Текст книги "Очешуенная история, или Драконья распродажа в Аргарии (СИ)"

Автор книги: Ника Калиновская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 21 страниц)

– Знаешь, принцесска, – отозвался он с ленивой усмешкой, – а я ведь и сам начинаю тебя побаиваться.

– И правильно делаешь, – усмехнулась, отходя на пару шагов от него. Один жест – и магическая защита зала вспыхнула знакомыми рунами. Я прикрыла глаза, касаясь внутреннего источника. Он отозвался с неожиданной легкостью.

Сконцентрировавшись, сформировала на ладони пульсирующее пламя. Оно будто ждало лишь этого – свободы. Я метнула огненный сгусток в сторону манекена, и…

Взрыв. Гулкий, яркий, с жаром, от которого на секунду пересохло в горле. Манекен расплавился внизу, словно был из воска, но я едва успела это заметить, потому что в следующий миг над мной раскинулось полупрозрачное, защищающее крыло.

Я застыла.

– Какого ларга... – выдохнула, ощущая, как сердце пропустило удар.

Я обернулась.

Он стоял рядом. Его взгляд был не просто внимательным – острым, словно у хищника. А за плечами – настоящее крыло. Полупрозрачное, но при этом покрытое чешуей. Не иллюзия и не эффект. Настоящая частичная трансформация.

– Ты ведь не можешь обращаться, – прошептала я, потрясённо глядя на застывшего в шаге от меня дракона. – На тебе же ограничитель…

Кажется, меня сейчас больше удивила не сила собственной магии, которая вдруг пробудилась после стольких лет подавления, а то, что этот… гад чешуйчатый смог воспользоваться частичной трансформацией.

Глава 7. Моя тайна, твой секрет

Кристоф Драгонийский

– То есть... – я прищурился, поочерёдно глядя то на дымящийся манекен, то на девушку. – Тебя сейчас совершенно не волнует, что ты едва не разнесла, на минуточку, защищённый тренировочный зал? А заботит исключительно моя частичная трансформация?

Она даже не моргнула. Просто смотрела на меня, хмурясь, будто я только что признался в каком-то преступлении. Удивительно. Хоть бы спасибо сказала за то, что не позволил ей спалить саму себя.

Я подвигал плечом, ощущения в котором отзывались лёгким побаливанием, сбросив с него остатки чешуи, и невольно вздохнул. Да, спалился. Показал то, что не должен был показывать. Особенно сейчас. Особенно ей. Но, с другой стороны... кто ж знал, что она вздумает запускать огненные шары, едва сбросив мантию.

Инстинкты сработали быстрее, чем я успел подумать. Годами отточенная реакция – защищать, укрыть, заслонить. Даже если разум приказывал держаться в тени. Даже если это ставило под угрозу всё, что я старательно скрывал.

Впрочем, если уж быть честным, я не был уверен, чего именно мне стоило бояться сильнее: её огня… или её вопросов.

– Думаешь, это менее важно? – спросила принцесса, подходя слишком близко, что вызывало у меня легкий дискомфорт.

Я не отступил. Прежде всего потому, что драконы не пятятся. Даже если в них сверлит взглядом девушка с огнём в руках и внезапно обострённым чувством уверенности в себе.

– Ну… – я чуть наклонил голову, словно задумавшись. – Вопрос спорный. Смотря что считать более опасным: твой фаерболл или мою харизму.

Она фыркнула, и в уголке её губ мелькнула почти-улыбка. Едва заметная, но настоящая.

– Харизма? Так ты это называешь? – хмыкнула она, скрестив руки на груди. – А я думала, это хроническое самодовольство.

– Принцесса, я бы обиделся, да только у меня в запасе ещё с десяток подобных диагнозов. И все неизлечимы, – отозвался лениво и, как бы между делом, сделал полшага вбок, чуть сбив темп её напора.

Но моя собеседница не дала себя запутать.

– Что ты умеешь? – спросила неожиданно, в упор. – Помимо того, как раздражать, оскаливаться и прятаться за сарказмом?

– Очаровывать, спасать от скучных разговоров, демонстративно молчать в нужные моменты... – загибал пальцы я. – Ах да. Ещё умею избегать вопросов. Особенно таких.

