Текст книги "Нерушимые обещания (ЛП)"

Автор книги: Никки Эш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 19 страниц)

Глава шестая

Ксандер

– Эй, чувак, я собираюсь принять душ! – я кричу своему соседу по комнате и товарищу по команде Тиму.

Мы только что закончили тренировку, и все ребята планируют пойти в кафетерий поужинать. Общежитие, в котором я живу, предназначено исключительно для спортсменов. Это одна комната на двоих, и у нас общая ванная. Комната не огромная, но вполне приличная. Как и я, Тим специализируется на бизнесе. Обычная специальность для спортсменов. Поскольку мы первокурсники, сейчас мы посещаем только общеобразовательные курсы, но, черт возьми, колледж совсем не похож на среднюю школу. Я всего месяц в этом семестре, а у меня уже проблемы на нескольких занятиях. Если бы мне не помогала Далила, я не знаю, что бы я делал. Я никогда не был прилежным учеником, но, к счастью, у меня есть она, и она чертовски умна.

– Хорошо, мне все равно нужно закончить и сдать задание, – говорит Тим. – Я запрыгну в душ после тебя, – он садится за свой стол и начинает печатать на своем ноутбуке.

Схватив сменную одежду, я приношу ее с собой в ванную, и, раздевшись и убедившись, что вода достаточно горячая, я прыгаю в душ. Ровный поток воды бьется о мои ноющие мышцы, и я поворачиваю шею в попытке расслабить их. Брызгая немного мыла на руки, я намыливаюсь и начинаю мыть свое адски измученное тело. Одна вещь, которую я быстро усвоил о студенческом бале, заключается в том, что тренеры не балуются. Мы встаем каждый день в пять утра на утреннюю тренировку, а когда мы не в классе, мы тренируемся. Мы прошли уже половину сезона и все еще не побеждены. Ребята поддерживают друг друга, и мы все ладим. Они даже готовы время от времени одалживать мне свою машину, чтобы я мог съездить и проведать Далилу. Она перенесла операцию и поправляется. Они проверили и верят, что получили все, что хотели, это является хорошим знаком. Если все пойдет хорошо, она скоро начнет курс химиотерапии. К счастью, Коул и ее родители рядом, так что она никогда не бывает одна.

Одна из вещей, по которым я скучаю дома – это играть в мяч с Коулом. Часами мы снимали обручи и прочую чушь. Хотя ребята в команде замечательные, я скучаю по нашей дружбе. Однако в последнее время я был благодарен за время, проведенное порознь. С тех пор, как мы переспали с Далилой, я несколько раз прокручивал ту ночь, и хотя это могло бы показаться нормальным подростковым занятием – фантазировать о красивой женщине, с которой у меня был секс. Моя проблема в том, что мои фантазии не о Далиле – они о Коуле.

И от одной мысли о нем мой член становится твердым, как сталь. Моя покрытая мылом рука инстинктивно сжимает мой твердый ствол, когда мои мысли возвращаются к той ночи. Обнаженный Коул стоит между кремовых бедер Далилы. Наблюдая за тем, как он пару раз погладил свой длинный, толстый член, прежде чем вложить его в ножны.

Моя рука поглаживает мой собственный член, когда я вспоминаю, как зачарованно наблюдал, как он входит в Далилу. Я был так возбужден, наблюдая, как он входит и выходит из нее, что мне пришлось заставить себя поцеловать ее. А потом, когда настала моя очередь быть с ней, мои глаза на мгновение встретились с глазами Коула, и я мог ошибаться, но я почти уверен, что увидел в его глазах то же самое желание, которое почувствовал сам.

Мои пальцы сжимаются вокруг моего ствола, мой член теперь трахает мой кулак, когда мои глаза закрываются, и я вспоминаю Коула, как он скользил взглядом по моему телу, останавливаясь на моем члене, и смотрел, как я трахаю Далилу, пока не кончил. И в этот момент я знаю, что у меня есть большая гребаная проблема. Потому что, нравится мне это или нет, я влюбляюсь в одного из своих лучших друзей и это не Далила.

