Текст книги "Девятый муж не нужен (СИ)"

Автор книги: Мила Морес

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 22 страниц)

Глава 24

Вечером меня к себе пригласил Трой. Он чувствовал себя обделённым моим вниманием, поэтому попросил остальных спрятаться. Всё это сквозь смех рассказал мне, когда мы вошли в его спальню.

– Теперь я только твоя, – говорю с улыбкой.

Думала, нас там ждёт подготовленная постель, но нет. В центре стоит красиво сервированный столик с букетом синих цветов. Я восторженно их обнюхиваю и чихаю.

– Извини, – прикрываю нос.

Трой подаёт мне салфетки. Снова чихаю. Надо прекращать нюхать эти цветы. Уже очевидно, что у меня на них аллергия.

– Похоже, Марсания не очень любит женщин, – шмыгаю носом, садясь за стол, а Трой выносит вазу за дверь, отдаёт Панту и просит убрать все цветы из дома. – Значит, ты ждал меня на романтический ужин, а я думала… – указываю глазами на кровать.

– О, это необязательно… Я, конечно, тебя хочу, но свою порцию удовольствия получаю каждый раз, когда ты с кем-то другим. Так что я не для секса тебя пригласил. Чувствую, что мои шансы меньше, чем у остальных, поэтому…

– Ты ошибаешься, Трой. Твои шансы такие же, как у всех.

В этот романтичный момент, сопровождающийся нашими многозначительными переглядываниями, боковая дверь плавно открылась и из-за неё показалась морда гепарда. Я в испуге дёрнулась в сторону Троя, спряталась за его спиной.

– Уйди, Ками, – шипит Трой и идёт к огромной кошке, – я же сказал, сиди там и не высовывайся, – наклоняется к гепарду, берёт за ошейник и оборачивается ко мне с читаемым чувством вины. – Извини, Нэйди. Он тебя напугал?

– Немного, – я всё ещё стою на том же месте, зачем-то прижимаю руки к груди.

– Он неопасен, а всех своих знает по запаху. И тебя тоже. Но я не выпускал его, чтобы совсем не снизить свои шансы, – Трой мило улыбнулся и попытался запихнуть Ками за дверь, но наглая морда упёрлась, смотрит на меня зелёными глазищами. – Да уйди ты.

– А можно его погладить? – делаю шажок вперёд. – Я никогда не трогала диких животных, но хотела. Мне вообще кошки нравятся. А твой Ками очень милый.

– Правда? – Трой приподнялся.

– Да, – подхожу ближе, видя, что опасности любопытная кошка не представляет. Сажусь рядом, несмело тянусь рукой к пятнистой мордочке. Зелёные глаза следят за каждым моим движением. В них читается снисходительное разрешение себя погладить, и я запускаю пальцы в плотную шерсть. Она короткая, но пальцы всё равно тонут.

Чешу Ками за ухом, невдумчиво бормочу нежности, как милому котёнку. Отрываюсь от общения только когда понимаю, что мы с Троем слишком долго молчим. Его взгляд щекочет меня со всех сторон.

– Ты удивительная женщина, Надя, – бархатно шепчет. – В первую нашу встречу мне показалось, айпард тебя испугал, поэтому я прятал его. У меня и так много недостатков, а тут ещё и… багаж. Ками мне дорог. Он со мной со дня вторжения гесейр. И я очень надеялся, что вы подружитесь. Он не агрессивный, но на чужих может бросаться. Я не вполне уверен, но мне кажется, он рождён в Айнхалле после Мирноденствия, и у него способность чувствовать негатив. Ну, например, на Десидера кидается, когда тот злой.

– На Десидера, – улыбаюсь, продолжая гладить Ками, – за что ты его не любишь? За мерзкий характер?

Айпард рыкнул в ответ, имея в виду что-то своё. Это было очень умилительно.

– Тебе правда он нравится? – переспрашивает Трой.

– Не могу представить себе, чтобы такой красавец кому-то не нравился, – поднимаюсь на ноги, иду к столику, а Ками хвостиком за мной, садится рядом, и когда я опускаюсь на стул, кладёт свою мордашку мне на колени. – Кажется, у нас уже любовь, – смеюсь.

– Фух, – Трой радостно улыбается и тоже садится за столик. – Ну хоть это не обрушило мой рейтинг. Шанс ещё есть, да?

