![](/files/books/160/oblozhka-knigi-spasenie-klana-uchiha-si-374944.jpg)
Текст книги "Спасение клана Учиха (СИ)"
Автор книги: Миято Кицунэ
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 30 страниц)
Часть 2. Глава 11. Новые друзья
– Привет, – поздоровался первым Наруто, с интересом поглядывая на беловолосого мальчика чуть постарше себя, который мялся в проходе на кухню.
Вспомнилось, что Шисуи говорил, что у Орочимару-сана, который их приютил на своей базе и даже уже успел показать Наруто парочку интересных барьерных фуин, есть воспитанники. И этот стеснительный паренёк, скорее всего, один из них.
Они с Юмико и Миной заканчивали готовить обед, поджидая остальных. Шисуи ушёл на охоту-тренировку с Саске, Сэном и Казуки, а мастер Ракурэй вместе с остальными отправился на один из внутренних полигонов этой поистине громадной подземной базы, на которой они сейчас обитали.
– Здравствуйте, – поздоровался в ответ мальчик, смутившись.
Впрочем, Наруто его понимал. Наверное, нелегко долго жить одному в подобном убежище, а потом увидеть «нашествие» целой толпы. Причём не просто толпы, а людей уже знакомых и дружных друг с другом. Сколько он сам пытался подружиться с компанией детей в Конохе, но максимум – ему просто позволяли сыграть в какую-нибудь игру, но чаще всего просто выгоняли, и это было очень обидно и больно. Только Саске и остальные Учиха стали для него и настоящей семьёй, и настоящими друзьями. И раз Орочимару-сан оказался очень хорошим дядькой, спокойным и уравновешенным, то, как решил Наруто, его воспитанник, скорее всего, тоже нормальный парень и с ним надо подружиться.
Мина и Юмико приветливо улыбнулись.
– Привет, а тебя как зовут? – спросила Мина. – Я – Мина, это – Наруто-кун, а это – Юмико-чан.
– К-Кимимаро… Кагуя Кимимаро, – смущаясь, ответил Мине воспитанник Орочимару-сана.
– Давай к нам, Кимимаро, – улыбнулся Наруто. – Мы лепим мясные онигири. Можешь помыть руки и присоединиться к нам, если хочешь.
Кимимаро кивнул и подошёл к ним, предварительно вымыв руки в фуин-рукомойнике, предмете гордости Наруто, потому что он, можно сказать, почти что сам «собрал» рукомойник из нескольких бытовых печатей и заставил работать, выдавая тёплую или холодную воду, тут же утилизируя использованную, создавая замкнутый цикл. С учётом того, что водной стихией печати заполнил Итачи, то даже без дополнительной подачи чакры для нагрева, а просто используя в качестве источника воды, они должны были прослужить долго.
– Я не умею это делать, – внимательно наблюдая за их действиями с рисом, мясом и кусочками рисовой бумаги, сказал Кимимаро.
– Это довольно просто, – улыбнулась Юмико, выкладывая на бамбуковый лист очередной онигири. – Немного практики, и у тебя тоже всё получится.
Некоторое время они старательно делали рисовые колобки. Мина помешивала мисо-суп, который варила в их казане на плитке.
– Расскажи о себе, Кимимаро-кун, – попросила Юмико. – Давно ты у Орочимару-сана?
– Я… Около четырёх лет я с Орочимару-сама, он нашёл меня и забрал к себе. Меня воспитывали как оружие клана. Я не знал, кто мои родители… Сколько себя помню, меня держали в клетке, чтобы я… – Кимимаро помолчал, прикрыв необычайно яркие зелёные глаза, а затем всё-таки продолжил. – Чтобы воспитать во мне агрессивность. Клан Кагуя славится своими безумными бойцами, которые сражаются до конца. Теперь я последний… кто остался жив. Остальные погибли, а я даже не знаю, с кем и зачем была их последняя битва.
