![](/files/books/160/oblozhka-knigi-spasenie-klana-uchiha-si-374944.jpg)
Текст книги "Спасение клана Учиха (СИ)"
Автор книги: Миято Кицунэ
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 30 страниц)
Часть 1. Глава 6. Страшное известие
– Отец думает только о тебе, – разглядывая табель успеваемости за прошедший месяц учёбы, буркнул Саске.
Они с Итачи сидели во внутреннем дворе, на крыльце дома – туда позвал старший брат, когда Саске безуспешно попытался показать свои отличные оценки за месяц обучения их отцу. Но Фугаку-тоо-сан был где-то в своих мыслях и не обратил на своего младшего сына никакого внимания.
– Тебе это неприятно? – спросил Итачи, откинувшись назад и всматриваясь в заходящее солнце. – Не обращай внимания, обычное дело, что многие ненавидят ниндзя.
– Но… ты так говоришь, – Саске с тревогой посмотрел на брата. С Итачи явно что-то было не так. Рассеянный взгляд. Неестественная улыбка. И эта расслабленная поза… – Ты и я…
– Быть совершенством тоже непросто, – снова фальшиво улыбнулся Итачи, отчего у Саске заледенело всё внутри. – Со временем становишься одиноким и надменным, даже если с самого начала стремишься к заветной мечте. Таких братьев, как мы… больше нет, – голос дрогнул.
Саске внимал, приоткрыв рот.
– Я словно стена, которую надо перелезть… – взгляд тёмных глаз Итачи с залёгшими под ними тенями, был серьёзен. – Даже если ты станешь меня ненавидеть… Для чего ещё нужен старший брат?
Внезапно Итачи резко обернулся, и Саске тоже обратил внимание на звук приоткрывающейся двери. Кто-то зашёл с улицы.
– Итачи, ты здесь?! – заорали с порога. – Надо поговорить. Выходи!
Брат встал и пошёл в сторону центрального выхода из их дома, а Саске проскользнул следом. После этого странного разговора на душе стало как-то муторно.
– Чего вам всем от меня нужно? – поинтересовался Итачи, замерев перед тремя шиноби. Двое стояли на пороге, а третий оставался позади, и маячил за спинами своих товарищей.
Саске показалось, что он видел этих мужчин в квартале.
– На собрании отсутствовали трое. И один из них – ты, – сказал тот, что был с длинными волосами, распущенными по плечам.
Саске с бьющимся сердцем вспомнил ту домашнюю ссору, свидетелем которой стал.
– Мы понимаем, что ты член АНБУ и занимаешься сложными заданиями, – продолжил длинноволосый. – Так говорит твой отец. Он заступается за тебя…
– Но не ожидай особенного отношения, – подал голос стоящий рядом с ним товарищ с топорщащимся ёжиком довольно светлых, особенно для Учиха, волос.
– Понятно, – чуть склонил голову Итачи. – Я учту ваши пожелания. А теперь уходите.
– Уйдём, – кивнул «ёжик», прищуриваясь. – Но сначала спросим тебя ещё об одном. Об Учиха Шисуи, который покончил жизнь самоубийством, утопившись в реке прошлой ночью.
От этих слов Саске чуть не вскрикнул. По телу прошла мелкая дрожь. В голове забилось молоточками, что его старшего брата Шисуи больше нет. Знал ли Итачи об этом? Может быть, поэтому случился этот странный разговор несколько минут назад? Как эхом прозвучал дрогнувший голос Итачи: «Таких братьев, как мы… больше нет».
– Он был тем, вторым, кто не пришёл на собрание, – заявил длинноволосый. – Говорят, что ты расценивал его, как своего старшего брата, – со странным намёком протянул этот незваный гость.
– Верно, говорят… – тихо сказал Итачи каким-то помертвевшим голосом. – Но я уже давно его не видел. Как печально…
Саске почувствовал напряжение, из-за которого стало трудно дышать. Он вспомнил, что видел Шисуи, когда тот заходил к ним с утра, перед своей миссией, две недели назад. Значит, получается, двоюродный брат вернулся с задания и убил себя?
