290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Неизведанные земли » Текст книги (страница 1)
Неизведанные земли
  • Текст добавлен: 10 октября 2016, 04:14

Текст книги "Неизведанные земли"


Автор книги: Нил Шустерман






сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 25 страниц)

Нил Шустерман
«Неизведанные земли»

Памятка, написанная Мэри Хайтауэр

Добрый день. Добро пожаловать в Страну затерянных душ. Для тех, кто присоединился к нам недавно, я составила подробный словарь специфических выражений и терминов. Надеюсь, он поможет вам быстрее освоиться в загробной жизни. Естественно, я дополнила каждую статью словаря своими комментариями, ибо какую энциклопедию можно назвать полной, если в числе ее составителей не было мудрых и опытных людей? Спасибо за внимание. Надеюсь на скорую встречу.

С уважением,
Мэри Хайтауэр
Призрачное сияние

Мягкое, приглушенное свечение, исходящее от всех без исключения жителей Страны затерянных душ. Конечно же, степень накала у всех разная.

Отблеск жизни

Жителей Страны принято называть именно так. Именовать их «призраками» или «привидениями» – дурной тон.

Колокольные языки

Ввиду того что призраки не испытывают физических страданий, некто, обладающий дьявольской изобретательностью, выдумал особый способ держать пленников в неволе без охраны. Изобретение заключается в том, что узника подвешивают к потолку, привязав к лодыжкам длинную веревку. Автор изобретения – Макгилл, снискавший славу самого ужасного чудовища во всей Стране. Заключенные, подвешенные к потолку вниз головой, напоминают колокольные языки. С одной стороны, они не могут сбежать, с другой – испытывают ужасные душевные страдания, так как им приходится коротать время в абсолютном бездействии.

Колокольная камера

Помещение, в котором содержат подвешенных вниз головой узников.

Мертвое место

Как правило, небольшой клочок земли, попавший в Страну затерянных душ из мира живых людей. Ширина мертвых мест редко превышает один метр. Они называются мертвыми, потому что переместились в Страну затерянных душ после того, как на них кто-то погиб. Впрочем, бывают исключения: иногда в Страну попадают обширные участки, на которых произошла масштабная трагедия.

Доминирующая реальность

Когда в мире живых здание или сооружение попадает под снос и благодаря особой исторической значимости переходит в Страну затерянных душ, на его месте часто строят новый объект. Получается, что старое и новое здание существуют в одном и том же месте, но в разных мирах. Какое же из них более реально? Мы, призраки, живущие в Стране, видим старое здание. Так вот, по моему мнению, именно старое здание, оказавшееся в нашей реальности, – настоящее. Если вас интересуют подробности, можете прочесть мою книгу «Мир живых и другие мифы».

Эктоплазма

Один из криминальных талантов, как я их называю. Способность появляться в мире живых в виде вязкой субстанции неясного происхождения, служащей основой для дальнейшего процесса материализации. Дух, способный материализоваться в мире живых, может овладевать различными предметами и, возвращаясь в Страну, брать их с собой. Советую вам любой ценой держаться как можно дальше от обладающих подобными способностями. Более того, обнаружив призрака, наделенного способностью материализоваться, вы должны сообщить о своих наблюдениях в компетентные органы.

Печенье «Фортуна»

Некоторые индивидуумы (чьи имена я упоминать не буду) уверены в том, что все без исключения бисквиты китайского производства, известные под маркой «Фортуна», переходят в Страну затерянных душ после того, как их съели в мире живых. Более того, вышеназванные господа клянутся, что заключенные в бисквитах «предсказания» всегда сбываются. Я заверяю вас: это грубая и наглая ложь. Советую вам не прикасаться к печенью «Фортуна», так как эти бисквиты таят опасность, сравнимую с риском заражения чумой.

Призрачное зрение

Мы, призраки, видим живых людей и находящиеся в их мире предметы. Но когда мы смотрим на них, кажется, что зрение потеряло остроту. Люди и предметы выглядят расплывчатыми, а краски – полинявшими. Мы воспринимаем со всей возможной четкостью и яркостью только друг друга, а также те предметы и места, которые исчезли из мира живых и стали частью Страны затерянных душ. Такова особенность зрения призраков.