Наруто в самое сердце поразили простые и совершенно спокойные слова беловолосого парня. В голову пришло, что они в чём-то похожи. Если задуматься, то ему тоже была уготована роль оружия деревни. Он до сих пор не разобрался со своими чувствами к Третьему Хокаге. Прав был старик или нет, поступал ли хорошо или плохо. Теперь Третий мёртв, а Шисуи сказал отпустить прошлое и жить настоящим.
– Орочимару-сама дал мне… цель в жизни… и он… стал для меня… всем… – совсем тихо сказал Кимимаро, поджав губы.
– Это очень хорошо, когда есть кто-то, кому ты дорог, – преувеличено бодро сказал Наруто. – Да, Мина, Юмико? – сказал он притихшим девочкам. Те дружно закивали.
– Мы… понимаем тебя, Кимимаро-кун. Мы есть друг у друга, а ты есть у Орочимару-сама. Мы не так долго знаем твоего учителя, но, кажется, он хороший человек. Но мы бы хотели подружиться и с тобой. Ты, наверное, очень сильный, да? – смутилась сама же своего вопроса Мина. Кимимаро, тоже застеснявшись, пожал плечами.
– Против Гурэн-чан я мог продержаться минут десять, но ни она, ни я не использовали полностью свои возможности. Мой кеккей генкай позволяет делать из моих костей что угодно…
– Классно! Мы сможем научиться друг от друга новому, – чуть не подскочил на месте Наруто. – А где Орочимару-сан? Скоро уже все придут, и будем обедать. Надеюсь, мастер Ракурэй и Орочимару-сан разрешат нам сразиться?
– Я не против, – коротко улыбнулся Кимимаро, чуть расслабившись. – Это действительно было бы интересно. Но Орочимару-сама пришлось срочно уйти. Кажется, с Гурэн-чан какие-то проблемы. Надеюсь, с ней всё будет в порядке…
Тем временем, в помещение, которое определили под кухню-столовую, ввалились мелкие во главе с Ракурэем.
Наруто уже успел привыкнуть к новому виду мастера, который так поразил их, когда пришёл в пещеру. Как пояснили ему Саске и Итачи, это было не хенге и не модификация тела, а скорее «высшая иллюзия», которая была практически неразрушима и не только виделась, но и чувствовалась во всех диапазонах восприятия. Только с помощью Мангекё Шарингана можно было заглянуть через эту иллюзию, но и то лишь «заглянуть», а не снять или разрушить. Шисуи, так как это был не их секрет, запретил говорить о сущности мастера кому-либо, но все они были шиноби и понимали значение слова «секреты». На Нацуми, Юи и Рензо их оябун наложил какое-то гендзюцу, чтобы те не проболтались, а остальным просто доверил тайну мастера.
Кимимаро поднялся, чтобы поклониться и представиться. Знакомство продолжилось, тем более, что с охоты вернулись и Шисуи, Саске, Казуки и Сэн. На обед старались не опаздывать.
* * *
Наруто внимательно следил за боем лучшего друга и Кимимаро, который за прошедшую неделю тоже стал ему достаточно близок. Парень ему нравился: рассудительный, спокойный, добрый и очень сильный, своей силой Кимимаро совсем не кичился и не ставил себя выше других. К нему тянулась малышня, и в свободное от тренировок и занятий время воспитанник Орочимару-сана с удовольствием с ними играл. А ещё последний представитель клана Кагуя мог делать действительно «что угодно» из своих костей. Так у девчонок появились костяные гребни и всякие спицы-заколки для волос, разные бытовые мелочи, которые «Кими-кун» со стеснительной улыбкой выращивал и говорил, что в этом нет ничего особенного, а ему приятно быть полезным не только в бою.
Саске пытался использовать шаринган для гендзюцу, но Кимимаро нарастил себе что-то вроде костяных щитков на глаза и дрался «вслепую». Если бы не шаринган, Саске пришлось бы совсем туго, уворачиваться от костяных пуль и увеличивающегося костяного меча. Кимимаро не давал себя даже задеть, наращивая во всех местах кости. Саске, по-видимому, понял, что не справится одним тайдзюцу, а его гендзюцу бесполезно, начал использовать огненные техники, теперь уже заставив побегать соперника. В итоге они измотали друг друга, потратив всю чакру.
