Текст книги "Девятый муж не нужен (СИ)"

Автор книги: Мила Морес

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 22 страниц)

Глава 29

Ложиться спать пришлось с мыслью, что на меня открыли охоту. Я уж было начала думать, что в моей жизни началась нескончаемая светлая полоса. А нет… Подстава может ждать за любым поворотом.

Мужчины, в отличии от меня, сохраняют спокойствие. По ним не скажешь, что в нашем доме происходит нечто страшное. А вот мне ползающие тени мерещатся в каждом углу.

– Ложись в постельку и ни о чём не беспокойся, – говорит Вонтер, целуя меня перед сном. – С тобой будут Априоль и Дес.

– Ладно, – стараюсь сохранять спокойствие и не задавать лишних вопросов, хотя мне очень хочется спросить, где в это время будут остальные, почему со мной останутся только двое.

– Вы всё-таки чего-то опасаетесь? – спрашиваю двоих, укладывающихся около меня.

– Не волнуйся, крошка, – Десидер обнимает, щекочет поглаживаниями и поцелуями. Заставляет меня улыбнуться.

Априоль в это же время ложится на подушку с другой стороны от меня, подкладывает одну руку под голову. У него ожидающая поза, и от этого мне не по себе.

За Вонтером бесшумно закрывается дверь, и вместе с ним уходит моё спокойствие.

– Почему именно вы остались со мной?

– Смотри, – Дес лёг на спину, указывает в потолок.

Над нами раскрывается портал, открывая глазам ночное небо, устеленное мерцающими айраконами. Я ложусь рядом с Десидером, головой к голове, всматриваюсь в волшебное окошко. Понимаю, что это отвлекающий манёвр, но позволяю себе наслаждаться моментом.

– Невероятно, – шепчу.

Через портал просачивается воздух с морскими нотками, и я втягиваю его поглубже, а потом снова любуюсь красотой кобальтового неба. Всё в нём прекрасно, если не вдумываться, что перед тобой. Это ведь духи. Когда-то они были живыми существами, но утратили телесные оболочки, потому что накопили слишком много магии.

Айраконы бессмертны. Их не берут болезни, а от колотых ран они быстро восстанавливаются. Так было раньше. Но их сразила собственная сила. Теперь айраконы бессмертны в виде духов. Они осознают происходящее, продолжают мыслить, чувствовать душой, но не физически.

– Аир тоже здесь? – приподнимаюсь на кровати, осматриваю комнату.

Голубое свечение вихрем поднимается с пола, отвечая на мой вопрос, а потом опускается туда же.

– Поспи, крошка, – Дес целует в висок, укрывает меня тёплым пледом и обнимает поверх него. Такие крепкие объятия успокаивают, но я не могу спать. Вижу, что мужчины напряжены. Я знаю, чего они ждут.

Аир лежит на полу, потому что именно там первым делом появится гесейра.

– Может, она просто сбежит? – говорю шепотом.

– Не думай об этом, сладкая, – говорит Априоль, – хочешь, Дар поможет тебе уснуть?

– Не знаю… А так можно?

В комнату входит Дарисвальд, склоняется надо мной, щекотно целует и желает сладких снов, а потом… Становится легко, спокойно и темно.

Ночью просыпаюсь от резкого звука. Стук и свист в единении, да с таким угрожающим скрежетом, что на миг кажется, жизнь уже оборвалась, и впереди ничего не осталось.

Одновременно с резким звуком Десидер подхватывает меня на руки, отходит к балкону. Там уже открыт портал, но входить в него мы не спешим. Останавливаемся около безопасного окошка. Дес наблюдает за Априолем, продолжая прижимать меня к себе. С виду оба спокойны, но я знаю, что это показное.

– Она мертва, – тихо говорит принц, опуская сияющие ладони.

– Ч..ч..что это? – зуб на зуб не попадает от страха.

– Всё в порядке, крошка.

В комнату входят Вонтер и Дарисвальд, из коридора заглядывают и остальные мужчины. Они осматривают спальню, и я тоже приглядываюсь. Замечаю чёрную лужицу недалеко от входа, рядом с ней почти сквозное обгоревшее отверстие.

– Чисто сработано, молодец, – Вонт хлопает Априоля по плечу и сразу же идёт ко мне. – Всё в порядке, пуговка. Опасность миновала, но Аир настаивает, чтобы мы переселились в его замок. Так что ты пока пойдёшь с Бесом и Апри, а мы здесь наведём порядок и скоро придём. Хорошо?

– Я… Да… Что с твоими руками? – со страхом смотрю на Априоля, заставляю Десидера поставить меня на ноги. – Покажи. Это ожоги?

– Не волнуйся, Нэйди. Завтра и следа не останется.

– У него единственного боевая способность на уровне инстинктов, – говорит Вонт, – своеобразная королевская привилегия. Королями ведь становятся самые сильные, да? Вот его род из таких.

Спокойнее мне не стало, потому что у принца ладони будто рассечены. Словно изнутри что-то вылетело. И я лишь догадываюсь, что именно. Нечто опасное и убивающее за долю секунды.

– Пойдём, сладкая, – Априоль указал глазами на раскрытый портал, – мне приятно, что ты беспокоишься, но правда причин для этого нет. Мне абсолютно не больно.

Он говорит уверенно, но я знаю, что это лишь способ меня защитить и успокоить. Все мужчины сцепляют зубы, а это значит, что каждому достаётся немного боли, которую ощущает принц.

Десидер снова подхватывает меня на руки, но на этот раз без остановок несёт сквозь светящееся кольцо. За нами идёт Априоль, и портал быстро захлопывается.

– О-о, – Дес восхищённо протянул, и я поддержала его восторженный возглас, потому что мы оказалась в удивительно красивых покоях.

Посредине богатой комнаты стоит круглое ложе исполинских размеров, в дальнем углу в камине потрескивают дрова. Мебели мало, но спальня кажется уютной и… родной что ли. Странное чувство…

– Аир тут уже всё подготовил, – говорит Дес. – Представляешь, Нэйди, мы тридцать лет живём с ним одной жизнью, а он только сейчас впустил нас в свой дом. До этого мы даже не знали, где он находится. Теперь вижу, айраконы и правда жили с размахом.

Десидер осматривает покои с таким же интересом, как и я. Здесь столько места, что можно устать от прогулки. Не хочу даже представлять, каково наводить порядок в такой спальне.

– Из комнаты пока выходить не будем, – говорит Дес, – там ещё не все очистили. Побудем здесь.

Десидер садится на край круглой кровати, манит меня к себе. В его взгляде нежность и любовь, и это растворяет моё беспокойство. В тёплых мужских объятиях хорошо, спокойно.

– Значит, всё закончилось? – поднимаю взгляд, смотрю то на натянуто улыбающегося Априоля, то на нахмуренного Десидера.

Я их хорошо изучила, чтобы видеть даже то, что они пытаются скрыть.

– Дело с гесейрой, охотящейся на нашу любимую покончено, но у нас остаётся нерешенной проблема с остальными.

– Может, ещё поспишь, Нэйди? – Дес переводит тему.

– Я вроде выспалась. Давайте я завтрак пока приготовлю? На всех, да? Парни ведь скоро присоединятся?

Вспархиваю с колен Десидера, бегу к выходу, но не успеваю ухватиться за ручку. Дес ловит меня за талию, несёт на кровать. А дальше мне не хочется думать ни о чём, только о губах, так искусно играющих на моих нервных окончаниях.

Десидер одновременно везде. Он не оставляет мне шанса на малейшую тревожную мысль, и я отпускаю страх, беспокойство. Отдаюсь красивому мужчине, пока второй молча наблюдает за нами. Краем сознания понимаю, что Априоль слишком напряжён, а Десидер берёт меня как в последний раз.

– Всё хорошо, Дес? – глажу его, когда мы оба расслабились после ярких ощущений.

– Да, сладкая, всё в порядке, – говорит с закрытыми глазами. – Мне надо будет уйти на какое-то время. Апри останется с тобой.

