Текст книги "Вечно голодный студент 7 (СИ)"

Автор книги: Нариман Ибрагим

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 27 страниц)

Глава двадцать третья
Языковой барьер

*Туркменистан, город Ашхабад, Абаданский этрап, 8 января 2028 года*

– Если начнёте стрелять, обещаю, сделаю всё, чтобы забрать с собой побольше ваших! – предупредил я местных.

Выглядываю из-за угла и вижу сидящих и лежащих за укрытиями КДшников, нервно сжимающих оружие. Один из них поднялся на ноги и пошёл ко мне.

По внешности могу сказать только, что он местный – черноволосый, смуглый, с карими глазами, с густой недлинной бородой, но без усов. Возраст, ну, наверное, лет двадцать с чем-то.

Одет в военную форму, с тяжёлым бронежилетом, шлемом НАТОвского образца, а также стальной маникой на правой руке. В руках у него ПКМ, с самопальным цинком примерно на 400–500 патронов.

– Ми не знали, что ти не форси! – сообщил он мне. – У тибя бледный лицо – у форси есть такой алп.

– Кто-кто у форси есть? – нахмурившись, уточнил я.

– Алп – это как ми, брат, – объяснил он. – Миня зовут Шахром.

Похоже, что «алпами» они называют КДшников.

– Константин, – представился я. – Но можешь звать меня Студиком.

– Ти откуда приехал? – спросил Шахром.

– Волгоград, – ответил я.

– Слишал такой горот, – покивав, сказал он. – Но в Москва бивал только…

Это объясняет, почему он знает русский – наверное, гастарбайтерствовал в Первопрестольной.

– Круто, – произнёс я. – Ты сам отсюда? Из Ашхабада?

– Не-не-не, брат, – мотнув головой, ответил Шахром. – Я из Гиссар – эта Точикистон, брат.

– Это Таджикистан? – уточнил я.

– Да-да, брат, – подтвердил он. – Я один руски язык знаю – остальные не панимает, брат. Ти прости – не знали же! Мир?

– А убитые? – спросил я. – Кровь же пролита.

Шахром обернулся к остальным и начал переговариваться с высоким и накачанным мужиком, держащим в руках заряженный РПГ-7.

– Гурт гаварит, что заплатит кун за убитых твоим, – сообщил он мне.

– Что за «кун»? – уточнил я.

– Человек ти убивать – рубль платить, – объяснил Шахром.

– А-а-а, компенсация, – понял я его.

– Да, камписация, – закивав, подтвердил он. – Род не будит хашмгин… то исть, возмущанить. Рубль заплатит Гурт. За тибя.

– С чего этот Гурт хочет заплатить за меня? – спросил я с подозрением.

– Хочит друг, брат, – ответил Шахром. – Ваивать ни хочит – ти сильный, а сильный лучше друг, чем враг, да, брат?

Видимо, они уже поняли, что сражение складывается не в их пользу, поэтому решили, что лучше замириться, дабы избежать дополнительных потерь.

Тут в небе вновь появился крылатый микрочелик с АКС-74У в руках. Он подлетел к Гурту, внимательно наблюдающему за ходом переговоров, и начал что-то тихо говорить. Шифруется так, будто я что-то понимаю…

– Тогда мир, – принял я решение. – Но без фокусов.

– Да, брат, без фокусов, – ответил Шахром. – Идём.

Он громко сказал что-то, после чего остальные опустили оружие и расслабились.

Следую за Шахромом, который повёл меня к моему Уралу-ВВ. Его охраняют двое вооружённых боевиков, из нормальных людей, которые сразу же напряглись, увидев меня, но успокоились, когда Шахром что-то сказал им.

Языковой барьер тут непреодолимый, потому что я нихрена не понимаю, что они говорят.

Урал-ВВ, как я вижу, сильно пострадал – лобовое стекло вдребезги, приборная панель пробита несколькими попаданиями отрикошетивших пуль, а ещё пули пробили цистерну, поэтому в салоне сильно воняет дизелем.

