![](/files/books/160/oblozhka-knigi-spasenie-klana-uchiha-si-374944.jpg)
Текст книги "Спасение клана Учиха (СИ)"
Автор книги: Миято Кицунэ
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 19 (всего у книги 30 страниц)
Часть 2. Глава 24. Детализация
На стол лаборатории, вокруг которого они обсуждали планы на будущее и куда буквально час назад Орочимару призывал Фукаши-сана, запрыгнула кошка.
Орочимару никогда не понимал пиетета всех Учиха к этой наглой сиамке. Они даже звали её «Саюри-сан», а мастер Ракурэй так вообще «Саюри-сама». Иногда Орочимару слышал, как Учиха разговаривали со своей питомицей: как с весьма понимающей особой. Особенно Наруто старался. В лице кошки Узумаки часто находил благодарного слушателя, особенно если поблизости не было его друзей – Саске и Кимимаро.
Не сказать, чтобы Орочимару не нравились кошки, пожалуй, нравились, и, когда никто не видел, он даже пару раз почёсывал сиамку за ухом или гладил холку. Кошка иногда заходила в лабораторию, но, слава Рикудо, ничего не трогала, никуда не лезла и только сидела и смотрела, а не то, несмотря на лояльное отношение к пушистым мурлыкам, была бы выкинута за шкварник. Сиамка даже пару раз пробиралась в спальню Орочимару и ложилась на него, когда был сезон дождей. В этот период, несмотря на обогревающие печати, в убежище было довольно прохладно, и он не выгонял животное, которое дарило мягкое тепло его холодному полузмеиному преобразованному телу.
Сейчас же кошка выглядела до жути довольной и, прищурив голубые глаза, смотрела прямо на Орочимару, словно хотела что-то сказать.
– Саюри-сан? – вопросительно протянул Шисуи, сидящий рядом, словно действительно ждал от животного ответа.
Орочимару еле удержал спокойную маску на лице, и то лишь потому, что Итачи и Шисуи не проявляли признаков беспокойства или удивления. Кабуто всё-таки вскочил, как и Гурэн, которая оказалась рядом, и, если судить по серьёзному лицу девчонки, вознамерилась защитить от появившейся опасности.
– Спокойно, Гурэн, – Орочимару положил руку на девичье, обманчиво хрупкое плечо. – Не думаю, что… Кхм… Саюри-сан нападёт на нас. Кхм… После всего, что между нами было.
– Послушай своего отоо-сан, малышка Гур-рэн, – с мурлыкающим акцентом сказала сиамская кошка, выросшая до размера человека.
– Секрет Саюри-сан был только её секретом, поэтому мы не были в праве его рассказывать, – извинительно склонил голову Шисуи, но Орочимару был готов поклясться, что тёмные глазки старшего Учиха весело поблёскивали.
– И что же послужило поводом его раскрытия? – справившись с удивлением, приподнял бровь Орочимару. – Я впечатлён, что Саюри-сан удавалось так долго… водить нас за нос.
– О, мне это ничего не стоило. Мне очень нравится быть просто кошкой… – состроила мечтательную мордочку Саюри-сан. – В этом весьма много плюсов… И никакой ответственности. Но проблемы моей семьи заставили меня, так сказать, «втянуться». Да и ваш проект весьма заинтересовал меня, но к этому вернёмся позже…
– У вас какое-то предложение, Саюри-сан? – спросил Шисуи.
– Да, я согласна на роль официальной матери ваших детей, Шии-кун, к тому же Комацу-сан не имеет должным образом развитой системы циркуляции чакры, и рождение двойни её бы убило. Думаю, Пятая Хокаге, о которой я слышала, что она первоклассный ирьёнин, это знает. И не поверит вам. Этим вы вызовете лишь лишние подозрения. Я же могу организовать младенцев прямо сейчас, чтобы мельком показать их Джирайе-сану. Да и у детей будет меньше вопросов. Думаю, что чем меньше народу будет знать о «нетрадиционном» вынашивании, тем будет лучше для всех. Не забывайте, что у той же Комацу-сан нет сопротивления к чтению её менталистами. А значит, то, что она не их мать, будет ясно достаточно быстро. Комацу-сан подойдёт на роль няни, но не матери.
– Пожалуй, вы правы, – согласился с кошкой Кабуто. – Вот только… Так получилось, что Саске уже знает про яйца.
– У Саске стоит клановая печать, которая не позволяет считывать его мысли менталистам, – нахмурился Итачи. – Саске даже мне об этом не заикнулся.
– Я взял с него слово, что он никому не расскажет об этом, – вздохнул Кабуто.
– Так что вы говорили о том, что можете организовать младенцев? – напомнил Орочимару, почувствовав искреннее уважение к этой странной кошке. Если Саюри-сан смогла так долго дурить его, то сиамка весьма сильна, и с ней придётся считаться.
Облик большой кошки слегка помутился, и та превратилась в изящную, весьма красивую, белокожую и черноволосую женщину. Преображение напомнило Орочимару его мать, которую он почти успел забыть.
– Вы весьма похожи на Орочимару-сана, Саюри-сан, – заметил Итачи. – Даже глаза с вытянутым зрачком, только голубые.
– Джирайя подумает, что Саюри-сан моя дочь или клон… – разглядывая женщину-кошку, пробормотал Орочимару.
Саюри тем временем сменила цвет глаз на золотисто-карие и стала точной женской копией Орочимару, только намного моложе, лет восемнадцати-двадцати, не больше.
– Тогда будет понятно, каким образом мы с вами сошлись, – задумался Шисуи. – Родственные связи. Вот только отцом «ребёнка Гурэн» придётся выступить Итачи. Для Саюри-сан он слишком молод.
В руках Саюри сам собой образовался полугодовалый младенец, а живот несколько выпятился, словно молодая женщина была месяце на шестом беременности.
– То же самое я смогу сделать Гурэн-чан, – мурлыкнула Саюри. – Но иллюзию ей придётся поддерживать и питать чакрой самой. А вторая моя двойня должна «родиться» раньше, чем у Гурэн, на три месяца, так?
Гурэн только заторможенно кивнула, по-прежнему рассматривая младенца. Ребёнок был черноволосым, темноглазым, милым и пухленьким. Голенький мальчик зевнул, показав два нижних зубика, и потёр кулачками глаза.
– А второй как же? – с любопытством спросил Шисуи, склонившись над ребёнком.
– Можешь его взять, – разрешила Саюри. – Это что-то вроде моего теневого клона, но чуть посложнее, – девушка хихикнула и, отдав младенца Шисуи, сделала в своих руках ещё одного.
– Оба мальчика? – спросил Орочимару, заинтересовавшись и взяв ребёнка, которого ему протянула оборотень.
– Если скажете, какого они будут пола, то можно изменить на девочек, – пожала плечами женщина-кошка, наблюдая, как дети «пошли по рукам».
Орочимару еле оторвал от себя малыша, при виде которого его медленно бьющееся сердце дрогнуло.
– Весьма впечатляет. Ребёнок выглядит и ведёт себя как живой. Не скажешь, что это подделка… – отцепив из маленького кулачка прядь своих длинных волос, пробормотал он.
– У нас три мальчика и две девочки, – сообщил Кабуто. – Я сегодня посмотрел пол детей.
– Ну что, Гурэн, ты кого хочешь, мальчика или девочку? – весело хмыкнул Итачи, подмигнув приёмной дочери Орочимару, которая всё ещё стояла в некотором обалдении.
– Я… Пусть будет мальчик, – приняла решение Гурэн. – Можно? – и смущённо улыбнулась.
Орочимару кивнул.
– Тогда пусть девочки будут «средненькими», хорошо, Саюри-чан? Раз уж ты моя дочь, то можно тебе «чанкать»? – спросил он.
Настроение поднялось. В первоначальном плане было слишком много «дыр», да и Джирайя только на первый взгляд выглядел не шибко умным. Всё, что касалось женщин, жабий отшельник подмечал весьма быстро. А тут так вовремя появилась эта Саюри, которая, как оказалось, была с ними с самого начала. И способности у неё просто потрясающие.
* * *
Орочимару посмотрел на Шисуи, который один остался после их совещания в лаборатории. Они определились с поведением и разговором с Джирайей, а Саюри наложила на Гурэн «растущую иллюзию беременности».
– Что-то хотел, Шисуи-кун? – спросил Орочимару.
– Да, вы как раз говорили про сенсора, когда нас прервала Саюри-сан.
– Думаю, что завтра с утра, как разберёмся со… всем этим, – он обвёл взглядом лабораторию. – Можно будет отправиться за моей старой знакомой в Страну Травы.
– Старой знакомой? – прищурившись, переспросил Учиха.
– Во время Третьей Мировой войны Страну Травы хотела захватить Страна Земли. Страна Огня выступала за защиту территорий этой страны, и мы сотрудничали с их шиноби. Там я и познакомился с Узумаки Кури, она очень необычный сенсор, чувствующий чакру в довольно больших диапазонах, – вспомнив молодую красноволосую девушку, которую тогда дали им в качестве поддержки, объяснил Орочимару. – Мы неплохо с ней сработались. Я даже предлагал ей… Пойти со мной в Коноху. Но была война, её страна была в опасности, так что она отказалась. Когда ты напомнил про Зецу, и как он двигается под землёй, я вспомнил, что Кури легко находила таких «земляных рыб», этой техникой пользуется подавляющее число шиноби Ивагакуре. Думаю, она согласилась бы помочь нам, в крайнем случае, мы могли бы просто нанять её.
– О, вот оно что… – протянул по-прежнему странно смотрящий Шисуи. – А когда вы последний раз видели Узумаки Кури?
– Кажется, лет двенадцать назад, – подумав, ответил Орочимару. – А что?
– Да нет… В общем-то, ничего, – пробормотал Шисуи. – Так кого мы берём с собой в Страну Травы?
Орочимару задумался.
– Сначала всё решим с Джирайей, представим ему Саюри-чан, поставим в известность детей… А уж потом определимся насчёт этого похода, – принял он решение.
![](img7.jpg)
Часть 2. Глава 25. Новая часть семьи
– Саске, – окликнул брат, отвлекая от спарринга с Миной, – подойди.
– Нии-сан?
– Ты же никому не говорил про то, что видел в лаборатории? – склонившись, прошептал Итачи на ухо Саске, несмотря на то, что отошли они достаточно далеко.
– Нет, никому, даже Наруто и Кими, – помотал головой он, слегка обидевшись. – Ты снова принимаешь меня за малыша? Мне уже почти десять! Я шиноби, и я из главной ветви нашего клана, я же понимаю, что это… Что это очень важно для клана, и могу нести ответственность за такую важную информацию.
– Ладно, ладно, не кипятись, отото, – неожиданно улыбнулся Итачи. – Ты молодец. Я горжусь таким умным и ответственным братиком.
Саске несколько секунд изучал лицо старшего брата.
– Я серьёзно, – кивнул Итачи, спрятав улыбку. – Ситуация, сам понимаешь, щекотливая. Мы не хотим врать нашим друзьям и соклановцам, но только у тебя стоит печать против считывания менталистами, ты же из главной ветви. У Мины тоже есть клановая защита, но намного проще, её родители не планировали, что их дочь станет куноичи. Сам понимаешь, некоторые знания несут только лишние проблемы. Да и Джирайя-сан, уши и глаза Хокаге, очень опытный шиноби, дети или не смогут ему солгать, или он увидит вашу ложь.
Саске согласно кивнул. Дедушка его лучшего друга был вовсе не так прост, как могло показаться на первый взгляд за всеми улыбками и некоторой дурашливостью. Как и с Наруто, было сложно предугадать, что сделает этот весёлый старик в следующий момент. Саске уже давно понял, что подобная «гипероткрытость» эмоций, так же, как и их сокрытие, отличный инструмент обмана врага.
– И что же с этим делать? – спросил он.
– Саюри-сан согласилась помочь нам. Она сегодня предстанет перед нашей семьёй, как женщина Шисуи. По легенде она дочь Орочимару-сана, которая жила неподалёку и с которой Шисуи встречался. У них уже есть двое детей, им сейчас по полгода, близнецы, мальчики. Саюри-сан якобы снова беременна, на этот раз близнецами-девочками. А Гурэн, по нашей легенде, сейчас беременна от меня. «Роды» Гурэн как раз совпадут с рождением малышей. Но для того, чтобы не было подозрений, мы поместим четырёх из них в Рьючидо, где время течёт быстрей. Девочек вернём чуть быстрее, а старшим мальчикам потребуется два наших месяца, чтобы «нагнать» по возрасту те иллюзии, что предоставила вместо них Саюри-сан, – обрисовал ситуацию Итачи.
– То есть, так как Саюри-сан дочь Орочимару-сана, а Гурэн-чан его приёмная дочь, то поэтому мы и живём все здесь, как одна большая семья? – подумав, понял Саске. – Таким образом, вы хотите скрыть истинное создание… ваших детей?
– Да, что-то вроде того, – кивнул ему брат.
– А разве не будет странно, что мы все знаем Саюри-сан, как… Принцессу няко-ниндзя? И как нашу кошку? Или она имя сменит? – посыпал вопросами Саске.
– Она сказала, что все дети, кроме тебя и Наруто, забудут о кошке-Саюри. Не знаю, как… Что-то вроде того, что облик кошки сотрётся, но постоянное присутствие с нами будет храниться в памяти. Ты же и сам это ощущал? Когда она стала кошкой, все словно забыли о том, что она могла превращаться в громадную бакэнэко или разговаривать. То есть эти воспоминания были очень смутными… Какая-то кошачья способность, видимо. С Ракурэем тоже нечто подобное было, когда он в человека превратился. Вроде я знаю, что он кот, но даже когда начинаю вспоминать его в кошачьем облике в замке Нэкомата, то приходит образ человека.
– Да, я замечал это, но словно, когда я об этом задумывался, то сразу начинал думать о чём-то другом, – вспомнил Саске.
– Мне кажется, что я в своей технике «Баку-но-дзюцу», с насыланием конкретных снов, добился похожего эффекта. Возможно, мне стоит поговорить об этом с Ракурэем, чтобы улучшить эту технику. Хм, – слегка отвлёкся от основной их темы Итачи.
– Я тоже хочу научиться такому гендзюцу! Научишь? Нии-сан, научишь? – затормошил задумавшегося брата Саске.
– Это возможно только после твоего третьего томоэ, но как только, так сразу, – рассеяно кивнул Итачи. – Ты всё понял?
– Можешь на меня рассчитывать, нии-сан!
* * *
– Джирайя-сан, это Саюри-чан и наши с ней дети, Шо и Кенджи, – представил Шисуи жабьему отшельнику своих отпрысков. Одного держал сам, а второго – симпатичная девушка с длинными иссиня-чёрными волосами.
Саске подошёл к ним, разглядывая темноволосых пухлых младенцев. Мальчик, которого держал двоюродный брат, потянул ручки и загулил, пуская слюни.
– Давно не виделись, Саюри-сан, – подошедшая Мина улыбнулась и слегка погладила чужой выпирающий животик. – Вижу, вы снова ждёте прибавления?
– Да, это стало так заметно, что и широкое кимоно с накидкой не скрывает… – чуть покраснели бледные щёки девушки, а золотистые глаза лукаво сверкнули.
Вслед за Миной подскочила Юмико и забрала мелкого из рук Саюри, воркуя над «племянником». Обе девчонки отошли, явно намереваясь затискать младенца, отдавшись материнским инстинктам.
– Оро-чан… – как показалось Саске, испуганно пискнул Джирайя, оттаскивая Орочимару-сана от их толпы и что-то горячо зашептав на ухо змеиному саннину.
Что именно спросил Джирайя, Саске не расслышал, но догадывался по тому, насколько Саюри была похожа на Орочимару-сана: как две капли воды.
– Саске, Кенджи явно к тебе неравнодушен, подержи его немного, – усмехнувшись, сказал Шисуи и вручил поддельного бутуза.
Схватив младенца и удерживая того на вытянутых руках, Саске глядел в чёрные глаза, пытаясь распознать хитрую иллюзию, о которой рассказал брат. Бутуз точно так же смотрел на него. Мальчик был довольно крепким и плотненьким, со смешно топорщащимися волосиками, мягкой и приятной на ощупь кожей и вкусно пах молоком и чем-то ещё. Все чувства Саске говорили, что в его руках полугодовалый младенец, а он даже потоки чакры останавливал и шаринганом смотрел.
Крохотная ручка была полностью запихнута в рот и с видимым удовольствием обсосана. На пухленьких щеках размазались слюнки.
– Оботри Кенджи полотенцем, Саске, – отвлек от раздумий голос Саюри. – У мальчиков зубки режутся, поэтому они всё пихают в рот и слюны очень много.
Саске послушно обтёр маленький ротик бутуза, который, кажется, с кулаком во рту ещё и пытался смеяться его действиям. Подумалось, что ему эти дети тоже, как и Юмико, будут приходиться племянниками. А раз эта иллюзия или техника так точна, то стоит поучиться управляться с младенцами, на всякий случай.
* * *
– Саске, завтра с рассвета ты отправишься вместе с Орочимару-саном в Страну Травы, – сказал Шисуи.
– Оябун, Саске что, идёт один? – спросил Наруто, который вместе с Кимимаро тоже был в комнате.
Наруто только что взахлёб делился с ними, как развёл дедушку на тренировки, и показывал, как дрожат руки, оттого, что потратил весь нехилый резерв своей чакры на упражнение с раскручиванием воды внутри водяного шарика. За день, используя нескольких клонов, Наруто смог лопнуть водяной шарик и пройти первый этап тренировки расенгана из трёх.
– Да, такую маленькую группу из двух человек сложно обнаружить. Не волнуйтесь, у вас тоже будет задание, – ответил Шисуи. – У нас будет несколько групп, которые встретятся на границе со Страной Водопада, где мы собираемся сделать ловушку на одного из членов «Акацуки». Их главного шпиона.
Саске не сдержал улыбки, когда увидел, что голубые глаза друга стали в два раза больше.
– Значит, у всех будет своё задание? – спросил он у Шисуи, не давая Наруто радостно завопить.
– Да, твоим заданием будет вместе с Орочимару-саном нанять в Куса сенсора. Некую Узумаки Кури.
Старший Учиха вдруг сверкнул шаринганом, и Саске понял, что далее они говорят в его иллюзии.
– И ещё, Саске, это не точная информация, но ты должен будешь её проверить. В Стране Травы должна жить девочка. Узумаки Карин. Вполне возможно, что она какая-то родственница вашей цели, Узумаки Кури. Девочке должно быть лет десять-одиннадцать. Она тоже сенсор, но, возможно, в данный момент её дар не раскрыт. Действуй по обстоятельствам, но постарайся, чтобы девочку вы тоже взяли с собой. И когда будет заварушка с Зецу, она должна быть под твоей охраной.
– Я понял, – кивнул Саске, осознавая, что сделал это уже вне иллюзии.
– Наруто, ты вместе с Джирайя-саном должен будешь подготовить запечатывающий фуин-барьер, для того, чтобы наш шпион никуда не делся, после того, как мы его обнаружим и нападём. Подготовите и наполните с ним печати.
– О, отлично, оябун! – воспылал энтузиазмом Узумаки. – Я всё сделаю!
– На подготовку будет пара дней, как раз это время для Саске и Орочимару найти свою цель.
Часть 2. Глава 26. «Всё получилось»
– До свидания, Фудзимото-сан, встретимся, как обычно, через неделю в это же время, – доброжелательно кивнул пациенту Канагава Тору. – Всего доброго.
Когда последний на сегодня посетитель вышел из кабинета, он выдохнул, достал из тумбочки сигареты и закурил, повернувшись к окну. Ночной город сверкал огнями.
Покосившись на часы, которые показывали девять вечера, Канагава сделал ещё одну глубокую затяжку и вытащил из кармана телефон.
Последнее сообщение от Накомори Хироши было кратким и ёмким: «Всё получилось».
Их встречи, после того, как у парня кроме учёбы появилась личная жизнь и девушка, стали ещё реже. Но, когда они виделись, Накомори вываливал на Канагаву целый ворох информации. После он, уже не торопясь, прослушивал аудиозаписи и делал заметки. Участников событий становилось всё больше. Семья Учиха росла, и семья змеиного саннина – тоже.
Канагава достал второй том «дела Хироши» и, просмотрев последние записи, хмыкнул. В связи с таким необычным другом-пациентом он более подробно стал изучать мангу, аниме и даже фан-фикшн по «Наруто». Хотя подобной истории пока не находил. Да и слишком живо описывал всё Хироши, такое, возможно, и можно придумать, но смысл?
Их последний разговор зашёл про куноичи, потому что в очень многих рассказах «творчества юных» Канагава прочитал про постоянные изнасилования бедных женщин-ниндзя и жизнь некоторых ирьёнинов, которые почти только и делают, что аборты после рейдов и миссий с участием куноичи, а потом утешают жертв насилия. По своей работе он с таким сталкивался и был обеспокоен, всё же в семье были девочки, да и Гурэн имела не очень хорошую привычку брать одиночные миссии, или компанию ей составляли совсем мелкие парни, которые вряд ли смогли бы её защитить от насильников. В мире шиноби правит сила. Да и, если смотреть экранизацию манги, многие куноичи словно специально нарывались, надевая открытые во всех местах вещи: топики, шорты, короткие юбочки и футболки из сетки.
Когда он озвучил свою мысль и обеспокоенность, Накомори Хироши сначала пристально на него посмотрел, а потом засмеялся и хохотал очень долго, чуть не до слёз.
– Простите, профессор, я просто на секунду представил, что вы бы такой вопрос задали Гурэн… Значит, говорите, в фанфиках пишут? – Хироши снова засмеялся.
– А что смешного? – робко поинтересовался Канагава.
– Ну… – Хироши пожал плечами. – Простите за грубость, но ни один, даже самый глупый, перекачанный гормонами шиноби не рискнёт засовывать часть своего тела в куноичи. Особенно если она против этого. Да даже если и «за», многие всё равно с куноичи не связываются. Слишком велик риск остаться без чего-нибудь нужного, – парень захихикал.
– Почему?
– Поцелуй смерти. Это когда жертве во время поцелуя прокусывают язык, она даже пошевелиться от болевого шока не может и минут тридцать истекает кровью, находясь в сознании. Потом, представьте тело куноичи, она даже без какой-либо чакры сможет мышцами стиснуть так, что яйца посинеют, опять же болевой шок, и «насильник» полностью в её власти. А если говорить о чакре, то её можно испускать не только пальцами, но и горлом, например. В тебя могут огнём плюнуть или лавой, или ядовитым туманом, или иглами отравленными. Не говоря уже о том, что девочек с малолетства учат готовить всякие хитрые яды и вводить в свой организм, так что после секса с большинством куноичи надо антидот получить, а не то мучительно умрёшь. Да и во время секса мужчина довольно беззащитен и должен доверять партнёрше, которая, даже особо ничего не умея, может убить парой прикосновений к определённым точкам. Не говоря уже о том, что в мире, где у человека может быть рот с зубами на ладонях…
– Всё! Я всё понял! – остановил парня Канагава, которому резко поплохело. – Я понял, куноичи проще убить, но насиловать – себе дороже.
– Это точно, – кивнул Хироши, широко улыбаясь. – Поэтому многие шиноби женятся и имеют отношения с простыми горожанками или крестьянками. А куноичи специально одеваются вызывающе, чтобы мужчины повелись на женские прелести, расслабились или засмотрелись. Но даже пленённую девушку-шиноби вряд ли будут насиловать. Да и убить себя она может, прихватив насильника с собой. У народа куча техник самоуничтожения, особенно у тех, кто постарше. Так что рисковать зря никто не станет. А у Гурэн… Она приёмная дочь самого Орочимару, мастера ядов, с ней даже поцелуй может быть опасен… Хотя и с Миной и Юмико уже тоже работал и Кабуто, и сам Орочимару…
– Ты мне не рассказывал, – удивился Канагава.
– Ну, это несколько интимное и входит в стандартную подготовку девочек-ниндзя. Между прочим, в Японии тоже такие были, у них даже чакры не было, но убивали они так же эффективно, прятались среди гейш, танцовщиц, служанок и куртизанок.
– Да, я что-то такое слышал, – согласился профессор, решив для себя ознакомиться с настоящей историей японских ниндзя, а не только с творчеством «юных писателей».
* * *
– Хироши-кун! Проходи! – обрадовался Канагава, когда их встреча наконец состоялась.
– Я к вам с Мисаки-чан, можно? – парень держал за руку симпатичную девочку. Та была ниже Хироши на голову. В коротких волосах у Мисаки было несколько осветлённых прядок, но одета девушка была в светлые «спокойные» вещи, довольно скромно, особенно по меркам кричащей японской молодёжной моды.
– Конечно-конечно, проходите. Чаю? Или, может быть, газировки? – предложил Канагава гостям.
С двадцатого июля в учебных заведениях начались летние каникулы. Хироши сдал все экзамены на высшие баллы, а после этого уезжал на университетские курсы. И только через месяц после начала каникул у выпускника старшей школы появилось время навестить его.
– Я Мисаки всё рассказал про свои сны, – почти с порога заявил Хироши.
– Понятно, – кивнул Канагава. Парень хотел поделиться своим «вторым миром» с девочкой, но боялся, что та не поймёт его или отвергнет, но, кажется, Мисаки не увидела в этом ничего криминального, пусть и смотрела чуточку напряжённо.
– Я наблюдаю Хироши-куна уже почти два года, Мисаки-чан, – сказал Канагава девушке. – И, как специалист, могу заявить, что психологических патологий у него так и не обнаружил. В нашем мире очень много таинственного и мистического, и я склоняюсь к тому, что всё может быть.
– Но вы же психиатр, – осторожно сказала девушка.
– Может же мне быть интересна эта история сама по себе? – шутливо спросил Канагава. – К тому же случай Хироши-куна очень интересный и необычный, а я как раз такими и занимаюсь. Я не выписываю ему никаких лекарств. Он живёт своей, полной жизнью. Ему просто снятся сны с другой реальностью. Не скажу, что это «абсолютно нормально», но по секрету сообщу тебе, что ни одного человека на матушке Земле нельзя отнести к «абсолютно нормальному». Есть общепринятые средние показатели нормы, с весьма, надо сказать, широким диапазоном, а людей таких нет, это понятно?
– Да, профессор, – кивнула Мисаки, закусив губу.
– А теперь, если позволишь, я бы очень хотел знать, удалось ли Шисуи осуществить свой план по ликвидации Зецу, – улыбнулся Канагава, посмотрев в благодарные глаза своего молодого друга.
– Помните, что я вам рассказал о том, что Орочимару вместе с Саске отправились в Страну Травы за куноичи сенсором Узумаки Кури? Как и предположил Шисуи, Карин оказалась дочкой этой Кури. Но, к сожалению, та оказалась тяжело больна. Кури попросила позаботиться о своей дочери, которую, пользуясь тем, что та практически сирота, в деревне использовали вместо батарейки. Я думал, что все те укусы, которые были показаны, это сделал Орочимару, но, как оказалось – нет, эти следы она получила ещё в Куса. А ещё, как сказал Саске, когда они увидели Карин, которая вернулась с миссии, у Орочимару был разговор с Кури-сан, и та призналась, что Карин его дочь, но, кажется, он сам это каким-то образом понял.
– Да. Это многое объясняет. Я, например, долго не мог понять, что Карин делает у Орочимару, – согласно кивнул Канагава. – Странно, что он подобрал её после поражения команды Травы в лесу Смерти на экзамене чуунина. Она же слабая слишком. Тем более, чтобы удовлетворить запросы змеиного саннина, да и её способности на фоне остальных его воспитанников откровенно бледны. А тут такая честь мелкой девчонке. Над ней не проводили никаких опытов, полная свобода, она сама помогала Орочимару эти опыты проводить. Да и странно поручать охрану убежища-тюрьмы простому сенсору, которая даже если и может обнаружить тех, кто сбежал, то для поимки заключённых ей требуется помощь. Кроме Карин, польза от которой весьма сомнительна, Орочимару не держал возле себя ненужных или не сильно талантливых шиноби, разве что в клетках, как материал для опытов.
– В общем, Кури-сан решила помочь им в обмен на то, что из Кусы они заберут с собой Карин, защитят и присмотрят за ней. Это был её последний бой, но все эти боевые пилюли, которые изобрели Кабуто и Орочимару, которые дают кратковременную мощь и силу, сделали его довольно впечатляющим. Зецу был обнаружен и пойман в барьер, который сделали Джирайя-сан вместе с Наруто и Гурэн. Он весьма долго уклонялся от драки и пытался сбежать, а когда понял, что это бесполезно, даже разделился и клонировался белой частью, пытаясь подчинить себе их. Но у него не вышло. Итачи, которого вызвали призывом перед боем, запечатал Чёрного Зецу в меч Тоцука своего Сусаноо. Затем они уничтожили Белого Зецу. У них всё получилось, пусть и непросто. Жаль, что Кури-сан умерла. Орочимару-сан, кажется, даже расстроился, – закончил Хироши.
– Понятно, – медленно протянул Канагава. – По крайней мере, теперь «Акацуки» лишены своего лучшего шпиона, и Чёрный Зецу не сможет вернуть в их мир эту принцессу Кагую Ооцуцуки.
– Да, теперь «Акацуки» будет сложно оставаться в курсе всех событий и получать информацию скрыто и оперативно. Хотя, конечно, у них есть нанятые шпионы и доносчики, но Итачи сильно подмочил репутацию организации тем, что они убивали своих напарников и тех, кто с ними сотрудничал, так что многие отказываются с ними работать, да и интерес шпионов будет заметен в странах Большой Пятёрки.