Истертые монеты

Когда вы просыпаетесь после девятимесячной спячки, предшествующей началу загробной жизни в Стране затерянных душ, в одном из карманов, возможно, обнаружится истертая монета неясного происхождения и номинала. Советую вам ее выбросить – толку от нее никакого.

Неизведанные земли

Не исследованные и не нанесенные на карту области Страны, таящие неведомые опасности.

Болванка

Жаргонное словечко, употребляемое теми, кто способен вселяться в представителей мира живых. Означает живого человека.

Усталость от гравитации

Сила земного притяжения действует на призраков так же, как на живых людей. К сожалению, места, принадлежащие миру живых, для нас подобны зыбучим пескам – там мы проваливаемся под землю. Если стоять на месте, всегда есть опасность провалиться с головой и отправиться дальше, к самому центру Земли. Если с кем-то из призраков такое случается, надежды вновь увидеть его нет. Это и называется усталостью от гравитации.

Спящие

После смерти те, кому случается сбиться с пути по тоннелю, ведущему к свету, попав в Страну, в течение девяти месяцев спят. Разбудить их до истечения этого срока невозможно, поэтому их так и называют.

Снять кожу

Когда призрак, обладающий способностью пробираться в тело живого человека, выходит из него, это все равно что «снять кожу».

Порабощение

Войдя в живого человека, призрак, наделенный способностью к порабощению, подчиняет тело, или «болванку», себе. Умение овладевать людьми относится к разряду криминальных талантов. Пожалуй, можно сказать, если такое определение вообще допустимо, что это один из самых полезных талантов.

Облако

Наверное, скопление призраков следует называть именно так. Птичья стая, выводок гусей и облако призраков.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
ОБЛАКО ПРИЗРАКОВ

Глава первая
Хаос и смятение

Среди населявших Страну призраков ходило множество слухов. О чем только не рассказывали друг другу затерянные души – об ужасных происшествиях, о которых даже говорить было страшно, об удивительных и прекрасных местах, о событиях столь значительных, что удержаться и не поведать о них случайному слушателю было решительно невозможно. Так и распространялись слухи – от одного призрака к другому, пока не доходили до самых далеких окраин Страны затерянных душ.

К примеру, рассказывали о прекрасной Небесной ведьме, летавшей по небу на огромном серебряном воздушном шаре; шептались и об ужасном Людоеде, чье тело будто бы целиком состояло из шоколада. Согласно легендам, он заманивал ничего не подозревающих наивных призраков восхитительным ароматом, а изловив, сбрасывал в бездонную пропасть, откуда еще никто не возвращался.

В мире, где воспоминания истираются и линяют, как краски на старых парусах, слухи стали важнейшим, а порой и единственным источником информации. Им верили охотнее, чем достоверным фактам. Они циркулировали, словно кровь, в бескровном мире, затерянном между жизнью и смертью.

Однажды, в день, который был как две капли воды похож на любой другой, одному мальчику представилась возможность разобраться, где правда и где ложь.

Как его звали – не столь важно. Скорее, даже совсем неважно, так как мальчик и сам давно забыл, как его зовут. Да и какая теперь разница, если в скором времени ему суждено было исчезнуть навсегда.

Мальчик умер два года назад. По дороге к свету в конце тоннеля он сбился с пути, проспал девять месяцев и, проснувшись, обнаружил, что стал призраком. Молча, совершенно один, он бродил по Стране, стараясь ни с кем не встречаться. Если другие призраки переходили ему дорогу, он прятался, боясь, как бы они не сделали с ним что-нибудь нехорошее. У него не было ни друзей, ни товарищей, и мальчик забыл, как его звали раньше, быстрее, чем это происходит с другими.

Когда по пути ему встречались группы призраков, он прятался и подслушивал их разговоры. Обычно они пересказывали слухи о чудовищах, поэтому мальчику было не хуже других известно, что случается с теми, кто не соблюдает осторожность.

Когда мальчик только появился в Стране, в его странствиях был какой-то смысл. Он искал ответы на мучившие его вопросы, пока не позабыл, в чем заключалась их суть. Осталась только жажда движения, и мальчик отдыхал, только когда находил мертвое место – твердый, окрашенный яркими красками клочок земли, ставший, подобно самому мальчику, частью Страны затерянных душ. Он быстро понял, чем отличаются мертвые места от остального пространства – в мире живых все краски казались полинявшими, а при каждом шаге нога по лодыжку проваливалась в землю. Ему было страшно, мальчик понимал – стоит остановиться, и провалишься под землю.