– Вижу, вы не теряли зря времени, – за спиной Наруто раздался, как ему показалось, капельку насмешливый голос.
– Орочимару-сама! – пошатываясь, улыбнулся Кимимаро, сделав несколько шагов к своему учителю. А тот каким-то совершенно неуловимым движением оказался рядом со своим вымотанным воспитанником, не позволив тому упасть.
– Надеюсь, ты соблюдал мои предписания и не разболелся сильней, пока меня не было, чтобы за тобой присматривать, – коснулся белой макушки Орочимару. И Наруто, услышав эти слова, забеспокоился о новом друге.
– Кими-кун, с тобой всё в порядке?! – воскликнула Мина, тут же смутившись внимания окружающих.
Кимимаро кивнул. Орочимару промолчал, но его жёлтые глаза, как показалось Наруто, весело заискрились.
– Я пришёл не один, – сказал саннин, кивнув в сторону и обернувшись, Наруто увидел, что в тренировочный зал вошли трое. Девочка с тёмно-пепельными волосами, убранными в высокий хвостик, примерно возраста Итачи, и даже чем-то похожая на Учиха в целом: аристократичными тонкими чертами лица, почти чёрными глазами и светлым оттенком кожи. Молодая женщина с длинными зеленовато-коричневыми волосами и густой чёлкой, прикрывающей немного вытянутое худое лицо. У неё были большие красно-карие глаза со слегка опущенными вниз внешними уголками, из-за этого женщина выглядела как-то грустно и испуганно. За руку её держал, видимо, сын: мальчик примерно возраста Юи.
– Это моя ученица Гурэн-чан, Комацу-сан и её сын Юкимару, – представил вошедших хозяин убежища.
Часть 2. Глава 12. Семейный совет
– Привет, аники, ты подрос как будто… – Шисуи первым обнял младшего братишку, промышлявшего шпионажем у «Акацуки».
Заметив появление Итачи, с визгами и писками набежали дети, быстро оттеснив Шисуи.
Итачи смог попасть к ним только в конце мая, через полтора месяца, как они стали жить на подземной базе в Стране Рисовых Полей. Через змей Итачи с Орочимару договорились о точном времени обратного призыва, так что встреча была долгожданной и даже торжественной.
Комацу-сан оказалась очень скромной, но хозяйственной, и сильно разгрузила от домашних дел Мину и остальных. Молодая женщина, прихваченная саннином из Страны Снега, вкусно готовила и, кажется, была довольна своей участью и тем, что её сын Юкимару станет шиноби. Взрослая женщина, мягкая и кроткая, понравилась всем детям, Нацуми даже несколько раз называла её «мамой», а те, кто постарше, старались помогать и были очень вежливы, даже Гурэн.
Эта мелкая куноичи вызывала у Шисуи смешанные чувства. Хотя, как сказал ему, посмеиваясь, Орочимару, характер Гурэн до её похода на задание в Страну Снега был ещё хуже. И, кажется, самонадеянная девчонка ревновала Шисуи к своему «Орочимару-сама». А после того, как тот сказал ей, что она не будет его сосудом, так вообще чуть не закатила истерику и даже накричала на Шисуи, что тот «полез не в своё дело». Но, в то же время, он признавал её силу и способности, часто тренируясь с Гурэн, да и внешне кристальная куноичи напоминала ему его мать Кэйко, вызывая странное щемящее чувство в груди. Вредную девчонку хотелось оберегать и защищать, вот только та считала себя очень сильной и в защите не нуждалась.
С детьми помладше, особенно с Юкимару и Юи, очень быстро друг с другом подружившимися, у Гурэн сложились хорошие отношения, а вот девочек, и его сестру в частности, вредная куноичи могла довести до слёз, выговаривая что-нибудь язвительное об их неспособности защитить себя и младших. Впрочем, Шисуи не вмешивался, потому что Мина и Юмико, благодаря Комацу-сан почти освобождённые от хозяйственных дел, стали больше тренироваться, чтобы доказать Гурэн, что тоже чего-то стоят.
