Текст книги "Вечно голодный студент 7 (СИ)"

Автор книги: Нариман Ибрагим

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 27 страниц)

Глава седьмая
Бедный Йорик

*Азербайджанская Республика, город Баку, Низаминский район, ПГТ Кешля, 18 декабря 2027 года*

Оглядываюсь и вижу стремительно летящего на меня орла.

Применяю рывок и останавливаюсь в десятке сантиметров от кирпичной ограды некогда жилого дома. Это достигнуто исключительно благодаря намётанному взгляду, который точно определил дистанцию до преграды.

Сраная птица, в связи с моим резким исчезновением, ударила когтями по земле и сразу начала взлетать.

Вскидываю штуцер и стреляю навскидку.

Крупнокалиберная пуля выдрала из груди орла крупный кусок плоти, а затем он погиб.

+634 очка опыта

Новый уровень

«Штуцер лютый вообще», – отметил я про себя и перемахнул через ограду.

Опыт сыплет очень щедро, но только потому, что у меня очень мало шансов выбраться из этой переделки живым.

Орлов гораздо больше, чем мне казалось – их тут штук тридцать одновременно в небе. Правда, большая их часть довольно-таки мелкие, ещё не созревшие для серьёзных дел, но они уже летают и нервируют меня. Прикидочно, они размером примерно в полтора раза крупнее махачкалинских филинов…

Перед глазами невольно возник образ махачкалинского филина, мчащего по трассе на чёрной тонированной Приоре, заниженной в пол, с кепкой FBI на голове.

Рыбкой запрыгиваю в заколоченное досками окно дома и оказываюсь в типичной для всего постсоветского мира гостиной: диван, журнальный столик, телевизор, книжный шкаф и сервант.

Стряхиваю с себя древесные опилки и разворачиваюсь, вскидывая штуцер. Но приземлившийся на участок орёл сразу понял, что это значит, поэтому подался в сторону и скрылся из виду.

Мне не нравится то, насколько хорошо соображают эти пташки – у них точно есть высшие психические функции. Они только не болтают на каком-нибудь языке, а всё остальное имеется: осознанное применение камней для уничтожения машины и преград, понимание возможностей огнестрельного оружия, а также неслабо развитая память, раз эти твари смогли всё это запомнить.

Ах, ещё нужно добавить в копилку фактов ещё один – они действуют сообща. Для орлов вообще ни разу не характерны сколачивание стай и коллективная охота. Это приобретённые свойства, к которым они пришли, скорее всего, опытным путём.

А если они способны приходить к чему-то опытным путём, то это роднит их с людьми.

Мысль, что я сейчас имею дело с нелюдским интеллектом, чужеродным, основанным на чуждых людям ценностях, неслабо ужаснула меня, поэтому сработала пассивка.

Уже полностью успокоенный и собранный, я обдумал мысль о том, что это крайне хуёвая тенденция. Это ведь изначально довольно-таки тупые существа, которые прокачались до нехилого соображения, а до чего тогда дошли изначально умные животные?

Когда-то давно я смотрел фильм «Планета обезьян» – что-то мне не кажется, что высокоинтеллектуальные обезьяны будут тупо копировать человеческую цивилизацию…

Это, обязательно, будет что-то совершенно новое и чуждое, с иными ценностями, без человеческой морали и этики.

«Наверное, всем людям неплохо было бы объединиться, чтобы вместе отправиться в Африку, чтобы заебашить всех, без исключения, обезьян – во избежание», – подумалось мне.

Сверяюсь с картой.

Мой маршрут предполагает пересечение открытой асфальтированной дороги шириной около 20–25 метров. Орлы не знают, куда я бегу и какова моя конечная цель, поэтому, если сделать всё красиво, то проскочу…

Подхожу к входной двери и понимаю, что она металлическая.

Осторожное нажатие на ручку показало, что она закрыта на ключ, а у меня нет времени, чтобы возиться с замком.

Оглядываюсь в прихожей и вижу, что ключей поблизости нет, а это значит, что надо либо выбивать дверь, либо идти через окно.

Выбираю второй вариант и выхожу на кухню. В кастрюле на плите, давным-давно, насмерть сгорел какой-то суп – конфорка ещё включена, но газовый баллон давно опустел.

Аккуратно открываю деревянное окно настежь и выпрыгиваю на тротуар, но затем вынужденно проявляю качества персонажа из игры Dark Souls и перекатываюсь, а через доли секунды в тротуар врезаются орлиные когти.

