355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Николай Чугунов » Серебряная доля » Текст книги (страница 15)
Серебряная доля
  • Текст добавлен: 22 сентября 2016, 02:52

Текст книги "Серебряная доля"


Автор книги: Николай Чугунов



сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 23 страниц)

– Действительно, – вампир крепко задумался, откинувшись на спинку скамьи. – Хорошо, я подпишу. Если Вы, – тонкий палец ткнулся в мантию некроманта, и колдун ощутил острый, как игла коготь, – обеспечите соблюдение всех пунктов договора.

– Обеспечу, – кивнул колдун. Вампир еще раз смерил собеседника подозрительным взглядом и, поджав губы, чирканул пером по пергаменту.


***

Вендзей осторожно крался по пыльной лестнице. Повсюду валялся мусор, резко пахло нечистотами, но это даже радовало колдуна – меньше шансов нарваться на любопытные глаза. Единственное, что его беспокоило – задание: «разогнать толпу перед Монаршей переправой». За те три года, которые аколит провел в дворцовой охране, он накрепко усвоил: любой бунт в столице подавить легче легкого: достаточно всего лишь подумать простенькую кодовую фразу, и все бунтовщики мигом превратятся в безвольных трусов. А теперь – такое задание…

Скрипнул чердачный люк, тишина взорвалась хлопаньем тысяч крыльев. Огромная стая голубей в панике носилась по помещению, пытаясь вырваться наружу. Чародей поморщился – это может его раскрыть. Укрывшись от галдящей оравы в выемке слухового окна, он принялся плести заклинание. Через пару секунд все было кончено – сотни птиц валялись по всему чердаку, в агонии дрыгая лапками.


***

На площади уже собралось с десяток человек. Вендзей глянул на них «третьим глазом», тут же заметив еще полсотни: человек двадцать тщательно имитировали расслабленную прогулку, смешавшись с прохожими, а прочие укрылись в подворотнях.

Объединяло их только одно – полыхающая в сердцах ярость, видная "третьим глазом" как алый факел. Некромант, присмотревшись, протяжно присвистнул – практически все хулиганы на площади оказались вооружены – кто тесаком, кто кортиком, а в проулках собравшиеся шустро разбирали из ящиков стеклянные бутылки, чьи горлышки оказались тщательно замотаны тряпьем.

Вендзей, глубоко вздохнув, сосредоточился. Перед глазами медленно проявился образ площади, украшенной алыми факелами. Горячо, слишком горячо – но вот уже один огонек притух под ледяным ветром неуверенности пополам с робостью, который низвергался из слухового окна, повинуясь пассам некроманта. Вот другой факел изменил цвет на зеленый, цвет ревности, а его носитель, отмахиваясь от недоумевающих товарищей, припустил прочь от площади. Вот недоумение и страх овладели всеми заговорщиками – а значит, настала пора попугать их по– взрослому.

Чародей хлопнул в ладоши. Этот звук заметался по площади, с каждым разом все усиливаясь, впиваясь раскаленными гвоздями в уши хулиганов. Вендзей не знал, что каждый из них видит сейчас – но видения, судя по внешнему виду собравшихся, оказались исключительно неприятны всем.

Еще хлопок – заговорщики побежали, не в силах противиться безотчетному страху, разбившему на осколки все, что еще оставалось от их разума. Колдун, сложив руки на груди, тихо засмеялся – ему нравилась такая работа.


***

Регент мрачно листал отчеты. Судя по всему, выходило: за последние полгода число военных заказов утроилось, причем три четверти из них ушли не в армию, а в Лигитон с Алатаром. Судя по всему, в армии императрица популярностью не пользовалась… или там просто менее гибко относились к понятию чести.

Впрочем, переброска войск из Селая и Солеглота тоже беспокоила – как нарочно, в каждую из дивизий недавно пришло пополнение, прямиком из Высшей военной академии.

– С бумажками разбираешься? – раздался от двери знакомый голос.

– Приходится, – хмыкнул Бональд. – Проходи.

Верховный некромант тщательно запер дверь, задернул шторы, пристроил среди бумаг на столе мутно-серый шарик на подставке, только потом усевшись.

– Эльфы нам помогут.

– Приятно слышать, – регент с облегчением откинулся на спинку кресла. – Уломал все-таки?