– Поскольку мы отряд полиции, то мы решили направить наши усилия на расследование данного инцидента, – словно с трудом выговорил длинноволосый. А его напарник, порывшись в своём широком светлом поясе, достал оттуда листок бумаги и протянул Итачи.
– Вот прощальная записка, которую написал Шисуи. Мы установили, что это его почерк. Это написал он, без всякого сомнения.
– Если это самоубийство, то что даст расследование? – всё так же, не шевелясь, поинтересовался у дознавателей брат.
– С помощью шарингана очень легко скопировать почерк, – пояснил длинноволосый.
Саске стало очень страшно от тона, которым это было сказано, словно эти люди, пришедшие в их дом, подозревали брата в чём-то очень нехорошем. Итачи протянул руку и взял записку.
– Он был лучшим в клане Учиха, – пока брат читал, сказал «ёжик». – Его знали, как «Шуншин Шисуи» – Призрак Шисуи. Ради клана он бы пошёл на всё. Сложно поверить, что такой человек, как Шисуи, написал это и утопился…
– Не судите людей по одёжке, – перебил его Итачи.
– Записку мы оставляем тебе, – скривившись, сказал длинноволосый. – Возьми её и потребуй у АНБУ помощи в нашем расследовании.
– Понятно, – пробормотал брат, обессилено уронив руку и сжимая клочок бумаги.
Саске и со спины видел, что Итачи еле сдерживается от чувств, которые испытывает в связи с гибелью их брата.
Тройка развернулась и уже преступила порог, когда «ёжик», остановившись, громко сказал:
– Я надеюсь, что улики найдутся.
А тому, словно поддерживая разговор, ответил его напарник:
– У нас, как и у АНБУ, тоже есть свои методы, – и чуть повернувшись к Итачи, процедил: – Если попытаешься нам мешать, мы с тобой разберёмся.
Саске показалось, что его сердце остановилось.
Образовавшуюся тишину нарушил шелест записки, которая была смята. Рука брата, напрягшись, задрожала.
– Может, скажете напрямую?
Троица обернулась. В глазах каждого горели красные шаринганы. Колени Саске чуть не подкосились.
– Меня подозреваете? – прорычал Итачи.
– Так точно, догадливый ублюдок, – выплюнул фразу длинноволосый.
– Итачи, только попробуй предать наш клан, это тебе так просто с рук не сойдёт! – ни с того, ни с сего выкрикнул «ёжик».
Саске и не заметил, как его брат оказался рядом с вышедшими на середину улицы следователями. Не прошло и секунды, как Итачи остался стоять один, а троица лежала на земле.
– Как я и сказал ранее: «Не судите людей по одёжке». Думали, что я это стерплю? – Итачи говорил негромко, но Саске казалось, что эти слова звучат у него прямо в ушах, он сам не понял, когда оказался на пороге дома, последовав за братом.
– Заладили «клан, клан, клан». Если вы не можете оценить даже свои возможности, то как вам оценить мои? Поэтому лежите в грязи.
– Шисуи за тобой следил, – приподнявшись, прошипел «ёжик». – Последнее время ты странно себя ведёшь. О чём ты думаешь?
– Связан с организацией? Связан с кланом? Почему постоянно «связан»? – забормотал Итачи. – Все эти связи лишь ограничивают собственные способности, – вот о чём я думаю. Люди боятся и ненавидят тех, кто сильнее их, как глупо…
– Прекрати, Итачи! – разгневанный голос отца словно привёл брата в чувство. Саске вообще показалось, что грянул гром. – Какого чёрта тут происходит? Итачи, ты ведёшь себя странно!
– Ничего странного, – снова тем безжизненным голосом ответил Итачи. – Я делаю то, что должен. Вот и всё.
– Так почему тебя не было прошлой ночью? – повторил вопрос следователей отец.
– Достигнуть вершины, – невпопад ответил брат.
– О чём ты? – воскликнул отец. И Саске вздрогнул, когда брат резко выхватил и швырнул в стену кунай, проткнув нарисованный красно-белый символ клана.
