Текст книги "Очешуенная история, или Драконья распродажа в Аргарии (СИ)"

Автор книги: Ника Калиновская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 21 страниц)

Глава 12. Кот, хомяк и доля сарказма

Алисандра

Обратный путь оказался на удивление лёгким. Лес больше не давил на грудь липким страхом и не пытался пробраться в мысли тревожными шорохами. Я даже поймала себя на том, что иду и всё время жду подвоха – будто где-то за следующим поворотом снова ощутится прежняя тяжесть, снова сожмутся пальцы, а дыхание станет прерывистым.

Но ничего такого не случилось.

Деревья стояли спокойно, не шелохнувшись, и небо между кронами выглядело даже приветливо. Слишком спокойно. Я бы даже сказала подозрительно спокойно. Я всё ещё не могла поверить, что лес отпускает нас вот так, без происшествий.

Мы уже почти добрались до опушки, когда я заметила, как долго мой дракон молчит. Идёт рядышком – бесшумно, почти не ступая по траве, словно тень. Ни одной саркастичной фразы, ни подкола, ни фырканья. Я даже начала сомневаться – не сбежал ли, пока я задумалась?

Повернулась проверить – нет, не сбежал. Чешуйчатый шел чуть позади, и не проронил ни слова с тех пор, как мы покинули хижину Евдокии. Обычно к этому моменту он уже успевал отпустить пару колкостей или, в крайнем случае, драматично закатить глаза. Сейчас же – ни звука. Только мерный шаг и отстранённый взгляд, будто его и рядом не было.

Я пыталась убедить себя, что парень просто задумался. Возможно, переваривал сказанное или придумывал очередную шутку, чтобы выдать её в самый неподходящий момент. А когда мы выбрались из леса и добрались до знакомой тропинки, всё стало как-то буднично просто. Вон и карета стоит, будто мы не на приём к легендарной провидице ходили, а просто прогулялись за город. Дракон молча открыл дверцу, придерживая её, и я, не раздумывая, заняла своё место. Мой спутник уже привычно устроился напротив, а дальше нас обоих накрыла какая-то неловкая и гнетущая тишина.

Лошади потянули карету в сторону замка, пейзаж за окном медленно сменялся, а я всё ждала – сейчас-то он точно скажет какую-нибудь колкость. Или фыркнет. Или закатит глаза, как обычно. Но нет – сидел, уставившись в пространство, мрачный и задумчивый, словно пророчество о конце света.

Выдержать такое молчание было выше моих сил. Я резко повернулась к чешуйчатому и, не особо подбирая слова, выпалила:

– Слушай, можешь считать меня мазохисткой, но мне не хватает твоих колких и ехидных шуточек. Когда ты вот так молчишь – это пугает. Здается, ты мне не всё рассказал о том, что узнал у провидицы. Так ведь?

Дракон поднял на меня глаза. Помолчал ещё пару секунд, а потом – тяжело вздохнул, картинно развернулся на своём сидении и, с той самой грацией, что обычно оставляют для бала, опустился на одно колено прямо на коврике у моих ног.

– Принцесса, простите мне моё недостойное молчание, – начал он торжественным тоном. – Обязуюсь впредь ежедневно поставлять три порции сарказма, два с половиной обидных замечания и один эпичный фырк.

Парень театрально прижал ладонь к груди и чуть склонил голову:

– А теперь прикажите – вернуться в лес, сгореть от стыда или, по старой рыцарской традиции, повыть на луну?

Я сначала застыла, а потом не сдержалась – фыркнула, рассмеялась, и чем дальше, тем громче.

– Ну, вот, – выдохнула, вытирая слезинку со щеки. – Уже лучше. Я даже почти поверила, что все в порядке.

– Почти? – с деланным оскорблением вскинул он бровь. – Я что, должен ещё и носить твои тапочки?

– Хомяка покорми для начала, а там посмотрим, – подмигнула в ответ.

– Понял. Один шаг от принцессы – и теперь я уже штатный слуга с манией величия. Великолепно.

Мой собеседник легко вернулся на своё место и устроился поудобнее, скрестив руки за голой спиной и вытянув ноги вперёд. Я вновь посмотрела в окно с лёгкой улыбкой на губах. Ну вот. Теперь всё стало на свои места.