Однажды дорога привела его в поле, испещренное мертвыми местами. Так много мертвых мест сразу мальчик еще не видел. На одном из них он заметил предмет, приковавший к себе его внимание. Это было ведерко с попкорном. Оно просто стояло на одном из пятен, под мертвым деревом, словно так и положено.

Каким-то чудом ведерко с попкорном переместилось в загробный мир!

Мальчик ничего не ел с того момента, как проснулся в Стране затерянных душ. Он знал: призраки не нуждаются в еде, но это не значит, что они избавлены от мук голода. Так как же мог мальчик устоять перед соблазном? Ведерко было огромное. Обычно человек, приходя в кинотеатр, от жадности покупает себе самую большую порцию, но съесть такое количество попкорна мало кому удается. Мальчик видел, что раскрывшиеся зерна кукурузы в ведерке так и блестят от масла. Он не мог поверить своим глазам!

Лучше бы он и не делал этого.

Ступив на мертвую землю и потянувшись к ведерку, мальчик почувствовал, что задел ногой растяжку. Спустя мгновение его опутала сеть и подняла в небо. Мальчик осознал, какую допустил оплошность, только когда понял, что связан сетью по рукам и ногам, и выбраться нет никакой возможности.

Он слышал рассказы о чудовище по имени Макгилл. Но мальчишки, чей разговор он однажды подслушал, рассказывали, что тот уплыл в Европу и теперь творит хаос и смятение там. Так кто же поставил ловушку? И зачем?

Мальчик бился в сети, как пойманная птица, но что толку – ловушка была сделана на славу. Единственным утешением оказалось ведерко с попкорном, и, хотя половина высыпалась на землю, кое-что все-таки осталось. Мальчик смаковал каждый кусочек, а когда закончил, стал ждать. Ждать пришлось долго. День окончился, наступила ночь, потом снова день, и опять, и опять все по кругу. Мальчик потерял счет дням и начал бояться, что вот так и придется провести вечность, болтаясь на дереве без надежды когда-нибудь освободиться. Время шло, ничего не происходило, пока вдруг вдалеке не раздался странный монотонный шум, похожий на гул мотора. Вскоре стало ясно, что с севера приближается какое-то механическое транспортное средство, но, что странно, теперь гул отдавался эхом с другой стороны. Подумав, мальчик понял, что это было не эхо, а звук двух разных двигателей. Таинственные моторизованные средства приближались с двух сторон одновременно.

Мальчик не знал, были ли то другие призраки, спешащие ему на помощь, или он вот-вот подвергнется атаке чудовищ, прибывших, чтобы сеять хаос и смятение в этих краях. Призрачное сердце, вернее, воспоминание о нем, билось в груди под гул моторов, перекрывших все остальные звуки. Мальчик озирался, пытаясь понять, какой из двух аппаратов появится первым.

Глава вторая
Вид с высоты

– Мисс Мэри, один из наблюдателей доложил, что видит сработавшую ловушку.

– Прекрасные новости! Попроси Спидо посадить дирижабль где-нибудь рядом, но не слишком близко, не стоит пугать нашего нового друга.

Дирижабль, ставший новым домом Мэри Хайтауэр, летел на большой высоте. Не на такой, конечно, на какую могут забраться современные летательные аппараты, когда даже облака кажутся белым ковром, лежащим далеко внизу, или узором, нарисованным на земле. Но здесь, в промежутке между небом и землей, Мэри чувствовала себя в безопасности. Она стала Королевой «Гинденбурга» и наслаждалась новым титулом. Огромный серебристый летательный аппарат, самое большое детище графа Цеппелина, в 1937 году за несколько секунд превратился в огненный шар. Воздушный корабль прекратил земное существование и переместился в Страну затерянных душ. Мэри, привыкшая считать, что ничто на свете не происходит без причины, была уверена в том, что дирижабль взорвался, чтобы стать домом для нее и ее союзников.