– Значит, скрываешь... – её голос стал чуть ниже и внимательнее. – Ты знал, что это случится или понял, что ограничение снято? Почему ты не удивился? Откуда ты...

– Ты мне льстишь, – перебил спокойно. – Возможно, я просто хорошо прикидываюсь умным? Или ты, принцесса, переоцениваешь мои аналитические способности.

– Или ты врёшь, – не отставала она. – И врёшь довольно уверенно.

– Привычка, – пожал плечами. – Врать, когда задают слишком личные вопросы. Особенно если я связан и в ошейнике.

Алисандра замерла, и на миг между нами повисла тишина. Её глаза не отрывались от моих. Не гнев. Не страх. Интерес. Опасно глубокий. Такой, в который лучше не нырять без страховки.

Я почувствовал, как между нами сгустилось напряжение. Будто весь воздух вокруг стал чуть плотнее и чуть горячее. Она шагнула ближе. Я не отступил.

– Ты ведь не просто дракон, – сказала девушка тихо.

– А ты не просто принцесса, – парировал я.

Мы замолчали. Наши взгляды сцепились – слишком плотно, слишком остро. Лица оказались опасно близко. Ещё чуть-чуть – и... Ну вот. А ведь день начинался так скучно.

– Ты слишком много хочешь знать. Порой это бывает опасно, – усмехнулся я и, прежде чем она успела задать ещё один свой колкий вопрос, щёлкнул собеседницу по носу.

Для неё, скорее всего, это было высшей формой наглости. Для меня – попыткой сбежать.

Да, я отступил. Не выдержал этого взгляда в упор. Не смог противостоять, когда она стояла так близко, дышала почти в унисон. Аромат трав, смешанный с магией и вызовом, стучал в голову куда сильнее здравого смысла.

Странная она какая-то. По всем правилам, должна быть надменной, холодной, сдержанной, как положено юной аристократке. Как все те, что в королевствах – и в этом, и в моём родном. Но вместо этого я увидел смелую и любознательную девчонку, которая не побоялась ткнуть пальцем туда, куда не стоит. Подобралась опасно близко. Слишком близко к моей тайне.

Будто мало мне было того, что некоторые аргарийцы уже подозревают, кто я. Будто мало ошейника, заклятий и этой идиотской клятвы молчания, которую я сам себе навязал. И вот теперь ещё она – принцесса, мелкая хитрюга, которая рвёт защиту не силой, а простым: «А почему ты не удивился?»

Нужно срочно придумать, как её отвлечь или сбежать, пока не стало ещё хуже. Пока я не сломался – не перед властью пленивших меня людей, а перед ней.

Я уже всерьёз подумывал притвориться глухонемым. Мало ли – авось сработает.

Как вдруг… сухой, отрывистый звук, словно кто-то изнутри приложился всем телом к стене, раздался прямо над головой. Мы с принцесской синхронно дёрнулись и уставились на витражное окно, выходящее в сад. Всё бы ничего, но вибрация явно пришла не снаружи, а изнутри. Воздух дрогнул, как будто магия решила резко покашлять.

Мгновение – и прямо посреди зала с тихим, но гордым хлоп материализовался вестник. Ну, точнее… то, что издали могло сойти за вестника. Потому что вместо грозного магического посланника перед нами возникло что-то… округлое. С коротенькими ножками, маслянистой лысиной и выражением лица, будто его выдернули из постели ровно за минуту до завтрака.

Он отфыркнулся, пригладил балахон, изо всех сил попытался изобразить важность, но это получалось у него с той же грацией, с какой бегемот изображает балерину.

– Ваше Высочество, вы должны немедленно прибыть в малый тронный зал. Срочно. Вопрос государственной важности, – торжественно объявил он, будто не срочное сообщение передавал, а новость о дефиците булочек в королевской пекарне.

Я едва удержался, чтобы не захохотать, но Алисандра оказалась быстрее и более искрометной:

– Фыр. Ну конечно. Столько пафоса – а в итоге появляешься ты. Магия и драматизм у нас, как обычно, не согласовали действия.

Вестник обидчиво вскинул подбородок – насколько он у него вообще наличествовал – и с достоинством исчез, оставив после себя лёгкий запах корицы и неожиданного стыда.

