Текст книги "Вечно голодный студент 7 (СИ)"

Автор книги: Нариман Ибрагим

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 27 страниц)

Глава четвертая
Пернатый патруль

*Российская Федерация, Республика Дагестан, город Махачкала, 17 декабря 2027 года*

Встаю с кровати и осторожно подхожу к окну.

Среди филинов, как оказалось, долбоёбов нет, поэтому никто из них не попытался штурмануть коттедж – они бесшумно кружат над ним, терпеливо ожидая, пока я выйду и отдамся им в когти.

– Ищите себе другого долбоёба… – прошептал я, задвигая шторку и возвращаясь на кровать.

Я уже исследовал имеющуюся жилплощадь и понял, что Махачкала – это просто Эльдорадо для мародёра.

Среди костей в гостиной я обнаружил Сайгу-12К, из которой, по-видимому, и порешили всех тех, кто наполняет комнату своими останками.

У меня сложилось впечатление, что это было что-то вроде массового самоубийства – на двенадцати черепах есть проломы и отверстия от дроби, а тринадцатый череп… Ну, я предполагаю, что он тоже здесь, только разбросан по всему помещению.

Костяков точно тринадцать, поэтому я выработал версию, что тринадцатый человек перебил всех собравшихся, а затем выстрелил себе в башку, что объясняет такой разлёт фрагментов черепа.

«Наверное, они посчитали, что спасения не будет, поэтому решили закончить всё здесь», – предположил я. – «Или же! Или же тринадцатый – это на голову больной маньяк, который ворвался сюда с Сайгой и перебил здесь всех, а затем свёл счёты с жизнью».

Всей правды мы, как говорится, не узнаем.

На полу, рядом с костяком тринадцатого, я обнаружил визитную карточку некоего общественного фонда «Вечность» – что это может значить?

Однозначно, тут развернулась какая-то очень серьёзная драма, но больше сюда никто не заходил, кроме падальщиков.

На кухне я обнаружил порядочное количество консервов – тушёнка, кукуруза, горох, ананас, манго и даже маракуйя.

Беру с прикроватной тумбочки вскрытую мною банку с маракуйей и зачерпываю эту жижу с семечками столовой ложкой.

«Здесь жили заряженные дяди и тёти – абсолютно точно», – подумал я, глотая эту очень сладкую кашицу. – «Далеко не в каждом доме держали такие экзотические консервы».

Уминаю консервированную маракуйю за один присест, после чего вскрываю банку с консервированным ананасом.

Вредители не сумели добраться только до верхних полок, поэтому, если бы кто-то эвакуировал всё это счастье своевременно, то получил бы вдвое или втрое больше, чем нашёл я.

В подвале центрального дома тоже было дохрена еды, но всё выели крысы и мыши – после них остались только обрывки картона, рваный полиэтилен и рваная жесть.

В холодильнике тоже что-то было, но больше я таких ошибок не совершаю и даже не касаюсь дверей холодильников. К некоторым запахам можно привыкнуть – например, можно притерпеться к вони тухлого мяса с костей, но то, что образуется в холодильнике…

Это какой-то другой тип вони – вонь от разложения молочки тесно переплетается с амбре разлагающихся колбас, масла, тухлых овощей и фруктов, мясных нарезок, рыбы, содержимого вздувшихся банок и так далее. Это ядовитое говно, способное причинить нешуточный вред организму, как я считаю.

И наполнение холодильников почти всегда разное, поэтому всякий раз это напоминает открытие лутбокса – заранее знаешь, что будет хуйня, но насколько именно – это элемент рандома.

«Ищите какого-то другого лоха», – подумал я, вспомнив о навороченном холодильнике на кухне.

Я с детства мечтал о холодильнике с подачей горячей и холодной воды. Ну, не прямо мечтал, а думал, как бы было хорошо, будь у меня такой на кухне.

Смотрю на часы и понимаю, что рассвет только через час, а это значит, что ёбаные филины будут летать и действовать мне на нервы ещё целый долбанный час…

«Главное, что внутрь, суки ссыкливые, не лезут», – подумал я. – «Хотя я бы хотел такого развития событий».

Ложусь на кровати и размещаю «Печенег» на груди. Спать нельзя, потому что кругом враги, но прикрыть глаза, расслабиться и отдохнуть – почему нет?

Висит абсолютная, мёртвая, тишина.

Филины, как я уже понял, непрерывно патрулируют воздушное пространство, но не издают ни звука, погода безветренная, снег не идёт, а я не шумлю, поэтому лежу в слегка угнетающей тишине, которую мне не очень-то хочется нарушать.

Мыслями постоянно возвращаюсь к Лапше – очень хочется вернуться и с ожесточением трахнуть её. Это тяжело, блин: я уже столько дней без Лапши, активно двигаюсь, гормональный фон в повышенном тонусе, поэтому тяжело себя контролировать.

В Кизляре у меня чуть привстал на Вандалку – она довольно-таки симпатичная и тоже милфа, как и Лапша…

– С этим надо что-то делать, – произнёс я. – А что ты сделаешь? Эх…

Чтобы отвлечься, достаю из кармана телефон и открываю приложение для чтения книг. Оно у меня уже давно, с библиотекой на 2,5 гигабайта из коллекции Бубна. Он является профессиональным читателем, то есть, читает всё и всю жизнь, с раннего детства, пришедшегося на поздний Союз.

В основном, в коллекции содержится всякая альтернативная история – как какой-нибудь попаданец херачит Гитлера, Рузвельта или Муссолини, обязательно за СССР…

Мне такое неинтересно, поэтому я являюсь завсегдатаем раздела фэнтези и тёмного фэнтези – мне это залетает в 9 случаях из 10, потому что это же другие миры, в которые можно погрузиться, чтобы отвлечься от окружающего всех нас пиздеца. И чем гуще вокруг становится пиздец, тем интереснее читается фэнтези.

Сейчас, например, я читаю какого-то Дизморала, сетевого автора, который писал в жанре тёмного фэнтези и попаданцев. Мне понравилась его серия «Чёрный колобок», про абсолютно аморального хуесоса, который оказался в мире фэнтезийного средневековья, где царит абсолютная и беспросветная жопа.

Ну и получилось, что этот аморальный хуесос оказался там на своём месте – беспределит, кидает людей, предаёт друзей, использует случайных спутников для разминирования ловушек, торгует детьми и так далее.

Читать про такого мерзкого уёбка несколько неприятно, но очень уж красочно Дизморал расписывает всё происходящее, а самое главное – разработанный им мир безукоризненно логичен, поэтому не особо важно, что делает этот хуй, который тут в роли главного героя.

Но «Чёрный колобок» был дочитан мною на прошлой неделе, а сейчас я читаю первую книгу цикла «Озёрные огни». Только вот тут какая-то хуйня – главный герой положительный, живёт обычной жизнью, решает какие-то житейские траблы, пиздит какую-то хуйню о мотивации и пытается вылезти из бытовой ямы, опираясь на веру в себя. Мне кажется, это какое-то говно, но я дам ему шанс ещё на три главы, а потом дропну без сожалений.

На всякий случай, проверяю датировки. Оказалось, что цикл «Чёрный колобок» был написан аж в 2024 году, а «Озёрные огни 1» был закончен в мае 2026 года.

«Похоже, что цикл так и не был продолжен, хе-хе…» – подумал я. – «Логической концовки можно не ждать. А, в жопу – дропаю. КГ/АМ».

Смотрю на часы и вижу, что уже 7:15, а это значит, что рассвет состоялся.

Слезаю с кровати и подхожу к окну. Отодвигаю шторку и вижу ебучего филина, сидящего на отливе.

Он смотрит на меня примерно несколько долей секунд, а затем наносит удар по стеклу.

– Ахтыжблядьнахуй!!! – выкрикнул я от испуга и перехватил влетевшего в меня филина за шею.

Вслед за этим уёбком, в окно влетели ещё несколько птиц, но я полностью сфокусировался на нём.

Он пытается выклевать фронтальную бронепластину моего бронежилета, нанося удары своим клювом, а я душу его и пытаюсь нащупать штык-нож.

Его коллеги по опасному бизнесу подлетели с флангов и вцепились в мои руки когтистыми лапами, чтобы максимально обезопасить меня, травмировав конечности, но тут они хуй угадали, потому что сегментарную броню из закалённой стали их когтями не пробить.

Левой рукой вытаскиваю штык-нож из ножен, а правой пытаюсь помешать охуевшему филину выклевать мне лицо, к которому он стремится подобраться.

Первый колющий удар ножом вышел неудачным, и я попал себе по правому наручу, но вот второй прошёл рядом с указательным пальцем правой руки, прямо в глотку филина.

Есть одно хорошее качество у пернатых тварей – не все из них могут позволить себе носить высокопрочную броню. Филин оказался мелковат для бронезащиты, поэтому перья не стали препятствием для ножа и моё лицо забрызгало птичьей кровью.