– Связанный… В этом клане я ничего не смогу достичь…
Перед глазами Саске замелькали воспоминания. Как брат может так говорить? Совсем недавно тот сам учил его, что клан – это хорошо, и Итачи горд быть его частью. Что изменилось? Неужели всё из-за того, что их двоюродный брат… что Шисуи больше не стало. Саске и сам не знал, что случилось бы с ним, если бы к нему пришли и сказали, что Итачи умер…
– Люди постоянно воспринимают себя, как часть клана, и в результате не видят по-настоящему важных вещей: нельзя измениться, когда тобой управляют и контролируют, когда ожидают и требуют чего-то большего…
– Прекрати! – прервал Итачи отец, помогая встать остальным.
– Скажешь ещё слово, и мы отправим тебя за решётку! – завопил «ёжик». И Саске почувствовал, как холодеют его руки.
– Ну что? Что будем делать? Тебе нас больше не победить! – встал в клановую стойку длинноволосый. – Капитан, отдайте приказ, и мы его схватим!
Это было последней каплей.
– Нии-сан! Хватит! Не надо! Пожалуйста! Не надо! – на всю улицу закричал Саске. На глазах выступили слёзы, а пальцы по-прежнему нервно сжимали дверной косяк, не желая отпускать.
– Я не убивал Шисуи, – неожиданно Итачи, опустившись на колени, склонился в позе почтения. – Я извиняюсь за всё, что сказал. Простите меня.
– Видимо, в АНБУ ты так заработался, что не понимаешь, что творишь, – громко сказал отец. – АНБУ находится в непосредственном подчинении Хокаге, даже мы, полиция, не можем никого арестовать без ордера. Я беру ответственность за Итачи на себя, – и, сказав это, прошёл мимо Саске, не обращая на него никакого внимания.
Саске вздрогнул, когда увидел глаз брата, который проводил взглядом вошедшего в дом отца. На миг показалось, что три томоэ шарингана Итачи слились в странный трёхлучевой сюрикен.
Часть 1. Глава 7. Пепел надежды
Шимура Данзо с трудом удерживал себя, чтобы не трогать свой новый глаз через повязку. Новоприобретённый шаринган должен будет окончательно прижиться через пару дней. Он посмотрел на Учиха Итачи, сидящего перед ним и старейшинами вместе с Третьим Хокаге. Надежды Данзо, связанные с будущим Конохи и его лидерством в деревне, рука об руку шли с этим совсем ещё юным, но таким талантливым шиноби. Выпестованным шиноби. Клан Учиха сам отдал Итачи, а Учиха Фугаку пошёл на некоторые уступки деревне и Корню, чтобы его старший отпрыск поступил в АНБУ. Многие удивлялись, что такой молодой и такой добрый мальчик попал на «тёмную сторону», не подозревая, как много было поставлено на эту фигуру. С какой любовью Итачи шлифовался, настраивался, получал мотивацию и мысли.
– Из-за смерти Шисуи переворот был отложен, – закончил Итачи свой доклад.
– Не надо было так давить на него, – хмыкнул Хирузен.
– Но некоторые в клане и АНБУ уверены, что это ты убил Шисуи, – Данзо не без удовольствия надавил на больную мозоль.
– А те, кто верит, не знали, что Шисуи и я преследовали одну и ту же цель? – не слишком вежливо отреагировал Итачи. – Шисуи не появился в месте нашей встречи, – соврал парень и задержал взгляд на повязке Данзо. Щенок показывал зубки.
– У него были тайны, – вынужден был поддержать он эту ложь. – Я уведомлю АНБУ, что Шисуи на самом деле покончил с собой. Согласен, Хирузен? – вообще-то они вместе наблюдали это самоубийство, и Третий Хокаге кивнул.
– Но угроза нападения всё-таки остаётся? – задал Данзо уточняющий вопрос. – Просто смерть Шисуи немного отсрочила неизбежное?
– Да, – опустил взгляд Итачи.
– Мы не можем позволить случиться такому, – пробухтела Кохару. – Они собираются начать революцию и узурпировать власть?! У нас не остаётся выбора!
Данзо мысленно улыбнулся. Да! Его время пришло! И его правую руку, которую ему сварганил Орочимару из клеток Первого Хокаге – Сенджу Хаширамы, можно будет забить самыми мощными шаринганами. И он будет единственным, кто будет обладать всей их силой. «Кото Амацуками», которое Данзо приобрёл вместе с шаринганом Шисуи, позволяющее управлять мыслями человека. Просто мечта. Ему было очень жаль, что такая удобная техника возможна лишь раз в десятилетие. Но «Идзанаги»! Возможность превращать происходящее в иллюзию. Даже свою собственную смерть. Конечно, для этого нужно пожертвовать своим шаринганом, но если их будет много…
Хокаге начал спорить с Кохару о том, что надо повременить и подумать, и Данзо тут же вмешался:
– Хирузен, клан Учиха невозможно уговорить. Надо принять меры. Во избежание жертв, – он посмотрел на безучастно наблюдающего за их спором Учиха и добавил, вкладывая в слова скрытый намёк: – Особенно среди невинных детей.
– Не говори этого в присутствии Итачи, – подыграл Хирузен. – К слову, справиться с Учиха – нетривиальная задача. Нам нужен план.
– Нет времени отсиживаться! Мы должны нанести упреждающий удар! Если мы объединимся со всеми подразделениями АНБУ и внезапно нападём с тыла, то всё будет кончено быстро и тихо.
– Учиха опытные и бывалые воины, – возразил Данзо старый друг. – Я хочу попытаться договориться прежде, чем применять силу. Стратегию я предложу.
Данзо чуть не цыкнул вслух. Вечно Хирузен разыгрывал добрячка, стоит только появиться на горизонте кому-то постороннему.
– Итачи, мне нужно время. Попытайся выиграть хотя бы чуть-чуть.
– Понимаю, – поклонился Итачи.
– Я провожу тебя, – Данзо покосился на своего старого друга, тот почти незаметно кивнул.
Пора закончить обработку Учиха Итачи и обойтись без лишних жертв со стороны своих людей. Кто может лучше всего справиться с Учиха, как не лучший из этого проклятого клана? Безграничная любовь к близким – их слабое место. Младший братик – единственное оставшееся слабое место Итачи.
Они дошли до храма ниншуу в окружении многоруких и многоликих статуй, и, с приятным волнением, Данзо невольно вспомнил, как буквально пару дней назад разговаривал здесь же с ещё одним молодым Учиха. Ныне почившим Учиха Шисуи.
Парень наивно посчитал, что сможет спасти свой клан, и предложил воспользоваться своей техникой внушения, чтобы настроить Учиха Фугаку на доброжелательное сотрудничество с Конохой. Как будто Конохе это было нужно. Очень и очень зря Шисуи рассказал несколько месяцев назад об уникальной способности своего шарингана. Об очень необычной способности, которой нужно управлять весьма обдуманно и которая должна быть в правильных руках. И Данзо считал, что только его руки в данном случае самые правильные.
Он вызвал Шисуи перед закатом, подстроив идеальную ловушку.
– Даже если ты используешь свой шаринган на Фугаку, чтобы клан сотрудничал, – сказал Данзо молодому Учиха. – Что, если деревня не изменится?
– Третий пообещал, что заставит её измениться, – наивно захлопал своими красными глазёнками Шисуи, и Данзо захотелось рассмеяться.
– Даже если Третий будет доволен, недоверие в деревне никуда не денется. Кроме того, тот, кто всегда относится ко всем с подозрением, как я, тоже никогда не изменится. Что ты будешь тогда делать?
Учиха попытался возразить и смог увернуться от его первой атаки, заключив его клона в иллюзию. И проворонил настоящий удар, лишившись своего драгоценного глаза. Даже не пришлось применять ту технику и жертвовать своим шаринганом, как планировалось. К сожалению, схватить парня, чтобы извлечь второй глаз, не удалось. Чёртов Учиха владел телепортацией, из-за чего и получил своё «призрачное» прозвище. Правда, сбежал Шисуи недалеко, а лишь до излучины Наканогавы, у которой его поджидал Учиха Итачи – лучший друг и двоюродный брат в одном лице. Наивные детки, решившие спасти свой любимый проклятый клан.
Всевидящая сфера Хирузена показала, что Шисуи, передав свой второй глаз Итачи, сбросился со скалы.
Зато у Итачи появился Мангекё шаринган, с помощью которого тот может победить большую часть своего клана. Теперь пора «дожать» этого клиента и вернуться в квартал Учиха собирать урожай шаринганов!
– Несмотря на то, что сказал Третий, если уж начнётся бойня, то мы будем защищать Лист, – сказал Данзо замершему перед ним Итачи. – В этом случае и Хирузен, как Хокаге, не будет иметь выбора, кроме как принять решительные меры. Приведёт ли это к войне или нет, когда Учиха поднимутся? Тогда и предрешится полное уничтожение. Не исключая твоего невинного младшего братика, – намекнул Данзо. – Однако есть способ вытащить Саске из заварушки прежде, чем произойдёт переворот. Но, если всё случится именно так, то, скорее всего, твой братик будет знать правду. А если начнёт рассказывать, шиноби Листа высмеют весь его клан, что наполнит его сердце желанием отомстить Листу, после чего, к моему прискорбию, ему придётся умереть.
– Ты мне угрожаешь? – вскинулся Итачи, ещё не осознавая, насколько увяз в паутине.
– Нет, я просто хочу, чтобы ты сделал выбор: либо альянс с Учиха в организации государственного переворота и смерть тебе, твоему клану и любимому брату. Или присоединяйся к Листу. Спаси братишку до начала смуты и помоги нам ликвидировать всех Учиха. Что бы ни происходило, всё должно быть кончено до того, как появятся лишние жертвы. Всё ради спасения деревни. А единственный шиноби, которому можно доверить это дело, Итачи, это – ты. Двойной агент Учиха и Листа.
Парень молчал, но Данзо слишком много повидал и теперь тоже видел, что Учиха уже сдался и принимает это предложение.
– Итачи, это будет самая тяжёлая миссия в твоей жизни, но, с другой стороны, это спасёт твоего младшего брата. Я знаю, что деревня тебе небезразлична так же, как и мне. Ты согласен?
Парень развернулся, ничего не ответив, но Данзо знал, что тот сделает всё, как он сказал. Они все, эти честные и доверчивые идеалисты, всегда делают так, как им скажут, и выбирают то, что нужно деревне.
* * *
Они торопились. Лучшие из лучших. Личный отряд. Надо было прибрать за Итачи, который уже приступил к чистке.
– Что это? Столько трупов? – и бывалый АНБУ Корня, прошедший тренировку по лишению эмоций, воскликнул это удивлённо.
– У них…
– Чёрт…
Самому Данзо захотелось выть от досады и проклясть чёртового сукиного сына, который сделал это! Этот ублюдок не просто убил всех, все лица были обезображены, и через глаза каждого трупа пролегал глубокий порез.
– С-сучёныш! – прошипел Шимура Данзо не в силах сформулировать ничего, кроме самых грязных ругательств.
Плакала его надежда обзавестись десятком-другим шаринганов!
– Пересчитать трупы, живо! – он решил, что в отместку не оставит в живых этого выблядка Учиха, младшего братишку, чёрт бы побрал этого Итачи с его самонадеянностью!
Через десять минут собравшиеся АНБУ отрапортовали, что в квартале найдено двести пять трупов*. Среди Учиха был и труп Узумаки Наруто. Тоже с обезображенным лицом, как будто у джинчуурики были шаринганы.
– Не трогай! – завопил Данзо, когда увидел, что один из АНБУ решил поднять Узумаки. У того под курточкой оказалась куча взрывных печатей.
– Бежим! – скомандовал Данзо, первым покидая локацию.
За спиной загремела канонада взрывов, не оставившая от квартала ни единого целого здания.
* * *
Всё сгорело. Когда они потушили огонь, остались только обгорелые трупы и остовы зданий.
– Чёрт! Как? С-сука! Итачи! – ярился Данзо, забыв о подчинённых вокруг. – Убил весь клан, себя, брата и джинчуурики в придачу? Тварь!
– Данзо-сама, – окликнул парень в маске Кота. Данзо вспомнил, что это Хатаке Какаши. Хирузенов перебежчик. Ещё один наивный, которому удалось выжить. Хатаке работал с Итачи и должен был подтвердить, что тот устроил резню в своём клане.
– Чего тебе? – невежливо спросил он, присев на почерневший камень.
– Мне кажется, что это сделал не Итачи-кун. Когда я обходил квартал, то увидел там шиноби в одноглазой маске. Он заговорил со мной. Сказал, что это всё он сделал из-за ненависти к своему клану. И… Его запах. А потом он пропал, словно всосался сам в себя.
– Ты что, узнал его? – удивился Данзо странной реакции Какаши, вспоминая, кто мог бы принадлежать клану, но не входить в него.
– Да… Мне кажется, что это был Учиха Обито… Тот самый. От которого мне достался мой шаринган.
Примечание к главе:
* В клане 205 человек, Шисуи умер, стало 204 + Узумаки = 205!
Часть 1. Глава 8. Призрачный феникс
Итачи раскрыл веки. Расплывчатые пятна на потолке отчего-то превратились в отпечатки кошачьих лап.
– Прости, что вырубил… – знакомый голос заставил сердце остановиться и забиться в два раза быстрее. Медленно, очень медленно, Итачи повернул голову, чтобы увидеть лицо своего старшего брата, который сидел на полу, скрестив ноги, и смотрел на него красными глазами. Что примечательно, целыми.
– Ш-шисуи? – дрогнул голос. – Н-но… Я что, тоже умер? Это Чистый мир? – пришла в голову очевидная мысль.
– Нет, ты жив, и я… тоже жив. Извини, что мне пришлось обмануть тебя, но иначе ничего бы не вышло, – Шисуи протянул руку, и Итачи взялся за неё, чувствуя тепло. И сразу ток чакры в теле прервал, чтобы убедиться, что это не иллюзия. Брат только понимающе улыбнулся, заметив его манипуляции. Но остался на месте и помог сесть. Как оказалось, лежал Итачи на каком-то низком диване.
– Но… – последнее, что он помнил, это как убил родителей.
Они стояли спиной к нему, на коленях. Отец спокойным голосом произнёс:
– Так ты переметнулся на их сторону? Ясно.
– Отец… Мама… Я… – попытался оправдаться Итачи. Несмотря ни на что, на все обещания, угрозы, неприятие политики отца, его сердце разрывалось от боли. Как бы то ни было, он готовил себя к этому моменту. Понимал, что так и будет.
– Знаю, Итачи, – только и сказала женщина, которая подарила ему жизнь. Учиха Микото была дзёнином и принимала свою смерть достойно.
– Итачи, ты только пообещай… – от отца исходило странное тепло. – Позаботься о Саске.
– Обещаю, – сквозь слёзы прошептал он. Катана в руках дрожала.
– Ничего не бойся, – словно почувствовав его неуверенность, негромко сказал отец. – Это – твой выбор. По сравнению с тобой, наша боль будет длиться лишь миг. Даже если наши жизненные позиции разнятся, я всё равно горжусь тобой, сын. В твоём сердце живёт настоящая доброта…
– Я люблю тебя, Итачи, – прошептала мама.
Он убил их одним взмахом. Обоих. Поднял голову, отрывая взгляд от двух распростёртых тел в разливающейся чёрной луже, и увидел лицо Саске, а потом…
Темнота.
– Саске!.. Ты спас Саске?! – вспомнив про брата, спохватился Итачи. Тут же в памяти всплыли его договорённости с Данзо и тем типом в маске, и он устыдился. – Прости, я… Они… Твою сестру… Я…
– Итачи, – встряхнул его за плечо Шисуи, заставляя посмотреть в глаза. – Успокойся. Дети спаслись. Мы… Спасли невинных.
– Скольких? – выдохнул Итачи, всё ещё не в состоянии поверить в реальность происходящего.
– Девятерых Учиха и ещё одного. Друга Саске. Узумаки Наруто. Мальчик сам решил пойти вместе с нами.
– Наруто?! – воскликнул Итачи. – Но он же… джинчуурики…
– Знаю, – ухмыльнулся брат. – Но мне показалось это справедливым. Учиха обвинили в том, что наш клан выпустил и контролировал девятихвостого восемь лет назад. Сейчас предмета спора, так сказать, нет. И с шаринганами Данзо обломался.
– Данзо… Чёрт… – воспоминание о последнем разговоре со старейшиной и главой «тёмных АНБУ» обожгло Итачи новой порцией стыда. Во время этого последнего разговора он понял, что его целенаправленно загоняли в ловушку, как какого-то зверя. А он мнил себя таким умным и гениальным. – Шаринганами?! – Итачи чуть не треснул себя по голове. И как он не догадался, что пронырливому калеке нужны клановые додзюцу!
– Он заодно с Хокаге, – сжались губы Шисуи. – Но, надеюсь, хотя бы на время нам удалось оторваться и замести следы.
– Кстати об этом, – Итачи прекратил самобичевание и посмотрел на своего лучшего друга. – Как?! Как ты это сделал?!
Шисуи сел рядом с ним.
– Я был наивен. Признаю это. И глуп. Я верил, что смогу спасти наш клан, что всё образуется, что мы – молодое поколение, которое верит в Коноху и Волю Огня… самые умные и проницательные. Это сейчас я понимаю, что всё это – сказка для идеалистов, какими были я… и ты… И этой кучей доверчивых последователей управляют два паука, дёргая за нужные ниточки. Один из этих пауков прячется во тьме, поджидая добычу, а второй… Знаешь, такие, которые сидят в центре красивых цветов? – Итачи кивнул. – Эти пауки почти прозрачные, красиво обсыпаны цветочной пыльцой, и привлечённые сладким нектаром насекомые не замечают ловушки.
Шисуи многозначительно помолчал, а затем прикрыл глаза и продолжил.
– Несколько месяцев назад я опрометчиво рассказал Хокаге о «Кото Амацуками». Особом даре моего Мангекё шарингана. Знаешь, что нужно находиться довольно близко к человеку, чтобы его использовать? До пяти метров. С тех пор я не должен был приближаться к Хокаге ближе шести… А потом… Можно сказать, что боги послали мне видение…
– Видение? – перебил Итачи. – Какое-то новое свойство шарингана?
– Может быть, – неуверенно пробормотал Шисуи. – Говорят же, что шаринган способен вызывать чувство, что твой противник видит будущее. И я… увидел своё будущее. Я же правда должен был умереть. Но, кажется, смог обмануть Шинигами. Я умер, но совсем ненадолго.
– Так значит, там, на излучине… – вцепился в руку брата Итачи, и тот кивнул:
– Да, иллюзия на тебе не сработала бы. Твой пробудившийся Мангекё увидел бы фальшь. Я остановил своё сердце и ток чакры и упал в воду. Течение вынесло меня примерно в пятидесяти километрах от Конохи.
– Но твой глаз?! Я видел!.. Чувствовал чакру…
– Да, это было самой сложной частью плана, – признал Шисуи. – Но я же отвернулся, ловкость рук, и вот мои веки испачканы кровью, а в моей ладони самый настоящий шаринган, правда, он был не моим…
– А чьим?.. – Итачи почувствовал, как пересохло в горле.