– Идём, – тем временем пробормотала принцесса, закатывая глаза. – Если это снова «важное», как в прошлый раз, я уже морально готова разочароваться.

Я, не отставая, двинулся следом и буркнул почти себе под нос:

– Надеюсь, хотя бы булочки дадут.

Коридоры замка встретили нас привычной торжественностью. Солнечный свет лился через высокие арочные окна, скользил по отполированному мрамору, цеплялся за позолоту старинных доспехов, будто сама архитектура решила повыпендриваться.

Алисандра шла с видом человека, которому уже известно, что у корня всех проблем – чьи-то глупости. Её шаги были быстрыми и уверенными. Я же плёлся позади, изображая покорность и внутренне прикидывая, не исчезнуть ли в ближайшей нише под видом старинной статуи.

Конечно, она это заметила.

– Внутрь тебя вряд ли пустят, – произнесла моя собеседница, не оборачиваясь. – Так что придётся подождать за дверями. Только давай без сцен, пожалуйста.

– Ну, раз уж ты добавила «пожалуйста», – я приложил ладонь к груди, – то попробую ограничиться лишь одинокой слезой и томным взглядом в потолок.

Девушка фыркнула, но шаг свой не замедлила.

– И не думай, что наш разговор окончен, – уже более серьёзно добавила она. – Я всё ещё хочу получить ответы на свои вопросы. Так что советую тебе хорошенько обдумать их, пока будешь скучать в коридоре.

– О, я всегда мечтал о размышлениях под присмотром двух гвардейцев и гобелена с изображением твоего предка. Прекрасная атмосфера для самокопания.

– Отлично, – отозвалась принцесса с полуулыбкой. – Может, наконец найдёшь в себе остатки здравого смысла.

Я воздержался от ответа, но мысленно начал составлять список способов замаскироваться под мебель.

А когда мы подошли к массивным дверям тронного зала, нас уже ждали. Вернее – ждал помощник короля: идеальный кандидат на роль живого устава. Выправка, взгляд, подбородок, будто натянут на ось. В лице читалось благородное страдание – как у человека, который вынужден мириться с чужими ошибками на фоне собственного совершенства.

Он оценил меня взглядом, который можно было бы использовать как уровень – ровно настолько он был бесстрастен.

– Принцесса, – слегка склонил голову. – Ваш отец уже ожидает. Куда прикажете определить… вашего спутника?

Алисандра остановилась, повернулась и окинула меня критичным взглядом. Сверху вниз. Медленно. С таким выражением, будто она только что осознала, что по ошибке подписала контракт с моим диким сородичем. Я буквально чувствовал, как в её голове вычёркиваются галочки – «внешний вид: провал», «поведение: сомнительно», «существование: обсуждается».

– Накормить, – сказала она тоном врача, озвучивающего неприятный, но нужный диагноз. – И подыскать ему… подходящие штаны.

Я едва не задохнулся.

– До этого их, значит, всё устраивало, – пробурчал себе под нос, – а теперь – на тебе, штаны не по стандарту… чудесно. А про подслушать разговор – можешь забыть.

– И не устраивай сцен, – добавила она, уже уходя. – Вернусь – проверю наличие штанов лично.

О, как благородно.

Помощник смерил меня внимательным взглядом, после чего обернулся к застывшему рядом с ним слуге:

– Покормить и одеть. Без излишеств, но прилично. Приказ принцессы.

И исчез вслед за ней, оставив меня наедине с молчаливым лакеем. Тот смерил меня с головы до ног и сделал шаг в мою сторону с видом человека, у которого давно заготовлена коллекция «приличных штанов». Я только надеялся, что без кружев.

И не в клеточку, пожалуйста.

Алисандра

Малый тронный зал встретил меня неожиданной тишиной. Ни толпы придворных, ни вездесущих советников, ни даже стражи у стен. Почти пусто. Лишь один человек – мой отец – стоял у высокого окна, заложив руки за спину, и задумчиво смотрел куда-то вдаль, будто пытался разглядеть, не растут ли за горизонтом новые проблемы.

