Текст книги "Проклятье Мира (СИ)"

Автор книги: Ника Черника

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 20 страниц)

Проклятье Мира

Пролог

– Неужели ничего нельзя сделать, чтобы они не тронули меня? – спрашиваю, скорее, от отчаянья. Мир задумчиво меня разглядывает.

– Один способ есть, – говорит наконец, я смотрю с надеждой. – Я могу тебя пометить.

– Что это значит?

– Оставлю на тебе свой запах, оборотни будут его чувствовать и не тронут. Ты будешь считаться моей, для нас это многое значит.

Так, не совсем понятно, но то, что появился шанс, уже радует.

– Хорошо, ты можешь меня пометить?

Мир поднимается, глядя с насмешкой.

– Ты ведь не понимаешь, что это значит? – интересуется у меня. Я качаю головой. – Чтобы на тебе остался мой запах, мы должны заняться сексом.

Я расширяю глаза в изумлении и несколько секунд смотрю на него, как на умалишенного. Он же не может это всерьез предлагать? Мир молчит все с той же улыбочкой на губах. Кажется, эти издевательства всерьез доставляют ему удовольствие.

– Мы не можем заняться сексом, – отвечаю все же. – Я фригидная.

Он только вздергивает бровь, глядя на меня. Конечно, после случившегося на озере такие заявления как минимум выглядят странно. А само случившееся нуждается в разъяснении, которого я не собираюсь давать.

– Но я-то нет, – не спорит он с моими словами.

– И что это значит?

– Ты можешь доставить мне удовольствие ртом. Я даже глаза закрою, чтобы твоя фригидность мне не мешала.

Очень смешно. Он издевается, откровенно так издевается. Неужели думает, что я соглашусь на такое? Пытаюсь представить, как я опускаюсь перед ним на колени и… Тело пронзает острым импульсом, и я поспешно трясу головой, отгоняя эти мысли. Чего доброго, Мир опять почувствует мое возбуждение. Не знаю, как он это делает, но делает ведь…

– Может, ты сам себя удовлетворишь? – спрашиваю его.

Если достаточно того, чтобы на мне оказалось его семя, то это вполне себе вариант. Но конечно, не для Мира. Он усмехается, качая головой.

– И какая мне от этого радость, фригидная? Я тебе не безвозмездно помогаю, мне нужно что-то взамен.

Я сжимаю зубы, тяжело выдыхая через нос. Животное мышление, ты мне, я тебе, чего я еще ждала?

– Ладно, сделаю тебе поблажку, – он подходит ближе, я инстинктивно отступаю назад и упираюсь спиной в дерево. – Можешь сделать рукой. Решай скорее, девочка, время работает не на тебя.

Я сжимаю зубы, а потом произношу:

– Хорошо. Только у меня будет одно условие: ты ко мне не прикасаешься.

Мир подходит почти вплотную, но условие выполняет, мои легкие как будто перестают качать воздух, я чувствую в груди пустоту, а в руках и ногах тяжесть. Сердце снова стучит быстрее. Неужели я всерьез согласилась на подобное?

Я ведь никогда в жизни не была с мужчиной, я ничего не умею, знания довольно смутные. А если у меня не получится? Если ему не понравится? Если я не смогу довести дело до финала?

Внезапно накатывает паника, Мир, все это время смотрящий на меня, говорит:

– Расслабься, фригидная. Я тебе подскажу, как сделать, чтобы мне понравилось. Расстегни рубашку.

– Что? – я опускаю глаза на свою грудь.

– Я должен кончить на тебя, а не на твои шмотки. Расстегни рубашку.

Я расстегиваю пуговицу за пуговицей, не сводя глаз с лица Мира, он уперся ладонью в ствол дерева выше моей головы, и отвечает прямым взглядом, который делает мои и без того непослушные пальцы еще менее ловкими. Я не могу прочитать по его глазам ничего, и это нервирует особенно.

Наконец, справившись с пуговицами, распахиваю рубашку и подворачиваю нижнюю майку, оголяя живот. Тяжелое дыхание заставляет делать чаще вдохи и выдохи. Мир опускает взгляд на мое тело. Беззастенчиво задерживается на груди, которая отлично видна в вырезе майке, скользит дальше по животу, рука, висевшая вдоль тела, дергается, словно он хочет коснуться меня, но снова замирает. Я слишком громко выдыхаю, чувствуя предательский горячий комок внизу живота.

– Расстегни мои штаны, – голос Мира становится тише, в него добавляется хрипотца, а я тянусь дрожащими руками к нему, чтобы выполнить приказ.

Глава 1

– Истинных пар не существует, – Рина садится рядом со мной, – это миф, предание, древняя легенда – нужное подчеркнуть.

Она разочарованно опускает свою сумку на пол у ног, я философично пожимаю плечами.

– Я тебе говорила.

– Мне нужно было более авторитетное мнение, уж извини.

– Профессора магии? – я усмехаюсь. – Ты всерьез надеялась, что он подтвердит этот романизированный бред?

– Почему бред? Магия – часть нашей жизни. Условно истинность пары можно отнести к магии.

Я встаю, качая головой, перекидываю через плечо сумку.

– Мне жаль, что твои мечты останутся мечтами, но мне пора. Я встречаюсь с Мэтом.

Иду в сторону выхода, когда подруга подскакивает ко мне.

– Так-так-так, Аделина Нэйман достигла восемнадцати лет, обрела сексуальную энергию и сразу начала встречаться с парнем?

– Не говори глупостей, – отмахиваюсь я. – Мэт – мой друг.

– Только ты одна в это и веришь. Он тебе нравится?

– Нет.

– А кто нравится?

– Рина! – я останавливаюсь, делая большие глаза. – То, что я обрела новый уровень, не значит, что вся остальная жизнь перестала иметь значение. Идет война. Оборотни двигаются вперед, занимая город за городом, мы не можем отстоять свои позиции. Ты понимаешь, чем это может кончиться? Оборотни придут к власти. Они ненавидят магов, а это значит, что все маги будут, если не уничтожены, то заточены. Ты всерьез считаешь, что я могу думать о каких-то парнях?

Рина вздыхает, поджимая губы.

– Прости, – говорит в итоге. – Я знаю, что для тебя это очень важно. Для меня тоже, поверь. Я очень боюсь… Наверное, это просто способ самозащиты… Пытаться жить, как раньше. Радоваться мелочам, учиться, гулять с друзьями и… Да, любить. Мне исполнится восемнадцать через десять месяцев, Ада. Только тогда раскроется моя сексуальная энергия, и я смогу с кем-то встречаться. И я очень боюсь, что этого может вообще не случиться.

Я вздыхаю, напоминая себе, что Рина младше меня, что она выросла в других условиях, у нее всегда были любящие родители, она занималась танцами и созидающей магией, в то время как я училась драться, чтобы стать боевым магом. Это была моя мечта, но она так и не осуществилась.

Дядя Эл возлагал на меня большие надежды: омоя мама была сильным магом, а папа выдающимся ученым. Но увы, я оказалась с браком. Технически считалась магом, но сил было слишком мало. То, что среди других было баловством, оказалось пределом моих возможностей.

Я боролась до последнего, но все было бесполезно: за восемь лет обучения в школе магии я так и осталась боевым магом самой низкой категории. Почти человек, с легким бонусом.

В пятнадцать, когда я осознала, что мои планы на жизнь рушатся, я стала заниматься физической подготовкой и боевыми искусствами как человек. Я сражаюсь на мечах, стреляю из лука, отточила приемы рукопашного боя. В совокупности все это давало мне маленькую надежду на то, что в случае чего я попаду на войну. И смогу отомстить тому, кто убил моих родителей.

А потом мне исполнилось восемнадцать, и проявилась сексуальная энергия. Наш мир устроен так, что год за годом, открываются новые энергетические центры, и вместе с ними новые стороны жизни, которые до этого момента остаются неведомыми и непонятными.

Восемнадцать лет – возраст, когда девушка готова создавать семью, и именно в этом возрасте проявляется сексуальная энергия. Ее интенсивность определяет степень привлекательности для мужчин. И к сожалению, моя оказалась слишком большой.

Внезапно я стала объектом вожделения для парней, которые меня окружали. Наверное, девушкам такое нравится, но для меня это был крах последней надежды. С таким уровнем сексуальной энергии я не смогу попасть на войну, где большинство бойцов – мужчины. Если бы я была сильным магом, это не играло бы роли, я бы была необходима. А теперь я недомаг, почти человек, который к тому же будет сеять в отрядах смуту.

– Все будет хорошо, Рина, – я кладу руки ей на плечи и легонько сжимаю. Она улыбается мне, кивая. Увидев стоящего на входе Мэта, добавляю. – Мне, правда, пора, извини.

– Привет, – Мэт встречает меня с улыбкой, я быстро выхожу из здания, не хочу, чтобы нас услышали. – Ты сегодня очень красивая.

Вздыхаю, хмурясь. Мне сложно реагировать на подобные выпады, мои мысли заняты другим. Мэт хороший друг, и только это не позволяет грубо послать его.

– Ты смог найти того, кто мне нужен?

– Да, он живет в Глухом переулке, но, Ада, мне кажется, это очень плохая идея. Он темный маг, к тому же изгнанный. Кто знает, что он там… наколдует.

Глухой переулок расположен на окраине города, и название свое получил не просто так. Там живут те, кто остался на обочине нормальной жизни: изгнанные, опустившиеся люди, и темные маги, как назвал их Мэт. Хотя на самом деле они отличаются от магов, и сами себя так не называют. Ведьмы и ведьмаки – вот кто они. И Мэт прав – идти туда плохая идея. Но других все равно нет.

– Хочешь отправиться прямо сейчас? – соображает он, когда я упрямо топаю вперед.

– У меня мало времени, Мэт. Скоро закончится набор бойцов, я должна попасть туда любой ценой.

Он молчит, шагая рядом со мной, явно собирается с силами.

– И ты готова отказаться… От этого, – делает неопределенный жест рукой, я смотрю непонимающе.

– От чего?

Мэт останавливается.

– Ты ведь раскрыла новый уровень и стала такой… Ты очень красивая. И… Я знаю, что с тобой хотят быть многие, ты можешь выбирать. Можешь создать семью, настоящую, которой у тебя не было. Я думал, ты этого хочешь.

Я поджимаю губы, чувствуя, как в груди начинает скрести тоска. Да, семья – это мечта. Не просто приемная семья, взявшая меня на обучение и воспитание, а мои родители. Папа, всегда мягкий, заботливый, с теплой улыбкой – именно такой он остался у меня в памяти. Мама строгая, вечно занятая, я помню почему-то ее прямую спину и приподнятую голову – она вела себя как королева, так говорили о ней. Строгая, но справедливая. Вечно в делах, но как здорово было, когда она приходила к моей кровати перед сном, гладила руку, улыбалась. Она меня любила. Они оба. А их жестоко убили без какой бы то ни было причины.

И я не могу упустить возможность найти тех, кто это сделал, и отомстить.

– Мэт, ты прямо меня хоронишь, – мое напускное веселье выглядит фальшивым. – Заклинание можно будет снять, когда все закончится. Я вернусь и тогда подумаю о семье и остальном.

Он кивает, но больше ничего не говорит, остаток дороги мы идем в тяжелом молчании. Я знаю, что он не одобряет того, что я хочу сделать. Как и то, что отговаривать бесполезно. Мэт хороший человек и хороший друг. Симпатичный, добрый. Наверное, у нас могло бы что-то получиться, по крайней мере, я бы не отказалась попробовать в других обстоятельствах.

Возле Глухого переулка я останавливаюсь.

– Дальше я одна.

– Это опасно, Ада. Давай я провожу тебя до дома и подожду.

– Не надо, Мэт. Все будет хорошо, правда. Спасибо тебе за помощь, и за то, что ты отличный друг.

Он грустно кивает, а я тянусь и осторожно целую его в губы. Странные ощущения. Да, пожалуй, другого слова и не подобрать. Как-то… дико что ли, и вообще неуместно. У Мэта, кажется, совсем другие впечатления, потому что я вижу растерянность и при этом… Не знаю, удовольствие?

– Пока, – произношу и быстро иду в переулок, чтобы он не ляпнул что-то не то. Зачем-то трогаю губы. Понравилось ли мне? Честно сказать, нет. То есть не то, что и не понравилось… Но это очень странно.

Из-за этих мыслей я стучу в нужную дверь раньше, чем осознаю это. Она распахивается моментально, отрезая мысли о поцелуе. Передо мной ведьмак. Мужчина на вид лет пятидесяти, у него смуглая кожа, худой, в широкой одежде не по размеру, рукава свисают, пряча ладони. Короткие темные волосы, раскосые глаза смотрят непроницаемо. Мне поневоле хочется схватить себя за плечи, потому что вокруг становится холодно, ветер гонит по улице пыль, поднимая вверх. Прав был Мэт: плохая идея приходить сюда.

– Еще есть шанс уйти, – тонкие губы мага кривит усмешка.

Я качаю головой, он отходит в сторону, предлагая пройти внутрь. Зачем-то оглядываюсь, но улица пуста. Здесь никто не ходит без дела. Захожу в темную каморку, освещенную несколькими свечами, углы тонут в темноте, единственное окно занавешено темной тряпкой. В зоне видимости только стол, на котором стоит пустая тарелка с крошками хлеба. Остальное поглощает темнота, я вижу очертания шкафа и какого-то тряпья в углу, возможно, оно служит магу постелью.

– Мне нужно заклинание, – я наблюдаю, как мужчина проходит к столу и садится на табурет. Глядя на меня, достает из кармана сверток, я хмурюсь, чувствуя, как опасность разгоняет мой слабый магический поток. В кончиках пальцев начинает колоть, я непроизвольно начинаю ими двигать.

– Расслабься, это табак, – хрипло произносит мужчина, и пока он сворачивает самокрутку, я бестолково переминаюсь с ноги на ногу.

– Чего ты хочешь? – задает вопрос, прикурив и выпустив облако дыма, которое тут же смазывает его черты лица.

– Мне нужно заклинание, которое уберет мою сексуальную энергию, – произношу несмело. – Чтобы никто не мог чувствовать ее. Вот деньги, думаю, этого будет достаточно.

Неуверенно кладу на стол мешочек, в котором звякают золотые монеты, мои сбережения. Маг небрежно развязывает сухими тонкими пальцами тесьму и высыпает их на стол.

– Достаточно, – кивает, кинув взгляд, и встает. – Я подготовлюсь к заклинанию, а ты садись.

Я неуверенно занимаю его место, наблюдая, как ведьмак роется в темных очертаниях шкафа, совершенно не нуждаясь в свете. Он что-то бормочет себе под нос, но я не могу разобрать, что, хотя и прислушиваюсь.

Снова и снова осматриваю низкие темные своды каморки, чувствуя нарастающий страх. Это нормально – бояться неизвестности. Вмешательства темной энергии, которую не спроста пытаются закрыть, чтобы она перестала быть доступной.

Ведьмак расставляет свечи, толчет в маленькой деревянной миске какие-то травы, горький запах которых тут же пробирается в ноздри. Что-то шепчет на непонятном языке. Это совсем не похоже на то, как действуют маги. Ведьмак заносит руки над моей головой, посыпает голову толчеными травами, начиная говорить громче, я чувствую, как нарастает страх, стараюсь спокойно дышать, но воздух наполняется горечью, кружится голова, внутри словно кто-то выкручивает мышцы.

Я сцепляю зубы, чувствуя, как по виску вниз скатывается капелька пота. Боль будто разрывает на части.

– Почему… – я с трудом разлепляю пересохшие губы. – Почему так больно?

– Пусти меня, – ведьмак повышает голос и продолжает дальше на непонятном языке. – Перестань сопротивляться.

– Я… Я не сопротивляюсь. Я… А-а-а-а! – я кричу, потому что в этот момент зажженные свечи вспыхивают вокруг ярким пламенем, а внутри меня словно жаром опаляет. Дыхание перехватывает, в голове темнеет, и я теряю сознание.

Глава 2

Я прихожу в себя постепенно. Сначала различаю звуки: бормотание ведьмака. Потом открываю глаза, пелена рассеивается, я все в той же комнате, в углу на тряпье, которое не зря, видимо, приняла за постель.

– Очнулась, – ведьмак усмехается, даже не взглянув на меня, делает глоток из чашки.

– Что произошло? – спрашиваю, хмурясь. Поднимаюсь, преодолевая слабость. Меня шатает, я упираюсь ладонью в стену.

– Ты сопротивлялась.

– Как это?

Ведьмак кидает на меня быстрый взгляд.

– Твое энергетическое тело отказывалось принимать заклинание.

– Я не понимаю, – качаю головой, прислоняясь спиной к стене. – Я ведь очень слабый маг, я не могла сопротивляться. Вы сильнее меня намного.

Мужчина отставляет чашку на стол и подходит ко мне.

– Это не магия, это колдовство. Я не обязательно сильнее тебя, – говорит тихо, глядя темными глазами, от этого взгляда у меня по коже бегут мурашки. – Мне помогает Сила. А что она из себя представляет – до конца не знает никто.

– Я не хотела принимать в себя Силу?

– Да. Сопротивлялась до последнего, пока не потеряла сознание.

– Это… Нормально?

– Нет, – он качает головой. – Обычно достаточно личного согласия. Оно у тебя было, но… Внутри будто что-то сопротивлялось. Отдельно от тебя.

– Что?

Ведьмак отходит к столу, делает глоток, стоя ко мне спиной.

– Заклинание наложено, – говорит, не оборачиваясь. – Можешь идти.

Я отлепляюсь от стены, облизываю губы, чтобы расспросить еще о случившемся, но черный взгляд останавливает меня, когда ведьмак резко разворачивается.

– Иди, – говорит, словно пытаясь загипнотизировать.

Я киваю и иду к двери.

Дневной свет после темной лачужки режет глаза. Я щурюсь, глубоко дыша носом. Из-за резкого перепада есть ощущение, что я выпала из одного мира в другой. На улице по-прежнему пусто, ветра нет, тихо так, что мои шаги кажутся очень громкими.

Я набираю скорость, желая поскорее выбраться отсюда, как будто что-то гонит изнутри. Бегу, несмотря на то, что слабость еще отдается в теле. Выскакиваю из переулка, когда кто-то хватает меня за руку. Сердце делает резкий скачок, я оборачиваюсь, готовясь бороться, магия струится к кончикам пальцев и тут же уходит. Мэт.

– Все в порядке? – спрашивает он, глядя с тревогой. Я перевожу дыхание, кидая взгляд в сторону переулка. Потом киваю.

– Почему не ушел? – спрашиваю, когда мы отдаляемся на приличное расстояние.

– Волновался. Ты меня поцеловала.

– Да, – я неловко закусываю губу. – Наверное, это было лишним. Извини.

Он кивает, кидая на меня взгляды.

– Просто… Это так странно. Когда ты меня поцеловала, мне понравилось. И… Это были такие яркие эмоции, знаешь. А сейчас я смотрю на тебя и не понимаю, как вообще мог с тобой целоваться.

– Заклинание, – киваю я. Ведьмак не обманул. Оно действительно работает. – А что ты испытываешь сейчас?

– Ничего, – Мэт пожимает плечами. – Как будто мы вернулись назад. Ты просто Ада, мы вместе учимся, хорошо общаемся. Как это работает? Ведь я одновременно помню ощущения от поцелуя, помню о чувствах, которые испытывал к тебе буквально только что. Помню о своих мыслях и желаниях о тебе. Но при этом не могу почувствовать ничего из этого.

– Это колдовство, Мэт. Так сказал ведьмак. Это вроде чар, которые накладываются на меня и создают неверное впечатление и ощущение.

– Это грустно, – Мэт пинает камушек, он скачет далеко вперед по пустой дороге. – Мне казалось, что я влюбился в тебя, Ада.

Я так сильно теряюсь, что не нахожу слов. Только этого не хватало. Сейчас я даже рада, что на мне заклинание.

– Мэт, ты очень хороший, – останавливаю его. – Но… Все это очень сложно. У меня сейчас другие цели. И они для меня важнее всего.

– Да, я знаю. Ты хочешь защищать родину.

– Да, – о своих истинных целях я не рассказывала никому. – Ты поможешь мне?

– Теперь чем? Найти еще какого-нибудь ведьмака?

Я улыбаюсь.

– Мне нельзя возвращаться домой сегодня. Дядя Эл сразу поймет, что я сделала. Могу я заночевать у тебя? Утром уеду в город, где идут сборы добровольцев.

– Конечно, Ада, какие вопросы.

***

– Боевой маг низшей категории, – толстый невысокий дядька с лысиной, обрамленной рыжими волосами, меньше всего напоминает бойца. Но именно он проводит отбор добровольцев, и от него зависит, возьмут ли меня в отряд. Я сдала нормативы и прошла осмотр лекарей и магов. У меня выявили фригидность – отсутствие уровня, который должен был раскрыться.

Фригидный боевой маг низшей категории – только медали не хватает. Мужчина окидывает меня незаинтересованным взглядом.

– Навыки лекаря отсутствуют, – не спрашивает, утверждает. – Определить тебя помощницей к лекарям?

– Я хочу сражаться на поле боя.

Он вздергивает брови в удивлении.

– У меня хорошая физическая подготовка и есть магические способности, хоть и небольшие. Я могу сражаться.

– Сильно сомневаюсь. Лучше тебе отправиться домой и не расстраивать свою семью подобными порывами.

– У меня нет семьи.

Еще один взгляд, сочувствия не наблюдается, но мужчина явно размышляет над решением.

– Я понимаю, что вас смущает мой пол, но поверьте, я готова сражаться и, если надо, умереть.

Он только вздергивает брови, качая головой, а потом чиркает размашистую подпись. Сердце останавливается на несколько коротких мгновений. Я принята в армию.

***

– Не забывайте, ваша задача – защищать магов высокой категории.

Все синхронно кивают и рассредоточиваются по лесу. Я дышу часто и нервно, это мой первый бой за прошедший месяц. Оборотни продвинулись вперед и хотят взять один из крупных городов. Им нужно преодолеть лес, в котором их будет ждать засада. Я испытываю смешанные чувства: странное предвкушение сменяется страхом. Я понимаю: все мои фантазии, скорее всего, далеки от реальности. В войне нет ничего привлекательного.

– Боишься, Лина? – Каспер, один из бойцов, догоняет меня, тихо ступая по мягкому мху.

За месяц я успела привыкнуть к такому обращению, мне хотелось, чтобы у меня было меньше связей с прошлой жизнью. Теперь у меня новая, другая. И имя тоже другое.

– Немного, – сознаюсь я. Каспер хороший парень, помогал мне все это время, и мы, можно сказать, подружились.

– Понимаю. Первый бой все-таки. Думаешь, справишься?

– В каком плане? – смотрю в недоумении.

– Ну… – он срывает травинку и засовывает в рот. – Одно дело говорить о смерти, другое убить человека, стоя с ним лицом к лицу.

– Они не люди. Они оборотни. Существа без жалости, убийцы, которые живут только своими желаниями, – отрезаю я, чувствуя, как грудь раздирает злость. – Я убью любого из них, кто окажется на моем пути.

Каспер молчит, глядя вперед, и мне чудится в этом молчании сочувствие. Он не знает, какие цели преследую я, чего хочу, чем живу. Для всех я – глупая девчонка, мелкий маг, к тому же фригидная. Они сюсюкаются со мной, как с ребенком, или просто не обращают внимания. Наверное, это последствия заклинания, но порой жутко бесит, когда тебя не воспринимают всерьез.

Все начинается ночью. Волной по отряду проходит тревога. Я быстро собираюсь, пытаясь подавить волнение внутри. Я представляла первый бой много раз, и сейчас все чувства обостряются. Я беру с собой меч, стрелы в лесу малоэффективны, веду пальцами, чувствуя, как циркулирует по ним магия. Выдыхаю, прикрыв глаза. Пора. Пора.

Сразу попадаю во всеобщую сумятицу: крики, топот, всполохи магических шаров, – все мешается в кучу, дезориентируя. Я не знаю, что делать, просто бегу вперед, периодически сталкиваясь с кем-то из своих.

– Что происходит, Каспер? – кричу в одно из таких столкновений, крепко хватая парня за рукав.

– Оборотни пришли раньше, чем мы рассчитывали, придется… – он не договаривает, недалеко от нас раздается рычание, а через мгновенье Каспера сносит в сторону черная громадная тень. Страх облепляет меня с головы до ног. Я не могу обернуться, бегу вперед, не зная, что делать. Ветки хлещут по лицу, мокрому от слез, я даже не понимаю, что плачу. Каспера убил волк.

Я не знаю, сколько и куда бегу, пока не понимаю, что больше не могу. Еще один рывок, и я упаду замертво безо всяких оборотней. Вокруг как будто ничего не изменилось: те же крики и всполохи. Сколько времени прошло? Кажется, целая вечность.

Я оглядываюсь, все так же тяжело дыша, а в следующее мгновенье передо мной оказывается волк. Я замираю, медленно выпрямляясь. Он большой, привыкшему в темноте глазу все равно не хватает видимости. Четкие только глаза, желтые с черными крапинками. Глаза хищника, готового убивать.

Смотрю на него, не двигаясь. Я должна запустить в него магический шар, а потом наброситься с мечом. Это мой единственный шанс выжить. Отрублю ему голову, и на том все закончится.

Волк, словно чуя, о чем я думаю, вдруг садится и наклоняет голову влево. Словно рассматривает меня как диковинное существо. Я веду пальцами, собирая магию, и не свожу с него глаз. Я смогу. От этого зависит моя жизнь. Звуки исчезают, остается только мое дыхание, сбитое, как сломанный метроном. Тело облеплено потом, напряжено до боли в мышцах. От того, кто из нас ударит первым, зависит, кто победит. Я смогу. Смогу.

Я должна была смочь уже минуту назад.

Волк вскакивает, я испуганно делаю шаг назад, а через мгновенье остаюсь одна. Он ушел. Просто ушел, не тронув. Мешком оседаю в траву, размазывая слезы. Каспер был прав, все были правы: я не готова к войне. Я только думала, что готова, но сейчас я больше всего хочу спрятаться где-нибудь подальше и дождаться, когда все это кончится.

Я куда-то иду в надежде найти своих. Иду на звук, который мне уже кажется невыносимым: звук войны. Только оживление вокруг позволяет стряхнуть напавшее оцепенение и немного прийти в себя. Я оказываюсь почти в эпицентре сражения, возле глубокого оврага. Хватаюсь за меч, а в следующее мгновение меня сшибает с ног волк.

Он меньше того, что был в лесу, но от этого не легче. Мой меч отлетел в сторону, и теперь мне остается надеяться только на магию и себя. А это не слишком-то радует. Я чувствую запах крови на волке, и это беспокоит куда больше, чем огромная туша, под тяжестью которой трудно дышать. Чувствую, как мне на шею капает слюна, и содрогаюсь. Я ничего не смогу сделать. Ничего, я полностью обезоружена.

И тут волка сбивает другой волк. Я с трудом вскакиваю, глядя, как один рычит, и тот, что мельче, убегает. Второй поворачивает ко мне голову, и я уверена, что не ошибаюсь: этот тот самый, которого я встретила на поляне. И тут же вижу, как в него летит мощный магический шар.

Я не знаю, что управляет мной в тот момент, но я кидаю в ту сторону свой шар. Он слишком слабый, не может ни уничтожить первый шар, ни остановить, только сбить траекторию. Волк реагирует быстро, но все равно не успевает уйти от удара. Он падает, скуля, на лапы, а я стою, глядя на него. Внутри переливается пустота, я просто потерялась. Не понимаю, что происходит, что я делаю.

Волк громко рычит, резко вскочив, со скулежом толкает меня в сторону, краем глаза я успеваю заметить еще один летящий в нашу сторону шар, который чуть не попадает в меня, а следом волк сшибает меня с ног, и мы катимся в овраг, ломая сухие ветки. Я стараюсь сгруппироваться, но выходит не очень, в конечном итоге прикладываюсь головой о камень и теряю сознание. И честно сказать, даже радуюсь в тот момент.