Хотя бы сейчас я могу немного расслабиться и хоть на минутку перестать думать о том, что так и не получила внятной подсказки по поводу своей магии.

– «Чуть сильнее, чем у остальных...» – хмыкнула я про себя, вспоминая слова провидицы. Будто это хоть как-то объясняет, почему меня всю жизнь держали под колпаком, а на каждом занятии рядом обязательно дежурил кто-то из учителей.

А стоило мне только попробовать использовать силу самостоятельно – как в тот день после инициации – и манекен превратилсяя в уголь, а я сама чудом осталась цела. Хотя, какое там чудо… Полупрозрачное крыло моего "подарка" тогда возникло быстрее, чем я успела испугаться. И кто знает, что было бы, не вмешайся парень в мою "тренировку".

Так что спасибо, конечно, Евдокия, за анализ, он просто "сокровище". Чуть сильнее, говоришь? Очень обнадеживает.

Кристоф Драгонийский

Вернувшись обратно в предоставленную мне комнату, я прошелся из угла в угол, машинально оглядываясь, словно ожидал, что из шкафа выпрыгнет ещё один артефакт с функцией слежки. Потом вышел на балкон, прикидывая расстояние. Нет, в пределах здания нить вела себя тихо – будто и не было её вовсе. Но стоило хоть мысленно представить, как кто-то из нас выходит за пределы замка, как внутри тут же начинало неприятно тянуть, будто кто-то дергал за позвоночник изнутри.

"Охранка" сработала, вопросов нет. Но меня терзало одно "но".

Евдокия говорила, что мы с принцессой связаны. Что нить между нами. Только вот... А что, если она ошибалась? Или – ещё интереснее – не ошибалась, но кое-что недоговаривала? Ведь магистр мог и не удосужиться привязывать меня напрямую к Алисандре. Что, если вся эта связь – не с ней, а с её браслетом?

Логично же. Предмет силы, артефакт, якобы контролирующий магию. И, вполне возможно, работающий как якорь для меня. Я прислонился к перилам и усмехнулся.

– Старуха говорила, я пойму, когда придёт время. Отлично. Ждать – не мой конёк. Так почему бы мне это самое время не поторопить?

А ещё у меня появилось стойкое подозрение, что мне не понравится ни один из вариантов. Я только начал размышлять, с чего бы начать этот гениальный план по «тороплению времени», как в поле зрения что-то шевельнулось. Я резко обернулся.

Кот прыгнул на подоконник. Устроился, как у себя дома, и махнул хвостом, будто так и сидел. Но нет, я-то точно знал: когда заходил в комнату, его тут не было. Я оглянулся на дверь – всё ещё закрыта изнутри. Ни щёлочки, ни шороха, ничего.

– Ты что, сквозь стены ходишь? – пробормотал я, нахмурившись.

Кот лениво зевнул, даже не удостоив меня внятным ответом, и начал вылизывать лапу, словно его не особенно интересуют мои экзистенциальные вопросы. Я прищурился, наблюдая за хвостатым. Тот всё ещё делал вид, что занят исключительно своим шерстяным хозяйством.

– Слушай, – негромко начал я, – между нами, ты, случайно, не тот самый кот, которого мне велели кормить?

Мягкий взгляд из жёлтых глазищ был невыразительным, но уж слишком осмысленным, чтобы списать его на кошачью пустоту.

– Если да, то нам стоит как-то договориться. Ты предпочитаешь молоко? Или сразу фазан под соусом? – Я подошёл ближе и остановился в паре шагов от подоконника. – Просто уточняю… вдруг ты гурман, а мне ведь жить с тобой, похоже. А к сожительству надо подходить с уважением.

Кот остановил вылизывание лапы, медленно повернул голову и… мяукнул. Тихо, негромко, но с каким-то подозрительным оттенком согласия.

– Отлично. – Я кивнул, скрестив руки на груди. – Значит, ты меня понимаешь. Или, как минимум, наслаждаешься моей болтовнёй. Что ж, в таком случае… добро пожаловать в мой и без того весёлый мир.

Я еще немного понаблюдал за хвостатым, который теперь устроился клубочком прямо на моей подушке, будто всегда тут жил.