– Разумеется, – пожал плечами некромант, и под мантией что-то подозрительно звякнуло. – Вампиры, к слову, сказали: будут соблюдать строгий нейтралитет, а еще попутно деактивировали все свои артефакты.

– Но это… – Бональд в возмущении приподнялся с кресла, – это…

– Это лучшее, что мы можем от них получить, – жестко пояснил чародей. – К слову, ты в курсе – позавчера меня снова пытались убить?

– Ничего не слышал, – помотал головой Бональд.

– Разумеется, – хмыкнул некромант. – Лигитонские диверсанты, "Тени мрака".

Похоже, меня начинают убирать, не считаясь со средствами.

– Охрану усилить? – предложил регент.

– Только зря людей под удар подставим, – хмыкнул некромант и вдруг впился взглядом в глаза Бональду. – Люди никогда не понимают, на что на самом деле способны некроманты. Ты, мой друг, этого тоже не понимаешь.

Паладин поежился – от клубящейся бездны в зрачках собеседника ему стало неуютно.

– Их заданием, в частности, – продолжал чародей, – было: "уничтожить охранные системы дворца". Те самые, на вампирьих артефактах.

– То есть ты сделал их работу? – хмыкнул регент, с трудом приходя в себя.

– Да, – усмехнулся некромант. – Кроме того, сторонний наблюдатель решит: диверсантов убили сразу, а от трупов тут же избавились.

– Так… – медленно сказал Бональд. В его голове вертелись отдельные фактики, постепенно выстраиваясь в стройные линии. – Без допросов, значит. А как мы можем проверить, действительно ли артефакты работают?

– Никак, – ухмыльнулся колдун. – Пока не возникнет нужда их использовать.

Он бесцеремонно вытянул из стопки на столе регента лист бумаги, забрал из рук Бональда карандаш и принялся набрасывать схему.

– По расчетам, взрывы тут и тут, – свинцовое жало прыгало по бумаге, – разрывают связи между блоками, а проклятые камни через три-четыре дня выжгут сами артефакты. Все – по расчетам Лигитона, нас можно брать голыми руками.

– Разве не так? – паладин нахмурился.

– Нет, – некромант плотоядно улыбнулся. – Мы хоть волки в клетке – но если охотник полезет к волку голый…


***

В приемной Богдыся уже ждали. Грузный Кессиг, отдуваясь, выбрался из кресла и поплыл навстречу колдуну.

– Пришел, как только смог. Я правильно понял: дело не терпит отлагательств?

– Да, – чародей распахнул дверь в свой кабинет. – Прошу.

– О, тут я в первый раз, – удивленно пробасил Кессиг, проходя в комнату, и вдруг остолбенел.

– Не обращайте внимания, – некромант, обойдя застывшего гостя, накинул на окровавленный алтарь заляпанную простыню. – Просто эксперимент. Присаживайтесь, Людвиг.

– Да, да, – отозвался гость слабым голосом, сглотнул и осторожно присел на скамью.

– Так вот, – некромант, оседлав стул, пристально глянул на промышленника. – Прошу прощения, Людвиг, что мы вынуждены разговаривать в столь непривычной обстановке, но вы же понимаете – мы не располагаем излишним временем. Мне известно про заказ императрицы.

– Да, он почти готов, – отозвался Людвиг. – Со дня на день мы должны начать выдачу. Но… вы хотите, чтобы мы этого не делали?

– Вовсе нет, – некромант усмехнулся. – Я не хочу рисковать вашей репутацией – как-никак, века безупречной работы в самой сложной обстановке. Я хочу лишь немного уточнить параметры заказа.

– Послушайте, – Людвиг снова сглотнул, – Богдысь… Я всего лишь оружейник. Я не хочу влезать в ваши династические игры…

– Вы живете в Муромине, потому уже в них влезли, – жестко оборвал промышленника некромант. – Мне крайне необходимо ваше содействие.

Гость, искоса глянув на покрытый тканью алтарь, вытер обильный пот со лба.

– Вероятно, я предпочту отказаться, – сказал он неожиданно твердо.

Колдун, ухмыльнувшись, неожиданно впился в зрачки собеседника пристальным взглядом. Тот, слабо охнув, обмяк.


***

Людвиг падал в пропасть. Точнее, он чувствовал падение – каким– то внутренним чувством, а глаза никак не могли подтвердить это: вокруг клубился туман. Туман стелился слоями, изредка его озаряли разноцветные вспышки и слышались голоса.

Именно голоса беспокоили Кессига больше всего – уж очень они были знакомыми.

Мгла вдруг на миг расступилась, он увидел Люси. Та, тоже увидев его, закричала:

"Папочка!", но почти сразу же ей, заткнув рот, уволокли прочь. Уволокли два типа с военной выправкой, в мышиных сюртуках, точь-в-точь похожие на ту парочку, которая посетила Кессига две недели назад, когда он отдыхал на веранде после воскресной службы. Один из похитителей вдруг повернулся к Людвигу.

– Помни, Кессиг, – сказало крысиное лицо. – Твоя семья живет, пока ты служишь нам.

Горло Людвига снова перехватила бессильная ярость, как две недели назад.

"Помни!" Дорого он бы дал, чтобы разделаться с наглецами.

Тело вдруг обрело тяжесть, Кессиг очнулся. Над ним нависло изшрамленное лицо некроманта.

– Теперь все понятно, – задумчиво сказал колдун. – Думаю, Людвиг, мы столкуемся.

Невзирая на все твое нежелание.


***

Жизнь в конторе патронной фабрики «Овод Љ1» не затихала даже ночью. Людвиг медленно поднялся к двери своего кабинета по отчаянно скрипящей лестнице, в который раз напомнив себе сменить ее на железную, пока не дошло до беды.

Внутри кабинета его уже ждали. Знакомое крысоподобное лицо над воротом мышиного сюртука расползлось в злобной ухмылке.

– Срок истек, Кессиг. Мы ждем.

– Товар готов к отправке, – твердо ответил фабрикант. – Я лично провожу вас.

– Пойдем, – незваный гость вскочил, и Людвиг заметил в его руке ключ с биркой "Склад Љ93".


***

У склада уже выстроилась вереница повозок. Человек с крысиным лицом приглашающе повел рукой, протягивая Людвигу ключ.

– Вы тут так все славно разведали, господин шпик! Лучше сами, – буркнул Кессиг, закладывая руки за спину. Человечек, пожав плечами, навалился на створку.

– Вторая партия через две недели, – напомнил Людвигу шпик, потирая руки при виде штабелей ящиков с патронами. – Грузите!


***

Особняк Людвига Кессига тускло сиял занавешенными окнами через ивовые заросли.

Диверсионная группа "Лунный Ястреб" осторожно выдвигалась на позиции. Охрана, вычисленная за пару дней до того, уже спала вечным сном – кого упокили духовой стрелкой в ухо, кого – тихо придушили рояльной струной, кого – зарезали спящим.

– Готовность пять минут, – прошептал командир, бросив короткий взгляд на часы.

Зачарованный циферблат тускло мерцал, видимый только хозяину. – Сейчас она выйдет прогуляться через сном.

Диверсанты разделились: трое метнулись к заднему крыльцу, парочка застыла клочьями мрака у парадного входа, а остальная пятерка рассыпалась по парку, прячась в жасминовых зарослях.

Хенвас, замерев в гуще ветвей, быстро натянул арбалет. Парадная дверь, освещенная фонарями на крыльце, казалось, светится изнутри. Один точный выстрел – гувернантке, потом Сирин с Аскидитом сунут девчонку в мешок – готово! Рыцарь был уверен в успехе – хоть он служил в "Лунных Ястребах" всего полгода, до того он с честью доказал свое право зваться паладином Лигитона – ни разу не провалив порученное дело.

Вдруг до его ушей донесся тихий скрип. Рыцарь осторожно повернул голову, не теряя из виду дверь, тут же вздрогнув – из-за куста, за которым прятался Клист, торчала подозрительно знакомая рука. Полоска кожи между перчаткой и рукавом комбинезона на глазах наливалась синевой.

Засада! Хенвас мысленно выругался. Неужели разведка ошиблась, и охрана успела поднять тревогу? Свистнуло еще раз, а Сирин, который старательно прятался слева от крыльца, обмяк. Еще зловещий посвист – Аскидит замер на земле свертком черной ткани.

На сей раз паладин увидел все – стреляли отравленным дротиком. Похожими лигитонцы сами полчаса назад упокоили половину охранников, но эти оказались в полтора раза больше. И жертвами сейчас стали сами диверсанты.

Скрипнула дверь – как не вовремя! Хенвас понял: неизвестный снайпер пока не заметил его, а это давало шанс довести дело до конца. Краем глаза рыцарь заметил шевеление на раскидистом вязе, что навис над оградой парка. Хорошее место – он бы сам устроился в кроне вяза с величайшим удовольствием, но, к сожалению, не позволила прицельная дальность арбалета. А у неведомых противников, напротив, с дальнобойностью все оказалось намного лучше. Еще пара секунд – девочка тем временем величаво шла по аллейке, желая "спокойной ночи" чуть ли не каждому кусту – арбалетный болт с жужжанием ушел в цель. Хенвас, с удовлетворением услышав сдавленный крик, метнулся к гувернантке, в панике прижавшей к себе девочку.

Снова свистнуло, рыцарь рухнул на дорожку – правая рука взорвалась болью. Хенвас попытался встать, оперевшись на руки, но снова чуть не упал – правая рука превратилась в обгорелую культю. "Слезы дракона" – секретное оружие спецназа ордена Алатар.

Похоже, ставки в игре оказались намного выше, чем сообщил куратор. Зарычав от нестерпимой боли, Хенвас все-таки поднялся на ноги, уцелевшей левой вытягивая из-за спины мешок. Еще пара шагов, еще…

Мир в глазах рыцаря раскололся на огненные искры, канув во тьму.


***

– Идиоты. – Императрица,схватив со стола соусник, с размаху запустила его в антейра ордена Алатар. – Вам ничего, слышите – ничего нельзя поручить! Девка мне нужна была живой – гарантия, что Кессиг сыграет свою роль до конца. Кто знает, о чем они шептались с Богдысем в понедельник? Но вы – вы передрались с лигитонцами, подняли тревогу и в итоге приволокли труп!

Антейр мрачно смотрел на беснующуюся Магду, а лицо его медленно наливалось багрянцем. Императрица же, скользнув к столу, схватила с него пухлую папку.

– Видите? – пропела она. – Это уже пятый год ищет бедняга Гарвиц. Пожалуй, я сделаю ему одолжение. Согласитесь, как все дивно складывается: ко мне приходит маньяк, я, радея за отчизну, придерживаю его при себе – из жалости, оклеветать-то каждого могут! Но факты постепенно подтверждаются, а после вчерашнего – у меня просто не остается другого выбора!

– Вы сделаете это? – не веря своим глазам, просипел Витольд. Он мог поклясться чем угодно: документы уничтожены. А они – целехонькие – на столе у проклятой истерички.

– О, и с удовольствием, – императрица вперила взгляд в антейра. – Я сдам вас Великому магистру Гарвицу. Он будет просто счастлив принести вашу голову Богдысю на блюде – притом даже лично это блюдо вызолотит!

– Чертов Лигитон полез не в свое дело, – пробасил антейр. – Мои говорят – именно их головорезы пристрелили заложницу, когда увидели свою слабость. Ни нашим, ни вашим.

– Ладно, – императрица уже выпустила пар. На нее накатилась невероятная сонливость, и дело с трупом сейчас казалось ей досадной мелочью. – С ними я тоже разберусь. Но помни, Витольд! – перед глазами антейра возник изящный женский кулачок, – еще один просчет…


***

– Чертова баба! – Витольд со вздохом опустился на кожаные подушки кареты.

Возница, подтянутый парень с оловянными глазами в алом мундире послушника, захлопнув дверь, взобрался на козлы.

– Неприятности? – адъютант антейра, сидевший напротив, сочувственно покивал головой.

– Она уже сейчас считает себя выше всех, – проворчал Витольд. – Она на меня кричала. Ты понимаешь, кричала! Да со мной даже Богдысь так не разговаривает.

– Некроманты никогда не кричат, – адъютант поежился, опасливо выглянув в окошко, словно боялся, что лично Верховный некромант притаился на подножке кареты.

– Да даже Бональд, – с раздражением сказал антейр. – Вот от него я бы это снес без обиды. Если бы не Гарвиц – разве ж я бы дернулся…

– Магистру пора на покой, – покивал адъютант.

– А еще Лигитон чертов, – Витольд с раздражением ударил по подлокотнику диванчика. – Десять "Соколов" положили. Десять! Ну, они за это ответят…

– Разработать контрмеры? – адъютант всем телом выразил готовность приняться за работу немедленно.

– А у тебя еще не готово? – рявкнул антейр. – Бездельник. Как приедем – сразу доложи сображения.


***

Интермедия. Шут – Туп, как пень, – гулко разнеслось по тронному залу, а придворные осторожно захихикали. Король подождал, пока веселье уляжется, и ласково потрепал по лысине щуплого мужичка справа. – Не обижайся, друг Алатай. На правду же не обижаются – а ты мне приносишь исключительно дурные вести. Это глупо, друг мой.

Канцлер еле сдержался, чтобы не отбросить жирную липкую ладонь.

– Мой долг – сообщать вам правду, Ваше Величество, – Алатай постарался придать голосу хоть какое– то подобие верноподданичества.

– Да знаю я, – король, отхлебнув вина из бокала, развалился на троне. – Но разве нельзя это сделать как-нибудь… поделикатнее, что ли? Бери пример с графа Аразгелде – с ним всегда интересно! А ты? – король насупился. – Налоги, пошлины, бюджет, расходы, расходы, расходы! – Король в ярости швырнул кубок, и маркиз Поголти едва сумел увернуться от пяти фунтов литого золота. – Ты же знаешь, я запретил упоминать это слово.

– Я во всем следую распоряжениям Вашего Величества, – напомнил канцлер.

– Да, словоблуд ты изрядный, – король мрачно побарабанил пальцами по подлокотнику. – А собутыльник никакой. Брысь с моих глаз – тут сейчас мужчины развлекаться будут!


***

– Двери запереть, никого, кроме посыльных, не пускать, – канцлер с наслаждением опустился в мягкое кожаное кресло. Взгляд пробежался по стеллажам с книгами и документами, на миг задержался на паре натюрмортов на дальней стене, наконец возвратившись к идеально чистому столу.

– Простокваши сюда.

Белая ледяная жидкость успокаивала, а жжение в желудке от переперченной куропатки постепенно стихало. Теперь можно подумать.

Итак, славный король Урса за последние полгода стал весьма строптив и непослушен. Он вдруг полюбил охоту, хотя раньше трясся от любого выстрела, на столе у него частенько появляются проекты указов, напрочь незнакомые канцлеру, а временами он вообще никого не пускает в свои покои. Кроме графа Аразгелде.

Алатай усмехнулся: вся конспирация не стоила даже ломаного фартинга – если заговорщики не придают значения деньгам. Граф, в силу его колоссального состояния, устойчивого даже к многодневным попойкам с многотысячными картежными долгами, как раз о деньгах не думал.

С одной стороны, благотворительность Аразгелде оказалась канцлеру весьма на руку – те же выезды Урсы на природу вставали казне в изрядную копеечку, а ныне за них рассчитывался граф. Но с другой стороны…

На стол шлепнулась пухлая папка. На первый взгляд, листы в ней были совершенно чистыми, но – только на первый взгляд. Алатай, воровато оглянувшись, приложил правую ладонь к столешнице, прошептал заклинание и надавил. Придержав отскочившую крышку тайника, канцлер извлек из углубления небольшую медную лупу, завернутую в фланель.

Уже пятое донесение заставило канцлера протяжно присвистнуть. В последнее время граф весьма успешно рассчитался со всеми своими долгами – даже умудрился прикупить небольшую крепостцу ближе к муроминской границе. Не просто прикупить – восстановить до боеспособного состояния. Алатай нахмурился – "древние охотничьи угодья" Аразгелде оказались совсем неподалеку, а канцлер не верил в подобные случайности.

Он вдруг вспомнил, как с пару недель назад король заявил ему: "Дорогой друг, ты слишком хорошо разбираешься, куда потратить деньги, но ни грана не понимаешь в экономии. Пойми: моя опора – старое, веками проверенное дворянство. Лучшие из лучших хотят защитить меня и королевство – притом, заметь, не прося ни фартинга!" Теперь понятно, кого именно имел в виду король. Значит, Урса собирается сменить фаворита… Интересно, что же его останавливает?


***

– Мой старый глупый друг, – король был уже слегка пьян, а потому – весел и добродушен. – Тыже наверняка не в курсе: у наших соседей намечаются значительные перемены.

– До меня доходили такие слухи, – осторожно заметил Алатай.

– О! – Урса довольно хлопнул ладонями по подлокотникам трона. – Ведь можешь же, когда хочешь. Так вот, я решил: мой монарший долг – поддержать моего царственного брата в тяжкий час. Мы выступаем немедля. Думаю, сотня кавалергардов будут достаточным эскортом.

– А… – ошарашенный канцлер едва отрыл рот, чтобы выяснить подробности, как король его тут же прервал.

– Ты остаешься здесь. Старый друг – ты слишком стар и нелеп для этого похода.

Мне в дороге не нужен шут.


***

– Рад приветствовать, – клок тьмы в углу кабинета рассеялся, и перед канцлером появилась высокая фигура, закутанная в шелковый узорчатый плащ.

"Эффектно", – согласился Алатай, с интересом рассматривая угольно-черные руны на шелке цвета воронова крыла.

– А у вас неплохая реакция, – похвалил канцлера гость, осторожно отводя от своей груди ствол револьвера. – Не беспокойтесь, я не причиню вам вреда. Наоборот, вы извлечете из нашей встречи огромную пользу.

– Неужели? – хмыкнул хозяин. Грубые шрамы на кистях визитера буквально кричали:

"Перед тобой некромант!". – Как дела в Муромине?

– Ни шатко, ни валко, – гость откинул назад капюшон. Против ожидания, на гладко выбритом черепе гостя виднелись только татуировки. – Собственно, потому я прибыл.


***

– Позволю себе откланяться. Приятно иметь с вами дело, – рукопожатие некроманта оказалось крепким, но сама рука – ледяной.

– Передавайте мое почтение императору, регенту и Верховному некроманту.

Визитер отошел в дальний угол, бросил что-то перед собой на пол, тут же пропав в ярко-зеленой вспышке. Канцлер вытер холодный пот – хоть переговоры действительно оказались весьма полезными, он бы многое отдал, лишь бы не встречаться с некромантом еще раз.

Впрочем, это, скорее всего, невозможно – слишком высоки ставки в игре.


***

Факты постепенно сплетались в единую мозаику. Граф, действительно, полез в политику не от великого ума – похоже, его банально используют. Используют, чтобы оторвать Урсу от канцлера – а потом вертеть королем по своему усмотрению. Вот как сейчас – заразить его идеей «неотложной помощи брату– венценосцу» и отправить подальше. Или поближе?

Алатай хмыкнул – благо, своего короля он знал получше многих, отлично представляя его деструктивную мощь. Постоянные пьянки с утра до вечера,

"развлечения", содранные под копирку с рыцарских романов тысячелетней давности, потравы с поджогами – вытерпеть это сможет не каждый. Канцлер небезосновательно сомневался, что дело не дойдет до скандала – Бональд, конечно, паладин в лучшем смысле этого слова, но он Урсе и не подданный. Выбить дурь из соседствующего монарха регент вряд ли сможет – с этим не справился даже Улем III, дед нынешнего короля. Но что Бональд сделает почти наверняка – это заронит в пропитую голову Урсы мысль о войне – немедленной и беспощадной. А разгребать это – опять же, Алатаю.

Выходит, некромант прав – Урсу надо вернуть. Причем – немедленно.


***

Граф Аразгелде умиленно окинул взором готовую к выезду кавалькаду. Да, король будет доволен – а если они еще свернут в Броккен… Граф прищелкнул языком. Да, Броккен! Там уже заготовлена сотня бочек белого – такого, как любит Урса. Будет весело – а восточный друг как раз просил: «Сделай так, чтоб королю было весело!» – По коням! – зычно гаркнул Аразгелде, ставя ногу в стремя. Конь вдруг рванулся в сторону, конюшие всем телом повисли на поводу, стараясь удержать животное, и граф, остервенело бранясь, попытался вскочить в седло. Жеребец встал на дыбы, слуги с воплями разбежались – кому охота свалиться с проломленным черепом?