– Нашего деда, Савады. У нас с ним схожая чакра. И он… добровольно согласился помочь мне. Отдал свои глаза, – Шисуи замолчал, закусив губу. – Знаешь, он сказал, что ему и старому поколению трудно измениться, как трудно измениться таким, как Данзо, но мы сможем возродить клан Учиха заново, словно призрачного феникса. А ещё, друг деда жил в Стране Водоворота и был мастером фуиндзюцу… Я сам планировал нечто подобное, хотел напитать тот шаринган ядом или что-то такое сделать. Данзо, как я выяснил, никого к себе не подпускал, проверял еду, никуда не выходил без надобности, его всегда охраняют куча АНБУ. В общем, совершить покушение на него было практически нереально. А тут он сам… Решил воспользоваться чужими додзюцу. Возможно, это будет хорошим уроком для тех, кто захочет охотиться на Учиха из-за наших глаз.
– Так что сделал Савада-сама? – спросил Итачи.
– После того, как я извлёк шаринган для передачи тебе, он активировал внутреннюю печать на обратной стороне сетчатки. После того, как этим шаринганом воспользуются, напитав чакрой, глаз взорвётся. «Последняя месть» называется.
Представив, как голова Шимуры Данзо взрывается, Итачи не смог удержаться от улыбки. Ему стало жаль, что приживлённым шаринганом не сразу можно воспользоваться, сначала должны срастись каналы чакры. Но, если Третий был заодно с Данзо, то смерть его правой руки не изменила бы планов относительно клана Учиха.
– Значит, через несколько дней глава «Корня» лишится своей головы? – уточнил он.
– Да. И я планирую, что в ближайшие годы Чистый мир почтят своим присутствием и остальные старейшины, отдавшие тебе приказ, – жёстко сказал Шисуи. – Я обещаю тебе: мы возродим наш клан. И обелим его репутацию.
– Как тебе удалось спасти всех… детей? – вернулся к расспросам брата Итачи.
– Когда я был на миссии, то связался с Бабушкой Кошкой. Попросил предоставить убежище и свести меня с твоим старым знакомым.
– Так вот откуда кошачьи следы на стенах в качестве узоров, – озвучил Итачи свою мысль. – Здесь нас точно никто не найдёт. Неужели ты смог подписать Договор?
– Эм… Да… – замялся Шисуи. – Типа того. Точнее, это что-то вроде временного соглашения. Ты же знаешь, они не особо жалуют «челоняков». Я воспользовался призывом и обратным призывом, чтобы забрать детей, а потом тебя, Саске и Наруто.
– Я убил своих родителей, и Саске это видел, – пробормотал Итачи. Отступившая было вина вновь заполнила его сердце. – Я хотел… Хотел, чтобы мой брат ненавидел меня и, когда вырастет, убил за это злодеяние…
– Итачи, – Шисуи притянул его за шею к себе, упёршись лбом в лоб, – у тебя не было выбора. Сейчас не время об этом думать, ладно? Мы всё расскажем Саске и остальным. Но давай сразу договоримся, что не станем уподобляться Данзо и не будем просто дёргать за ниточки, вылепливая мстителей или персональное наказание. Сейчас мы займёмся более насущными проблемами, хорошо? А потом спокойно во всём разберёмся.
Итачи смутился: брат редко показывал свои чувства. Осторожно высвободившись, посмотрел на свои руки и спросил.
– Остальных убил тот тип в маске?
– Кстати о нём, – хмыкнул Шисуи. – Это – Учиха Обито. Тот, которого посчитали погибшим десять лет назад.
– Я понял, что он Учиха. Потому что только Учиха знают, где находится секретная каменная таблица. Он говорил, что ненавидит наш клан. Я договорился с ним, что он не тронет Коноху и Саске, а взамен выполнит свою месть…
– Когда он закончил и ушёл, я уничтожил все шаринганы нашего клана, распечатал «недостающие тела», которые сделали здесь, и всё заминировал. И к тому же я дал Конохе большую и жирную подсказку для официальной версии о том, кто виновен в гибели клана.
Шисуи посмотрел на Итачи, словно ожидая, пока он проанализирует сказанное и догадается сам.
– Хатаке Какаши? Мой бывший сенпай? Но… чтобы обмануть его…
– Верно, я использовал на нём своё «Кото Амацуками».