– Ну что ж, раз ты меня понимаешь, пушистый, перейдём к допросу с пристрастием. – Я медленно опустился в кресло напротив, сцепив пальцы в замок. – Начнем с простого. Какого славра ты связан с Евдокией?

Кот даже ухом не повёл.

– Я серьезно. Не верю, что она просто так заботится о твоём питании, так что выкладывай. Ты шпион? Надзиратель? Или личный представитель этой ведьмы в моём временном аду?

Ответа, ожидаемо, не последовало. Зато кот потянулся, зевнул – демонстративно, с издёвкой – и перевернулся на другой бок.

– Ладно. Значит, будешь молчать. Тогда пойдём по-другому. Можешь ли ты мне как-то помочь избавиться от этой... привязки? – Я слегка поморщился, озвучивая вслух то, о чём старался не думать. – Ну, ты понял. Браслет, нить, взаимная привязанность, душевные страдания. Всё вот это.

Кот, видимо, выждав драматическую паузу, поднял голову и... икнул. Или это был смешок? Вот теперь я точно не уверен.

– Ага. Очень смешно. Значит, ты считаешь, что это бред, да? Или что я сам должен до всего допереть, как взрослая умная рептилия?

Ответа не последовало. Только очень невинное умывание, как будто мне только что не ткнули лапой в больную тему.

– Что ж, пушистик... Тогда, как говорится, чем ларг не шутит, – пробормотал я, вставая. – Если ты всё-таки не просто кот, а мистический пушистый посредник, то передай своей хозяйке, что я всё понял. Почти. Ну, или делаю вид, что понял. Это же считается?

Кот снова мяукнул. И я почему-то решил, что это было «считается».

Не знаю, может, это был разговор сам с собой. Но чем славры не шутят… В конце концов, всегда приятно поболтать с умным существом. Или в моем случае… с драконом. Я усмехнулся, поднимаясь из кресла и бросив последний взгляд на пушистого наглеца, растянувшегося на моей подушке так, будто это его комната, а не моя.

– Ладно, сторожи здесь, представитель магической разведки. Я пока пойду... принцессу проведаю. Надо узнать, как там дела с обедом-завтраком. Потому что я, между прочим, голодный, – проворчал вполголоса, направляясь к двери. – И если ты к тому времени не исчезнешь – приберегу для тебе пару кусочков. Только не привыкни.

Кот не ответил. Лишь по-человечески закатил глаза. Кажется, я его немного утомил.

– Вот так всегда, – хмыкнул. – Даже коты считают, что у меня слишком длинные монологи…

И отправился искать Алисандру.

А стоило мне выбраться из комнаты и сделать буквально первый шаг в коридор, как я тут же врезался… в Алисандру. Принцесса явно стояла перед дверью уже какое-то время – топталась на месте, словно не решалась постучать. Застигнутая врасплох, она ойкнула и отступила на полшага, а я усмехнулся:

– На ловца и зверь бежит, – прокомментировал встречу, окинув девушку ленивой улыбкой. – А я как раз к тебе собирался, – добавил, поправляя рукав рубашки. Да-да, в этот раз я уже был одет прилично и больше не напоминал сбежавшего из шахт каторжника в одних штанах.

– Ко мне? – удивилась она, вскинув брови.

Я кивнул самым серьезным видом:

– Есть-то мы сегодня будем? Если что, то я не поклонник новомодных диет, где надо целый день страдать от голода и делать вид, будто это мне приятно. Так что, если королевская кухня еще не объявила забастовку, я бы не отказался от чего-нибудь съедобного. Желательно в больших количествах и, разумеется, прямо сейчас.

– Да-да, конечно… я именно потому к тебе и шла, – быстро заговорила Алисандра, будто оправдываясь. – Кота нашёл? Я хомяка на всякий случай велела еще раз покормить. А то вдруг он действительно голодает… Ведь не даром же нам Евдокия про питомцев говорила, правда?

– Угу, говорила, – кивнул я, делая шаг в сторону и открывая перед своей собеседницей дверь. – Кот дрыхнет у меня на постели, как будто всегда там жил. Можешь сама посмотреть.