Я сделала шаг внутрь – пол под ногами едва слышно скрипнул, – и в тот же миг Его Величество обернулся. Лицо короля сразу изменилось: в глазах мелькнуло облегчение, плечи чуть опустились, и он с выдохом шагнул вперёд.

– Ты что-то хотел? – спокойно спросила я. Когда никого постороннего рядом не было, мы вполне могли себе позволить обойтись без официальных титулов и церемоний, к счастью.

– Алисандра! Где ты пропадала?! Я едва не потерял тебя! – вспыхнул отец, и я едва удержалась от закатывания глаз.

Ну вот, опять. Драма, паника, трагедия столетия. Хотя... Я сбегала с приёма? Да. В который раз? Наверное, в сорок восьмой. И что? Разве это новость?

– Папа, я всего лишь ушла на пять минут… – начала, но правитель перебил:

– Без сопровождения. Без предупреждения. Во дворце. В такой день.

Я тихо вздохнула и скрестила руки на груди.

– Ты, как всегда, преувеличиваешь, – сказала я мягче, чем могла бы. В его голосе звучала не только раздражённость, но и явная тревога. А это уже не могло не задеть.

Мне стало интересно, что же случилось такого, что даже моя предсказуемая попытка улизнуть вызвала у монарха едва ли не панику.

– Или, наоборот, приуменьшаю, – ответил он уже тише, и голос прозвучал тяжелее, чем прежде. – Я всё это время старался уберечь тебя… Но теперь понял: лучше рассказать тебе всю правду.

Я удивлённо уставилась на отца, не сразу осознав, насколько серьёзно он это произнес. Щелчок пальцев – и по стенам зала пробежали тонкие магические искры. Легкое потрескивание, знакомое ощущение, будто воздух стал гуще. Помещение отрезало от внешнего мира, и оно моментально сжалось в кокон тишины.

Мгновение – и я поняла: нас действительно никто не услышит. Ни случайный придворный, ни невидимые уши, которые в любом дворце всегда есть.

– Пап, ты меня пугаешь, – тихо сказала я, подходя ближе. Он стоял напряжённо, не поворачиваясь. Я заглянула в лицо человека, державшего в руках королевство, пытаясь прочитать, что именно так его встревожило.

Несколько секунд Его Величество молчал. Потом медленно прошёл к одному из кресел и опустился, не так, как садятся монархи, а как человек, которому стало тяжело держать на плечах нечто большее, чем корону.

– Ты знаешь, Сандра, у всех представителей аристократии магия сильна. Это уже не тайна. И чем древнее род, тем глубже и опаснее может быть его сила. Особенно у женщин. У нас, по женской линии… – король поднял взгляд, и в нём на миг мелькнуло что-то почти священное, – передаётся дар, который способен менять не просто судьбы, а целые континенты. Истинная сила, древняя, как и само королевство.

Я застыла, не сразу поняв, к чему он клонит. Но отец уже продолжал, медленно, будто вспоминая каждое слово, каждый взгляд, каждый выбор.

– Твоя мама… Она тоже происходила из рода с такой же силой. Сильного, но скрытного. Когда мы познакомились, она была не просто прекрасной девушкой – она была носительницей энергии, которая могла, если её не сдерживать, поглотить целые города. Но ты бы её увидела тогда – юная Камелия всегда умела держать себя в руках. Словно льдинка с пламенем внутри.

Я села рядом, уже не перебивая. Он смотрел куда-то мимо, словно видел её прямо сейчас, в отблеске света на мраморе.

– Сначала Ками стала моей невестой. Потом – королевой. Никто не сомневался, что она справится. И я тоже не сомневался… пока не появились первые звоночки. Когда она забеременела тобой.

Монарх помолчал, сложив руки на коленях.

– Беременность никогда не была препятствием для женщин нашей крови. Магия обычно затихает, уступая место телу. Но с твоей матерью всё было иначе. Слишком рано начали происходить… всплески. То стены в покоях начинали дрожать от необъяснимых импульсов, то покрывало на ложе самовозгоралось прямо у нас на глазах. Она смеялась, говорила, что это просто «гормоны». А я… – он сжал пальцы в замок, – я слишком хотел ей верить. Не придал значения. Подумал – пройдёт.

Тяжёлый выдох сорвался с его губ.

