Текст книги "Маленькая хозяйка замёрзших фьордов (СИ)"

Автор книги: Оксана Руф

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 18 страниц)

Глава 23

Слух у меня всегда был тонкий. Так что разведчика я услышала задолго до того, как он появился на лестнице. Притворяться, что ничего не знаешь, продолжать как ни в чем не бывало разговор и успеть среагировать прежде, чем он выпустит своё жало.

Ледяное копьё пролетело сквозь дымку, оставленную материализованной энергией смерти. Иногда такой фокус позволял мне выиграть несколько секунд времени в схватке с паладинами храма. А иногда, как сейчас, избежать смертельного удара.

– Их несколько! – крикнула я, отпихивая маркиза в сторону. – Мальчики!

Фамильяров не пришлось звать дважды. Кулда первым бросился на хиёлту и попытался выдавить тому глаза. Но сухопутная русалка оказалась готова к такому давлению. На глаза этой мерзости упали гибкие и очень прочные веки. Кулда сломал обе руки, но даже поцарапать их не смог.

– Пригнись! – приказал Габ, наводя арбалет на противника. Хиёлта пискнул, и спрыгнул с лестницы, зацепившись ногами за балюстраду.

– Целься в стены! Там ещё двое! Я пока с этим разберусь.

Без оружия, без каких-либо приспособлений я собиралась разделаться с воином-разведчиком русалок. Быстро оглядевшись, я нашла сброшенный Габриэлем артефакт, и подняв его двумя пальцами за безопасное место, понесла к хиёлте. По преданиям, окутывающим это изобретение последние пятьдесят лет, единственного касания достаточно для определения своего или чужака.

Острый выступ, которым он пил кровь, уже полз вдоль трубки к моей руке, но я закусила губу и что есть силы прижала его к ноге русалки. Артефакт пискнул и с устрашающей скоростью начал ввинчиваться в плоть твари.

– Бе-е-е… – Я скривилась и постаралась не смотреть на то, как иссушивается тело хиёлты.

Через несколько минут барахтаний и сиплых хрипов всё было кончено. Габриэль присел рядом и положил руку мне на плечо.

– Молодец, что осталась невредима. Но почему именно так?

Я спрятала лицо в вороте его рубашки и призналась:

– Никогда не пробовала проклятие мгновенного старения на других видах. Не хотела рисковать.

– Понятно, – с облегчением вздохнул Габ и аккуратно прижал мою голову к груди. – Если неприятно, то лучше не смотри.

– Гадость, – согласилась я, вдыхая его запах. – Оказывается хиёлты такая гадость.

– И не говори, – рассмеялся он.

– Что с остальными?

– Мм? – Габ явно удивился. – Ты о ком?

– Габ? – Я отпрянула и посмотрела ему за спину. – Я точно слышала троих.

– Правда? Да брось, наверняка тебе показалось, – с какой-то странной неуверенностью в голосе ответил он.

Во-от чёрт.

Почему же до меня не дошло сразу. Исключительная черта Габриэля, которую я узнала лишь переночевав вместе с ним. На одной кровати. В обнимку.

– Исола?

– А. Прости. – Я снова коснулась его груди, только теперь руками. – Наверное, мне показалось. Всё-таки потолки в этом месте высокие, вот и появилось эхо.

– Точно. Пошли, нам надо предупредить остальных о том, что один из морфов мёрт.

Мёртв.

Но был жив ещё несколько минут назад.

– Ммм, погоди минутку. – Я прикусила губу и вскинула голову, смотря прямо в его глаза. – Можно мы посидим так ещё немного?

– Зачем?

– Просто… С тобой уютно.

– А. Кхм. – Он кашлянул в кулак и кивнул. – Хорошо. Но совсем чуть-чуть.

Я мысленно улыбнулась и дотронулась пальцем до оголённой кожи. На ощупь она была тёплой и даже сердце билось как надо. Всё-таки мне не показалось.