Я пригласил принцесску войти, а сам отошёл к стене и скрестил руки, наблюдая за тем, как она переступает порог. И тут началось самое интересное. Этот обожжённый гад, представляете, развалился на полу у самой двери, словно подслушивал нас весь разговор. А как только дверь распахнулась – вскинул голову, вытянулся, прижал уши и изобразил такую несчастную морду, будто я тут его как минимум пытался дрессировать с хлыстом в руках и без обеда.

– Да у него талант, – хмыкнул я. – Просто прирождённый драматург.

Алисандра переступила порог комнаты (а вместе с ним и шерстяного страдальца) и на пару секунд задержалась в проходе, будто набиралась смелости. Я жестом пригласил её войти, отойдя в сторону. Кот, словно истинный хозяин, даже не шелохнулся на скромненьком коврике у порога.

– Ты ведь еще что-то узнал от Евдокии? – Негромко начала принцесса, обходя взглядом комнату и останавливаясь у стола. – Я всё думаю об этой поездке... и у меня не уходит ощущение, словно ты что-то утаил. Нечто действительно важное. Такое, что, скорее всего, нам обоим не понравится.

Я молча пожал плечами, хотя внутри что-то откликнулось – она ведь и правда не ошиблась на этот раз.

– Так ведь? – спросила уже тише, в упор глядя мне в глаза.

Я только открыл рот, чтобы ответить, когда в комнату заглянула её помощница – девица в форме, с вечно торопливым выражением лица.

– Ваше Высочество, Его Величество ждёт вас у себя. Срочно, – девушка поклонилась. – А для вашего... г-гостя и его питомца накрыт обед в столовой. Прямо по коридору, потом налево.

– Отлично, – протянул я, пока Алисандра выпрямилась, сдерживая раздражение. – Похоже, нас с котом тоже наконец признали членами королевского дома. Почётное место возле миски и два куска жаркого вместо одного – чувствую, как растёт мой статус.

Моя собеседница хмыкнула, но на лице её застыла тревожная тень.

Мы вышли из комнаты вместе. В коридоре девушка свернула направо, тогда как я, по указанию горничной, собрался идти налево, но не сдержался и обернулся. Принцесса шла с прямой спиной, шаги ее были чуть резче, чем обычно, а вид настолько сжатый, что я все же не стерпел:

– Если станет совсем туго – просто дёрни за нить. Я вломлюсь и распугаю всех своей коронной улыбочкой. Работает безотказно, даже на особо стойких аристократах.

Принцесса обернулась и бросила на меня прищуренный взгляд, явно пытаясь понять, шучу ли я. Я же продолжил, как ни в чём не бывало:

– Можешь даже придумать для этого сигнал. Один – если тебе угрожает опасность, а два – если нужна моральная поддержка или… ну, спинку потереть, например.

Я расплылся в самой невинной и ободряющей улыбке, на какую только был способен, глядя прямо в глаза девушке. Алисандра застыла, тряхнув головой, а потом, конечно же, покраснела.

– Ты невыносим… – буркнула она и резко отвернулась, ускоряя свой шаг.

– Зато какой полезный! – крикнул я ей в спину, довольно усмехаясь.

Надеюсь, принцесске стало немного легче.

Глава 13. Наша связь

Алисандра

Вот же… ГАДИНА-М!

Нет, это ведь надо так извернуть всё, что я теперь вместо того чтобы предаваться вполне логичным переживаниям перед встречей с отцом, едва ли не хохочу на весь коридор. Спинку он мне… потереть собрался! Да ещё с такой невинной мордашкой, что его бы не на кухню, а в театр – играть лисиц в детских сказках.

Я всё ещё тихо фыркала, прижав пальцы к губам, пока не добралась до нужной двери. Выражение лица срочно требовало капитальной корректировки. Отец, конечно, любит меня… Но на встречу с ним с идиотской ухмылкой идти – такое себе удовольствие. Я встала перед дверью, пару раз глубоко вдохнула, выдохнула, разогнала все мысли о чешуйчатых массажистах… и шагнула вперёд, открывая створку уже с тем самым выражением лица, которое отлично сочетается с моим титулом и предстоящим разговором.