За полтора месяца все вполне освоились на базе, а с помощью бытовых печатей, захваченных ещё в квартале клана Узумаки, обжиться стало намного проще. К тому же у Наруто оказался талант к приспособлению разных печатей для общественных нужд и формированию новых контуров, иногда в самой невероятной комбинации, которая как-то умудрялась работать. Испытав множество лишений, и джинчуурики, и все остальные весьма ценили комфорт. Так у них появилась баня, душевые, посуда не только из бамбука, но и из кости и прозрачного розового камня, которую сделали Кимимаро и Гурэн при помощи своих техник. Облегчился выпас коз, которые, скрытые барьерами и иллюзиями, паслись на лугу недалеко от убежища и уже не дичась, спокойно давали себя доить Комацу-сан или девочкам.
Помещений в убежище было в достатке, но дети предпочли поселиться кучно, по двое-трое в комнате. Шисуи подозревал, что просто никто не хочет оставаться один. Сам он заселился в одиночестве, но тоже соорудил дополнительное ложе, на случай, если Итачи когда-нибудь останется на базе. Гурэн поселилась одна, но в том же коридоре, что и все остальные. Мастер Ракурэй вроде бы делил комнату с Саюри-сан. Но кошка-химе, бывало, спала в каждой из комнат, упорно оставаясь маленькой важной сиамкой, так ни разу и не раскрыв себя со времени, как они покинули замок Нэкомата. Впрочем, о причинах такого поведения кошки Шисуи некогда было раздумывать. Саюри-сан ни на кого не нападала, и этого было достаточно для него. Иногда Шисуи даже ловил себя на мысли, что перестаёт ассоциировать мягонькую, постоянно ластящуюся ко всем Саюри-сан с тем монстром, который чуть не лишил его троих близких.
К долгожданному появлению Итачи они хорошо подготовились. Шисуи приобрёл у местных крестьян овощей, чтобы разнообразить их стол, а на одной из своих последних миссий почти половину гонорара потратил на разные лакомства, которые купил в городах и поселениях по ходу движения охраняемого им каравана. Продуктовые свитки дождались своего часа. Да и Итачи тоже переместился к ним с гостинцами.
Орочимару подобным обратным призывом вызвал своего помощника и шпиона в Конохе Якуши Кабуто, который подписал контракт со змеями, когда стал работать на саннина. Кабуто вполне спокойно отреагировал на встретившую его толпу, только блеснул круглыми очками и, поклонившись, представился и внимательно выслушал, как кого зовут.
Семья разрослась: девятнадцать человек плюс кошка. Когда все были в сборе, то прошли в зал и уселись за стол, сервированный новой, красиво сверкающей посудой, полной вкусностей.
* * *
– В конце апреля, то есть уже чуть больше месяца назад, прошла инаугурация Сенджу Цунаде на пост Пятой Хокаге. На первый взгляд, особых изменений нет. Но Годайме, объединив оба подразделения АНБУ, то есть то, что подчинялось непосредственно Хокаге, и «Корень», назначила начальником объединённого подразделения Нара Шикатару. И, насколько я успел выяснить, новая Хокаге начала кое-какое секретное расследование, – доложил Кабуто.
Их семейный ужин плавно перетёк в «семейный совет», на котором остались Орочимару, Ракурэй, Итачи, Шисуи, Гурэн, Саске, Наруто и Кимимаро.
– Насколько я помню, Нара Шикатару во время Третьей мировой войны был стратегом Конохи, но потом его сместили в пользу Кохару Утатане, – хмыкнул Орочимару. – Неужели Цунаде решила докопаться до виновников гибели своего брата и жениха? Или это связано с учителем Сарутоби? Если сможешь это выяснить, будет хорошо, но сильно не рискуй, не хватало, чтобы этот теневик вычислил тебя. С этими Нара надо быть осторожней.
– Нара Шикатару?.. – задумчиво переспросил Итачи.
Шисуи тоже напрягся, вспоминая, где слышал это имя. Впрочем, у Нара была привычка давать похожие имена, так что сразу и не поймёшь, кто есть кто.
– Этот человек довольно стар, – пояснил Кабуто. – Его сын, Нара Шикаку, сейчас возглавляет совет дзёнинов и, по распоряжению Годайме, является действующим стратегом деревни, конечно, в случае войны. Когда-то этого Шикатару оттеснили от управления делами деревни, а в связи с тем, что Кохару Утатане сейчас недееспособна, то Цунаде-сама призвала на службу его, предложив также место старейшины. Старик, конечно, как все Нара, повздыхал, поохал, но за работу взялся цепко.
– Ну, это понятно, – кивнул Орочимару. – Цунаде старается окружить себя людьми, которым может доверять, а клан Нара, кроме того, что являются прекрасными тактиками и стратегами, никогда особо не рвались во власть, придерживаясь нейтралитета во внутренней политике, из них отличные помощники и советники, но никудышные правители. Мы были знакомы с Шикатару ещё когда были чуунинами. Если бы он оставался стратегом, то возможно, что третья война закончилась бы на пару лет раньше.
Коноховский шпион также рассказал, что все гражданские и военные ирьёнины были подвержены различным проверкам от госпожи Хокаге, а госпиталь был доукомплектован лекарствами, при этом речь Кабуто немного сбилась, и было видно, что за это решение Годайме Якуши рад всем сердцем.
– Орочимару-сан, вы говорили, что у вас есть множество документов для дискредитации Третьего и совета, можно подсунуть нужные бумаги, чтобы дискредитировать Хомуру Митокадо. Есть вероятность, что его ликвидируют свои. Или, если даже просто оттеснят от власти, то и нам будет проще это сделать, – предложил Шисуи. – Возможно, Кабуто-кун мог бы справиться с подобной задачей. Конечно, надо подобрать бумаги, чтобы они одновременно хотя бы в какой-то мере оправдывали вас.
– Я подумаю, что можно будет сделать, – кивнул Орочимару.
– Вы хотите вернуться в Коноху? – полюбопытствовал Кабуто. – Почему бы не сделать этого сейчас?
– Видишь ли, Кабуто-кун, сейчас мы слабы, – ответил ему Итачи. – Мы не располагаем финансами, у нас очень много врагов, и это не только враги в Конохе, да и в ней мы не будем полностью в безопасности. Орочимару-сан говорил, что ты рос в приюте, это так?
– Да, – кивнул парень, поправляя свои круглые очки.
– Если мы сейчас вернёмся в Коноху, велика вероятность, что нас разделят и детей определят в приюты, подобные тому, в котором находился ты. Мы слабы, половина ребят ещё маленькие, денег, если сравнивать с состоянием клана, считай, нет, жилья нет, наш квартал сгорел почти дотла. Даже если исходить из того, что мы с Шисуи два дзёнина, два взрослых шиноби, остаётся открытым вопрос, кто будет присматривать за остальными, пока мы будем официально, делясь с деревней шестьюдесятью процентами дохода, пытаться наладить быт и отстроиться? И кто будет защищать наших соклановцев от наших врагов? Если вернуться сейчас, можно забыть о клане Учиха, у нас не будет даже статуса малого клана.
– Нии-сан, – прошептал Саске, посмотрев на брата большими глазами. Впрочем, Наруто тоже явно возмутился обрисованным положением дел, но сдержался, промолчав.
Шисуи хмыкнул, соглашаясь. Дети могли обходиться без опеки, если хотя бы учились в Академии или у них были опекуны старше восемнадцати. По самым мягким законам мира шиноби, в которых взрослость напрямую оценивается твоим званием и силой, они всё равно остаются кучкой детей, а не Великим кланом Учиха. Впрочем, это величие поддерживалось лишь благодаря старым заслугам, наличием додзюцу у львиной доли соклановцев и ощутимым вкладом в жизнь деревни. И да, Итачи был прав: они сейчас даже на малый военный клан совсем не тянут.