Фух.

Ну же, Исола. Не будь раскисшей тряпкой. Если не сейчас, то следующего удобного раза точно не будет. Я прислонилась щекой к его груди, прикрыла глаза, пощекотав кожу ресницами, и выпустила магию смерти.

У меня не было права на ошибку, но хотела бы я посмотреть в глаза тому, кто никогда не сомневался в своих решениях. Вероятность ошибки была велика. Но если я права, то мы сможем без особых потерь избавиться от захватчиков.

Тело Габриэля дрогнуло. По лицу маркиза поплыла рябь, кожа начала стягиваться, сохнуть и от этого натяжения – лопаться.

– И-исола… – хрипло позвал он, хватаясь за горло, где уже орудовал Фель. Маленьким осколком разбитого копья он резал мышцы, пытаясь добраться до костей. – Ч-что ты т-творишь…

– Прежде, чем притворяться, – я отбросила от себя самозванца и встала на его грудь. – Надо было тщательнее изучить объект замены. Маркиз Габриэль крайне специфичный человек, но вы, как следует не разобравшись, решили, что имеете право выдавать себя за моего жениха. Господин морф, – я нагнулась, вонзая каблук ботинка под рёбра, – вы выбрали не того противника.

Морф пискнул и начал сдуваться. Всё-таки, проклятие мгновенного старения работает и на других расах. Когда я говорила Габу, что у меня есть план, я не лукавила. Ведь единственный, кто был ценен в этих местах – его правитель. Два морфа на один замёрзший замок – это всё-таки многовато.

Убедившись, что тело мерзавца как следует высушено и опасности он больше не представляет, я поднялась, стряхивая с ботинок куски кожи, и осмотрелась. Один из тех двоих, что я слышала, был морфом, готовящимся к замене. Второй, скорее всего, русалка.

– Так. – Я встала посреди импровизированного поля боя. – И где мне теперь его искать?

Кулда залез мне на плечо и баюкая сломанные лапки, указал на столб. Первый морф действительно был мёртв. Об этом красноречиво говорила перерезанная глотка. Они не стали мудрить и просто избавились от источника информации. Второй валялся недалеко от лестницы, где висело тело хиёлты. Напившийся крови артефакт отвалился и лежал рядом с балюстрадой, поблескивая жёлтым и весьма упитанным боком.

А вот самого маркиза не было.

Настоящего, разумеется. Морская тварь умудрилась его похитить? Да ну ладно. Это будет чудом, если какая-то там рыбина сумеет похитить и обездвижить самого маркиза. Уж я-то знаю, о чём говорю. В памяти до сих пор стоял его прыжок со Стены.

Я подошла к тому месту, где столб перерастал в наледь на стене замка и постучала.

– Габриэ-эль… Выходи. У меня ещё есть, чем тебя удивить.

Ответом мне была тишина. Тогда я постучала снова, и поманив пальцем Дрыга, указала на похожую дырочку, что не так давно служила первому морфу источником воздуха. Всё-таки не забрали. Оставили в стене.

Я обернулась на мёртвых противников и поморщившись от исходящий от их тел вони, положила ладони на льдистую корку. Той магии, что позволяла Габу растапливать лёд в кабинете, у меня нет, но я тоже не так уж и проста.

– Дрыг, давай.

Фамильяр залихватски съехал по моей руке к ладоням, и грозно нахмурившись, впился острыми зубками в видневшуюся вену. Кровь брызнула на лёд и там, где капли были жирнее всего, я начала чертить круг жизни. Как и магия смерти, магия жизни базируется на заклинаниях. Чистая энергия способна поднять и мёртвого, но ювелирная работа, требующая точности, всегда проделывается с помощью круга. Этот ритуал весьма затратная штука, но того стоит.

