![](/files/books/160/oblozhka-knigi-spasenie-klana-uchiha-si-374944.jpg)
Текст книги "Спасение клана Учиха (СИ)"
Автор книги: Миято Кицунэ
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 30 страниц)
Часть 1. Глава 9. Выбор
Наруто разлепил глаза и потёр лицо. Слишком светло. А значит, он проспал Академию, которую в последнее время посещал с огромным удовольствием. Потому что там учился его друг. Парень, которого он ошибочно считал выскочкой и зазнайкой, но тот оказался очень хорошим. Его первый настоящий друг – Учиха Саске.
Наруто вскочил с постели и понял, что он спал вовсе не на кровати, а на полу, на матрасе, который называют футоном, и рядом, на таких же матрасах, вповалку лежат ещё несколько детей разных возрастов. Словно он снова оказался в приюте, в котором жил до поступления в Академию.
Наруто вытаращился на спящего рядом с ним Саске и оглядел остальных, таких же темноволосых, определив, что у Саске и ещё одного паренька волосы были самые чёрные.
Как молния вспыхнули воспоминания о прошедшем дне.
* * *
На перемене он рассказал Саске о рекорде Инузука Кибы, заветные три минуты тридцать семь секунд, которые никак не мог побить. Впрочем, сам Инузука уже несколько недель тоже не мог побить свой последний рекорд.
Наруто смог купить себе секундомер, чтобы тренироваться, и ему стало интересно, как быстро бегает его друг и смог бы тот победить в гонке, которая снова планировалась ребятами на выходных. Саске заинтересовался маршрутом, и, после учёбы, они пошли на окраину к горной тропинке, которая вела к той самой финишной ели.
– Отсюда и до той ели на вершине горы ровно километр, – Наруто провёл носком ботинка линию. – Почти каждые выходные летом ребята устраивали конфетные гонки. Я, когда было, что поставить, тоже участвовал несколько раз, – он отвёл взгляд, вздохнув, вспоминая, как тяжело дались те конфеты, чтобы на несколько мгновений почувствовать себя не одиноким. И как быстро те мгновения закончились очередным проигрышем. Он считал, что если бы выиграл, то с ним стали бы дружить…
– Ты хочешь потренироваться, чтобы выиграть конфеты? – спросил Саске.
– Нуу… – Наруто, смутившись, потёр шею. – Дело не только в конфетах. Впрочем, получить этот приз было бы просто здорово. Но я… В общем, это же вроде как отличная тренировка на скорость и выносливость, и я обещал себе, что обязательно побью рекорд Кибы. Чтобы тот не зазнавался. Я докажу… – он закусил губу, оглядев Саске, который внимательно смотрел на него. Говорить о мечте стать Хокаге резко расхотелось, чтобы друг не подумал, что он только треплется, а на самом деле ничего не может. Как Наруто уже понял, Саске предпочитал действия пустым словам.
– Ну, хорошо, попробуем, – пожал плечами тот. – У тебя с собой секундомер?
– Ага, – гордо продемонстрировал Наруто прибор.
– Тогда давай отсчёт.
Они встали у черты, и он, нажимая на кнопку, скомандовал:
– Марш!
Саске прибежал раньше него на пару секунд, но тоже не побил рекорда Кибы. Впрочем, Наруто подумал, что всё из-за того, что маршрут его другу был незнакомым. Не зря же тот был в классе лучшим учеником. Даже лучше Кибы. Почему-то победе Саске над собой Наруто не огорчился, лишь мысленно пообещал себе, что он его догонит, чтобы всегда быть рядом и не отставать.
Они решили потренироваться здесь же. Кидали сюрикены, провели несколько спаррингов, на которых Саске показал ему несколько новых захватов и способов из тех выйти.
– Надо снова пробежать по маршруту «конфетной гонки», но по очереди, потому что, когда засекаешь сам, это совсем не то, – предложил Саске после растяжки и заминки, а затем забрался на самую макушку ели и махнул оттуда рукой.