Третий удар я наносить не стал, а лишь провернул лезвие в ране.

Отсыпало какое-то количество опыта, но я смахнул уведомление и шарахнул с ноги по левому филину, пытающемуся расцарапать мою левую руку.

Птица отлетела в стену, а затем я прижал к себе правую руку, тем самым приблизив правого филина, после чего воткнул ему в грудь штык-нож. Филин в последний раз ухнул и сдох.

Снова уведомление, но я игнорю.

Вместо отвлечения на неважную сейчас херню, я подрываюсь на ноги и совершаю рывок.

Врезаюсь в поднявшегося на обе лапы левого филина и вминаю его в стену, а затем отступаю на шаг.

Переломанная тушка филина ещё подаёт признаки жизни, поэтому я хватаю её за шею и наношу серию колющих ударов в грудную клетку.

Пернатый обмяк, а через секунду появилось уведомление об опыте.

Осматриваю обе руки на предмет повреждений, но быстро становится ясно, что пострадала только верхняя одежда, а на сегментной броне остались только неглубокие царапины от когтей, которые слегка заполировать и будто бы не было.

Открываю интерфейс и перехожу в уведомления, чтобы понять, сколько я выручил за эту неожиданную схватку.

+97 очков опыта

+108 очков опыта

+86 очков опыта

Ну, я даже не успел обосраться, хотя было бы с чего – критической опасности они для меня не представляли, так как не могли реализовать своё главное преимущество. А нет главного преимущества – нет смертельной опасности. А без смертельной опасности и опыт выделяют очень скупо.

«Всё равно неплохо», – решил я. – «291 очко опыта, без потери конечностей и ранений, считай, бесплатно – это ништяк».

Осторожно выглядываю из окна и понимаю, что Солнце взошло, а остальные филины куда-то свалили. Их время кончилось – теперь они видимы с большой дистанции, а так им уже неинтересно.

Смотрю на три истекающие кровью туши.

«Да, размером примерно с дозоошизную рысь», – констатировал я, прикинув размеры этих тварей. – «Можно ли есть это мясо?»

Как-то не хочется возиться с перьями…

Решаю, что ну их нахрен.

Единственное, достаю свежевальный нож и вырезаю когти с их лап. Будет прикольно попросить мастеров сделать ожерелье с этими когтями – подарю Лапше. Думаю, ей понравится.

А если нет, то сдам ожерелье в музей, работу которого скоро восстановят.

Думал уже, что надо спалить туши филинов в печи, но затем опомнился и занялся их разделкой.

«Надо помогать братьям нашим меньшим», – подумал я, щедро разбрасывая птичью требуху по двору.

Возможно, это поможет какой-нибудь твари бустануть прокачку и стать сильнее. А потом мы можем встретиться, что не исключено, и я получу чуть больше опыта.

Это не благотворительность – это инвестиция.

«Я не КДшник – я инвестор и зоозащитник», – подумал я и усмехнулся.

Закончив с инвестициями в регион, собираю свои шмотки и продолжаю свой нелёгкий и энергозатратный путь.

*Азербайджанская Республика, Шабранский район, близ города Шабран, 17 декабря 2027 года*

Бегу по шоссе к некоему городу Шабран, чтобы разведать там обстановку – я решил, что Баку слишком близко, чтобы тратить время на всякие малые поселения и лучше будет заглянуть сперва туда, а уже потом исследовать всё остальное.

Торопиться-то мне некуда – был сеанс «иридиумной» связи с Ронином, проведённый около часа назад, в ходе которого я узнал, что трофейные рейды к указанным мною локациям ещё даже не выехали. Выедут они только сегодня, ближе к полудню, а сейчас только одиннадцать часов двадцать две минуты.

До Баку осталось примерно сто километров, а это для меня беготни на час с небольшим. Следовательно, если не потрачу время на исследование Шабрана, то прибуду в Баку где-то после полудня, а трофейная команда направится проверять первые координаты, которые я начеркал несколько дней назад.

«Вот надо найти каких-нибудь смышлёных начинающих КДшников, чтобы выкачать их в скорость и выносливость», – подумал я. – «Только это ебучий рандом – как сделать так, чтобы им выпадали нужные способности?»

А никак – вся суть КДшничества сводится к тому, что ты не знаешь, что тебе выпадет и каким будет путь твоего развития.