К сожалению, Мая была права, проводить полноценные ритуалы я не могу из-за столкновения двух стихий в теле. Но никто не знал о том, что магия слушалась меня лучше, когда в качестве проводника я использовала собственную кровь. К тому же, когда-то на землях Эсфиль стоял храм в честь сотни главных богов. Земля здесь хоть и проклята хиёлтами, но всё ещё священна. Именно поэтому моя сила будет работать здесь в любом случае.

Через несколько секунд лёд стал бледнеть и пружинить. Попытка влить в него жизнь прошла успешно, хотя я не была уверена, что Габ оценит этот жест. Всё же, ему придётся некоторое время провести без воздуха. Странный лёд медленно поддавался изменениям, так что мне пришлось использовать ещё и вторую руку для завершения ритуала призыва жизни.

Когда вместо стены, с оцепеневшим в ней маркизом, получился круглый желеобразный шар, я убрала руки и отошла в сторонку, чтобы позволить слизи работать. Такие мячики частенько использовали для разведки паладины. Правда, ещё ни разу их не создавали с человеком внутри.

Прыг.

Слизь качнулась, открыла щель рта и с громким хлюпом выплюнула Габриэля стянутого прозрачным коконом. Я видела такое в книгах и старых газетах. Когда рождается телёнок, он вылезает из коровы в похожем мешке. Я быстро наклонилась и разодрала пальцами оболочку. Габ судорожно вдохнул и закашлялся.

– Прости. – Я попыталась вытереть ему глаза рукавом куртки, но только размазала. – Это единственное, что я смогла придумать.

– Нет… Кх. Спасибо. – Он смахнул с лица густую слизь, поднёс её к глазам и прищурился. – Так ты и это умеешь.

– Ну. – Я покраснела от удовольствия, как будто меня только что похвалили, хотя на деле это было совсем не так. – Я же обещала тебя удивить. Вот. Удивляю.

– Оно живое? – Габ вылез из кокона, отряхнулся как мог и потыкал шарик. – Понимает речь?

– Живое. – Я кивнула, убирая магией остатки крови с рук. – Речь понимает, но на уровне приказов. Беседу поддерживать не умеет.

– Похож на магверя. – Маркиз присел на корточки, чтобы оказаться на одном уровне со слизью. – Правда, не вижу в нём ядра.

– Потому что оно создано с помощью ритуала призыва жизни. Такой используют в храме перед отправкой в гиблые земли. Паладины делают из них разведчиков.

– Разведчиков? – Габ вскинул прилизанные и стянутые подсохшей слизью брови. – Но ведь они не могут говорить.

– Да. – Я подошла и положила руку на шарик. – Зато прекрасно умеют запоминать. Боевой менталист с лёгкостью считывает электрические волны, которые они вырабатывают.

– Боевой менталист… – тихо повторил Габ. – Надо же, не знал, что есть такая должность.

– Это не должность. Они работают стратегами.

– А-а-а. Ну да. – Габ встал, не отрывая взгляда от шарика. – Ты не поранилась? Точно не помню, как всё произошло, но…

– Нормально. Я воспользовалась Артефактом Смерти. – Я указала на высохший труп хиёлты и оскалилась. – Зато теперь мы знаем, что мои заклинания работают и на морфах.

Маркиз подошёл к своему двойнику и поморщился. Я, на его месте, как следует бы попинала врага, но он лишь убедился в его кончине и тяжело вздохнул, видимо прикидывая фронт работ.

– Как ты поняла, что он подделка?

Я поджала губы и перекатилась с пятки на носок. Признаваться в том, что до последнего сомневалась, не хотелось. А то ещё обидится.

– Он был тёплый.

– Тёплый? Как я?

– Как человек, – поправила я маркиза, смотря на него со снисходительностью всё знающего, но скрывающего это человека. – А ещё он не смог правильно отрегулировать сердцебиение.

– Это как?