Десидер поднимается, быстро одевается. Я приподнимаюсь, наблюдаю за мужчинами. Нагота прекрасного тела отвлекает, но я достаточно внимательна, чтобы понять, что Дес и Апри мысленно о чём-то спорят.

– Здесь, – грубо выдавливает Дес, и чертыхается, когда понимает, что сказал вслух. Продолжает мягче: – Ты останешься здесь.

Априоль не согласен. Он злится и продолжает препираться, а потом слушает, что ему говорят, обречённо смотрит на меня и кивает.

– Что случилось, вы мне скажете? – поднимаюсь, придерживаю мятую простыню перед грудью. – Пожалуйста, скажите. С ними всё в порядке? Там ведь ничего не случилось, когда мы ушли? Пожалуйста, Дес, скажи мне, – к глазам подкатывают слёзы, и сердце от догадок, проносящихся в голове, сжимается настолько, что кажется, его во мне больше нет.

– Нападение на Марсанию, – туго сглатывая, говорит Дес. – Небольшая армия гесейр. Мы дадим отпор, не сомневайся, но нужно поспешить.

– Армия?

– Да, крошка. Это ерунда. Всего лишь стадо смазливых девиц. Мы в состоянии прогнать их с земель айраконов. Здесь на нашей стороне сотни тысяч духов. На своей земле они даже без плоти могут сражаться. Через пару часов Марсания будет очищена.

– Но не от крови, – бормочу, закусывая край простыни. – И ты собираешься туда?

Десидер подходит ко мне, склоняется к губам, сладко целует. Этого ему мало, и он игриво лезет рукой под простыню, мягко сжимает мою грудь и надавливает на сосок. Я знаю, что это тактика для отвлечения. И благодарна за то, что меня стараются уберечь. Но сердце моё не на месте.

– Пожалуйста, сообщайте мне всё, – цепляюсь за рубашку Деса, сжимаю пальцы почти до боли. – Я не хочу, чтобы ты уходил. Но мне страшно, потому что там все остальные.

– Не бойся, крошка. Уж в этот раз мы не должны подвести свою женщину. Мы уже достаточно налажали. Попробуй расслабиться, прими ванну. Только в коридор пока не выходи. Вон в том шкафчике есть запас продуктов, одежда в шкафу. Здесь всего хватит на первое время.

– На первое время? – больно повторять эти слова. – Думаете, это надолго?

– Нэйди, – Априоль садится рядом, нежно обнимает. – Ему уже пора идти. Я останусь с тобой. Здесь есть книги айраконов, можем почитать вместе.

Априоль говорит с успокаивающей интонацией, а Десидер медленно отходит, раскрывает портал. Принц отвлекает меня, как ребёнка, от которого на время хочет уйти мама. А я не ребёнок, чтобы не понимать всего происходящего. Даже последний взгляд Десидера для меня слишком читаем. Он не хочет уходить, но вынужден, потому что по ту сторону остались его друзья. И Априоль рвётся туда, потому что там нужна помощь.

Глава 30

Вонтер

Я никогда не думал, что знания по ведению войны пригодятся мне на практике. Это всегда было теорией. Чем-то из разряда сказок. А сейчас я стою над полем боя под куполом айраконов. По богатой земле Марсании текут реки крови. Воздух кипит от разбушевавшейся магии айров.

Армия. За нами пришла армия из молодых девушек от двадцати до тридцати пяти. Все они по сути дети. Те милые девчушки, которых я встречал в детских садах, когда ездил с благотворительными миссиями.

Все девочки в возрасте до пяти лет попали в армию. Их не составило труда перевоспитать, вложить в головы то, что нужно захватчикам.

Гесейры создали армию жестоких воинов из наших детей. Осознавая это, хватаюсь за грудь, потому что внутри печёт. От бессилия и безысходности. Убеждаю себя, что мы сделали всё возможное, но избавиться от чувства вины не так просто. Ощущение, будто я один во всём виноват. В том, что не готовил армию, способную дать отпор. В том, что позволил случиться нашествию. В том, что сбежал в Марсанию.

Другого выхода не было – так мы говорим себе вот уже тридцать лет. Мы поддерживаем эту мысль друг в друге, а если нужно – доказываем, что всё сделали правильно. Только я знаю, что это не так. Нет ничего правильного в том, что юные девушки гибнут.

Гесейры вырастили наших детей и превратили в оружие. Безжалостное, но хрупкое.

Лица этих девушек могли быть милыми и даже красивыми, но сейчас в них злоба, ненависть и жажда крови. Тридцать лет им промывали мозг, внушая, что они избранные, а все оные недостойны жизни.

И они идут в бой. Милые маленькие девочки бегут на солдат-магов, бьют хвостами и пытаются рвать плоть. Но они слабы. Мы тоже не сидели сложа руки все тридцать лет. У нас тоже армия. На нашей стороне сильные и выносливые мужчины с магией и без. У каждого силы айраконов. Наша армия сильнее, но всё портят эмоции.

Мы не можем без душевной боли ударить женщину-девочку-ребенка. Так мы и сражаемся. Через собственную боль, через жалость, чувство вины и сожаление. А твари это видят, поэтому играют на наших чувствах. Пока солдат через душевные муки заносит оружие, гесейра дико молит пощадить, и солдат останавливается. В этот короткий миг обрывается его собственная жизнь. Ни магия айракона, ни их волшебный порошок не вернут к жизни того, кого насквозь прошил черный хвост.

– Ещё две сотни у границы, – сообщает Дар. – Это не последние. Они выводят по двести человек не просто так. Прощупывают, находят наши слабые места, передают по цепи, что здесь происходит. Следующие группы уже подготовлены, и в первую очередь деморализуют, а уже потом бьют.

– Младших пора убирать.

– Не уйдут.

Дар ответил спокойно и вернул взгляд на поле боя. Мы оба проследили за слабеющими ударами Геликуса и Эндрая. И это после того, как они тридцать минут отдыхали. Мы снова их должны сменить, но уже окончательно. Нельзя допускать тяжких ранений. У нас не осталось залечивающего порошка, а это означает, что… Нет, этого допустить нельзя.

– Гели и Эндрай, сворачивайтесь, – говорю безэмоционально. – Дес, открой портал.

– Я в порядке, – Гели поднимает голову, смотрит на наш помост. На плече кровавая повязка, но он в порядке, чёрт бы его побрал. У Эндрая и того хуже. Оба плеча перетянуты. И задеты там не только кожные покровы, но и мышцы. Ещё немного, и… сердце.

Спускаюсь в кипящую бойню. Спину прикрывает Дарисвальд. Мы нацелено идём к Гели и Эндраю. Упрямцы не соглашаются, даже когда напоминаешь о нашей прекрасной женщине. Сказал же, идите к ней, отсидитесь в теплых объятиях. Когда всё закончится здесь, мы присоединимся. Нет же, говнюки упёрлись. Геройствовать вздумали. И мотивы каковы? Думают, что Нэйди их сильнее полюбит, если они проявят отвагу. Мальцы ни черта не понимают в женщинах.

– Пошли домой! – ору мысленно. И Десу отвешиваю пинка, потому что портала его что-то не видно.

Дар отключает наши эмоции, и удары несутся один за другим, горы из женских тел растут. В это же время все мы стараемся не думать о том, что убиваем юных дев. Мы косим зло, поработившие наш мир и посягнувшее на тот, который дал нам приют. Больше всего зол Аир. Сейчас в нём нет сострадания. Ему больно лишь оттого, что родную землю топчут пришельцы.

Резкий удар под ребро выбивает из тела воздух, и я не сразу понимаю, что это не я пропустил удар. Моё тело не кровоточит, но боль, на автомате поделённая на восьмерых, терзает каждого из нас. Априоль загребает её себе. Говорит, в объятиях Нейдин всё переносится легче.

– Твою ж мать, – расчищаю дорогу быстрыми взмахами. Дар пробирается сквозь стену с другой стороны.

Подлые твари взяли в кольцо Эндрая и Гели. Высчитали, значит, слабое звено. Джая и Троя оттеснили подальше, закрыли в другое кольцо.