У зверей всё сильно проще, блин, потому что они тупые и ограниченные, а у нас всё задрано до максимальной сложности – мало того, что для выживания надо шевелить извилинами, так ещё и выбор способностей настолько обширен, что заранее не знаешь, кто и чего стоит в бою.

С другой стороны, нам повезло, что сложилось именно так. Будь у нас, как у животных, почти типовое развитие, ну, например, с выращиванием шипов или бронепластин, жить было бы очень тяжело и плохо.

Я думаю, интерфейс, если в нём заложено хоть немного разумного мышления, как-то определил, что люди слабы и беспомощны, а своё единственное эволюционное преимущество мы тупо не успеем реализовать, так как звери задавят нас массой.

Автоматы, пулемёты, танки, артиллерию и авиацию, я думаю, интерфейс не учитывал, иначе бы вообще нихуя не дал нам, с такой-то экзотикой, поэтому выдал разнообразие способностей, которые наш вид может по-всякому применить и стать сверхгибким в разных тактических ситуациях. Собственно, это укладывается в логику эволюции человека – не самый сильный, не самый быстрый, но очень выносливый и очень умный.

Но это всё только теория – возможно, это вообще всё долбанный рандом и нет никакой логики…

Оглядываюсь по сторонам, во избежание, а затем вижу смазанный силуэт, появление которого вызывает у меня рефлекторную активацию рывка.

Мчу вправо и врезаюсь ногами в отбойник посреди трассы, вследствие чего лицом вперёд влетаю в безлиственный кустарник.

Снега тут, под светом Солнца, практически нет – наблюдаются небольшие островки под деревьями или в тени билбордов, а под кустами тут просто песчаная земля.

Перекатываюсь, поднимаюсь на ноги и успеваю заметить, как смазанный силуэт вновь летит на меня.

Падаю на кусты, но что-то цепляет меня за рюкзак и я взмываю в небеса, как ракета-носитель «Союз 2».

– А-а-а, сука-блядь!!! – заорал я, увидев удаляющуюся от меня землю.

Изгибаюсь и максимально поворачиваю голову, чтобы увидеть причину моего стремительного взлёта.

– А-а-а!!! – заорал я от ужаса и осознания.

Это гигантский орёл, который активно машет крыльями, чтобы поднять меня повыше и потом сбросить.

Срабатывает пассивка и меня охватывает неестественное спокойствие.

Изгибаю правую руку и выстреливаю в орла электропроводящую нить. Её чуть не сбило с курса воздушным потоком, но набалдашник активировал корректирующие движки и попал точно в цель.

Орла шарахнуло мощным разрядом тока, он начал отпускать мой рюкзак, а я извернулся и схватился за его левую лапу.

«Теперь так просто мы не расстанемся, шлюха…» – с тупым хладнокровием подумал я и начал карабкаться на эту суку.

Не сумев справиться с пережитым шоком и потрясением, орёл дал слабину и начал снижение, но затем яростно клекотнул и заработал крыльями.

Он посмотрел на меня своим красным левым глазом – мне показалось, что я увидел в нём смесь негодования и ярости. Но что я точно увидел – это свет разума. Эта сука всё понимает.

Орёл понимает, что оказался в практически безвыходной ситуации: если он снизится, то я забью его до смерти, а если поднимется, то толку от этого не будет, потому что я крепко держусь за его лапу.

А где-то через десяток секунд полёта его птичий мозг посетила отличная идея. Он, приложив максимум усилий, взмыл ещё метров на пятьсот, а затем начал пикирование.

Меня, в процессе этого полёта кондора, развернуло встречным потоком воздуха примерно на девяносто градусов.

Из-за разбалансировки, орла начало крутить вокруг своей оси, вместе со мной.

Мир превратился в цветастый калейдоскоп, с преобладанием голубого цвета.

Впервые за долгое время, я начал испытывать ощущение тошноты, но затем всё очень быстро прошло, так как орёл отвернул от земли и использовал накопленную скорость, чтобы вновь набрать высоту.

Умопомрачительное кручение прекратилось, и я сумел собрать глаза в одну кучу, благодаря чему увидел, что мы снова поднимаемся в небеса.

Судя по изменившимся движениям орла, он переоценил свои силы – он не может исполнять такой высший пилотаж с таким тяжёлым пассажиром на борту, поэтому его крылья бьют с надрывом, а сам он клекочет, как мог бы клекотать орёл-пауэрлифтер при выполнении последнего подхода с предельным весом.

«Надо мочить эту суку, пока она не придумала что-то ещё…» – решил я и начал карабкаться по левой лапе.

Размером эта тварь, наверное, с корову – я не знаю, как она вообще летает…

Крылья просто огромные – размах, как минимум, метров 20 или даже 21, а тушка его весит, согласно моему намётанному глазу, уже рассмотревшему орла в качестве объекта для разделки, килограммов 170–190. Ну, точное значение находится где-то в этом интервале…

Если допустить, что в нём полезного мяса будет 45%, то есть, 75–85 килограммов, то охотиться на орлов практически бессмысленно, потому что овчинка не стоит выделки. Свинопотама найти гораздо легче и уж, тем более, многократно легче замочить.

Но что-то рано я начал прикидывать выручку – нужно, для начала, завалить этого орла и придумать, как приземлиться одним куском.

Хватаюсь за левое крыло, из-за чего происходит ассиметричный взмах крыльев, вследствие чего орла развернуло брюхом кверху, а дальше я вытащил из ножен штык-нож и начал наносить ему колюще-режущие ранения прямо в брюхо.

Орёл заклекотал и нанёс сокрушительный удар клювом мне по башке. Мне показалось, что у меня хрустнула шея, но удар был частично погашен подтулейным устройством и тем фактом, что я был в неустойчивом положении и съехал ниже по его туловищу.

Но башка у меня сразу же заболела, а глаза налились красным.

Только вот меня таким уже не остановить – как камбоджийский мальчик в финале фильма «Солдаты неудачи», я продолжил быстро вонзать штык-нож в брюхо орла, с каждым уколом уменьшая его шансы на выживание.

Орёл снова попытался пробить мне череп клювом, но я сумел уклониться и подставить плечо. Удар получился болезненным, но наплечник с честью его выдержал, поэтому комбо из уколов продолжилось в том же темпе.

Затем он зацепился правой лапой за мою левую ногу, чтобы перехватить меня поудобнее и вновь превратить в беззащитную жертву, но он либо забыл, либо забил, что мы, вообще-то, падаем…

Случился мощнейший удар, и меня с непреодолимой силой вдавило в его окровавленную грудь.

Мне кажется, я ненадолго потерял сознание – полностью оно вернулось ко мне лишь тогда, когда в нос ударила эта характерная вонь от грязных перьев, смешанная с пьянящим ароматом крови.

Упираюсь руками в плоть и с силой поднимаюсь.

В правое колено упирается что-то острое, а левую ногу я будто вообще не чувствую. Пытаюсь повернуть голову, чтобы посмотреть на причины дискомфорта, но шея остро заболела, а потом мне поплохело до тошноты.

Аккуратно, не делая резких движений, возвращаю голову в исходное положение, а затем ложусь обратно на грудь орла.

Открываю интерфейс, и мне в глаза сразу же бросается длинный список повреждений.

Вчитываться я не стал, потому что нам сейчас не до разбирательств, но краем глаза фиксирую что-то о повреждении позвоночника.

Без лишних колебаний принимаю оффер на 153 тысячи килокалорий – хуй с ними, не жалко…

«Но жалко», – мелькнула в голове мысль.

Форсированная регенерация началась, я больше не рисковал делать ни одного движения. Пусть всё восстановится, а уже потом я буду разбираться, что, кому, зачем и сколько.

Зато меня порадовало уведомление, которое поступило незадолго до того, как я получил основную массу повреждений от падения.

+4327 очков опыта

Новый уровень (6)

Это, конечно, охуительно приятно, но, в то же время, охуительно пугающе. Такое количество опыта не дают за что попало – похоже на то, что я пролетел у самого кончика хуя Смерти.

«Я чуть не сдох…» – осознал я простую мысль. – «Я снова чуть не сдох…»

В таком контексте, это не 4327 очков опыта, а ВСЕГО 4327 очков опыта. По моему субъективному ощущению, я заслужил, минимум, 10 000 очков опыта, потому что это был пиздец…

– Я затыкал ножом гигантского орла… – прошептал я потрясённо.

Затылок ожесточённо зачесался, как и, почему-то, макушка.

Появилось новое уведомление, но на этот раз оно сообщило, что у меня в черепе находится какой-то инородный предмет, который препятствует форсированной регенерации.

Медленно, очень медленно, вытягиваю правую руку, после чего касаюсь верхней части «Алтына». Это точно результат того удара орлиным клювом.

«Ох, блядь», – подумал я, нащупав обширную вмятину. – «Кажется, мне пиздец».