Не успеваю вскинуть штуцер, но зато успеваю выхватить РШ-12 и произвожу неприцельный выстрел.

+471 очко опыта

Оказалось, что я охуительный ганфайтер, потому что пуля револьвера снесла начавшему взлёт орлу часть черепа и убила его мгновенно.

«Нужно налутать больше патронов к РШ-12», – напомнил я себе. – «Это же просто охуительно…»

Применяю рывок, молнией пробегаю по «зебре» и врываюсь в окно очередного частного дома.

Пробегаю в центральное помещение, заставленное какими-то коробками. Вскрываю одну из коробок и вижу, что это какие-то автозапчасти.

«А нахуя я занимаюсь мародёркой?» – спросил я себя. – «Как говорил Круглый из „Брата“: жизнь висит на нитке, а думает о прибытке…»

Мне срочно нужен план по избавлению от орлов.

В бою их победить не получится, потому что их много, как не получится и сбежать. Среднестатистический орёл, до того, как стал зоошизным, мог развивать горизонтальную скорость около 200 километров час.

Сейчас, судя по ощущениям, эти твари способны летать со скоростью, ну, примерно, километров 300–350.

Так или иначе, на меня им бы хватило скорости дозоошизного орла, потому что я выжимаю соточку и это максимум, в режиме бега Наруто.

То есть, на открытой местности мне капец – заклюют, а тут не получится метаться по домам вечно, поэтому надо вырабатывать какой-то охуительный план спасения, потому что я в жопе.

Достаю телефон и открываю карту.

На дом упали сразу несколько камней, но крыша выдержала и меня лишь осыпало пылью.

«Так, тут я не выживу», – подумал я, ладонью стирая пыль с экрана. – «Вот! Охуенно!»

Я нашёл цеха, скорее всего, какой-то совдеп, пущенный под малые бизнесы. В ходе более детального рассмотрения я понял, что это всякие автосервисы, мойки, магазины автомобильных запчастей и так далее. Конкретный такой пятак для автолюбителей Баку.

Крыши, вроде как, крепкие, поэтому можно укрыться под ними и встречать орлов. А если эти пернатые гондоны не рискнут лезть, то я просто пересижу там время до наступления тьмы.

В Баку точно есть свои хозяева ночи, следы которых я уже видел, но я лучше буду иметь дело с тремя филинами, чем даже с одним орлом. Опыта, конечно, за орлов дают дохуя, но игра, определённо, не стоит свеч.

Со сформулированным планом стало как-то веселее, поэтому я начал двигаться активнее.

Дальше, в точном соответствии с картой, началась сплошная застройка по доктрине «ни сантиметра врагу», то есть, дома впритык друг к другу, практически без двориков, с узенькими улочками, по которым даже на мотоцикле заебёшься проезжать. Идеально. Пёрфект.

Идя через дом, я смотрю под ноги и по сторонам, чтобы найти себе что-нибудь для экстремального прокладывания маршрута.

«По-хорошему, давно надо было завести себе что-нибудь вроде пожарного топора – вещь нужная в хозяйстве», – подумал я, шаря руками в кладовке.

Вытаскиваю из кладовки клетчатую сумку со старой одеждой и вижу, что в углу стоит топор с деревянным топорищем. То, что нужно.

Вооружаюсь топором и иду готовиться к следующему броску.

Орлы где-то там, в небесах, но они точно ждут меня. Торопиться им некуда, поэтому они никуда не денутся, вплоть до самой ночи.

«Может, они боятся сталкиваться с филинами и прочими совами?» – задумался я, медленно открывая окно. – «А ведь может быть – филины показались мне чуть более манёвренными, ну и ночью у них будет серьёзное преимущество в виде развитого ночного зрения».

У орлов, как я понял, биооптика пошла по другому пути: наверняка, у них очень высокая острота зрения, чтобы лучше обнаруживать жертв на фоне поверхности Земли, с большой высоты.

Тут надо выбирать – либо ИК и прочие диапазоны, либо ебейший зум, с 8k разрешением…

Вылезаю из окна и сразу же проникаю в незапертый дом.

Орлы меня точно не увидели, потому что между домами около полуметра дистанции, часть которой ещё и перекрыта козырьками крыш.

В этом доме, прямо в прихожей, происходило побоище – одичавшую собаку зарубили топором и оставили прямо так. Но это, судя по форме костей, не обычная дозоошизная псина, а что-то слегка мутировавшее.

Это значит, что кто-то выживал тут и спустя время – орлы и совы не могли сожрать всех одномоментно. Нет, кто-то тут боролся за существование до последнего…

Топор в костяке псины имеет более надёжное стальное топорище, часто обмотанное синей изолентой, поэтому я выбрал его. Задача, для которой я собираюсь его использовать, требует особой прочности инструмента.

Но в соседней комнате я резко изменил своё мнение, потому что там обнаружился настоящий венец некоего бакинского сумрачного гения – колун со стальным топорищем. Кто-то не пожалел сварки и приварил к головке колуна толстую стальную трубу, и, конечно же, обмотал топорище каноничной синей изолентой. Если изолента не синяя, то обмотка не считается – это все знают.

И я отдаю должное гению неизвестного мастера – логика применения колуна предполагает, что раскалывание полена происходит под весом инструмента, а стальная труба добавляет этот самый вес, поэтому раскалывание проходит ещё эффективнее. Но расплатой за эффективность служит, кхм-кхм, тот же самый возросший вес, что, в моём случае, не является проблемой.

Оставляю только что обретённый топор на обеденном столе и вооружаюсь стальным колуном.

Продвигаюсь дальше, стараясь не шуметь, на случай, если у орлов развит слух, что, конечно, вряд ли, но не исключено.

Покидаю этот дом и перехожу в следующий, который, согласно карте, имеет длину где-то метров восемьдесят. Но оказалось, что это несколько отдельных домов под одной крышей, поэтому колун пригодился мне раньше, чем я ожидал.

– Ну, что? – спросил я вслух. – Пошумим, блядь?

Замахиваюсь колуном и наношу удар по стене.

С моей физической дурью не составило труда пробить достаточно широкое отверстие в стене, чтобы проникнуть в следующий дом.

На крышу начали падать камни, но орлы не знают моего точного расположения, поэтому кидают свои булыжники просто в область крыши.

Пройдя дом насквозь, я достиг очередной стены и пробил уже её.

Весь покрытый кирпичной и известковой пылью, я выбежал во двор, накрытый большим тентом. Тут обнаружились деревянный стол с лавками, а также глиняная тандырная печь. Похоже, что былые обитатели любили и умели хорошо и красиво питаться…

Тандырные лепёшки – это лютый дефицит в Волгограде. Впрочем, как и любая другая выпечка.

Орлы продолжают бомбардировать дом, полагая, что я всё ещё там, и это даёт определённый эффект – крыша не выдержала падения здоровенного камня от альфа-орла и, с пылью и грохотом, сложилась внутрь дома.

«Вот эту суку бы пристрелить…» – замечтался я. – «Кстати, а они ведь не знают, что я уже покинул дом…»

Этот момент я решил использовать для подлой диверсии.

Укрываюсь за тандырной печью и беру штуцер наизготовку.

Отсюда видно крышу дома, потому что тент к ней не примыкает, а это значит, что если кто-то на неё приземлится…

Начинаю выжидать, стараясь даже дышать пореже.

Нервы окончательно успокоились, потому что пассивка перестала действовать – знак того, что я почувствовал себя в безопасности.

«Но это ведь нихрена не так – я в опасности!» – подумал я с тревогой. – «Я в смертельной опасности – ещё ничего не закончилось!»

Действительно, даже если мне удастся замочить одного из орлов, это не повлияет вообще ни на что. Одним больше, одним меньше – их слишком дохрена.

И всё же, у меня есть острое желание застрелить ещё одного орла, а лучше сразу двух, поэтому я буду ждать столько, сколько потребуется. А если орлы подумают, что всё кончилось и улетят, то так даже лучше, потому что я такой шанс точно не упущу.

Минуты текут медленно, будто специально задерживаясь, чтобы подольше подействовать мне на нервы. Я терпеть не могу длительные стрессовые воздействия – предпочитаю проводить жизнь в спокойной атмосфере, без внешнего давления.

Но на меня регулярно давит весь окружающий мир, что мне очень не нравится – в такие моменты я задумываюсь о том, что можно ведь жить мирно и все эти приключения мне в хуй не упёрлись…

Орлы сделали свой ход только через 37 минут. На стену дома с обвалившейся крышей сел среднего размера орёл, который сразу же начал разбирать шифер и что-то искать. Это он меня ищет, говно пернатое.

Навожу штуцер на орла и выцеливаю центр его груди. В башку стрелять бессмысленно, так как она слишком активно движется, а ещё мощи патрона хватит, чтобы замочить эту тварь наглухо.

Наконец, настал нужный момент, когда орёл поднял очередной кусок шифера. Стреляю и сразу же констатирую, что попал очень хорошо – в правую часть орлиного туловища.

Вслед за мной, удачность выстрела констатировал интерфейс.

+398 очков опыта

Новый уровень

«Е-е-есть!» – подумал я с восторгом, на бегу вешая на плечо сделавший свою работу штуцер. – «Найс!»

Это 170-й левел, то есть, либо хорошая новая способность, либо апекс «Гликогенового рывка».

Мне хотелось бы, конечно, усилить последний, потому что мне очень понравился протоапекс, но если будет достойная меня новая способность, то я возьму её – не хочется попадать под безальтернативный выбор одной из трёх рандомных способностей.

«Теперь осталось только выжить, и я буду в шоколаде», – подумал я. – «Говно вопрос, хе-хе».

Только вот вопрос совсем не говно, а суровая актуалочка, но без внятного ответа.

Орлы всполошились от потери своего, поэтому начали агрессивно клекотать. Наверное, я замочил местного заводилу и рубаху-парня, который всем нравился…

И это может быть совсем не прикол, если держать в голове мою гипотезу о разумной деятельности местных орлов.

Разум прямо-таки предполагает какую-то степень эмпатии по отношению к своим.

Например, мне вспоминаются рассказы Фазана о неандертальцах, альтернативном человечестве, вымершем десятки тысяч лет назад.

Неандертальцы были суровыми ребятами, даже слишком суровыми, с неразвитой социальной культурой, агрессивными, но… своих мертвецов они хоронили.

Хоронить своих усопших – это железобетонный индикатор наличия какой-то эмпатии.

Ну и вообще, животные тоже способны испытывать горечь утраты, поэтому может быть, что я тут иду и множу сущности сверх необходимого.

Но что-то мне подсказывает, что эти ёбаные орлы, не пройдёт и десятка лет, как начнут что-то мутить в области примитивной культуры, а может уже мутят, но мы этого не видим.

Интерфейс прокачал им «железо» – теперь они способны на какие-то сложные действия, поэтому можно ожидать, что это «железо», рано или поздно, будет задействовано не по профилю и породит что-то новое.

Люди ведь тоже не сразу такие, бац, придумали концепцию бога. Это ведь продукт десятков тысяч лет работы – они пытались как-то объяснить себе происходящий вокруг пиздец.

Почему ветер? Почему огонь? Что это за вспышки в небе? Куда делся всеми нами любимый Уук, после того, как умер в лапах тигра? Какого хрена так не прёт с охотой? Ну и так далее.

Согласно мнению Фазана, попытки объяснить привели к тому, что родилась концепция одухотворения стихий и явлений, а затем начали работать ассоциации, в которых мы, люди, традиционно очень сильны, ну и кто-то придумал, что за конкретное явление отвечает специально обученный дух.

А потом, в ходе исторического процесса, кто-то связал этих специально обученных духов с человеческими персонами, а дальше понеслась лихая – многобожие, один бог, а потом и отрицание богов…

Я думаю, что не доживу до тех «славных» времён, когда эти сраные орлы осмыслят концепцию бога, потому что у нас, человеков, на это ушли две сотни тысяч лет.

Наконец, добираюсь до последнего дома перед совдеповскими цехами.

Внутри дома всего один человеческий костяк прямо у входной двери, что аномально мало. Обычно люди склонны группироваться и умирать вместе…

«Особенно мы – нет бы расползтись по окрестностям и спокойно умереть», – подумал я. – «Хуй там плавал – кучкуемся, бросаем вызов и оказываем сопротивление природе».

Так, расстояние до цеха – около семидесяти метров. Это изи для моего гликогенового рывка, но запасов гликогена осталось ещё на четыре-пять рывков, а потом способности, считай, что нет.

Аккуратно выглядываю из окна и рассматриваю небо. Орлов не видно, но я чувствую, что они где-то рядом. Кручу башкой и вижу в небе минимум четверых.

Отличным обстоятельством является то, что они не получили никакую маскировку от ЭМ или ИК, потому что тогда бы было совсем кисло.

Это ещё раз подтверждает, что они не орудуют по ночам, потому что хозяева ночи очень легко обнаружат их, при этом оставшись невидимыми для своих жертв.

«Ну, была не была!» – решился я и применил рывок.

Пробегаю по заранее проложенному маршруту и оказываюсь в нескольких метрах от стальных врат цеха. Поржавевшие, блин, с облупившейся краской, но, тем не менее, выглядящие надёжно.

Кидаюсь к ним и слышу за спиной сигнальный клёкот – ещё одно подтверждение остроты орлиного зрения.

«Ёбаные мутанты!» – подумал я, дёргая за ручку двери во вратах.

Но она, конечно же, оказалась заперта, поэтому я поступил импульсивно, но, как мне кажется, единственно верно – я выстрелил в замок из РШ-12.

Крупнокалиберная пуля вынесла замок к чертям, после чего я тут же залетел внутрь цела и оказался под прицелом ДШК.

Всматриваюсь и вижу, что за пулемётом никто не стоит, ну и вокруг вообще нет людей. Тут только кости и гильзы.

Очередные последствия драмы, произошедшей очень давно.

Судя по положению некоторых обглоданных грызунами костяков, их приставили к стенке и застрелили выстрелами в затылок – таких нашлось девять.

Стена украшена пятнами из запёкшейся крови с засохшими фрагментами мозга. Зрелище неприятное…

Очевидно, что здесь произошла казнь, примерно в первые месяцы зоошизы, а возможно, что и в первые недели.

ДШК, кстати, стоит на пикапе Тойота Хайлюкс, но у пикапа открыт капот и двигатель находится в полуразобранном состоянии.

Патронов к пулемёту нигде не видно, поэтому это, в настоящий момент, обыкновенный кусок высоколегированной стали, пригодный в бою, разве что, в качестве очень тяжёлой дубинки.

«А жаль, блин…» – подумал я с досадой и сожалением. – «Сейчас бы я этих сук, нахуй…»

Прислушиваюсь к окружению, но не слышу никаких посторонних звуков в цеху. Значит, я тут один.

Прохожу к пикапу и осматриваю его салон. Внутри лежит офицерский планшет, но документы в нём на азербайджанском языке.

«Севду надо было брать с собой!» – подумал я. – «Блин, вот кто же знал⁈ Почему сюда отправили меня? Я что, спец по тюркским языкам⁈»

Лапша бы быстро разобралась в документации ещё в президентском дворце – я уверен, что там точно сохранились какие-нибудь бумаги, способные указать на какие-нибудь склады или войсковые части в окрестностях.

«Но, если я выживу, то это точно не последний рейд в Баку», – решил я. – «Я собрал охуительно ценную информацию: город абсолютно мёртв, лут тут не грабленный, КДшников и нормальных людей тут нет и быть не может, по причине пернатой смерти, блядь, а это значит, что местечко очень перспективное. Но я сюда больше ни ногой. Пусть с этим говном разбираются Щека, блядь, Лапша, а может и Проф собственной персоной!»

Я задумался о том, что было бы с Профом, сунься он сюда в одиночку.

Ну, полагаю, он бы сейчас лежал в орлином гнезде и его бы поклёвывали птенчики.

Или же, альфа-орёл бы поднял его на пару-тройку тысяч метров и уронил на камни. И уже после этого бы его остатки клевали птенчики.

В любом случае, Баку точно не для Профа и большинства наших КДшников.

Здесь условия хуёвые даже для меня, а я выживал в самых гнусных жопах, какие только можно придумать.

«Но почему ёбанные птицы?» – подумал я с негодованием. – «Я ненавижу их – почему в Баку именно они⁈»

С досады бью кулаком по двери пикапа и оставляю в ней вмятину.

«Нет, у меня же теперь всё хорошо», – подумал я. – «Пространства дохрена и больше – могу курсировать тут, как у себя дома, ожидая, пока эти суки сунутся ко мне. А если не сунутся, то просто почиллю тут до самой ночи».

Но беспокоит меня одна мыслишка…

А что делать с совами?

Я не удосужился найти себе даже СШ-68, поэтому если меня шарахнут когтями по башке, то это будет Ашот-ваншот.

Оглядываюсь по сторонам, в поисках чего-нибудь подходящего.

Надо разбираться, что тут делали эти субчики, устроившие самосуд и расстрел приговорённых.

Иду в западную часть цеха и обнаруживаю там палатку, которую кто-то разложил за плотно заставленными автомобильными деталями стеллажами.

Тут у этого выживальщика и газовая горелка с таганком, и рюкзак, сейчас сильно изорванный, ну и спальный мешок тоже здесь.

Ну и сам выживальщик, если я верно понял, лежит недалеко – в паре метров. Обычное дело, конечно…

… но мне не нравится его череп.

Поднимаю череп с бетонного пола, снимаю с пояса свой «Алтын» и сличаю повреждения. Глубокие борозды от трёх когтей, примерно близкие по ширине между бороздами, но разные по длине.

– Филины, ебать их в сраку! – пришёл я к выводу на основании проведённого анализа.