По правому борту пассажирского отсека дирижабля была расположена галерея с наклонными окнами, из которых открывался вид на землю. Мэри разделила галерею на две части: свою резиденцию и штаб-квартиру, в которой планировались операции. Через окна наблюдать за происходящим внизу было удобней всего. Мир живых людей казался поблекшим, но на его просторах тут и там попадались яркие пятна – рукотворные и нерукотворные памятники человеческой скорби, ставшие частью Страны затерянных душ: деревья, поля, здания и дороги. Окружающее их пространство казалось размытым и бледным, таким воспринимали его призрачные глаза. Мэри подсчитала, что лишь один из каждой сотни объектов, прекратив земное существование, становится частью Страны. Высшие силы определенно отличались большой разборчивостью.

Только теперь, когда Мэри обрела новый дом в небесах, она осознала, что слишком долго оставалась на одном месте. Обосновавшись в башнях-близнецах, она многое пропустила. Впрочем, тогда небоскребы были цитаделью, в которой Мэри держала оборону от брата, Мики, бывшего в то время чудовищем, известным под именем Макгилл. Теперь он был побежден и больше не представлял опасности для Мэри, а значит, сидеть и ждать, пока призраки придут к ней сами, тоже смысла не имело. Теперь Мэри обладала средствами, позволявшими ей вести поиски самостоятельно.

– Почему ты проводишь так много времени у этих окон? – спрашивал ее Спидо во время перерывов, когда не был занят пилотированием дирижабля. – Что ты там видишь?

– Мир привидений, – отвечала обычно Мэри. Спидо не догадывался, что именно она имеет в виду. Под «привидениями» Мэри подразумевала живых людей.

Действительно, мир живых представлялся ей крайне ненадежным. Ничто в нем не могло бы претендовать на звание вечного, всему рано или поздно наступает конец, любому одушевленному или неодушевленному объекту. Дела людей представлялись Мэри бессмысленной суетой, которая всегда оканчивалась одинаково: черный тоннель, яркий свет вдалеке. На этом все. Впрочем, не всегда, рассуждала довольная собой Мэри, и не для всех.

– Я бы все равно предпочел быть живым, – неизменно заявлял Спидо, случись Мэри заговорить о божественном предначертании, благодаря которому они оказались в Стране затерянных душ.

– Останься мы в живых, – напоминала ему Мэри, – я бы уже давно умерла, а ты был бы толстым лысым бухгалтером…

После этого Спидо обычно смотрел на свое, в целом, тщедушное тело, облаченное в мокрые плавки, с которых, вот незадача, вечно капала и будет капать вода, и поражался тому, что Мэри могла предположить такое. Нет, толстым и лысым бухгалтером он вряд ли бы стал. Но Мэри знала больше его. Взрослея, мы все меняемся, и не всегда в лучшую сторону. Она была довольна тем, что ей всегда будет пятнадцать лет.

Мэри мысленно готовилась к встрече с новым пассажиром дирижабля. Она хотела лично приветствовать его. Мэри любила встречать новичков самостоятельно и считала, что это отвечает законам гостеприимства. Она сойдет на землю первая – стройная девушка в зеленом бархатном платье, с прекрасными длинными рыжеватыми волосами, спускающаяся по трапу гигантского воздушного корабля. Да, это будет очень эффектно. Стиль и красота. Новичку будет приятно сознавать, что сама хозяйка вышла поприветствовать его. Все они должны знать с самой первой секунды, что мисс Мэри любит каждого из них, заботится о них и защищает.

Выйдя из облюбованной ей галереи, Мэри прошла через пассажирские помещения. В компании, которую ей удалось собрать, было уже сорок семь детей. Во времена башен-близнецов их было куда больше, но всех забрал Ник. Он предал ее, вручив детям ключи, при помощи которых призраки могут покинуть Страну затерянных душ. Дал каждому по монете. О, эти монеты! Маленькие отвратительные предметы, напоминающие о том, что всех ждет настоящая смерть, стоит только начать искать ее. Но заняться этим мог бы только глупец, ведь если в конце тоннеля горит свет, это не значит, что нужно идти к нему, рассуждала Мэри. Может, свет горит у райских врат, а может, и в адских топках.