– Я сейчас, – сказал я и залез в кабину.

Имеется у меня средство, специально на такие случаи – высококачественная изолента, подходящая для заклеивания пробоин в баке.

С помощью УФ-зрения обнаруживаю абсолютно все пробоины в цистерне и тщательно заклеиваю их, а затем открываю настежь двери.

– Чито делаишь? – спросил Шахром.

– Цистерну пробили, – сказал я. – В кабине пары дизеля – лучше проветрить, чтобы не случилось чего-нибудь.

Через несколько минут, когда в кабине вновь начал доминировать запах разлагающегося содержимого башки Таракана, я понял, что можно ехать.

– Воняит, – поделился наблюдением Шахром, севший на переднее пассажирское сиденье.

– Знаю, – ответил я. – Как-нибудь расскажу тебе историю, как так получилось. Куда едем?

– Пряма, брат, – сказал Шахром.

Завожу двигатель, который, благодаря толстой броне, не пострадал от интенсивного обстрела, и мы едем по шоссе.

– В городе есть ещё кто-нибудь, кто говорит по-русски? – спросил я.

– Есть – многа кто, – ответил Шахром. – Проста тут нету, брат. Там, где будим, там есть многа кто.

Дорогу тут никто не расчищал, но вот все брошенные тачки качественно выпотрошены. Аккумуляторы – это новые деньги…

Постепенно, окружающая местность начала меняться. Сначала я увидел, с помощью ЭМ-режима, сотни людей, находящихся в многоэтажках, а затем, когда мы свернули с шоссе направо, наблюдаемые ЭМ-силуэты окончательно перестали поддаваться даже примерному подсчёту.

Мне открылся вид на жилые комплексы, огороженные бетонными стенами со стальными рамами. Это очень качественная работа – делали на совесть, как вижу.

Всего я насчитал восемь укреплённых жилых комплексов, но обитаемыми из них являются только пять. Зато в этих пяти, как я понимаю, живут тысячи людей, среди которых немало КДшников.

Место они выбрали отличное – слева от шоссе аэропорт Ашхабада, ну и до центра города недалеко, что даёт отличную возможность для ненапряжённой облутки.

– Вон тута, – сказал Шахром, указав рукой на ворота четвёртого по счёту жилого комплекса.

Сворачиваю и подъезжаю к вратам.

Шахром высунулся из машины и крикнул что-то часовым, ему что-то ответили, он снова что-то крикнул, а затем ворота начали медленно разъезжаться.

Проезжаю внутрь и вижу, что во дворе собрались люди, решившие посмотреть на чужака. Я думаю, тут уже сработал сарафанный Wi-Fi, разносящий новости со скоростью света.

Мужчины, женщины, дети и старики – почти все из них нормальные люди, но среди них затесались и КДшники, правда, слабые или средней силы.

– Вон тута становись, брат, – сказал Шахром, указав на открытую парковку.

Подмечаю, что там стоят две БМП-2, одна БМП-1, четыре непонятных бронеавтомобиля и целых три танка Т-72. Паркуюсь рядом с крайним левым танком и выхожу из кабины.

– Трогать никто не будет? – спросил я у Шахрома.

– Не будит – обещаю, – ответил он. – Идём.

Следую за ним, а он ведёт меня к зданию в центре. Думаю, там заседает местная администрация.

– Встреча будит, Студик, – сообщил мне Шахром. – Гурт скоро будит тута. Встреча будит с Алтынмурадом – он старший.

– Понял тебя, – ответил я.

В этом здании, как я понял, никто не живёт, потому что это что-то вроде офиса, с несколькими кабинетами и общим залом, в котором расположены диваны и журнальные столики.

– Ты и есть Константин? – спросил мужчина лет сорока-пятидесяти, вышедший к нам.

– Да, – подтвердил я. – Но предпочитаю, чтобы меня называли Студиком. А ты – Алтынмурад?

– Да, – кивнув, ответил он.

Одет он в синий деловой костюм, причём состояние костюма такое, будто он только что из ателье. Ну и сам Алтынмурад, явно, следит за собой, потому что он аккуратно подстрижен и борода у него ухоженная, что нынче большая редкость.

– Рад знакомству, – произнёс я.

– Взаимно, – улыбнувшись, сказал местный глава. – Можешь звать меня Мурадом, если тебе так будет удобнее.

Пожимаем руки и садимся на один из диванов.

– Хорошо, Мурад, – ответил я. – Итак, что у вас тут происходит, что вы так встречаете мирных путников?

– Мирных? – с сомнением спросил Мурад, рассмотрев мои экипировку и оружие.

Шахром вопросительно посмотрел на Мурада, получил разрешающий кивок и сел на диван неподалёку.

– Да, мирных! – ответил я, пронаблюдав за действиями Шахрома. – До того, как по мне начали палить, я даже не знал, что в Ашхабаде кто-то живёт. А это значит, что я ехал сюда с мирными разведывательными целями и не планировал никому причинять зла.

– У нас идёт война против южан, – сообщил мне Мурад. – Они совершают набеги и похищают наших женщин. Среди них есть несколько алпов, отдалённо похожих на тебя.

Он достал из кармана телефон и открыл на нём галерею.

– Вот, посмотри, – сказал он и передал мне свой телефон.

На фотографии изображён какой-то крайне бледнолицый мужик в военной экипировке, занёсший меч над головой стоящего на коленях старика, одетого в рванину. Видно, что это фото было сделано в спокойной обстановке – вокруг есть другие люди в военной экипировке, на лицах которых весёлые и довольные улыбки.

«Хороший тамада…» – подумал я. – «И конкурсы интересные…»

– Это роковая случайность, что ты оказался похож на одного из них, – сказал Мурад. – Мы приносим свои глубочайшие извинения.

– Да ладно, бывает, – махнув рукой, ответил я. – Главное, что разобрались. Мне сказали, что некий Гурт готов заплатить за меня кун. Это что-то вроде виры – я правильно понимаю?

– Это не что-то вроде виры, – покачав головой, ответил местный глава. – Это и есть вира. Раньше, в давние времена, кун отдавали скотом, но сейчас его выплачивают любыми материальными ценностями, что сильно роднит его с вирой. Гурт поступил правильно. Я тоже присоединюсь и компенсирую часть куна за погибших из своего кармана. Так будет правильно.

Вот так, постепенно, мы возвращаемся к предыдущим цивилизационным моделям…

«Но как иначе-то?» – задумался я. – «Правильно – никак».

– Ты говоришь, что прибыл сюда с «мирными разведывательными целями», – произнёс Мурад. – Значит ли это, что ты представляешь кого-то?

– Да, значит, – подтвердил я. – Я представляю тут интересы Фронтира – государства, что основано в Волгограде.

– Это далеко отсюда… – сказал Мурад. – Вы настолько могущественны, что ваши интересы уже распространяются на Туркменистан?

– Ну, как сказать… – произнёс я задумчиво. – Мы освоили все ближние территории и теперь ищем хорошие источники ценностей. Но раз вы живёте здесь, то мы не будем претендовать на Ашхабад – нам не интересны войны. А вот торговля – это нам интересно.

– Торговля? – переспросил Мурад. – Как ты это себе представляешь?

– В Туркменбаши, как ты прекрасно знаешь, есть морской порт, а у нас есть сухогрузы, – сообщил я ему.

– Не получится, брат, – покачав головой, заявил Шахром. – В Туркменбаши живёт хорпушт.

– Кто? – спросил я недоуменно.

– Ёж, – пояснил Мурад. – Это смертельно опасная и хитрая тварь, занявшая весь город и уничтожающая любого, кто посмеет зайти на её территорию.