Я вошла в кабинет, стараясь держаться сдержанно и уверенно. Просторное помещение утопало в солнечном свете, пробивающемся сквозь высокие окна, а запах старой бумаги, чернил и чего-то древесного создавал ощущение уюта – если, конечно, уютом можно назвать "мастерскую" правителя.

Отец сидел за массивным письменным столом, склонившись над каким-то документом. Его перо уверенно скользило по строчке, ставя в конце размашистую подпись. Лишь после этого он поднял на меня взгляд – внимательный, чуть усталый, но неизменно тёплый.

– Как съездила? – поинтересовался, откладывая бумаги в сторону и вставая.

Его Величество жестом указал на диван у окна, и я, кивнув, направилась туда, аккуратно устраиваясь на мягких подушках.

– Даже не знаю, что сказать, – призналась, скрестив руки на коленях. – Ответов от провидицы я толком не получила, зато загадок стало ещё больше.

Я встретилась с отцовским взглядом, немного помолчала, и всё же задала вопрос, который не выходил у меня из головы с самой дороги:

– Пап… А мама действительно пострадала от её силы? Просто Евдокия сказала, что в моей магии нет ничего страшного. – Слова прозвучали тише, чем я собиралась. Но атмосфера в кабинете лишь сделала их весомее.

Король задумался. Его взгляд стал рассеянным, словно он смотрел не на меня и не на стены кабинета или расстеленный ковер, а гораздо дальше. Глубже. Туда, где прятались его воспоминания. Пальцы чуть сжались на подлокотнике, будто он и сам не заметил, как на секунду снова оказался в прошлом.

Я не прерывала эту хрупкую тишину, не перебивала, а просто ждала. Знала – сейчас прозвучит то, что действительно важно.

– Мы не слишком распространяемся об этом среди окружающих, – наконец сказал отец, и голос его стал глуше, – но ты… ты носишь в себе силу нашего рода, а потому имеешь право знать.

Я чуть склонила голову в знак согласия, хотя внутри у меня все сжалось от напряжения. Отец продолжил:

– Магия рода… гораздо сложнее и многограннее, чем мы себе можем представить. Это не просто стихия, не дар или способность. Это… поток. Живая сила, которая выбирает сама, как и через кого проявляться. Никто из ныне живущих так и не понял до конца её сути, и уж тем более – причины, по которой она иногда становится… опасной.

Правитель замолчал, и я уловила лёгкое колебание в его голосе. Он что-то вспомнил – что-то важное, но, возможно, слишком болезненное, чтобы говорить об этом прямо. Отец вздохнул, медленно поднялся и прошёлся к окну. За стеклом мягко переливались солнечные блики, зелень сада успокаивала глаз, но в его взгляде не было покоя.

– Когда магия пробуждается, – заговорил он снова, не поворачиваясь, – она делает это по-своему. Иногда мягко, почти незаметно, а иногда… вырывается наружу, словно шторм или буря, разрушая всё, что попадается на ее пути. В нашем роду было немало тех, кто не справился с этим, кто стал заложником собственной силы.

Я тихо сглотнула, чувствуя, как ладони сжимаются в замке на коленях.

– Мама? – прошептала я. – Она…

– Пострадала, – кивнул мой собеседник. – Не физически. Но магия будто оставила в ней пустоту, забрала что-то… важное. И никто так и не понял, что именно. Мы пытались... и лекари, и маги, и хранители. но всё было бесполезно.

Его Величество развернулся ко мне, и в глазах его я впервые увидела не короля, а родителя. Настоящего, живого и уставшего человека, который просто хочет уберечь свою дочь.

– Вот почему я боялся этой силы в тебе, Сандра. И вот почему мы надеялись, что браслет поможет удержать её, пока ты не станешь сильнее.

– Но если я никогда не стану… достаточно сильной? – едва слышно спросила.

Отец опустился рядом, взял мою руку и сжал её.

– Ты не одна, малыш. Мы рядом: и я, и твой… подарок. Кстати, как он тебе? – Отец взглянул на меня внимательно, но не строго. Скорее – с интересом, как будто в его голове уже был вопрос, на который он хотел получить честный ответ. – Мне доложили, ты поехала к провидице не одна., а со своим... – он хмыкнул, – новым спутником. Приручаешь?

Я замялась. Честно говоря, сама не знала, как на это ответить. Взгляд скользнул к окну, потом вернулся к отцу. Он всё ещё ждал.

– Ну... пытаюсь, – пробормотала, неуверенно пожав плечами.

Король приподнял бровь.

– Пытаешься приручить дракона? – усмехнулся он. – Смело. Только смотри, не окажись прирученной сама.

Я опешила, но он уже продолжал более мягче:

– Ладно, это все старческое ворчание. Просто помни – с этим «подарком» всё может быть не так просто, он не похож на остальных. И если между вами что-то происходит – не спеши делать выводы. Присмотрись. Но не бойся.

Правитель встал и чуть повернулся к окну, словно собираясь завершить разговор, но всё же добавил:

– И не стоит чувствовать себя одинокой. Особенно с такими… необычными спутниками.

Я вышла из кабинета медленно, почти на цыпочках, словно боялась спугнуть это странное послевкусие от разговора. Ошеломление было приятным – тот редкий случай, когда отец не ругал, не наставлял и не читал мораль, а просто… говорил. Давал советы спокойно и без нажима, словно наконец признал, что я выросла. Что могу сама выбирать, ошибаться, делать выводы и снова идти. Наконец меня приняли не просто как дочь, а как равную. И это было… странно, а еще очень по-настоящему.

По переходу я шла задумчиво, не замечая, как ветер треплет полы платья, как цветущие лозы на арках шепчутся между собой, словно обсуждая дворцовые новости. Они были усыпаны мелкими, но яркими цветами, и я машинально провела пальцами по лепесткам ближайшего – шелковистые и почти невесомые.

И тут взгляд скользнул вниз, во двор… и зацепился. Прямо посреди травяного газона, совершенно не стесняясь, развалился мой чешуйчатый «подарочек». Он лениво потягивался, подставляя лицо полуденному солнцу, и, судя по довольной физиономии, ничуть не страдал от отсутствия общения. Ну конечно.

– Значит, говоришь, спинку готов потереть… – хмыкнула я, а губы сами собой сложились в усмешку.

И в этот момент в голове вдруг ясно всплыло ощущение – то самое, когда в лесу между нами засветилась связь. Я зажмурилась, на секунду представив её снова. Серебряная нить. Тонкая, но ощутимая. И… о чудо – она действительно появилась, засверкала прямо перед глазами и тянулась вниз, туда, к моему чешуйчатому возлежателю.

Я зависла. А потом, ведомая внезапным порывом, решительно дёрнула.

Кристоф внизу тут же вздрогнул, его плечи нервно подскочили, и парень резко оглянулся по сторонам, будто в него прилетела неведомая магическая оса. Я чуть не рассмеялась. Дракон безошибочно поднял голову и уставился прямо на меня, щурясь на солнце. Я в ответ лишь подняла бровь и очень невинно помахала пальчиками.

Его лицо перекосилось в знакомом выражении «а-ну-погоди». А я, довольная, повернулась и неспешно направилась дальше по галерее. Настроение определённо улучшилось.

Кристоф Драгонийский

Обед был царским. Или, если уж придираться к деталям, то королевским. С настоящими фарфоровыми тарелками, серебряными приборами и блюдами, которые были не только в изобилии, но и настолько вкусными, что я пару раз чуть не пустил скупую драконью слезу счастья.

Мы с котом, как ни странно, заняли предложенные нам места. Причем не как попало, а вполне официально. Пушистому не просто выставили миску в уголок – для него приготовили специальное место для кормления, с мягкой подстилкой, фарфоровыми мисками и даже небольшой сервировкой. Кажется, я начал подозревать, кто из нас тут настоящий любимчик короны.

Меня же, как уважаемую чешуйчатую персону, пригласили к отдельному столу. И надо сказать, перечень угощений внушал уважение к придворным поварам. Там было всё: мясо, овощи, ещё мясо, булочки, суп – и снова мясо, на всякий случай.

Я покончил практически со всем, что находилось в моей части столовой, и, сыто вздохнув, откинулся на спинку стула. Как же хорошо. Вот оно, настоящее королевское признание: не в подношениях, не в фанфарах – а в жареном кролике с чесночным соусом и гарниром из печёных корнеплодов.

Однако сидеть просто так в благостной сытости оказалось неожиданно скучно. Я поёрзал, зевнул, поиграл когтем с краем салфетки и уже собирался отправиться обратно в свою комнату, когда взгляд вдруг упал на стеклянную дверь, ведущую во внутренний дворик.

Там виднелись скамейки, ухоженные кусты, и, что особенно важно – тень. Мягкая, манящая тень, в которой вполне можно было… полежать. А почему бы, собственно, и нет?

Я устроился как полагается уставшему герою: прямо на мягкой лужайке, среди идеально подстриженной травы в тени дерева, которое, кажется, специально росло тут, чтобы прикрывать меня от полуденного солнца. Руки за голову, глаза прикрыты, ноги вытянуты – живи да радуйся.

Минут на шестьсот с каждого глаза я точно рассчитывал. Мир был спокоен, желудок сыт, кот дрых где-то в кустах, и даже птицы щебетали как-то особенно ненавязчиво. Всё шло идеально… пока где-то в районе лопаток не зачесалось. Сначала несильно: так, будто муха присела. Потом сильнее, и тут меня словно кто-то уколол изнутри. Не больно, но настойчиво, словно мне кто-то невидимый сунул палец под ребро и проверил, живой ли я.

Я рывком сел, чуть не приложившись лбом о собственное колено, и затравленно огляделся по сторонам.

– Да что ж за... – пробормотал я, хлопнув себя по спине, словно пытался вытрясти оттуда невидимую букашку.

И тут меня осенило: нить. Она дёрнулась. Резко, ощутимо, почти как сегодня утром, когда я впервые продемонстрировал её наглядно. Кто-то её натянул – и не "кто-то", а очень даже конкретная особа с венчиком из проказ и ехидства на голове.

Поднял взгляд и, конечно же, вот она. Стоит себе на балконе, смотрит на меня как на любимую игрушку, которую можно дразнить – и ничего ей за это не будет. Улыбочка у девушки была такая... самодовольная. Мягкая. Провоцирующая. Без стыда и совести.

Я вздохнул так тяжело, что рядом мирно спавший кот недовольно шевельнулся в траве.

– Ну, погоди, принцессочка... – процедил я, прикрыв глаза рукой, – доберусь – вычешу тебе и спинку, и капризы, и остатки здравого смысла. С крыльями впридачу.

И, почему-то, был уверен: желание будить отдыхающего дракона после этого у неё точно пропадёт. По крайней мере – в ближайшие минут пятнадцать.

А в ответ услышал лишь лёгкий, короткий смешок – не то чтобы насмешливый, но уж точно довольный.

– Ну надо же… – пробормотал я, поднимаясь с травы и лениво стряхивая со штанов несуществующую пыль. – Один лёгкий дёрг – и дракон вскакивает. Удобно. Почти как будильник… только с когтями. И злопамятный.

На балконе, опершись на перила, стояла Алисандра. Выражение у неё было самое что ни на есть победное – руки скрещены на груди, подбородок чуть вздёрнут, в глазах перемешались насмешка, вызов и – что особенно настораживало – откровенный интерес. Похоже, принцесса была в ударе.

– Связь работает! – сообщила она с такой гордостью, будто только что сама смастерила магическую нить и провела полевые испытания.

Я вскинул бровь, чуть склонил голову и усмехнулся:

– Мои поздравления. Вы только что активировали функцию “дракон по вызову”. Правда, предупреждаю: этот экземпляр хоть и с инструкцией, но с характером. И побочными эффектами.

– А, между прочим, – хмыкнула она, прищурившись, – ты сам предлагал «спинку почесать». А теперь, выходит, на попятную? Только я дернула – и сразу обиделся? – Губы девушки дёрнулись в знакомом жесте – между усмешкой и "смотри у меня".

Отмахнувшись, она неспешно развернулась и, словно не заметив мою реакцию, легко скрылась в глубине дворца. Шла чуть пританцовывая, явно дразня, и с тем самым выражением, которое бывает у людей, уверенных, что сделали первый ход и ждут, как ты теперь будешь выкручиваться.

Я прищурился, проводя пальцами по нити, всё ещё слегка дрожащей в воздухе. Лёгкое напряжение, отклик на её отдаляющиеся шаги. Она тянет. Играет. Проверяет, как далеко можно отойти, пока я не среагирую.