– Кабуто-кун, – отвлёк задумавшегося над словами Итачи парня Орочимару. – Пожалуйста, проверь здоровье Кимимаро, да и у всех остальных тоже. Я хотел бы поговорить с Итачи-куном и Шисуи-куном наедине.
На этом «семейный совет» был закрыт, и все направились по своим делам. А Шисуи, следуя за Орочимару в его лабораторию, понял, что пришло время для «того самого разговора», который он отложил до прихода брата. Разговора о бессмертии, «Акацуки» и их дальнейших планах.
Часть 2. Глава 13. Разгадки и загадки
– Здравствуйте, профессор, – поклонился вошедший в кабинет Накомори Хироши, который на днях уже стал учеником выпускного класса старшей школы. На тёмно-синей школьной форме и в чёрных волосах парня лежало несколько лепестков сакуры, которая зацвела в этом году позже обычного.
– Проходи, Хироши-кун, – кивнул Канагава, делая приглашающий жест.
Они с Хироши не виделись с весенних каникул.
– Как твои дела?
– Триместр начался как обычно, только новых предметов добавили, – сел на мягкое кресло парень, бросая рюкзак на пол. – Представляете, в нашу школу перевелась Торифу Мисаки. Её родители переехали. И она с ними. Я её даже сначала не узнал, так выросла. Такой привет из прошлой жизни, – печально улыбнулся Хироши.
– Торифу Мисаки? – напряг память профессор. Но понял, что это бесполезно и женское имя ничего ему не говорит.
– Извините, – смутился Хироши. – Я, наверное, если рассказывал, то очень давно. Всё-таки уже почти два года прошло, как я пришёл к вам, а у вас кроме меня куча народа, вы не обязаны помнить Мисаки-чан. Это – девочка из моей прошлой жизни. Когда ещё были живы папа и мама. Её семья жила на одной с нами улице. Мы учились в одной школе. А потом… – лицо парня стало грустным. – Она мне когда-то очень нравилась…
– Что же, видимо, и в твоей простой жизни что-то происходит интересное, Хироши-кун, – улыбнулся Канагава. – Я же тебе говорил не зацикливаться только на своих снах, но и пожить этой жизнью. Дай Шисуи отдохнуть от своих проблем здесь. Всё-таки нелегко молодому парню твоего возраста быть ответственным за такое количество детей. Жить в напряжении, страхе за близких, заниматься их воспитанием, пропитанием.
– С питанием стало немного получше, – хмыкнул Хироши. – Сейчас можно сказать, что за год житья на базе Орочимару, они завели себе целое хозяйство. Кроме коз, которых уже стало, между прочим, семь, они развели кур, гусей и кроликов. А ещё Комацу-сан разбила небольшой огородик, на котором она выращивает некоторые овощи.
– А разве это не опасно? – удивился Канагава. – Всё-таки у них не скрытая деревня с их укреплениями и даже не полноценное поселение клана шиноби…
– Опасно, конечно. Хотя Страна Рисовых Полей считается маленькой и мирной, в ней проживает несколько кланов шиноби, таких как кланы Фуума, Цучи и Кинута, но те не стремятся атаковать жилище самого Орочимару-сана, его опасаются и, можно сказать, уважают. Да и, как оказалось, довольно значительные территории вокруг их жилья отчуждены барьерами и звуковыми гендзюцу, влияющими на сознание и восприятие. Из-за этого найти само убежище – уже нетривиальная задача. Поэтому и деревню свою Орочимару назвал в аниме Отогакурэ-но-сато – «деревня скрытая в Звуке». Вообще, скрытую деревню, тем более недавно образованную, все страны стремятся задавить в зародыше, так что в их положении опасно привлекать к себе излишнее внимание. Сейчас это просто территория, на которой располагается подземный бункер и живёт их семья, а наверху лес, полянки, несколько полигонов для тренировок, там вполне бы какой-нибудь специальный район Токио поместился, так что места много. Да и предложений кланам о присоединении никто не присылал, так как Орочимару-сан решил не тратить на организацию слабой деревни своё время, полностью посвятив себя тому проекту, который я назвал «безумием». Всё, конечно, произошло не совсем так, как я это представлял, потому что, даже зная, так сказать, «изнанку» и как именно работают некоторые техники, я не мог… Не хватало опыта и знаний, но Орочимару-сан воистину гений…
– Неужели всё же получилось? – поёрзал на кресле Канагава, еле удержавшись от града вопросов.