– Но ты уже тогда была особенной, Алисандра. И мы слишком поздно это поняли.

Глава 8. Я не виноват, правда!

Кристоф Драгонийский

Меня наконец-то накормили. А ведь ещё несколько минут назад я и не подозревал, насколько успел проголодаться. Еда была простой, но вкусной – ни следа привычных аристократических излишеств, никаких странных специй, вызывающих подозрение, и, к счастью, никаких попыток меня отравить. Я ел молча, сосредоточенно, как будто каждую ложку нужно было заслужить. Слуга стоял неподалёку, бесшумный и терпеливый, дожидаясь, пока я доем.

А стоило мне отложить приборы, как он бесстрастно кивнул и жестом указал следовать за ним. Мы пересекли несколько коридоров и остановились у двери, за которой скрывалось помещение, внешне напоминавшее душевую кабинку. Только вот душ оказался не совсем обычным, а магическим. Видимо, кто-то особо умный решил не рисковать и не поручать моё омовение обычному слуге. Ошейник, кандалы – всё ещё при мне, но они не могли полностью защитить не владеющего магией трудягу.

Я шагнул внутрь и на мгновение застыл, не зная, чего ожидать. Но магия окутала меня мягко, словно тёплый пар. Лёгкие потоки энергии скользнули по коже, убирая грязь, пыль и усталость. Не просто чисто – свежо. Словно я не мылся, а подремал пару часов в уютной постели. Тело стало лёгким, и даже мыслей в голове поубавилось – настолько, что я чуть не заулыбался от неожиданного облегчения.

А когда я вышел, меня уже ждали с одеждой. Кожаные штаны, мягкая светлая рубаха – ничего лишнего, но на удивление удобно и, как по волшебству, в точности моего размера. Всё, как приказывала принцесса.

Я усмехнулся. Конечно, Алисандра не могла допустить, чтобы её подарок выглядел неряшливо. Представил её в очередной раз с этим её вычурно приподнятым подбородком и лёгкой, почти ленивой ноткой в голосе, когда она произносит приказы. Даже это, как ни странно, внушало определённую уверенность.

Ну а когда с "облагораживанием" подарка было покончено, меня снова повели по коридорам, которые ожидаемо меняли цвета – стены, ковры, мозаики на полу. Они переливались от одной цветовой гаммы к другой, как будто весь дворец был расписан в зависимости от ранга или принадлежности. И в тот момент, когда стены окрасились в бирюзовые оттенки, я понял: мы приближаемся к крылу Алисандры. Здесь я уже бывал – пусть и недолго, но успел кое-что запомнить.

Слуга не сказал ни слова. Открыл двойные двери, жестом приглашая внутрь, и бросил короткое:

– Ждите здесь. Никуда не выходить.

После чего скрылся так быстро, что мне показалось – он просто растворился в воздухе.

Так я и оказался в просторной гостиной. В ней не было ничего лишнего – и при этом всё казалось избыточным. Бирюзовые шторы, подушки, ковёр, мраморные стены, инкрустированная мебель, лёгкий запах чего-то сладковатого и дорогого в воздухе. Здесь я ещё не был, но всё говорило о том, что стиль – тот же, что и в остальной части крыла, продуманный до мелочей. Даже огонь в камине не горел – он сиял, тихо переливаясь иллюзорными искрами.

А посреди всей этой красоты – я и… подарки. Очень много подарков. Ящики, коробки, свёртки, вазы, драгоценные шкатулки. В углу – клетка, прикрытая тканью, из-под которой доносилось редкое фырканье. Надеюсь, там не очередной хищник.

Я прошёлся по комнате, не торопясь и разглядывая убранство. Утопающая в бирюзе роскошь начала утомлять спустя пару минут. Я подошёл к ближайшей коробке и приподнял крышку – внутри что-то блестело. Украшения? Сувениры? Конкуренты!

Кажется, я оказался в компании остальных «подарков».

На столе стояла небольшая клетка. Решётка блестела, будто её отполировали специально к визиту высоких гостей. Я наклонился и заглянул внутрь. Ну разумеется. Тот самый хомяк, о котором утром с таким пафосом упоминала Алисандра. Он сидел на опилках, грыз что-то с ленивой деловитостью и делал вид, что я его абсолютно не интересую.

– Ну как ты поживаешь, мой несостоявшийся завтрак? – усмехнулся и постучал пальцами по прутьям.

Ответом мне стало наглое фыркание. Этот мелкий комок шерсти действительно фыркнул. Не взвизгнул, не спрятался, не побежал по кругу от страха – фыркнул.

– Он ещё и возмущается, – пробормотал я, приподнимая бровь.

Но не успел я даже пальцем погрозить наглецу, как вдруг где-то внизу у другой клетки, что стояла на полу, что-то тихо щёлкнуло. Я обернулся – и успел заметить, как кошачья лапа с завидной ловкостью отщёлкивает замок.

А вот это уже интересно.

Я аккуратно отставил хомячью переноску подальше – на всякий случай – и сделал шаг в сторону, оставив себе хороший обзор. Из клетки выскользнула тень. Плавная, грациозная и слишком уверенная в себе. Полосатая кошка – крупная и явно не домашняя – вышла, потянулась с неприличным удовольствием и совершенно без стеснения осмотрела гостиную, как будто решая, на каком диване будет дремать после полдника.

Я наблюдал молча. Нет, ну правда – у меня тут не просто конкуренты появляются. У меня тут целая делегация самоуверенных даров, и каждый при этом с характером.

Все случилось в один миг. Я даже глазом моргнуть не успел, а ведь при моих-то драконьих способностях это, мягко говоря, тревожный звоночек. Неужели старею?

Наглая кошачья морда метнулась вперёд, мгновенно засёкшая грызуна на столе. Мышечный рывок, распахнутая пасть – и я уже понял, что не успеваю. Хомяк был обречён. Я, честно говоря, даже слегка приуныл: он-то фыркал с таким достоинством, почти как настоящий вельможа… жаль кроху. Не заслужил он такой бесславной участи.

Комок шерсти взвился в воздух, целясь прямо в клетку. Щёлк – крышка открыта, ещё секунда – и пухляша не станет. Как вдруг – вспышка. Что-то мигнуло в воздухе, сорвавшись с интонацией недовольного возмездия, и в следующую секунду в кота врезался настоящий сгусток пламени. Тот взвизгнул и отлетел назад, врезаясь в подушку, где и остался лежать с выражением глубокой душевной травмы на обгорелой морде.

Помещение моментально наполнилось запахом горелой шерсти. Да уж. Аромат королевских покоев.

– Какого лагра… – только и смог выдохнуть, ошарашенно уставившись на место преступления. Хомяк невозмутимо жевал что-то в углу клетки, как будто огненное шоу происходило на другом конце континента.

Именно в этот момент дверь мягко скрипнула, и на пороге появилась Алисандра.

– Что здесь происходит? – поинтересовалась девушка, оглядывая гостиную с приподнятой бровью и лёгкой тенью подозрения в голосе.

А я застыл. Весьма эффектно, между прочим. И даже дыхание затаил. Потому что ну вот как, скажите мне на милость, я теперь объясню принцессе, почему в её приемной кот выглядит словно неудачная попытка устроить шашлык?

Тем более, если я расскажу правду – мне самому вряд ли кто-то поверит.

Алисандра

– Магия нашего рода не просто сильна, Алисандра. Она разрушительна. И не только для врагов, но и для тебя самой.

Голос отца был спокоен, но в этих словах таилась тяжесть, которую не скрыть ни тоном, ни размеренностью речи. Я сидела напротив, на краю кресла, с выпрямленной спиной и сжатыми пальцами. Не в кулаки – я всё ещё была принцессой, – но так, чтобы он не заметил, как дрожат мои руки.

– В твоей крови – огонь. Его слишком много. Он не ждёт, не накапливается, как у других. Он горит сразу. Постоянно. Если не находить ему выхода, он начнёт выжигать всё изнутри. – Правитель помолчал. – Постоянный слив энергии – единственное, что может тебя уберечь. Потому я и приобрёл для тебя столь… специфический подарок.

Я почувствовала, как в груди что-то холодеет. Как будто я уже давно знала, к чему он ведёт, но не хотела верить. А король тем временем продолжал:

– Драконы – прирождённые поглотители магии. Ни один другой вид не справился бы с подобным. Сначала я рассматривал дикого – но где гарантия, что он не взбунтуется или не сгорит от твоей силы? С обращённым всё иначе. Он устойчив, привязан и обязан подчиняться.

Я подняла взгляд на отца. Не властелина, не правителя – мужчину, который всю жизнь боролся с чужими амбициями и собственными страхами. И впервые почувствовала страх не за себя, а за того, кого он выбрал мне в… компаньоны.

А если ты ошибся, папа? Что, если он не сможет защититься от моей магии, и та его погубит? Если, вместо спасения, я получу новую смерть – не свою, а его? Я не задала этих вопросов. Не смогла. Отец и так несёт слишком много. Зачем ему ещё и мои сомнения?

Поэтому я лишь молча кивнула, позволив разговору закончиться. Заметив мое спокойствие, Его Величество откинулся в кресле, устало прикрыл глаза, давая понять, что на этом всё.

Тем даже лучше. Я поднялась, поклонилась отцу и вышла из малого тронного зала. Там, за его дверями, мир всё ещё был жив, звенел и дышал. А еще он ждал меня – вместе с тем, то должен был удержать меня на грани выгорания.

Я вернулась в своё крыло, но вместо того чтобы сразу войти в покои, остановилась у двери. Руке хватило бы секунды, чтобы повернуть ручку, но ноги будто приросли к полу. Моя комната была всего в паре шагов, а я всё стояла и разглядывала бирюзовые узоры на стене, как будто могла вычитать в них ответы на свои сомнения. Ответов, разумеется, не находилось.

Я не знала, сколько времени так простояла – может, минуту, а может, и десять – пока тишину не нарушил странный звук из гостиной. Что-то со проскрежетало, а потом последовал какой-то глухой удар... и отчётливый кошачий вопль, в котором угадывалось всё: возмущения, испуг и лёгкая паника.

Дверь в гостиную я распахнула решительно, и тут же застыла на пороге, не понимая, на кого в этой сцене мне стоит смотреть в первую очередь.

Посреди комнаты стоял мой дракон – точнее, тот, кто формально числился в списке подарков к совершеннолетию. Он выглядел вполне спокойным, даже подозрительно спокойным. На подушке рядом с чешуйчатым ютилась обиженная, едва дымящаяся кошачья туша. Мордочка была подпалена, усы скукожены, а взгляд выражал страдание, оскорблённое достоинство и обещание мести – всё одновременно.

При этом дракон стоял с таким невинным выражением лица, что впору было вызывать придворного живописца – увековечить для потомков.

– Что здесь происходит? – спросила я спокойно. Ну как спокойно… насколько это вообще возможно, когда тебя встречает дымящийся кот и мужчина, смахивающий на заговорщика с явно подпорченной репутацией.

Чешуйчатый медленно повернул голову, выдержал паузу – ровно столько, чтобы это выглядело почти драматично, – и вздохнул.

– Ты мне не поверишь, если я расскажу правду, – произнёс он с таким видом, будто уже смирился с тем, что виноват, даже если бы просто спал всё это время.

– А ты попробуй, – отозвалась я, не двигаясь с места.

Мой собеседник устало опустился в кресло, откинулся на спинку и посмотрел на меня с таким выражением, будто пытался угадать, сколько ещё странностей я сегодня выдержу, прежде чем потеряю терпение. Впрочем, возможно, тот же вопрос в этот момент задавала себе и я.

– В общем... дело было так, – парень потёр ладони, как человек, собравшийся поведать что-то не то чтобы важное, но уж точно интересное. – Как ты уже в курсе, среди подарков оказался и твой хомяк. Тот самый, приобретенный утром на рынке, парень тактично не стал уточнять, что пушистик был вторым моим приобретением.

Я кивнула. Пока всё звучит вполне разумно. В комнате действительно был переносной контейнер, а пушистого жильца я заметила ещё раньше.

– Так вот, кот, которого тебе, похоже, тоже подарили, его заприметил. – Парень скосил глаза в сторону подушки, где обиженно свернулся обгорелый виновник инцидента. – Решил, что не стоит тянуть с дегустацией. Подошёл, осмотрелся, потом как ни в чём не бывало открыл дверцу и полез внутрь. Ну, как будто у него это не впервые.

Я нахмурилась. Клетка была с замком. Нехитрым, конечно, но всё же… Слишком ловкий кот для простого домашнего.

– Я даже среагировать не успел, – продолжил дракон, чуть пожав плечами. – Он прыгнул на стол, где стояла переноска, – и я уже даже успел попрощаться с грызуном. Думал, всё – конец истории.

Я невольно задержала дыхание.

– Но в тот момент, когда кот распахнул пасть и приготовился к финальной сцене, этот мелкий… – мой чешуйчатый подарок ткнул пальцем в сторону клетки, – …выпалил в него огненным сгустком. Прямо в морду. С треском. И, да, запах палёной шерсти – это не от свечей.

Парень закончил рассказ и взглянул на меня, как будто пытался определить по выражению лица: поверю или решу, что у него галлюцинации.

Я молчала секунду. Другую. А потом тихо, почти беззвучно, рассмеялась. Никакой истерики – просто короткий, облегчённый смешок, сорвавшийся с губ, пока в голове крутилось только одно: ну и денёк.

– Значит, огнедышащий хомяк и слишком сообразительный кот? – Я посмотрела на него чуть прищурившись. – И ты, разумеется, никакого отношения к этой истории не имеешь? – Прищурилась, заглянув в честные глаза рассказчика.

– Разумеется, – дракон усмехнулся, а я шумно выдохнула, приблизившись к крохотному хомяку, который испугано жался к стенке своей клетки. – Ты мне не веришь, да? – Я лишь согласно кивнула в ответ, кинув взгляд на трагичную морду потерпевшего.

– Пойдем лечиться, горе-охотник ты наш, – позвала усатого, который подозрительно внимательно посмотрел на меня, будто решал, стоит ли мне верить.

Кристоф Драгонийский

Разумеется, Алисандра мне не поверила. Ну, а кто бы в это поверил? Кот, хомяк-огнемёт и я, стоящий в центре событий с лицом «это не я, оно само». Но, признаюсь, я и не рассчитывал. Главное – расспросы закончились довольно быстро, и спустя несколько минут в гостиной появилась личная помощница принцессы. Девушка сразу принялась хлопотать – подготавливать комнату Её Высочества ко сну, старательно делая вид, будто не пялится на меня во все глаза. И да, честно говоря, у неё это получалось не очень.

– Ну что, принцесса, – я лениво потянулся, наблюдая, как служанка возится с подушками и сжимает губы, чтобы не прыснуть от любопытства, – постелишь мне на коврике у своей кровати или рискнёшь пустить под одно одеяло?

– Можешь спать на балконе, если хочешь, – невозмутимо отрезала Алисандра, даже не обернувшись. – Вид оттуда отличный. Особенно в грозу.

Я склонил голову и хмыкнул.

– Романтика. Как раз по мне.

И ведь правда. Балкон мне даже подходил бы лучше всего – свежий воздух, свободный обзор и лёгкий доступ к плану «свалить». Но, увы, всё оказалось куда более… банальным: меня определили в соседнюю спальню. У принцесски, как выяснилось, их две. Конечно. Одна для сна, вторая – если вдруг перехочется спать в первой. Логика дворцовой роскоши.

Служанка, поклонившись с каким-то трогательным трепетом, объявила:

– Всё готово для молодого господина.

Я перевёл взгляд на свою "хозяйку" и прищурился.

– «Молодой господин», да?

Она только пожала плечами: а я тут при чём?

– Это она так тебя называет, – хмыкнула. – Я её не просила.

Ну раз так…

Пока я обживал свою новенькую комнату, Алисандра забрала с собой хомяка – мелкий, уходя, ещё успел швырнуть в мою сторону взгляд, полный осуждения и тихой мести. Зато с котом всё вышло куда интереснее: принцесса велела отдать его слугам, но хвостатый отказывался. Буквально. Прямо-таки вцепился в мои ноги всеми своими четырьмя и ни в какую не отпускал.

– Похоже, кто-то ко мне привязался, – с самодовольной ухмылкой отметил я. – Видишь? Он бы не стал мне доверять, если бы я его поджарил.