Наруто резко стартовал. Так он ещё никогда не бегал. На ногах словно были крылья. Ощущение, что он делает эту тренировку с другом и тот ждёт его и, возможно, болеет за него, придавало сил. Он коснулся дерева и увидел улыбающееся лицо Саске, который развернул к нему таймер.
– Три минуты тридцать пять секунд? – прошептал Наруто, не доверяя своим глазам. Сердце успокоилось и перестало бешено колотиться, а вся усталость моментально прошла от счастья.
– Держи, – Саске протянул ему кунай. – Запиши свой рекорд.
Наруто вырезал над записью Кибы своё имя и время. Рекорд продержался недолго, потому что Саске пробежал за три минуты и тридцать четыре секунды. Но Наруто снова не расстроился этому факту. Странное ощущение появилось у него, когда он увидел их имена, написанные рядом. И загадал, чтобы они с Саске всегда были друзьями и никогда не разлучались, как эти, вырезанные на старой ели, надписи.
– Уже темнеет, – сказал Саске. – Может, что-нибудь перекусим в честь наших рекордов, и я пойду домой?
– Да! Я видел, что недалеко от Резиденции Хокаге открыли новую раменную! «Ичираку рамен», там старик-хозяин на вид добрый… – не раздумывая, согласился Наруто.
– Тогда пойдём, – кивнул Саске.
Хозяин «Ичираку», который представился им как Теучи-сан, сказал, что в Конохе недавно, хотя раньше жил в деревне и работал в раменной своего отца, но на несколько лет уезжал на обучение искусству поваров и теперь открыл свою лавку. Его лапша была просто объедение и стоила относительно недорого. Наруто очень хотел угостить Саске, потому что у него оставались деньги после тех покупок, которые делал друг, но тот не позволил. Услышав их спор, Теучи-сан сказал, что очень уважает дружбу и молодых шиноби, и дал скидку. Получилось, что Наруто заплатил за одну порцию, но съели они две, и Саске платить не пришлось. Наруто поблагодарил доброго старика за такую находчивость и сказал, что когда у него будут деньги, всегда будет к нему заходить.
Они не спеша брели по тёмным улицам Конохи, разговаривая. Наруто проводил друга до квартала его клана, и они попрощались до завтра.
Через сотню метров Наруто замер. Что-то было не так. Нехорошее чувство поселилось в области груди и заставило его сердце быстро забиться. Он вспомнил, что когда до этого провожал Саске, то на улицах в квартале было светло и доносился людской гомон. Но в этот раз они пришли не настолько поздно, а у Учиха стояла поразительная тишина. И темнота.
Наруто побежал обратно. В висках стучало чётким ощущением беды.
Он не раздумывая залетел в открытые ворота и споткнулся, несколько раз кувыркнувшись по твёрдой мостовой. Поднявшись, увидел лицо немолодой женщины. Та была мертва, иначе бы не лежала посреди улицы в неестественной позе. Оглядевшись, Наруто увидел ещё несколько тел. Подумал о Саске, и внутри всё похолодело. Куда тот мог пойти?
– Стой, Наруто, – окликнул мужской голос.
Обернувшись, он увидел силуэт с двумя красными глазами.
– Где Саске?! – страх за друга пересилил страх перед этим жутким существом.
– Не волнуйся, он в безопасности, – ответил красноглазый. – Я его двоюродный брат, и я спас от резни тех, кого смог.
– От резни? – сипло повторил Наруто.
– Да, Третий Хокаге и старейшины приказали убить всех Учиха, – глубокий голос был полон печали.
– Это неправда! – закричал Наруто, когда до него дошёл смысл сказанного. – Третий не мог! Он добрый! Это какая-то ошибка.
– Посмотри вокруг, разве это похоже на ошибку? Эти люди жили, мечтали, у них были близкие, которых они любили, но сейчас они мертвы. И Саске тоже мог умереть. Все Учиха были приговорены к ликвидации без суда и следствия, – горько изрёк красноглазый.
– И Саске… – повторил Наруто, посмотрев в глаза мёртвой женщины под его ногами.
– Прости, но мне придётся стереть твою память об этом разговоре. И всё, что касается Саске. Я не могу рисковать. Мы должны спрятаться, чтобы нас не нашли Третий и его люди и не завершили начатое.
– Мою память? – провёл рукой по лицу Наруто.
Перед глазами мелькнули прошедшие две недели. Самые счастливые дни во всей его жизни. И этот человек хочет забрать их? Словно бы их никогда и не происходило? Как будто у него никогда не было настоящего друга. Затереть их имена стоящие рядом. Чтобы он забыл Саске. Лучшего друга, с которым они вместе проказили, который покупал ему продукты, защищал от учителей, и учил всякому?
– Да, твою память, – подтвердил красноглазый. – Ты вряд ли согласишься пойти с нами из своей любимой Конохи, чтобы разделить изгнание, поэтому другого выхода я не вижу. Прости…
– Нет! Не надо! – Наруто вскинул руку, закрываясь от этих жутких глаз, которые могли лишить его самых светлых воспоминаний. – Я не хочу расставаться с Саске. Я не хочу жить в Конохе, в которой не будет моего лучшего друга! Я пойду с тобой.
– Ты уверен, Наруто? Пути назад уже не будет, – предупредил его красноглазый. – Я не хочу заставлять тебя. Я предоставил тебе выбор только лишь потому, что ты – друг моего брата. Подумай, ты же не будешь ничего помнить, а значит, не будешь страдать и скучать, грустить. Твоя жизнь будет прежней.
Наруто содрогнулся от такой перспективы.
– Я не хочу никакой «прежней жизни», – прошептал он. – Я иду.
– Тогда я должен сказать тебе ещё кое-что, – из тени раздался тяжёлый вздох. – Не думай, что я отговариваю или уговариваю тебя, но не хочу никаких недоговорённостей и обвинений, что я не всё тебе сказал или, не дай Ками, использовал в своих целях и так далее. Ты уже достаточно взрослый, чтобы узнать правду о себе и принять осознанное взвешенное решение.
Наруто сглотнул, гадая, что же собирается поведать ещё ему его пугающий собеседник…
– На самом деле ты уже в моей иллюзии, поэтому я могу показать тебе то, что знаю. Время ещё есть, и здесь оно тянется так, как хочу я…
* * *
– Я – джинчуурики девятихвостого демона-лиса, – прошептал Наруто, выныривая из воспоминаний и снова фокусируясь на лице спящего друга. Чёрные ресницы дрогнули, и Саске открыл глаза.
Часть 1. Глава 10. Сон и явь
Саске снился очень страшный сон. Словно он вернулся после тренировки домой и вошёл на удивительно-безлюдную территорию клана. Луна в небе вызывала странное чувство обречённости и тоски. Сердце билось, словно у загнанного мышонка.
– Нет! Я – ниндзя, я ничего не боюсь! – возразил сам себе во сне Саске.
Он сделал ещё несколько шагов. Смутные очертания приобрели форму, и он увидел тётю, та лежала на мостовой, обратив пустые глаза в холодное чёрное осеннее небо.
– Итачи! Мама! Отец! – он побежал к своему дому.
Взгляд цеплялся за лежащие то там, то здесь трупы соклановцев, через которые пролегал его путь. Многих он узнавал. Чёрные тени словно жили сами по себе. Тянулись к нему, упрекали в чём-то. Запах крови ударил в ноздри, заставляя задыхаться. Тошнотворный смрад. Саске знал, что шиноби – это профессия, которая предполагает убийства, его с детства к этому готовили – убивать или быть убитым. Но он ещё никогда не видел смерть так близко и так много. Казалось, он попал в ужасную иллюзию, из которой невозможно выбраться. Наконец он добрался до дома, который встретил зловещей тишиной и мраком.
– Мама? Итачи?! Отец?.. – в холодной темноте голос прозвучал робко и противно дрожал. Колени мелко тряслись, и каждый шаг давался с трудом, словно Саске шёл против течения вязкой ледяной реки.
Отодвинув створку сёдзи, он увидел распростёртые тела родителей и рядом с ними своего старшего брата.
– Нии-сан, что случилось? – хотел спросить он, но язык словно отсох или прилип к нёбу.
Через мгновение Итачи тоже упал рядом с родителями.
– Нет! Нии-сан! – завопил Саске, чувствуя резь в глазах и головокружение. Из тени словно соткался некто с горящими, как угли, шаринганами.
– Спи! – приказал ему странно-знакомый голос, и… Саске проснулся.
Солнечный свет заливал незнакомую комнату, а рядом с ним обнаружился сидящий на футоне Наруто.
– Где это мы? – просипел Саске, удивляясь присутствию друга.
Наруто пожал плечами и прошептал, кивая куда-то за его спину.
– Я ушёл из Конохи, чтобы быть с тобой и выжившими после резни клана Учиха.
Сказанные слова никак до него не доходили, и Саске тупо пялился в голубые глаза, которые смотрели на него с сочувствием. Ужасная правда захватила тело и сознание, парализуя, лишая дыхания.
– Саске! – встряхнул его Наруто. – Саске… У тебя глаза стали красными…
– Это шаринган, – безразлично-тихим голосом ответил он другу. – Их нет… Моих родителей и моего брата… Их больше нет.
– А их ты знаешь? – тормошил Наруто, вырывая из равнодушного оцепенения.
Саске оглянулся. Рядом с ним лежала Юмико, его двоюродная сестра тихо всхлипывала, продолжая спать. Троюродный брат Казуки тоже метался во сне. Девочку постарше Саске не знал, только видел пару раз, кажется, та училась на дому, а может быть, и вовсе не была шиноби. Рядом с ней спала малышка от силы лет двух. А дальше четверо ребят на вид от трёх до пяти лет, которых он тоже видел в клане, но они не были близкими родственниками, поэтому не общались, да и эта малышня его никогда не интересовала, он предпочитал проводить время с братом, Юмико и Казуки, а теперь ещё – с Наруто. От воспоминания о брате сердце снова сжалось, глаза защипало, и Саске шумно выдохнул, сдерживая слёзы.
Звук раскрываемых створок отвлёк от переживаемого горя и заставил подобраться. То, что их спасли, ещё не значит, что это сделали с благими намерениями. Конечно, против сильного шиноби Саске с его уровнем не тягаться. Но бывает, что взрослые шиноби и не ждут яростного сопротивления от детей. Фактически, он мог бы сдать экзамен на генина уже в этом году, но Итачи попросил его не делать этого. Особенно – пытаясь порадовать отца, чтобы тот сказал «то, что и ожидалось от моего сына». Почему, брат не объяснил, но…
Когда Саске увидел вошедшего, а точнее, вошедших, из головы вылетели все мысли.
– Нии-сан! – подлетел он к невредимому брату и повис у того на шее. – Ты жив!
И только через целую секунду до него дошло, что враги могли бы обмануть его, сыграв на чувствах, и подмениться его братом. Например, хенге сделать или в иллюзию отправить. Он освободил слегка покрасневшего Итачи от своих объятий и приставил к его животу кунай, который, в процессе выказывания братских чувств, слямзил из бедренных ножен.
– Чем докажешь, что это ты?
– А наш малыш Саске не промах, – сказал второй вошедший, на которого Саске сначала не обратил внимания, поглощённый тем, что Итачи жив. Покосился на спутника брата, и кунай выпал из вмиг ослабевших рук.
– Шисуи-нии-сан?! – его крик совпал с возгласом проснувшейся Юмико, которая тоже подбежала к своему старшему брату.
* * *
Всех детей разбудили, и Шисуи распечатал из продуктового свитка еду.
– Сначала поешьте, а потом я всё расскажу, – распорядился двоюродный брат. Саске послушно взял рисовый треугольник и начал есть, почти не чувствуя вкуса.
Он размышлял о том, что от всего клана Учиха, в котором было больше двухсот человек, остались одиннадцать, из них девять детей. Появился страх, что старшие братья бросят его и остальных мелких. Ситуация очень плохая. Для взрослых шиноби они – обуза. Находятся непонятно где, возможно, в каком-нибудь убежище клана, но явно не в Конохе. Наруто же сказал, что ушёл из деревни, чтобы быть вместе с ним и остальными после резни. Кто это сделал? Убил родителей, маму Юмико, родственников Казуки, остальных из клана? Что будет дальше? Как они будут жить? Ещё и Итачи так странно смотрит и отводит взгляд, словно чего-то стыдится… Неужели, и правда бросит? Оставит одного, чтобы искать счастье в другом месте. Чтобы забыть о так не любимом ему и «ограничивающем возможности» клане? Эти слова Саске хорошо запомнил.
Все ели молча, над импровизированным столом повисла гнетущая тишина, пока маленькая девочка вдруг не захныкала.
– Мина, я хочу к маме. Анэ-сан, где моя мама?
– Тс-с-с, Нацуми, – шикнула на девочку её сестра, растерянно посмотрев на остальных. – Извините, онии-сама*, – обратилась названная Миной к Шисуи. – Нацуми только полтора года, поэтому она ещё плохо понимает… Я и сама… Мы уснули в Конохе, а проснулись здесь… Не знаю, что произошло…
– Клана Учиха больше нет, – сказал Шисуи. – Мы – те, кто остался в живых после прошедшей ночи.
Саске посмотрел на притихших детей. У Юмико округлились глаза, и, отлипнув от своего старшего брата, она заглянула в серьёзное и опечаленное лицо Шисуи. Казуки, который жил с родственниками, потому что вся его семья погибла, включая старшую сестру, которая сгинула на миссии совсем недавно, побледнел. Остальные переглядывались и молчали, скорее всего, не в силах поверить в сказанные слова. Все ребята были будущими шиноби, которых готовили к воинской стезе с малых лет, ну, разве что кроме Нацуми, и они довольно стойко приняли новость. Только самый мелкий зашмыгал носом.
– Потом я поговорю с каждым из вас отдельно, позаботьтесь друг о друге, – Шисуи свернул продуктовый свиток. Его лицо было напряжено. Но через секунду он словно через силу улыбнулся. – Нас осталось мало, но мы всё ещё – клан Учиха. А теперь вы можете сказать свои имена и возраст, чтобы мы хорошо друг друга запомнили. Начнём с тебя, имоото.
– Я – Учиха Юмико, – послушно представилась Юмико. – Мне пока шесть лет, но скоро исполнится семь.
– Я – Учиха Казуки, – рядом с Юмико сидел их троюродный брат. – Мне уже семь исполнилось летом. Я учился вместе с Юмико на первом курсе Академии шиноби.
– Меня зовут Учиха Мина, а это – моя сестрёнка Нацуми, – следом была девочка постарше с волосами, уложенными в длинный хвостик набок. – Мне десять лет, а моей сестре полтора года. Моя семья была против, чтобы я обучалась на шиноби, потому что наши старшие брат и сестра погибли на войне. Поэтому я мало что умею…
– Учиха Сэн, шесть лет, – представился паренёк с тёмно-медными волосами, завязанными, как у Итачи, в низкий хвост.
Самый мелкий из парней шмыгнул носом и промолчал, но за него сказал другой:
– Это Юи, ему три года, а я Рензо, мне четыре. Юи очень стеснительный. Наши семьи дружат. Дружили…
– Учиха Таро, пять лет, – сказал мальчик с серыми волосами, которые были намного светлей, чем у Итачи.
– Учиха Саске, восемь лет, – пришла очередь Саске представляться. – Второй курс Академии шиноби. Пробуждённый шаринган, – отчитался он, посмотрев в глаза Шисуи.
– Узумаки Наруто, мне почти восемь, – сидящий рядом Наруто почесал затылок и добавил. – Учусь вместе с Саске. Он мой друг, и я решил присоединиться к вам. Вот.
– Учиха Итачи, – оглядывая остальных, представился Итачи. – Мне тринадцать лет. Капитан АНБУ. Дзёнин.
Дети зашептались, а Саске испытал прилив гордости за старшего брата.
– Учиха Шисуи, – закончил их круг знакомства Шисуи. – Шестнадцать лет… почти. Капитан АНБУ. Дзёнин. Надеюсь, вы все друг друга хорошо запомнили, ведь теперь мы одна большая семья. Думаю, что Мина, Нацуми, Юи и Рензо могут пока остаться здесь, а остальные пойдут с нами. Мы должны обдумать и все вместе решить, как нам жить дальше и что делать.
– Можно мне тоже с вами? – спросила Мина, закусив губу. – Я понимаю, что я не шиноби, но я тоже хочу быть полезной. Пожалуйста, онии-сама. Я научусь, я смогу.
– Тогда Юи и Рензо, вам первое ответственное поручение. Присматривайте за Нацуми. Мы скоро вернёмся.
Рензо кивнул. Саске поднялся и вместе с остальными вышел следом за Шисуи.
Часть 1. Глава 11. Откровенный разговор
Шисуи оглядел своё новое воинство, свою команду, остатки клана Учиха с затесавшимся Узумаки. Тоже своего рода осколок некогда могущественного клана деревни Водоворота.
После своей мнимой смерти Шисуи вернулся в квартал Учиха под видом деда Савады, чтобы, не вызывая вопросов и подозрений, присмотреться к своим будущим подопечным. Их привычки, характер, расписание, когда удобно их забрать, чтобы детей не хватились раньше времени и чтобы хотя бы некоторые из них не видели резню своих родственников и близких. Не потому, что он беспокоился об их психике. Просто так было рациональнее и удобнее. Используя теневых клонов и призыв, он и так еле успел. Тот дядька из снов, к которому зачастил «второй он», настаивал, что детская ранимая душа подобного не выдержит и малыши могут замкнуться. Человек из чужого изнеженного мира не знал, что такое скрытая деревня и её воспитание, ему простительно. Дети шиноби должны обрести самостоятельность как можно раньше.
Постоянные войны и смерти сопровождают их от рождения до самой гибели. Шисуи сам лишился отца, когда мать только носила Юмико, и не так давно, когда Третий Хокаге высочайше разрешил использовать Кото Амацуками на Учиха Фугаку, глава деревни сам напомнил, что «был дружен» с его родителем.
У Шисуи тогда в очередной раз упала пелена с глаз. Работая в АНБУ, он заинтересовался обстоятельствами гибели Учиха Кагами и выяснил, что его отец был отправлен на заведомо невыполнимую миссию. На ней тот и погиб вместе со всей командой. Шисуи не раз слышал, что прямые обвинения, которые начали бросать клану Учиха после нападения Лиса, его отец объективно отмёл, практически не давая разгореться конфликту. Отвага и миролюбие Кагами-отоо-сана сплотили клан Учиха с другими кланами и бесклановыми шиноби Конохи. А потом Учиха Кагами «так удачно» погиб на миссии, а главные коноховские «пауки» постепенно снова раздули тлеющие угольки недовольства. Человечек тут, человечек там, обронённые якобы в запале слова, и вот уже готово негодование, и чужие умы захвачены ситуацией «с этими Учиха, которые считают себя лучше других».
Шисуи самого поймали на том, что он продолжает дело отца и должен примирить клан с деревней. Наивный дурак!
– Я хотел бы обсудить с вами всеми нашу ситуацию и рассказать о причинах уничтожения нашего клана. Я понимаю, что сам во многих вопросах и суждениях ещё ребёнок, но постараюсь донести до вас это максимально… – Шисуи замялся, подбирая слова, – честно и объективно.
Он вспомнил о глупых советах того человека из снов и, мысленно чертыхнувшись, всё-таки сел на пол, а дети оккупировали диван, на котором спал Итачи. Двоюродный брат приземлился рядом с ним, легко касаясь плечом, словно давая поддержку.
Семь пар настороженных глаз внимательно смотрели на Шисуи. Он тихо вздохнул, подумав, что в ближайшее время ему, как старшему, придётся быть лидером нового клана Учиха, прежде чем можно будет всё спихнуть на Итачи, как на сына последнего главы.
Но раз взял на себя ответственность, то уже не можешь отказаться от неё.
– Конохагакуре-но-сато, Деревня, скрытая в листве, была нашим домом. Больше семидесяти лет назад клан Учиха, объединившись с кланом Сенджу, построил это селение, чтобы детям не пришлось умирать слишком рано. По такому же принципу, взяв пример с Конохи, объединились некоторые другие кланы и образовались другие скрытые деревни. Это вы знаете из легенд клана и уроков, которые рассказывали в Академии. Это правда. Но это не единственная правда. Восемь лет назад на нашу деревню напал Девятихвостый демон Лис, Кьюби-но-Йоко. При помощи шарингана можно было легко взять его под контроль и отвести беду от деревни, но нашему клану не позволили этого сделать, опасаясь, что управление Лисом сделает клан ещё более могущественным, чем раньше. Приказ был отдан Третьим Хокаге Сарутоби Хирузеном и советом старейшин под руководством Шимуры Данзо. Во время нападения Лиса было разрушено две трети деревни, сгинул небольшой клан Узумаки, остатки кланов Умино и Юхи, четверть клана Хьюга, понесли потери другие кланы, погибли почти четыреста бесклановых шиноби и несколько сотен гражданских. В клане Учиха потерь почти не было, – Шисуи помолчал и посмотрел на Наруто. Мелкий блондин заёрзал и искоса взглянул на Саске, с которым сидел рядом.
– Ещё одной правдой можно назвать и такой факт, что Девятихвостый демон Лис просто так посреди деревни «из ниоткуда» не взялся. Он был в деревне практически с самого её основания. Кьюби-но-Йоко был главным оружием Конохи – биджуу, запечатанным в человека. Такого человека называют джинчуурики, и такие люди есть во многих скрытых деревнях Великих Стран. Таким образом поддерживается хрупкий мир на континенте, потому что нет ничего страшнее, чем выпустить биджуу на волю. В Конохе джинчуурики девятихвостого были трое человек, все трое из одного клана, имеющие особую чакру, которую можно отнести к их уникальной генетической особенности – кеккей генкай. Причину, почему Лис вырвался из джинчуурики и почему напал на деревню, я точно не знаю, лишь догадываюсь и поэтому вам её озвучивать не буду. Возвращаясь к клану Учиха, скажу то, что известно доподлинно. Другие кланы и шиноби были недовольны тем, что наш клан остался в стороне, выполняя приказ не приближаться к освободившемуся биджуу. Разгорелся скандал, который удалось разрешить моему отцу Учиха Кагами. Но очень скоро Кагами погиб на миссии, а скрытое недовольство продолжалось. Пошли слухи, что Лисом во время нападения управлял клан Учиха. Между деревней и кланом появились разногласия, которые росли с каждым годом. Я не буду оправдывать клан и скажу, что наши тоже были хороши. В ответ на недовольство и намёки о Лисе отвечали агрессией, вплоть до избиения жителей, но долг полиции – защищать и оберегать. В конце концов, дошло до того, что подстрекаемый клан решился на ответные меры. Причём радикальные меры. Смену власти. А попросту, на переворот, который бы в любом случае перешёл сначала в гражданскую войну, а потом, когда об ослаблении Конохи узнали бы другие страны, в очередной военный конфликт, возможно, мировую войну. Это на самом деле очень страшно. Вы ещё малы и не знаете, что это такое, но мы с Итачи… Мы были против этого и выступали «связующими звеньями» между деревней и кланом, работая в АНБУ. Одновременно рассказывали о том, что творится в клане и какие ходят там настроения, и докладывали клану о том, к чему склоняется верхушка власти.
– Двойные шпионы? – прошептал Саске, взглянув на брата. Тот кивнул.
– Мы всеми силами пытались повлиять на ту и другую сторону. Как-то примирить деревню и клан, но, к сожалению, не вышло. На собрании клана, в ту ночь, когда я якобы умер, было принято решение о нападении и смене власти в Конохе. А Третий Хокаге и трое старейшин отдали Итачи приказ уничтожить клан Учиха, как оперативнику АНБУ.
Кажется, дети перестали дышать, а их глаза стали одинаково круглыми.
– Взамен, в качестве награды за выполнение миссии, Итачи разрешили оставить в живых его младшего брата Саске. Только его, – веско добавил Шисуи.
– Но… Тогда как же… – тихо пролепетала Юмико. – Почему живы мы?
– В ночь, когда я умер… Я узнал кое-что важное, – подбирая слова, чтобы не лгать детям, сказал Шисуи. – Шимура Данзо, правая рука Хокаге, открыл мне, думая, что со мной будет покончено, некоторые обстоятельства. Я подозревал, но одно дело подозревать, а другое… Старейшины и руководство не хотели мира с Учиха. Наоборот, всеми силами подогревали конфликт, чтобы завладеть клановыми библиотекой и богатством. А ещё клановым додзюцу… Не для деревни. Для себя. Данзо хотел лишить меня моего шарингана, но попался в мою иллюзию, и мне удалось бежать, а после инсценировать свою смерть, чтобы успеть спасти хотя бы вас. Невиновных детей.
Шисуи взглянул на каждого. Кто-то отводил взгляд, кто-то смотрел прямо, Мина еле сдерживала слёзы. Наруто кусал губу и поглядывал на своего друга. Саске изучал пол.
– Перед той самой ночью Итачи выяснил и ещё кое-что, – продолжил Шисуи. – На территорию клана, тем самым вызывая ещё больше подозрений, постоянно проникал человек в маске. Он оказался одним из Учиха, обладающим Мангекё шаринганом с особым свойством подчинять пространство. Учиха Обито. Этот человек считался погибшим в Третью мировую войну шиноби – около десяти лет назад. Есть повод считать, что именно Учиха Обито спровоцировал биджуу, заставив того вырваться из джинчуурики и напасть на деревню восемь лет назад. По каким-то неизвестным мне причинам этот человек ненавидит Коноху и клан Учиха. Итачи пришлось договориться с ним. И «обменять» жизни нашего клана на жизни жителей Конохи. Клан к этому времени уже был приговорён старейшинами к ликвидации. И если бы не сработали Итачи и Учиха Обито, то наш клан в любом случае вырезали бы АНБУ Конохи. Возможно, сделав это с максимальной жестокостью, потому, что в АНБУ много сирот, которые лишились родителей как раз в том инциденте с Лисом. Я хочу, чтобы вы понимали. Когда сталкиваются жадность, амбиции и чья-то ненависть, всегда страдают невинные люди. Мы пытались этому помешать, но получилось, как получилось, – Шисуи посмотрел в затуманенные чувством вины глаза Итачи.
– Прошу вас всех подумать над моими словами и попытаться понять эту непростую ситуацию. После я ещё поговорю с каждым из вас, или вы сами, если захотите что-то обсудить, можете подойти ко мне или Итачи. А сейчас я бы хотел разобрать с вами более насущные проблемы. На данный момент мы находимся в гостях у, можно так сказать, союзников клана Учиха. Наверное, все вы слышали о призывных животных? Нашими хозяевами являются няко-ниндзя, и мы находимся в их измерении в замке Нэкомата. Нам позволили прожить здесь до весны, и за это время вам надо многому научиться, а нам с Итачи и, возможно, ребятами постарше, заработать как можно больше денег для того, чтобы… чтобы было, на что жить дальше. Для того, чтобы жить в этом замке и находиться за пределами этих комнат, нужно соблюдать определённые правила и выучить местный язык. А после я хочу представить вас вашему новому учителю…
Ребята немного расслабились, а некоторые и скромно заулыбались. Шисуи выдохнул, признавая, что некоторые советы того типа из сна всё-таки оказались полезными.