Глава седьмая

Далила

– Коул великолепен, – говорит мой папа, сидящий рядом со мной, и я улыбаюсь в знак согласия. Мы с родителями сидим на трибунах школьного спортзала и смотрим последнюю баскетбольную игру Коула перед зимними каникулами, которые начинаются через три недели. Наша баскетбольная команда непобедима, и Коул во многом тому причиной. Возможно, Ксандера больше нет в команде, но Коул сделал шаг вперед, и колледжи определенно обращают на это внимание. Я ненавижу, что была вынуждена пропустить несколько его игр в этом году, но я рада посмотреть, как он играет сегодня, тем более, что это может быть единственная игра, которую я посещаю в этом учебном году.

Прошло три месяца с тех пор, как мне сделали мастэктомию, и, к счастью, все прошло гладко, но я испытывала сильную боль и застряла дома на время выздоровления. Как я и опасалась, я чувствую, что жизненно важной части меня сейчас не хватает. Я чрезвычайно благодарна своей маме, которая заказала мне бюстгальтеры с подкладкой и силиконовую вставку на случай, если я выйду из дома, но никакое количество подкладки или силикона не поможет смягчить разбитость, которую я чувствую, как женщина. Я знаю, что отсутствие одной груди не лишает меня женственности и не делает меня менее женственной, но осознание этого не мешает мне по-прежнему чувствовать то же самое.

Я официально выписана из больницы домой – это значит, что я все еще студентка, но выполняю учебную работу дома, что отстойно, но по большей части я чувствую себя нормально. Доктор Мортон разрешает мне подождать до Нового года, чтобы начать курс химиотерапии, и они собираются использовать более новый препарат, который сократит время моей химиотерапии на треть. Из того, что мне говорили, вероятность того, что я потеряю волосы, составляет всего пятнадцать процентов – хотя я стараюсь не зацикливаться на процентах, поскольку они, похоже, никогда не говорят в мою пользу.

До конца игры осталось всего две минуты, а мы отстаем на шесть. Коул только что украл мяч у другой команды и ведет дриблинг на площадке. Даже после всех этих лет дружбы с Коулом и Ксандером, я все еще понятия не имею, что происходит в игре, кроме того факта, что они делают много бросков в кольцо в каждой игре.

Другая команда преследует его, и когда двое игроков пытаются остановить его, он обвивается вокруг них обоих. Все кричат, когда он добирается почти до корзины. Игрок команды противника останавливается перед ним, вытянув руки, чтобы не дать Коулу выстрелить. Коул выглядит так, будто собирается свернуть направо, но вместо этого начинает бежать налево. Он едва делает шаг в этом направлении, как спотыкается и падает на землю. Толпа ахает, а тренеры бегут к нему.

– Что происходит? – я спрашиваю своего отца, стараясь не думать о худшем. Трудно видеть Коула в объединении всех, кто его окружает, поэтому в моей голове возникают ужасные мысли.

– Похоже, он споткнулся, но уже не встанет, – говорит мой папа. Я встаю, пытаясь мельком увидеть Коула, но не могу. Я чувствую, как у меня в кармане звонит телефон, и когда я проверяю, кто звонит, это Ксандер.

– Эй, я была на игре Коула, и он упал.

– Я знаю. Я вернулся с практики и занимался. Они показывали игру на ESPN. Комментаторы говорят, что он, возможно, порвал свой ACL или MCL. Он держался за колено.

– Я не знаю, что это значит, – говорю я тупо.

– Это означает, что Коул может быть тяжело ранен. Возможно, его не будет до конца года.

– О нет! – я ахаю. Появляются врачи скорой помощи и кладут Коула на носилки.

– Далила, – говорит мой папа, – Давай поедем в больницу. Коулу восемнадцать, так что ты знаешь, что Карсонс не поедут.

– Эй, Ксандер, мы собираемся поехать в больницу.

– Хорошо, пожалуйста, держите меня в курсе. У меня завтра игра, иначе я бы нашел способ спуститься туда.

– Я отправлю тебе сообщение с любой информацией, которую мы получим. Оставайся сосредоточенным и перестраховывайся.

– Будет сделано. Пока.

Мы вешаем трубку, и я с родителями направляюсь в больницу. К счастью, Коул записал моего отца в качестве своего контактного лица в чрезвычайных ситуациях, так что мы можем получать обновления. Коул порвал ACL, и как только опухоль спадет, они смогут провести операцию. Проблема в том, что его государственная страховка не покрывает стоимость операции.

– Я расскажу об этом, – говорит мой отец доктору.

– Сэр, даже после операции есть шанс, что он не будет играть так же, как раньше, и шансы снова порвать ваш ACL еще выше.

– Баскетбол – это его жизнь, – говорит ему папа. – Нужна ли ему операция, чтобы иметь шанс снова играть?

– По моему профессиональному мнению, да.

– Тогда сделай операцию. Я предоставлю биллингу свою информацию, – я смотрю, как мой папа направляется в отдел выставления счетов, и слезы наполняют мои глаза.

– С ним все будет в порядке, милая, – воркует моя мама.

– Я знаю. Мне просто так повезло, что у меня такие замечательные родители, – я обнимаю ее. – Ответственность за него не лежит на ваших парнях, и все же вы платите за операцию.

– Может быть, Коул и Ксандер биологически и не наши, но они твои лучшие друзья, и у них никого нет. Они семья.

Глава восьмая

Коул

– Счастливого Рождества! – Далила запрыгивает на диван, и я стону от боли. – Упс! Мне жаль, – она бросает на меня извиняющийся взгляд, прежде чем сесть на противоположном конце.

Последние четыре недели после операции на ACL я был прикован к этой чертовой кушетке, так что сказать, что я сейчас не совсем празднично себя чувствую, было бы преуменьшением года. Весь этот отдых сводит меня с ума. Я наконец-то могу слегка надавливать на колено, и еще через несколько недель начну физиотерапию. По словам моего врача, мне грозит минимум восемь-двенадцать месяцев отсутствия в баскетболе, что означает, что меня не возьмет ни один приличный колледж, чтобы играть, и даже если бы я это сделал, высока вероятность того, что я получу повторную травму. Черт! Посмотрите на Деррика Роуза. Единственная причина, по которой Буллз оставили его в команде, заключалась в том, что он уже зарекомендовал себя. Я? Я ни черта не доказал, и теперь у меня, скорее всего, не будет возможности это сделать.

Поскольку мистер и миссис Карсон довольно ясно дали понять, что у них нет времени заниматься моей травмой, вмешались родители Далилы и настояли, чтобы я приехал и побыл с ними, пока я выздоравливаю. Мама Далилы даже упомянула, что она рада, что я буду здесь, когда Далила начнет курс химиотерапии на следующей неделе. У нас обоих впереди долгий путь, но, по крайней мере, мы будем под одной крышей.

– Хо! Хо! Хо! Счастливого Рождества, – голос Ксандера эхом разносится по дому, вслед за чем закрывается входная дверь. В Техасе вчера была игра, так что он только сейчас приезжает, и поскольку у них не будет игры до Нового года, он остается на неделю. Поскольку у него нет машины, Джон, отец Далилы, настоял на том, чтобы заехать за ним в TU. В такие моменты, как сейчас, я вспоминаю, что сказала Далила о том, что мы станем ее семьей, и знаю, что она не шутила.

– Сюда, сюда! – кричит Далила. Джон заходит в гостиную, следуя за моим Ксандером, который держит небольшую стопку подарков. – Оооо! Для меня? – Далила спрыгивает с дивана, чтобы схватить их, но прежде чем она успевает схватить подарки, Ксандер поднимает их над головой, где она не может до них дотянуться.

– Эй! – крикнул я.

Она хихикает.

– Дай мне! – она подпрыгивает вверх-вниз, пытаясь дотянуться до Ксандера, в то время как он со смехом качает головой.

– Ксандер, будь поласковее с моей маленькой девочкой, – упрекает Джоанна, подходя и целуя его в щеку. – Счастливого Рождества.

– Счастливого Рождества, – говорит он в ответ, затем опускает подарки, вручая один Далиле, ее родителям, а затем мне. – Это не так уж много, – он пожимает плечами.

– О, прекрати, – говорит Далила, садясь на диван напротив меня со своими родителями. Когда она открывает коробку, у нее перехватывает дыхание. – О, Ксандер! – слезы застилают ее глаза, когда она достает фотографию в рамке из коробки.