– Трой, твои шансы такие же, как и у остальных. Ты очень красивый, умный, порядочный. Оказывается, животных любишь. А это сразу делает тебя на сорок процентов привлекательнее.

Трой улыбнулся такой улыбкой, от которой у меня пробежала щекотка. Я слегка поёжилась. Приняла наполненный бокал, чуточку отпила и отбила волнующий взгляд. Так бы мы и сидели, предвкушая следующую часть свидания, если бы после тяжелого вздоха Трой не перешёл к важному разговору.

– Мы уже поняли, что в твоём мире предложения делают иначе, – он говорит быстро, словно боясь остановить самого себя. – Мы не знаем как, поэтому действуем, как слепые ослёны. В большинстве случаев в Айнхалле браки формируются согласно родовому договору или по предварительному выкупу. Знаешь, что это?

– Нет, но могу догадаться.

– Да, это когда с рождения у всех предопределено, кто с кем составит пару. Маги женятся только на девушках, в чьих семьях тоже есть маги. Женщины не обладают силами, но это не означает, что в их крови нет магии. Так вот… Я хотел предупредить, точнее сказать тебе об этом первым… – Трой перевёл дыхание и обречённо поднял глаза. – У меня есть невеста.

Я поперхнулась и прижала ладонь к груди. Ками лизнул мою вторую руку.

– Что? – переспрашиваю, потому что Трой ничего не говорит, не спешит весело кричать, что он пошутил.

– У меня есть невеста. Я заключил договор тридцать лет назад как раз перед нашествием гесейр. Сейчас моей невесте около тридцати пяти. Я подобрал её для себя в роду одного графа. Видел её лишь в пятилетнем возрасте. Договор не расторгнут, поэтому официально она моя невеста.

– Я не понимаю…

– Все девочки стали носителями молодых духов гесейр. Они растут вместе с ними, и сейчас в теле моей невесты созревший дух гесейры. Полагаю, она живёт примерно такой жизнью, как мы видели в королевском замке. Конечно, это не причина для расторжения помолвки, поскольку Лаштин не руководит своим телом. Согласно договору, я не имею права расторгнуть помолвку без согласия члена её рода.

– Вот это новости… А… Извини… Фух… Боже, я не знаю, что сказать.

Поднимаюсь из-за стола, айпард вынужденно отходит. Кажется, даже этот милый кот смотрит на меня с сочувствием. А я не знаю, куда себя подевать. Топчусь на месте, нелепо вращая своё тело. В один из поворотов случайно цепляю скатерть. А дальше всё, как в самой печальной мелодраме. Звон стекла, испуг и растерянность, попытки убрать осколки в нервной суете.

Боже, я даже не помню, была ли настолько растеряна когда-либо в своей жизни!

Резко вспоминаются все улыбки Троя, его опаляющие и говорящие взгляды. Теперь в них видится скрываемая грусть. А тот поцелуй сквозь решётку… Он отпечатался в памяти как нечто невероятно сладкое. А что выходит теперь? Я его украла?

– Не надо, Нэйдин, – Трой уговаривает меня отойти от осколков. – Я сам. Ты хочешь о чём-нибудь спросить? Может, тебе интересно, кем я был раньше?

Упрямо присаживаюсь на корточки, пытаюсь собрать осколки. Один из них впивается в палец, и я отдёргиваю руку, сжимаю рану. Тройсен перехватывает, подносит к губам и нежно облизывает мой порез.

Я рассматриваю прекрасное мужское лицо и чётко осознаю: «Не отдам. Он мой. Пошла к чёрту его невеста! Не отдам, и всё!».

* * *

После разговора с Тройсеном на душе стало паршиво. Я даже не пыталась уснуть в своей постели, сразу пошла к Десидеру. Вот только его дома не оказалось. И никто не пожелал ответить мне, где он.

Я нашла для себя другое убежище. Пошла к Дарисвальду. Залезла на кровать, прижалась к могучей груди. Стало чуточку спокойнее, но остановить мысли не удалось.

Трой поступил как порядочный мужчина. Сразу выдал, в чём его главный недостаток. Если бы мой бывший был хотя на грамм такой же порядочный, я избежала бы сильной боли.

– Дар… – шепчу, слушая мирное биение его сердца.

– Всё будет хорошо, моя девочка. Мы всё уладим. Ни о чём не беспокойся. Тебе достаточно лишь сказать, чего ты хочешь.

– Я боюсь боли. А чем больше мужчин, тем больше её может быть. Пусть сейчас всё идеально. Мы влюблены. Но что будет потом? Не хочу однажды проснуться и осознать, что…

– Всё будет хорошо, крошка. Мы без ума от тебя. И раз такое дело, позволь, – Дар потянулся к тумбочке, взял с неё миниатюрное украшение, поднёс к моей груди. – Ты примешь мой кулон? Я буду порядочным мужем, обещаю. Все четыре сотни лет буду любить тебя и носить на руках. Хочешь, даже бороду сбрею, если она тебе не нравится?

– Мне всё в тебе нравится, Дар, – целую его, и он отвечает мне с такой нежностью, которая абсолютно не согласуется с его внешним видом.

– Кроха, кхм, – голос Вонтера заставляет нас оторваться друг от друга. – Мне жаль вас прерывать. Хотя… Кому я вру? Ни хрена мне не жаль, – ложится за моей спиной, обнимает, целует в шею. – Надя, ты выйдешь за меня? Обещаю любить тебя до конца дней.

– Вы такие… – всхлипываю. – Такие…

– Ну-ну, крошка, не плачь. Ты ведь согласна, да?

– Да, – многократно киваю.

Пока лежим в постели, мило болтаем. И нет ни намёка на пошлость в наших отношениях. Мы лучше узнаём друг друга, открываемся, обмениваемся взглядами.

Дар рассказывает, как стал главой города. Оказалось, у него и раньше был управленческий опыт. Когда-то давно он был герцогом, но утратил титул из-за ошибок молодости. Мягко говоря, он вёл разгульный образ жизни и потерял состояние, а во Льдистые скалы пошёл за переосмыслением, поиском цели в жизни. Так, когдатошний гуляка стал первооткрывателем и проводником для других.

Дарисвальду стыдно припоминать прошлое, потому он не вдаётся в детали, рассказывает отстранённо.

Историю Вонтера я прослушала с не меньшим интересом. Оказалось, он в прошлом великий военачальник. Служил при короле, то есть при отце Априоля. Вся его жизнь была связана с военным делом, хотя Айнхалла долгие годы жила в относительном спокойствии. Ни войн, ни нападений. Вонт говорит, что это расслабило всех. Как такового войска не было, потому и выступить против гесейр айнхальцы не могли.

Между тем узнала и о других мужчинах немало интересного. Например, манеры принца Априолю привил слуга Пант. Он долгие годы работал в замке при короле, а принца знал с младенчества. Тройсен занимается финансами. У него ментальная способность жонглировать цифрами.

Глава 25

Наконец, спустя три дня объявился Десидер.

Как ни в чём не бывало вошёл в столовую во время завтрака. Сел около меня, перехватил руку, поцеловал и сразу пошёл к своему месту. Эндрай вошёл вслед за ним. Тоже склонился ко мне, но вместо руки выбрал щеку. Оставил на ней мягкий поцелуй и занял место за столом.

Сидят, завтракают, смотрят на меня голодными глазами. Только изредка мелькающая усмешка подсказывает, что в это же время Дес что-то передаёт остальным. И ощущение такое, словно эта информация прямиком касается меня.

После трапезы хотела перехватить Десидера и Эндрая, но они быстро скрылись из виду, а меня в капкан заключили Вонтер и Дарисвальд.

– Вы это специально, – мурлычу в широкую грудь. – Я хотела с ними поговорить. Пора уже всё прояснить. Ерунда какая-то выходит. Ни с кем нормально не поговорили. Тут ещё и у Троя, оказывается, невеста… Я не понимаю, зачем вам я… Любовницей я уже была. Больше не хочу. Мне нужна семья. Муж… мужья, дети, дом. Я хочу спокойной и размеренной жизни. Без недомолвок, секретов и проблем.

– Кроха, пойдём на улицу, – Дар приподнимает меня, несёт на террасу. – Нас ждут.

Пока плыву по воздуху, продолжаю возмущаться, а на улице резко закрываю рот.

Перед ступеньками полукругом выстроились мои мужчины. За их спинами широкая цветочная арка. Звучит лёгкая музыка, а Аир разбрасывает розовые лепестки.

Дар подхватывает меня под руку, ведёт вниз, останавливается перед Десидером, стоящим во главе роскошного ряда мужчин. Только сейчас замечаю, что на нём непривычная для этого мира одежда. Рубашка невероятно белая, брюки слишком гладкие.

– Надя, – говорит Дес, – ты лучшая женщина, которую я встречал. Я без ума от твоей улыбки, я дрожу, когда ты смотришь на меня вот так проницательно-пытливо, и я восхищаюсь твоей силой воли. Я влюбился в тебя с первого разговора, и с тех пор нахожу покой только в твоих объятиях.

Десидер неожиданно становится на одно колено, протягивает мне раскрытую блестящую коробочку и говорит:

– Пожалуйста, будь моей женой, – смотрит на меня с ожиданием и мольбой. Не выдерживает даже двадцати секунд, продолжает требовательно: – Надя… Ты ответить не хочешь? Если тебе нужно подумать, я пойму.

– Я согласна, – выдавливаю и всхлипываю.

– О, крошка, – подскакивает, хватает меня в охапку, кружит над землёй, – я люблю тебя, Наденька. Ты моя сладкая малышка.

– Ну, поставь уже, поставь, – хохочу, – я же не рассмотрела, что там в коробке.

Не успеваю заглянуть. Десидер забирает украшение, надевает мне на палец, и я снова всхлипываю.

– Камень просто огромный! – прикрываю рот. – Но невероятно красивый! Спасибо, Дес! – обнимаю его. Белая рубашка впитывает мои слёзы. – Ты идеален… Я, кажется, тоже тебя люблю.

– Без «кажется», Надя.

– Да, без, – всхлипываю.

– Поняли? – Десидер самодовольно ухмыльнулся и послал всем взгляд победителя.

Дар и Вонт промолчали, но посмеялись, маскируя это потиранием носа. А Джай и Гели не упустили шанса поддеть Десидера.

– Надя уже дала нам своё согласие.

Выражение лица Десидера мне захотелось запечатлеть в памяти надолго. Жаль, что под рукой не оказалось фотоаппарата.

– А предупредить не могли, нет? – Дес фыркнул и подтолкнул Эндрая в спину.

Младший неуверенно подошёл ко мне, смотрит сверху, что-то слушает в своей голове. Это видно по залёгшей между бровями складке.

– Ты прекрасна, Надя, – говорит своим мягким голосом. – Я начал думать, что сделал неправильный выбор, когда переселился в Марсанию. Решил, что на Земле все такие, как ты – красивые, умные, благородные, нежные. Но за эти несколько дней убедился, что это не Земля такая особенная, а ты. Мы с Десом побывали там, откуда ты родом. Видели, как живут нынешние земляне. Там ничего не изменилось за пятнадцать лет. А девушку хоть на треть похожую на тебя мы так и не встретили… Нет, ты не подумай, мы не за этим туда ходили. Это просто любопытство. Мы хотели узнать, что нравится женщинам Земли, и как правильно делать предложение, чтобы девушка мечты не отказала, – Эндрай сделал паузу, взволнованно втянул воздух. – Я для тебя слишком юн, так ты думаешь. Но ты должна знать, что моя душа прожила уже две жизни. Я осознанно ушёл с Десидером и Вонтом, когда они предложили перейти в мир айраконов. Я должен был стать сосудом для Аира, но его сила выбрала меня как владника. Так выяснилось, что носителей магии владыки восемь. Аир остался без тела и больше не пытался его найти.

– У Аира может быть своё тело?

– Предположительно, но эксперименты не дали результата.

– Подожди, но ты же говорил, что сестра держала тебя за руку, когда…

– Да, сестра милосердия. Мы с ней гуляли по саду. Я спрашивал её о цветах, каждый раз хватая за руку. Она по-доброму ругалась, а потом сама брала мою ладошку и с запоем рассказывала о тюльпанах. Да, Нэйди, я рос в приюте. Туда привозили брошенных детей. Тех, у кого были физические недостатки или умственные отклонения.

– Не понимаю…

– В детстве я хромал и говорил со значительными дефектами. Всё это исчезло, когда я оказался в мире айраконов… Не стоило, наверное, говорить об этом сейчас. Я должен был просто сделать предложение и выдержать твой ответ, – Эндрай грустно улыбнулся. – Тебе не оставили выбора. Я иду в комплекте с остальными. Но я очень хочу быть в числе твоих мужчин. Я люблю тебя, Надя, и прошу стать моей женой.

Протягивает мне кулон в виде нераскрытого тюльпана. На первый взгляд это капля, но на деле именно тюльпан.

– Я согласна, Эндрай. Ты очень юный, красивый и соблазнительный. С моей стороны глупо отказываться. Но, помимо этого, ты нравишься мне добротой, искренностью и мышлением не по годам. Я постараюсь быть тебе хорошей женой. Эндрай – это ведь Андрей, да?

– Да, – улыбается.

– Андрюша, значит, – глажу его щеку, прикасаюсь к ней губами. Он хитро поворачивает голову, целует в губы. Мягко, нежно, с трепетом, доводящим до головокружения. Мягкие руки обхватывают мою талию, прижимают к торсу.

– Стоп-стоп, Андрюшка, – со смешком говорит Дес, – ещё Трой.

Эндрай нехотя отстранился, надел мне кулон и отошёл.

Трой стоит напротив, смотрит исподлобья и досадно поджимает губу.

– Сейчас я больше всего жалею, что подписал договор о помолвке. Он не позволяет мне сделать предложение женщине, которую я безумно люблю, и с которой хочу провести всю жизнь. Но я решу этот вопрос, и тогда ты от меня не отвертишься, Нэйдин. Ты нужна мне. Я хочу быть с тобой. Хочу растить наших детей в этом прекрасном месте. Я знаю, что для тебя значит замужество, и что ты ни за что не сойдёшься с тем, у кого есть незавершённые отношения. А предложение авансом вроде как не делают. Прости, что так вышло. Я постараюсь решить всё как можно скорее. Просто хочу получить от тебя хотя бы маленький намёк, хочешь ли ты видеть меня своим восьмым мужем или нет.

– Хочу, Трой, – беру его за руку, – я уже в мыслях считаю тебя своим и не хочу ни с кем делить. Ты важен для меня, как и остальные. Но ты прав, нужно чтобы всё было по-честному. Может, та девушка тебя ждёт, мечтает о тебе как о принце. А я, получается, отнимаю у неё законное счастье.

– Наш мир меняется, Надя, – говорит Вонт. – Таких как Трой сейчас сотни тысяч. Мало кто найдёт свою пару и заключит брак. Всё разрушено. Незачем откладывать нашу свадьбу.

– Это неправильно. Извини, Трой. И вы, ребята, тоже. Лучше сначала всё уладить. Расторгнуть помолвку, если ты действительно этого хочешь…

– Ты не сможешь забеременеть без него, – вмешивается Дар, – а мы уже хотим заполнить тебя нашими малышами.

– Не понимаю…

– Тут такое дело, сладкая, – Априоль подхватил меня на руки, несёт к креслу на террасе, усаживает нас обоих, – чтобы ты забеременела, тебя должен оплодотворить айракон. А все мы сейчас носители частички его души и магии. Так что…

– Не хочешь же ты сказать…

– Да, кроха, – говорит Дес и улыбается широченной улыбкой, – мы все должны кончить в тебя, чтобы ты забеременела. За один раз, естественно.

Глава 26

Сидим на террасе в кругу (почти) семьи. Я смотрю на цветочную арку и романтично вздыхаю. Всё прекрасно в этом дне. Даже слишком.

– Ну, пора, – Десидер выпустил меня из объятий и поднялся, – давай, Андрюша, неси подарки для нашей невесты.

– Подарки? Я думала, это и есть подарок, – поднимаю ладошку, на которой светится потрясающий камень.

– Нет, это знак. Как в твоём мире. Знак, что ты моя.

– Наша, – исправляет Дар.

Эндрай забежал в дом, а через три минуты вернулся с огромной переноской для животных. Моё сердце радостно кувыркнулось, а мозг шикнул на него, говоря, что радоваться рано.

– Вот, – Эндрай поставил переноску на пол, приоткрыл её, и оттуда высунулись три кошачьих мордашки.

– Вау, – тянусь к малышам, беру на руки, – какие хорошенькие… Рыжий, белый и чёрный… Обалдеть… Вы ещё и котят переместили? Де-е-ес…

– Это не я. Эндрай настоял. Я даже не уверен, что мохнатики здесь выживут. Жалко, если подохнут. Чем их кормить непонятно, где держать тоже. Этот чёрный на Дарисвальда похож. Грозный злюка. Чуть палец мне не оттяпал.