– А, Ёжик… – произнёс я и усмехнулся. – Он уже не проблема – я уже убил его.

Шахром посмотрел на меня с изумлением, а вот Мурад посмотрел с сильным скепсисом.

– Смотри, что есть, – сказал я ему и снял с пояса один из тубусов. – Это стилет, который я сделал лично.

Вытаскиваю из тубуса смертельно опасный стилет.

– Эта из хорпушта⁈ – изумлённо воскликнул Шахром. – Тагда получаится…

Мурад посмотрел на него с неодобрением и парень сразу же замолк.

– Да, это из хорпушта, – подтвердил я. – Я чуть не сдох, когда убивал его, но дело оказалось стоящим…

– Мы можем отправить своих людей в Туркменбаши? – спросил Мурад.

– Там сейчас находятся мои люди, – ответил я. – Лучше наладить связь с моим руководством, чтобы не было недопонимания.

– Кто твой лидер? – спросил Мурад.

– Его зовут Профом, – сообщил я. – И я сразу хочу сказать, что Туркменбаши входит в сферу наших интересов, как прибрежный город.

Проф хочет поставить в Туркменбаши опорный пункт, который, со временем, может разрастись до полноценного поселения – лута там хватит на годы, а морской порт, с годами, будет становиться только актуальнее.

– Значит, ты убил ежа… – произнёс Мурад. – Это говорит о тебе, как об очень могущественном алпе. Все, кого мы отправляли за головой ежа, погибли, а ты не только убил его, но и говоришь об этом так, будто убиваешь подобных чудовищ каждый день.

– Ну, я же сказал, что чуть не сдох, – сказал я на это. – Возможно, это был самый опасный зверь из всех, которых я убивал когда-либо. А убивал их я много. Кстати, раз у нас тут завязывается что-то похожее на дружбу, то вот тебе подарок.

Вручаю ему один из тубусов со стилетом.

– Если захотите переделать рукоять, то работать лучше в очень толстых перчатках, – предупредил я его. – Меня лишь слегка задело одной иглой по щеке и мне пришлось отрезать от себя кусок плоти, чтобы не умереть. В материале иглы содержится очень мощный нейротоксин, поэтому советую соблюдать предельную осторожность при использовании этого стилета.

– Это очень щедрый дар, Студик, – произнёс Мурад. – Я признателен тебе за это. Ты умеешь располагать к себе людей, несмотря на твой пугающий облик.

– Моя женщина говорит, что я похож на сексуального вампира, как в американском кино, – похвастался я. – Так что, ты просто не понимаешь, как на меня смотрят женщины, Мурад.

– Возможно, – не стал он спорить.

Он сказал что-то Шахрому, тот кивнул и покинул зал.

– Раз была затронута тема торговли… – произнёс Мурад. – Что вы можете предложить и что хотите получить от нас?

– Мы можем предложить энергию, – ответил я. – Если у вас есть аккумуляторы, то мы можем зарядить их. Также мы можем предложить консервированные овощи и консервированное мясо – это не просрочка, а новая продукция. А интересуют нас боеприпасы, оружие, бронетехника, золото и соль.

– А вы можете предоставить нам военную помощь? – спросил Мурад.

– От форси? – уточнил я.

– Форси их называет только Шахром, а мы называем их парсча, – поправил меня он. – Или, если по-русски, то персами.

– День прожит не зря, если узнал что-то новое, – сказал я. – Насколько велика угроза от парсча?

– Они являются доминирующей силой в регионе, – ответил Мурад. – И они совершают набеги, грабят нас и чувствуют безнаказанность. До этой части города они ещё не доходили, но все остальные районы сильно страдают от набегов. Если вы хотите, чтобы мы стали вашими верными союзниками, то помогите нам.

– Это надо обсуждать не со мной, – покачав головой, произнёс я. – Я свяжусь с моим руководством, и оно наладит связь – тогда и поговорите.

– У вас есть «Иридиум»? – спросил Мурад.

– Есть, конечно же, – подтвердил я.

– Тогда мне нужен будет лишь номер твоего лидера, – улыбнувшись, сказал Мурад.

– Дешевле будет дождаться радиосвязи, – возразил я.

– Не переживай об этом, – покачав головой, произнёс Мурад. – У меня «Иридиум» с предоплаченным пакетом на 7200 минут, а звонить некому.

– Откуда? – спросил я.

– Раньше он принадлежал очень влиятельному человеку, – ответил он.

– Понятно, – сказал я. – Тогда давай свяжемся с Профом.

Мурад громко позвал кого-то, и в зал вошла женщина в деловом костюме. Он велел ей что-то, она кивнула и ушла.

– Телефон скоро принесут, а ещё здесь будет накрыт стол, поэтому предлагаю прогуляться, пока всё не подготовят, – сказал он.

А мне, определённо, нравится дипломатия – это гораздо лучше, чем перестрелки.

– Давай, – согласился я.

Выходим из здания, и я сразу замечаю, что перед ним собралась большая толпа. Судя по лицам гражданских, они чем-то очень недовольны и возмущённо выкрикивают что-то.

Мурад вышел вперёд и начал что-то объяснять им. Ему кто-то возразил, тот ответил, потом кто-то удивлённо охнул.

– Скажи что-нибудь на русском! – потребовало от меня лицо славянской внешности, показавшееся из толпы.

– Да что тебе сказать, блин? – спросил я. – Даров!

– Мурад не пиздит, мужики! – воскликнуло это лицо. – Это не перс!

Затем этот мужик заговорил на местном языке – скорее всего, на туркменском.

Вся толпа заговорила, будто бы, разом – все начали обсуждать новости.

– Что происходит?.. – спросил я у Мурада.

– Слухи разносятся быстро, но не всегда они правдивы, – ответил он. – Кто-то разнёс слух, будто мы собираемся замириться с персами и ты – это персидский посланник, которого я начал обхаживать и уваживать.

– А-а-а, теперь я понял, – произнёс я.

Очевидно, что персов здесь не любят, раз они приходят с набегами и считают, что рубить головы старикам – это норм.

Мурад ещё что-то сказал на туркменском, а затем сделал жест в стиле «Расходитесь!» и народ начал, потихоньку, расходиться.

– Идём в беседку, – позвал он меня, и мы направились в сторону детской площадки.

Люди, всё же, смотрят на меня с толикой недоверия – слухам принято верить больше, чем официальным заявлениям.

А я, действительно, похож на того бледнолицего перса – по нему, кстати, не очень понятно, он альбинос или это его способность так потрепала…

– Ты сказал, что вы можете заряжать аккумуляторы, – произнёс Мурад, когда мы сели в беседке. – Значит, у вас есть работающая электростанция?

– ГЭС, – ответил я.

– Ах, да, Волгоградская ГЭС… – произнёс заулыбавшийся Мурад. – Как же я мог забыть об этом? Тогда вам очень повезло, что вы сумели сохранить её.

– Скорее, реанимировать, – поправил я его. – Мы, исходно, не из Волгограда – нам пришлось уехать из Новокузнецка, где произошло кое-что плохое.

– Я бывал в Новокузнецке, – сказал Мурад. – Давно, в 80-е годы.

– Тебе сколько лет? – поинтересовался я.

– Шестьдесят четыре года, – ответил он.

А на вид ему, максимум, полтинник, но ближе к сорокету. С КДшниками хрен угадаешь, блин…

– А мне двадцать три, – сообщил я ему.

– Молодой… – произнёс Мурад. – Но ты очень многого добился в таком юном возрасте. Это вызывает уважение.

– Случай, немало удачи, ну и немного личных качеств, – сказал я.

– Все мы начинали с первого уровня, – ответил на это Мурад. – И далеко не все, к сегодняшнему дню, так же сильны, как ты. Наверное, ты на особом счету у своего лидера?

– Ну, да, – согласился я. – Меня поощряют, как могут, блин, но у меня уже всё есть, поэтому я служу не ради каких-то шкурных интересов. Мне нравится наша идея…

– А какая у вас идея? – поинтересовался Мурад.

– Посмотри один ролик, – попросил я его и вытащил телефон. – Он объяснит всё гораздо лучше меня.

Включаю агитационный ролик, в котором представительный Проф, всё такой же синекожий, вещает об идеях Фронтира. Мурад смотрит его очень внимательно, впившись взглядом в экран.

Пока идёт ролик, я отцепляю «Печенег», разряжаю его и ставлю на стол беседки. Надо почистить его, а то как-то не до того было.

– Хм… – хмыкнул Мурад, когда ролик закончился. – Впечатляюще. Я думал, что у вас всё устроено почти как у нас, но у вас всё иначе, если верить словам Профа. Сколько у вас людей?

– Свыше десяти тысяч, – ответил я.

– Ничего себе… – восхищённо произнёс он. – А алпов у вас сколько?

– А это уже секретная информация, – ответил я.

На самом деле, я и сам точно не знаю уже, блин – регулярно происходит «пробуждение» новых КДшников, а я давно не слежу за статистикой, поэтому даже примерно не представляю, сколько у нас КДшников и какие у нас средние левелы.

– Понимаю, – кивнув, сказал Мурад. – Значит, у вас есть работающая ГЭС, огромная теплица, бесконечный источник воды, в виде Волги, свыше десяти тысяч населения и неизвестное, но очень большое количество алпов. Это делает вас очень крупной региональной силой.

– И это не говоря о том, что мы одолели и присоединили к себе всех крупных оппонентов, – добавил я.

Наверное, покорение Тамбова – это уже свершившийся факт, потому что на это дело отправлено много наших сильнейших КДшников, а в Тамбове дела и без нас шли очень плохо.

– Даже так… – прошептал Мурад. – Значит, с вами лучше дружить – так и будет.

– Да, мы всегда рады хорошим и честным друзьям, – согласился я.

– И теперь вы, закономерно, расширяетесь, – произнёс Мурад. – А возможно ли будет отправить нашу делегацию в Волгоград?

– Это нужно обсуждать с Профом, – ответил я. – Я не уполномочен принимать такие решения и обещать что-то.

– Я разделяю ваши идеи и ценности, – сказал Мурад. – И у меня есть очень хорошее предчувствие о наших будущих взаимоотношениях.

– Вы контактировали со степными алпами? – поинтересовался я.

Я спрашиваю это потому, что мне хочется понять, не создаст ли проблем с местными тот эпизод в стиле Безумного Макса.

– Регулярно контактируем со степными торговцами, – ответил он. – Но степные алпы мало заинтересованы в нас, потому что тут нет почти ничего, что их интересует. А их интересуют крупные стада коров, овец и лошадей – такие здесь не пасутся, потому что севернее есть более сочные пастбища.

– Да, логично, – произнёс я. – А я повстречался с такими в Жанаозене. Они устроили мне автомобильную погоню, испортили мне лобовое стекло, и вообще, вели себя очень плохо, поэтому мне пришлось убить их.

– М-хм… – задумчиво хмыкнул Мурад. – Поделом им. Нападать на одиночек в степи – это подлость. Возможно, степь покарала их твоими руками.

– Звучит очень эзотерически, – произнёс я.

Та женщина, которую он отправил за «Иридиумом», наконец-то, подошла к беседке.

– Диктуй номер, – попросил Мурад, приняв из её рук спутниковый телефон.

Диктую номер, который знаю лучше, чем свой ИНН.

– Я поговорю первым, чтобы ввести его в курс дела, – сказал я.

Мурад передал мне телефон и я нажал на кнопку вызова.

– Алло, Проф? – спросил я, дождавшись ответа. – Это Студик. Звоню с другого номера…