Текст книги "Девятый муж не нужен (СИ)"

Автор книги: Мила Морес

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 22 страниц)

Глава 18

Кобальтовое небо устелено светящимися полосами. Так, словно одновременно падают всё звёзды. Выглядит волнующе и впечатляюще, но в то же время походит на конец света.

– Это айраконы, – говорит Дарисвальд, обнимая меня сзади. – Красиво, правда? Души, не нашедшие сосуд, витают над миром, а кажется, что всё звёзды падают одновременно.

– Удивительно, – прислоняюсь ухом к мужской груди, продолжаю смотреть на парящих духов. И говорить не хочется, настолько прекрасно это мгновение.

Дарисвальд мягко подхватывает меня, усаживает в кресло, собственнически прижимает к себе. Остальные отрываются от созерцания чудес местной природы, удовлетворённо откидывают головы и прикрывают глаза.

– Костёр разожжём, рыбку пожарим, – мурлычет Десидер и порывается забрать меня у Дарисвальда, но тот не даёт, поэтому Дес садится около моих ног, обхватывает голени.

– А у меня там торт готов, – чуть не забыла, зачем пришла.

– Здорово, – говорит Вонт, подставляя своё кресло к нашей компании. Чувствую его пальцы на спине. – Мне очень хочется сладкого. Такого, чтобы надолго вкус на губах…

Ловлю шальных мурашек и улыбаюсь. В сторону каменного домика не хочу смотреть, но взгляд магнитится. Здесь у нас полная идиллия, а там несчастная девушка. Но я поняла уже, что не смогу ей помочь.

– Может, перенесём пикник на завтра? – Дес поднимает голову. – Что-то я устал. В постельку хочется. В женскую, – игриво подмигивает.

Слуга в это время заносит обратно в дом рыбу, которую успел надеть на прутья, что-то бормочет себе под нос. А пока мы вяло идём к лестнице, бежит наверх, словно и не старик вовсе, а живенький молодец.

– Чего это он? – интересуется Дарисвальд, идя вслед за мной в коконе из Десидера и Вонтера.

– Ванну пошёл набирать, наверное, – подсказывает Априоль, и я понимаю, что он тоже идёт за нами, а за его спиной и остальные.

Выходим на второй этаж, идём в направлении спален. Все они недалеко друг от друга, каждую дверь видно. Мужчины уже откровенно меня домогаются, но делают это нежно и игриво.

Я всё думаю, они и правда намерены зайти разом ко мне или всё-таки я что-то недопонимаю? Волнуюсь. Сама не знаю, чего мне сейчас хочется. Любви – определённо, но этого мне пока не предлагали.

В общем коридоре замедляем шаг. Слуга с довольной улыбкой ведёт нам навстречу несколько роскошных девушек. Подталкивает по очереди в спину, говоря: «Для принца», «Для господина Дарисвальда», «Для сэра Вонтера», «Для мэтра Десидера»… Пока перечисление продолжается, ныряю под руку одного из мужчин, незаметно иду к своей комнате.

– Ну на хрен ты влез? – возмущается Десидер.

– Так… господин… это же… суббота ведь… а вы всегда…

Захожу в комнату, щёлкаю замком и больше не слышу того, что происходит в коридоре. Стою у двери пять минут, не ощущаю своих ног. Досада грызёт под кожей, а сердце обиженно сжимается.

– Дура, – обзываю себя, – надумала себе… Любовь-морковь… А у них просто суббота…

Снимаю платье, продолжая себя песочить. И стыдно оттого, что расплылась перед мужчинами, поддалась очарованию и напору, ещё и взаправду со всеми собралась любовь крутить. Ага, любовь. Понятно ведь, что им от меня нужно.

И всё-таки… Они же столько всего для кухни накупили. Это ведь для меня? Будто знали, что мне понравится… Дима мне разве что набор лопаток дарил. И то я сама заказала, а он позволил оплатить своей картой.

– На-а-адя, – Десидер дёргает ручку двери, – На-а-адь…

Иду в ванную, набираю воду, ныряю с головой. Хочется в тот чан, в котором я сидела с двумя мужчинами. В одноместной ванне чувствую себя одиноко.

Из коридора слышатся стуки и голоса. Кто-то ещё атакует мою дверь, а через десять минут всё затихает, и я выползаю, лениво иду в постель.

