Текст книги "Вечно голодный студент 7 (СИ)"

Автор книги: Нариман Ибрагим

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 27 страниц)

Глава шестнадцатая
Тяжелый год

*Российская Федерация, Волгоградская область, город Волгоград, крепость «Хилтон», 28 декабря 2027 года*

– Что? – спросил нахмурившийся Ронин, прекративший жрать из тазика.

– Да ничего… – ответил я и отвернулся.

До сих пор не могу привыкнуть к его новому росту – он тоже ещё не привык, поэтому часто стукается башкой о дверные косяки.

Ещё он уже начал жаловаться, что всё в этом мире сделано для средних людей, поэтому он уже жалеет, что усилился сначала до протоапекса, а затем и до апекса.

А ещё у него острый дефицит всего в организме, вызванный тем, что апекс ещё не «встал» – ему нужно очень много железа, кальция, магния, калия, натрия, цинка, меди, марганца и молибдена, о чём было прислано уведомление от интерфейса. И ему нужно всё это срочно, так как интерфейс угрожает последствиями.

Специально для него Клавдия Вячеславовна 13 часов подряд варила кости, из которых Ронин сейчас высасывает костный мозг.

Ещё он ест сырую печень разных зверей, нарубленные вперемешку с порошковыми металлами. Нормальный человек бы не усвоил ничего из металлических порошков, потому что человеческий организм работает не так, а вот КДшники – это другое дело…

Ронин интенсивно восполняет недостачу микронутриентов, а я просто обжираюсь и коплю жирок, пользуясь разрешением Профа.

«Мне может очень пригодиться весь доступный жирок», – подумал я, отрывая зубами кусок от свинопотамьего ребра. – «Если там, в Туркменистане, будет пиздец, то придётся тратить всё. Или если машинка наебнётся, а это тоже нельзя исключать, то мне предстоит идти пешком».

Вновь смотрю на физиономию Ронина.

Из-за усиления сенсорной способности, расширившей ему поле зрения, у него лицо приняло слегка треугольную форму – он уже тогда был мало похож на человека, а уж теперь, с ростом 225 сантиметров…

– Слушайте анекдот, – произнёс Фазан. – Мужик находит в пустыне волшебную лампу. Трёт её, и из носика вылезает джинн, который сразу говорит: «Выполню два твоих желания». Мужик нахмуривается и спрашивает: «А почему два, а не три?» Джинн просит его: «В штаны себе посмотри». Мужик смотрит в штаны и орёт: «Охуеть, у меня в штанах огромный хуище!» Джинн говорит: «Я давно в этом бизнесе…»

– Ха-ха-ха!!! – заржал я.

– Холодец, товарищ Заякин, – провозгласила подошедшая к столу Клавдия Вячеславовна.

Кухонные рабочие вынесли большое блюдо, сантиметров семьдесят в диаметре, на котором стоит здоровенный холодец, имеющий высоту, ну, никак не меньше полуметра. Он собран из множества слоёв, как торт «Наполеон», но только холодец.

Нужен он для того, чтобы восполнить дефицит коллагена, имеющийся у Ронина.

Всё это особое обращение, направленное на скорейшее приведение его в форму, свидетельствует только об одном – у Профа есть план отправить Ронина на какое-то особое задание, чтобы зря не прохлаждался. А это значит, что плакало намерение Ронина вернуться к прежней жизни…

Клавдия Вячеславовна, тем временем, разрезала холодец на восемь частей и положила один кусок на тарелку перед Ронином.

– Кушайте, товарищ майор, – сказала она.

– А… эм… это… – растерянно начал Ронин.

– Разумеется, – улыбнувшись, ответила на незаданный вопрос наш главный повар. – Алевтина!

Из кухни вышла её помощница, принёсшая литровую бутыль с самогоном.

– А-а-а… – издал Ронин. – Весьма признателен, Клавдия Вячеславовна.

– Студик, как доешь, пойдём, покажу тебе одну штуку, – сказал мне Фазан. – Наша новейшая разработка, доведённая до предсерийного образца в инициативном порядке, так сказать…

– Заинтриговал, – произнёс я. – Я скоро.

