покрывает тройная защита из полей разной плотности, которая позволяет защищать корабль даже от прямых попаданий, пока на нем есть энергия.
Оказаться на самом настоящем капитанском мостике большого инопланетного корабля было очень волнительно. У меня разбирались глаза и безумно хотелось всё потрогать. Не то чтобы нажать, а хотя бы просто прикоснуться… Пальцем провести, ощутить поверхность, узнать назначение. Однако напротив управляющих панелей с тысячами кнопок стояло всего два кресла пилотов. И ни в одно меня не пустили.
Слева плюхнулся Рину, справа Рэв, мне пришлось остаться стоять между, приваливаясь к высоким спинкам то одного, то другого кресла.
– Сегодня объясним принцип работы и познакомим с рабочим полем. – Начал инструктаж капитан Исавур Эрив. – Запуск осуществлять не будем, а то опять высадим резерв генератора и останемся без воды и нормальной вентиляции. Вечером вместо своих цветков и корешков Рину распишет тебе команды на киранском, которые могут появляться на экране, и ты подпишешь к ним перевод. Учить алфавит и язык бесполезно с твоей моделью синхропереводчика, так что придется ориентироваться просто на зрительную память. Есть вопросы?
– Так точно, есть вопрос, капитан!
– Задавай.
Я подалась вперед, заискивающе заглянув в глаза капитана сверху вниз.
– Когда мне можно будет посидеть за штурвалом?
Рэвул довольно фыркнул. Улыбнулся. Наверно ему было приятно моё рвение.
– Не раньше, чем я проверю тебя на знание команд, которые вечером выпишет для тебя Рину. А то еще нажмёшь куда-нибудь не туда случайно... Так что пока просто смотри и запоминай.
Внезапно что-то тихо загудело под нами, и я почувствовала, как по телу потекла мелкая дрожь.
– Ой… что это?
Рину отмахнулся.
– Попытки нашего генератора восстать из мёртвых. Не обращай внимания. Включается время от времени. В жилом блоке вибрация не ощущается, потому что слишком далеко расположен, а здесь он практически под мостиком. Поворчит и перестанет.
Рэвул громко хлопнул в ладоши, привлекая общее внимание, и склонился над обширной панелью управления кораблём перед собой. Помимо штурвала, только отдаленно похожего на ручку на моей боевой машине, здесь были наверно тысячи различных кнопок, датчиков, а также большие сенсорные экраны непосредственно перед глазами пилотов.
– Итак! Киранский визонер – это корабль второго ранга в классификации нашей военной космической флотилии. По техническим характеристикам напоминает большой десантный корабль, но рассчитан на меньший экипаж, а также не имеет наступательного вооружения на борту. Зато куда сильнее оснащен для защиты. Тут и трехпольная система отражения атак, и автоматическое шлизарное уклонение от попадания. Шлизар – это, если что, мерцание, использующее суперпозицию частиц, их способность одновременно находиться в нескольких местах…
У меня аж глаза на лоб полезли от удивления. Мне показалось, что я ослышалась. Ну, как минимум, что-то не так поняла.
– Простите, капитан, можно сразу вопрос?
– Да.
– Рэв, ты ведь сейчас говоришь о… невидимости, я ничего не путаю?
Рэвул хмыкнул.
– Ну это можно и так назвать. По факту корабль, разумеется, никуда не исчезает, просто в момент попадания в него вражеского заряда… м-м… Частично не находится в том месте, куда приходится этот заряд. Он проходит сквозь, не нанося повреждений.
Мне на секунду показалось, что у меня вот-вот крышечка отскочит, как у кипящего чайника. Уклонение от атак на атомном уровне технология настолько продвинутая, что у нас даже в фантастике никто такого ни разу не описывал.
– С ума сойти…
Рину самодовольно усмехнулся.
– Землянитянам не знакомы технологии на основе квантовой механики? Что ж. Никому на самом деле не знакомы. Кроме киранцев. Даже регуланцам до нас так же далеко, как Великому Ничто до Великому Всё.
– Рину?
– Что?
– Выделывайся перед девушкой хотя бы только своими достижениями. Неприлично.
– С каких это пор гордость за достижения своей родины под запретом?
Рэвул не нашел что на это возразить и просто продолжил.
– Технологии, основанные на квантовой механике уникальны, но не совершенны. К сожалению даже однократный шлизар требует очень много энергии. Визионер в исправном состоянии может выполнить не больше трех пятисекундных шлизаров в течение одного боя, после чего функция будет недоступна до полного накопления резервного заряда генератора. Продолжим…
Капитан, как и любой специалист, погруженный в материал с головой, рассказывал о корабле, не останавливаясь не меньше часа. Рину всё больше молчал и тоже внимательно слушал. Все же это была не его специализация, пусть бы он и разбирался в том, о чем говорил его брат, в тысячу раз лучше меня.
Я же слушала очень внимательно и мне было действительно интересно. Но все равно в какой-то момент начала ловить себя на мысли, что потеряла нить и практически не понимаю, о чем именно Рэвул толкует в данный момент времени.
К счастью, он заметил это в моем осоловелом взгляде и тут же сменил лекцию на практическое занятие. Вместе с Рину они показали, как осуществляется предполётный запуск и рассказали о функциях автопилота, вшитого в систему управления кораблем.
Слушая их, я всё глубже погружалась в тяжелые мысли о том, что ошиблась во мнении, что без второго пилота им не улететь с этой планеты. На самом деле, чтобы сделать ей ручкой с орбиты им хватило бы и одного специалиста…
– То есть на корабле обязательно должно быть два пилота?
Я осторожна задала этот очень волновавший меня вопрос, когда Рэвул закончил с объяснением функций автопилота.
Киранец шумно выдохнул, задержал на мне взгляд ненадолго и всё-таки ответил, как есть.
Глава 58
– Нет. Не обязательно. При исправной системе взлёт-посадку может осуществлять и один пилот.
Я нахмурилась.
– Значит, я на самом деле не нужна вам, чтобы улететь с этой планеты?
– Нужна. – Незадумываясь ответил Рину.
– Ты нам нужна и точка. – Кивнул Рэвул. – Просто, потому что без тебя мы никуда не полетим.
Я помолчала, осмысливая сказанное. Хотя внутри меня всё буквально взбунтовалось от осознания, что эти двое ушастых водили меня за нос тогда, в кают компании, уговаривая принять их условия. Я не нужна была им, чтобы вернуться домой. Они просто не хотели возвращаться туда без меня.
– Это вы сейчас опять об этом своем сопряжении? – Спросила я, едва сдерживая разгоравшийся внутри гнев.
Близнецы обменялись хмурыми взглядами. Мне ответил Рину.
– Ив, ты слишком зацикливаешься на том, что на данный момент для тебя не существенно, поскольку ты не ощущаешь сопряжение, в отличии от нас. Тебе нужно думать о подругах. У нас договор, ты помнишь? Мы спасаем их, а ты помогаешь нам вернуться на Кира.
– Да, но Рэвул только что сказал, что я вам для этого не нужна. – Жёстко ответила я и выпрямилась.
– Ты такое разве говорил? – С притворным удивлением спросил Рину.
Рэв поджал губы и отрицательно мотнул головой.
– Нет.
– Вот и я этого не слышал. – Рину снова обернулся ко мне. – Рэвул же сказал совсем другое. Он сказал, что мы без тебя никуда не полетим. Куда ты, туда и мы, Ив. Но ты обещала помочь нам добраться домой, на Кира, так что…
– Ах вот вы значит, как… Это не честно!
Я сложила на груди руки в безотчётном желании защититься от их очередной попытки запутать меня. Выдать желаемое за действительное, лишь бы я сказала заветное «да», особо не вдаваясь в детали, в которых и крылся их настоящий план!
– И в чём же нечестность? – Заискивающе улыбнулся Рину. – То, что ты услышала всё так, как хотела услышать вместо того, чтобы услышать всё, как есть?
Ну вот что с ним делать, с этим красноволосым пройдохой? И ведь смотрит еще так невинно своими леденючими глазами! Ну чисто ангел – ни слова лжи, ни грязной мыслишки за душой…
– Это все равно обман!
Близнецы переглянулись, даже не пытаясь сдержать улыбок. Я от этой неприкрытой издёвки начала закипать от ярости.
– Что смешного?
На этот раз ответил Рэвул.
– Ты говоришь, что мы обманщики, но киранцы одни из немногих, кто всегда играет по правилам, Ив Сандерс. Мы любим традиции, чтим законы. Данное кому-то слово для нас священно.
– Да, да. – Охотно поддержал его Рину. – Соблюдение правил – это основа киранского общества. Ни одно правило не появляется просто так. Где бы мы все были, если бы каждый делал, что хочет?
– Мы обещали тебе спасти твоих подруг. Ты обещала помочь нам добраться домой. Что может быть честнее и прозрачнее в этой формуле взаимной выгоды?
– Неужели ты и правда веришь, что частности вроде того, что мы могли бы сделать это и без тебя, не будь, между нами, сопряжения, что-то меняют? Только если в твоем желании спасти команду что-то меняет отсутствие дружбы и договора с нами. Меняет?
Я открыла было рот, чтобы отстоять свою правоту, но промолчала, внезапно поняв, что мне абсолютно нечего на это возразить. Вот ведь… киранцы! У них там что, планета юристпруденции? Раса адвокатов? Пока по всей галактике детям читают сказки, эти слушают протоколы судебных заседаний и в конце разбирают с родителями удачные кейсы ухода преступников от ответственности?!
– Нет… Это ничего не меняет.
– Так в чем тогда твой вопрос? – Без тени улыбки спросил Рэвул и я задумалась.
– В том… что будет потом? После того, как вы доберетесь домой? Вы отпустите домой меня?
Рину грустно усмехнулся.
– Вот это ты задала задачу. Я не всегда знаю, что я на ужин есть буду…
– Рину.
Рэвул положил руку ему на плечо, останавливая очередную отповедь. А потом повернулся ко мне и сказал, посмотрев прямо. Глаза в глаза.
– Ив Сандерс, если ты захочешь этого, то отправишься на Землю. Я обещаю тебе. Я даю тебе свое слово.
Рину вздохнул.
– И я. Но я очень надеюсь, что не захочешь… – Он поймал мой взгляд и мечтательно улыбнулся. – Знаю! Когда вернёмся, я покажу тебе вид на Великую Реку Оторон с Монумейской горы. Там есть терраса и сквозной проход с востока на запад. Можно будет на день разбить там лагерь, полюбоваться и рассветом и закатом. Разожгём костер, поджарим стейки, я сыграю тебе на тэтте, Рэв расскажет пару солдатских историй, и ты никуда не захочешь улетать… Вид оттуда просто потрясающий, Ив, я тебе клянусь…
Мне тут же вспомнился первый рисунок в блокноте из шершавой фиолетовой кожи. Большая ветвистая река, текущая среди гор и лесов, а на горизонте солнце и перистые облака. Если это и был тот самый вид, который он мне обещал, то там наверняка должно быть очень красиво.
Я улыбнулась, понимая, что клятвы Рэвула должно быть мне достаточно, чтобы вернуться на Землю. Почему-то я верила ему. По крайней мере, когда он говорил о чем-то так серьезно.
– Хорошо. Это меня устроит.
Мы с киранцами немного помолчали, каждый размышляя о своем, а потом Рэвул решительно вернул нас к насущным вопросам.
– Ну раз с этим всё решили, теперь, Ив Сандерс, перескажи порядок действий при предполетной подготовке от лица первого пилота при отключенной автоматике.
У меня от волнения засосало под ложечкой.
– Как? Уже?
– Ты же сказала, что быстро учишься. – Умело подловил меня капитан.
Ну что мне еще оставалось? Только выполнять.
– Кхм. Есть пересказать порядок действий, капитан! А можно за пульт? Так же удобнее будет…
– Я уже сказал, когда будет можно. – Буркнул он, окончательно лишив меня надежды.
Ну попытаться-то стоило.
Я обошла сзади его кресло с высокой спинкой и положила на неё согнутую в локте руку. Выгоревшая до белизны макушка Рэ́вула была прямо передо мной и немного мешала обзору. Всё-таки они с Рину были сильно выше меня.
– В начале включаю датчики периметра, это вон те кнопки с зелеными ободками. Убеждаюсь, что в зоне турбин и клапанов корабля никого нет. Затем включаю продув – это третий ряд тумблеров сверху справа. Вон те… их же двенадцать, да? Угу. Если система не выдаст ошибку, то через тридцать секунд нужно их отключить…
То ли из-за того, что мешали, то ли от нечего делать и из-за своей извечной привычки что-то вертеть в руках, пока объясняю, я сама не заметила, как запустила пальцы в волосы Рэву и принялась водить ими, слегка проводя ногтями по коже головы. Рэ́вул не протестовал, а я как-то и внимания этому не придала…
– Пока идёт продув медленно выкручиваю ручку, которая находится по левую руку до третьего щелчка это проверка напряжения в модеоне. Дальше настройка системы ведется на сенсорной части панели. А что кстати такое модеон? Ты так и не обяснил…
Рэ́вул даже не пошевелился. Будто и не услышал меня.
– Рэв?
Я чуть наклонилась к нему и вдруг поняла, что легкая вибрация, которую я приняла за очередную перезагрузку неисправного генератора, исходила совсем не от корабля. Я перестала чесать его голову и попробовала убрать руку, но киранские лапищи резко перехватили моё запястье и даже немного выпустили чёрные когти. Не настолько, чтобы суметь меня поцарапать, скорее инстинктивно, как реакция на попытку отнять что-то прямо из-под носа у хищника.
Я испуганно обернулась к Рину́. Кажется, тот все это время не сводил с меня глаз. Он недовольно щурился и нервно постукивал пальцами по приборной панели. Я вдруг подумала, что, если бы у красноволосого был хвост, он бы сейчас с раздражением водил кончиком такого хвоста по полу.
– Что опять? Что я не так сделала?
– М-м… продолжай… – блаженно пробормотал Рэ́вул.
Не получив моментальной реакции на свою просьбу, он сам начал водить моей рукой по своей голове.
– Для той, которая отказывается даже обсуждать сопряжение, ты слишком близка с этим занудой, не находишь? Что это ты делаешь с ним? А когда моя очередь?
– Рину́, изыди в бездну… – Едва ворочая языком проворчал Рэ́вул, продолжая водить моими пальцами по своей голове. – Ив Сандерс, продолжай. Не слушай этого ревнивого доходягу…
– Рэв, ты вообще хоть слово слышал из того, что я сейчас сказала?
Я практически с силой выдернула свою руку из его крепкой хватки.
– М? Ну ты куда…
– Я слышал. – Ворчливо фыркнул Рину. – Всё правильно ты запомнила. Но могла бы вообще-то и мне голову почесать…