– Ах ты ж… дергательница серебряных связей, – пробормотал, покачав головой.

Ну ничего. Она сделала первый ход. А значит – мой черёд отвечать.

Мысленно усмехнувшись, я резко развернулся и направился к стеклянным дверям, ведущим внутрь. Галерея, пару поворотов, короткий обход – и я, по всем правилам стратегии, выйду в нужный коридор раньше, чем Её Высочество туда доберётся. Её покои как раз в том крыле. Чтобы обогнать, мне придётся попотеть, но это того сто́ит. Чую, будет весело.

И, как я и ожидал – именно так, как по нотам – мы встретились там, на лестнице, в лучах заходящего солнца, пробивающегося сквозь витражные окна. Я стоял внизу, прислонившись к перилам, а опринцесска как раз вышла на верхнюю площадку и замерла, уловив мой взгляд.

– Ну что, играем дальше? – произнёс я, без лишней спешки, глядя на Алисандру снизу вверх с той самой лениво-хищной полуулыбкой, которая всегда действует как надо. – Или ты правда надеялась, что у нашей нити только одна функция – дёргать дракона по настроению?

Она медлила. Брови чуть изогнулись, глаза сверкнули – кажется, собиралась что-то ответить, но я не дал ей времени. Внутри всё сжалось – то ли от азарта, то ли от любопытства – и я потянул. Не сильно, но достаточно, чтобы серебристая искорка дрогнула в воздухе.

Принцессу повело вперёд, и она сдавленно пискнула:

– Эй! Подожди! Я же... это же был эксперимент!

Но было уже поздно. Она не сопротивлялась – по-настоящему не сопротивлялась – и я шагнул вверх по ступеням, подставляя руки ровно в тот момент, когда моя соперница потеряла равновесие и со всеми королевскими сантиметрами грации приземлилась прямо мне в объятия.

– Ну вот, эксперимент завершён, Ваше Высочество. Поздравляю – оба живы. Пока, – прошептал я, чуть склонившись к её лицу, где пылали яркие щёки. – А теперь, внимание на инструкцию: не дёргать дракона без причины. Может обидеться. Или, чего доброго, ответить тем же – и тогда держись крепче.

– Я же сказала – это был эксперимент! – пробормотала девушка, глядя мимо меня, будто пытаясь сохранить хоть каплю достоинства, хотя в моих руках ей было вполне удобно.

– Да я и не против. Только, знаешь ли, эксперименты имеют свойство возвращаться. Особенно если ты с такой решимостью их инициируешь. Вот теперь ты в моей власти, госпожа. Я держу – ты падаешь. Всё честно. Вопрос лишь в том, насколько тебе это нравится.

Она резко посмотрела мне в глаза: брови вверх и возмущённый вздох. Чуть сжалась в руках, но не вырвалась.

– Ты – невыносим!

– А ты – неисправима, – хмыкнул я, не отпуская. – В следующий раз дёргай с умом. А то мало ли… вдруг я отвечу.

– Это было... угроза? – буркнула Алисандра, отворачиваясь, но ее пунцовые на вид уши выдали всё настроение.

– Скорее уж предупреждение, – мои пальцы сжались на талии девушки сильнее, после чего я все же ослабил хватку.

Моя собеседница сразу же резко отстранилась, торопливо – хоть и стараясь сохранить достоинство – поправила платье, а затем, будто ничего не произошло, вскинула подбородок и гордо пошла вверх по ступеням. Прямая спина, величественная осанка – всё при ней. Вот только шаг выдал: уж слишком он был быстрым для невозмутимой принцессы.

Естественно, я не мог не смотреть ей вслед. А когда взгляд зацепился за чуть дернувшееся плечо, не сдержал усмешку и фыркнул. Вот ведь... Надёргала себе, а теперь делает вид, что всегда так изящно падает в мужские объятия. Удачи ей, конечно. Но, забегая вперёд, предупрежу: я внизу не дежурю.

И да, если она думает, что одной этой выходкой всё и закончится… то ошибается. Потому как я, пожалуй, сегодня тоже немного поиграю в "дёрни за нить". Чисто в воспитательных целях.