– Ну, пока его эксперимент в самом начале, да и он ещё успевает заниматься с ребятами и Наруто… Кстати! – спохватился Хироши. – Недавно у Наруто случился настоящий прорыв в фуиндзюцу. Он смог создать свиток хранения, причём не только продуктовый, но и хранения живого.
– Но ты же говорил, что подобные свитки… – наморщился профессор, вспоминая разговор годовой давности, когда он спросил, почему бы не запечатать детей в продуктовые свитки и быстро не переместиться в нужное место. Тогда Хироши прочитал целую лекцию, почему это невозможно и что будет, если кто-то так сделает.
– Да! Как я уже говорил, чтобы создать какую-либо стихийную печать, требуется преобразование этой стихии, – улыбнулся парень, ему вообще нравились такие «открытия» из мира шиноби, для которых всё это было обыденностью, как для того же Хироши компьютер, телевизор или сотовая связь. – Например, для бытовой печати, подающей электричество, нужно изначально влить стихийную чакру молнии, но зато в дальнейшем для её работы от контура требуется подпитка обычной чакрой. Так же и с нагревом воды – использованы огненные, для нагрева, и водные, для получения самой воды, техники. Получается, что мы преобразуем разную энергию – солнечную, ветряную, водную, атомную энергию в электричество, чтобы пользоваться приборами, а у них наоборот – преобразователь, или накопитель, принимает обычную чакру, чтобы посредством печатей заставить уже заложенную стихию работать.
Канагава кивнул. Об этом Хироши уже рассказывал.
– В свитках хранения продуктов, кроме пространственных техник, создающих объём хранения для продуктовых свитков, оказывается, требуется преобразование времени, а там на порядок сложнее печати. Орочимару передал Наруто несколько свитков по фуин, которые он скопировал из библиотеки Третьего Хокаге. Так вот. Для хранения живых существ, кроме расширенного объёма пространства и временного преобразования, требуется заложить медчакру, ту, которая вводит пациента в состояние комы и образует что-то вроде защитного кокона, такое, как сказал Кабуто, при тяжёлых операциях используют. Сейчас, если и есть такие свитки хранения, то лишь у единиц. Их хватает всего на несколько дней, и они требуют большого вливания чакры после использования. Те же свитки с оружием можно распечатывать и запечатывать несколько раз, пока те потребуют «зарядки». Так как Узумаки из-за больших объёмов чакры и высокой регенерации и выносливости не владели ирьёдзюцу, то свиток хранения живых существ, так же, как и Печать Исцеления, были разработаны в Конохе совместно Первым Хокаге и его женой – Узумаки Мито. Эти печати совмещают в себе фуиндзюцу и ирьёдзюцу. С помощью Кабуто Наруто сделал свиток, куда смог запечатать кролика, и тот через несколько дней вышел оттуда живым. Думаю, что через какое-то время Наруто сможет сделать и свиток для человека. Таких свитков остались единицы, и стоили они всегда на порядок дороже, чем продуктовые свитки, не говоря уже о простых для оружия.
– Да, это весьма ценно, – кивнул Канагава, – Наруто девять с половиной лет, а он уже многое умеет. И его умения впоследствии очень пригодятся.
– Да уже сейчас Узумаки, так сказать, приносит прибыль, – согласился Хироши. – Не так давно Шисуи продал сделанные Наруто взрывные печати и дымовые шашки клану Фуума, получив неплохие деньги и договорившись о поставках. По крайней мере, они не одной охотой и миссиями сейчас промышляют, могут себе позволить купить обувь, одежду, продукты, больше тренируются. За год, как они живут у Орочимару, у Мины и Казуки появилось по второму томоэ, и, как считает Шисуи, они стали на уровне клановых генинов. Сэн немного отстал, но зато Таро, которому второго апреля семь лет исполнилось, пробудил шаринган десять дней назад. Да и остальные мелкие немного подросли и благодаря мастеру Ракурэю делают большие успехи. Нацуми через неделю три года будет, и она уже начала чувствовать чакру.
– Значит, ничего особо не случилось за время весенних каникул? – улыбнулся Канагава, вспомнив рисунок, принесённый Хироши в последний раз, там как раз была изображена самая младшая девочка: пухленькие щёчки, большие карие глаза с длиннющими ресницами, тёмные волосы, убранные в два коротких хвостика.
– Ну, разве что Итачи снова к ним приходил, – задумался Хироши. – Он потихоньку собирает сведения про «Акацуки». И некоторых новичков, чтобы под ногами не путались, гипнотизирует, чтобы те своим напарникам на нервы действовали. Какузу уже четверых убил. Сасори тоже нескольких в куклы превратил. В общем, «текучка» кадров высокая, да ещё и об этом слухи пошли, и теперь никто особо не спешит в их организацию вступать. Итачи маску носит во избежание узнавания и протектором деревни особо не светит.
– Глядишь, такими темпами Тоби на арену раньше положенного вылезет, – потёр подбородок Канагава.
– Возможно, – кивнул Хироши. – Зецу Итачи видит крайне редко и пока не представляет, как того куда-то заманить, а также препятствовать побегу. Шисуи, благодаря Орочимару, выучил несколько новых фуин-барьеров и техник, стал сильнее, но тут одна ошибка может стоить жизни всему клану, так что пока они прощупывают почву.
– Ясно…
– О, совсем забыл сказать! – прищёлкнул пальцами Хироши. – Орочимару-сан сказал Шисуи, что наконец нашёл старого извращенца, Джирайю. И даже передал ему со змеёй свиток с предложением о встрече. Так что в начале лета, через два месяца, они могут встретиться в Танзаку.
– Вот это интересная новость, – хмыкнул Канагава. – К подобной встрече надо хорошо подготовиться. Джирайя, мне кажется, только притворяется простачком, но на самом деле может быть и серьёзным. И его на мякине не проведёшь.
– Точно, – кивнул Хироши. – Между прочим, когда для своего эксперимента Орочимару проверял образцы ДНК Наруто, он выяснил интересную вещь. Оказалось, что Узумаки имеет родственную связь с Сенджу. У Змеиного саннина оказались образцы Первого, Второго и Четвёртого Хокаге, и подробная проверка выяснила, что Минато внук Второго Хокаге. А его отцом, как сказал Орочимару, является этот самый «друг-извращенец» Джирайя.
– Мне всегда казалась странной та связь учитель-ученик, которую показывали между Минато и Джирайей, – задумчиво протянул Канагава. – Джирайя обучал ещё двоих шиноби вместе с Минато, но те редкие моменты, которые показывали их, он у них с Кушиной, можно сказать, практически жил. Это было больше похоже на семью, чем на учителя и ученика.
– Думаете, Минато знал, что Джирайя его отец?
– Возможно, история об этом умалчивает, – пожал он плечами.
– Но… Если верить некоторым энциклопедиям по миру «Наруто», Джирайя старше Минато всего на тринадцать лет! Он что его в тринадцать заделал?! – ужаснулся Хироши.
– Возможно, этим объясняется то, что Минато оказался в приюте, – Канагава пожал плечами. – Ты же сам говорил, что в мире шиноби взрослеют очень рано… Кто знает, какие были там обстоятельства. А может быть, эти энциклопедии не точны. Кто знает…
– Очередная загадка, – улыбнулся Хироши, откидываясь на спинку кресла. – И, возможно, мы первые, кто сможет её разгадать и узнать всё у участников этих событий…