Досада – паршивое чувство. Не самое противное, но такое… гнетущее. Вроде всё хорошо, а в горле ком, в груди давит.

Сворачиваюсь клубочком, прислушиваюсь, что там творится в других комнатах, но этот огромный дом вмиг вымер. Видимо, звукоизоляция есть.

А перед глазами длиннющие ноги блондинок, которых услужливый Пант распределял между мужчинами. Моими мужчинами.

«Дура. Какие же они твои?» – ворчит внутренний голос.

Хочется заткнуть его, но он продолжает ворчать, напоминая, что у меня непослушные кудряшки, несимметричные веснушки, родинка над левой бровью, и зуб один стоит неправильно. Дима говорил красивая, с изюминкой. Ага. Теперь-то я точно знаю, какая изюминка его интересовала.

– Нэйдин, – вздрагиваю от близко звучащего мужского голоса, – не бойся, это я…

Дарисвальд заходит через балкон, в зубах цветок, и он быстро перехватывает его рукой, садится на край кровати.

– Зачем закрылась, пуговка? Я, конечно, и через балкон могу заходить, но удобнее через дверь. Это тебе, – протягивает благоухающий цветок на стройной ножке, и я принимаю с открытым ртом, а потом вдруг понимаю, что выгляжу глупо, и захлопываю рот. Растопил сердечко одним красивым жестом.

– А как ты… через балкон?

– Подтянулся и вот я здесь, – берёт мою свободную руку, подносит к губам.

– А как же… «суббота»?

– Ревнуешь?

Ничего не отвечаю, просто смотрю в синие глаза. Не верится, что этот мужчина казался мне суровым и пугающим. Что-то от дикого и необузданного в нём определённо есть, но это удивительным образом сочетается с душевностью и добротой.

Пользуясь моим замешательством, Дарисвальд склоняется, нежно целует и одновременно подсаживается ближе.

– Крошка, прости, что без стука… – в подсвеченном кольце появился Десидер с тарелкой в руках. – Я принёс тебе… Ты какого хера здесь? – рычит на Дарисвальда. – Прости, сладкая. Я думал, тебе скучно и одиноко, а вы тут…

– Я пришёл первым, так что проваливай, Бес.

– Ага, щас.

Десидер ставит тарелку на тумбочку, снимает брюки и залезает под моё одеяло. Дарисвальд, недолго думая, делает то же самое, я и оказываюсь зажатой между двумя голыми мужчинами.

Лежу в напряжении и стараюсь повыше натянуть одеяло. Можно было бы успокоиться и расслабиться. Моя честь давно прогуляна и беречь больше нечего. Но на балконе кто-то чертыхается, а через минуту мы видим Вонтера, входящего в комнату с букетом.

Я приподнимаюсь на локтях, невинно улыбаюсь. Мужской взгляд оценивает обстановку прищуром. Слышатся непонятные ругательства в адрес Дарисвальда и Десидера.

– Значит, пока я за цветами побежал, вы уже тут… А я думаю, какого хе… кхм… зачем отключились…

– Отключились? – прокашливаюсь. – Значит, вы можете отсоединяться от других?

– Да, от всех, кроме айракона, – говорит Дес и невзначай подвигается ближе ко мне, кладёт руку на талию. – Хочешь, я их выгоню?

– Хрен тебе, Бес. Пусть Надя сама выберет.

И смотрят втроём на меня. Я пожимаю плечами.

– Значит, по старинке решим, – говорит Дарисвальд, медленно поднимаясь, нехотя откидывая одеяло. – Боем.

– Подождите, – хватаю его за руку, – каким ещё боем?

– Ну как… Драться будем. Кто победит, тот с тобой останется.

– Не надо никакого боя, – поднимаюсь, обхватываю широкие плечи.

– Значит, со всеми будешь? – грозно вопрошает Дар, пока я стою на коленях за его спиной. Вряд ли моя сила его сдержит, но мне так чуточку спокойнее.

– Буду.

Вонтер прячет улыбку, Десидер непривычно притих, Дарисвальд улыбается так, что шевелится не только борода, но и уши.

– Вы это специально, да?

Десидер подкрался со спины, скатывает бретельки с моих плеч. Дарисвальд разворачивается, тоже становится на колени. Вонтер упруго подбирается ближе.