Больше всего досталось младшему. Под ребром глубокий порез. Не смертельный, но без заживляющего порошка будет туго.

Подхватываем с Даром Эндрая, уносим с поля. Аир защищает нас силовым щитом, и мы упускаем важное.

Снова удар. Воздуха в лёгких нет. В плече ощущается инородный предмет. Моё плечо в порядке, отмечаю это за долю секунды, и ещё двадцать секунд уходит на то, чтобы понять, через чьё плечо насквозь прошёл хвост гесейры.

Нэйдин

Априоль читает мне вот уже два часа. Его мягкий голос не звучит монотонно, но успокаивает, заставляет думать о сюжете книги.

«…Раз в десятилетие великий айракон Аир-Хольд отбывал в кругосветное путешествие, взяв с собой лишь два кольца удачи. В пути он останавливался в маленьких деревнях и больших городах, каждый раз не показывая своего истинного облика. Его принимали, как рядового айракона и порой говорили при нём больше, чем стоило. А когда Аир-Хольд возвращался во дворец, в дальних уголках Марсании летели головы с плеч. Безжалостно и незамедлительно…».

– Он был хорошим владыкой, да? – поднимаю голову с плеча Априоля, заглядываю в милое лицо.

– Да, – с выдохом отвечает принц.

– С тобой всё в порядке?

– Да, – короткий ответ совсем не похож на правду.

Рука Априоля лежит на животе, а сам он весь серый. И в это же время он продолжает читать. Красиво, с интонацией, ровным голосом без слышимого дыхания.

Я лежу смирно, но с ожиданием страшного. Женскую интуицию не обманешь.

– М-м…

– Что такое?

Чтение прервалось, когда Априоль вздрогнул. Это уже совсем не похоже на саднящую сердце фразу «всё в порядке». Никакого порядка там давно нет. А всё то, что доходит до меня – ширма.

– Нэйди… – Априоль говорит глухо, а я пытаюсь осмотреть его тело, особенно те участки, которые он прикрывает руками.

– Скажи, чем помочь? – сдавливаю горло, лишь бы не выпустить эмоции, особенно страх. – На тебе нет ран, ты чувствуешь чужую боль, я поняла. Пожалуйста, скажи, чем помочь.

– Аир… – принц говорит с трудом, и это очень плохой признак. Я боюсь спрашивать, кому настолько больно, что девятая или восьмая часть боли обрывает дыхание. Мысленно перебираю мужские лица, и боюсь остановиться на одном, не хочу предположений, не хочу выбирать, кто из них мне дороже, о ком я буду больше переживать. Лучше не знать, кто именно ранен.

– Всё будет хорошо, любимый, – глажу щеку Априоля, целую. – Я помогу, только скажи, что делать. Немного потерпи, ладно? Аир знает, что делать, да? Нужен этот ваш волшебный порошок. Неужели его нет в замке владыки? Должен ведь быть, правда? Скажи где, Аир, я принесу. Пожалуйста, потерпи, мой хороший.

Априоль прикрывает глаза, и это очень плохо. Он в полуобморочном состоянии. А что происходит с остальными?

– Дес откроет портал и перенесёт сюда раненных, – говорю через боль. – Пожалуйста, Дес. Слышишь меня? Скажите мне, где искать тот чёртов порошок. Я принесу сюда, и мы всех подлечим. Слышишь, Априоль? Не отключайся, будь со мной, пожалуйста, – беру его лицо ладонями. – Скажи, куда идти. Аир, скажи мне.

– Направо по коридору, пролёт вниз, налево до тупика, – Априоль едва дышит, но повторяет то, что ему говорят. – Нужна горсть.

– Я вернусь, – целую Априоля, – прижимаюсь к его щеке, зная, что сейчас меня чувствуют и слышат все.

Быстро натягиваю платье, кое-как расправляю длинный подол. Бегу к двери, которую недавно мне запрещали открывать. Она не сразу поддаётся, но во мне сила смешалась с отчаяньем и страхом, так что я толкаю со всей дури, и створки поддаются.

Выбегаю из покоев, набираю разгон, и тут же падаю. Жёстко ягодицами об лёд. По инерции еду два метра вперёд. Одновременно смотрю по сторонам и не верю глазам.

Стены, пол, потолок и все предметы интерьера покрыты плотным слоем льда. Словно этот замок залили водой, а потом сверхбыстро заморозили.

С трудом поднимаюсь на ноги, держусь за обледеневшие стены. Как идти вперёд, не представляю. Да ещё и в открытом платье! Но времени на раздумья у меня нет. Нужно спешить.

И я делаю то, что любят делать дети на льду. На свой страх и риск разгоняюсь, борюсь с собственной неуклюжестью и дальше отпускаю себя, скольжу по гладкой поверхности. В конце падаю, карабкаюсь, становлюсь на ноги и повторяю с разгоном.

Замираю только около лестницы. Все её ступеньки точно так же с коркой льда. И выбор для меня остаётся небольшой. Идти на ногах не вариант, потому что лестница слишком высокая, а мне нужно свернуть после первого пролёта. Остаётся только… на заднице.

Сажусь и потихоньку переставляю ноги. Ниже, ниже, ещё ступенька. Пальцы немеют от прикосновения ко льду, но я упорно продолжаю спускаться по опасной лестнице.

Слишком медленно. Пытаюсь ускориться, съезжаю ягодицам вниз, почти не ощущаю боли и холода.

Я ведь и подумать не могла, что за дверью тёплой спальни с разгорячённым камином меня ждёт ледниковый период.

– Налево до тупика, – вспоминаю инструкции и хватаюсь за поручни, съезжаю с лестницы и в очередной раз падаю.

Коридор кажется бесконечным, но я бегу. Падаю, бегу, снова падаю и встаю. А в конце коридора замираю почти с истерикой. Точно знаю, что я всё выполнила правильно. Я пришла к той двери, к которой меня направили. Только… Она полностью покрыта льдом. Толстым слоем непробиваемого льда.

Топчусь на месте, озираюсь. Ищу глазами что-то тяжелое. Нужно хотя бы попытаться разбить этот лёд. Только вокруг нет ничего, за что можно ухватиться. Ничего такого, что я могла бы оторвать ото льда.

– Аир… Что делать?

Слёзы подкатывают к глазам, но я сдерживаю их. Корю себя за слабость. Я должна быть сильной. Я должна помочь своим мужчинам.

Прислоняюсь к обледеневшей двери, собираюсь с духом, со всей силы давлю на ручку. И, естественно, ничего не происходит.

– Пожалуйста, помоги мне, Аир…

Сажусь под дверью, охватываю себя руками. Только сейчас понимаю, что я дрожу от холода. Здесь нельзя долго находиться, потому что я сама превращусь в ледышку.

– Аир… Пожалуйста…

Я едва не дошла до отчаянья. Не знаю, что делала бы дальше, если бы не чудо, случившееся так неожиданно. Дверь за моей спиной щелкнула и поддалась вперёд. Я спиной вкатилась в огромное помещение. Что интересно, безо льда.

Здесь всё, как и должно быть в старинном замке. Высоченные потолки, много деталей из дерева, в воздухе запах пыли и чего-то незнакомого.

Шок проходит, и дальше я бегу. К одному стеллажу – здесь книги и древние фолианты, ко второму – здесь склянки без названий, к третьему – здесь баночки с какой-то черной трухой.

Беспомощно осматриваюсь, даже запрокидываю голову, в ступоре рассматриваю потолок. На нём в огромном масштабе нарисована карта мира. Несколько секунд восхищённо рассматриваю, но быстро спохватываюсь.

– Аир, где искать? – спрашиваю дрожащим голосом, и сама не понимаю, это дрожь от страха или холода.

Ответа на мой вопрос нет, и я больше не спрашиваю вслух, потому что мой голос катится по огромному помещению и прерывается, словно его резко что-то заглатывает.

Мысли прерываются, как недавно оборвавшийся голос, потому что глаза натыкаются на пугающую картину. В центре громадной лаборатории лежит нечто… Нечто восхищающее и замораживающее кровь.

– Я нашла его…