Быстро обгрызаю ребро, а затем интенсивно работаю ложкой, чтобы в тазике не осталось вообще ничего.

Ронин остался есть холодец и запивать его самогоном, а я последовал за Фазаном, в мастерскую.

– Так что это за разработка? – спросил я, когда мы вошли в его «кабинет».

У Фазана нет своего полноценного кабинета – раньше был, но мастерскую перестроили и теперь у него есть небольшая бытовка, в которой имеются кровать, одноместный стол, телевизор, мини-холодильник, а также настольная электроплита на две конфорки.

Живёт-то он в отельном номере, но ему очень часто бывает лень подниматься, поэтому он остаётся в этой бытовке, так как тут есть всё, что нужно для полноценной, в его понимании, жизни.

– Разработка не совсем наша, конечно, идеей мы обязаны одному американскому блогеру, – произнёс Фазан, севший на свою кровать. – Мы эту идею творчески развили и получили изделие, которое может помочь тебе выносить некоторых зверей с одного выстрела. Да что я говорю? Каких «некоторых»⁈ Многих зверей, Студик!

Он открыл выдвижной ящик стола и вытащил из него патрон 12 калибра. Оказалось, что это демонстрационный макет, разрезанный пополам.

– Вот эта вот разработка, – сказал Фазан, вытащив пулю из гильзы.

Я принял пулю из его рук и внимательно рассмотрел его.

Если я верно всё понимаю, то это что-то вроде многокомпонентного бронебойного боеприпаса, в котором стальную пулю рассверлили и поместили в неё девять стальных стержней. (1)

У меня сразу же возникли сомнения в эффективности подобного боеприпаса, потому что возникают вопросы к аэродинамическим характеристикам пули с девятью стержнями на борту.

– Что-то как-то подозрительно… – произнёс я.

– Зря сомневаешься, – сказал Фазан. – Мы уже всё испытали – это, как ты любишь говорить, эмба! То есть, имба! Сейчас возьму несколько готовых патронов и айда на стрельбище!

Ответственные мастера в цеху изготовили уже тридцать шесть экземпляров патрона, из которых мы взяли только пять.

На стрельбище, как всегда, идёт подготовка ополчения – Майор и Зулус учат ополченцев стрелять, чтобы не ударили в грязь лицом, если что-то вдруг.

Ну и каждый гражданин – это потенциальный КДшник, поэтому в ополчение у нас записаны все граждане, за вычетом небоеспособных, и все проходят начальную военную подготовку.

Не пройдёт и пары лет, как в городе совсем не останется людей, которые никогда в жизни не держали в руках автомат, а также не знают, как пользоваться пулемётом, винтовкой или водить большинство видов бронетехники.

– Заряжай, – сказал Фазан, передав мне дробовик Benelli M3 Super 90.

Заряжаю в подствольный магазин пять внешне никак не отличающихся от обычных патронов 12 калибра, после чего взвожу дробовик.

Фазан, тем временем, сбегал в пристройку и принёс куб прозрачного баллистического геля.

– С какой дистанции можно стрелять? – уточнил я.

– Максимум – двадцать пять метров, – ответил Фазан. – Дальше начинаются серьёзные проблемы с точностью.

– Да и нахрена оно тогда надо? – спросил я, подходя к огневому рубежу.

– Ты сперва шмальни по кубу! – потребовал Фазан. – А уже потом начинай хуесосить!

Пожимаю плечами, вскидываю дробовик и стреляю по кубу.

Пуля полетела неожиданно стабильно и попала на полсантиметра ниже и правее, чем я целился.

Единственное, с чем у этого боеприпаса нет никаких проблем – это с передачей кинетической энергии поражаемой цели. Гелевый куб начало ожесточённо пидарасить, а из входного отверстия выбросило облачко дыма.

– М-да… – произнёс я.

Подхожу к кубу и рассматриваю его – штифты, прикреплённые к пуле, раскидало чуть ли не веерообразно, что должно гарантировать летальный эффект, если такое будет происходить в живом организме.