Хищники хитростью поймали добычу в ловушку. А добыча не против. Она втайне мечтала, чтобы ей не оставили выбора.

– Все иллюзии прогнали, пуговка, – бархатно шепчет Дар, – мы хотим только тебя. Ты же не против, что парни посмотрят?

– Нет, – когда он говорит со мной так, я согласна на всё.

Десидер и Вонтер посмотрят. Пусть смотрят. Пусть участвуют.

– Значит, они ненастоящие? – спрашиваю срывающимся шёпотом.

– Пант мастер иллюзий. Пошёл раздавать свои творения слугам. Недоволен как чёрт. Говорит, даже принц отказался.

Вонтер глухо смеётся и стаскивает брюки. Член пружинисто выныривает из-под ткани, устремляется в моём направлении. Сзади Десидер упирается в меня грозным стояком.

Я не знаю, что делать, а мужчины сами придумывают раскладку. Десидер давит мне на поясницу, заставляя оттопырить попку, и я прогибаюсь, ближе подтягиваюсь к Дарисвальду. Он щекочет меня пылкими поцелуями, умножает желание. Вонтер становится на колено у кровати, жадно приникает к моим соскам.

– Сладкая девочка, – мурлычет Десидер и ложится под меня.

Моя влажная киска на его губах, и я неуверенно двигаюсь, желая сорвать все возможные ощущения. Он потрахивает языком, искусно вылизывает, глухо стонет от удовольствия.

Вонтер и Дарисвальд меняются местами. Один терзает распухшие губы, второй ласкает груди. Меня слишком мало для трех огромных мужчин, но они находят свободные участки трепещущего тела, ласкают, заставляя истово стонать и поскуливать.

– Пожалуйста… Хочу… Внутри…

Десидер поднимается, снова давит на поясницу и пристраивается сзади. Я упираюсь локтями в Дарисвальда, он перехватывает меня, слегка смещает, и моё лицо останавливается над его членом.

Десидер плавно входит и разражается самым потрясающим мужским стоном.

– Тугая крошка, – бормочет, подкидывая мне повод для возбуждения.

Дарисвальд притягивает меня к члену, и я открываю рот, впускаю его. Вонтер поглаживает мою прогнутую спину, ловит обнажённые груди и неспешно водит рукой по мощному члену. Я вижу его краем глаза, остальное внимание на ощущениях сзади. А член во рту скользит сам. Дарисвальд раскачивается, поигрывая головкой у меня между губами.

Десидер ускоряется, пошло качает мной на члене, и я мычу с заполненным ртом. Слишком вульгарно, пошло, порочно, но… так приятно.

– Дай мне, – хрипло говорит Вонт и сдвигает Десидера. Я чувствую, как он выскальзывает, а меня заполняет второй член. Ягодицы обжигает острый шлепок и там же ощущается нежное поглаживание. – Тебе нравится, Нэйди?

Согласно мычу, принимаю член Дарисвальда глубже в рот. И половину не обсосу, но стараюсь и наслаждаюсь. Он откликается, стонет и молит, чтобы я не останавливалась. А я не могу остановиться. Вонтер раскачивает меня, заставляя принимать то его, то член Дара как можно глубже.

Упасть ниже невозможно, и теперь мне окончательно плевать.

– Чёрт, нет… – негодует Вонт. – Только не сейчас… Аир… нет.

Отпускаю член Дарисвальда, оглядываюсь. После короткой паузы Вонтер продолжает двигаться, по новой наращивает темп. Десидер перехватывает мой рот, жадно целует, и я приподнимаюсь, теперь стою почти вертикально.

Член не останавливается внутри, а руки Вонтера берут меня за локти, заставляя изогнуться. Десидер продолжает целовать и отвлекать. В его взгляде волнение, и я догадываюсь почему. Сейчас не вижу глаза стоящего сзади, но знаю, что они изменили цвет.

Теперь они белые.

С вертикальным зрачком.

Глава 19

– Не волнуйся, крошка, – шепчет Десидер слегка виновато, – он не причинит тебе вреда. Сорвался, вытолкал Вонта. Слишком хотел тебя.

Десидер говорит всё это, пока меня с жёстким захватом трахают сзади. Он извиняется, а я борюсь с собой. Мне нравится то, что они делают, нравится то, что Аир вломился как незваный гость, но в то же время немного обидно, ведь я не давала на это согласия.

Шлепки по ягодицам учащаются, Десидер перекрывает ощущения поцелуями в губы, Дарисвальд ловит мои соски. Оба пытаются ослабить захват, в котором меня удерживает Аир, но он не подпускает их. Продолжает фиксировать мои руки, заставляя прогнуться назад. Чувствую его власть над своим телом. Одурело наслаждаюсь жёсткими рывками на грани насилия.

– Хватит, Аир, – говорит Дарисвальд, – отпусти малышку, ты делаешь ей больно.

Айракон не повинуется, не сбавляет темп. Продолжает таранить меня, подтягивает к себе, обхватив одной рукой талию. Я прижата лопатками к груди Вонтера, на шее крепко сомкнута его ладонь. После попытки Дарисвальда её ослабить, его отбросило в сторону, и он скатился с кровати. Точно так же упал Десидер, попытавшийся подойти сбоку.

За спиной рычание, бёдра горят от шлепков, а член мельтешит с такой скоростью, что, кажется, будто он всё время во мне.

Я должна разозлиться, хоть что-то сделать, чтобы он остановился, но я не хочу. Аир не делает мне больно, просто удерживает, чтобы у меня не было шанса отстраниться. И его рука на шее кажется естественной. Никогда не понимала, зачем так делают, никогда не хотела попробовать, но сейчас…

Я на грани… Что-то невообразимое творится во мне. Оргазм подкатывает как сокрушительный торнадо и обрушивается на моё трясущееся от продолжающихся проникновений тело.

Я кончаю под бурные рывки, стону, кричу и затыкаю свой крик мужским плечом. Это Дар вернулся ко мне, обнимает, целует, и я обхватываю его, насколько могу, впиваюсь ногтями в его спину. Хочется плакать, но я лишь жалко всхлипываю.

Аир кончает, издавая дикий стон голосом Вонтера. Одновременно с ним кончают Десидер и Дарисвальд. Их семя брызгает на меня, и они вытирают головки о моё тело.

Опускаюсь на Десидера, продолжаю дрожать и всхлипывать. Ничего не ощущаю, кроме дрожи. Даже сердце затихло, словно продалось другому человеку… Или не человеку вовсе.

Мне бы сейчас поступить, как должна порядочная героиня – развернуться к Аиру, дать оплеуху и добавить что-то вроде: «Да как ты посмел?!». Но я лежу молча, не ропща, лишь удивляясь тому, как я изменилась. Мужчины поглаживают меня и что-то шепчут.

– Твою ж мать… – Вонтер вернулся. – Ты как, крошка? Прости. Я не мог сопротивляться. Зверюга тебя измотал?

Поднимаю голову, улыбаюсь. Мужчины злятся и терзаются чувством вины. А мне хорошо. И плевать, что я вся в сперме. Плевать, что это похоже на насилие.

– Всё хорошо, – говорю с улыбкой. – Я немного устала, но… всё хорошо. А вы не ушиблись? Зачем он вас столкнул?

– О нас не волнуйся, Нэйди. Аир тренирует нашу реакцию.

Десидер подхватывает меня, несёт в ванную, сам обмывает моё тело, а я и стоять не могу. Всё дрожит. В теле незнакомое ощущение, и я даю ему безошибочное название – перерождение. Да, я будто обновилась, переродилась, открыла наконец глаза после долгой жизни в виде сомнамбулы.

– Сладкая моя, прости, – Десидер сокрушается, стоя на коленях, упирается головой в мой живот. – Прости… Если бы я мог его остановить… Я ненавижу себя. И за ту эстрату… И за это…

– Всё хорошо, Дес, всё хорошо.

Он подхватывает меня, несёт на кровать, ложится рядом, обнимает. Остальные приводят себя в порядок и тоже укладываются с нами. Вонтер перетягивает меня на свою грудь, поглаживает и целует в макушку.

Последнее, что чувствую перед отключением – холодок, смахивающий волосы с моего лица.

* * *

Утром моя комната оказалась устелена лепестками невиданных голубых цветов. И на кровати, и на полу. Дарисвальд, Вонтер и Десидер ещё спали, когда я подняла голову, поэтому сразу стало ясно, кто так постарался.

– Полежи ещё, крошка, – сонно бормочет Вонтер.

А я выползаю из-под его руки, откладываю властную лапу Десидера, вытаскиваю ногу из захвата Дарисвальда. Бегу босиком через комнату. Голубые лепестки подлетают под ногами, и кажется, что это знакомый дух создаёт в комнате магию.

Привожу себя в порядок, надеваю трусики, мягкий сарафан. Дарисвальд лениво заходит в ванную, обнимает со спины, сладко целует.

– Аир просит прощения, – указывает на лепестки.

– Он так сказал?

– Нет…

– Значит, не просит. Да и не за что, – перехватываю взгляд вошедшего Десидера. Он всё такой же виновато-озлобленный. – А как мне поговорить с Аиром? – спрашиваю Дарисвальда.

– Он тебя всегда слышит, так что можешь сказать всё, что о нём думаешь, глядя мне в глаза.

– Да ничего я не думаю. Просто хотела сказать, что в моём мире принято сначала ухаживать за девушкой, а потом всё остальное, а не наоборот.

– Виноваты, – говорит Десидер, – исправимся.

– Это претензия не к вам, а только к нему, – взмахом указываю на голубые лепестки. – Но… если честно, мне всё понравилось, – неуверенно улыбаюсь и заглядываю в глаза Вонтера.

– Правда? – Дарисвальд подошёл ближе, подхватил меня за талию, усадил на каменный умывальник. – Тебе понравилось, как этот зверюга тебя таранил?

– Да, – опускаю уже не невинный взгляд, – всё понравилось, – прикасаюсь рукой к своей шее. – У меня такого никогда не было… И это было очень дерзко, но приятно.

Разворачиваюсь к зеркалу, смотрю на себя, ищу следы на шее. Ничего лишнего, совсем ничего. Будто и не было руки, отнимающей моё дыхание.

– Понравилось, – мужчины переглядываются. – А мы думали, ты никого больше к себе не подпустишь.

– Значит, любишь жёстко? – голос Вонтера просел. – Хочешь ещё, малышка? – отталкивает Дарисвальда, пристраивается между моими ногами. – Мне вчера перепало меньше всего. Аир подло меня отключил.

– Хочу…

Вонтер резко подтянул меня к краю, соблазнительно тряхнул членом, прошёлся носом вдоль моей шеи. Я завелась от одного дикого проявления желания. А он продолжил в своём обезоруживающем, нахрапистом стиле. Откинул мою юбку, одним пальцем сдвинул трусики, не упустив возможность погладить меня прямо там.

Всего пара мгновений, и он входит в меня, попутно сжимая грудь и покусывая губами шею. Я хватаюсь за его плечи, вжимаюсь в грудь с татуировками. Хочу провести по всем узорам языком.

– Да-а… Ещё…

– Плохая девочка, – возбуждённо шепчет Вонт и подхватывает меня под ягодицы, несёт в комнату, укладывает на кровать. Член ни на секунду не выскальзывает, продолжает вколачиваться в меня, пока я лежу с задранными ногами.

Вонтеру мало резкости, и он перекидывает меня на живот, подтягивает к себе, ставя на четвереньки. Вколачивается сзади, похотливо сминая ладонями мои ягодицы. Палец прикасается ко второму отверстию, и я на секунду зажимаюсь, словно боюсь впустить.

– Нет, Аир… Твою ж… нет… – останавливается. – Сладкая, кого ты сейчас хочешь, меня или его?

– Тебя.

– Ха, понял? – говорит сам с собой.

Голубой ветерок пролетел по комнате с явным недовольством, а Вонтер снова вогнался в тупик. Резко, уверенно, грубо, но всё же не так… Без захвата шеи. А мне почему-то хочется, чтобы моё дыхание снова обрывалось.

В итоге из комнаты я выхожу на слегка дрожащих ногах. Мужчины меня поддерживают, и только благодаря им я иду. Из других комнат выглядывают Априоль, Тройсен, Джаймир, Геликус и Эндрай. Все взлохмаченные, с влажными волосами и горящими глазами.

Сегодня у нас поздний завтрак. Меня одаривают такими взглядами, словно я спустилась с небес. Особенно обескураживает то, что так на меня смотрят даже те, кто вчера с нами не был.