Это коллаж из фотографий, сделанных Ксандером за эти годы. Все они черно-белые, и на них все мы трое. Когда нам было тринадцать, Джоанна убиралась в доме и вытащила коробки с фотографиями Далилы. Ксандер упомянул, что у него нет фотографий, потому что его отцу было насрать, чтобы их сделать. На следующий день Джоанна подарила ему фотоаппарат и сказала, что пришло время начать создавать воспоминания. С того дня камера была практически везде, куда бы ни пошел Ксандер.

Далила ставит подарок на стол и встает, обнимая Ксандера.

– Мне это нравится. Спасибо тебе.

Джоанна открывает их подарок следующим, и это прекрасная фотография Далилы и ее родителей с барбекю четвертого июля, которое они устроили в прошлом году.

– Спасибо тебе, дорогой, – говорит Джоанна, обнимая Ксандера.

– Может быть, тебе стоит подумать о специальности в фотографии, – замечает Джон, также обнимая Ксандера.

– Не, это может лишить меня удовольствия, – шутит Ксандер, садясь на тот же диван, что и я.

Я открываю свой подарок, и, как и у всех остальных, у меня тоже есть фотография в рамке. Это единый образ Ксандера, Далилы и меня. Это с того дня, как Далила узнала, что у нее снова рак, когда Ксандер подошел, чтобы мы могли быть рядом с ней. В тот день мы занимались с ней любовью, втроем теряя девственность. После этого Далила настояла, чтобы Ксандер сфотографировал нас троих. Она сказала, что хочет сделать одну последнюю фотографию, прежде чем ее жизнь изменится. На фотографии Далила улыбается в камеру, и для тех, кто ее не знает, она выглядит счастливой. Но поскольку я это делаю, я вижу беспокойство в ее глазах и страх, написанный на ее лице. Ее щеки раскраснелись от только что прошедшего секса. Ксандер тоже смотрит в камеру, его задумчивый взгляд едва заметно улыбается. А я, я смотрю на Ксандера. Мой желудок сжимается, когда я смотрю на фотографию и заставляю себя избавиться от чувств, которые охватывают меня каждый раз, когда я думаю о нашем единственном времени вместе. Мы договорились, что это будет только один раз и мы никогда больше не будем говорить об этом, но с того дня все, о чем я могу думать, это снова быть с Далилой и Ксандером.

– Спасибо тебе, чувак, – говорю я Ксандеру, молясь, чтобы мои смешанные эмоции не просочились в мои слова.

– Не за что, – он слегка кивает и слегка улыбается мне.

– Хорошо! – кричит Далила. – Давайте откроем остальные подарки.

Глава девятая

Ксандер

– Отдайте бутылку, мистер, – Далила поднимает руку и сгибает пальцы в приглашающем жесте.

Коул делает глоток чертовски дорогой водки, которую Далила стащила из винного шкафа своего отца, затем передает ей. Родители Далилы уехали несколько часов назад на вечеринку к деловому партнеру в город. Поскольку сегодня канун Нового года, они решили забронировать номер в отеле на ночь, так что вернутся только завтра. Утром Джон отвозит меня обратно в общежитие, потому что через два дня у меня тренировка, через три игра, а занятия возобновляются на следующей неделе.

– Ты думаешь, это разумно: топить свои печали в бутылке ликера? – спрашиваю я, когда Коул забирает бутылку у Дилайлы и залпом выпивает большую порцию алкоголя.

– Эм... на самом деле мне все равно, – Далила пожимает плечами и делает глоток. – У меня одна грудь, и через три дня я начинаю химиотерапию.

– И я не буду играть в баскетбол в обозримом будущем. Жизнь – отстой, – Коул собирается сделать еще глоток, но я выхватываю бутылку у него из рук, прежде чем он успевает.

– Что ж, у меня осталась всего одна ночь здесь, прежде чем я вернусь в школу, и я бы не хотел тратить ее на то, чтобы наблюдать, как вы двое окончательно поджариваетесь, – я ставлю бутылку на стол.

– Я почти не навеселе! – Далила хихикает и наклоняется к Коулу, чтобы взять бутылку. Она недооценивает свою досягаемость и падает с дивана мне на колени.

– Правда? – сухо спрашиваю я. Я знаю, что она выпила всего пару рюмок, но это явно ударило ей прямо в голову. – Давай посмотрим фильм.