– Спаси-и-и-исбо, Эндрай, – целую парня, прижимаюсь щекой к груди. – Это замечательный подарок. Я в восторге, – переключаю внимание на котят, усаживаю всех на свои колени, глажу мягкую шёрстку. – Ох, вы мои хорошие. Молочка вам надо, а ещё паштет. У нас всё есть.

– Что-то мне это уже не нравится, – бормочет Дар, – я не чувствую ничего, пока ты их гладишь, Надь. Лучше ласкай кого-то из нас.

– Им тоже нужна ласка, – чешу рыжика за ушком, он утыкается мордашкой мне в ладошку и лижет шершавым языком. – Ты моя прелесть. Как же тебя назвать? Может… А, пусть будет Рыжик.

– Что-то и мне эта идея нравится всё меньше, – высказывает недовольство Вонтер.

– Зато малышке нравится, – говорит Дес.

Сегодня по моей просьбе, которую я озвучила сразу после принятия всех предложений, мужчины высказывают мысли вслух. Уверена, многое остаётся несказанным, но они выполняют мою просьбу, как могут.

– А тебя я назову Бесик, – говорю чёрному пушистику.

Мужчины посмеиваются и с умилением смотрят, как я тискаю самого вредного котёнка. Стоит поднять на кого-то взгляд, как моё тело покрывается мурашками. В голову настойчиво лезет мысль о том, как мы будем делать детей.

Восемь мужчин должны кончить в меня. Это немыслимо и почти невероятно. Каждому придётся отключиться от общего сознания, чтобы не сдёрнуть чеку раньше времени. О зачатии ещё рано говорить, но я уже в будоражащем волнении.

А ещё никак не могу осознать, что теперь я невеста. Да ещё и семи мужчин одновременно.

– Погладишь и меня так? – спрашивает Геликус, садясь рядом на пол.

Запускаю пальцы в его тёмные волосы, поглаживаю голову, слегка чешу. Больше в шутку, потому что именно так я только что делала с котиками. А Гели наслаждается, укладывает голову мне на бедро, блаженно прикрывает глаза.

Десидер откуда-то притащил музыкальный инструмент, похожий на гитару, тренькает по струнам, но никак не может начать мелодию. Я улыбаюсь, понимая, что играть он не умеет. И неожиданно Вонтер перехватывает у него инструмент, начинает играть, глядя мне в глаза.

Цветочные лепестки взлетают над землёй, кружатся. Дар подходит ко мне, подаёт руку, и я неловко выползаю из-под Геликуса, иду танцевать с Дарисвальдом. Он плавно кружит меня, иногда поднимая над землёй.

Через пять минут меня перехватывает Десидер, закручивает в свою руку, прижимает к рельефному телу, при каждой возможности целует. Почти с боем меня отнимает Джай, и танец продолжается. За ним Геликус, Эндрай, Априоль и чуть несмело мне подаёт руку Тройсен. Поступившись своими принципами, сама целую его, как бы говоря, что я жду, когда он всецело станет моим.

Всё было бы волшебно и идеально, если бы не душераздирающий крик, пронзивший нас, словно удар молнии с безоблачного неба. Чёрная дверь каменной постройки с шумом отворилась, и на поляну выскочила голая Эльтика. Бежит к нам, через каждые три шага делает огромный прыжок. За ней выбегают Эрнис и Лорс, пытаются её догнать.

– Нэйдин! Нэйдин! Спаси меня! Они меня пытают!

Вонтер бросает гитару, перехватывает Эльтику. Она виснет на его руке, продолжает истерично кричать. Я от шока прячусь за спиной Тройсена, не знаю, что делать и что говорить.

Эльтика резко прекращает истерику и вешается на Вонтера уже с другим настроением. Она его домогается, выставляя все женские прелести напоказ.

– Заберите её, – приказывает Вонт слугам, и те подхватывают девушку под руки, уводят в прежнее место заточения.

– Всё в порядке, малышка, – Априоль обнимает меня со спины, – не волнуйся. Ещё немного, и всё закончится. Мы ослабили канаты, чтобы проследить, как она выберется. Этот эксперимент подтверждает, что гесейры при необходимости могут покидать тело, а после возвращаться в него.

– То есть это была не Эльтика?

– Она. Вышла из тела, сама себя развязала и вселилась обратно.

– Как это жутко…

– Только эксперимент нам ничего не дал, – говорит Дес, – мы по-прежнему не знаем, как их массово заставить покинуть женские тела, и главное, не возвращаться в них, а покинуть наш мир или подохнуть. Я лично за второй вариант. Пусть подохнут на хер. Они это заслужили.