– Дар, – трогаю рукав сидящего справа, шепчу: – Ты когда говорил «парни посмотрят», имел в виду Десидера и Вонта, да?

Головы подняли все. Ну да. Как тут секретничать, если они всегда на связи? И ответа больше не жду, потому что читаю в глазах Априоля, что он тоже вчера был с нами. А в остальные глаза смотреть стыдно. Слишком много в них похоти, вожделения, невысказанных слов и… необъяснимого восхищения.

– Мы все хотим тебя одинаково, – отвечает Дар.

Бросаю взгляд в конец стола. Оттуда на меня прицельно смотрит Геликус. В его глазах какой-то насмешливый вопрос, но он молчит, лишь слегка приподнимает бровь, не тронутую шрамом.

– Госпожа, прикажете подавать торт? – спрашивает Пант, и только после этого мы с Геликусом разрываем волнующий зрительный контакт.

– Торт! – выпрыгиваю из-за стола. – Спасибо, что напомнили, Пант! Кто-нибудь помогите мне его донести! – бегу на кухню, порываюсь поднимать торт, но меня отодвигает Геликус, переносит моё творение в столовую, водружает на отдельный круглый столик.

Порхаю вокруг, разрезаю на куски, раздаю мужчинам по тарелке. Дар и Вонт пытаются меня перехватить, когда я пробегаю мимо них, но я не даюсь. Пока всех не обслужу, не сяду. И приятно мне ухаживать за мужчинами. Их благодарно-восхищённые улыбки – моя награда.

– Ну, пробуйте, – стою над столом, складываю ладони перед грудью.

Мужчины пробуют, одобрительно кивают, а я радуюсь пуще девочки, которой подарили девять кукол.

Обхожу стол повторно, останавливаюсь возле каждого, спрашиваю мнение о торте. Все хвалят, а я будто пытаюсь найти в их словах подвох. Сама пробую – всё идеально.

Останавливаюсь возле Геликуса, неприлично наблюдаю, как он ест.

– Слишком сладко? – спрашиваю почти обиженно. – Ты не любишь сладкое?

Мужчины на другом конце посмеиваются, и я бросаю на них приструнивающий взгляд.

– Очень вкусно, – отвечает Гели, коротко взглянув на меня, – я люблю сладкое.

– Почему у меня такое ощущение, что тебе не нравится?

– Мне всё нравится, – прокашливаясь, говорит Геликус. – Спасибо, Нэйдин. У тебя золотые руки, – задерживает взгляд на моих ладонях и туго сглатывает.

– Я пока присяду здесь, – бегу за стулом, но Априоль меня опережает, приносит стул, ставит рядом с Геликусом. – Поем с тобой. Ты не против?

– Если тебе так хочется, конечно.

– Знаешь, мне показалось, ты чуть более весёлый человек. Куда подевалось твоё настроение? – тянусь к Геликусу, убираю крем с краешка губ. Он замирает и дарит мне взгляд, полный мольбы. Только о чём он просит, я не знаю. То же самое проделываю с сидящим рядом Эндраем. Он увереннее подставляет губы и будто ждёт чего-то ещё.

– Я просто не хочу тебя смущать и… пугать, – говорит Геликус.

– Ты меня не пугаешь, Гели. Я тогда плакала не из-за тебя, а потому что разом всё навалилось. Это был нервный срыв. Извини, если я заставила тебя думать, что ты пугающий. Ты очень… привлекательный.

Поднимаю ладонь, он следит за моими пальцами, ни на мгновение не выпускает из виду, и я прикасаюсь к его лицу, веду кончиком пальца по шраму: ото лба, по брови, по косточке вокруг глаза и до выступающей части скулы.

– Нэйди, – с обратной стороны стола прокашлялся Дарисвальд, – мы сейчас все дружно кончим, а нам пора работать.

Отрываю взгляд от Геликуса, отдёргиваю пальцы. Я и правда увлеклась. Кажется, слишком долго гладила его шрам.

Возвращаюсь на место между Дарисвальдом и Вонтером, не слушаю мужской разговор, скромно ем торт и нескромно смотрю в конец стола. Геликус теперь сидит не сбоку, а на торце. Смотрит на меня, а не на торт, который ест. И взгляд у него такой… горящий. Гели обещает съесть любую мою сладость, если я буду прикасаться к нему чаще.