Дирижабль плавно снижался, и Мэри пошла на мостик – так называлась маленькая гондола, висевшая под брюхом огромной серебристой акулы. Оттуда лучше всего было наблюдать за приземлением.

– Через несколько минут сядем, – доложил Спидо, с наслаждением управлявший гигантским сигарообразным летательным аппаратом.

Спидо был среди немногочисленных призраков, отказавшихся принять монету в тот день, когда Ник предал Мэри. Этот факт позволил ему занять исключительное положение – Королева уважала Спидо и доверяла ему.

– Посмотри на поле, – сказал Спидо, указывая пальцем вниз. – Видишь, сколько мертвых мест?

Действительно, с высоты казалось, что поле украшено узором в виде мелких горошин.

– Думаю, здесь произошло крупное сражение, – предположила Мэри. – В период Войны за независимость, к примеру.

На одном из мертвых мест стояло дерево, которое тоже не было частью мира живых.

– Ловушка прилажена к нему, – сказал Спидо, заходя на посадку.

Дерево было огромным. Его ветки были покрыты желтыми и красными осенними листьями, что выделяло его среди других, живых деревьев, так как на дворе было лето. Для этого дерева смены сезонов более не существовало, оно навеки осталось в том осеннем дне, который стал для него в мире живых последним. Мэри задумалась о том, почему дерево попало в Страну затерянных душ. Быть может, влюбленные вырезали на его коре инициалы, а потом в дерево попала молния. Или его посадили в память о погибшем, а позже спилили. А может быть, на этом месте лежал убитый солдат, и почва впитала его кровь. На крови выросло дерево, которое потом погибло от засухи. В чем бы ни была причина, дерево стало частью Страны, избранное, подобно многим другим предметам, высшими силами, которые сочли его достойным вечности.

Листва дерева была такой густой, что даже с земли Мэри и Спидо не могли разглядеть ловушку.

– Я пойду первая, – сказала Мэри. – Но мне хотелось бы, чтобы ты присоединился ко мне чуть позже. Мне понадобится помощь. Кто-то должен освободить нашего нового друга из ловушки.

– Конечно, мисс Мэри, – сказал Спидо, улыбнувшись.

Как это уже случалось в прошлом, улыбка его была чуть более широкой, чем это бывает у обычного человека.

Спустили трап, и Мэри вышла из гондолы. Ступая по зыбкой почве мира живых, она сохраняла тем не менее грацию, присущую настоящей королеве.

Однако приблизившись к дереву, Мэри поняла, что случилось нечто ужасное. Кто-то опустил сеть, и призрака в ней не было. На земле под сетью лежало пустое ведерко из-под попкорна – приманка, оставленная ею. Мэри научилась этому у брата, но считала, что, в отличие от него, предлагает детям не рабство, а свободу. По крайней мере, формально. Но в тот день призрака, готового с радостью принять ее дар, на месте не оказалось.

– Смылся, я смотрю, – протянул Спидо, появившись за спиной Мэри.

Девушка покачала головой.

– Никто не выберется из этой сети.

Вдруг она почуяла знакомый сладкий аромат, всколыхнувший душу и наполнивший ее гремучей смесью любви и ненависти. Запах исходил от коричневого пятна, оставшегося на коре дерева. Пятно оказалось там не случайно – его нарочно оставили, чтобы подразнить Мэри.

– Это запекшаяся кровь? – спросил Спидо.

– Нет, – ответила Мэри, внешне сохраняя хладнокровие, несмотря на переполнявшую ее ярость. – Это шоколад.

В книге «Внимание, это тебя касается»Мэри Хайтауэр пишет о зле, которое несет призракам Шоколадный людоед: «Умный отблеск жизни должен принимать во внимание многочисленные предупреждения, побуждающие опасаться существа, известного под именем Шоколадный людоед. Он пришел сюда, чтобы сеять хаос и смятение. Вся Страна вопиет от ярости, услышав весть о его очередном злодеянии. Если в мире есть справедливость, а я в этом уверена, этого злодея накажет тот, кто его породил.

Если вы услышите о том, что Людоед появился поблизости, бегите и – старайтесь найти надежное укрытие. Но прежде чем сделать это, выполните священный долг – оповестите власти о том, где вы его видели».

К этому следует лишь добавить, что под словом «власти» Мэри подразумевает себя.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю