Текст книги "Прости, умри, воскресни (СИ)"

Автор книги: Наталья Косарокова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 21 страниц)

33

Этэри распахнула дверь и вошла первой.

– Это сейчас мой кабинет и мой дом временно. Работы ведутся пока на нижних уровнях. Не все быстро, – улыбнулась она и дала время мужчинам осмотреться.

Огромные окна в два этажа высились от самого пола до потолка. Тут уже висели занавеси, что придавало помещению уют. Отделка была выполнена из тёмно-коричневого лакированного дерева и насыщенного зеленого сукна. Вдоль стен стояли книжные шкафы. Огромный в человеческий рост камин с резными каменными статуэтками.

– Да, – восхищенно крутился по кругу Эдвард, – вот это замок. Я столько камня вокруг себя в жизни не видел. А камин! Я в него могу целиком войти!

Фон Гориц тоже был восхищен и поражен всем увиденным, но старый военный вел себя более сдержанно.

– Это рабочий стол?

Подошел он к массивному столу. Тут же стояло кресло, более напоминающее собой трон, чем стул. Фон Гориц замер в нерешительности. Трон его короля Людовика был сделан менее искусно, чем это старинное кресло в рабочем кабинете. А то, что это помещение выполняло именно функцию кабинета не было и сомнений. Тут Этэри не ошиблась. Отделка и мебель говорят именно об этом.

– Большинство помещений было хорошо запечатано.

Рассказывала Этэри Эдварду, который все же пытался забраться в камин и подурачиться. Она же дергала его за руку обратно и посмеивалась. В камине играло пламя. Не большое, но принц мог вполне обжечься и выпачкаться.

– Люди, которые уходили из города всеми силами старались сохранить все.

– Они надеялись вернуться, – согласно кивнул головой фон Гориц.

– И вернулись, – оставил попытки забраться в камин Эдвард после строгого взгляда Этэри.

– Спустя десять сотен лет.

Договорила Этэри и подошла к рабочему столу. Она вместе с Эдвардом не сговариваясь взялись за разные стороны кресла и выдвинули его. Фон Гориц как не старался сделать равнодушный вид у него не получилось. Граф с трепетом посматривал то на принца, то на царевну. Оба подбадривающе улыбались. И вот он решился и сел за этот невероятный рабочий стол.

Этэри тут же начала показывать ему бумаги. Граф сразу вник в суть всех дел. Их еще было не много и аккуратная Этэри все разложила по стопочкам. Царевна выдвинула один ящик и достала из него маленький ключ. Его она положила перед графом на стол. Затем взяла ключ и прошла к шкафу, расположенному между двух окон.

Вставила ключ в замок и распахнула дверцы. Там в нише на полках обнаружились многочисленные сундуки и ларчики. Этэри повернулась к графу.

– Сюда я перенесла часть найденных сокровищ. Тут металлы в слитках, монеты, камни разные. Есть украшения. Это для расчетов с торговцами.

– А это что?

Эдвард взял с полочки странного вида графинчик. Сосуд был прозрачным и в нем плескалась странная бурая маслянистая жидкость.

– И это не похоже на драгоценности.

Принц стал по очереди трогать лежащие отдельно рядком бурые и черные камушки. Они точно не были похожи на яркие драгоценности.

– Не знаю, – пожала плечиками Этэри, – сосуды и эти куски тут были изначально. За сотни лет они не пропали. Значит какие-то ископаемые. Я ничего не выбрасываю.

– И правильно делаешь!

Подошел фон Гориц к шкафу и взял в руку черный блестящий камень. От его пыли пальцы графа чуть испачкались в черный. Эдвард откупорил пробку и пытался засунуть нос в графинчик. Этэри тут же отобрала сосуд и пробку и закупорила. Эдвард не понятно успел вдохнуть запах странной жидкости или нет, но стоял и смешно кривлялся. Фон Гориц взял в руку другой камень. На его пальцах остались ярко рыжие пятна.

– Это не опасно? – взволнованно смотрела на руки графа Этэри.

Но тот торжественно улыбался. Новый властитель города аккуратно уложил все на полочки, кроме черного камушка. Его он оставил у себя. Этэри закрыла ключиком замок шкафа и вручила его графу.

– Вы теперь распорядитель казны.

Тот сел за стол и положил камень на чистый лист бумаги.

– Есть один серьезный вопрос, – начал он сложа руки на столе деловым тоном.

Молодые люди стояли перед графом теперь как на приеме. Он быстро понял, что всё нужно брать в свои руки. Этэри совершенно не годится для деловых дел.

– Я поданный другого государства, – пояснил граф, – и как гражданин королевства Мальборк, соблюдаю интересы своего короля. Как мне быть управляющим города Семи королей?

Эдвард поджал губы и уставился на Этэри. Та тоже замерла с открытым ртом не зная, что на это ответить. На помощь пришел принц. Он взял за руку Этэри и притянул к себе. Та возмущенно глянула на парня, но тут же улыбнулась.

– А так и быть! – ответил он громко и четко, – форс мажор у нас, да царевна?

Этэри вначале не поняла, а после согласно закивала головой. А Эдвард продолжил.

– Ты и соблюдай интересы своего короля. Для блага Морского царства и Мальборка вместе взятых. Ты мой опекун, а теперь и опекун Этэри. Пока мы не поженимся.

Этэри наклонила голову и густо покраснела. Это понравилось Эдварду. Руку она у него не вырвала. Значит с его словами согласна. Фон Гориц подумал и к общему облегчению Эдварда и Этэри кивнул головой. Молодые дружно выдохнули.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Так тому и быть, – ответил он, – а если сюда прибудет царь Филипп?

Этэри не нашлась что ответить и на это. Уж его она тут вообще не ожидала. По правде сказать, Этэри полагала что царь Филипп мертв, как и все в его городе. Ответил снова принц.

– С той стороны еще не пришел ни один человек. Но если и явится сюда сам царь. Тогда и решим, как быть. А пока пусть все идет своим чередом.

Этэри глянула на принца благодарно и снова улыбнулась. Это тоже очень понравилось Эдварду. Этэри рядом с ним оживает и превращается в ту прежнюю его Этэри. И ему было абсолютно все равно, что глаза ее теперь разные и не меняются.

– Добро, – согласился и на это граф, – тогда начнем наш день. Мне бы позвать толкового кого?

– Это быстро.

Подошла Этэри к двери и подергала за плетеный шнурок свисающий сбоку. Принц был уже рядом и тоже хотел дернуть, тем более после того, как дернула Этэри ничего не произошло. Но та стукнула принца по запястью.

– Мы не могли вначале понять назначения этого устройства, но разобрались довольно быстро. Это система оповещения. Тут звука нет, зато там звонит колокольчик. Поэтому нельзя лишний раз дергать.

– Вот в чем дело, – вытянул удивленно лицо Эдвард, – ему все же хотелось хоть разок дернуть за шнурок.

В дверь постучались.

– Входите.

Сказала Этэри. В кабинет нерешительно заглянула растрепанная голова молодого парня.

– Это Прошка, – познакомила с парнем графа и Эдварда Этэри, – он очень грамотный, но трусоват и категорически отказывается вести переговоры.

Граф махнул рукой и Прошка на полусогнутых просеменил к новому владыке города Семи королей. Этэри сделала правильный выбор и тем была собой невероятно довольна.

– Ну наконец-то я, – проговорила она вслух, – сделала за последние недели одно правильное дело.

Эдвард улыбнулся и стиснул ее запястье еще крепче. Граф уже тихо о чем-то переговаривался с парнем. Этэри подвела принца к одному из окон.

– Гляди что тут есть.

Эдвард восхищенно осматривал огромный внутренний парк. Он был уже частично очищен. Тут было просто море зелени. А еще виднелись статуи, беседки, террасы.

– Вот бы попасть туда, – восхищенно выдохнул Эдвард. – покажешь туда дорогу?