– Ладно, прекрасно, – говорит Далила. – Пойду приготовлю попкорн, – она вскакивает и бежит на кухню, пока я просматриваю фильмы по телевизору, пытаясь найти что-нибудь на заказ. Когда я натыкаюсь на один, который выглядит достаточно интересно – что-то о парне, который является чемпионом по наездничеству на быках. Я спрашиваю Коула, не хочет ли он посмотреть его. Когда он говорит, что для него это звучит заманчиво, я нажимаю «Купить».

Коул отодвигается в конец дивана, чтобы освободить место, и когда входит Далила с большой миской попкорна в руках, она садится посередине, поэтому я сажусь на другой конец дивана.

– О! Я хотела посмотреть этот фильм, когда он вышел на экраны пару лет назад! – восклицает Далила в начале фильма.

Вероятно, мы прошли чуть больше половины фильма, который оказался какой-то смехотворно сентиментальной историей любви, мне следовало догадаться раньше, поскольку на снимке были парень и девушка. Когда главные герои, Люк и София, начинают снимать одежду. Они заканчивают в душе, где парень трахает ее у стены. Мы трое наблюдаем, и, хотя никто из нас не произносит ни слова, сексуальное напряжение в комнате ощутимо.

– Неужели я единственный, кто хочет сделать это снова? – выпаливает Дилайла, и моя голова поворачивается к ней одновременно с головой Коула, наши взгляды встречаются.

– Сделать это снова? – спрашиваю я, хотя точно знаю, о чем она говорит.

– Зайняться сексом, – уточняет она. – Я имею в виду...Я знаю, у меня не хватает груди, но я могла бы не снимать рубашку, – ее голос мягкий, неуверенность сквозит в каждом слове. – Я просто...Мне нравилось быть так близко с вами, ребята. Это было больно, но в то же время приятно, и я прочитала, что в следующий раз больно не будет.

Поворачиваясь всем телом к ней, моя рука обхватывает ее щеку. – Не имело бы значения, если бы у тебя не было груди, ты все равно была бы красивой, – и это правда. Далила – великолепная от природы женщина. У нее красивые карие глаза, которые сияют от каждой эмоции. Ее тело невероятно сексуально с мягким, но плоским животом и круглой, идеальной попкой. А ее пухлые губы, которые хочется целовать, заставляют вас желать прижиматься к ее рту снова и снова. Она никогда не обращала на себя внимания в школе, но так много парней за эти годы хотели забраться ей между ног. Коул и я пригрозили выбить дерьмо из нескольких тех ублюдков, которые говорили о том, что хотели бы с ней потусоваться, зная, что они просто хотели залезть к ней в штаны.

– Ты так говоришь, потому что ты мой лучший друг, – она закатывает глаза, и ее мясистые губы надуваются. Не раздумывая, я наклоняюсь и прижимаюсь губами к ее губам.

– Ты прекрасна, – говорю я снова. – Я думал о том, чтобы мы все снова были вместе, больше раз, чем могу сосчитать, но понимаешь ли ты, что если мы сделаем это, это все изменит?

– Может, это и нормально, – говорит она и поворачивает голову, чтобы посмотреть на Коула. – Никто из нас ни с кем не встречается, так что мы никому не причиняем вреда, – она пожимает плечами. – Секс должен быть с тем, кого ты любишь, а я люблю вас двоих, и не важно, куда заведет нас жизнь, я знаю, что всегда буду любить вас обоих.

Я бросаю взгляд на Коула и вижу, что он застыл в раздумье, поэтому я говорю то, что думаю.

– Я тоже люблю тебя, милая девочка, и если это то, чего ты хочешь, я согласен, если мы дадим одно обещание.

– Что это? – спрашивает Коул, наконец заговаривая.

– Все мы или никто из нас, – мои глаза встречаются с его.

– Согласен, – он кивает головой, его взгляд все еще прикован ко мне.

– Я тоже согласна, – добавляет Далила.

– Я ни хрена не могу сейчас делать, – говорит Коул, глядя на свое колено. – Мне пришлось бы подождать, пока у меня не увеличится амплитуда движений в колене.

– Или... – говорит Далила, наклоняясь и потирая рукой промежность Коула. – Ты можешь посидеть прямо здесь, пока мы с Ксандером сделаем всю работу, – ее голос мягкий и соблазнительный, и мой член подергивается – только я не уверен, что меня возбуждает: тот факт, что Далила трется о член Коула, или то, что он трется об ее руку.

Вместо того, чтобы пытаться разобраться в своих чувствах, я сосредотачиваюсь на Далиле, когда она задирает ноги на диван и встает на четвереньки – ее задница вздымается в воздух – пока она расстегивает ремень Коула.

Мои руки перемещаются к ее бедрам, и я стягиваю ее крошечные шорты вниз, прихватив с собой трусики. Она игриво виляет попкой, и я шлепаю ее ладонью по одной из ее ягодиц. Отпечаток моей руки тут же становится красным, когда она издает низкий стон, говоря мне, что ей нравится то, что я только что сделал. Будучи подростком, у которого был только один сексуальный опыт, я посмотрел изрядную долю порно, поэтому, когда я смотрю на круглую задницу Далилы у себя перед носом, мой разум перебирает каждое видео, которое я когда-либо смотрел, желая знать, сработает ли то, что я видел на видео, в реальной жизни. Если я раздвину ее ягодицы и оближу ее задницу, ей это понравится? Или, если я раздвину ее бедра и опущу голову вниз, облизывая прямо ее щелочку, кончит ли она так же сильно, как женщины на видео? В последний раз, когда мы были вместе, я съел ее точно так же, как я видел, и, святое дерьмо, Далила кончила.

Мои глаза скользят по ее телу к Коулу, и я вижу его твердый, как гранит, член в ее кулаке. Ее голова наклоняется к его члену и загораживает мне обзор, но это не мешает мне представлять, как ее губы обхватывают головку его члена, отсасывая ему. И одна эта мысль вызывает у меня желание оказаться внутри ее тугой киски. Но сначала мне нужно отвлечь ее, потому что в каждом видео, которое я когда-либо смотрел, в каждом фильме, который я видел, парень убеждается, что о женщине позаботились, прежде чем он отвяжется сам.

Переворачиваясь на спину, я придвигаюсь всем телом к Далиле. Я чертовски высокий, так что мои ноги свисают с подлокотника дивана, но это сейчас меня беспокоит меньше всего.

– Раздвинь ноги, милая девочка, – говорю я ей, и она повинуется, раздвигая для меня бедра. Я возвращаюсь прямо к ее киске и, схватившись руками за округлости ее задницы, приступаю к работе, вылизывая ее. Я ничего не вижу, пока облизываю ее клитор, но я слышу ее стоны и чувствую, как она теряет кон троль, когда скачет верхом на моем лице, ее мокрая пизда трется о мой рот. Мои пальцы поднимаются и касаются ее соков, скользя ими вверх к ее заднице. Затем медленно я ввожу один палец в ее узкую дырочку. Она прижимается ко мне сильнее, стонет громче, а потом кончает прямо на мое чертово лицо.

Приподнимая ее ногу, я выхожу из-под нее как раз вовремя, чтобы увидеть, как она заглатывает член Коула целиком. Я приподнимаю ее тело и перемещаю его между его бедер. Она продолжает отсасывать у него, пока я натягиваю презерватив. Затем, слегка приподнимая ее задницу, я толкаюсь в ее теплую, влажную киску и трахаю, сейчас она не такая тугая, как я помнил. Используя ее бедра как рычаг давления, я вхожу выхожу из нее. Мой взгляд встречается с взглядом Коула как раз перед тем, как он закрывает глаза и откидывает голову назад.

– Я уже близко, – бормочет он, его слова заставляют меня трахать Далилу сильнее. Желая еще раз доставить ей удовольствие, я протягиваю руку и нахожу ее клитор. Она сопротивляется моим пальцам, но я не сдаюсь, массируя этот маленький гребаный бугорок, пока она не начинает кричать от оргазма, ее ноги дрожат, а ее и без того тугая киска выдавливает дерьмо из моего члена.

– О черт! – Коул стонет, его глаза открываются и встречаются с моими. – Я кончаю, – предупреждает он ее, его пристальный взгляд не отрывается от моего, когда мы оба кончаем в Далилу одновременно.