– Другого варианта быть не может, – говорит Вонт. – Если мы их не уничтожим, они вернутся в большем числе. Их и так слишком много.

– А вы не думали, может есть какой-то продукт, который они не едят? – спрашиваю задумчивых мужчин. – Надо было присмотреться. Может, есть нечто несовместимое с ними?

– Хм… – Десидер склонил голову и посмотрел на меня с прищуром. – Умная у нас женщина. Стоит проверить. Будем запихивать в неё все фрукты и овощи по очереди. Что выплюнет – то ей не нравится. Да?

Идея оказалась не такой абсурдной, как могло показаться после озвучивания Десидером. Мужчины дали указание слугам, проверять, что ест гесейра, а что нет. Помимо того, расспросили Эрниса и Лорса, не замечали ли те, чтобы гесейры отказывались от каких-то определённых продуктов. Ничего такого парни вспомнить не смогли.

За этими беспокойными разговорами прошёл остаток дня. Вечером в мою спальню нагло проник Десидер, устроился слева на кровати, обжигает горячим дыханием.

– Там Андрюша ждёт приглашения. Я звал его за компанию, но он упёрся, мол, ты его не приглашала, а сам он не хочет навязываться. Если бы я вёл себя так же, так бы девственником и остался.

– Дес, – прикладываю палец к его губам, – а расскажи мне, как ты женился? Ты сам выбрал себе жену?

– Ты правда хочешь сейчас об этом поговорить? – ведёт ладонью по моей талии, опускаясь всё ниже и ниже.

– Хочу знать, любил ли ты свою жену, был ли счастлив тогда. После первого твоего рассказа я была уверена, что это так, а теперь сомневаюсь. Разве можно стать счастливым, если соединяешь себя на всю жизнь с тем, кого не любишь?

– Моя романтичная малышка, – целует меня в губы, а когда отстраняется, мысленно улетает в прошлое: – У меня не было договора на помолвку, и это стало проблемой. Я решил строить карьеру, мечтал дослужиться до королевского служащего. Как правило, семейные имеют больше шансов получить повышение по службе, поэтому я решил жениться. Вот только найти свободную девушку среди знати – та ещё проблема. Я долго искал, а когда нашёл, сразу оформил брак. Жених Аиши погиб, и она осталась с договором, но без мужа. Обычно таких повторно не берут, считая чуть ли не проклятыми. Аиша была порядочной и доброй девушкой. За десять лет мы искренне привязались друг к другу, и тогда я считал, что именно это и называется любовью. Мы уважали друг друга, ценили, поддерживали. Общие дети нас сплотили, сделав относительно счастливой семьёй. Аиша была мне благодарна за то, что я забрал её из семьи, которая ни во что её не ставила. Но благодарность – это не любовь. Теперь я понимаю это. И знаю, что сам не любил её так, как мужчина должен любить женщину. А тебя, Надя, я люблю по-настоящему.

– И я тебя люблю, Дес… Не знаю, за что мне такое счастье… Ты идеальный мужчина.

– Хоть и характер мерзкий, да?

– Идеальный, – целую его и сразу отстраняюсь, чтобы успеть задать ещё пару вопросов. – Я вот ещё что хотела спросить… Вы делите эмоции и ощущения на всех. Когда кому-то одному больно, вы забираете часть боли, чтобы он легче перенёс. Так вы делали, когда Саида издевалась над вами… А что насчёт любви? Если любит один, значит, другие тоже? А как вы понимаете, чьи это чувства?

– Мы ведь можем отключаться. На время, но всё-таки можем. И каждый уже сделал так, чтобы отделить свои эмоции от чужих. Не сомневайся, все мы любим тебя, хотя каждый по-своему. А когда мы синхронизованы (то есть почти всегда), наши чувства умножены на девять.

– Ого…

– И ещё, крошка… – утыкается носом мне в шею. – Нам очень нравится, когда ты одновременно со всеми. Одному подставляешь щёлочку, другому сосёшь, третьему ручкой надрачиваешь… Это охренительно, хоть и укорачивает удовольствие.

– Это так пошло звучит, – хихикаю, а он закрывает мне рот поцелуем, жадно всасывает язык, ведёт по телу, готовя его к безудержному сексу.

– Так что, малышка, я позову всех?

– Всех?

– Угу, – укус в шею и в мочку уха.

– Трой обещал тебя вылизать, помнишь? Пустишь его? – искушающе шепчет и доводит меня до состояния, в котором я буду согласна на всё.

– У него невеста…

– Ты его невеста, а всё остальное чушь. Пусти его, иначе он всех нас утопит в своей тоске. Скулит целый день. А сейчас возмущается, не желая, чтобы я тебя уговаривал. А сам хочет. Так хочет, что я уже готов кончить.

– Дес… Я начинаю понимать, почему тебя называют Бес. Подстрекаешь всех к сумасбродствам.

– Ты ведь тоже хочешь… Сядешь на Эндрая, а я вставлю тебе сзади, Трой в рот. М? Ты же хочешь, сладкая… – проникает пальцами под мои трусики, – уже мокренькая… М-м-м… Я так скучал.

Опускается к грудям, нежно сжимает их, зарывается носом между полушариями. Когда обхватывает губами сосок, я выгибаюсь, притягиваюсь к мужскому телу. От груди до низа живота стреляют молнии, и я начинаю постанывать.

Десидер ползёт поцелуями вниз, и я раскрываю бёдра, но он не идёт дальше, замирает над пупком, смотрит снизу. Влажные губы блестят в свете неярких ламп. Хочется, чтобы они поскорее добрались до клитора, но Дес вынуждает меня просить.

– Пожалуйста… Сделай уже что-нибудь…

Резко равняется с моим лицом, всматривается в глаза.

– Кого ты хочешь, сладкая? Скажи честно. Только меня или троих сразу? А может, восьмерых?

– Да… Нет… Вас слишком много…

– Значит, троих, – целует, запуская пальцы между моими влажными складками, – они уже идут. Эндрай ещё не был с настоящей женщиной, так что…

Знаю, что Эндрай уже присутствовал при наших любовных играх, но всё же ощущаю себя немного неловко. Он со мной был, а я ведь с ним нет. Это волнительно. Мне предстоит дать ему вкусить взрослую жизнь.

Смазливый парень входит в комнату, и я трепещу. А когда он становится одним коленом на кровать, я могу смотреть только на его оттопыренные брюки. Хочу поскорее увидеть, что там так грозно выпирает.

Десидер видит мой интерес, улыбается и не мешает нам с парнишкой знакомиться. Я тянусь к интригующим брюкам, стремительно стягиваю и выпускаю новые соки лишь от одного взгляда на совершенное мужское достоинство.

– Ты прекрасен, – обхватываю член рукой, слегка сжимаю.

Эндрай перестаёт дышать и с вожделением смотрит на меня.

– Возьми в рот, пожалуйста, – шепчет.

Склоняюсь к члену, грудью ложусь на Десидера, облизываю розовую головку, втягиваю в рот. Рядом слышатся два чутких стона, и я всасываю член глубже, играю с ним кончиком языка, заталкиваю за щеку.

Эндрай стонет и напрягается, но я ослабляю ласки, выпускаю его.

– Ещё чуть-чуть, – стонет жалобно.

– Я знаю, сладкий, ложись, – указываю на подушку.

Десидер рассчитывает, что я пойду согласно его плану, но я ложусь на Эндрая валетом, подставляю ему влажную киску, губами надеваюсь на член.

– Чёрт… – восторженно вдыхает Дес. – Я тоже так хочу… Ну, малый, не подведи. Лижи качественно. Я подскажу, что к чему.

Откидывается на спину, прикрывает глаза. Так он представляет, что я лежу на нём и всасываю именно его член. А я ласкаю Эндрая. Он одновременно исследует меня и делает это вполне умело.

Десидер добавляет поглаживания по прогнутой спине, сжимает мои ягодицы, пробирается между ними. Одновременно слышу звук выдавливания жидкости. Дес наносит масло на мою вторую дырочку и пошло проникает в неё пальцем. Его движения мягкие и неотвратимо волнующие. От двойного удовольствия хочется кричать, но я лишь глухо стону с заполненным ртом.

Эндрай усердно лижет, шаловливо играет с моими чувствительными точками, бесстыдно потрахивает языком. И я не оттягиваю оргазм, позволяю ему перенять власть над моим телом, конвульсирую и стону, зажав член во рту. Малыш не выдерживает натиска и тоже бурно кончает.