Этэри косо смотрела на принца и улыбалась одним краешком губ. Эдвард понял, она явно что-то задумала и приготовился. Царевна выдержала паузу, дождалась, когда парень начнет нервничать и открыла стеклянную дверь. Эдвард распахнул рот и замер. Этэри ждала именно такой реакции. Она медленно продефилировала в парк прямо из кабинета.

Эдвард тоже сделал два шага вперед, осмотрелся, после вернулся обратно в кабинет.

– Треска соленая мне в рот, – выругался он, забыв о правилах приличия, – дверь прямо в окне! Как? Уму непостижимо. Во предки дают. Эко же додуматься вмонтировать стеклянную дверь в стеклянное окно.

Царевна только и делала, что посмеивалась. Она то уже все тут исследовала и уже многому не удивлялась.

– Молодой человек! – выглянул из-за Прошки фон Гориц, – вам язык перцем давно не мазали?

Этэри быстро вытянула замешкавшегося Эдварда к себе, плотно прикрыла дверь и оба со смехом убежали прочь. Граф покачал головой, выдохнул громко и перевел взгляд на пытливую рожицу Прошки.

– Так что вы, Прошка, говорите?

– Я говорю, – мялся от волнения парень, – на северной стороне в горном массиве штольни заваленные.

Фон Гориц расстелил карту и оба наклонились.

– Вот тут, – ткнул пальцем и тут же отдернул руку Прошка, – мы там уже были. Уголь добывали там. А почем он вам, господин?

Парень часто мигал глазами и не мог от волнения устоять на месте. Граф подкинул на ладони кусок угля.

– А откуда знаешь, что это уголь?

– Да как жешь, топим им холодными зимами печи на побережье.

– Хм, а ведьма? Не боитесь?

– Ведьма? – удивленно воскликнул Прошка, – Маруська наша юродивая с третьей пристани, вот вся наша ведьма. Мы ее иногда во время дождя зельем напаиваем и спит благая.

Надо было видеть глаза фон Горица. Он подкинул уголь и забыл его поймать. Кусок с глухим стуком упал на лист бумаги.

– А, у, – подбирал он слова, – царевне. Этэри ты об этом говорил?

– Так с тех пор, как повадилась в горы уходить, Маруська наша, – неопределенно махнул руками Прошка, – так и сгинула. Не вернулась она. Что и говорить-то.

Фон Гориц вытянул свой бесконечно длинный палец и помахал им.

– Ладно, – опустил он руку, – это все потом. А уголь нам, Прохор необходим для торговли. Вот пока наша валюта будет! А как часто к вам на пристани корабли заходят?

– Так раньше совсем редко захаживали.

Все размахивал Прошка руками. Он весь был как на шарнирах и казалось, что стоит ему остановиться он тут же и рассыплется.

– А теперь почаще будет. Раз в две недели судно причаливает. Они у нас селедкой грузятся.

– Одно судно один раз в две недели! – стукнул себя по голове удручённый граф, – Треска соленая мне в рот!

Прошка замер на месте. Он совершенно не понял отчего так огорчился новый властитель города. Парень наклонился и заглянул в лицо графу.

– Господин, а перца нет.

Фон Гориц резко поднял голову, посмотрел на растерянного парня и рассмеялся.

– Ну и отлично! – воскликнул он, – я не рот перцем хочу себе засыпать, а набить полные карманы вот этими камушками. Идем, Прохор, покажешь мне мои владения.

Этэри и Эдвард бегали по парку играя в догонялки. В центре парка возвышалась башня. Проход в ней шел по кругу винтообразно и завершался смотровой площадкой. Тут и остановилась, запыхавшись царевна. Дворец был спроектирован так, что смотровая площадка ничем не была загорожена с одной стороны и вид тут открывался потрясающий на горы и море. Казалось, что отсюда даль видна на тысячу километров.

– Так магии больше нет?

Стоял за спиной Этэри Эдвард и смотрел тоже на панораму. Он положил руки ей на плечи.

– Нет, – ответила тихо Этэри, – она превратилась в весну.

– Это как?

– Весна наступает на мир со скоростью триста километров в сутки, – отвечала серьезно Этэри, – так и магия исчезает из нашего мира с той же скоростью.

– И однажды ее не будет совсем.

Проговорил Эдвард. Он тоже был магически одаренным человеком, и она ему помогала в жизни. Без магии жить тяжело. И он прекрасно знал, как многие будут не довольны таким ходом событий.

– Увы, – вздохнула Этэри, – магия останется во мне. Я проклята бессмертием. И пока во мне магия я не могу умереть. От этой заразы не так и просто избавиться. А самое страшное в том, что я буду меняться. Я ведьма, Эдвард!

Этэри повернулась так резко лицом к нему, что парень вздрогнул. На него теперь пристально смотрели два глаза. Один ярко зеленый, второй пронзительно синий.

– Я неизбежно буду портиться. Эдвард, наступит однажды день, когда я своими руками захочу уничтожить мой мир! Я не могу допустить этого. Но я пока не знаю, что придумать. Однажды со мною станет плохо всем тем, кого я так люблю. Тебе лучше оставить меня сейчас. Умрут все. Ты. Мой дэймон. Моя Лина однажды неизбежно потеряет магию и станет обыкновенной. И мне нужно будет что-то придумать до тех пор, пока я не съехала с катушек. Иначе моя сестра окажется правой. И наш мир все же будет опустошен демоном. Ты сам сегодня убедился в том, насколько наша цивилизация была более развитой тысячу лет назад. И к чему мы пришли сейчас.

Этэри замолчала. Ей сложно было подбирать слова. Она много думала и все же пришла к выводу, что Эдварду гораздо лучше будет идти по жизни своим путем. Она ждала его ответа.

Принц дослушал до конца ее долгую и проникновенную речь и стоило ей замолчать, взял и поцеловал. И не просто чмокнул в щечку, а по-настоящему в самые губы.

– Самой тебе не справиться, – ответил он ей, – тебе нужен надежный помощник. Наверняка в мире спрятано много интересных книг. Мой учитель – лучший друг Пири Рейса подскажет, где находятся древние библиотеки востока. А у меня есть крепкий корабль. Да и к тому же, когда у тебя начнет портиться характер, кому-то нужно быть рядом, чтобы остужать его. Ты так мечтала о путешествиях вместе со мной. А теперь прогоняешь. Я предлагаю тебе, Этэри, вместе найти, где прячется твоя смерть. Вот моя рука.

Эдвард протянул ладонь. Этэри замерла в нерешительности. Она видела себя одинокой и всеми брошенной. И рука Эдварда, после того что он узнал, была для девушки неожиданностью. Она знала, что нравиться ему, но то, что он предлагает. Это уже больше, чем простая симпатия. Это уже.

– Ты обрекаешь себя, Эдвард. У тебя не будет наследников. Не будет спокойной жизни. Останешься со мной и не будешь долго счастлив. У нас будет в запасе не много лет.

– Но все они будут наши. Ты разве не видишь, что это не просто симпатия, Этэри. Это любовь.

Этэри наконец вложила свою ладонь в протянутую руку принца.

– Ты пожалеешь, – вздохнула она, – и проклянешь однажды эту любовь.

Эдвард заключил Этэри в объятья, развернул к себе спиной и так они остались стоять и смотреть снова вдаль.

– Но при этом успеют сбыться все мои мечты. Ты станешь моей. И мы всегда будем вместе. А все остальное, шелуха.

– Шелуха? – нервно хохотнула Этэри.

– Шелуха, – серьезно ответил Эдвард и замолчал.

Больше они ни о чем не разговаривали. Все было выяснено и решения приняты.

Граф фон Гориц серьезно взялся за дела возрождающегося каменного города Семи королей. А у Этэри и Эдварда появились новые немаловажные дела. Молодые люди разрабатывали грандиозный план по путешествию по всему миру в поисках источников древних знаний.

Первым местом, где начались их изыскания стали библиотеки города. Как была удивлена Этэри узнав правду о ведьме дождя. И эта правда просто не укладывалась в головах молодых людей.

– Оказывается, – оторвалась от записей Этэри и посмотрела на принца, – она была простой жительницей одного из поселений на побережье. Простой женщиной. В быту самой посредственной, даже можно сказать во многом беспомощной. Ее все немного того считали. А как начинался дождь она преображалась буквально в другого человека.

– Думаю, это одна из редких разновидностей оборотничества, – тоже рассуждал Эдвард, – аномально редкая.

– Магические болезни, – ткнула в парня длинным карандашом Этэри и снова наклонилась над своей работой, – Пири Рейс рассказывал о таком и даже, кажется, говорил, что читал однажды трактат об этом. Но я все слушала как сказку. Эх, знала бы. Не могу вспомнить названия города, где он посещал библиотеку. Или это были записи в частной коллекции? Ничего не помню.

– Эта Маруся жила в одном из поселений на побережье, что основали последние переселенцы, покинувшие каменный город. – говорил Эдвард, – места дикие и глухие. Тут плохое дно и много холодных течений. Растения растут плохо, с моря продовольствия немногим больше. Народ жесткий и малограмотный. Даже царь Филипп, совершенно не интересовался этой частью своих уделов. Вот и получилось, что жила ведьма дождя тут как в потайном закоулке. Все местные были в курсе одной странной особы. И никому не было до нее дел.

– Ага, считали юродивой и совершенно не трепетали от той ее личины, что она приобретала в дожде.

Этери и Эдвард встретились глазами и одновременно стали улыбаться друг другу.

– Какие еще тайны скрывает этот мир?

Проговорила Этэри.

– Мы их все разгадаем, – ответил Эдвард.

Этэри вздохнула и наклонилась над свой работой. Эдвард медленно и бесшумно стал выбираться со стола. Девушка была поглощена раздумьями и не видела, как на цыпочках походкой хищника подбирается к ней принц. Эдварду надоело сидеть без дела. От пыли у него уже чесался нос, а от бесконечного перебирания книг, наступила ужасная скука. Он был человеком действия, и просиживать согбенным в библиотеке он не мог. Поэтому решил пошалить.

С тех пор как он впервые поцеловал Этэри прошло уже много дней. Царевна словно не прониклась его чувствами к ней. Вся была поглощена проблемой своей смерти. Она очень переживала, что однажды потеряет себя как личность и тогда наступит точка невозврата. После мир будет обречен. А Эдвард был парнем молодым, горячим. Ему помимо глобальных проблем еще хотелось обнимашек и поцелуев.

– Моя сестра убила Марусю, – дрогнувшим голосом заговорила Этэри. –Так она отбирала магию у особо одаренных магов. Мне пока не ясно, одно!

34

Этэри резко подняла голову и застала принца в странной крадущейся позе. Она смотрела на Эдварда в упор, а тот замер с выпученными глазами.

– Что-о-о? – протяжно выдавил он.

Царевна была так поглощена мыслями, что даже не обратила на странное поведение принца внимания. Она услышала вопрос, который, собственно, ждала и была удовлетворена, его поддержкой.

– А то, что в тебе тоже магия, – карандаш замер в руке Этэри, – и во многих людях она есть и порой много. И во мне магия. Во мне такая же магия, как и в Пири Рейсе. Другая. Более совершенная и могущественная. Мне, к примеру не нужны ни пассы, ни предметы проводники, мне даже сосредотачиваться не надо. Достаточно просто захотеть этого. Мне интересно какой вид магии поражает бедняжек, что в последствии становятся ведьмами дождя? Сестра убила не мало таких женщин. Я это видела в круговороте.

Эдвард замер снова. Этэри ему еще не рассказывала о том дне, просила повременить. И вот какие-то события. Что за круговорот? Видно, души магов пришли к ней тогда на помощь во время сражения. Он читал об этом. Этэри видела лица всех, кто погиб от рук черной ведьмы и у кого она отобрала магию. О, наверняка Этэри тогда видела и своего обожаемого Пири Рейса. Сердце Эдварда защемило, сколько испытаний уже пришлось пережить Этэри. Он представил ее потрясение, когда перед ней преобразился дух ее учителя.

– Но теперь увы все безвозвратно утеряно, – вздохнула Этэри, а Эдвард решил во чтобы то ни стало настигнуть царевну врасплох и поцеловать ее еще раз. – Я отняла всю магию отовсюду. И бедняжки, наверное, даже сами не знают, кем были. Ходят теперь по миру, жизни радуются. Для меня главное, что все они остались живы!

Снаружи раздался пронзительный звон колоколов. Это оповещение, что что-то произошло значительное и требует непосредственного внимания всех высокопоставленных людей города. Этэри бросила карандаш, не договорив слов и не закончив мыслей. Они уже улетучились. Теперь Этэри занимали мысли, что случилось? Царевна резко развернулась и с размаху уперлась в грудь принца.

– Эдвард?!

Вскрикнула она от неожиданности. Только же вот сидел напротив. А тот тоже растерялся и схватился рукой за затылок и стал его активно начесывать, не зная, что и ответить.

– Как ты тут? – спросила царевна.

– Принц! – раздалось у входа, – царевна Этэри!

На входе стоял собственной персоной глава города граф фон Гориц. И стоило тому увидеть, как непростительно близко находятся друг от друга молодые люди, взгляд его сразу стал жестким.

– Так! А что тут происходит?

Эдвард скривил недовольную рожицу. Его застали врасплох и он не знал, что такого выдумать. Этэри тоже хороша. Странно так посмотрела на принца, обошла сторонкой и направилась к графу. Стала рядом с ним и уже оба смотрела на замершего на том же самом месте в той же самой позе Эдварда.

– Не знаю.

Пожала она плечиками и посмотрела на опекуна таким наивным взглядом, что тот отмер и даже заулыбался.

– Царевна Этэри, – оставил в покое наконец Эдварда фон Гориц, – там прибыли новые переселенцы.

– Хм, – вздохнула Этэри, – город так велик, что нам понадобится не один год заполнить его жителями. Мы всем рады, кто готов трудиться на благо нового дома.

– Это, – сглотнул граф, – пришельцы с той стороны.

Этэри не надо было ничего говорить. Она все сразу поняла и напряглась. Эдвард уже стоял рядом и держал царевну за руку. Фон Гориц не одобрительно указал глазами на нарушение этикета. Но Эдвард лишь крепче сжал ладошку Этэри. Тогда граф махнул рукой на это форменное безобразие. Тем даже лучше. Царевна точно будет теперь принадлежать Мальборку. А следовательно, и все несметные богатства каменного города.

– Эта группа людей, – тихо проговорил он, – явилась из уничтоженной столицы Морского царства. Во главе с. Царем Филиппом.

Этэри вскрикнула и глянула на Эдварда. Она всегда так делала, когда ожидала его поддержки.

– Идем!

Ответил принц и все быстрым шагом направились на площадь перед дворцом.

Отряд пришельцев насчитывал не более полутора сотен горожан. Во главе стоял сам царь Филипп. Этэри несмотря на то, что всегда не любила и робела перед родным отцом приняла царя благожелательно.

Согласно обряду черной ведьмы, что так кстати успела поведать перед гибелью Лина сестре, именно отец теперь стоял между Этэри и ее бессмертием в этом мире. Только один носитель крови рода – последний его представитель станет проводником между мирами. Эдвард знал и это. Принц наклонился к царевне и прошептал.

– Он жив, а это означает, что у нас есть много времени.

– Я так этому рада, – дрогнувшим голоском пролепетала в ответ она, – мне до этого начало казаться, что …

Неожиданно девушка запнулась и больше не стала продолжать. Эдвард и так все знал. Его подруга жизни для него была как раскрытая книга. Этэри боялась, что ее характер уже начал портиться. Она часто злилась и раздражалась.

И вот ее отец – царь Филипп живой и здоровый стоит пред ними. А это значит, что только с момента его смерти начнутся необратимые перемены с маленькой царевной. Царь был бледен и худ. Глаза его большие и круглые запали, образовав по щекам темные круги. Губы были так плотно сжаты, что казалось больше они не способны на улыбку.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Он совершенно седой, – прошептала Этэри.

– А когда узнает, кто все это устроил, – нашептывал в ответ в самый затылок Эдвард.

– Молчи, – шикнула царевна, – он прекрасно читает по губам.

Бесконечно затягиваться неловкая пауза тоже не может. Толпа новых горожан уже начинала роптать. Шум, начавшийся по краям площади, как прибой, заставил действовать фон Горица. Граф понял, что остолбенение царевны уж слишком затягивается. Поэтому он на правах нового властителя города и вышел приветствовать царя. Когда наконец началось движение, Этэри облегченно выдохнула. Она хоть и была верховной ведьмой города и, по сути, самым главным тут человеком, в жизни бы не решилась выступить перед царем Филиппом.

Юная семнадцатилетняя девушка без капли амбициозности и властолюбия не была создана для царственного величия. Для Этэри ближе веселье и путешествия. Она активная, живая, трудолюбивая и любознательная. Царевна скорее заберется с Эдвардом на рею Стремительного, чем наденет торжественный наряд и величественно усядется на трон перед своими подданными. Если бы все это сразу поняла ее старшая сестра Лина, не было бы всех тех несчастий, что случились теперь.

А теперь царь великой морской державы, покоритель всех южных морей, некогда самый богатый властитель Водного мира, низверженный и раздавленный отвешивает поклоны своей дочери бастарду. Теперь он в низком поклоне просит о приюте для остатков своих подданных, что остались после великого прихода чумы в столицу его царства.

Этэри не знала куда деть глаза. Сам царь стал перед нею на колено и низко склонил седую голову, а следом и все, кто пришел с ним. Толпа горожан затрепетала. Все видели какая власть была в руках юной девушки, и все приняли эту власть. Все кроме самой Этэри.

– Прошу, принять под свое покровительство, царица Этэри!

Пробасил громогласно Филипп и встал. Бывший царь смотрел гордо и прямо. Он с покорностью принял свою участь. Но под его ответственностью оставались люди и его обязанностью было позаботиться об их благополучии.

Толпа ликующе загудела. Всем нравилась Этэри и все были согласны с бывшим царем. Эдвард сзади крякнул. Его планы рушились на глазах. Кто теперь он для Этэри? Она царица, а он простой принц бастард. Мезальянса значимые правительства Водного мира не примут.

Фон Гориц опытный политик и военный лишь слегка скривил рот в улыбке и наклонил голову в легком поклоне. Он смотрел на Этэри и растерянного Эдварда не отрывая глаз. Оставалось слово за самой царицей. И хотела она этого или нет, а произнести была обязана.

Ново провозглашённая царица выдержала паузу. Пока гудела и ликовала толпа у Этэри было время подумать над речью. Затем она набрала полные легкие воздуху, глянула на Эдварда. Его вечно растерянная улыбка наполняла ее смелостью.

Этэри подняла руки и на площади вмиг образовалась тишина. Было слышно, как царица, шелестя юбками забирается на небольшой постамент. Так она приподнялась надо всеми и заговорила.

– Добрые мои подданные!

Все в миг захлопали. Филипп и все, кто пришел с ним поклонились в самую землю. Бывший царь ответа еще так и не получил и с нетерпением и трепетом ожидал своей участи. Пустят их в новый город или прогонят с позором. После того как он себя вел все годы с Этэри. Стеснялся родной дочери, не принимал участия в ее воспитании, отдалил от двора подальше и скинул на старого больного солдата. Старый нянь, впрочем, хорошо справлялся с девочкой, но вот именно его она и принимала за отца. А родного сторонилась и боялась.

После того как народ отхлопал и был готов слушать дальше, Этэри продолжила. Она ждала, когда ее отец поднимет голову и выпрямится, но он продолжал стоять согбенным и все его люди не шевельнулись.

– Поднимитесь!

Скомандовала она и все выпрямились, кроме Филиппа. Он же проговорил.

– Умоляю, пощадить этих людей, царица, что пришли в твой город. У них нет больше дома. Страшная болезнь у каждого из них отняла близких и родных. Это все, что осталось от великой столицы Морского царства. Как только ты окажешь для них эту великую честь только после этого я смогу со спокойным сердцем уйти, царица.

Этэри растерянно метнула по привычке взгляд на Эдварда. Тот не знал, как быть и просто ей широко улыбнулся своею самой обворожительной улыбкой.

– Добро!

Громко ответила Этэри и вокруг раздалось полторы сотни облегченных вздохов. Филипп наконец выпрямился и вымученно улыбнулся. Только теперь Этэри увидела, как на самом деле он подавлен и сломлен. В его взгляде появилось нечто новое и это не было хорошим. Она увидела боль, страх, отрешенность и неуверенность. Все то, чего до этого никогда не было в этом могучем человеке.

– И вот вам мой царский указ номер один! – звонко и четко заговорила царица Этэри.

Она поманила руками и к ней на постамент поднялись фон Гориц и удивленный Филипп. Одежды на нем были запыленными и выцветшими. Он был небрит и теперь больше походил на отшельника, чем на знатного господина. По завершению церемонии он собирался тихо покинуть город Семи королей и найти себе подальше отсюда тихое укромное место и жить там всеми забытым. Судьба сохранила ему жизнь, теперь так ему не нужную, и он прекрасно понимал, как был не прав раньше по отношению к Этэри. Ему было бесконечно стыдно перед девочкой, и он даже не смел просить ничего для себя.

Этэри повернулась к графу фон Горицу.

– Перед вами уже многим известный граф фон Гориц. Отличный военный стратег и солдат, грамотный политик и управленец, учитель моего жениха принца Эдварда из Мальборка.

Этэри сделала намеренно паузу и бегло глянула на Филиппа. Тот стоял по левую руку от нее и лишь слегка усмехнулся, но взгляда так и не поднял. Царица продолжила.

– А также он является правителем каменного города Семи королей. Отныне это новая столица Морского царства и граф фон Гориц является его главой. Провозглашаю город отдельной автономией, что означает следующее. Город Семи королей – есть столица Морского царства, но в нем главенствует отдельный правитель.

– Царица!

Задохнулся фон Гориц. Граф совершенно не ожидал такого невероятного подарка.

– А так как граф.

Быстро продолжала Этэри не обращая внимания на вытянутые лица фон Горица и его воспитанника. Эдвард как услышал, что он жених, так и слух потерял от радости. Хорошо, что зрение его не покинуло. Он теперь стоял с раскрытым ртом и не мог насмотреться на свою любимую.

– Официально является подданным другого государства, то царь Морского царства заключит с ним соглашение о том, что он будет честно служить на благо города пока сам не решит покинуть этот пост. А коль не решит, то в последствии, сможет передать пост по наследству своему преемнику. Преемником обязан выступить хорошо воспитанный и обученный управлению наследник.

Лицо фон Горица надо было видеть. Оно вытянутое от природы сделалось еще длиннее и тоньше. Вот такого граф точно не ожидал услышать. Он старый прожженный вояка и убежденный холостяк, теперь что? По велению царицы обязан в срочном порядке обзавестись собственным отпрыском, чтобы потом передать управление городом по наследству? А в срочном порядке, потому что возраст у графа уже, мягко говоря, не способствует бравым любовным баталиям.

Фон Гориц раскрыл челюсть, но вместо того, чтобы что-то произнести она стала шевелиться то влево, то вправо, а глаза стали вращаться по кругу. Он хотел сказать «царица», как было положено, но у него пока не получалось.

Зато его глаза пока вращались по кругу заметили странные изменения на площади. Некоторые особенно смекалистые красотки города стали спешно прихорашиваться и стрелять в его сторону блестящими взглядами молниями. Кому не хотелось сделаться избранницей самого правителя? Эти взгляды молнии несказанно смутили старого вояку, и он таки пришел в себя.

– Вы хотели сказать с царицей заключит соглашение, – прохрипел фон Гориц и снова прочистил пересохшее от потрясения горло, – царица Этэри.

– Я все сказала верно! – уверенно продолжала девушка, – по левую руку от меня как раз он и стоит – ваш царь! Прошу поприветствовать вашего правителя. Царь Филипп – владыка Морского царства!