Аразгелде схватился за луку – аж пальцы затрещали, но наконец закинул ногу на круп.

– А, скотина, – прошипел он. Конь как будто услышал наездника – мигом сорвался в галоп, граф рухнул на булыжники двора, нога с хрустом вывернулась.

– Держи, держи! – раздались вопли. Аркан оплел гибкую шею коня, затем другой и третий. Жеребец снова стал на дыбы, пытаясь освободиться от пут, но лишь добился того, что передние ноги тоже оказались связаны. Наконец, опутанное веревками животное рухнуло, едва не придавив уже потерявшего сознание Аразгелде.


***

Урса, облаченный в фамильный золоченый панцирь, ехал впереди процессии, горделиво посматривая на вмиг пустеющие поля – стоило только подданным завидеть пыль от королевской процессии. Король, величаво поправив корону, дивно шедшую его рыжим с легкой проседью волосам, постарался усесться поудобнее.

– Я уже забыл, какие эти седла жесткие, – пробормотал он. Романтика похода "во спасение монархии и традиций", так ласкавшая слух во дворце, уже начала ему приедаться. Вдруг из хвоста колонны послышались истошные вопли "Ваше Величество!

Ваше Величество, срочное донесение!" – Ну, что у тебя? – раздраженно буркнул Урса, забирая пергаментный свиток у мальчишки– посыльного на взмыленной лошади.

– Срочное донесение, – ответил курьер, облизывая обветренные губы.

Урса поморщился.

– Опять от Алатая, – кинжал с треском вспорол пергамент. – Ну, я же говорил!

"Королю Урсе, лично, срочно.

Верный вам граф Аразгелде, решивший двинуться к вам на подмогу, несчастным образом упал с лошади. Состояние тяжелое. Настоятельно молю государя возвратиться, во исполнение нижайшей просьбы умирающего.

Верный вам, А." – Я же говорил, – трагическим голосом повторил король. – Какое несчастье.

Кругом, в столицу, гони!


***

Некромант устало опустился в кресло напротив регента, потирая виски.

– Устал? – сочувственно спросил Бональд, подвигая к руке колдуна стакан с чем-то прозрачным.

– Вымотался, – чародей, принюхавшись, криво усмехнулся. – Не люблю этих алхимических штучек, ну да ладно.

Богдысь, осушив стакан залпом, закашлялся.

– Мерзость, знаю, – вздохнул регент. – Но к делу. С учетом наших последних действий баланс сил медленно изменяется в нашу пользу. Впрочем, плохо, что это видит и императрица.

– Да, – некромант с интересом глянул на паладина. – А ты постепенно начинаешь разбираться в интригах, мой друг!

– Жизнь заставила, – с неожиданной злобой отозвался регент. – Век бы не знал.

Богдысь расхохотался.

– Ничего, старина. По моим прикидкам, еще пара лет – и все закончится.

– Дожить бы, – с тоской пробормотал регент. – Ладно. Вернемся к делу. Я так думаю, императрица в этом случае может нанести удар даже раньше полной готовности.

– Определенно, – кивнул чародей. – Значит, надо ей подыграть. Помочь ей, так сказать, "потерпеть ряд крупных побед"..

– Потерпеть, значит, – ухмыльнулся паладин. Он, покопавшись в столе, извлек пухлую потертую папку. На обложке крупными буквами синело: "Заклятые друзья".


***

– Ненадежен… – карточка тут же полетела в ярко полыхающий камин. – Жаден…

Просто туп, как пень… Слушай, Бональд, – некромант оторвался от перебирания картотеки с краткими отзывами обо всех, кто за последние пять лет более-менее регулярно наведывался к императрице, – а чем тебе руководство родного Ордена не угодило? Ты их всех знаешь, а оба антейра с Великим магистром – можно сказать, завсегдатаи у нашей Магды.

– У них на это есть две причины, – неохотно отозвался Бональд. – Это ты и я.

– Так, а теперь поподробнее, – чародей пристально глянул на регента. – Когда же это мы успели им так сильно насолить?

– Когда зарезали планы интервенции в Сван.