Шанс, что ни один из штифтов не поразит какой-нибудь жизненно важный орган, стремится к нулю, поэтому, если на поражаемом теле не будет никакой брони, этому телу настанет капец.

– Ну? – спросил подошедший Фазан.

– Некоторым критериям имбы соответствует, но не всем, – поделился я мнением. – По эффективной дальности большие вопросы…

– Не будет у тебя никаких больших вопросов по дальности! – заверил меня Фазан. – Сейчас ведётся разработка патрона для КС-23 – будет четырнадцать штифтов из закалённой стали, а не девять!

– А не проще ли начинить пулю взрывчаткой, например, смесью Ледина, чтобы не ебать себе мозги? – поинтересовался я.

Фазан озадаченно застыл.

– Но это ведь… – начал он выдавать какой-то контраргумент. – Но запрещ…

В глазах я его практически увидел отражение экрана смерти.

– Ты это, ты подожди… – вновь отмер Фазан.

Он достал телефон и набрал кого-то.

– Юрич⁈ – выкрикнул он. – Ёб твою мать, Юрич! Ага! Нет, ты подожди и послушай, Юрич! Нахуй эту пиндеху! В коромысле! Мы тут хуйнёй занимаемся, а титан, нет, колосс мыслительной деятельности, непризнанный гений философии, поэзии и прозы, а также виднейший деятель педагогических наук, за свою гениальность прозванный Студиком, совершил колоссальный мыслительный акт и выдал фантастическую идею! Сейчас скажу, какую! Ты, Юрич, спроси себя сейчас: «А что сейчас происходит в Гааге?» Там людей ебут, наверное, но, я тебе это гарантирую, точно не следят за соблюдением Гаагской конвенции! А если даже и следят, то хули они нам сделают⁈ Да, бросайте эту хуйню срочно и начинайте разработку разрывных боеприпасов к КС-23 и всем остальным видам вооружения!

Похоже, что это инерция мышления – как-то за эти десятилетия стало, по умолчанию, принято считать, что разрывные патроны в армейском вооружении применять нельзя.

Никто из нас, до сих пор, не догадался, не додумался, хотя идея-то на поверхности – добавление небольшого количества взрывчатки в пулю, даже 7,62×54 миллиметра, полностью меняет правила игры. Останавливающее действие вырастет кратно…

– Пулитцеровскую премию Студику!!! – проорал Фазан, завершивший звонок. – И Оскар!!!

На нас с недоумением посмотрели все присутствующие на стрельбище.

– Эврика, Студик!!! – продолжил орать возбудившийся Фазан. – Мы всех выебем!!!

– Ну, не всех, но многих, – улыбнувшись, сказал я на это.

– Что происходит⁈ – спросил нахмурившийся Майор.

– Акт гениальности происходит!!! – ответил ему Фазан. – Студик – гений!!!

– Ты, давай, это… – начал я.

Нет, мне приятно, конечно, что мою гениальность, наконец-то, разглядел хоть кто-то, хе-хе, но как-то неловко.

– Ладно! – воскликнул Фазан. – Сдай ружьишко в оружейку, ладно? Мне надо спешить!

– Да, окей… – вздохнув, ответил я. – До встречи.

Фазан убежал в отель, а я последовал за ним, чтобы сдать ружьё и экспериментальные патроны в оружейку.

Теперь-то эти патроны годятся только для музея, потому что скоро начнётся эра разрывных патронов.

Патронное производство у нас уже есть, но теперь нужно будет провести переоборудование производственных линий на новый тип боеприпасов.

– Это Фазан брал, – сказал я дежурному в оружейке. – И вот эти патроны нужно где-нибудь сохранить, для истории.

– Хорошо, – ответил тот. – А что это за патроны?

– Да так, хуйня одна… – сказал я, махнув рукой. – Не особо актуальная разработка.

Сдав оружие, я направился в свой номер, но потом передумал и спустился в лобби.

– Зулус! – выйдя во двор, окликнул я бывшего спецназовца, засевшего в курилке.

– Да? – ответил тот.

Захожу в уличную курилку и сажусь рядом с ним.

– Вопрос есть, – сказал я. – Во сколько раз выше останавливающее действие у разрывного патрона, допустим, к «Печенегу», по сравнению с ЛПСкой?

– Это из-за этого Фазан только что орал? – уточнил Зулус.

– Ага, – подтвердил я его догадку. – Так во сколько раз?

– Сразу и не скажешь… – произнёс он. – Ну, наверное…

Он впал в глубокую задумчивость.

– Раза в три-четыре, а может и в пять-шесть, – наконец, ответил он. – А-а-ах, я понял…

– Фазан тоже понял, – улыбнувшись, сказал я. – Ситуация такая: он намерен начинать массовое производство разрывных патронов. Конкретно с целью злостно нарушить Гаагскую конвенцию.

– Это поменяет очень многое на поле боя, – произнёс Зулус. – Тогда появится смысл возвращать в строй АК-74М и АК-12…

Я обдумал это – а ведь, действительно, появится смысл.

Обычная пуля калибра 5,45 миллиметров, при попадании в конечность, не всегда приводит к выводу противника из строя, а вот разрывная будет выбивать человека из боя в 95 случаях из 100.

Даже КДшник средних уровней, если получит ранение разрывной пулей в бедро, вряд ли сможет быстро очухаться. Если разрывная пуля, например, вырвет ему секцию бедренной артерии, с мясом – там и таймер вполне может начаться.

– Знаешь, что подумал, – произнёс Зулус. – А ведь боевики Пиджака, когда он был у власти, использовали модифицированные патроны – надпиливали наконечники пуль.

– Типа «дум-дум»? – спросил я. – Это интересно.

Про пули «дум-дум» мне рассказывал Ронин – кстати, относительно недавно. Это было изобретение англичан, которые вели колониальные войны и посчитали, что их оболочечные пули недостаточно эффективны против всяких папуасов, которые, после поражения из винтовки Ли-Метфорда, смели подниматься на ноги и продолжать бой.

Тогда-то они и придумали новый тип патрона – оболочечный, но не полностью. Носик у пули нового типа был свинцовый, поэтому, при попадании в тело жертвы, томпаковая или мельхиоровая оболочка раскрывалась, а свинцовый сердечник отличненько мялся, передавая максимум кинетической энергии.

И всё бы хорошо, но потом появились всякие неравнодушные люди, считающие, что ведение войн нужно регламентировать, поэтому страны начали подписывать конвенции, запрещающие всё самое интересное…

Их логика: экспансивные пули очень сильно снижают шансы солдат на выживание, а разрывные пули их вообще не оставляют. Но разве не в этом весь смысл войны?

«Значит, мы исправим эту историческую несправедливость», – подумал я. – «Но что, если разрывные патроны будут применять и против нас тоже?»

А вот тут я почувствовал себя очень неуютно. Сразу появилась мысль: «А нас-то за что⁈»

– Ха-ха-ха! – рассмеялся я. – Блядь… Ха-ха-ха!

– Анекдот какой-то вспомнил? – поинтересовался Зулус.

– Не, просто подумал кое о чём, хе-хе… – ответил я, посмеиваясь.

– Наверное, ты подумал о том, что мы открываем ящик Пандоры? – предположил Зулус.

– Ага, – подтвердил я. – Это реальный ящик Пандоры – но мы ведь не знаем, не применяют ли их другие. Они могут, а это значит, что должны и мы.

Нет, теперь я начал понимать мотивы тех неравнодушных людей, топивших за запрет экспансивных, разрывных и прочих патронов.

Гарантий, что кто-то не изобретёт что-то ещё, ещё более ебущее, чем эти боеприпасы, никто дать не мог, поэтому всё и запретили, от греха. Они решили, как говорит иногда Фазан: «лучше ну его нахуй, чем хуй его знает».

– Всё, я узнал, что хотел, – сказал я. – Давай, до встречи.

– До встречи, Студик, – ответил Зулус, а затем развернулся к тренируемым ополченцам. – Через десять минут начинаем стрельбы! Всем приготовиться морально и физически! В туалет кто хочет – идите сейчас!

Я вошёл в лобби отеля и поднялся на свой этаж.

Лапша вернётся ещё нескоро, поэтому надо как-то убить всю эту прорву времени.

«Ответ один – аниме», – принял я решение, разблокировав дверь номера ключ-картой. – «Годные тайтлы закончились, блин, поэтому придётся экспериментировать и смотреть сомнительные».

*Российская Федерация, Волгоградская область, город Волгоград, крепость «Хилтон», 31 декабря 2027 года*

– Дорогие сограждане! – начал Проф.

Он сидит за столом, на фоне заставка с панорамой современного Волгограда, на нём официальный чёрный костюм с белой рубашкой и красным галстуком, а в руке он держит бокал шампанского.

До Нового года осталось около семи минут, поэтому я уже за столом, жую неполноценный салат Оливье – яиц нет, майонеза тоже, зато есть соус на основе молока, смешанного со слабой горчицей. Ещё туда добавлено подсолнечное масло, что, я считаю, было ошибкой, потому что это вообще какой-то другой салат.

Из-за отсутствия полноценного Оливье, новогоднее настроение практически умерло, прямо за этим столом…

Отсутствие селёдки под шубой я ещё могу простить, так как не очень люблю её, салат из крабовых палочек я тоже не очень люблю, но вот отсутствие нормального, блин, человеческого Оливье, с нормальными, блин, человеческими яйцами – это непростительно.

Я каждый Новый год сам, своими руками, готовил Оливье, потому что научился, когда была жива бабушка – она всегда запрягала меня нарезать ингредиенты кубиками.

Меня охватило чувство ностальгии и на душе стало как-то полегче.

– … тяжёлый год и нет оснований полагать, что следующий год будет лучше, – продолжал вещать Проф. – Но мы выстояли – это очередное доказательство нашей стойкости и нашей необоримой воли к жизни! Город-герой Волгоград, наконец-то, стал полностью безопасным! Наши рейдерские группы зачищают окрестности города и с каждым днём заходят всё дальше и дальше в область! Наша оборона становится всё крепче и крепче, с каждым пройденным днём! А наша армия становится всё сильнее, решительнее и многочисленнее!

Мне надоело испытывать муки от поглощения этого «Оливье», поэтому я подвинул к себе тазик с морковкой по-корейски. Толку от неё, в контексте килокалорий, почти ноль, но зато вкус хорошо знакомый, с нотками ностальгии по прежним временам…

– Как многие из вас знают, в уходящем году мы основали НИИ Когнитивных девиаций, – продолжил Проф. – Это очередной преодолённый рубеж – это значительный шаг к разгадке тайны апокалипсиса, разрушившего нашу цивилизацию!

Пока что, учёные не сумели накопать ничего полезного – они занимаются некой «обработкой и систематизацией данных».

Но я вообще от них нихрена не жду, если честно. Проф-то может и говорит населению, что это важный шаг и так далее, но реальная причина, почему НИИ КД вообще существует – это престиж.

Окружающие нас общины ведь смотрят по сторонам и следят, по мере сил, за действиями Фронтира. И то, что у нас действует очень серьёзный НИИ – это очень о многом говорит. Фактически, это говорит обо всём.

– … освобождаем невольников! – вдохновенно продолжал Проф. – Многие из вас по себе знают, каково это – быть в рабстве! Мы, как граждане Фронтира, считаем, что рабство недопустимо, несмотря ни на какие условия и, якобы, объективные факторы!

С этим я вообще не буду спорить – куча народу, переселенцев из других городов, реально пребывали в рабстве.

За пределами Волгограда набирает обороты возвращение в прошлое – почти у каждого князька есть личные рабы, которых они вообще не считают за людей, а на Мене в Атырау я видел реальных работорговцев. Да что говорить, если я сам «приобрёл» себе рабынь, когда убил Циркуля в поединке.

«Это же капец, если подумать…» – обдумал я это. – «У нас тут какие-то конституционные права, гарантии и так далее, а в Атырау, наверное, прямо сейчас кого-то купили и продали…»

Нет, маловероятно, что Мена идёт в Атырау прямо сейчас, но где-то ведь идёт!

От этих мыслей из моей головы окончательно выветрились остатки новогоднего настроения.

Как-то хреново стало на душе.

Не то всё это…

«Надеюсь, у нормальных людей сейчас всё иначе», – подумал я. – «У многих есть семьи, праздничные столы в гостиной, а по телевизору выступает аналог президента, идентичный натуральному».

А я сижу в отельном ресторане, в окружении других КДшников.

«Может, это потому, что Лапша так и не вернулась?» – предположил я. – «С Лапшой бы Новый год проходил гораздо веселее».

Я ведь ей даже подарок приготовил – РШ-12 с художественной гравировкой. Пришлось отдать за него 600 золотых монет, а затем доплатить мастеру ещё 3 монеты за гравировку.

Сначала была идея нанести гравировку с паутиной, но Лапша не любит пауков и то, что её ассоциируют с пауками, поэтому я отказался от этой идеи и не придумал ничего оригинальнее веточки сакуры.

«Подарю, как вернётся – если ещё буду тут», – решил я. – «Необязательно же прямо на Новый год?»

Фазан, сидящий слева от меня, громко и протяжно рыгнул, после чего приложился к бутылке пива.

– А «Голубой огонёк» будет? – спросила Канада, сидящая справа от меня.

– Во всём Волгограде не наберётся столько пидарасов, чтобы организовать «Голубой огонёк», – ответил ей Фазан. – Может, «Голубоватый огонёк» и получится… Хотя, нет! Получится «Слегка голубоватый огонёк», ха-ха!

– То есть, никаких новогодних концертов? – с лёгким разочарованием уточнила Канада.

– Будет концерт, – сказал я. – Выступит «Вой Фронтира» и ещё пара групп…

– А «Износ анала» будет выступать⁈ – с надеждой спросил Фазан.

– Фу, блядь… – поморщившись, высказалась Канада.

– Их альбом «… после оргии» – это легендарно! – воскликнул Фазан. – Я как будто в молодость вернулся! Они же чистые панкухи!

Группа «Износ анала» выпустила уже два альбома – «… после оргии» и «… после тюрьмы», пополнив ряды нижнего Интранета, расположившись в рейтинге популярности сразу после Щеки.

Я думаю, они нас всех неиронично стебут – с панк-рокерами никогда не знаешь наверняка…

Проф, к моему лёгкому удивлению, относится к этой группе положительно. Он то ли опять пытается в своё фирменное «е-е-е, скейтборд, дискета, MTV», то ли ему, действительно, нравится слушать песни о том, как кого-то ебут в жопу…

Я к этому явлению равнодушен, потому что не слушаю панк-рок и подозреваю, что они нас всех очень жёстко стебут.

– … желаю вам счастья в наступающем году! – провозгласил Проф. – С Новым годом, товарищи! Ура!

Примечания:

1 – Об упомянутом боеприпасе – это разработка на основе экспериментального патрона, наречённого своим создателем PINdejo, то есть, пиндэхо, что является аллюзией к мексиканскому ругательству пендехо, что в переводе на русский означает «придурок», «мудак» или «идиот». Собственно, американскому блогеру с никнеймом «null» один из подписчиков прислал на пробу своё изобретение – ему много кто присылает свои продукты творческой деятельности, чтобы он мог испытать их и сделать выводы. Вдохновлён автор PINdejo был, как я понимаю, пулей, изготовленной из отрезка стального троса, залитого эпоксидной смолой. PINdejo (где pin – это «штифт») же является разработкой принципиально иного уровня, так как чувствуется за ним какая-то конструкторская работа – это тебе не кусок троса эпоксидкой залить или патрон монетками набить. https://www.youtube.com/watch?v=7CTUDzQn7bk – это почти трёхминутное видео, которое всё наглядно демонстрирует. На отечественных ресурсах этого видео нет, и вряд ли оно там появится, поэтому вот скриншоты, чтобы было видно, о чём тут речь: