Текст книги "Очешуенная история, или Драконья распродажа в Аргарии (СИ)"

Автор книги: Ника Калиновская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 21 страниц)

Я прищурился.

– Ты что…

Но было уже поздно. Она приоткрыла дверцу полностью, словно приглашая драконёнка выйти наружу.

И он шагнулл. Медленно, чуть пошатываясь, и с опаской, будто не верил, что это не ловушка. Маленькое тело, крупные лапы, глаза с вертикальными зрачками – и этот болезненно настороженный взгляд, в котором сквозила смесь страха и чистой, звериной решимости.

– Какого сларга ты творишь?! – выдохнул я, и голос мой прозвучал чуть громче, чем хотелось бы. В два шага оказался рядом с принцесской, на автомате схватив её за запястье и рывком притянув к себе, за свою спину. – На нём нет ни единой магической печати! – процедил я, уже оборачиваясь через плечо, чтобы встретиться с её взглядом. – Ты в курсе, что он может шарахнуть, просто испугавшись собственного отражения?!

Драконёнок замер, едва не пригнувшись к полу, зашипел, но не ринулся вперёд. Пока.

Я стоял между ними напряжённый до предела. Руки сжаты, плечи в боевой стойке, тело – словно натянутая тетива. А Алисандра… не казалась напуганной. Упрямая, холодно спокойная, она смотрела поверх моего плеча прямо на малыша – будто пыталась сказать: ты не враг… пока ты не начнёшь вести себя как враг.

Невероятная. И чертовски безрассудная.

– Прекрати играть с огнём, если не собираешься обжигаться, – тихо добавил я, не отпуская её руки.

И всё равно знал, что девушка не отступит.

Алисандра

Это была чистой воды импровизация. Ни планов, ни расчётов, только ощущение – интуитивное, глупое, может, даже безрассудное, но такое уверенное. Я не чувствовала от этого малыша опасности. В его взгляде была настороженность, дикая природа и страх, но никак не агрессия. Он не бросился и даже не зарычал. Просто стоял, присматриваясь ко мне так же, как и я к нему.

Я хотела увидеть. Просто посмотреть, что будет, если рядом окажутся два таких разных представителя чешуйчатого отряда: один – дикий, с неогранённой магией и отсутствием пут, другой – обернувшийся, ограниченный, остроумный и язвительный. Мой… подарочек. Мой дракон.

И реакция не заставила себя ждать. Стоило мне открыть клетку, как мужчина сорвался с места, схватил меня за руку и резко притянул к себе. Он инстинктивно пытался защитить, поэтому действовал без раздумий. Я едва не потеряла равновесие, но только удивлённо моргнула, когда оказалась у него за спиной. Мой "ГАДИНА-М" прикрыл меня собой на рефлексах, как будто это было само собой разумеющимся.

Вот и плюсик в карму, милый. Ты пока не знаешь, но он тебе сегодня пригодится.

Драконёнок вытянул шею, неуверенно и настороженно, будто сомневался, что перед ним действительно свобода, а не ещё один трюк. Он всматривался в дверной проём, где теперь никого не было – клетка стояла раскрытая, проход открыт, а решётка сдвинута в сторону. Путь перед ним окзаался свободен, и всё же малыш не торопился. Он продолжал смотреть на меня с осторожностью и неверием.

Осторожно, едва слышно, драконёнок сделал шаг вперёд, и я уже потянулась – хотела выйти ему навстречу, чтобы показать, что никто не причинит вреда, что я рядом и что можно не бояться. Но мой чешуйчатый телохранитель, словно предугадывая каждое моё намерение, не дал даже шагу сделать – продолжал стоять, упёршись, как стена, закрывая меня собой. Плечи напряжены, дыхание ровное, взгляд вымеренный – он чувствовал ответственность. За меня. За ситуацию. За то, что сейчас, возможно, изменится.

Малыш, почуяв присутствие второго, тут же зашипел – приглушённо, предостерегающе, не от злобы, скорее от страха. Его ноздри раздулись, и в следующее мгновение он буквально вывалился наружу – неловко, как котёнок, которого впервые выпускают из корзины. Крылья дёрнулись, не вместившись в проем, хвост зацепил бок клетки, и драконёнок с недоверием обернулся, будто проверяя, не захлопнется ли дверца снова.

Он был напуган, но не потерян. И он уже стоял на ногах. Свободный.

Малыш, едва оказавшись на открытом пространстве, словно не поверил в происходящее. Он расправил крылья – медленно, широко, будто примеряясь к воздуху, вдыхая его в себя, как делают это только свободные. Перепонки на свету заискрились тонкими прожилками, и я почти слышала, как каждый в этом ангаре затаил дыхание… или, может, только я. Потому что это был не просто жест – это был первый взмах. Взмах свободы.

Я перевела взгляд – рядом со мной, чуть впереди, всё ещё стоял мой… подарочек. Дракон, обернувшийся мужчиной, но не сумевший скрыть выражение на своём лице. Взгляд его был прикован к малышу, и в этих глазах я не увидела страха или враждебности, в нем была тоска. Глухая, пронзительная, та самая, которую не перепутаешь ни с чем. Так смотрят на мечту, которой когда-то коснулись – и потеряли. На прошлое, которое невозможно вернуть.

И всё же мой дракон ошибся – малыш был заклеймён. Я это увидела, заметив тонкую руну на шее детёныша, почти спрятанную под мелкой чешуёй. Торговцы знали своё дело – какой бы магией ни пользовались, но при подписании договора они умудрялись привязать существо к новому владельцу. Как? Не знаю. Но чувствовала – теперь и у меня с этим крохой образовалась связь. Другая. Не та, что с моим основным… компаньоном, если можно так выразиться. Эта была как тонкий шёлковый шнурок: ощущался лишь при определённом прощупывании пространства.

– А сможет ли он взлететь? – вдруг проскользнула в голове мысль, лёгкая, как дуновение ветерка, но цепкая. Я снова посмотрела на мужчину рядом. На того, кто закрывал меня от малыша, словно по-прежнему считал его угрозой.

А что, если я дам ему шанс?

Не раздумывая, я подняла руку и коснулась ограничителя на его шее. Пальцы легли на металл, холодный, с лёгким пульсом магии под поверхностью. Этот жест был интуитивным, необдуманным – и в то же время абсолютно осознанным.

Глава 18. Драконы

Я видела, как расширились от изумления глаза дракона – не того младшего, что ещё разминал свои крылья, а моего. Того, кто заслонял меня от опасности, чьё дыхание на миг стало резким, будто он сам не верил в происходящее. Он не отшатнулся, не одёрнул меня, но смотрел так, словно сомневался: не теряю ли я рассудок.

Да я и сама, признаться, не ожидала от себя такой… дерзости. Одно дело – велеть снять путы с малыша, и совсем другое – коснуться ограничителя магии, пусть даже лишь кончиками пальцев. Неужели я настолько ему доверяла?

С сомнением я взглянула на свою руку – она застыла в нескольких сантиметрах от артефакта. Пальцы дрожали, а в воздухе искрилась магическая энергия, и я чувствовала, как этот мир, мой мир качнулся в сторону. Чтобы удержать равновесие, я, неожиданно для себя, спросила:

– Как тебя зовут?

Голос прозвучал негромко, но в тишине ангара он грянул, словно гром.

Мой чешуйчатый спутник удивлённо вскинул бровь, будто усомнился в моей вменяемости. Его взгляд, полный недоумения, тревоги и… любопытства, был прикован ко мне. Ни клетка, ни шипящий драконёнок за спиной, ни приоткрытые ворота ангара его больше не волновали. Казалось, он забыл обо всём, кроме меня.

Он уже даже открыл рот – то ли чтобы назвать своё имя, то ли чтобы пошутить или спросить, в своём ли я уме. Но я этого так и не узнала. В эту секунду ангар разорвала тревожная сирена. Резкий звук ударил в грудь, отразился от стен, заставив меня вздрогнуть и отступить. Мой дракон тут же шагнул вперёд, заслоняя меня. Его ноздри дрогнули, а пальцы сжались, готовые к бою.

Ворота распахнулись, и внутрь ворвался отряд стражи – слаженный, в полной амуниции. Я узнала некоторых – тех, что сопровождали меня уже достаточно долгое время. Кто-то сжимал артефакты для сдерживания магии, кто-то окружал клетку с драконёнком, а кто-то смотрел прямо на нас. На меня.

Холод сковал меня изнутри. Неужели заметили? Догадались, что я хотела снять ограничитель? Или всё хуже? Я почувствовала, как сердце рванулось в груди. А потом – его взгляд. Мой дракон обернулся, и в его глазах смешались тревога, готовность и… злость. Но не на меня. На ситуацию.

– Что случилось? – спросила я, повернувшись к подошедшему командиру стражи. Мой голос звучал спокойнее, чем я себя чувствовала.

Высокий, крепкий мужчина в броне с гербом короны окинул меня коротким, уважительным взглядом, затем посмотрел на моего спутника – и его глаза прищурились. Лицо застыло настороженно. Он знал, кто перед ним. Может, не до конца, но чувствовал: мой раб – не из обычных.

– Драконы, – произнёс он, сжав губы. – На южной границе. Много.

Я замерла, не веря услышанному.

– Сколько – «много»? – выдохнула ошарашено.

– Пока неясно, – ответил Карим, понизив голос. – Но больше дюжины. Появились внезапно с южных склонов. Движутся с высоты, не вступают в контакт. Только наблюдают… но наши посты на пределе. Король отправился к границе, а нам приказано охранять вас. И ещё…

Начальник королевской стражи замялся, похоже ему не слишком-то доставляло удовольствие передавать мне приказы отца, но он был обязан.

– Его Величество велел сковать вашего… спутника. Меры предосторожности. Возможно, он знает тех, кто приближается к границе.

Я посмотрела на своего дракона. Его зрачки мигнули, словно искры в ночи, выдавая бурю внутри, несмотря на внешнее спокойствие. Плечи напряглись, пальцы сжались, сдерживая звериную силу, таящуюся под человеческой кожей. А что, если он действительно знает прибывших? Эта мысль резала, как клинок, но я отогнала её.

Между нами дрогнула серебристая нить – наша магическая связь, пока невидимая, но я чувствовала её тепло и её пульс, будто второе сердцебиение. Она вспыхивала, лишь когда мы касались друг друга или оказывались слишком далеко, но сейчас я ощущала её даже на этом расстоянии, тонкую, но нерушимую.

– Малыша заприте, – сказала, стараясь звучать твёрдо, хотя голос дрогнул. В клетке драконёнку пока безопаснее. – А этот… – я кивнула на своего спутника, – под моим контролем.

Я не стану его связывать. Не только потому, что доверяла ему – возможно, безрассудно. Была ещё одна причина, о которой не знали ни стражники, ни мой отец. Эта нить, связывающая нас, была моим якорем. Если его сковать, я останусь без защиты, без этой невидимой опоры, что удерживала меня в этом хаосе. И эта мысль пугала меня так, что дыхание сбилось.

Я велела охране остаться у ангара – сказала, что со мной пойдут только двое из тех, кто давно привык к моим капризам и не станет задавать лишних вопросов, да и то – только до моего крыла. Не нужно было обострять и без того неспокойную ситуацию. Чем меньше глаз и ушей – тем лучше.

Краем глаза я ещё успела заметить, как драконёнка, зашипевшего, беспокойного, вновь запихивают в клетку. Он оглянулся, глаза его блеснули – не страхом даже, а непониманием. И это ощущение – тонкая ниточка, растянутая между нами, вонзилась в грудь. Прости… В следующий раз, клянусь, я обязательно постараюсь тебе помочь. Сейчас просто… не время.

Мы быстро двигались по вымощенному двору. Стража была на ногах – кто-то формировал отряды, кто-то скакал в сторону тренировочных полей, артефакты вспыхивали в руках, слышались сдержанные, но быстрые команды. Одни готовили защиту, другие – снаряжение. Неясно было, ждут ли они нападения или готовятся встречать делегацию. И то, и другое было одинаково пугающим.

Вошли во дворец. Полумрак коридоров встретил нас прохладой и выцветшими на коврах гербами, и я, не сбавляя хода, зашагала вверх по лестнице, к своему этажу. Слева мелькнула статуя покровителя королевства, справа – портреты предков, но я не обратила на них ни малейшего внимания. Всё это казалось сейчас неважным тусклым фоном, от которого хотелось избавиться.

За всё это время мой «подарочек» не сказал ни слова. Он шагал за мной молча – спокойно, даже слишком. И от этой тишины становилось неуютно. Пара моих постоянных охранников – Риал и Мейрон – держались на расстоянии, как и положено, и остановились, едва мы достигли дверей в мои личные покои.

Я не обернулась, не дала ни взгляда, ни улыбки, просто коротко бросила через плечо:

– За мной.

И, вот ведь удивительно, он отреагировал. Хмыкнул. Легко, насмешливо, может даже с лёгкой тенью одобрения – но подчинился. Последовал. А как только дверь за ним захлопнулась, отсекая нас от остального мира, я резко развернулась – шаг, второй, и я уже впритык, едва не врезалась в него. Дракон чуть отпрянул, но не успел – а может, и не собирался.

– Мне нужна правда, – тихо, почти шепотом, но с той интонацией, после которой спорить бессмысленно. – Кто ты? Как попал сюда? И кто ещё об этом знает?

Никаких игр, никаких намёков, никакой двусмысленной болтовни – время шло, и каждый удар сердца напоминал мне: я, возможно, стою посреди надвигающейся бури, в эпицентре, а он – один из тех, кто её принес. Или, наоборот, тот, кто может спасти.

Но если драконы появились у нашей границы именно сейчас, и если я всего несколько дней назад «приобрела» этого не совсем обычного представителя чешуйчатых, то в совпадения я больше не верила.

Кристоф Драгонийский

Итак, мои сородичи всё же нашли меня. Эта мысль ударила, словно ржавый клинок. Их появление могло означать что угодно – от холодного ультиматума до войны, которая спалит этот хрупкий мир дотла. Кто знает, что надумали мои родители, когда я пропал? В Ролании, где каждый шаг наследника престола взвешивают на весах политики, моё исчезновение наверняка вызвало переполох. Что, если они решили, будто аргарийцы украли меня намеренно? Тогда один неверный шаг – и всё рухнет.

Я стиснул зубы, чувствуя, как серебристая нить – эта проклятая магическая связь с Алисандрой – натянулась, будто впиваясь в кожу. Браслетов давно не было на моих руках, ведь принцесска их сразу же сняла, но запястья всё равно жгло, словно они всё ещё сковывали меня. Свобода – вот чего я хотел. Всегда. И это касалось не только этой странной магической привязки, но и жизни в королевстве драконов.

Провидица обещала, что со временем я найду способ разорвать эту нить, и тогда я вернусь в Роланию. Сам и на своих условиях. Но пока эта связь держала меня здесь, рядом с ней. И, чёрт возьми, быть рядом с этой дерзкой принцессой было… не так уж плохо. Хотя я скорее отгрыз бы себе руку, чем признался в этом.

Ни Алисандра, ни её отец Легарий Виарийский не знали, кто я такой на самом деле. Если правда выплывет, если Ролания начнёт задавать вопросы, а король Аргарии ответит своей обычной стальной упрямостью – жди беды. Я хотел домой, но не в оковах долга, не под конвоем сородичей. Я планировал вернуться, как только избавлюсь от этой нити, от этого проклятья, которое связывало нас с девушкой.

Как же всё не вовремя!

Пока я размышлял, мы дошли до её покоев. Двери закрылись за стражей, оставив нас в тяжёлой тишине. Я чувствовал гнев своей спутницы – он почти обжигал, отдаваясь через нить. Алисандра резко остановилась, развернулась и шагнула ко мне, её глаза пылали решимостью. Девушка прижала меня к стене – не физически, но её взгляд был многообещающим.

– Мне нужна правда, – тихо, но жёстко сказала она. – Кто ты? Как ты здесь оказался? И кто ещё об этом знает?

Серебристая нить вспыхнула между нами, на миг став видимой – тонкая, словно паутина, но острая, будто нож. Её гнев и страх отдавались во мне, усиливая моё собственное раздражение. Мои зрачки мигнули, выдавая смятение, которое я тут же спрятал за привычной ухмылкой. Я скрестил руки, стараясь выглядеть спокойнее, чем был.

– Правду? А ты уверена, что готова ее услышать?

Я ждал её обычного колкого ответа, но Алисандра лишь вздохнула, потирая виски, будто борясь с головной болью. Её плечи опустились, и на миг она показалась не принцессой, а просто уставшей девчонкой, загнанной в угол.

– У меня нет другого выхода, – тихо сказала, и в этот момент в её голосе звенела сталь. – Я должна понять, что нужно драконам и как нам избежать столкновения. Они ведь явно не на экскурсию в Аргарию прилетели. И что-то мне подсказывает, что появление крылатых на границе как-то связано с тобой. Так ответь мне: кто ты такой?

Я открыл было рот, чтобы отшутиться, но её взгляд – прямой и требовательный – придавил меня, словно каменная плита. Серебристая нить натянулась ещё сильнее, а жжение на запястьях стало почти невыносимым. И, чёрт возьми, я сам не понял, почему сказал:

– Кристоф.

Имя вырвалось неожиданно, словно нить выдернула его из меня. Я тут же пожалел об этом, но отступать было поздно. Алисандра прищурилась, склонив голову.

– Кристоф? Просто Кристоф? Или, быть может, у тебя и фамилия имеется?

Я усмехнулся, но в горле пересохло.

– Не уверен, что она тебе понравится…

– А ты попробуй, – ответила девушка, и, к моему удивлению, лёгкая улыбка мелькнула на её лице, смягчив остроту её взгляда. – Вдруг ты ошибся.

Я смотрел на принцессу, пытаясь понять, откуда в этой девчонке столько упрямства. Нить между нами дрожала, отзываясь на её эмоции – и, будь я проклят, но и на мои тоже. Свобода была так близко, но эта связь, эта проклятая нить, держала меня здесь. И часть меня – дурацкая, упрямая часть – не хотела её рвать. По крайней мере не сейчас.

Я выдохнул, чувствуя, как связь между нами дрожит, будто готовая лопнуть, после чего посмотрел ей в глаза, пытаясь угадать, сколько правды девушка выдержит.

– Кристоф Драгонийский, – сказал я, и слова упали, словно камни в воду.

Алисандра отшатнулась, а её глаза расширились:

– Что? – выдохнула она, будто не веря собственным ушам. – Ты ведь не шутишь?

Я покачал головой, удерживая её взгляд. Мои зрачки снова мигнули, выдавая напряжение, которое я старался скрыть за саркастичной усмешкой.

– Я же сказал, тебе не понравится.

Серебристая нить вспыхнула ярче. Её шок, её страх – всё это текло через связь, смешиваясь с моим собственным смятением. Я хотел свободы, хотел разорвать эту нить, как обещала Провидица. Но глядя на неё, на эту девчонку, которая не отступала, несмотря на всё, я чувствовал, как что-то внутри – упрямое, глупое – не хотело её отпускать.

Я откашлялся, пытаясь вернуть себе привычную насмешливую маску.

– Ну, что? Теперь, когда ты всё знаешь, собираешься бежать к папочке с докладом или всё-таки попробуем не довести дело до войны?

Её глаза сузились, но в них мелькнула искра – не то гнева, не то любопытства. Алисандра шагнула ближе, почти вплотную, и нить между нами натянулась так, что я невольно стиснул кулаки, чтобы не коснуться её. Жжение на запястьях вспыхнуло с новой силой, будто эта проклятая связь смеялась надо мной.

– Кажется, мы попали... – глухо прошептала принцесса, оседая на стул у стены. Голос у неё дрогнул. – Одно дело – оказаться связанной с неизвестным драконом-оборотнем, с которым можно как-то договориться. И совсем другое – с принцем Ролании.

Так. Значит, моя фамилия ей всё же знакома. Оказывается, Алисандра не полный профан в геополитике.

– Как-то так, – пожал плечами, показывая, что в этой каше не я главный повар.

– Но почему ты не сказал об этом сразу? До того, как всё зашло так далеко? – её голос звучал не укором, а растерянностью. – Ты ведь мог сказать мне… или отцу. Объяснить, что это ошибка...

Я хмыкнул без особого веселья.

– И что бы это изменило? Честно. Думаешь, кто-то тут сильно озабочен моральной стороной происходящего? С чего бы вдруг? Разумное существо, не разумное... – я смотрел ей прямо в глаза, и в этот раз – не отводил взгляда. – Я с самого начала был товаром. Дракон, раб... вещь. Сомневаюсь, что твой отец сильно расстроился бы, узнав, что приобрёл в собственность не просто магическую зверушку, а живого наследника из не самой дружественной страны.

Алисандра вздрогнула. И впервые не нашлась, что сказать.

– Если хочешь знать, я и сейчас не уверен, правильно ли поступаю, рассказывая тебе всё это, – резко выдохнул, чувствуя, как внутри нарастает злость. Слишком долго молчал. Слишком долго терпел.

А потом... случилось странное: всплеск чувств, словно волна, прошёл по связи. Её тревога – моя. Моя горечь – её. Мысли смешались, как если бы нас, действительно, кто-то связал слишком крепко. Слишком глубоко.

Я замолчал. Она тоже. И это молчание почему-то оказалось громче любой ссоры.

– И что мы будем делать? – наконец подала голос Алисандра после затянувшейся паузы, в которой, кажется, мы оба пытались не выдать панику. – Как будем выпутываться из сложившейся ситуации? – добавила она уже спокойнее, глядя на меня с таким выражением, будто у меня в рукаве должен был быть план спасения мира. Ну или хотя бы королевского двора.

Я чуть приподнял бровь, не спеша отвечать.

– А, то есть мы – это уже команда? – уточнил я с невинной усмешкой. – А то до недавнего времени «мы» значило «ты моя собственность, и сиди тихо».

Девушка нахмурилась, но не перебила, и я, воспользовавшись этим чудом, продолжил:

– Хорошо, допустим. Что мы имеем? Во-первых, я не могу просто исчезнуть. Связь не отпустит нас далеко друг от друга, даже если мы попытаемся. Во-вторых, я не могу официально заявить о своей личности – потому что это, как ты понимаешь, сразу же вызовет вопросы неприятные и с последствиями. А в-третьих... – я на миг замолчал, – ...появление драконов Ролании сейчас – последнее, чего бы мне хотелось. Потому что они наверняка вмешаются и всё испортят.

Я встал и начал расхаживать по комнате, словно в движении было легче думать.

– У меня был план. Даже не план – направление. Провидица сказала, что выход найдётся, когда придёт время. Ну, я и ждал. Тихо, спокойно, никого не трогая. А тут – бац, и на горизонте родственнички с их деликатностью слона в хрустальной лавке и вечной привычкой решать всё мечом.

Я остановился, серьёзно взглянув на свою напарницу по несчастью:

– Так что "выпутываться", как ты выразилась, нам придётся очень аккуратно. Потому что одна ошибка – и у нас тут не просто скандал, а дипломатическая катастрофа, угроза союзу и, как бы пафосно ни звучало, вполне реальная вероятность войны.

Алисандра побледнела. И больше не спрашивала, почему я молчал.

– Я ничего не скажу отцу, – вдруг тихо, но отчётливо произнесла моя собеседница.

И я замер, посмотрев на неё повнимательнее. Это уже не был испугавшийся ребёнок, запутавшийся в политике взрослых – скорее, принцесса, принявшая первое по-настоящему взрослое решение. И, надо признать, довольно разумное.

– И предлагаю вместе подумать над новым планом действий, – добавила она, чуть выпрямив плечи.

Ничего себе. А ведь ей только недавно исполнилось двадцать, и ещё вчера она бодро торговалась за дракона, словно за породистую лошадь.

– Вообще-то… у меня есть одна идея, – проговорил я нарочито таинственно, чтобы подогреть интерес.

Алисандра тут же подалась вперёд, как будто боялась не расслышать. Но в этот самый момент раздался характерный звук – шуршание, с явным оттенком хищной решимости. Я дёрнулся, метнувшись к занавеске, и выудил оттуда хомяка, добросовестно грызущего край бархатной шторы. Этот "невинный" комок меха глядел на меня с деланным недоумением, но я-то знал: стоит запахнуть тревогой – и он начнёт колдовать, не разбирая, кто где.

– И какая? – вернула меня к теме нашего разговора принцесса.

Я вновь повернулся к ней и отчеканил, выделяя каждое слово:

– Нам нужно как можно скорее оказаться на границе. Причём там, где меньше всего пограничников, чтобы не пришлось врать, почему мы вообще за её пределами.

– Было бы неплохо, – поморщилась она. – Но как мы выберемся из дворца? После приказа отца стража не отойдёт от меня ни на шаг…

А вот теперь настал мой звёздный час. Я расплылся в улыбке и вывалил на свет вторую часть своего великолепного, немного безумного, но безусловно блистательного плана:

– Мы полетим туда.

В комнате повисла тишина. Не напряжённая – просто та самая, из которой обычно вырастают легенды. Ну, или проклятья. Алисандра уставилась на меня так, будто я только что предложил нырнуть в жерло вулкана.

Ах, если бы вы только видели её лицо в этот момент… Брови поднялись почти до середины лба, глаза распахнулись на пол-лица, и вообще выражение было на редкость выразительное. По два роланийских серебряника – и даже без сдачи.