– Так замечательно, – чародей всплеснул руками. – Думаю, тебе срочно с ними нужно поговорить. Хотя нет, – Богдысь задумался. – Лучше я с ними сам завтра поговорю. Наведаюсь в замок Витгерн – в одиночку.


***

Беленые камни башен Витгерна казались сотканными из тумана и облаков, но Богдысь Салецкий знал: на самом деле – это весьма дорогостоящая элементальная защита.

Трехсотлетний замок, специально выстроенный как главная резиденция ордена Вагат, что называется, в огне не горел, в воде не тонул.

– К Великому магистру, – процедил некромант подбежавшему стражнику. – Шевелись.

Паладин, скривившись, неспешно пошел в караулку, всем своим видом выражая презрение к посетителю. Впрочем, у парадного входа чародея уже встречали.

– Добро пожаловать в резиденцию, – бесстрастно сказал дворецкий. – Верховный магистр Эдулай Альгини готов принять вас. Прошу за мной.


***

Пробираясь по темным коридорам замка, некромант пытался разобраться, что же не так с проводником. Пару раз он даже специально споткнулся, упав на проводника – но под шелковым камзолом обнаружилось вполне материальное тело. Впрочем, подозрения не рассеивались, и наконец колдун понял причину тревоги – от дворецкого ничем не пахло.

Он, не веря своим ощущениям, принюхался тщательнее – но обоняние говорило ему: в коридоре никого, кроме некроманта, не было.

Наконец, коридор вывел чародея в просторный овальный зал, на стенах которого сверкали тысячи свечей. У дальней стены стоял стол, за которым перебирал бумажки Эдулай Альгини. Услышав шаги, он поднял голову, внимательно оглядел гостя и удовлетворенно потер руки.

– Попался!

Секундой позже стол вместе с самим Великим магистром исчезли без следа.


***

Богдысю вдруг стало весело, и огонь тысяч свечек панически заморгал. В совершенно пустом зале смех некроманта, больше напоминавший сухой кашель, звучал весьма неприветливо, но совсем не походил на панический.

– Надо же, угадал, – чародей опустился прямо на чисто выметенный пол. – Ловушка.

Двери не стоило даже проверять: вряд ли тот, кто планировал эту западню, упустил из вида такую мелочь – их наверняка уже накрепко заперли, а теперь спешно замуровывали парой сажен кирпича. Стены же этой "усыпальницы" лучились уже знакомой элементальной защитой – наверняка обошедшейся в цену всего замка, за срочность и секретность.

Впрочем, был в защите крошечный недостаток – совершенно незамеченный строителями. Но нельзя их винить – еще неделю назад никто даже подумать не мог, что откажут защитные артефакты – абсолютно надежные, безотказные и эффективные вампирские артефакты, любимая игрушка некромантов, а также наилучшее средство борьбы с ними.


***

– В одиночку Бональд не продержится даже недели. – Эдулай Альгини задумчиво вертел в руках перо.

– Это так, – согласился седой рыцарь с медальоном антейра на груди. – Только… все равно, мне как-то не по себе.

– Да, Эдулай, – коренастый гном легонько ударил по столу пудовыми кулаками, но полированный дуб загудел, как барабан. – Назови меня старомодным идеалистом – но мы сейчас обсуждаем, почем продать нашу честь. По мне, раз дело дошло до продажи, ни черта она не стоит.

– Бональд предал нас еще раньше, – высокомерно возразил магистр. – Не так, Дрори? Раньше он откликался на любой наш зов, а теперь – "я занят". Не так? Не думаю, что пусть трижды регенту трудно выкроить денек для родного Ордена.

– Не только в Салецком тут дело, – с сомнением отозвался гном. – Ты сам знаешь, какая на нем защита – получше твоей, ты уж извини.

– Тем хуже, – буркнул Альгини. – Значит, продал он нас вполне сознательно.


***

Ночью Дрори Эр-Далину приснился странный сон: словно он вдруг очутился в зачарованном зале глубоко в подземелье замка – именно там, где сейчас заточили некроманта. Богдысь Салецкий сидел напротив гнома на обломке скалы, улыбаясь.

Странно, но чародей вовсе не выглядел побежденным – наоборот, он выглядел откровенно обрадованным собеседнику.

– Ну, здравствуй, паладин. Спасибо, что зашел.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю