Текст книги "Мечты (СИ)"

Автор книги: Наталья Машкова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 25 страниц)

Глава 33.

Кира начала работать с важными документами. Ей стали доверять окончательное оформление дел для передачи их в суд. Несколько раз Кван проверил, а потом махнул рукой:

– Молодец! Острый глаз и ум! Справляйся!

И Кира справлялась. Она привыкла читать, копировать отчёты экспертов. Самые жуткие подробности не могли лишить её аппетита теперь. Иногда проводя пальцами по подписям на документах, она вспоминала друзей. Неразборчивая и корявая, как у всех экспертов, у Грана. Изящная и витиеватая у Азарка. Твёрдая, квадратная какая-то, у Арса. И сложная, красивая подпись у Дароса.

– Его, наверное, специально натаскивали, учили. Подпись возможного короля! Должна быть сложной для подделки и красивой.

Работая на третьем этаже, она почти не видела никого из них. Один раз заметила на входе Азарка. Печать смерти никуда не пропала. Жаль. Значит, опасность есть.

Сплетни до секретариата, конечно же, доходили. И много. Кира знала, что секретари прикидываются больными иногда, чтобы не идти работать на "чердак". Что характеры его обитателей испортились ещё сильнее в последнее время и приблизились, по мнению работников отдела, к статусу "совершенно и абсолютно невменяемы".

– Есть от чего,– вздыхала Кира.

Ей попасть туда не светило. У верхушки могли работать только старшие секретари. Когда она ещё доберётся до этого звания?.. Но она старалась изо всех сил и получила своё "повышение". Правда не тем образом, каким рассчитывала.

Мэтр Кван явился в кабинет младших секретарей тем утром несколько взволнованный и сразу приступил к делу:

– Не справляемся! Нужен секретарь на собрание в отдел ищеек.

Коллеги Киры замерли, как сурикаты перед хищником. И было от чего. Ищейки, Кира хорошо помнила, отличались буйным нравом. Все сплошь оборотни.

– Я пойду, если позволишь, мэтр,– вызвалась она.

Мэтр Кван, однако, засомневался:

– Думаю, не стоит, Фин. Ты всё-таки гоблин. Нервная система у вас нежная...

Секретари, отмершие было, замерли опять. Но Кира настаивала на своём:

– Вот и посмотрим насколько.

Посмотрела. Сидела, писала уже битый час протокол заседания, старательно исключая оттуда ругательства и оскорбления, и попутно редактируя. Потому, что после удаления всех лишних слов, некоторые фразы вообще переставали иметь смысл.

Что сказать? Ей нравилось. За почти месяц жизни среди бумажек она "застоялась", заскучала. А тут всё так знакомо, и мозгами приходится шевелить. И время подумать есть. Глава ищеек уже три минуты орёт так, что жилы вздулись на лице. И весь багровый. Не был бы оборотнем, помер бы, наверное, от удара после такого. А так ничего, проорётся и полегчает на душе.

Кира редактировала предыдущие записи, когда что-то просвистело мимо уха. Потом ещё что-то разбилось неподалёку. Да. До подобного лорд Раст доходил не часто. Топать ногами и швыряться предметами... Хорошо, что она пошла. Любой паренёк из тех, с кем она работала, уже сидел бы под столом и тихо скулил от страха.

В флегматичные рассуждения Киры вклинился шёпот ищеек, те, пока начальник бушует и не даёт заданий, обратили внимание на необычное поведение секретаря:

– Он глухой что-ли?

– Да нет, слышит. Протокол же пишет.

– А почему не прячется, не уклоняется?

Кира, которая расслабилась в привычной обстановке и среди привычных существ, шепнула им в ответ:

– Траектория не та.

Наступила оглушающая тишина. Вот чем хороши и плохи ищейки: всё-то они видят и замечают. Даже когда ты думаешь, что они в полном неадеквате.

– Что ты сказал, щенок?!– взревел лорд Раст.

Кира подняла на него глаза и отчиталась:

– Я сказал, что нет смысла уклоняться, раз вы не ставите целью попасть в меня.

Раст снова побагровел, словно она нанесла ему смертельное оскорбление:

– А с чего ты взял это, щенок!

– На психику давит,– подумала про себя Кира с умилением. Как драконы всегда поддаются "на слабо", так оборотни берут агрессией. Всегда. Испуган, устал, растерян,– рычи, пугай. И срабатывает же с большинством!

Ответила она, однако, очень почтительно:

– По моим сведениям, вы за время службы не попали ни в одного секретаря.

– Двое умерло!– прорычал Раст, как показалось Кире, с плохо скрытым стыдом.

А потому она ответила насколько могла умиротворяюще:

– Это были сердечные приступы. С тех пор здоровье секретарей проверяют.

Раст стушевался, буркнул:

– Покажи протокол.

Кира поднялась и отнесла протокол к столу начальника. Молодые оборотни вслед ей корчили рожи. Презренный гоблин! Кира не реагировала. Молодые дураки! Кровь бурлит и в мозг даёт!

Раст цепко следил за её реакцией, а после взялся читать протокол.

Всхлипнул, дико, неприлично заржал и ржал так несколько минут. На Киру даже начали оглядываться с сочувствием: попал ты, парень!

А Раст немного отсмеявшись, заговорил:

– Сейчас я, парни, прочитаю вам протокол нашего с вами собрания. Держите себя в руках, чтобы не обмочиться!

И он читал! С выражением, делая особый акцент на высокопарных фразах, которыми Кира заменяла непереводимые конструкции. Оборотни ржали как кони, казалось, стены дрожат. Кто-то ложился на стол, кто-то сползал на пол. Под конец они уже не смеялись, а только тонко взвизгивали или хрюкали на самых колоритных местах.

Закончив, Раст вытер слёзы с глаз, высморкался в платок и припечатал:

– Премию тебе, парень, дадим. От всего отдела! Сколько мы так не смеялись, ребята?

Кто-то ответил:

– Да после свадьбы Шерпа и не было. Года три уже.

Раст поднял палец вверх:

– Вот! Три года! Смех продлевает жизнь и стабилизирует магию. А при нашей работе!.. Так вот. Молодец, что сказать! Смысл передан верно, даже специальные термины на месте. И ни одного мата. А то Шеф клюёт меня в мозг, что наши отчёты читать нельзя!

Обвёл своих ребят глазами, вздохнул:

– Забираем мы тебя. Ты нам, похоже, богами послан. Бриллиант. Зелёный!

Парни снова заржали, но не обидно, скорее, ободряюще. И Кира улыбнулась от души. Забирайте!

***

Фина забрали в тот же день. Это только кажется, что оборотни крупные, шумные, вспыльчивые и без царя в голове. Нет, наверное, существ более практичных, чем они. Ну, разве что, гномы.

Теперь Кира была не младшим секретарём, а секретарём отдела сыска. С совершенно другим жалованием, статусом и даже отдельным кабинетом! Это, правда, была крошечная клетушка, где не смог бы находиться ни один оборотень, клаустрофобия бы замучила, но зато с окном!

Раст сам, за ручку, провёл её по всем инстанциям, начиная разговором с мэтром Кваном, и заканчивая отделом кадров. Там и там только покачали головами, но отказать лорду Расту не посмели. Все знают, что оборотня не остановить, если ему что-то втемяшится в голову. Кван, понятно, не желал терять перспективного работника, а в отделе кадров удивлялись, как это сморчок сделал такую карьеру. Меньше месяца после поступления на службу!

Кира могла бы теперь поменять жильё, но не стала. Здесь нравилось Фину, нравилось и ей. Ему будет приятно вернуться в привычное место.

– Если он вернётся,– вздохнула Кира.

Она вовсе не сомневалась в порядочности Хранителя. Он, конечно, дедок с подвохом, но по́дличать не станет. Дело в ней. Сможет ли гоблин вернуться, если его двойник наследит здесь? Куда тогда возвращаться? На плаху?

В своей способности ввязываться в проблемы Кира не сомневалась никогда. Вот и сейчас. Как-то так повелось, что она стала водить дружбу с тем самым молодняком отдела, который так издевался над ней в первый день.

Они и после продолжили свои шутки. А в один из дней, после службы, подхватили Фина под руки и затолкали в карету. Кира не испугалась, скорее предвкушала, что будет? Видно, это была последняя проверка, потому, что парни похлопывая Фина по спине, объяснили ему, что его внешний вид позорит весь отдел и сводит его шансы устроить личную жизнь к нулю.

– Да,– думала Кира, ёкая от богатырских тычков,– эти точно знают толк в личной жизни!

Красивые, мощные, вальяжные, с отлично подвешенными языками и самоуверенностью молодости! Девушки сворачивали головы им вслед. И тут он: в прыжке до плеча не достанет, зелёный, хлипкий!

Хотя, после посещения ателье модного портного, где для него заказали несколько костюмов, пальто и переодели в готовый костюм, который, как проболтался портной, шили для мальчика-дракона, и остроносые туфли, она взглянула на себя иначе. А когда зеленоватые кудри подстриг странный цирюльник с серьгой в ухе, то не узнала "себя". Мастер, оказывается, не только странно косился на Фина, парни видели и ржали тайком, но и сотворил у него на голове художественный хаос из вьющихся волос. Ему очень шло. Теперь он выглядел утончённым, интригующим. Красавцем, конечно, не стал, но несколько раз и на него обернулись.

– Ты, лучший пример того, что талант есть талант!– выдали парни. А Кира не обиделась. Что есть, то есть.

***

И вот опять... Это было очередное крайне мерзкое дело, когда даже Киру потащили на место, писать протокол осмотра места преступления. Да, практичные оборотни приспособили её таланты и сюда. А что? Фин спокоен, как чурбан, не бежит блевать в ближайшее кусты, а ведь были и те, кто не добегали. Очень дотошен. А главное, умеет замечать мельчайшие детали, которые часто решают исход дела.

В сущности так оно и было, но, кроме того, Кира, благодаря дару ведающей, видела многое, чего не видели они, а потом приискивала, к чему бы привязать свои знания, как их обосновать. Та ещё задача!

То дело не было обычным. Массовое убийство. Ритуальное, судя по всему. Поэтому и парни, и Кира были прибиты, когда к вечеру вернулись в отдел. Раст отпустил их. Мёртвым уже не поможешь, а живых чудовищ, сотворивших такое, они начнут искать с утра, когда будут готовы отчёты экспертов, и мозги немного придут в норму.

Выйдя из департамента, парни, снова, не сговариваясь, повернули в одну сторону и Фина потащили за собой. Тот пытался трепыхаться, но его не слушали.

В трактире неподалёку их, видно, хорошо знали. Хозяин только увидел, кто явился, как тут же был освобождён угловой, самый большой стол, стоящий на отшибе. Симпатичные подавальщицы споро носили туда выпивку. Много! Куда так много? Дарос, с его стаканом гномьего самогона, был просто ребёнком, по сравнению с этими пьяницами! А еда?

Видно, лицо его было выразительным потому, что один из двух парней, между которыми его усадили, аккуратно похлопал его по плечу и пояснил:

– Еда после. Тоже много. А пока это. Гномий самогон.

Другой сосед тут же подвинул к Кире чарку.

Она даже головой покрутила: нет, пить не будет!

А один из парней веско сказал:

– Надо. Иначе когда-нибудь в петлю.

– Какой разный подход,– уныло думала Кира, сидя над чаркой.– У секретарей средство от стресса сон. А тут, вот что! А что, если я болтать начну? Да и как пить эту гадость?

... Отлично! Отлично её пить! Весело и необычно! И мир невероятно чёткий и красивый. И всё вокруг красивое. И все!

Парни удивлялись потом, как может так развезти от трёх небольших чарок? Сначала ничего, сморчок их повеселел, потом плясать отправился с другими парнями, песням подвывал. Душа компании! А потом резко отключился.

Что? Парни испугались. Грох и Талун поволокли его назад в контору, благо, что там эксперты сутками находятся. А сегодня ещё и Гран. Вытянет парня! Выпили и за это...

Дежурные пропустили пьяных оборотней с гоблёнышем на руках. Ну их, связываться! Эксперты тоже не отказали. Гран положил мальчишку на стол, осмотрел, рыкнул парням:

– Отравление. Ну как? Как можно давать молодому гоблину гномий самогон? Сколько? Три? Три чарки! Да он помрёт сейчас, и вы будете виноваты!

Гран вопил, но при этом готовил всё необходимое. А потом началось... Парни помогали промывать желудок Фину, он ведь не соображал совсем. Потом умыли его, отнесли назад на стол. Сидели ждали, пока лекарь вливал в него свои эликсиры. Через некоторое время парень начал оживать, зашевелился...

Глава 34.

На следующее утро при входе в свой кабинет, куда и уложили спать юного пьяницу, Раст состроил зверское лицо. Будет воспитывать!

– Ну,– рыкнул он, влетая в кабинет,– Где тут главный пьяница департамента?

Щенок даже не дёрнулся. Медленно открыл глаза, сел, уставился на него. Так же смотрели на него его собственные дети, когда были маленькими: спокойно, доверчиво. Раст устыдился. Сел рядом, обнял за плечи:

– Пить тебе нельзя, вот что. Или парней проси, чтобы контролировали. Ладно, сам скажу. По этажам сегодня не бегай, тут сиди. И в лаборатории ни ногой.

Опять этот спокойный, доверчивый взгляд.

– Ты, что же, ничего не помнишь?

– Наверное, нет. А что я сделал?

– Напился. Гран приводил тебя в чувство, а ты расколотил половину его лаборатории,– прямо ответил Раст.– Он убить тебя готов. Потому и посиди в отделе пару дней, пока не поутихнет.

Парень повёл себя странно. Он вздохнул, чуть пожал его руку в знак благодарности, снял её с плеча и встал. Повернулся к нему, спокойно сказал:

– Не утихнет,– и направился к двери.

– Ты куда?– остановил его Раст.

– Умоюсь и работать. Спасибо, что сказал, начальник.

Вышел за дверь.

Он и дальше удивлял Раста. Ходил по департаменту со спокойным и безмятежным лицом. Где только не был за день. На насмешки не реагировал и смотрел с недоумением. Откуда выдержка такая у молокососа? Даже парни из отдела не удержались, подрались пару раз.

Чем больше смотрел Раст на гоблёныша, тем больше сомневался, что он слаб. Такой выдержкой, по крайней мере, мало кто мог бы похвастаться. И она приносила плоды. Через несколько дней издёвки стали затихать и даже Гран перестал смотреть на Фина так, словно хочет убить на месте. Вряд-ли они будут друзьями, но хоть так.

Теперь, когда они шли с ребятами в трактир, перед Кирой стояла самая маленькая чарочка, наполненная наполовину. Талун не побоялся и сходил к Грану. Спросил его, сколько можно пить одному конкретному гоблину, чтобы оставаться в рамках. Тот вскипел и высказался, что тому самому гоблину уже ничто не поможет, ибо мозгов у него нет, вероятно, с рождения. Потом, правда, смягчился и добавил, что больше одной чарки самогона ему нельзя. Другой алкоголь и вовсе не давать, неизвестно ещё, что туда намешали. Гномы хоть за качеством своего продукта следят. А парень у них хлипкий...

Раз хлипкий, то дозу ему уменьшили ещё наполовину. Кира и того не хотела. Но иногда она так уставала! В основном, от необходимости притворяться, что она не знает тех, кого знает, что ей дела нет до них. А иначе нельзя. Ведь ей надо во что бы то ни стало добраться до "чердака". До того, как заговорщики ударят снова.

***

Добраться до "чердака" у Киры вышло довольно скоро.

Шеф собирал общее собрание глав отделов и каждый из них был вправе взять с собой нескольких подчинённых. Секретари резко заболели почти полным составом. Почему? Да потому, что на последнем таком собрании сыщики подрались с представителями отдела внутренней безопасности. Те позволили себе усомниться в лояльности кого-то из них. Мебель пришлось менять, секретарей лечить. А потому они "заболели" теперь превентивно, заранее, так сказать.

Мэтр Кван прибежал к Расту в состоянии близком к истерике:

– Выручай! Я, конечно, разберусь с забастовкой, которую устроили мои, но от того не легче. На сегодняшнее собрание нужно минимум три секретаря, а у меня только один тот, который справится. Я пойду вторым, а третьим дай твоего Фина!

– Нет!– инстинкт защищать своё у оборотней не меньше, чем у драконов. По сути ведь, те и другие оборотни.

– Лерис, пожалуйста!

Раст заскрипел зубами. Своё нежное имя, которое дала ему не в меру романтичная матушка, он терпеть не мог. Но и другу надо помочь. За такой косяк шеф с него голову снимет.

– Ладно! Приведу.

Кван испарился, Раст отправился к клетушке секретаря. Постучал, вошёл. Парень так зарылся в бумажках, что одна зелёная макушка торчала. Поднял голову. Удивился. Начальник почти никогда не заходил сюда – терпеть не мог замкнутые пространства.

– Собирайся. Будешь третьим секретарём на сводном собрании. У Квана там забастовка...

И вот Кира поднимается наверх по той самой лестнице, по которой раньше бегала вверх-вниз по многу раз в день.

– Как быстро вышло оказаться здесь у кошки и как не скоро у двуногого. Ну, ладно, кто-то бы сказал, что быстро, что я везунчик,– даже про себя Кира всё чаще называла себя "он". Привыкала?..

И вот она сидит в уголке отведённом для секретарей. Остальные тоже ждут. Наконец, пришёл Шеф, уселся на своё место.

Сколько уже она не видела его? Почти три месяца. Как он? Кира тайком, но жадно рассматривала своего прежнего "хозяина". Того, по кому так скучала. Остальных она видела хотя бы мельком, но не его. Похудел. Под глазами тени. Что с ним? Драконы ведь не болеют! "Но они страдают",– прошептал внутренний голос.

– Из-за кошки?– удивилась она.

И сама себе ответила:

– Из-за одиночества.

Она же помнила, как тяжело он переносил его раньше. Потом появилась Кошка и ему стало чуть легче. Теперь он лишился её и одиночество вернулось.

– А ведь домашние, наверняка, так и боятся соприкоснуться с ним. Все, кроме Кастора и Ивонны. Ходит как чумной среди них, а они шарахаются по сторонам!

Собрание началось, а потому времени на праздные мысли не осталось. Обсуждение набирало обороты. Агенты снова шумели, пытались кинуться друг на друга. Их, конечно, накажут, как и любого такого нарушителя, но что такое взыскание или штраф, когда инстинкты прут?

В какой-то момент Кира поняла, что в неё что-то летит и чуть отодвинулась. Потом прилетело опять, она уклонилась. Снова. Наклонилась и чашка разбилась о стену над её головой. Не прекращая писать, Кира другой рукой стряхнула осколки с волос. Пока хватит и так.

И тут раздался дикий рёв кого-то из "её " оборотней:

– Ты что это нашего секретаря обижаешь?

Руководитель внешней разведки, лорд Вист, лощёный как все в его вотчине, пропел:

– Всё потому, что секретарь у вас какой-то необыкновенный! Я своих ослов и близко так выдрессировать не могу!

Оборотень всё-таки не выдержал и бросился на него. А Кира лихорадочно соображала:

– Идиотка! Так проколоться! Во второй раз! И что делать теперь?

В первый раз она прокололась, когда выпила во второй раз в жизни. Случилось это в той же таверне. Чарка была маленькой, сознание она не потеряла, а вот разум, да. Талун, огромный как медведь, когда выпивал, то желал "побороться" с кем-нибудь. Мало кто соглашался потому, что парень был невероятно силён и, даже в шутку, бока мог намять знатно. Вот и тогда он вышел на середину зала, поднял руки вверх и, пританцовывая, вызывал желающих.

Ну, Кира и вышла. Ржали все. Фин ему чуть ли не по пояс был. Пока они ржали, Кира под шумок ткнула парня в определённую точку и отошла, чтобы не зашиб. Когда он упал с диким грохотом, уже Кира заплясала с поднятыми руками.

А на следующее утро разыгрывала очередную амнезию. Не помню, не знаю! После того случая, она и не пила. Так, язык мочила, чтобы пахло, а остальное под стол.

Вот сейчас это всё всплывёт, соберётся вместе. Умник Азарк проанализирует и, привет, Фин!

Или не проанализирует. Дарос, конечно, не собирался делать ничего такого, но невольно спас её. Заговорил своим странным холодным голосом, который невозможно не слушать:

– Я слышал, что секретарь у сыщиков необыкновенный. И даже убедился в этом. Их отчёты теперь можно читать, как поэму: высокий слог! Молодец!.. Нам тут тоже с архивами разобраться не помешает, так что: милости просим! Завтра же!

Собрание закончилось на диво мирно и все разошлись. Гран остался и без спроса ввалился в кабинет к Даросу:

– С какой стати ты потребовал гоблёныша себе?

– Кого?– рассеянно спросил Дарос.

Он стоял у окна и смотрел на что-то внизу.

– Кто-то из оборотней обозвал Фингарда. Так и прилипло. Он, похоже не обижается.

– Он, похоже, ни на кого не обижается,– так же рассеянно ответил Дарос не отворачиваясь от окна.

Гран выглянул тоже.

Толпа молодых оборотней вывалилась из дверей и по двору шла к воротам. Мощные, красивые. А между ними смешной, плюгавый гоблин. Они все что-то бурно обсуждали... В какой-то момент, гоблёныш зацепился за брусчатку и стал стремительно заваливаться вперёд. Он неминуемо расшиб бы себе лоб, если бы не шедший рядом громила. Он с такой силой дёрнул паренька, что тот просто взлетел вверх. Другой парень подхватил его и аккуратно поставил на ноги, похлопал по спине так весомо, что юный гоблин чуть не упал носом вперёд снова. Всё это время он смеялся. Все они смеялись. Беззаботные!

Молодёжь уже ушла, а драконы смотрели в окно. У них не было такой юности и радости, таких друзей. Зрение и память у обоих были абсолютными и, конечно, они запомнили каждый момент падения и полёта юного гоблина. Он был очень некрасив со своими маленькими глазками и несуразным лицом, и, в то же время, прекрасен. В своей свободе, радости, доверии другим. Не бояться упасть, чтобы взлететь... Способен ли на это хоть кто-нибудь из драконов?

Гран быстрее сбросил морок и вернулся в реальность. Кашлянул и спросил деловым тоном:

– Зачем он тебе?

– Он странный,– ответил Дарос, усаживаясь в своё кресло.

– Это не ответ.

– Почитай его отчёты и протоколы. Парень – гений. Он не только выправляет стиль и манеру речи наших ищеек, но и делает анализ услышанного, выделяя наиболее важные моменты. То есть, каждый такой документ – это, по сути, аналитическая записка. Которую он создаёт сходу, даже не задумываясь. Сколько бьётся над этим наш аналитический отдел, ты знаешь... Такую скорость обработки информации я видел только у Азарка.

– И у тебя,– добавил Гран.

– И у тебя,– не остался в долгу Дарос.– Мы-то понятное дело, а он? Откуда?

– Ты подозреваешь его?

Дарос пожал плечами:

– Необычность и гениальность всегда подозрительна. По сути, каждого, кто сейчас работает на "чердаке", я однажды подозревал.

– Будь осторожен с ним!– не удержался Гран.– Он странный. Очень.

Дарос как-то ласково улыбнулся:

– Ты потому бегаешь от него? Злишься после той истории?.. Почему ты бегаешь от него, но и не отводишь от него глаз?

Лекарь отвернулся к темнеющему окну и ответил:

– Он странный. Такой несуразный, страшный, слабый. Но при этом такой счастливый. Свободный. Это искушает, не находишь? Почему мы не можем так?

Дарос подошёл к нему, положил руку на плечо:

– Однажды мы поймём, и исправим эту оплошность. Не сомневайся!