– Это так, как оно обычно работает у людей. – Я позволила себе безобидный смешок и посмотрела на него исподлобья. – Слушай. Я устала уже от этих танцев. Давай напрямую: ты не человек, он не смог полностью тебя скопировать. Или скопировал, но из-за гордыни решил, что сможет стать лучшим человеком, чем ты.

– Ты опять?

– Не опять, а снова. Габ, мне до смерти надоела эта таинственность. Ты уже всё обо мне знаешь. И я о тебе знаю достаточно для того, чтобы сделать определённые выводы. Если ты хочешь спасти эти земли и своих людей, то мы должны работать в паре, как напарники, как одно целое. Понимаешь? Если ты продолжишь утаивать важную информацию – всё может закончиться куда плачевнее, чем ты предполагал.

– Хааа. – Он потёр косточкой большого пальца лоб и усмехнулся. – До чего ты въедливая, Соль. Ни минуты покоя.

– Просто скажи и всё закончится, – довольно подначила я.

– Ладно. – Он вскинул руки. – Сдаюсь. Твоя взяла и я расскажу. Но разговор будет долгим, поэтому сначала мы вернёмся к ребятам, спасём Доуля и… как следует выпьем.

Глава 24

Легко сказать, да трудно сделать.

Чтобы добраться до морозильников и остальной части команды, нам пришлось потратить несколько драгоценных часов. Потому что замок неожиданно взбесился.

– Да что происходит?! – в отчаянии крикнула я, уворачиваясь от падающей с потолка глыбы. – Почему лёд тает?!

– Почему, почему… – Габ схватил меня за руку и втащил в узкий проём, бывший когда-то лестницей. Сейчас там был сплошной лёд с застывшими внутри рыбами.

Ага. Рыбами. В замке, стоящем на холме, появились рыбы в стенах.

Да. Я тоже восхитилась.

– Видимо, они паникуют, так как потеряли возможность следить за нами и узнавать нужную информацию.

– Хочешь сказать, что хиёлты в истерике и поэтому кидаются глыбами льда?! – Я снова пригнулась и закрыла уши от оглушающего грохота. – Да какого чёрта здесь творится!!! – Мой крик утонул в хрустящем шуме отрывающихся потолочных балок.

– Береги силы. – Габ прижал меня к себе и резко развернулся спиной ко входу в эту расщелину.

Я вскинула голову и едва заметила, как мимо него проскользнул особенно острый осколок. Габриэль при этом дёрнулся и лишь сильнее сжал руки вокруг моей талии.

– Как нам выбраться? – спросила я, теряя надежду добраться до Доуля хотя бы к утру. – Как думаешь, это по всему замку так или мы особенные?

– Конечно, особенные, – хрипло подтвердил маркиз с шипением разворачивая плечи. – Кто ещё, кроме тебя, может с такой искренней наглостью мешать их завоевательным планам?

– Это ты сейчас пошутил? – неуверенно спросила я.

– Это был сарказм, Соля. – Габ вздохнул и осторожно выглянул в коридор, тут же отпрянув от сброшенной на него льдины. – Вот же твари, ни секунды передышки.

– Так. Дай-ка подумать, – попросила я, всё ещё прижимаемая к его телу. Холодному, с резкими скачками сердца, телу.

Ритм сердцебиения Габа не давал мне покоя с той самой минуты, как я его услышала. Он был рваный, иногда бешеный, иногда замедленный, а иногда и вовсе едва прослушиваемый. Первое, что пришло мне в голову, когда я прижала ухо к его груди – так это то, что там, за рёбрами, и вовсе не одно сердце, а целых два. Иначе я такую нестабильность никак не могла объяснить.

– Если есть план – выкладывай, – выдохнул мне в ухо маркиз.

– Я думаю… – В голову не приходила ни одна достойная мысль. Но когда под моей курткой появилась возня, я прищёлкнула пальцами и радостно улыбнулась.

– Какая… освежающая улыбка, – внезапно произнёс Габ, отодвинувшись от меня.

– Кхм. Я вот, что думаю. Надо бы нам попросить о помощи.

– Да ты что! – излишне обрадовался Габриэль. – А ты знаешь к кому мы можем обратиться за этой самой помощью?

– Ну… да.

– Ага. И ты даже знаешь КАК мы можем это сделать, не подвергаясь постоянному обстрелу этими чёртовыми ледышками?

– Ты издеваешься, – поняла я, обиженно надув губы.

– Ха-а. Соль, послушай. – Он вытащил одну руку и потёр кожу над бровями. – Мы сейчас в очень сложном положении. Я слишком заметная мишень. Да и ты тоже, – он зажал прядь моих волос между пальцами. – Ты вообще ходячая мишень.

– Ты бы хоть дослушал для начала. Я хочу послать мальчиков. То есть фамильяров. Кулда пока не в состоянии, а вот Феля и Дрыга можно.

– И? К кому ты их пошлёшь? Думаешь, мои парни тебе поверят?

– Нет, – мрачно сказала я. – Зато есть один тип, который ждёт от меня весточки.

Габриэль замолчал, будто раздумывая, а потом скрипнул зубами и облокотился плечом на стену.

– Нет.

– Ты же даже не знаешь, о ком я…

– О том черепе, что заперт. Говорящем, – на всякий случай добавил он. – И я говорю – нет. Исключено. Эта тварь никогда мне не поможет.

– Тварь?.. А если мы пообещаем ему что-нибудь? Он будет следовать пунктам сделки?

– Сделки, говоришь? – Габ вскинул подбородок, смотря в потолок. – Выгодные сделки он любит. Может и согласится. Но я абсолютно точно не хочу идти на его условия.

– А ты уже знаешь, что он может попросить? – удивилась я.

– Я знаю, что мне это точно не понравится, – глухо парировал он.

– Но другого выхода нет.

– Я знаю.

– И твой друг в большой опасности. – Я поняла, что простыми уговорами дело не сдвинется с мёртвой точки и применила запрещённый приём. – Габ, но ему же больно. Он не может умереть, и не может избавиться от болезни. Он гниёт изнутри. Его органы разлагаются, причиняя неимоверную боль… Даже ковыряние ножом в яйцах не даёт такого зверского эффекта, как эта пакость, что прямо сейчас распространяется по его телу.

– Ножом где? – переспросил маркиз и вздрогнул всем телом. Бедняжка. Наверняка представил.

– Там. – Я скосила глаза на его штаны и мягко улыбнулась. – И я не стесняюсь говорить об обыденных вещах, так что можешь не переживать.

– Об-быденных? – надтреснуто спросил он. – Я-я понял. Да. Понял. Это обыденность. Аха. Как быстро нынче взрослеют дети, – тихо буркнул он под нос, но я услышала.

Наверное, Габриэль был обескуражен таким откровением. И наверняка у него вертелся на языке вопрос о том, из практики я это говорю или же в теории. Отрицать очевидное я не стала. Когда на твоё тело зарятся взрослые, стареющие мужики, а заступится за сироту некому – тут уже не до чувствительности аристократичных леди.

– Так я зову мальчиков? – на всякий случай уточнила я, мысленно отдавая приказ.

– Зови, – обречённо согласился он, снова прижимая меня к себе так, будто я в любой момент могла исполнить то, о чём говорила.

А при тесном контакте, с зажатыми вдоль тела руками, у меня подобная шалость точно бы не получилась.

Ждать ответа пришлось недолго. Уже через два раската треснувших балок и один грохот от обрушения западной стены, ребята принесли мне то, что требовалось.

Вернее, кого.

Удивительно, что хиёлты не повелись на побег фамильяров и продолжили прицельный обстрел. Теперь лёд вылетал из стены напротив нашей расщелины. Пока что это были маленькие кусочки, и Габ вполне достойно выдерживал фирменный массаж от русалок. Но стоило мне выглянуть из-за его плеча, как на меня нацеливалось копье, стрела или просто узкая и длинная хрень с заточенным концом. Вымазанным в какой-то дряни, к слову.

– Это яд, – пропыхтел Габриэль протискиваясь вместе со мной поглубже в расщелину. – Убить не убьёт, но существенно испортит жизнь.

– А что он делает?

Мне стало так любопытно, что я не удержалась и снова выглянула. И тут же получила в лоб отравленной стрелой. Ну как в лоб. Габ успел плечом сбить её траекторию, из-за чего прозрачная гадость разбилась о стену. Но один осколок всё-таки поцарапал мне лицо.

– Фу-у-у, как мерзко воняет. – Я зажала нос и попыталась обтереться об грудь маркиза, но он не позволил. Сжал мой подбородок пальцами и строго спросил:

– Ты когда-нибудь слушаешь, что тебе говорят? Как ты вообще выжила с таким наплевательским отношением к смерти?

– Как, как. Попой кверху. Бегала от тех, кто хотел навязать мне свою защиту. Иногда приходилось прятаться там, куда даже дворняга не полезет.

– Понятно.

– Да ничего тебе не понятно! – рявкнула я, и тут же распахнула в ужасе глаза. – Я не хотела орать. Честно.

– Знаю. Я же говорил: убить не убьёт, но жизнь попортит знатно.

– То есть, я теперь ВСЕГДА ТАК БУДУ?! – последние слова опять вырвались с рявком и я прикусила губу.

– Предлагаю помолчать, – со смешком ответил Габ. – Из-за твоих криков может обрушиться потолок.

И вот зря он это сказал, знаете?..

Чувствуя, как внутри опять всё закипает, я попыталась сбросить напряжение от души лягнув стену, но что-то пошло не так. Вместе стены там оказался нос русалки. Моя пятка с громким чавком вошла ему промеж глаз. Хотя носом небольшое отверстие назвать было сложно, но для лёгкости понимания, я решила называть это именно так.

Не буду же я на каждом шагу хвастаться тем, что умудрилась вляпаться в воздушные щели хиёлты, которые генерируют жаберную слизь.

Дала в нос звучит как-то понятнее, что ли.

– Какой-то он хиЛЫЙ, – брезгливо сказала я, вытянув последнее слово в крике. – Нет, ну что за отвратительный ЯД! Тьфу.

Сама по себе я слышала это как лай на последних слогах. Вероятно, так оно и было, ведь отчего-то же Габ ржал.

– Не трудись, – посоветовал он, убирая мою ногу с морды русалки. Та ещё не пришла в сознание, и по-прежнему полулежала на полу, не успев полностью вылезти из стены. – Эффект яда будет сохраняться, пока ты полностью не пропотеешь.

– ПроПОтею? ЗДЕсь?!

– Ага. Придётся что-нибудь придумать. Не переживай.

Я замолчала. Не только из-за совета и обещания маркиза, а потому что расстроилась из-за того, что на ровном месте приходилось орать как сумасшедшей.

Пока я предавалась унынию и молча обещала отомстить гадким рыбам, мальчики притащили череп. Смотрелось это до странности нелепо: два маленьких скелета, с полыхающими от возбуждения глазницами, несут на вытянутых вверх руках огромный ухмыляющийся череп, в два раза больше их самих.

– Маленькая леди? – Голос духа звучал удивлённо. – Почему… Нет, как вы тут… Ах, я понял. – Я выглянула из-под локтя Габриэля и виновато шмыгнула носом. – Не отвечайте, нет. – Череп глухо хохотнул. – Я вижу, как по вашим меридианам ползет ледяная дрянь. Эй, ты. Не делай вид, что не слышишь. Возьми девочку на руки и ни за что не отпускай.

Габриэль содрогнулся, сжал плотно губы и выполнил приказ. Странно-то как. Почему он ему подчиняется? Где его обычная заносчивость?

Да ещё так беспрекословно. Чудеса.